Наследница Лилит

Глава Первая. Возвращение домой 

20 век. Где-то на просторах Гималайских гор

Поднимаясь высоко над заснеженными горами, чувствую себя свободной: только тут я могла быть самой собой, только тут я могла раскрыть свои крылья. Свобода, адреналин, легкий ветерок обдувал мое лицо, перебирая волосы; над бескрайними горами светлело предрассветное небо. Я знала, что мне стоит поторопиться, чтобы остаться незамеченной людьми, до границы оставалось рукой подать.

Рядом проживающие народы знали о нашем существовании, но боялись о нас говорить: для них мы — равные Божествам, нас боятся и почитают. И только любопытствующие, которые ищут просвещения, или глупцы, покоряющие горы, могли забрести к границе, но тут уже была начеку наша стража.
Преодолев первый рубеж границы, спустилась к пещере — без крови никуда, порезав левую руку, приложила к камню — полог исчез.

- Ну, здравствуй, наследница, — громкий голос разнесся по пещере эхом.

- Привет, Анамас, — обняла здоровяка. — Ты всё тут? Не знала, что сегодня твоя смена.

- Домой?

- Да, родители вызывают. Не знаешь, что произошло?

- Догадываюсь, но об этом пусть лучше они сами тебе расскажут, пойдем, — сколько лет уже прошло, а Анамас не изменился.

С густой коричневой шерстью, почти трехметровый великан, с чистыми, почти наивными детскими глазами, почитаемый местными народами как йети или снежный человек.

- Сколько ты уже живешь среди людей? - поинтересовался Анамас. На минутку задумалась, стараясь припомнить.

- Почти триста пятьдесят один год прошел, - странно, но я об этом даже не задумывалась.

- Много, - задумчиво произнес великан.

- Для людей да, для нас - мгновение. Но знаешь, что самое ужасное во всем этом?

- Что? - Мы остановились возле арочного каменного прохода.

- То, что они с каждым годом и новым правителем переворачивают историю и веру под себя, постоянные бессмысленные войны; они забыли истину, перестали верить в себя, надеясь на правительство или религию. Они не знают, что такое жить и сосуществовать в мире и взаимоуважении друг с другом. Верят всему, что им говорят, они перестали мыслить. А если заводят отношения, то обязательно выставляют их на обозрение.

- Странно, грустно и печально, - с грустью проговорил Анамас. - Здесь не так, до недавнего времени все было спокойно, пока не возросло количество желающих покорить горную вершину.

- Альпинисты, - уточнила я.

- Они все пытаются покорить вершину, пришлось применить подавление воли, пока помогает. Думаем увеличить охрану границ, любопытных стало много, - не успела произнести и слово в ответ, как мне навстречу неслось полутораметровое, волосатое с длинной шерстью существо.

- Серел, - трепала по густой шерсти собаку-охранника. - Вот скажи, проказник, ты зачем съел у бедной девушки баранов и укусил бедняжку? Теперь все уверены, что это сделали неразумные йети, - раздавшийся приятный рядом смех отвлек меня от Серела. - Энжей, - обняла шерстяного здоровяка с голубыми глазами.

- Добро пожаловать, девочка, давно не виделись, - меня обняли в ответ. - Уже наслушалась о приключениях Серела?

- Как же, пока добиралась, наслушалась, как неразумный йети напал на стадо баранов и укусил бедную пасшую овец девочку.

- Да, - почесал затылок здоровяк, Анамас громко рассмеялся. - Отпустил с новеньким пройти территорию, а он не усмотрел за Серелом.

- Ничего, возможно, меньше желающих будет лезть на закрытую территорию, - подвела итог приключению Серела.

- Местные не лезут, а вот путешественников много. Правитель думает увеличить охрану, - с нотками сожаления вымолвил Энжей.

- Да, сейчас становится сложно охранять границу, - сказал Анамас. - Даже страх местного населения не помогает, - я знала, что люди развиваются, покоряют новые земли, а также слышала о таком массовом развивающемся увлечении, как альпинизм. Понимала, что многих влечет неизведанность, влекут незримые следы, манит величие. Но я также знала, что столько веков нашему правителю удавалось сохранить в тайне наш мир, несмотря на бесконечные поиски любопытствующих неизведанного.

- Энжей, я проведу Лилит, - сказал Анамас.

- Конечно, - и, обращаясь ко мне, спросил: - Ты надолго домой, не надоел мир людей?

- Не знаю, родители прислали сообщение, что хотят видеть. Думала, что-то случилось. А мир не надоел, каждый раз что-то новое открывают, люди развиваются.

- Это мы заметили, - сказал Энжей, и дружно рассмеялись с Анамасом.

- Передавай привет Алне и детям, - сказала на прощание Энжею, потрепав по темной шевелюре Серела. Мы прошли дальше. Я уже и забыла, как это - быть дома.

Спускались в полной тишине по каменной лестнице, пролетов десять ничего не происходило, пока я не увидела это.

- Что это? - схватила за мохнатую руку Анамаса.

Рядом со мной стояло белое с голубыми прожилками, можно даже сказать, полупрозрачное существо, отдаленно напоминающее человека. Лысое, с удлиненной головой, если поначалу мне показалось, что оно без глаз, то ошиблась - они были: белые глазницы, покрытые прозрачной светло-голубой пленкой. Приплюснутый нос, бесцветные губы, которые, прикрываясь, открывали отвратный вид на заостренные клыкообразные зубы, по прозрачной светло-голубой губе стекала вязкая слюна. Худое, удлиненное существо с продолговатыми руками странно меня обнюхивало, чувство мерзости не покидало меня.

- Это охранники, - придерживая меня рукой за плечо, произнес Анамас.

- Какая мерзость, - передергивая плечами от неприятного ощущения, проговорила в ответ. - А можно попросить его не трогать меня, - поближе прижалась к Анамасу.

- Он не тронет тебя, у тебя кровь древних.

- Божечки, у кого такая больная фантазия? - не выдержала моя психика.

- У твоего отца, - вот это я никак не ожидала услышать.

- Они не причинят вреда, если человек зайдет на закрытую территорию?

- Только пугают, я так думаю, - ну да, конечно, а вот я в этом очень сильно сомневаюсь. Отпихнув от меня странное существо, которое, как животное, фыркнуло и что-то пророготило на своем, Анамас сказал:

Глава Вторая. Приятные новости 

Скорей всего, каждый, возвращаясь домой, испытывает чувства сродни ностальгии, вот здесь я совершала свой первый полет, а здесь мы прыгали с высоты, вот там за горами море, в котором училась плавать, или лес, в который убегали от преподавателя и совершали набеги на гнезда белок.

- Так как там? - нарушил молчание Адамант.

- Все хорошо, - ответила, пожимая плечами и рассматривая через стекло такую далекую и родную местность.

- Чем ты занималась?

- Работала в музее во Франции.

- И как? - сквозь смех продолжал задавать вопросы Адамант.

Его реакция на мой ответ немного обидела, для себя решила, что не буду все рассказывать.

- Нормально, - произнесла, все также смотря в окно. - Разбирала архивы, проводила экскурсии. Знаешь, люди очень любят выдумывать историю, придумывать что-то новое, забывая при этом истинное и старое.

- Это давно известно, - холодно ответил друг. - Тебе понравилось там? - добавил, сменив тон на более мягкий.

- Да, - честно призналась.

Атмосфера в кабине немного напрягала, я все больше ощущала неловкость и раздражение Адаманта. Решив сменить тему, задала вопрос:

- Так зачем же вызвал меня отец?

- Нетерпеливая, - наконец посмотрел в мою сторону друг. - Скоро все узнаешь, - дополнил, загадочно улыбаясь.

Человеческие мужчины меркли своей красотой по сравнению с нами, чистокровными высшими демонами. Любуюсь красотой друга, такой красивый и чужой, холодный взор его глаз устремлен на меня, но в них нет и капли тепла. В нем нет того домашнего, теплого, моего.

На горизонте замаячили стены города и крыши домов, грусть-тоска вперемешку с радостью, надеждой и волнением поселились в моем сердце. Я ждала встречи с родными. Как давно не видела маму, папу; с бабушкой мы фактически каждый день общались. Дедушка вечно занят управлением огромным княжеством, то еще занятие, так что встречаемся мы с ним редко. Есть у него идея оставить княжество мне, но моя душа к этому не лежит. Потому есть подозрение, что разговор будет вестись на эту тему. Главное, пережить его, уговорить и уехать, бабушка поддержит.

Довольная своим решением, сама открыла дверь машины, пока я размышляла, мы остановились во дворе нашего трехэтажного дома. Зеленая лужайка, нежный запах фруктовых деревьев разносились притягательным ароматом, все говорило: я дома, внутри все ликовало от грядущей встречи с родными.

- Ты так спешишь, я бы помог, - произнес позади Адамант.

- Так я могу и сама, - повернулась, улыбаясь. - Спасибо, что встретил. Пока, - помахала рукой другу.

- Мы с тобой не прощаемся, Лили, я живу в вашем доме, - наверное, давно я не ощущала себя такой большой глупой дурой.

Прикрывая дверь, он медленной походкой хищника направлялся ко мне, не отводя взгляд.

- Давно не была, много всего переменилось, - с улыбкой балбеса проговорила в ответ.

Спрашивается, почему об этом промолчали мама и бабушка? Но ситуация уже начала мне не нравиться. Как бы пережить предстоящие события…

Не стала дожидаться, пока он меня догонит, ускоренным шагом направилась ко входу в дом.

Мраморные ступеньки лестницы вели к белоснежным колоннам, темные деревянные резные двери распахнулись перед моим приближением.

- Добрый день, Деон, - поздоровалась со слугой.

- Добрый день, барышня, с прибытием, - с теплой улыбкой поздоровался демон.

Сколько лет уже прошло, а он все так же верно служит нашей семье. Короткие черные густые волосы, добрые темно-серые глаза, прямой нос, массивный подбородок, всегда в белоснежной рубашке и черном костюме.

- Благодарю, а отец - он где?

- У себя, - почтительным тоном произнес Деон.

- Разве ты не приведешь себя в порядок, прежде чем показаться отцу? - раздался позади удивленный и немного гневный голос Адаманта.

Как говорят в мире людей, я немного удивлена, шокирована. С каких это пор он стал отдавать мне приказания?

- Позволь, я сама решу, - сдерживая гнев, произнесла. - Деон, проведи, пожалуйста, к отцу.

С этим стоит решить сразу, шепчет моя интуиция, что это не к добру.

- Как скажете, - пряча улыбку, ответил демон, и только кисточка на хвосте весело подпрыгивала в такт его шагу.

В княжестве моего деда существовала иерархия, иначе, как он говорит, никакого порядка. Мы относились к высшим демонам. Фактически, нас не отличишь от ангелов. Когда-то давно произошла огромная война, мой дед восстал, и вот падшие ангелы жили поначалу среди людей, находили себе жен. Постепенно ситуация изменилась, и люди стали охотиться на демонов, оборотней, эльфов, вампиров и ведьм. Чтобы избежать лишних жертв, мы ушли и закрыли наши миры. Часть демонов, вампиров и оборотней, которые решили остаться с людьми, за что поплатились жизнью.

Недавно до меня дошли слухи, что на севере России и Канады живут закрытые кланы оборотней, как им удалось договориться с инквизиторами, вопрос, конечно, интересный. В Испании еще остались закрытые кланы вампиров, но они все живут обособленно и к себе не подпускают, тщательно охраняют свою территорию.

Деон относится к просто демонам: небольшие рожки спрятались в темных волосах на голове, хвостик с кисточкой, а вот кожаные крылья появляются, когда он трансформируется в боевую сущность.

Низшие демоны, их люди почему-то называют чертями, хотя черт — это совершенно другое существо. Ну да ладно. У низших вот как раз и копыта, и хвост, и рога побольше, чем у демонов.

Я шла за Деоном по знакомым с детства коридорам, большие окна со светлыми занавесками, в коричневых глиняных расписных горшках росли зеленые цветы под самый белоснежный потолок. В холле, не прощаясь, Адамант направился вверх по лестнице из темного красного дерева. «Странно, даже не попрощался», — мелькнула мысль в голове.

Открыв темно-коричневую дверь, стали спускаться по серой каменной лестнице вниз.

— Отец переехал в подвал? — удивленно спросила Деона.

— Да, сударыня, в последнее время он все чаще проводит время там.

Глава Третья. Разговор и решение проблемы 

Договориться — это единственная мысль, которая билась в голове. Кажется, я дорогу не различала, направляясь вверх по лестнице. От нервного напряжения руки тряслись, мысли в голове путались. «Стоп. Так нельзя, нужно успокоиться», — схватилась за ручку двери, ведущую наверх. Отчаявшись, прислонилась лбом к деревянной двери. Но пока облегчение не наступало, и очень хотелось сжать зубы до боли.

«Нужно взять себя в руки», — вдохнув-выдохнув несколько раз подряд, добилась того, что сознание постепенно стало возвращаться. «Нужен холодный рассудок, иначе ничего не получится. Я еще слишком молода для замужества».

Открыв дверь, попала в крепкие мужские объятия.

— Простите, сударыня, мне показалось, вы не можете открыть дверь, — раздался голос Деона.

— Все хорошо, просто слишком много новостей, — ответила ему. — Отведи меня, пожалуйста, в выделенную мне комнату, — попросила, и самой стало противно, как жалко он прозвучал.

— Конечно, сударыня, — делая шаг назад, ответил демон. — Вы не переживайте, все решится.

— Если бы, Деон, меня замуж выдают, — пожаловалась слуге.

А как я в детстве мечтала, что у меня будет такая же дружная семья, как у моих родителей. Не судьба...

Миновав холл, поднимались по деревянной резной тёмной лестнице, светло-кофейного цвета стены, картины в позолоченной раме, панели из красного дерева. Миновав второй этаж, где раньше находилась моя комната, мы поднялись на третий. Возле резной тёмной двери остановились.

- Это ваша спальня, все вещи слуги уже перенесли. А это, - Деон указал на соседнюю дверь и запнулся.

- Моего женишка, - добавила, рановато он переселился в смежную спальню, а с другой стороны - не придётся искать.

Переводила взгляд со своей двери на его, размышляя, сразу поговорить или всё же потом. В сомнениях рука всё же потянулась к позолоченной ручке соседней двери.

- Не стоит, госпожа, если хотите поговорить, сделайте это чуть позже, - спокойным голосом произнёс Деон.

Непонимающе взглянула на слугу.

- Поверьте, так будет лучше, - настаивал на своём демон.

Но вот такое говорить женщине? Да мне любопытство не то что не даст спокойно принять ванну, посидеть пару минут не смогу.

- Возможно, ты прав, - произнесла и открыла свою дверь. - Спасибо, Деон.

- Всегда пожалуйста, моя госпожа, - склонив голову набок, с улыбкой ответил демон.

Сколько он у нас служит уже и не помню, кажется, вечность, его ещё дедушка к нам прислал, но он всегда был добр к моим шалостям, и помогал, и успокаивал.

Открыв дверь, ничуть не удивилась великолепию, постарались на славу: огромных размеров окно на всю стену с балконом - это первое, что бросалось в глаза; светлые шторы, кровать на маленьких ножках, занимающая почти половину комнаты. Маленький светло-коричневый диванчик в углу, рядом столик, песочного цвета обои, приоткрыла рядом со входом светлую дверь - ванная в светлых тонах, ещё одна, напротив кровати, вела в гардеробную, и рядом с кроватью, полагаю, к будущему супругу.

Что ж ты так от меня скрываешь, что Деон не хотел, чтобы я заходила? Неуверенно сделала первые шаги, сомнения одолевали, а возможно, совесть. Смешно, скажи кому в мире людей, что у демона есть совесть, засмеют. Интуиция сигналила, что я обязательно должна это увидеть, что я должна это знать. Рука легла на круглую ручку, из комнаты доносилось какое-то шуршание. Ну, думаю, ничего страшного нет, если я захочу поговорить с Адамантом. То, что мне показалось шебуршанием, на самом деле это был приглушённый девичий крик.

Возле окна, стоя к нему вполоборота, накрутив длинные темные косы девушки на руку, заставив ее запрокинуть голову, Адамант со всей силы вбивался в бедняжку. Накаченная широкая обнаженная спина, крепкие ягодицы, стройные, покрытые светлыми волосками ноги, одной рукой он натягивал волосы девушки на себя, второй рукой оттягивал грудь, покручивая пальцами сосок. Облокотившись двумя тоненькими руками о подоконник, у бедняжки по белоснежному лицу текли слезы. Сквозь кляп доносились крики наслаждения, то, что я восприняла как крик о помощи. Она прикрывала глаза от наслаждения, подмахивая в такт Адаманту.

Смотреть на это было выше моих сил, тихо прикрыв дверь за собой, заглянула в гардеробную, схватила ночную сорочку и халат, пошла в ванную.

Светлая комната из мрамора, большая встроенная ванна в пол, зеркало почти на всю стену, белоснежный рукомойник. Нажав на пару камешков, настроила воду; пока набиралась вода, скинула с себя вещи, из небольшого хрустального флакона добавила пену с ароматом орхидеи.

Откинувшись, наслаждалась тишиной, но стоило прикрыть веки, как перед глазами встала картина из комнаты Адаманта.

Хочу ли такую жизнь, когда муж будет мне изменять, вот так запросто, за дверью. А я буду лежать, слушать и знать. Возможно, тоже заведу себе любовника, надолго ли? А как хотелось, чтобы как у родителей или у бабушки с дедушкой — раз и навсегда.

Но как мог так поступить с девушкой Адамант, он должен знать, что без него она не выживет. Хватит, пора о себе подумать.

Нырнув с головой, откинула ненужные мысли. Если сказать, что расскажу отцу, может и откажется от свадьбы. Довольная своей смекалкой, на радостях вылезла из ванны, быстро вытерлась полотенцем, накинув поверх голого тела шелковый халат, вышла.

- Я уже думал присоединиться, — раздался голос с кровати.

- Не думаю, что это будет уместно, — ответила Адаманту.

- Ты заходила.

- Да, хотела поговорить, — ответила, разглядывая неверного женишка.

Широкие полы халата разошлись, открывая вид на обнаженные ноги, мой взгляд оценивающе поднялся вверх, прихваченный поясом халат, открытая грудь.

- Нравлюсь? - с хищной улыбкой спросил демон. - Хочешь, повторим, тебе ведь понравилось, Лилит?

- Не мечтай, - спокойно ответила, разглядывая друга детства.

- Что, даже первой брачной ночи не будет? - с издевкой подтрунил Адамант.

Глава Четвертая. Любовь к жизни 

Наше время (осень)

- Лилия Самаэловна, там под дверью сидит Жукова и ни в какую не хочет уходить, - вошла моя медсестра Света.

Модная прическа пикси, темно-коричневые брови вразлет, небольшой курносый носик, серо-голубые глаза, обильно накрашенные ресницы и ярко-красная помада, белый халат поверх черного кружевного лифчика, черные кожаные штаны и резиновые закрытые тапочки.

Осмотрев сей образ девушки после медучилища, только горько вздохнула, но сколько раз можно делать замечание. А в ответ всегда одно и то же: «Я девушка незамужняя, мне положено. Да и вы, Лилия Самаэловна, подумали бы уже, а то часики тикают, а потом мы не нужны. Остается только в любовницы идти». И это мне, в мои четыреста девяносто восемь лет! Конечно, здесь мне всего двадцать семь.

- Что она хочет? - горько вздохнула.

- Вас, говорит, не уйду, пока не поговорю, - пожимая плечами, произнесла Света. - А вообще, знаете, наглая особа.

- Она в отчаянии, - ответила. - Пригласи ее.

- Вы очень добрая, а вообще, вот знаете, беременеть нужно, когда кольцо на пальце есть, а не нищету плодить, - продолжала возмущаться девица, которая совершенно ничего не видела в свои двадцать лет.

- Света, не нам ее судить, пригласи девушку, - сдержанно попросила.

- Хорошо, - с неохотой она поднялась со своего рабочего места и направилась к двери.

Как медсестра, Света хороший специалист, но некоторые ее высказывания просто вводят в недоумение. Как так можно, каждый может оказаться в той или иной ситуации, и вместо того, чтобы поддержать и помочь, осуждение. Но, как говорил Великий Воланд: «Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... В общем, напоминают прежних... Квартирный вопрос только испортил их...» («Мастер и Маргарита»).

- Света, - позвала я девушку. - Если хочешь и дальше со мной работать, впредь воздержись от подобных высказываний.

- Я поняла, - скорчив недовольную гримасу, ответила помощница.

Из-за двери послышался недовольный голос, полный одолжения: «Жукова, вы проходите, доктор ожидает вас».

- Спасибо вам, большое спасибо, - вошла девушка лет двадцати двух.

Светло-русые волосы прихвачены в хвост, нежно-голубые светлые добрые глаза, румяные щечки, розовые немного пухлые губки, стройная красивая русская красавица в светлом в мелкий цветок ситцевом платье.

- Добрый день, Лилия Самаэловна, прошу прощения, - от волнения девушка покусывала нижнюю губу.

- Проходите, присаживайтесь, - указала на стул для посетителей.

Присев на край стула, она покорно сложила перед собой руки, опустив на руки взор, и тихо произнесла:
- Вы знаете, зачем я пришла.

- Я повторяла не единожды, что не буду делать аборт, я этим не занимаюсь, - твердо сказала в ответ.

- Но вы один из лучших гинекологов, - взмолилась девушка.

- И потому я ценю жизнь, повторяю еще раз: если вы сделаете аборт, лишите этого ребенка жизни, вы останетесь бездетной, - пытаясь до нее донести информацию.

- Но как же мне быть, что делать? Вернуться домой с пузом не могу, что скажут в моем маленьком городе? - горькие слезы потекли по девичьему лицу.

Мне воистину стало жаль девушку, зная злые людские языки, могу представить, что ее ожидает. Но и лишить ребенка жизни не могу. Насмешка судьбы, моей бабке приписывают убиение младенцев, а я молю сохранить им жизнь.

Краем глаза заметила, что Светлана хочет что-то уже ляпнуть, одним взглядом остановила все ее поползновения. Придвинув стул поближе к девушке, взяла за руки.

- Послушайте, это великий грех - лишать жизни детей, не совершайте его. А люди говорили и всегда будут говорить. Вы можете больше не иметь ребенка, разве стоит это разговоров за спиной. Они поговорят и успокоятся, а у вас дитя, которое будет радовать вас своими первыми шагами, словом «мама», пожалеет, которое будет просто любить вас, потому что вы есть, потому что вы мама. Поначалу будет сложно, но потом, поверьте, станет легче. А возможно, вы выйдете из поликлиники и встретите того, кто предназначен вам самой судьбой. Она, знаете, любит делать неожиданные сюрпризы. Но прошу, не совершайте ошибку. Второго шанса уже будет не дано.

- Вы правда так думаете? - в наивных нежно-голубых глазах девушки появилась надежда.

- Конечно. Нам проблемы даются по силам нашим, - достала из сумочки пачку бумажных салфеток, протянув их девушке.

- Спасибо большое, но рожать приеду к вам, - предупредила она.

- Милости просим, - улыбнулась в ответ.

- Ой, мамочки, я сейчас расплачусь. Ну сама Мать Тереза, сейчас плохо станет, - раздался в голове голос Васи.

- А ты пиво меньше хлебай и чипсы жри, тогда и тошнить не будет, - с сарказмом ответила дракоше.

- А вот упрекать не надо, - обиженно ответил Вася.

Девушка поднялась, еще раз поблагодарила и в тишине покинула мой кабинет.

- Вот это вы даете, сколько раз слушаю и столько раз поражаюсь, - произнесла изумленно Света.

- Опыт, - ответила ей.

- Ага, как же опыт. Опытная моя, - вставил свои пять копеек Вася. - Пятисотлетие твое приближается.

- Помолчи, - мысленно попросила его.

А ведь верно, я совершенно об этом забыла, моя сила входит в самый пик.

- Возраст сказывается, - пробубнил в голове довольный голос Васи.

- Лишишься на неделю своих земных радостей, - прошипела в ответ.

- Дракон — домашнее животное, дракон молчит, - ответил Вася.

Посмотрела на часы, которые показывали без двадцати двенадцать, пора домой. Вечером еще на смену идти в больницу.

- Пожалуй, я пойду, - произнесла, собираясь.

От утреннего ливня остались лишь лужи на сером асфальте и кучи мокрой листвы, которую ветер сорвал с деревьев.

Прошло чуть больше восьми месяцев.

Глава Пятая. Рабочие будни 

        Где-то на просторах  Италии

Мрачные темные коридоры с тусклым освещением сменялись один за другим, по обеим сторонам двери, двери, двери... Одинаковые двери без табличек, чёрные, глядя на темными провалами открытых дверей, за которыми клубилась кромешная тьма.

Ускоренным шагом я направился к тому, кто заменил мне отца. Будучи еще младенцем, я потерял свою мать - ее изнасиловал демон и жестоко разделался с ней. Еще младенцем его Святейшество нашел и приютил меня, принял, как родного сына.

Всего одна настольная лампа освещала кабинет отца, сам же он сидел в кожаном большом кресле возле приоткрытого окна, за которым клубилась тьма. Свежий ветерок врывался в окно сквозь чугунную решетку,  приподнимал плотную ткань.

- Ваше Святейшество, вызывали? - слегка наклонил голову в знак приветствия. 

-Оставь весь официоз. Заходи, - махнул рукой отец, указывая на соседнее кресло. 

- Что произошло? - перешел сразу к делу, присаживаясь напротив отца. 

- Он появился. Сегодня вечером был зафиксирован мощный фон. 

- Где? - едва сдерживаясь произнес. 

- В России, - спокойно ответил отец.

- Я понял, сам займусь, - ответил приподнимаясь. 

- Не спеши, Алендо, я понимаю, что это дело чести - уничтожить убийцу твоей матери. Пошли кого-то из твоих людей, не забывай, у тебя скоро свадьба с Франческой.

- Отец, я хотел сам наказать его за смерть мамы, - ответил, стараясь, чтобы голос был спокоен. 

- Я понимаю тебя, - сказал он, поднимаясь следом за мной. - В скором времени ты займешь мое место, подумай о своем будущем, проводи  больше времени с невестой. 

- Хорошо, - ответил, послушно склонив голову.

   Прикрываю глаза, сердце бьётся рывками, внутри бушует настоящий ураган эмоций, я едва сдерживаюсь. До моей мечты остается рукой подать, но она отдаляется. 

- Вот и порешили, - сказал отец. 

- Как у вас с моей дочерью? Знаю, она вовсю готовится к свадьбе, мне буквально вчера принесли счет: я думал, она Рим купила, - рассмеялся от своей шутки отец. 

- Все хорошо, - обтекаемо ответил, избегая вопросов.

 Что я мог ответить? Что она скучна и избалована до беспредела? Но и отказать отцу не могу. 

- Вот и отлично, - явно доволен моим ответом отец. 

- Я могу идти? - спросил, склонившись. 

-Да, и не забудь о деле. 

- Сейчас же отправлю, - ответил, покидая кабинет отца. 

Где-то на просторах России 

Дежурство оказалось продуктивным: пятнадцать младенцев за ночь, уставшая и невыспавшаяся едва попала ключом в дверь. Открыла дверь своей квартиры, в горловину платья тут же вцепились маленькие когтистые ручки дракона.

- Дура сумасшедшая, совсем крыша поехала, ты что творишь????? - от такого приветствия в прямом смысле этого слова впала в ступор, но маленькое существо, видно, совсем забыло барьеры, продолжало верещать не своим голосом: 

- Сейчас полный город инквизиторов наедут, а я жить еще хочу.

Молча  отцепила маленькие ручки дракона, прошла в гостиную. Посреди комнаты лежал небольшой чемоданчик, в котором в полном беспорядке были скинуты вещи Васи. 

- Уже собираешься? - поинтересовалась у него. 

- Мы собираемся, - деловито ответил Вася, уперевшись руками в боки. 

- Ты собираешься, а я в душ и спать, - произнесла и покинула комнату. 

Но кто ж даст спокойной уйти.  

- Ты слышала? Инквизиторы, а ты не вошла в полную силу, нужно заказывать новые документы и тикать. Ты чем думала? - продолжало преследовать меня существо, пока я прошла на кухню и поставила в турке варить кофе. 

- Хватит паниковать, - сказала ему. - Я не могла позволить ребенку умереть, это раз, а во-вторых, для того чтобы заказать документы, нужно время, так же подготовить место, в которое переедем, - нарезая хлеб, сыр и колбасу для бутербродов. - А ты можешь валить хоть сейчас, - посмотрела в изумленные маленькие глазки дракона. 

- Это как? - прошептал он. 

- А вот так, - ответила я. - Меня достал вечный бардак, я не замужем, а чувство, что нахожусь в браке лет двести: пьяный муж на диване, разбросанные банки из-под пива и пачки из-под чипсов. Да ты хуже мужа, ты, как свекровь, с вечными нотациями и своим порядком. Поэтому - скатертью дорога, - налила кофе в чашку и молча села завтракать.

 - Но ты понимаешь, что не права? - продолжал гнуть свою линию Вася. 

- В том, что спасла жизнь ребенку, нет, - делая волшебный глоток напитка, от удовольствия аж глаза прикрыла. 

- Но ты подвергаешь свою жизнь опасности, - удивленно прошептал дракон. 

- Моя жизнь, - пожимая плечами ответила. 

- Что ж, я дал клятву твоей бабушке, что буду беречь тебя, - покидая кухню. - Но не забудь заказать новые документы, а то мало ли что, - донеслось из коридора. 

“А вот в этом он прав, документы нужно подготовить, перевести на новый счет деньги, а также решить с новым местом жительства. Жаль, а я так уже привыкла здесь”.

Тяжело вздохнув отставила чашку с кофе, кинула взгляд на нетронутые бутерброды. “Нет, душ и спать”, - решила про себя. 

Громкий звук будильника на мобильном вперемешку с писклявым, возмущенным голосом Васи - это пытка.

- Ты подниматься собираешься? Так ведь и на работу опоздать можно.  

- Знаю, - ответила, накрываясь одеялом. 

- Вставай, я завтрак приготовил, - от его слов я аж приподнялась, удивленно взирая на дракошу. 

- А что? - на красном маленьком тельце вместо передника красовалось белое полотенечко со свиньей. - Я за тебя отвечаю, а то моя сердобольная всех угнетенных и страждущих, спалишь себя, как пить дать, - закончив свою тираду, покинул мою комнату. 

Пока я приводила себя в порядок, переоделась в светло-зеленое платье с запахом, с кухни доносились умопомрачительные ароматы. Что-то в лесу сдохло, раз Вася на кухне, не иначе как вчера испугался. 

Глава Шестая. Неожиданное знакомство 

Лилит

- Ты уверена, что это — ночной клуб? — спросила Ингу, недоуменно разглядывая с виду обычное серое здание без названия. Как-то по-другому я все себе представляла.

“Ой, заведет она нас, эта шельма”, — пробубнил в голове голос Васи.

Удивительно, но впервые я с ним полностью согласна.

- Один из лучших, — произнесла Инга, расплачиваясь с таксистом.

Широкая дорожка из темно-серого асфальта вела к железным черным дверям мимо обильно посаженных деревьев, и лишь один фонарь над дверью освещал все пространство. Моторошно...

- Я бы назвала это дорогой в Ад, — тихо произнесла, оглядываясь.

- Да прям, — возмутилась Инга и тут же стала пояснять. — Многие дорогие ночные клубы так работают.

- Ну не знаю, — с сомнением ответила ей.

- Пошли, — схватила она меня за руку. — Вот там от роскоши обалдеешь.

С некой опаской я все же пошла следом за подругой, возле двери она постучалась, сделав три коротких и один длинный звонок, железная дверь со скрипом открылась. На пороге так называемого клуба нас встретил двухметровый лысый бугай с тоненькими расщелинами вместо глаз и маленькими усиками над толстой губой, в обтягивающей черной футболке и джинсах, подчеркивающих его немалое достоинство.

Мысленно я закатила глаза. “Вертеп... Блин. Стыдно, я — демон, и мне уже жутко от этого места!”

- Привет, Коль, у нас заказан столик на двоих, — прощебетала подруга, кажется, в этом месте она не в первый раз. — У подружки сегодня день рожденья, хочу подарок сделать.

Узенькие слезливые глазки перешли на меня, исследуя. Надолго остановились на моей небольшой груди третьего размера, на моих нижних округлостях, я аж внутренне поежилась под его похотливым взглядом.

“Ужас, а еще говорят, что демоны похотливы! Да все зависит от внутреннего говна человека! Какого черта я сюда приволоклась?”

“Поддерживаю, — недовольно добавил Вася. — Чтобы нас здесь изнасиловали и поимели. Все бабке Лилит расскажу!”

“Тсс... Прошу, помолчи. Может, не так все страшно”, — попросила я его.

- С днем рождения, малышка, — прогундосил здоровяк. — Ин, от меня подарочек, Майк, — подмигнул он подруге. — Развлекайтесь, девоньки.

- Спасибо, — прошептала, кажется, я уже не хочу никакого Майкла и Мауса.

Инга схватила меня за руку со словами:

- Пойдем, а то потеряешься.

И в этом она была права, спускались вниз по лестнице, в углах встречались зажимающие парочки.
Сам клуб находился в подвальном помещении, при входе висела красно-неоновая красочная вывеска “Ветис”, это заставило меня улыбнуться.

- А они хоть знают, в честь кого назвали клуб? — спросила у Инги.

- Как по мне, так название прикольное, — пожимая плечами, ответила та.

Чем ближе мы приближались, тем громче звучала музыка.

- Вообще-то, в честь демона, который, по поверью, совратил невинных монахинь, а здесь невинностью и не пахнет, — последнее пробубнила себе под нос.

Казалось, зал занимал все постоянство: маленькие столики с мягкими диванчиками, сцена... Огромная длинная сцена, на которой извивались не только обнаженные пышногрудые красавицы, но и мужчины, были и отдельные кабинки, прикрывающиеся бордовыми шторками, отдельно лестница вела наверх, скорей всего в вип-зал.

- Нам вон туда, - указала она рукой на маленький столик на двоих возле сцены.

- Почему не в кабинку? - спросила, но то, как на меня посмотрели, поняла, что сделала это зря.

- Потому что в этих кабинках проходит то, от чего бывают дети, - усмехнулась Инга.

Мой взгляд бегал по залу, в котором преобладали черные, красные и бордовые тона, многие сидели вели спокойную беседу, смеялись, другие облизывали взглядом танцующих девушек и парней. На долю секунды взгляд остановился на высоком мужчине, который в кабинку с двумя девушками, чем он будет заниматься, и так понятно. Явно не о погоде разговаривать.

- Зачем мы сюда пришли? - спросила, как только мы присели.

- Отмечать твой день рождения, - ответила подруга.

- Можно было и в другом заведении.

- Нельзя, - наклоняясь через стол, твердо произнесла Инга. - Потому что ты не ходишь по подобным заведениям, да и вообще, когда ты в последний раз встречалась с парнем?

- Недавно, - соврала, не моргнув глазом.

Поклонников у меня всегда было много, но дальше ухаживаний я никого не подпускала. Зачем брать на совесть чью-то смерть или сумасшествие? И так на нас, демонов, все людские неудачи и грехи списывают.

- Добрый вечер, - поздоровавшись, к нам подошла симпатичная брюнетка в темном брючном костюме. - Кого желаете: мальчика или девочку?

От предложения я челюсть ловила где-то внизу.

- Мальчика, и нам, пожалуйста, Майкла, - прощебетала Инга. - И скажите ему: Коля передал, это подарок ко дню рождения моей подруги, - кончиком пальцев указала на меня.

“Кажется, мне уже страшно…”

- Ваше пожелание услышала, - улыбнувшись кончиками алых губ, сказала девушка.

Удивляюсь, как через весь этот шум мы еще продолжали слышать друг друга. Не прошло и пяти минут, как к нашему столику подошел молодой человек, обнаженный по пояс. Он был похож на ангелочка с рождественских открыток: белокурые локоны до плеч, оголенный накачанный торс, еле заметная тоненькая дорожка из светлых волосков спускалась вниз и терялась в светлых джинсах с низкой посадкой.

- Дамы, что мы желаем? - порочным голосом пропел ангелок, непроизвольно это вызвало смех, который я с трудом смогла сдержать.

- Дамы желают, мой милый, - ввязалась в игру Инга. - «Кровь Нельсона», и, малыш, у моей подруги день рождения, - стрельнула в меня глазками подруга. - Ты понял?

- О да, моя госпожа, - прошептал немного полными губами парень.

“Мамочки, и мне на это смотреть”, - театрально страдал голос Васи в голове.

“Не только тебе,” - напомнила я ему.

Я продолжала пробегать по толпе глазами, кто-то дошел до такой кондиции, что танцевал вместе с девушками на сцене, и ему не делали за это замечаний.

Глава Седьмая. Неожиданная встреча 

Лилит

Выходные пролетели спокойно, точно так же, как и воскресное дежурство в больнице. Удивляюсь, как это вампир меня спокойно отпустил? Значит, не заинтересован. Обидно, что вот так легко отказался от истинной или не понял. Но вот поясните, как можно ЭТО НЕ ПОНЯТЬ! Повезло, мне попался вампир-тугодум. Но с другой стороны, и я выдавать себя не хочу. Приняв верное решение, в приподнятом настроении пошла на работу. Если бы я только знала...

Эннио Сан-Донато

Прислонившись к холодному стеклу лбом, наблюдал за проезжавшими внизу машинами, на выросшие словно из-под земли современные однотипные огромные стеклянные многоэтажные здания. В голове прокручивал вчерашнюю встречу, меня будто магнитом тянуло к ней, животная необузданная страсть, я хотел ее до безумия.

«Не могла судьба сделать мне такой подарок, за все мои прегрешения», - подумал, больно ударив кулаком по стеклу.

- Тише, иначе разнесешь все здание, - раздался позади насмешливый голос друга. - Я с подарком.

- Рассказывай, - сдержанно проговорил, стоя спиной к Владу.

- Значит так, твоей девочке всего лишь двадцать семь лет, родилась в глубинке, полное имя - Лилия Самаэловна Божественная.

- Интересное сочетание отчества и фамилии, - усмехнулся.

- И, предугадывая твой вопрос: никакого отношения ни к ведьмам, ни демонам или еще кому-то не имеет. Проверял лично.

- Спасибо, - произнес. - Ты ж понимаешь, что о ней никто не должен знать, ни единая душа.

- Обижаешь. Так, что дальше? - задумался друг. - Точно, в возрасте четырнадцати лет попала в интернат, после того как родители погибли в автокатастрофе. После на оставшиеся сбережения поступила учиться в медучилище, а позже училась и работала. Сейчас снимает небольшую квартиру сама, ухажеры не замечены. Короче, дом - работа.

- Про ухажеров откуда знаешь?

- Бабульки у подъезда очень разговорчивые, особенно когда рассказываешь, что она единственная и неповторимая.

- Спасибо, - вновь поблагодарил друга.

- Да было бы за что, - усмехнулся Влад. И, немного подумав, добавил: - Вот еще, - он положил на край стола увесистую книгу. - Здесь ты найдешь ответ на свой вопрос. Если что, я у себя, - он молча поднялся и покинул кабинет.

Еще долго я стоял у окна, раздумывая, разглядывая город. Сомнения поселились не только в моем сердце, но и в голове.

На столе рядом с синей папкой лежала старинная книга в кожаном переплете, где золотистыми буквами было высечено: «Хроники Мариуса де Романус».

Присев в кресло, медленно перелистывал страницу за страницей в поисках ответа: «Однажды ужасный случай забрал мою невесту. Долгие сотни лет я горевал, искал смерти, но не находил. Но у сестер Мойры свои игры с нами… Они смилостивились над моими страданиями, даровав единственную другой расы. Но для нее я любимый, она для меня - последняя надежда познать в этой жизни счастье. Береги ее, друг, как самое ценное».

«Возможно, - билась мысль в голове. - Нужно проверить», - кинулся в поисках ключей от машины, но вспомнил, что они дома. Отправился к Владу в кабинет. Секретарши на месте не было, не думая, открыл дверь в его кабинет.

На диване, раскинув ноги и запрокинув голову, почти возлежал друг. В одной руке он мял пышную грудь четвертого размера. Крашенная блондинка с слегка подпаленными волосами, в красной обтягивающей блузке с вываленной грудью и в обтягивающей коричневой кожаной юбке, стоя на коленях, усиленно отрабатывает зарплату. Виктория, завидев меня, сладко улыбнулась, вильнув попкой, приглашая присоединиться в игру.

- Влад, - позвал я того, не обратив на это внимания. - Мне ключи от машины нужны.

- На столе, - хрипло ответил друг. - Викусь, не отвлекайся, - намотав на руку волосы девушки, задал свой темп, погружая так глубоко в горло девушке, что та закашлялась.

- Не удавится? - поинтересовался.

- Нет, - с безразличием в голосе ответил Влад. - Она привычная. Там в папке график работы твоей красотки.

- Спасибо, - произнес, крепко прикрывая дверь за собой.

- Цветы не забудь, - громко крикнул друг вдогонку.

«Уже забыл», - усмехнулся, мысленно благодаря за помощь друга.

На подземной парковке запрыгнул во внедорожник друга, по дороге заехал в цветочный магазин, купил черных лилий. Мне казалось, что она похожа на них - такая же дикая и прекрасная.

В графике ее смена сегодня стояла с утра. Миновав регистратуру, на стенде нашел фамилию Божественной: триста шестьдесят шестой кабинет. Перескакивая через ступеньку, добрался до третьего этажа, ее кабинет находился сразу же за поворотом.

- Прекрасные девушки, - обратился к сидящим женщинам и будущим мамочкам. - Позвольте пройти следующим, очень уж сильно покорила меня ваша врач.

- Да она нас тоже всех покорила, - усмехнулась женщина лет сорока. - Вы иностранец?

- Да, - осторожно ответил ей.

- Значит, попробуете уговорить нашу Лиличку уехать с вами, - заключила мысль беременная девушка. - А я у нее рожать собираюсь, не поймите неправильно, не в вас дело, и мы все ей желаем счастья. Но посидите-ка вы в очереди, а то самых лучших из страны забираете.

- А если это любовь? - растерянно произнес.

- А вот если любите, вот и подождете, - осадила меня девушка.

Я так и стоял, словно ледяной водой облитый, надеялся на одно, а получил третье. Главное, чтобы еще Лилия приняла нормально. Так и стоял, будто придурок, под дверью с цветами в ожидании, пока меня пропустят. К двери подошла женщина, приоткрыв дверь, она с сомнением покосилась в мою сторону, потом на толпу ждущих девушек.

- Проходите, - открывая дверь в кабинет, сказала женщина.

- Спасибо, - произнес с благодарностью.

- Да цветы жалко: скоро завянут, жара, - спокойно ответила она.

Стоило мне войти, как за дверью раздался дружный женский смех.

- Фамилия, раздеваемся и присаживайтесь в кресло, - строгим голосом произнесла Лилия, не отрываясь от тетради, в которой что-то писала.

Глава Восьмая. Схватка  с пороком. Страсть…. 

Эннио Сан-Донато

Ее темная головка откидывается назад, я едва успеваю ее схватить. «Спи, моя малышка», — крепко прижимаю к себе.

— Мы с вами в расчете? — раздается позади голос хозяина кафе, крепкого оборотня.

— Да, — отвечаю, прижимая все крепче к себе тело девушки.

— Что с ней будет? — волнительно прошептала девушка, которая недавно напоила Лилию крепкой травой, способной вырубить даже демона.

— А это, — усмехаюсь, — стоило задать до того, как согласились.

— У нас не было выбора, — твердо ответил хозяин кафе.

— Выбор всегда есть, — холодно произнес, с презрением разглядывая мужчину крепкого телосложения с легкой рыжиной. — Это оправдание. Вы же решили принести в жертву девушку, чем ответить за свои прегрешения. Еще раз узнаю о торговле запретной травой, под корень уничтожу.

Стоящая рядом рыжеволосая девушка побледнела, крепче прижалась к отцу.

— Услышал вас, — с поникшим взглядом ответил мужчина.

Приподнял Лилию на руки — она легкая, словно пушинка. Я едва сдерживался, чтобы не покрыть ее тельце поцелуями.

— Вы забыли ее сумочку, — возле порога окликнула меня девушка, протягивая в руках темный клатч.

— Благодарю, — произнес, забирая.

— Простите нас, такое больше не повторится, — прошептала оборотница, опуская взгляд.

— Надеюсь, — ответил, открывая дверь ногой.

Положил самое ценное на заднее сидение внедорожника. Мой взгляд всю дорогу до моего временного дома периодически цеплялся за лежащую позади девушку. Передние пряди черных волос выбились из аккуратной прически, длинные темные ресницы трепыхались, будто она пыталась перебороть сон, маленькие бретельки ее платья сползли с хрупкого плеча, открывая вид на светлые ажурные тонкие бретельки бюстгальтера.

Едва сдерживал порывы остановить машину, хотелось разбудить ее поцелуями, крепко прижимать к своему разгоряченному телу, чтобы она стонала, выкрикивая мое имя. «Это словно наваждение!!!»
Остановил машину на обочине у леса, крепко вцепился в руль. «Это пытка. Зря я все это затеял», — нервная напряженная дрожь прошлась по телу, словно цунами, не останавливаясь, сметая все на своем пути. И только трезвый ум продолжал бороться со слабостью тела.

Включив зажигание, надавил на газ, срываясь с места. И до самого дома я видел перед собой только дорогу.

Не возникало больше сомнений: она моя истинная, дарованная судьбой. Только за что? За мои прегрешения? За убийства многих невинных существ и людей? Кажется, я начинаю сходить с ума! Ликование и отчаяние слились воедино, терзая мою душу, лишая меня воли.

С минуту я сидел в машине, крепко сжимая руль, возле ворот временного дома, разглядывая высокий коричневый забор. Сомнения, одни сомнения, а в мыслях пустота… Даже некая опустошенность… Что я могу ей дать? Я сам раб своего хозяина!

Нажал на кнопку, ворота медленно отъехали в сторону, открывая свободный путь к дому. «Все, пути назад больше нет. Прости, малышка».

Припарковав машину, забираю самое ценное, что подарила мне судьба за почти триста лет, крепко прижимая ее к себе. Мне кажется, вот-вот она откроет глазки и упорхнет белой птицей.

Поднимаюсь с драгоценной ношей на второй этаж, возле заветной двери сердце бьется, словно сумасшедшее; дрожь от предстоящей картины: моя малышка одна в большой кровати.

Не спеша, словно смакуя свое состояние, открываю дверь. Каждый шаг дается с огромным трудом, приближаюсь к деревянной кровати.

Несколько черных прядей извивающейся змейкой падают ей на лицо, волосы разбросаны по светлому покрывалу, изумрудного цвета глаза закрыты, голова чуть наклонена в бок, открывая манящий доступ к тонкой девичьей шее; бретелька с платья сползла вниз, открывая вид на кружевное белье. На миг отвожу взор… Но он вновь возвращается к ней… Рука сама тянется поправить бретельки, но замирает, стоит лишь едва коснуться нежной кожи. Медленно провожу кончиками пальцев по плечу, смакуя каждый момент, каждое мгновение. Воображение играет со мной злую шутку…

Чувствую ее спокойное размеренное дыхание. Сквозь приоткрытую плотную штору в ее темных волосах путается луч света, слышно, как постукивает ее маленькое сердечко. Слегка отодвигаю в сторону легкую сиреневого цвета ткань платья, бежевое кружевное едва заметное белье, через которое видно белую с розовыми ореолами сосков грудь, и чувствую, как в груди зарождается непонятное томление. Больше я не думал…

Словно алчное животное, дотрагиваюсь сквозь кружевное препятствие до ее сосков, которые под моими пальцами твердеют, одну грудь крепко сжимаю. Спускаюсь к такой беззащитной шее, пробую на вкус. «Сладкая моя малышка», — шепчу сквозь поцелуи, блуждаю губами по ее нежной коже, но мне этого мало. Сквозь бюстье играю губами с ее твердым соском, вытаскиваю ее маленькую грудь и втягиваю сосок в себя, играю язычком, тихое чувственное сквозь сон: «Ах» — разносится по комнате.
Одна рука медленно опускается вниз, в святая-святых, развожу пальцем нежные лепестки: ее лоно истекает сладким медом, аромат разносится, ударяя мне в голову. Кажется, я теряю последний здравый рассудок. Вхожу в нее одним пальцем. «Какая же она сладкая и тесная…» — губами продолжаю играть ее розовой вишенкой, сжимая крепко девичью грудь.

Будоражащий кровь стон малышки разносится эхом по комнате… Хочу, чтобы она шептала мое имя, чтобы умоляла меня войти в нее. Кажется, именно это и вернуло мне рассудок.
Будто прокаженный, отпрыгиваю от нее. Присев на пол у окна, хватаюсь руками за голову. В нос вновь ударяет запах малышки, принюхиваюсь, хочу запомнить, какая она на вкус. Слизываю остатки влаги с пальца: с запахом молока и меда. В голову вновь приходит затмение, но в этот раз одергиваю себя.

«Больше никаких поползновений. Попросит — отвезу домой», — решил для себя. Приподнялся, сдерживая себя и инстинкты, привел в порядок девушку, что так безмятежно спала под действием сон-травы.

Покинул комнату. Только за дверью я смог наконец обуздать свои инстинкты, прислонившись спиной, ударился затылком об дверь. Боль немного привела в чувство. Даже в коридор доносился ее умопомрачающий аромат.