Наследие. Охотница на вампиров

Глава 1. Достопочтенной Анастасии.

Лифт содрогнулся, замер на моём втором этаже, издав предсмертный скрип. Я вышла в полумрак коридора - сегодня, как всегда, не горел свет. Влажный воздух плотно обволакивал кожу, оставляя ощущение липкой плёнки. Дождь, начавшийся ещё днём, превратил мой зонт в бесполезный аксессуар, а волосы - в тяжёлые мокрые пряди, хлеставшие по лицу.

Рука скользнула по сумке в поисках ключей, когда нога неожиданно зацепилась за неровность пола. Металлический звон разнёсся по этажу - ключи выскользнули из рук, упав на бетон с неприятным лязгом.

- Чёрт! - вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы.

Именно тогда я заметила ее. Изысканная бархатистая коробка черного цвета. На ней была печать с изображением перевёрнутой лилии, обвитой шипами.

Коробка лежала у самой двери моей квартиры, будто ждала меня. Ни имени отправителя, ни адреса - только мой номер квартиры, выведенный каллиграфическим почерком.

Я замерла, ключи холодными металлическими зубьями впились в ладонь. Кто мог оставить это? Соседи? Но мы едва здоровались. Курьер? Без уведомления?

В коридоре пахло сыростью и старой краской. Я подняла коробку - она оказалась удивительно легкой для своего размера.

В прихожей я бросила сумку на пол и включила свет. Лампочка мигнула несколько раз, прежде чем нехотя загореться. Капли воды с моего пальто оставляли тёмные следы на паркете.

Открыв коробку, я увидела конверт, внутри которого лежало письмо:

Достопочтенной Анастасии

Имеем честь пригласить Вас на исключительное мероприятие - Бал Теней, что состоится в канун полнолуния в особняке Вальдорф.

Дата: Сегодняшний вечер

Время: Ровно в полночь

Дресс-код: Вечернее платье и маска обязательны

Прилагаемый аксессуар следует надеть перед входом.

Ваше присутствие осчастливит хозяев мероприятия.

P.S. Вход строго по приглашению.

К письму была приложена маска - изысканное изделие из чёрного кружева и серебряных нитей, напоминающее замысловатые морозные узоры.

Я закатила глаза и швырнула маску обратно в коробку.

- Бал Теней? Особняк Вальдорф? Да вы все издеваетесь! - прошипела я сквозь стиснутые зубы, пиная коробку ногой так, что она со скрипом задвинулась под тумбу в прихожей, поднимая маленькое облачко пыли.

Но пока старый электрический чайник булькал и пыхтел на кухне, мои мысли были только об этом письме. Кто-то, явно пересмотрел все сезоны «Дневников вампира». Или это новый жестокий розыгрыш коллег из архива? Хотя кто вообще в наше время будет так заморачиваться ради скромного реставратора книг?

Я нервно шагала по кухне, мои босые ноги шлепали по холодному кафелю. Каждые три шага я бросала взгляд на злополучную коробку в коридоре, будто ожидала, что она вот-вот зашевелится.

- «Полночь в заброшенном особняке... Да я же не героиня дешёвого хоррора!» - мысленно кричала я себе, сжимая виски ладонями.

Чашка с чаем стояла нетронутой, на поверхности уже образовалась маслянистая плёнка. Я схватила телефон - стекло было холодным и слегка влажным от моих потных пальцев.

- Привет, это я... - мой голос прозвучал хрипло, и я сглотнула ком в горле.

- Насть? Что случилось? - голос Лены, моей лучшей подруги, был сонным, но встревоженным. Я представила, как она приподнимается на локте, разбуженная звонком, а её рыжие кудри растрёпаны по подушке.

- Да так... Знаешь, ничего страшного. - Я закусила губу. - Перезвоню завтра, ладно?

Я бросила трубку, но не успела сделать и шага, как телефон завибрировал в моей руке. Лена не заставила себя долго ждать.

- А ну-ка выкладывай всё по порядку! - Лена уже не дремала, в её голосе звенела та самая детективная нотка. - Ты последний раз звонила мне в два часа ночи, когда у тебя лопнула труба, помнишь?

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как холодок пробегает по спине:

- Представь, я сегодня нашла у двери... приглашение. На какой-то бал. В полночь. В заброшенный особняк Вальдорф.

Тишина в трубке длилась ровно столько, чтобы я успела мысленно проклясть свою болтливость. Затем раздался взрыв смеха - такого заразительного, что я невольно улыбнулась.

- О боже мой! Это же потрясающе! - Лена захлёбывалась от восторга.- Ты понимаешь, как это круто?

- Лен, это не смешно! - я снова занервничала. - Это же...

- Это приключение всей твоей жизни! - перебила она. - Насть, ты же последний раз куда-то выбиралась... когда? На тот ужасный корпоратив, где Светка из бухгалтерии упала в салат оливье?

Я покусывала нижнюю губу, глядя на коробку и медленно подходя к ней. Внутри что-то щёлкнуло - наверное, сломанная пружинка в маске.

- Но это же...

- Это шанс наконец-то вылезти из своей скорлупы! - голос Лены звучал тепло и настойчиво. - Ты же целыми днями только и делаешь, что копаешься в своих древних фолиантах. Живи хоть немного!

Я взглянула на часы - электронные цифры показывали 23:17. Сердце вдруг заколотилось так сильно, что я почувствовала его стук в висках.

Глава 2. Я иду искать.

Такси резко затормозило перед коваными воротами, гравий хрустнул под колёсами. Я судорожно отсчитала купюры, когда первые тяжёлые капли дождя забарабанили по крыше машины.

- Вам точно сюда? - таксист нервно покрутил головой, вглядываясь в мрачный силуэт особняка за решёткой. Его пальцы барабанили по рулю. - Это же Вальдорф... Тут лет десять никто не...

Но я уже распахнула дверь. Ледяные струи хлестнули по лицу. Я побежала, чувствуя, как гравий впивается в тонкую подошву вечерних туфель. Дождь заливал глаза, превращая особняк в размытое пятно.

Массивная дубовая дверь с чугунными петлями возвышалась передо мной. Я уже протянула руку к кованому молотку в виде совы, когда из ниши слева появилась фигура.

- Приглашение, - произнёс мужской голос, в котором звенел лёгкий старинный акцент.

Я вздрогнула. В свете фонаря я разглядела высокого мужчину в серебряной маске, закрывающей правую половину лица. То, что оставалось открытым, было неестественно бледным, а шрам через бровь блестел. Его белые перчатки выглядели кристально чистыми вопреки непогоде.

- Вот... - я полезла в сумочку, чувствуя, как дрожат пальцы. Конверт промок по краям, чернила немного расплылись.

Он медленно развернул письмо, поворачивая его к свету. Я заметила, как его зрачки - странно вытянутые - сузились при чтении.

- Маску, - он кивнул на мою сумочку, - Наденьте.

Я достала кружевное изделие. Металлические нити холодно блестели. Когда я прижала её к лицу, что-то щёлкнуло у виска - будто крохотные коготки впились в кожу.

Двери распахнулись беззвучно, открывая зал, залитый мерцающим светом.

Тепло и аромат ладана обрушились на меня. И тут я почувствовала, как десятки пар глаз устремились в мою сторону. Разговоры замерли на полуслове. Я застыла на пороге, внезапно осознав контраст между моим промокшим, простым платьем и их роскошными нарядами.

Бархат, парча, шёлк - всё это переливалось в свете сотен свечей, тогда как моя мокрая ткань жалко облепила ноги.

- Красное вино? - Лакей в чёрной полумаске смотрел куда-то за моё плечо, держа серебряный поднос с напитком одной рукой.

Я машинально взяла бокал. Аромат ударил в нос - сладковатый, но с явным металлическим оттенком.

Вокруг не было ни канапе, ни фруктов - только бесконечные ряды хрустальных бокалов с густой тёмной жидкостью.

Часы, с боем курантов объявили полночь, сотни свечей одновременно дрогнули, будто вздохнули. Воздух наполнился еще большим ароматом ладана и чего-то сладковато-металлического. Из бархатной тьмы парадной лестницы появилась женщина - высокая, словно в платье из жидкого рубина, струившемся по ступеням, как свежая кровь. Её маска, инкрустированная чёрными бриллиантами, бросала кровавые блики на бледную кожу.

Она подняла руку в перчатке из самого тонкого сафьяна, и зал замер, будто по мановению волшебной палочки.

- Дорогие гости, - её голос лился, как тёплый мёд с оттенком восточной пряности, - какая честь видеть столь изысканное общество в эту особенную ночь.

Её нога в алой туфельке коснулась паркета. Каждый шаг был отмерен с королевской грацией.

- Особенно рада приветствовать новых... участников, - её взгляд, будто ледяное лезвие, скользнул по мне, и я почувствовала, как мурашки побежали по спине, - позвольте напомнить священные правила нашего торжества.

Слуги в чёрных фраках с серебряными пуговицами в виде пауков начали расходиться с подносами. На каждом лежали карточки из плотного пергамента - кроваво-красные, с золотым тиснением.

- Для посвящённых - повторение, - она щёлкнула веером из кости нарвала, - для новичков – наставление.

Веер раскрылся.

- Красная карта означает, что вы Охотник. Чёрная - что вы Добыча.

Её пальцы внезапно сомкнули веер с резким щелчком.

- Но сегодня... - губы под маской растянулись в улыбке, обнажив острые клыки, - сегодня у нас исключительный случай.

Слуга подошёл ко мне последним. На серебряном подносе лежала единственная карта - белоснежная, с серебряной каймой и каплей рубина в центре.

- Белая карта, - прошептала Хозяйка, внезапно оказавшись в сантиметре от меня. Её ледяные пальцы подняли мой подбородок. - Такая редкость... Такая честь.- Дыхание пахло гранатом и сталью. - Это значит, прелестная, что сегодня Охотники - все, а Добыча...

Она медленно обвела зал взглядом.

- ...только ты.

В зале пронёсся возбуждённый шёпот. Маски поворачивались в мою сторону, глаза за ними блестели неестественным блеском.

- Правила священны: - её голос зазвучал торжественно, - У тебя есть полчаса, чтобы спрятаться где угодно в особняке. Никаких ограничений - подвалы, чердаки, даже наши личные покои открыты для игры.

Она сделала паузу, наслаждаясь моим учащённым дыханием.

- Охотники выйдут по сигналу лунного гонга. Никаких убежищ - если нашли, значит, игра окончена. Никаких молитв - они здесь не помогут. - Её ноготь провёл по моей ключице, оставляя тонкую розовую полоску. - А награда…

Глава 3. Кровавые прятки.

Тридцать минут.

Секунды превращались в часы. Каждый шаг по паркету отдавался гулким эхом, будто сам особняк смеялся над моей беспомощностью.

Я металась по коридорам, сердце колотилось так громко, что казалось, его слышат даже сквозь стены. Запах воска, старинного дерева и чего-то сладковато-гнилостного заполнял ноздри.

- «Где спрятаться? Где?!»

Я уже осмотрела три комнаты - гардеробную с шелестящими старинными платьями, кухню с остывшими печами, ванную с ржавыми трубами. Теперь - кабинет с высокими книжными шкафами и массивным дубовым столом.

- «Здесь!» - мелькнула надежда. Я заперла дверь на хрупкую задвижку, зная - это ненадолго. Они найдут. Они обязательно меня найдут. И что будет потом?

Затаив дыхание, я прижалась к стене. Тишина. Только мое дыхание, нарушало эту тишину и казалось слишком громким.

Тик-так. Тик-так.

Где-то вдалеке раздавался смех - лёгкий, игривый, словно дети играли в догонялки. Но это не были дети. Это было что-то худшее.

Топот. Ближе. Затем шёпот. Прямо за дверью.

- Мышка, мышка... - пропел женский голос, и по спине побежали ледяные мурашки.

Я зажмурилась. Не дыши. Не двигайся. Дверь распахнулась без единого звука.

Передо мной стояла хозяйка особняка. Её платье цвета запёкшейся крови казалось живым в лунном свете, переливаясь при каждом движении.

- Всего час... и ты уже сдаёшься? - она покачала головой, будто разочарованная. - Я надеялась на большее. В прошлый раз одна особа продержалась почти до рассвета.

Я отпрянула, но спина упёрлась в стену. Холодный пот стекал по лицу, спине.

- Не бойся, - она подошла ко мне вплотную, и её пальцы скользнули по моей щеке. Ногти были острые, как лезвия. - Это будет... приятно.

Белоснежные клыки блеснули в полумраке.

- Как жаль, что игра закончилась так... - она рассмеялась, обнажив слишком острые зубы. - Тебе выпала большая честь, мышка - стать добычей Морганы.

Её дыхание пахло медью, гранатом и дорогим вином. Я зажмурилась, готовясь к боли... и в этот момент – грохот.

Окно разлетелось вдребезги. В комнату ворвалось нечто - огромное, покрытое темной шерстью, с горящими золотистыми глазами. Кажется, это был волк. Слишком большой волк...

- Псина! - зашипела Моргана, отпрянув с нечеловеческой грацией. – Как ты посмел войти в мой дом?! Жалкий оборотень, тебе конец!

«Оборотень» бросился на нее, сбив с ног. Их тела слились в смертельном танце - когти рвали воздух, зубы сверкали в лунном свете. Моргана вывернулась с неестественной гибкостью, её ногти оставили кровавые полосы на шерсти существа.

Я застыла на месте, не в силах пошевелиться, завороженная этим диким боем.

Моргана вырвалась, ее губы обнажились в оскале.

- Ты не уйдешь с ней!

Она рванулась ко мне - быстрее, чем я успела среагировать. Острая боль пронзила шею, когда её клыки впились в плоть.

- А-а-аргх! - из моего горла вырвался хриплый крик.

В тот же момент огромная лапа схватила меня за талию и рванула прочь.

Мы словно летели, сквозь разбитое окно, в холодную ночь. Дождь хлестал по лицу, ветер свистел в ушах. Я чувствовала, как его мощные лапы сжимают меня, как он несется сквозь лес, оставляя особняк позади.

Бум-бум-бум - его сердцебиение грохотало у меня за спиной, ровное и мощное, как барабанная дробь.

И странное дело - я не боялась. Несмотря на клыки, на когти, на рычание, исходящее из его груди... что-то внутри шептало, что он спасает меня.

Наконец, зверь остановился. Глубоко в лесу, где деревья смыкались так плотно, что даже луна не могла пробиться сквозь листву.

Он осторожно опустил меня на мягкий мох, и тогда началось превращение. Или лучше назвать это обращением?

Я слышала, как его кости хрустели, а шерсть исчезала прямо на глазах, когти втягивались. Передо мной стоял теперь обычный человек - высокий, с золотистыми глазами, все еще полными ярости. На его теле зияли кровавые царапины от Морганы.

- Ты... оборотень… - я попыталась еще что-то сказать, но мир вдруг поплыл перед глазами.

Темнота. Я больше ничего не видела и не чувствовала.

Глава 4. В логове оборотня.

Сознание возвращалось ко мне медленно, словно я всплывала со дна тёмного озера. Сначала я ощутила тепло - не привычное тепло одеяла в моей квартире, а что-то другое, живое, почти звериное. Потом запахи - древесная смола, дымок от печи и что-то ещё... металлическое? Кровь?

Я резко открыла глаза.

Незнакомая комната. Не такая уж и большая, но достаточно просторная, с грубыми деревянными стенами, по которым ползали тени от огня в камине.

Я лежала на широкой кровати под лоскутным одеялом, а моё изорванное вечернее платье куда-то исчезло - вместо него на мне болталась огромная серая футболка с потрёпанным рисунком какого-то рок-фестиваля. Она пахла... лесом. И чем-то ещё, что заставляло моё сердце биться чаще.

Я осторожно прикоснулась к шее - под пальцами была плотная марлевая повязка. При нажатии боль отозвалась тупым эхом где-то в висках.

- «Где я? Что вообще произошло?»

Воспоминания нахлынули, как ледяная волна: бал, эти страшные прятки, Моргана... и он. Тот, кто унёс меня прочь. Его золотистые глаза в темноте. Когти, впившиеся в мои бока...

Из-за двери доносились звуки - потрескивание дров, шипение чего-то на сковороде, лёгкий звон посуды. И запах... Боже, пахло так вкусно, что у меня свело живот от голода.

Я осторожно сползла с кровати. Деревянный пол был приятно тёплым под босыми ногами - видимо, где-то снизу топили печь. Когда я приоткрыла дверь, старые петли едва слышно скрипнули.

Я медленно прошла по длинному коридору, затем, спустилась по деревянной лестнице.

Кухня. Большая, вся в медных кастрюлях и пучках сушёных трав. В центре - массивный дубовый стол с царапинами от… Когтей? У плиты стоял тот самый незнакомец - высокий, с широкими плечами, в простых чёрных джинсах и серой футболк. На его мускулистых предплечьях я разглядела свежие царапины - те самые, что оставила Моргана.

- О, Стася проснулась, - сказал он, не оборачиваясь. Его голос был низким, с хрипотцой, но в нем явно звучала усмешка. - Как шея? Не отвалилась еще?

Я вздрогнула так сильно, что ударилась плечом о дверной косяк.

- Ста… что?

- Ну, Настя - скучно. А Стася - мило, - парень, наконец, повернулся. Да, это, те самые золотистые глаза. – Я услышал твоё сердцебиение и твой запах. Люди пахнут иначе.

Я непроизвольно прижала ладонь к груди, словно могла унять бешеный стук сердца.

Он налил что-то дымящееся из кастрюли в кружку и протянул мне.

- Я Макс, - представился парень.

Я автоматически взяла кружку. Горячий бульон пах лавровым листом, перцем и чем-то ещё - может, кореньями? Первый глоток обжёг губы, но был настолько вкусным, что я чуть не застонала от удовольствия.

- Ты... ты спас меня, - прошептала я, сжимая кружку дрожащими пальцами.

- Да, да, геройский поступок, памятник мне уже заказали, - он махнул рукой, но в его глазах мелькнуло что-то серьезное.

- Почему?

Макс замер на мгновение, его глаза стали более жёлтыми, почти звериными. Но прежде чем он ответил, дверь на кухню распахнулась.

- Дядя Макс, она просну... Ой! - на пороге стоял мальчик лет одиннадцати с взъерошенными тёмными волосами и такими же золотистыми глазами. Увидев меня, он замер, широко раскрыв глаза. - Ты... ты уже встала!

Макс, вздохнул:

- Дима, это Настя. Настя, мой племянник Дима.

Мальчик подошёл ближе, изучая меня с детским любопытством.

- Ты себя как чувствуешь? Дядя Макс сказал, что тебя укусила вампирша. - Он сделал серьёзное лицо. - Но ты не бойся, у нас тут безопасно. Даже если они придут, мы их...

- Дима, - Макс положил руку ему на плечо. - Пойди, проверь, как там Клык, ладно?

Мальчик надулся, но послушно закивал:

- Ладно. Но потом я хочу с ней поговорить!

Дима подмигнул мне и выбежал из кухни. Я поставила кружку на стол, заметив, как дрожат мои руки и отодвинув себе стул, села, сцепив пальцы между собой.

- Оборотни. Вампиры. Это… это правда? - голос мой сорвался на шепот.

- Ага, поздравляю, Стася, ты попала в сказку, только без хеппи-энда, - Макс сел напротив, его массивные руки лежали на столе. - Давай по порядку. Вампиры - мерзкие, самовлюбленные твари, которые думают, что они вершина пищевой цепочки. Оборотни - мы. Сильные и красивые, а еще, в отличие от них, не питаемся людьми.

- А Бал Теней?

- Их развлечение. Обычно они заманивают несколько человек, играют в прятки, а потом… ну, ты поняла. Но в этот раз пригласили только тебя.

- Почему я?

Макс наклонился вперед, его глаза стали серьезными.

- Потому что ты не просто человек, Стася. Ты - последняя из рода охотников на вампиров.

Я сглотнула.

- Моя… кровь?

- Твоя кровь - яд для них. Моргана хотела стереть твой род с лица земли. Оставила на тебе метку… - он кивнул на мою шею.

Глава 5. Кровь охотницы.

Первые лучи рассвета пробивались сквозь ставни, когда я, наконец, услышала шаги за дверью. Всю ночь я не сомкнула глаз, прислушиваясь к каждому шороху за окном - ждала, что вот-вот из темноты появятся они.

Дверь открылась без стука. На пороге стоял Макс - бледный, с тёмными кругами под глазами. В руках он держал свёрток из грубой ткани.

- Спишь? - спросил он, хотя прекрасно видел, что я сижу на кровати, обхватив колени.

- Что там решили? - мой голос звучал хрипло.

Макс бросил свёрток на кровать. Ткань развернулась, обнажив старинный кинжал с серебряным клинком и рукоятью, украшенной волчьими клыками.

- Совет старейшин собрался на рассвете. Александр требовал выдать тебя вампирам. Отец... - он запнулся, - Данил предложил другой вариант.

Я сглотнула. Обряд. У меня по спине побежали мурашки от воспоминаний о минувшей ночи.

- Какой вариант?

Макс сел рядом, его бедра коснулись моих. От него пахло дымом и чем-то диким.

- Ты - последняя охотница. Твоя кровь - яд для них. Но если... - его пальцы скользнули по лезвию кинжала, - если ты добровольно разделишь её с оборотнем, это даст нам силу. Достаточную, чтобы защитить тебя.

- Разделю?

- Обряду нужны двое. Охотница и оборотень. Кровь смешается... - его глаза вспыхнули золотым, - и стая получит власть над серебром. Над всем, что раньше нас убивало.

Я резко встала, отойдя к окну. За ним виднелся лес, уже не казавшийся таким безобидным.

- Ты предлагаешь мне стать... что? Твоей невестой?

Макс усмехнулся:

- Ты смотрела слишком много романтических фильмов, Стася. Это не свадьба. Это война.

Он встал, подошёл вплотную. Его дыхание обожгло мою кожу.

- Ты умрёшь без нас. А мы - без тебя. Вампиры не простят того, что ты сделала с Морганой.

- Что я сделала?

- Ты обожгла её. Своей кровью, - он показал на мою повязку. - Она теперь будет охотиться на тебя везде. И её клан - тоже.

За окном раздался вой - долгий, тоскливый. Не один голос, а множество.

- Это совет, - прошептал Макс. - Они ждут ответа.

Я посмотрела на кинжал. На его лезвии были выгравированы странные символы - те же, что и в бабушкиных сказках.

- А если я откажусь?

Макс наклонился, его губы почти коснулись моего уха:

- Тогда Александр получит то, чего хочет. И тебя отдадут вампирам... живой или мёртвой.

Выбор был простым. Я посмотрела на кинжал, потом - в золотистые глаза Макса.

- Хорошо, - сказала я. - Я согласна.

Его пальцы сжали мои плечи, горячие даже сквозь ткань футболки.

- Ты уверена?

- Разве у меня есть выбор?

В его взгляде мелькнуло что-то неуловимое - то ли сожаление, то ли предвкушение.

- Тебе нужно поспать, - внезапно сказал Макс, отстраняясь. - Ты не смыкала глаз всю ночь.

Я нервно провела рукой по лицу.

- Как я могу спать, когда...

- Когда вокруг тебя целая стая оборотней? - он усмехнулся, и в его голосе снова появился знакомый сарказм. - Поверь, Стася, днем ты в большей безопасности, чем в самом дорогом банке. Вампиры не сунутся - солнечный свет и все такое.

Я кивнула, оглядывая знакомую комнату, где проснулась ранее. Деревянные стены, лоскутное одеяло, слабый свет сквозь занавешенное окно - здесь я уже чувствовала себя чуть менее чужой.

Макс, заметив мое колебание, неожиданно смягчился:

- Я принесу тебе поесть перед сном.

Он вышел, а я опустилась на кровать, ощущая, как напряжение последних часов медленно покидает тело. Через несколько минут Макс вернулся с деревянной миской дымящегося бульона и куском свежего хлеба.

- Ешь, - коротко сказал он, ставя еду на тумбочку. - Я буду за дверью.

Я хотела поблагодарить, но он уже закрыл за собой дверь. Бульон оказался на удивление вкусным - наваристым, с ароматом лесных трав. Последние крошки хлеба я доедала, уже почти засыпая сидя.

Когда я потянулась, чтобы поставить миску на тумбу, дверь приоткрылась. В проеме показался Дима - тот самый мальчик-оборотень.

- Ты уже спишь? - прошептал он.

Я покачала головой, с трудом сдерживая зевок.

- Дядя Макс сказал, чтобы ты не боялась, - продолжил мальчик, забавно надувая щеки. - Мы все будем охранять дом. Даже Клык!

- Кто это? - я с трудом разлепляла веки.

- Наш сторожевой волк! Он самый большой во всей стае!

В этот момент из-за спины Димы раздался недовольный голос Макса:

- Дима! Я же сказал - она должна отдохнуть!

Мальчик испуганно шмыгнул носом и исчез. Макс появился в дверях, извиняюще пожав плечами.

Глава 6. Проклятие или спасение?

Макс стоял передо мной, его золотистые глаза, еще полные неостывшей ярости от боя, горели теперь иным огнем - решимостью и странной надеждой. Его рука лежала поверх моей на рукояти кинжала.

- Стася. Сейчас или никогда, - его голос был низким, хрипловатым, но невероятно твердым. Прикосновение его ладони к моим пальцам было шершавым, теплым и… обжигающе уверенным. - Полная луна. Наша кровь. Клинок. Этого достаточно. Свяжем силу - или следующей ночью Моргана сотрет нас с лица земли. Всех.

Я смотрела в его глаза, чувствуя, как мой страх и сомнения тают под напором его уверенности и той дикой, животной силы, что исходила от него. Его близость была как костер в ледяной ночи - пугающая и манящая одновременно.

Я кивнула, не в силах вымолвить слово. Символы на клинке вспыхнули ярче, будто отозвавшись на мое согласие и на лунный свет, льющийся с неба.

- Что… что мне делать? – прошептала я, чувствуя, как дрожь в руке утихает под его крепкой хваткой.

- Клинок - проводник, - объяснил Макс, его дыхание теплым облачком коснулось моего лба. - Разрежь мою ладонь. Глубоко. Затем свою. Соединим раны - кровь с кровью. Магия кинжала и луна сплетут нас. Дадут силу стае. Дадут защиту оборотням моей стаи от серебра и всего остального, что может причинить нам вред.

Его слова звучали как древнее заклинание, пробуждающее что-то глубинное во мне. Я подняла кинжал. Макс без тени сомнения подставил свою мощную, исцарапанную ладонь. Я зажмурилась на миг, вобрала воздух, впитала его уверенность - и провела острием.

Темная, насыщенная кровь оборотня хлынула ручьем, заструилась по его пальцам, упала на землю у наших ног, смешиваясь с прахом поверженных вампиров.

- Теперь твоя, - сказал он тихо, и в его голосе прозвучала неожиданная нежность. - Не бойся. Это путь к спасению.

Я приставила острие к своей ладони. Холод металла. Его пристальный, поддерживающий взгляд. Резкое движение - острая, чистая боль.

Моя алая кровь брызнула, смешавшись с его темной на лезвии. В тот же миг символы на клинке вспыхнули ослепительным золотом и багрянцем! Воздух вокруг нас затрещал, сгустился, наполнившись невидимой мощью.

Энергия, дикая и теплая, как дыхание самого леса, как сама сущность Макса, ударила от кинжала. Я протянула окровавленную ладонь к его зияющей ране.

Я прижала свою ладонь к его. Горячая кровь - его мощная, моя живая - смешалась, потекла единым потоком по нашим сцепленным рукам. Энергия кинжала и полной луны обрушилась на нас волной! Я вскрикнула не от боли, а от мощи ощущений.

Я почувствовала лес вокруг каждой клеточкой, услышала гул земли, ощутила дикий, неукротимый ритм сердца Макса как свой собственный. Его ярость, его защиту, его… желание. Его золотистые глаза пылали так близко, смотря на меня с такой неистовой концентрацией, что мир сузился до точки.

Связь! Она сплеталась, прочная и неразрывная, как корни древнего дуба!

И в этот самый миг, когда магия обряда достигла своего пика, случилось невообразимое.

Влад, стоявший в нескольких шагах с привычной отстраненностью, внезапно вскрикнул - не от боли, а от глубочайшего, леденящего шока. Его тело дернулось, будто его пронзили невидимым копьем. Он поднял свою бледную, изящную руку - и на ладони, прямо над линиями жизни, проступил, будто выжженный изнутри, тот же самый пульсирующий золотисто-багровый символ, что пылал на наших соединенных руках и на клинке!

- Нет! - его зеленые глаза расширились, уставившись сначала на символ, потом – на меня, - сила… ее кровь… она зовет!

Макс, взревел - смесь ярости и невероятной, искажающей болью. Его тело содрогнулось.

Чистый, яростный поток связи между нами вдруг исказился, наполнившись ледяной, чуждой, нечеловечески древней силой - сущностью Влада! Это было, как смешать расплавленное железо с жидким азотом.

Свет от кинжала и символов взорвался хаотичным фейерверком - золото, багрянец и пронзительная, ледяная синева метались по поляне. Земля под ногами качнулась.

Я чувствовала, как в поток дикой, теплой энергии Макса врывается холодная, бездонная река Влада, неся с собой щемящую тоску.

- Ты! - Макс зарычал, инстинктивно пытаясь оторвать руку, но наши ладони, сплавленные кровью и бурлящей магией, были неразделимы. Его взгляд, полный ненависти и недоумения, впился в вампира. - Что ты сделал, кровосос?!

- Я?! - Влад зашипел. Он смотрел на меня, и в его зеленых глазах, помимо шока, горел теперь странный, острый интерес, смешанный с… тревогой? - Эта варварская сила! Она притянула меня! Я чувствовал ее зов… силу охотницы… силу, которая… связала нас! Навеки!

Энергетический вихрь, достигнув предела, рухнул. Свет погас разом. Символы на кинжале и на наших ладонях - у Макса, у меня и теперь у Влада - перестали светиться, но остались на коже. Не шрамы, а отметины. Четкие, неистребимые, чуть теплые на ощупь.

Ощущение бури сменилось… оглушительной тишиной. Но не пустотой. А тяжелой, плотной, неразрывной связью, натянутой между нами троими, как тетива. Я с усилием оторвала ладонь от Макса. Раны уже быстро стягивались, оставляя лишь розовые полоски - на моей руке, на его… и, к моему изумлению, на безупречно бледной коже Влада, где теперь навсегда красовался тот же символ.

- Что… что это? - выдохнула я, и мой голос прозвучал чужим в мертвой тишине поляны.

Глава 7. Черный Тюльпан.

Дверь захлопнулась за нами с мягким, но окончательным щелчком. Звук извне - шелест листьев, далекий гул города - мгновенно исчез, словно нас вырезали из реальности и поместили в вакуум. Тишина внутри дома была не просто отсутствием шума, а плотной, почти осязаемой субстанцией. Воздух пах старым камнем, воском и чем-то неуловимо чужим - не гнилью, а скорее… холодом и безмолвием.

Я сползла со спины Макса, едва удерживаясь на дрожащих ногах. Его мощный волчий бок, такой теплый и живой еще секунду назад, подергивался от напряжения. Он тут же начал обратное превращение.

Макс, встал на ноги человеком, голый по пояс, его дыхание было учащенным, а золотистые глаза метались по залу, выискивая угрозу.

- Уютненько, - прошипел он, оглядывая мрачный холл.

Высокие стены из темного камня, узкие витражные окна, пропускающие лишь жутковатые блики уличных фонарей, массивная дубовая лестница, уходящая вверх во тьму. Ни картин, ни ковров - только функциональная, подавляющая готика.

- Прямо как в склепе. Ты тут живешь, или просто хранишь мумии? - язвительно спросил Макс.

Влад уже стоял у массивного камина, в котором холодно поблескивали не тронутые огнем черные поленья. Он снял плащ, под которым оказался простой, но безупречно скроенный черный камзол и брюки. Его движения были бесшумными, как у кошки.

- Терпение и такт, щенок, - отозвался он, не оборачиваясь, его старинный акцент звучал отчетливее в гулком зале. - «Черный Тюльпан» старше твоей стаи и крепче любой волчьей берлоги. Символы на стенах, - он легким движением руки указал на едва заметные в полумраке углубления в камне, заполненные темным металлом, - не просто прячут. Они… усыпляют внешние проявления магии. Гасят сигналы. Для мира снаружи, для таких как Моргана, ты, Наследница…

Я прикоснулась к стене. Камень был холодным и гладким. Под пальцами я почувствовала легкую вибрацию, едва уловимое гудение, словно дом сам по себе был живым и дремлющим существом. И еще… что-то знакомое. Очень отдаленное, как запах духов, которые когда-то носила бабушка. Я сжала руку в кулак, гоня прочь навязчивое ощущение.

- А для нас внутри? - спросила я, голос прозвучал громче, чем хотелось, в гнетущей тишине. - Эта связь… - Я подняла руку, глядя на тускло светящийся символ на ладони.

- Она здесь, - Влад, наконец, повернулся. Его зеленые глаза, казавшиеся еще глубже в полумраке, скользнули по моей ладони, потом по символу на своей собственной. - Но приглушена. Как боль под наркозом. Вы все еще чувствуете друг друга, не так ли? Но острота… сглажена.

Макс мрачно кивнул, потрогав свой символ. Он все еще не мог смотреть на Влада без ненависти.

- Да. Твою ледяную душу все равно чувствую. Как занозу. А что насчет твоих «символов»? Они и меня так же… усыпят? Мою связь со стаей? Мои инстинкты?

- Твоя звериная сущность - часть тебя, как дыхание, - Влад махнул рукой с изящным презрением. - Символы гасят всплески, а не саму жизнь. Ты останешься тем же дикарем, просто… менее заметным для ушей ночи. Надеюсь, это не лишит тебя последних мозгов.

Макс шагнул вперед, его кулаки сжались.

- Попробуй сказать это еще раз, кровосос…

- Хватит! - я встала между ними, чувствуя, как по натянутым нитям нашей связи бьют волны их взаимной ненависти. - Мы здесь, чтобы выжить, а не выяснять, кто круче! Макс, ты ранен. Тебе нужна передышка. Влад… - я повернулась к вампиру, - этот дом огромен. Где можно прийти в себя?

Влад смерил меня долгим, тяжелым взглядом.

- Следуй за мной, Наследница, - он повернулся и бесшумно направился к лестнице. - Для тебя есть комната. Она… подойдет.

- Для меня? - удивилась я, идя за ним. Макс шел следом, как мрачная тень, его плечи напряжены, готовые к удару.

- Да, - ответил Влад, не оборачиваясь. - Она пустовала долго. Но сохранилась.

Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Коридор был длинным и темным, лишь редкие бра в виде стилизованных черных тюльпанов давали тусклый свет.

Влад остановился у двери из темного дерева, украшенной сложной резьбой - все те же символы, что и снаружи, но мельче, изящнее. Он прикоснулся к центру двери, где был вырезан небольшой тюльпан. Дверь бесшумно отъехала в сторону.

Комната не была похожа на остальной дом. Здесь не было давящего камня. Стены были обиты выцветшим, но все еще красивым шелком нежного сиреневого оттенка. Большая кровать с балдахином, туалетный столик с зеркалом в серебряной раме, книжные полки. Все дышало старинным изяществом и… женственностью.

На столике стояла ваза из матового черного стекла, но она была пуста. Пыль лежала тонким слоем на всех поверхностях, но не было ощущения заброшенности, скорее, замерзшего времени.

- Чья это комната? - спросила я, делая шаг внутрь. Знакомое ощущение усилилось. Запах… едва уловимый аромат лаванды и чего-то еще, сладковатого, как забытые духи.

Влад стоял на пороге, его лицо было непроницаемой маской, но в зеленых глазах бушевал вулкан эмоций - боль, тоска, что-то похожее на вину.

- Она принадлежала… одной гостье, - произнес он, наконец, его голос звучал приглушенно, странно хрипло для его обычной безупречности, - очень давно. Здесь безопасно. Символы в стенах комнаты сильнее, чем в остальном доме. Отдыхай. - Он сделал шаг назад, как будто комната причиняла ему физическую боль. - Я принесу одежду. И еду. Для… него, - он кивнул в сторону Макса, не глядя на него.

Глава 8. Наследие.

Серый, бесцветный свет пробивался сквозь высокое витражное окно, разбиваясь на призрачные блики на пыльном полу. Ночь отступила, унося с собой адреналин битвы, шок от обряда и ледяную остроту вампирской угрозы.

Я проснулась от тишины. Тишины, которая была громче любого шума. Я лежала на огромной кровати под балдахином, укрытая тяжелым, чуть пахнущим нафталином покрывалом. Моя прабабушка спала здесь. Дышала. Мечтала. Боялась?

Символ на ладони тускло светился, как напоминание о проклятии. Я чувствовала их. Обоих.

Макса - где-то рядом, в этой же комнате? Его присутствие было плотным, теплым, как потухший костер, но в нем клокотала неусыпная настороженность.

Влада… Его эхо было другим. Отдаленным, холодным, как глубокий колодец. Но оно было здесь. В стенах этого дома. В самой тишине.

Я осторожно села. Тело ныло, будто меня переехал грузовик. Шея под повязкой пульсировала тупой болью от укуса Морганы. Ладонь, разрезанная для обряда, затянулась розовой полоской, но болела при движении.

На стуле у туалетного столика лежала аккуратная стопка одежды - простые темные джинсы и мягкий свитер, явно новые, но без бирок. Рядом - кувшин воды и кусок хлеба на чистой тарелке. Работа Влада. Его молчаливая забота резала по нервам острее его колкостей.

Я встала, едва не вскрикнув от боли в мышцах, и подошла к окну. Витражи из цветного стекла превращали унылый рассвет в странный калейдоскоп изумрудных и кроваво-красных пятен на каменном полу. За окном виднелся замкнутый, заросший диким плющом двор, окруженный высокими глухими стенами.

Ни звука. Ни движения. «Черный Тюльпан» был идеальной тюрьмой-крепостью.

Дверь скрипнула. Макс, стоял на пороге, потягиваясь. Золотистые глаза, еще мутные от неглубокого сна, мгновенно сфокусировались на мне. Оценка. Защита. Тревога. Все это прокатилось по нашей связи волной.

- Живая? - спросил он хрипло, голос скрипел от недосыпа. Он выглядел изможденным, но напряжение не покидало его тело. Оборотень настороже, даже в безопасных стенах.

- Пока дышу, - попыталась я улыбнуться, но получилось больше как гримаса. - А ты? Как раны?

Он пожал могучими плечами, потрогав свежий шрам на боку - подарок вампирских когтей.

- Затягивается. Физиология. А вот тут… - он постучал пальцем по виску, - …гудит. Чувствую его. - Он кивнул куда-то вглубь дома, имея в виду Влада. - Будто ледяной гвоздь в мозгу. И тебя… - его взгляд смягчился на долю секунды, - …тоже. Постоянно. Адская штука, эта связь.

- А Влад? - я кивнула в сторону коридора.

- Где-то шастает по своему каменному склепу, - буркнул Макс, заходя в комнату. Его взгляд скользнул по стопке одежды, по хлебу. - Солнце встало - ему не комильфо, даже тут. Хотя… - он окинул взглядом стены с их едва различимыми в дневном свете защитными символами, - …в этом месте законы физики, кажется, другие. - Макс хмыкнул. - Пойдем вниз? Кровосос сказа, там еда есть. Настоящая. Не только хлеб и вода.

Мы спустились по широкой каменной лестнице в мрачный холл. Утро не прибавило ему уюта. Камни стен казались еще холоднее, витражи отбрасывали на пол причудливые, но унылые узоры из серого и синего цветов. Однако из-за двери слева доносился… запах. Горячего масла, яичницы? И крепкого кофе. Парадокс в этом доме.

Кухня оказалась неожиданно просторной и почти нормальной. Большая печь, массивный дубовый стол, полки с медной посудой, блестящей чистотой. И за столом, в глубокой тени от узкого окна-бойницы, сидел Влад.

Он выглядел бледнее обычного, почти прозрачным. Свет, не касавшийся его напрямую, все равно казался для него враждебным. Он сидел очень прямо, держа в изящных пальцах фарфоровую чашку с дымящимся черным кофе. Перед ним на тарелке лежало… ничего. Пустота.

- Ага, завтрак Графа Дракулы, - пробурчал Макс, плюхаясь на стул напротив.

На столе стояли две скромные, но дымящиеся тарелки: яичница с аппетитными кусочками бекона и поджаренным хлебом. Наше скромное пиршество.

Влад не поднял глаз, отпивая кофе. Его движения были безупречно плавными, но… замедленными. Будто каждое требовало концентрации.

- Солнечный свет угнетает, но не проникает в суть вещей здесь, - произнес он своим ровным, старинным акцентом. Его голос звучал чуть тише, чем обычно. - Аппетит… приходит с темнотой. Наслаждайтесь простотой, пока ваша пища имеет вкус и тепло. - Он снова отхлебнул кофе.

Я села, чувствуя себя неловко под его тяжелым, оценивающим взглядом. Он наблюдал, как я беру вилку. Через проклятую связь вибрировала тонкая нить - он чувствовал мою усталость, мою боль, мое смятение

- Щит… - начала я, отодвигая тарелку. Аппетита не было. - Он прочен? Днем?

Влад поставил чашку с тихим, точным стуком.

- Днем - максимально, - ответил он. - Символы черпают силу из камня. Они гасят внешние импульсы, маскируют внутренние. Для Морганы и ее своры вы сейчас - не более чем шум ветра в соседнем переулке. Но… - он сделал паузу, - …с закатом щит начнет ослабевать. Энергия ночи питает их и… конфликтует с защитой дома. У нас есть время. До сумерек.

- А что потом? - спросил Макс, доедая свою порцию с волчьей скоростью. - Сидеть тут, как мыши в каменной ловушке, пока они не прорвутся?