Наследие болотной ведьмы

Глава 1

Наследие болотной ведьмы

Зачастую от любви до ненависти всего один шаг и этот шаг может коренным образом изменить всю жизнь. Юная баронесса Мари де Беранже без ума влюблена в своего соседа, барона Анри де Карно, да вот беда, сам молодой барон влюблён в баронессу Агнесс де Лорье. Любовный треугольник невозможно разрешить безболезненно, а Мари де Беранже готова на всё, лишь бы заполучить себе Анри де Карно. В итоге из милой и доброй девушки она превращается в настоящее исчадие ада, а её душа оказывается навеки проклята.

Глава 1

Тени Крестового похода

Конец апреля 1190 года, замок баронов де Беранже, Франция.

Барон Рауль де Беранже стоял в своей спальне перед открытым окном, любуясь видом раскинувшегося за крепостными стенами сада, который только-только зацвёл. Время от времени, потягивая маленькими глотками из кубка терпкое вино, он наслаждался видом открывавшимся ему из окна, стараясь запомнить всё. Завтра, с большей частью своей дружины он отправлялся в Тулон, что бы там, примкнув к войску короля Франции Филиппа II Августа, погрузится на корабли и отправится в Святую Землю, в третий Крестовый поход, чтобы наконец отвоевать гроб господень у мусульман. Дома у него оставалась юная дочь, Мари де Беранже, его любимая жена умерла пять лет назад от лихорадки, и с тех пор он так и не женился снова. Рауль только пригласил к себе свою старшую сестру, что бы та воспитывала его дочь. Франсуазе де Меллеран не очень повезло в жизни, её муж был достаточно беден и не смог после своей смерти оставить ей достаточное наследство. Небольшой надел земли всего с одной небольшой деревней и даже не замок, а укреплённая башня и пара десятков дружинников. Детей она с мужем так и не нажила хотя и жила с ним душа в душу, а потому, когда к ней прибыл посыльный с письмом от младшего брата, в котором он приглашал её к себе, что бы она занялась воспитанием его осиротевшей дочери, она согласилась не раздумывая. Мари оказалась красивой и доброй девочкой, правда очень непоседливой и везде совала свой очаровательный носик. Франсуаза сразу нашла общий язык с племянницей и с удовольствием учила её тому, что обязана была знать каждая благородная девушка. Пять лет счастливой жизни пролетели очень быстро, а потом брат заявил, что отправляется в крестовый поход. Франсуазе это очень не понравилось, хотя в их провинции было относительно тихо, но лишь наличие мощного замка их отца и сотня дружинников брата гарантировали им относительную безопасность. Хорошо ещё, что со всеми соседями у них были добрососедские отношения, но враг мог придти, откуда угодно, а большую и лучшую часть дружины Рауль да Беранже забирал с собой в Крестовый Поход. В замке оставалось всего четыре десятка стражников, из которых половина старые ветераны, а вторая половина молодые воины, только недавно пришедшие на службу. Хотя сам замок де Беранже был большим, но с таким количеством стражников мог отбиться только от не очень больших банд. В крайнем случае все обитатели могли запереться в донжоне, вокруг которого позже и был выстроен основной пояс стен и замковых помещений, он был очень большим и самым высоким в замке.

Следующим утром, Рауль де Беранже, крепко обняв и расцеловав дочь, вскочил на своего дестриэ, здоровенного жеребца угольно-чёрного цвета, и во главе своего отряда выехал из замковых ворот. Вместе с бароном ехали трое рыцарей и шесть десятков дружинников, отъехав немного от своего замка, барон в последний раз глянул на него, обернувшись, и после этого дав своему жеребцу шпор, поскакал в Тулон.

Мари де Беранже со слезами провожала своего отца, ей очень не хотелось с ним расставаться, этой ночью ей приснился плохой сон, что она больше не увидит своего отца, но она побоялась его рассказать отцу. Поднявшись вместе с тётушкой Франсуазой на привратную башню, она ещё долго смотрел вслед отряду отца, даже, когда они скрылись из вида. Несколько дней Мари ходила, как в воду опущенная, после смерти матери, отец оставался для неё единственным родным человеком. Конечно тётушка Франсуаза тоже была ей не посторонним человеком, родная тётка, но такой близости, как с отцом или матерью не было. Полностью заменить ей мать, тётушка не смогла, хотя она всем сердцем приняла Мари, и больше была ей как подруга и наставница во всех женских делах. Постепенно, под грузом ежедневных дел и забот тоска стала понемногу отпускать Мари, ведь теперь все заботы о замке и землях легли на её хрупкие плечи. Тётушка и управляющий во всю ей помогали, уча её быть хозяйкой, так в делах она постепенно и отошла от своей тоски, а вскоре её заняло совсем другое. Через месяц после отбытия отца, их сюзерен, граф де Рокар устроил в своём замке бал, и вот там Мари увидела ЕГО, барона Анри де Карно, молодой красавчик, он сразу покорил её сердце. Раньше Мари как то не обращала на него внимание, последний раз она видела его лет десять назад, обычный мальчишка вырос в настоящего красавчика. После смерти матери, отец как то не очень был расположен ездить к соседям в гости или на балы, а тем более брать её с собой, если только на охоту, но там точно не было места девочке. И вот теперь она прибыв с десятком своих стражников на бал в замок графа де Рокар, увидела уже не мальчишку Анри, а барона Анри де Карно. Весь бал она не сводила с него своих глаз, а Анри казалось совсем её не замечал, он всё время был с этой выскочкой Агнесс де Лорье и танцевал только с ней. С бала Мари уехала разочарованной, после этого она потеряла покой, ей всё время мерещился Анри де Карно. Она даже во сне не могла найти покоя, все её сны были заняты только им.

Прошёл ещё месяц, наступило лето, жаркий и душный летний день наконец сменился ночью, но особой прохлады это не принесло, а потому окна спальни Мари были распахнуты настежь и лёгкий ночной ветер свободно гулял по её спальне, лишь немного остужая горячее, молодое тело юной баронессы. Сама Мари беспокойно вертелась на своей шикарной кровати под опущенным балдахином, по случаю летней жары были опущены не тяжёлые бархатные шторы, а лёгкие шёлковые, которые не мешали ночному ветру остужать её горячее тело, однако не давали насекомым беспокоить её. Наконец сжавшись в комок, и крепко зажав между своих красивых и стройных ног край одеяла, Мари всё же заснула, и ей стал сниться наверно самый лучший сон в её жизни. В нём, с ней был он, красавчик Анри, он крепко сжимал её в своих крепких и сильных руках, и прижав к себе, неистово её целовал, а она также страстно ему отвечала. Она как будто чувствовала его объятия, как его сильные, но нежные руки ласкают через одежду её грудь, как оглаживают спину и бёдра. Низ живота баронессы стал приятно ныть, а между ног внезапно помокрело, казалось прошла вечность, но всё же настало утро и этот чудесный сон закончился. Мари совсем не хотела просыпаться, ей хотелось, что бы этот сон длился вечно, но первые солнечные лучи уже вовсю проникали в открытое окно, а тонкая и прозрачная шёлковая ткань балдахина совершенно этому не мешала. Ещё немного полежав в кровати и поворочавшись, баронесса наконец встала и дёрнула за витой шнурок в изголовье кровати, вызывая к себе служанок. Тот час открылась дверь спальни и в неё зашли две молодые девушки, которые принялись умывать и одевать баронессу. Завершив свой туалет, Мари спустилась в столовую на завтрак, где её уже ждала тётушка

Глава 2

Глава 2

Наследница теней

Июль 1190 года, замок баронов де Беранже, Франция.

Прошло несколько недель после той охоты у графа де Рокар, жизнь в замке де Беранже шла не спеша, только Мари ходила окрылённой, с нетерпением ожидая каждой новой встречи с Анри. За это время Анри несколько раз приезжал к ней в замок в гости и они подолгу гуляли рядом с её замком или совершали в сопровождении охраны конные прогулки. Замок, построенный ещё в прошлом веке, стоял на невысоком холме, окружённый густыми лесами и полями, где колосились рожь и пшеница. Его каменные стены, хранили воспоминания о былых битвах — здесь отец Мари, барон Рауль де Беранже, не раз собирал своих вассалов перед походами, постоянно что-то происходило и всегда надо было быть начеку. Теперь, в отсутствие барона и большей части его дружины, замок казался пустым. Мари де Беранже, теперь, в отсутствие её отца, была его полноправной хозяйкой и с утра до самого вечера занималась делами: проверяла запасы в кладовых, где бочки с вином и мешки с зерном выстраивались рядами, обсуждала с управляющим урожай в полях — те самые поля, где крестьяне в поте лица работали под солнцем, — и слушала отчёты о состоянии земель. Она ходила по коридорам, где эхо её шагов отражалось от гобеленов с изображениями рыцарей и дам, и иногда останавливалась у окна, глядя на горизонт, где где-то в дали находился замок де Карно. В такие моменты воспоминания о детстве накатывали на неё волнами: она вспоминала, как отец учил её ездить верхом, как мать, умершая от лихорадки пять лет назад, пела ей колыбельные у камина, хотя ей это было и не положено. Мари была тогда всего двенадцать, и потеря матери оставила шрам на её душе — она научилась скрывать свои эмоции, но внутри всегда чувствовала пустоту.

Тётушка Франсуаза де Меллеран всё это время была рядом, как верный страж — она учила племянницу хитростям ведения хозяйства, делилась советами о том, как управлять слугами, и даже помогала составлять письма соседям, когда произошло несколько мелких конфликтов между их людьми.

-Ты должна быть сильной, как твой отец, — раз за разом повторяла она за вышиванием в гостиной, где воздух был пропитан ароматом лаванды. — Замок — это твоя крепость. Но в глубине души Мари чувствовала пустоту, Анри де Карно, который полностью занял её сознание и который на охоте не отходил от неё ни на шаг, теперь казался ей далёким, как звезда в ночном небе.

Днём она старалась не показывать своих чувств. Утром, после завтрака с тётушкой в большой столовой, которая без отца казалась пустой, и чьё место пустовало, как напоминание о его отсутствии, Мари спускалась в небольшой сад. Правда сад это можно сказать слишком, просто небольшой участок зелени с колодцем внутри внутренних стен замка. Всего-то несколько кустов роз и сирени, правда очень сильно разросшихся за прошедшие годы и создавших настоящую живую стену, а внутри небольшая беседка. Даже такой малости хватало, чтобы создать романтическую атмосферу и Мари очень любила тут сидеть и мечтать. Вот сюда она и приходила вечерами, мечтая, как вскоре они поженятся и станут жить вместе, правда ей при этом придётся покинуть замок отца, но зато она будет жить вместе с любимым человеком.

-Почему он не приходит? — Думала она, сжимая в руках платок, прошло уже четыре дня после их последней встречи, и Мари за это время успела уже очень сильно соскучится по Анри. — Ведь на охоте он был таким... таким близким. Воспоминания об их встречах жгли её: его улыбка, когда он помогал ей сесть в седло — его рука, тёплая и уверенная, случайно коснувшаяся её пальцев во время разговора. Они говорили о крестовом походе на который отправился её отец, о королях Филиппе и Ричарде, и Мари чувствовала, как её сердце бьётся чаще. Она видела, что приворот ведьмы подействовал, Анри тогда даже не взглянул на эту Агнесс, он сразу пошёл к ней но теперь... теперь всё словно угасло. Может, зелье слишком слабое? Или Анри просто играет с ней, как с игрушкой? Ревность жгла её изнутри, как огонь в камине, и она представляла Агнесс де Лорье — ту выскочку с её светлыми локонами и наигранной скромностью, которая на охоте бросала на Мари злые взгляды. "Как он может? — шептала Мари себе под нос, прогуливаясь по коридорам замка, где слуги в ливреях кланялись ей. — Ведь он был моим... Хотя бы на миг".

Тётушка Франсуаза замечала перемены в племяннице.

-Мари, ты снова задумчива? — спрашивала она за вышиванием в гостиной, где на столе лежали шелка и нити. — Может, стоит пригласить соседей на ужин? Граф де Рокар устраивает бал через неделю, там будет много молодых людей. Мари кивала, но мысли её были далеко. Она не хотела видеть и встречаться с "молодыми людьми" — она хотела только Анри. И ревность жгла её, как яд: "Если он вернётся к Агнесс, я... я не знаю, что сделаю". Она вспоминала, как в детстве отец рассказывал о рыцарях, которые боролись за любовь, и мечтала о таком же. Но реальность была жестокой — как оказалось, Анри был с детства помолвлен с Агнесс, и болотная ведьма была её единственной надеждой заполучить его. Вечера были худшим временем, после ужина, когда тётушка удалялась в свою комнату, Мари садилась у окна в своей спальне, где лунный свет пробивался сквозь тонкие шёлковые занавеси балдахина, и перечитывала записки Анри — те короткие, вежливые послания: "Надеюсь, вы в добром здравии" или "Жду встречи на следующем балу". Никаких намёков на страсть, никаких признаний. "Друг? — шептала она, сжимая бумагу. — Я не буду просто другом". Она представляла, как Анри скачет к ней на чёрном жеребце через все препятствия, как на охоте, и прискакав, падает у её ног и признаётся ей в любви. Но вместо этого приходили сны — странные, беспокойные и пугающие её, где она видела болотную ведьму, ту самую, с которой заключила сделку. Ведьма шептала: "Наследница... Ты моя наследница". Мари просыпалась в поту, сжимая кулаки. "Это просто нервы, — убеждала она себя. — Анри вернётся ко мне. Должен".