Яркий белый свет заставлял щуриться и раздражал глаза. Голова Кэлума и без того трещала после вчерашнего вечера, что они провели с Промпто и Гладиолусом в баре, а кабинет Клэр Фэррон — начальницы отдела финансовой аналитики и аудита в банке его стажировки — вдобавок как будто светился изнутри. Словно весь был соткан из света: белые стены, белый пол под мрамор, отполированный до зеркального блеска, панорамное окно, залитое послеобеденным солнцем. В довершение — женщина, сидящая, черт его дери, в белом кресле.
Кабинет был роскошным, вот только Ноктиса трудно было удивить таким. В конце концов, он знал, что все это здание, как и отделение банка, как и этот белый офис принадлежит его отцу, а значит и Ноктису.
«Когда у меня появится наконец свой кабинет, он точно будет чёрным», — борясь с головной болью, подумал Кэлум-младший.
— Присаживайтесь, — позволила Фэррон.
Ноктис вскинул брови в показном удивлении и тут же пожалел об этом. Даже такое невинное движение отдалось болью в висках.
Он точно зарекается пить в компании Глада. Перепить этого медведя, как и остановить, было одним из самых нереальных квестов. И что ещё больше раздражало: наутро его друг, а по совместительству начальник безопасности банка, неизменно был свеж, бодр и готов пробежать с десяток километров, а Кэлум выползал из кровати только в час дня. Сегодня он так и сделал, намереваясь в очередной раз пропустить рабочий день в офисе.
Ноктис семестр вставал ни свет ни заря, отказывая себе в любых развлечениях. Это его последний год учебы. Впереди диплом, а дальше будет ещё хуже.
Покинуть кровать Кэлума заставил только телефонный звонок Игниса. Тот настаивал, что сегодня ему необходимо появиться на стажировке. Пятница — конец первой рабочей недели, а Ноктис был на своем месте всего один день.
Ноктис без восторга вспомнил, как темноволосая женщина показала ему более чем скромный стол в опенспейс-зале. Как соседи удивленно и заинтересованно пялились на него. Ещё бы — «принц их банковской империи» среди простого люда.
Ноктис всегда болезненно относился к такому вниманию. Кэлум-младший вообще не любил людей… Незнакомых людей. Тех, что ждали от него «чего-то другого»: что он приветлив, что умеет улыбаться на любую идиотскую фразу, что он идеален во всем, что он ловок и обходителен, что он умеет притворяться таким, как они — «нормальным».
Ноктис злился. Какого черта отец отправил его в этот гребанный отдел финансовой аналитики и аудита на должность «младшего помощника младшего помощника». Даже без перегородок и личного пространства.
Своё решение Регис не стал объяснять, а Ноктис не стал спрашивать, затаив обиду, как делал с двенадцати лет. Это в детстве он боготворил отца, жадно ловил каждую минуту, что тот уделял ему. Но таких минут было слишком мало, так что, став подростком, Ноктис начал привлекать к себе внимание по-иному. Даже чертов психотерапевт не преуспел в исправлении наследника Кэлума.
В четырнадцать Ноктис не бросил школу только благодаря Игнису. Тот учился на три года старше и не позволил ему забить на учебу. Шиенция — сын главного юриста их «банковской империи» — был его репетитором с начальных классов. Ноктис с его характером должен был возненавидеть Игниса за опеку, но они подружились до того, как Кэлум понял, что людей можно ненавидеть без особых причин. Игнис поддерживал Ноктиса больше, чем отец.
В пятнадцать Ноктис не попал в банду благодаря Гладиолусу. «Плохую компанию» ему заменил Амицития — тоже ребёнок из окружения Кэлума-старшего. Он защищал его от этих чертовых наглых взглядов и учил драться.
Когда ты проблемный подросток, весь мир прямо или косвенно почему-то стремится доказать, что ты ничего не стоишь.
«Без денег отца», — всегда добавлял про себя Ноктис.
Гладиолус — курсант военной академии — отрывался в отгулах по-чёрному, так что подростковых опыта и острых ощущений Кэлуму-младшему хватало с лихвой. Отец же закрывал на эти приключения глаза, если Глад оказывался по близости.
Это сейчас Ноктис понимал — Регис знал, что его сын в безопасности рядом с Амицитией. Тот, как телохранитель в третьем поколении, готов был защищать Ноктиса ценой собственной жизни. А Кэлум-младший понял это слишком поздно: когда Глад получил шрам, спасая его в пьяной драке. С тех пор Ноктис просто не имел права называть его иначе, чем друг, и относиться к нему по-другому. Гладиолус же вылетел из-за этого инцидента из военной академии, но не сильно жалел, зная, что в «армии» Кэлума его с рождения ждёт свое место.
Ноктис смутно понимал, что большая часть его окружения подобрана и подослана отцом: так тот пытался компенсировать нехватку времени на общение с сыном. И эта странная стажировка тоже была спланирована Регисом, но какого черта Ноктису надо терпеть такое унижение? Выдержав на новом рабочем месте ровно два часа, он ушёл и не появлялся в офисе три дня, решив, что может наконец-то получить заслуженный отдых после напряженной учебы. Потом не будет возможности — начнётся подготовка к финальным экзаменам и диплому.

Лайтнинг терпеливо рассматривала молодого парня напротив себя, заявившегося в офис после обеда. В целом симпатичный, с ещё не огрубевшим от возраста лицом. Его портил только взгляд волчонка: наглый и рассматривающий её из-под полуопущенных ресниц и длинной челки, так остро, как будто это он ожидал объяснений от неё.
Лайтнинг немного криво улыбнулась, понимая, что засранец даже не чувствует своей вины за пропуск работы. Этот разговор придётся вести ей одной. Она, поворачиваясь на стуле боком и постукивая аккуратными ногтями по столу, лениво начала:
— И по какой причине вы не появлялись на рабочем месте три дня?
Ноктис, по прибытию в офис, даже не успел сесть за своё «рабочее место», как его перехватила Оэрба Фанг— секретарь Фэррон — и направила прямиком в кабинет начальницы.
Ноктис Люцис Каэлум 21 года и Клэр (Лайтнинг) Фэрон 25 лет

— Есть что-нибудь от головы? — спросил Ноктис у Игниса, стоя на пороге его офиса.
Кабинет главного юриста отделения банка находился на два этажа выше, чем отдел аналитики и аудита. Шиенция посмотрел на Ноктиса в мокрой одежде и еле заметно улыбнулся:
— А примочка не помогла?
Ноктис откинул с лица влажные волосы движением руки.
— Не шути в стиле Гладиолуса. У тебя паршиво выходит, — он устало упал на диван Игниса, приложив холодную руку ко лбу.
Вот — нормальный кабинет, цвета… коричневого. Ладно, цвета дуба — стены покрывали деревянные панели. Они немного успокаивали Ноктиса, всё ещё мучающегося от похмелья.
— Вы вчера развлекались с Промпто. Гладиолус был с вами? — уточнил Шиенция.
Ноктис через злую усмешку ответил:
— Конечно, — он слишком хорошо понимал, что значит эта проверка. В компании Глада Ноктис точно не мог перескочить на что-то тяжелее алкоголя.
Игнис, наконец сжалившись над другом, нажал на кнопку стационарного телефона.
— Аранея, принеси аспирин, — попросил он.
— И чашку кофе, — добавил Ноктис.
Игнис поморщился, но, с секунду поборовшись с собой, сдался. Ноктису, похоже, действительно плохо.
— И две чашки кофе, пожалуйста, — попросил Шиенция ещё раз.
Спустя минуту, которую и Ноктис, и Игнис молчали, «помощница» принесла кофе.
У Ноктиса больше не поворачивался язык даже мысленно назвать кого-либо секретаршей. Похоже, после перепалки с Фэррон Кэлум приобрел непереносимость этого слова.
…Он действительно бросил женщине в лицо такую пошлость?…
…Своей, типа, начальнице?…
Ноктис не знал, смеяться над собой или возненавидеть. С моралью у него всегда были проблемы. Но он точно не жалел о произошедшем: слишком уж зарвалась Фэррон на своем месте, стоило побольнее задеть её. Эта мысль перевешивала даже осознание того, что теперь начальница будет считать, что Ноктис её домогался. Пусть думает о нем, что хочет, главное, чтобы испытывала дискомфорт, какой испытал он.

— И что с тобой приключилось? — наконец спросил Игнис, заглядывая на дно опустевшей чашки кофе.
— Фэррон приключилась, — не поднимая со спинки дивана голову и не отрывая от глаз руки, гулко ответил Ноктис, сразу смахнувший и таблетку, и кофе.
— Хм… — нарочито громко произнёс Шиенция.
— Что значит «хм»? — ожесточено прорычал Ноктис, распластавшись по дивану. — Как, блядь, она своё место получила? С кем переспала или кто там у неё родители? — Ноктис уже уверился, что у Фэррон должен быть какой-то охрененный покровитель, раз уж она так себя ведёт с ним — наследником бизнеса. Банк Люциса основал ещё его прадед, а должности действительно передавались по наследству. Так что подобная теория по отношению к Фэррон казалась ему логичной.
— Я говорил твоему отцу, что засунуть тебя в отдел Фэррон — идея не из лучших… — поднимаясь со своего места и подходя к окну с гигантскими зелёными растениями по углам, сказал Игнис.
Ноктис наконец оторвал голову от дивана и посмотрел на Шиенцию напряжённо.
«Что, блядь, не так с ней? Нет, с одной стороны оценил, что внешне — всё так, а с характером — не так, но вот что ещё не так?» — молча, одним взглядом вопрошал Кэлум.
— Что, слишком принципиальная? — почему-то уточнил Игнис у Ноктиса в ответ на его невысказанный вопрос. Ноктис нахмурился. Откуда ему знать, это он к Шиенции пришел за ответами.
— Мне, к счастью, не приходилось с ней конфликтовать, но, говорят, она та ещё заноза. Аудит, знаешь ли, требует определенной упертости и принципиальности. Про таких говорят: «Повезло, что она работает на нас, а не против».
Ноктис опустил взгляд, пытаясь понять, что Игнис имеет в виду. За Фэррон тут держатся, ценят не за красивые глаза?
— Места своего она добилась сама, — кивнул Шиенция, подтверждая мысленные выводы Ноктиса.
— Ей сколько лет? — с сарказмом скривился последний.
Игнис пожал плечами:
— 25-26, она, кажется, на год раньше меня получила диплом в колледже.
Она старше Игниса на год, Ноктиса — на четыре… Кэлум думал, что разница в возрасте меньше. Но все равно в 25 лет заполучить такую должность, не опираясь на связи?

Тут в кабинет без стука вошёл Глад и, кинув Ноктису на диван папку, устроился в кресле:
— Что, уже достала? — спросил он без лишних сантиментов у Ноктиса.
Тот задумчиво прикоснулся к папке. Ещё поднимаясь к Игнису, он по телефону попросил Глада принести личное дело Фэррон из отдела безопасности.
— Решила воспитать меня, моральную порку, блять, устроила. Ещё б отшлепать пригрозила, — вскипая, высказался Нокт.
— Она реально тебя отшлепать хотела? — то ли шутя, то ли серьезно переспросил Гладиолус.
Ноктис закатил глаза.
— Сказала, что я избалованный папенькин сынок и что должен, цитирую, «почувствовать нужды нижних позиций на своей шкуре», — яростно потирая рукой висок, сказал он.
— Нижних позиций? — с ещё большим недоверием и намеком спросил Глад.
Ноктис шумно выдохнул, пытаясь взять идиотские эмоции в узду. Действительно, что за бред он несёт? У Фэррон нахватался?
— Она имела в виду, что прежде чем стать руководителем, я должен пройти эту ебанную стажировку в подчиненных, чтобы лучше понимать … — Ноктис запнулся, подбирая слова.
— Их психологию и мотивацию? - подсказал Игнис.
Ноктис бросил на него гневный взгляд, но промолчал, соглашаясь.
— И в чем она неправа? — спросил Гладиолус.
Ноктис снова поднял взгляд к потолку. Что-то Глад, с первого дня получив должность начальника безопасности, не возражал. Да и Игнис начинал с нормальных должностей без стервозных начальниц.
— Мне вот интересно, что ты ей ответил, раз вышел в таком виде? — Игнис не удивлялся реакции Ноктиса на слова Фэррон, слушал скорее лениво, давно притерпевшись с его характером. Ему важно было понять степень остроты конфликта со стороны Фэррон.
Игнис Шиенция (26 лет)
Гладиолус Амицития (26 года)
Ноктис Кэлум (21 год)