Нам нельзя. Сын моего жениха

Глава 1

Все мужчины одинаковые.

Как бы ты его ни любила, чем бы ни пожертвовала ради него, рано или поздно он предаст тебя. Растопчет твои чувства, выбросит их словно ненужную вещь и уйдет, даже не обернувшись. К другой, такой же наивной, такой же влюбленной, которая будет верить, что в этот раз — навсегда. Что он самый лучший… Что он никогда ее не бросит… Любовь до гроба. Как же.

Потом, когда он изменит и ей, она поймет, что ошибалась. Быть может, ей будет тридцать или сорок, когда она осознает эту простую истину.

Все мужчины одинаковые. Все. Абсолютно все.

И мне повезло, что я поняла это в двадцать — когда еще не успела похоронить свою молодость ради того, кто этого не стоил. Моя красота, мое молодое тело еще были при мне. И я подумала: «Если все мужчины одинаковые, почему просто не выбрать того, кто побогаче?»

Тогда все будет честно. Я ему свою молодость и красоту, он мне — безбедную жизнь. И пусть изменяет. Пусть уходит от меня, когда я постарею. Зато я останусь с его деньгами, и мое сердце не будет разбито, ведь я его никогда не любила. Мы просто друг друга использовали без каких-либо иллюзий.

Скажете, что я циничная?

Да. Так и есть. Потому что я не понаслышке знаю, какого это, когда ты искренне преданна человеку, а для него клятвы о любви лишь пустой звук. Еще год назад, я была уверена, что стоит мне выпуститься из университета, и я стану самой счастливой женщиной на свете. Выйду замуж, буду работать вместе с мужем, преодолевать препятствия, строить семью. У нас все получится, если мы будем вместе. Однажды все придет: и квартира, и дети, и отдых за рубежом. Со временем мы добьемся этого. Главное — что мы друг друга любим.

Я настолько верила в это, что готова была пожертвовать чем угодно ради него — Игната Власова, моего однокурсника и бывшего парня. И не просто была готова, а пожертвовала: он говорил, что ему нужны деньги, чтобы развивать свое дело, и я давала.

«Это же ради нас, малышка, ради нашего будущего».

Я начала экономить на себе. Одежду почти не покупала, косметику тоже. Питалась исключительно дома, причем готовила и себе, и ему, покупая продукты за свой счет. С подружками гуляла только один раз в месяц и то, старалась ничего не заказывать, кроме чашки кофе. Буквально откладывала каждую копейку и давала ему, веря, что все ради нашего будущего.

А потом так получилось, что я задержалась на подработке — хозяин кафе попросил остаться до закрытия с прибавкой к зарплате. Я, естественно, согласилась, но из-за этого не успела на автобус и пришлось идти пешком минут двадцать до станции метро.

На улицах было шумно — пятничный вечер, молодежь гуляла. Проходя мимо одного из баров, я машинально посмотрела внутрь и чуть не уронила челюсть.

Да-да, Игнат. Мало того, что ни в чем себе не отказывал, пока я экономила каждую копейку, так еще и тратил эти деньги не один, а с Лерой, моей подругой. Той самой, которая снисходительно улыбалась, глядя на мою поношенную обувь, а теперь сидела на коленях у моего парня и распивала с ним пиво.

В тот момент я подумала, что моя жизнь кончилась. Стояла и ревела на улице, даже не решившись зайти туда и устроить скандал. Сфотографировала их на телефон, отправила ему длинное сообщение и ждала, что он сам догадается и выйдет ко мне. Но он просто проверил телефон, а потом отложил его в сторону и продолжил веселиться. Еще и поцеловал ее, зная, что я смотрю.

Только на следующий день после того, как я всю ночь проплакала, Игнат отправил мне сообщение:

«Прости, Кать, но мы друг другу не подходим. С Лерой мне хорошо. Прощай».

Вот так. Одно сообщение — и все, чем я жила последние два года, будто разбилось на осколки. Целый месяц я приходила в себя. Ревела, ждала, что он одумается и вернется. Набирала ему сообщения и стирала. Пыталась написать и Лере, но она меня заблокировала.

Мне было жаль себя. Казалось, что весь мир меня предал. Что я самый несчастный человек на свете.

Тогда я еще не догадывалась, как сильно мне повезло.

Повезло, что я столкнулась с изменой спустя два года отношений, а не пятнадцать лет брака. Повезло, что так рано поняла все, что нужно было знать о любви. Если ты позволяешь пользоваться собой — это и будет происходить. И я больше никогда не собиралась повторять эту ошибку.

Я поклялась, что теперь всегда буду ставить на первое место только себя. Все, что ни делаю — буду делать только ради себя. И знаете что? Это сработало.

Когда я перестала экономить на себе, когда перестала подстраиваться под окружающих и начала делать только то, что нужно мне самой — удивительным образом все вокруг начали со мной считаться. Парни проявляли интерес: предлагали подвезти, дарили подарки. От знаков внимания я не отказывалась, но больше наступать на те же грабли не собиралась.

Даже Игнат пытался вернуть меня. Караулил у подъезда, отправлял длинные голосовые сообщения о том, как был не прав, как теперь понял, что потерял. Половину из них я удаляла, даже не открывая. А некоторые слушала под чашку кофе и закатывала глаза, когда он в очередной раз клялся, что любит только меня и теперь все будет иначе.

«Конечно, все будет иначе», — написала ему как-то раз. «Только уже без тебя».

После выпуска наши пути окончательно разошлись. Я устроилась на работу в самую крупную корпорацию нашего города и очень быстро охмурила директора. Действовала целенаправленно, потому что знала, чего хочу.

Глава 2

В тот день ничего не предвещало беды. Я проснулась, проводила своего жениха на работу, а сама отправилась на занятия йогой в большом фитнес-центре неподалеку. С тех пор, как мир моих ценностей перевернулся, я абсолютно не скупилась ни на свое здоровье, ни на красоту, ни на прихоти. Благо, мой Игоречек был вполне в состоянии все это оплачивать.

Позанимавшись, я неспешно позавтракала в кафе, просмотрела портфолио нескольких фотографов, которые свадебный организатор отправила мне на выбор, отписалась ей и пошла по магазинам. Прикупила красивое черное платьице, которое стоило больше моей зарплаты, когда я еще зарабатывала на свою жизнь сама. Смотрела на себя в зеркало, с удовольствием отмечая утонченную фигуру, на которой новое платье смотрелось идеально. Черный цвет отлично контрастировал с моими длинными кудрявыми волосами насыщенно-медного оттенка. А глаза уверенно блестели, как у девушки, которая прекрасно осознает, насколько красива.

Стоило просто полюбить себя, начать ценить в первую очередь себя, а не других — и жить стало гораздо приятнее. Два года назад я одевалась скромно и вечно собирала волосы в хвост, в душе мечтая когда-нибудь перекрасится в брюнетку. А теперь я с гордостью носила их распущенными, чувствуя себя не «рыжей», как меня дразнили в школе, а яркой и притягательной. Такой, на которую оборачиваются все мужчины, стоит ей пройти по улице.

Сделав покупки, я села за руль новенького BMW, который недавно получила в подарок от Игорёчка, и поехала обратно домой.

Дорога заняла не больше двадцати минут. Я привычно припарковалась у ворот, которые тут же автоматически разъехались в стороны, пропуская меня внутрь. Я сняла солнцезащитные очки, поправила волосы и вышла из машины, наслаждаясь легким весенним воздухом. Настроение было отличным. Игорь написал, что заедет за мной, чтобы вместе поужинать, и я собиралась надеть свое новое платье.

Пока я шла в спальню, чтобы подобрать самые подходящие украшения к наряду, услышала шум воды и напряглась. Казалось, он доносился именно из моей комнаты, хотя я настрого запрещала прислуге заходить туда в мое отсутствие. Увидела однажды, как одна из уборщиц нагло накрасила губы моей помадой, и с тех пор не доверяла им.

Ускорив шаг, я ворвалась в спальню, готовясь устроить скандал, но обомлела, увидев прямо поверх моего кремового ажурного покрывала армейскую форму и огромную спортивную сумку. На полу рядом с кроватью стояли высокие черные ботинки, и эти вещи настолько несуразно смотрелись в моей спальне, что на мгновение я буквально потеряла дар речи.

А потом поняла, что шум воды исходил из моей ванной, и подошла к двери. Растерянно застыла напротив нее, не решаясь дернуть за ручку. А когда протянула руку, она повернулась сама, и дверь открылась, чуть не сбив меня с ног.

Я отпрянула в самый последний момент и застыла напротив высокого широкоплечего парня в одном только полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Телосложение у него было под стать голливудским звездам, и я очень медленно подняла взгляд от белого полотенца на бедрах, к отчетливо вырисовывавшимся кубикам пресса, к накаченной груди и наконец к лицу, на которое капала вода с мокрых русых волос.

— Ты… Ты кто такой? — выпалила я.

Он оглядел меня с головы до ног, а потом взял мокрыми руками за плечи, подвинул в сторону и прошел к кровати. Нисколько не стыдясь, он скинул с бедер полотенце и швырнул его на кровать, а сам принялся доставать из сумки сменную одежду.

Я вытаращилась на его крепкие ягодицы и от шока несколько секунд не могла ничего произнести. А потом он наконец оделся ниже пояса и повернулся ко мне.

— Ты еще здесь?

— Я? Это моя спальня, вообще-то! И мне очень интересно, кто ты такой и какого лешего ты здесь мылся?!

— Ошибаешься, рыжая. Это моя спальня.

— Рыжая?!

Он хмыкнул и вновь отвернулся. Вытащил из сумки футболку и натянул ее через голову. Теперь, когда я больше не видела его рельефный торс, мыслить вдруг стало гораздо легче.

— Что значит «твоя спальня»? Ты домом ошибся?

— Сложно ошибиться домом, когда ты прожил в нем всю жизнь.

Я нахмурилась, а он закатил глаза.

— Я смотрю, с извилинами у тебя совсем плохо, поэтому скажу прямо. Это моя спальня. И мой дом. Вернее, моего отца.

— О боже… — выдохнула я. — Ты что, сын Игоря?

— Имей уважение к возрасту, рыжая. Он Игорь Станиславович.

Я фыркнула.

— Давай я сама разберусь, как мне называть моего жениха.

— Жениха? — недоверчиво переспросил он. — У тебя извилин еще меньше, чем я думал. То, что он с тобой спит дольше пары дней, еще ни о чем не говорит. С какого перепугу ты решила, что он на тебе жениться?

— Даже не знаю, — ехидно сказала я. — Может, потому, что он сделал мне предложение?

Я помахала перед ним рукой с обручальным кольцом, и с удовольствием отметила, как его лицо вытянулась.

— Да ну нахер… — пробормотал он.

А я указала рукой на дверь и требовательно сказал:

— А теперь, сыночек, выметайся из моей спальни.