Натаниэль. История порока

ПРОЛОГ

Плей лист, который советуется при прочтении книги:

Roxette – Listen to Your Heart

Oscar and the Wolf - Princes

Swedish House Mafia and The Weeknd - Moth To A Flame

Sade - Like a Tattoo

Davit Barqaia - Wait Me (Original mix)

Stromae & Pomme - Ma Meilleure Ennemie

Baby Gang – Mentalité

RACK - NAPOLI

Ciara - Dance Like We're Making Love

Воспоминания Леона о Натаниэле

Я сидел в полумраке своего кабинета, медленно перелистывая старую книгу, но мысли мои блуждали далеко за пределами страниц. Образы прошлого настойчиво возвращались, несмотря на мои попытки отогнать их. Натаниэль... Мой друг был не просто тёмным пятном в жизни некоторых — он был самой тьмой.

Я помнил его холодные глаза, взгляд, в котором не было ни капли раскаяния. Каждый наш разговор напоминал хождение по лезвию ножа. Натаниэль обладал пугающей способностью отключаться, словно кто-то выключал свет внутри него, все чувства и эмоции. И в эти моменты он превращался в настоящего монстра.

Я думаю меня привлекла его внутренняя пустота, такая же как и моя. Он стал мне другом. Братом. Даже больше, тем кто разделял мои взгляды и тусовался с моими демонами. Его демоны, конечно, были похлеще моих. Но меня это никогда не волновало.

Воспоминания нахлынули внезапно, почти болезненно ясно. Мы с Натаниэлем оказались в той комнате моего саба-отеля, где всё выглядело почти безупречно, если бы не кровь, едва заметная на ковре. Я знал, что эта кровь была следствием очередного "приступа" Натаниэля. Я терял друга, медленно, но верно. Он уходил в себя все больше с каждым разом.

— Она ведь даже не кричала, — равнодушно бросил Натаниэль, его голос звучал так, словно он говорил о чём-то бытовом, вроде прогоревшего лампового предохранителя. — Просто смотрела на меня, и это раздражало. Пустота в глазах — она всегда раздражает.

Я застыл тогда на месте, наблюдая за тем, как Нэйт вытирает руки белоснежным полотенцем, совершенно невозмутимый. Это не был гнев или даже садистское удовольствие, которое можно было бы объяснить какой-то искалеченной моралью. Нет, Натаниэль делал это без чувств. Как будто он был машиной, которая просто выполняет свою функцию. Его безразличие убивало больше, чем сам его акт.

— Ты хотя бы осознаёшь, что делаешь? — спросил тогда я, пытаясь найти хоть какой-то отклик.

Натаниэль лишь слегка пожал плечами, как будто вопрос был ему совершенно неинтересен. Он достал пачку сигарет и закурил свои любимые ментоловые сигареты. Белая палочка мгновенно впитала кровь от его рук, которую он не смог стереть.

— Иногда осознаю, иногда нет. Но разве это имеет значение? Люди — всего лишь тела. Когда я "отключаюсь", всё становится проще. Ты ведь тоже понимаешь, как это.

Я тогда едва сдержал порыв ударить его, но понимал: насилием Натаниэля не проймёшь. Это была пустая трата сил. Что-то сломалось в нём давно, и теперь оно не подлежало починке. Диагнозы, которые ставили ему врачи, не значили ровным счётом ничего. Я видел это в его глазах — в глубине, куда никто, кроме него, заглянуть не мог. Психопатия, диссоциативное расстройство, садизм — всё это было ярлыками, но ни один из них не объяснял по-настоящему, что происходило в голове Натаниэля, когда он погружался в эту бездну.

Я невольно провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость прошлых лет тяжёлым грузом давит на плечи. Я не знал, как долго смогу бороться с этими воспоминаниями. Натаниэль был для него не только другом, но и зеркалом, в которое я не хотел смотреть. Иногда я боялся, что эта тьма заразна. Я думал, я тоже стану таким. Я тоже жажду этого только в отличии от него, я хотел этого с одной единственной. Это пугало меня еще больше.

Натаниэль имел некоторые сексуальные отклонения, причину которых я даже не хочу выяснять. Но он вытворял ужасные вещи с женщинами легкого поведения, словно срывая на них всю вселенскую злость. С виду он аристократ, наследник многомиллионой корпорации, пока не останется со шлюхой наедине. Мне даже приходилось пару раз оттаскивать его от своих девочек, чтоб он не покалечил их до инвалидности. Он умел входить во вкус и терял всякую связь с реальностью.

- Лео, я всегда поддержу тебя, но бизнес принадлежит моему отцу, и я в нем лишь пешка, ты же знаешь наши разногласия со старшим братом, он настырно хочет стать главой компании, которую я тоже хочу. Все слишком запутанно.

У него проблемы со старшим братом. Не делят бизнес. И я должен убедить его собрать себя в кучу и действовать в наших интересах.

Тогда я и представить не мог, на что он будет готов ради поставленной нами цели. Я никогда не желал, чтоб он заплатил за это частью себя, скорее своей душой и несуществующим сердцем.

От Автора: Свитхартс, добро пожаловать в историю полной тьмы и порока. Эта история не оставит Вас равнодушными. Все визуалы , новости и интересные факты обо мне и романах на страничке телеграм Мэри Джей, за кулисами романа и инстаграм Mary_j_writer

Глава 1

Натаниэль

Очень плохо, что все так получилось. Я опять хреновый сын и еще хуже брат. Я не виноват. Честноe слово. Но… если быть совсем уж честным, мне плевать. Как и всегда. У меня нет чувств. Даже чувство стыда.

Дама сама запрыгнула на мой член в том самом мужском туалете. Я не успел даже застегнуть ширинку, как ее голова с ярко красными волосами оказалась у меня в паху. А после все, как в тумане. Мы совокупляемся, как обезумевшие, ломая раковину. Я не знал, что мой братец наблюдает за мной. Габриэль готов был засунуть мою голову в унитаз. Я посягнул на святое, его девушку. Которую он привел сегодня вечером, чтоб познакомить с нашей семьей и сделать своей невестой. Считаю я заслуживаю братской похвалы, за то что не допустил такую оплошность с его стороны. Желание женщины закон, я не мог оставить ее неудовлетворенной. А Габриэль настоящая королева драмы.

Все гости ресторана собрались в проеме туалета, лицезрея нашу перепалку с братом. Он разбил мне губу, я же на автомате дал сдачи. Левый глаз Габа заплыл, оставляя на лице сине-красную гематому. С ней он смотрится симпатичней. Его идеально снобическое лицо теперь приобрело человеческие черты. Теперь он настоящий брутал. Шрамы украшают мужчину.

- Сколько можно вести себя, как придурок? Повзрослей уже! Ты сплошное разочарование! – рычал брат

- Да пошел ты, - я выплюнул кровь себе под ноги и проталкиваясь сквозь толпу зевак вышел на улицу.

Языком касаясь разбитого участка, я слегка зашипел. Достаю свои ментоловые сигареты. Пачка жутко помялась, хорошо, хоть сигареты остались целы. Закуриваю. Выдыхаю облако дыма в небо. Тихо матерюсь себе под нос. Сегодня с утра день не задался. Экономка испортила мою рубашку при глажке. Я разлил на себя кофе. И в завершении всего у меня опухла губа. Держу в руках телефон и попутно просматриваю билеты на ближайший рейс. Брать семейный джет даже нету смысла. Уверен отец в ярости. О-па. А вот и свободное место первого класса до Китая.

Рейс до Шанхая довольно долгий. Я решаю проспать весь перелет, даже не просыпаюсь, чтоб поесть. Не люблю перелеты среди людей, обычным самолетом, но как говорят русские, чем богаты, тем и рады.

Я позорно сбегаю из Парижа в Шанхай. Решаю перекантоваться там месяцок другой, пока не уляжется буря. Создателем, которой являюсь я. Я всегда сею хаос там, где появляюсь. Наверное, в этот раз я просто перешел черту. Не стоило оголять своего дружка перед будущей невесткой. Но святой черт, она сама была в мужском туалете и облизывала свои накаченные губы. Разве нужны слова, когда вы оба понимаете, чего хотите. В мире, где я рос не принято говорить в лицо обо все, что думаешь. Это называется этикет и манера вести себя в обществе. Высшее общество, прошу заметить. Это кучка «джентльменов», которые пируют деньгами своих предков и им даже достались нелепые титулы. Которые, по мне, давно устарели. Мы не в средневековье, чтоб называть друг друга по титулу. Моя семейная фамилия: это родовое наследство доставшееся от прадедов, они веками управляли фармацевтикой и считались королями аптек и лекарств. Сам Король Людовик 16 пользовался услугами моего пра пра деда и тот имел свое место в Версале рядом с королем. Но все это ахинея. Все люди в моем обществе, за исключением некоторых, сплошные марионетки и актеры. Они всегда словно на сцене, произносят зазубренные фразы и ведут себя соответствующе. Я знаю их грязные мысли и тайны, но мне глубоко плевать. Я хочу жить свободно от оков моей семьи и навязанным обществом правилам поведения. Если я хочу трахать рот сексуальной женщины, я должен. И что, если она будущая жена моего брата? Разве я виноват в том, что она такая же испорченная, как и все в нашем мире. Даже деньги нашей семьи и вся Франция в целом. Аристократия давно сгнила в кровавых деньгах крестьян. Мы прокляты до конца дней своих. Не стоит волноваться из-за маленького траха в туалете.

Телефон звонит уже в сотый раз. Это отец, а следом мама. Они хотят прочитать мне очередную нотацию. Отключаю нафиг телефон. Машина уже заезжает на подземную парковку моего любимого отеля. Месяц с азиаточками поможет мне восстановиться.

Две недели спустя мне все надоедает. Я наконец решаю включить телефон. Лучше бы я этого не делал. Сообщения наваливаются одна за другой. Парочка от мамы, которая просит поговорить с ней. Моя мать настоящая мама в полном понятии этого слова. Эта женщина излучает тепло и уют. Я замечаю один пропущенный от старого друга. Он владеет клиникой в Швейцарии. Дорогое местечко. Как же вовремя. Может мне стоит полежать там и подлечиться. В прошлый раз, я не продержался и недели. Но сейчас я здраво осознаю у меня что-то сломалось. Я не получал удовольствия. Нет, не то чтобы у меня проблемы с потенцией, но я не насыщаюсь душевно. Словно секс стал невкусным и каким-то сырым. Меня ничто и никто не радует.

- Андерсон слушает, - друг в своей деловой манере отвечает на мой звонок

- Нихао, мой друг, - здороваюсь я

- Я думал, ты умер, - спокойно оповещает он

- Что-то вроде того, кажется внутренне так и есть, думаю навестить твою волшебную клинику, ты не против? – спрашиваю я скорее для галочки

- Когда это тебе нужно было мое разрешение, - усмехается он, - тогда до встречи.

На мне лишь банное полотенце, обмотанное вокруг моих бедер. Я стою у окна и смотрю на огни ночного города с довольно высокого этажа. Я даже открываю окно и высовываю половину своего тела и смотрю ровно вниз. Если я упаду, то разобьюсь насмерть. Превращусь в лепешку. Мне будет больно? Или смерть настигнет меня в мгновении ока?

- Nín de yùgāng yǐjīng zhǔnbèi hǎo le, xiānshēng /пер. ваша ванна готова, господин/

В дверях появляется девушка, которая служит мне последние дни. Я попросил ее приготовить расслабляющую ванну. Весь день я провел в спорт зале, мои мышцы горят и просят передышки. Отбрасываю скудные мысли о самоубийстве. Я никогда не думал о суициде. Но мне всегда было интересно, как это почувствовать боль перед смертью и как моя душа покинет мое бренное тело. Меня возбуждает мысль о крови.

Глава 2

Натаниэль

- У Вас антисоциальное расстройство личности (социопатия): характеризуется отсутствием эмпатии, пренебрежением к правам других людей, агрессивным и жестоким поведением. Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР): это может проявляться в виде повторяющихся травмирующих воспоминаний, неконтролируемых вспышек ярости и жестокого поведения по отношению к женщинам. Сексуальное садистическое расстройство: проявляется в стремлении получать удовольствие через причинение боли или унижения другим людям, особенно женщинам, что может быть связано с глубинными травмами, полученными в детстве. Диссоциативное расстройство личности:, что приводит к агрессивному поведению без осознания своих поступков. Мизогиния (ненависть к женщинам): Это не столько клиническое расстройство, сколько глубокая ненависть и презрение к женщинам, которая может корениться в личной травме, связанной с женскими фигурами в детстве и нарушение контроля над импульсами: Вы можете страдать от неспособности контролировать свои агрессивные импульсы, особенно в отношении женщин, что может быть усугублено личными травмами и ненавистью.

Моя новая анкета хуже предыдущей.

Пока мой лечащий врач перечислял все мои расстройства, я успел зевнуть аж 6 раз. Это действительно скучнее моих лекций, которые я часто пропускал в университете. Я знал все свои пороки. Все до единого. Порой они проявлялись ярко, а порой и вовсе отсутствовали. Сидящая передо мной дама «с синдромом отличницы» даже забыла упомянуть об анхедонии. Я не буду ее исправлять и делать проверку над ошибками ее не совсем хорошего доклада. Доктор совсем еще зеленый. Возможно, у нее много опыта, но мало опыта с такими пациентами, как я. Я особенный. Всегда им был. Во всех смыслах этого слова. Я умею держать всех своих демонов в узде, когда надо и выпускаю повеселиться, когда мне смертельно скучно. Я скучно мне почти всегда. В последнее время даже мысли о смерти более интересны, чем жизнь вокруг меня. Люди называют это депрессией, а я своим обычным состоянием.

Жизнь… Я часто задумываюсь о ней. Сначала она кажется огромной, безграничной — как океан. Но чем дольше плывешь, тем больше понимаешь, что это всего лишь лужа, которая испаряется под палящим солнцем времени. Она пуста, быстротечна, бессмысленна. Вокруг шумят волны чужих амбиций, желания, словно капли, вырываются наружу, сталкиваясь с пустотой. И ты сам — лишь маленькая песчинка на дне, несущаяся туда, куда ее толкнет течение.

Эта пустота не давит, нет. Она нежно обнимает, нашептывает, что все не важно, что каждый наш выбор — лишь иллюзия свободы. Мы бегаем в круге, как хомячки, называем это жизнью, и даже не задумываемся: а есть ли вообще выход из этого лабиринта?

Эмпаты говорят, что чувствуют чужую боль. Если это так, то, может быть, это они наполняют смыслом пустоту? Слышать чужие крики, разбирать их эхо, чувствовать биение чужих сердец… Но что, если боль — это просто напоминание о том, что ты жив?

Парадокс в том, что я чувствую всё, но ничего не принимаю. Словно наблюдаю за миром через толстое стекло — вижу, но не могу дотянуться. Или, может быть, просто не хочу. Потому что за каждым светлым моментом идет тьма. А тьма всегда возвращается домой.

- То, что у меня не все дома я знаю с самого детства. Может перестанем пилить меня на атомы и вскрывать мне мозг, давай займемся чем-нибудь полезным? – прерываю я ее «научный» доклад.

Доктор слегка пялится на меня, обиженная такой моей дерзостью. Но молчит. Она знает кто я и что владелец клиники мой друг. Работа здесь высокооплачиваемая, а я сложный случай, с которым надо работать.

- Месье Руар…

- Можно просто Нэйт, мы кажется, ровесники, нет? – я сканирую ее лицо

- Натаниэль, - еле выговаривает она, - Вам надо быть искренним со мной, расскажите для начала, что именно Вас тревожит?

- Тревожит? Отличный вопрос, док. Наверное то, что никакая женщина на этом белом свете не может выдоить мой член, как следует. Я вечно голодный и неудовлетворенный, - заявляю я, закидывая ногу на ногу и опускаю руку на щиколотку.

На мне домашний халат из вельвета и мокасины того же кроя. Я отказался от наряда «кормящей мамочки».

- Э-м, но кажется Вам надо к сексопатологу, я могу записать Вас…

- А еще мне нравиться трахать до боли в члене, так чтоб все тело изнывало, и мне нравиться, когда дама подо мной страдает от боли и дискомфорта, а еще лучше когда на ней пестрят красные или синие отметины, которые я оставляю на ней, - охотно делюсь я, чем ввергаю ее еще больше в краску, - я люблю кончать им на лицо, душить и шлепать, но это все ради ее же удовольствия. Когда она задыхается от моего члена, я душу ее чтоб показать ей, что бывает ситуации и похуже, чем задохнуться от члена. И я могу даровать блаженство сравнимое с экстазом или эйфорией, называйте, как хотите.

Она ошарашенно моргает.

- Можем ли мы выпить по бокалу вина вечером в ресторане, а после выйти в город погулять? – предлагаю я

- Сожалею, но пациентам запрещено покидать территорию, - доктор тяжко сглатывает, словно она потеряла свою лимитированную помаду от люкс-бренда

- А как тогда заниматься сексом? – спрашиваю я искренне удивляясь, - вот например сейчас у меня стоит, - я опускаю взгляд на домашние шелковые штаны, которые знатно натянулись

Мой лечащий доктор, довольно смышленая. Она быстро встает с места и подходит к двери, запирая ее на замок. На всякий случай. Поворачивается ко мне и томно вздыхает. Я уверен она уже мокрая для меня. Я подзываю ее к себе пальчиком, и она послушно следует на мой зов. Кончив два раза ей на лицо и грудь, я благодарю специалиста за такой внимательный подход к проблеме пациента и хороший сеанс психоанализа. Направляюсь на озеро, прихватив яблоко из стойки администрации. Закусываю по пути.

Прохожу через центральный вход и вижу, как на территорию заезжает кортеж машин. Две машины охраны и одна основная. Из машины вылезают типично итальянские рожи. Невоспитанные аборигены. Они вечно называют нас лягушатниками, а сами даже вилку с ножом держать не умеют, варвары. Даже это пафосное появление в их стиле. Машины, охрана с лицом головорезов. Я еле сдерживаюсь, чтоб не закатить глаза. Я никогда не закатываю глаза между прочим.

Глава 3

Эмилия

В салоне машины душно. Кондиционер не помогает. Наблюдаю из окна. Считаю минуты. Скоро я встречу свою обожаемую подругу, которая оказалась в затруднительном положении. Я так рада быть с ней рядом и поддержать ее в столь сложный для нее период жизни. Осматриваю свои ноги, которые покрылись шикарным загаром. Я все лето пролежала на сицилийских берегах. Кожа блестит. Делая мои ножки более стройными и худыми. Хотя куда еще. Я и так худышка. Настоящая модель. Жаль, что обложки журналов мне не светят. Отец и братья никогда бы такого не позволили. Они всегда на страже моей чести. Смотрю в зеркало и замечаю взгляд водителя. Отвожу взгляд. Идиот. Хватит палиться. Надеюсь, охранник рядом всего этого не заметил. Усмехаюсь себе под нос. Продолжаю разглядывать свои ноги пока мы не подъезжаем к входу в клинику. Я выскакиваю из машины порхая бабочкой. Ноги торопливо ведут меня к Амелии. Моей единственной подруге. Она старше меня на год, но уже беременна и скоро родит. Правда без отца ребенка.

На администрации требуют мой паспорт. Я закипаю. Ненавижу, когда все принимают меня за малолетку. Мне недавно исполнилось 18. А всем вокруг кажется, что мне и пятнадцати нет.

В комнате подруги тихо. Она лежит обнимая своей округлый живот и смотрит какую-ту мелодраму на плазменном экране. Я запрыгиваю к ней на кровать, и мы крепко обнимаемся.

- Милли, ты так изменилась за лето, - она улыбается всем лицом, даже глаза ее сияют

- Ты тоже, стала совсем кругленькой, - я нежно прикасаюсь к ее животику

- Последний месяц, мне запрещено двигаться, дышать и даже говорить, - хмуриться она, - если после родов я буду слонихой, даже не удивляйся.

- Не утрируй, я здесь, а значит все запреты можно снять, - хихикаю я, произнеся все это заговорщеским тоном

- Спасибо тебе! – она обнимает меня снова.

- Оповещу охрану, что они свободны и вернусь.

Я выхожу в коридор, где стоит охрана и водитель. Глаза водителя сияют при одном лишь моем присутствии.

- Можете занести мои чемоданы, - бросаю я телохранителям.

Отец договорился, что останется лишь один охранник для сопровождения и безопасности, здесь и так была местная охрана. Плюс еще один верный человек семьи Гурамов. Жаль, что охранник, который останется, явно не будет мой любимчик. Агэпито работает на нашу семью недавно. Брат приставил его в качестве водителя и пока не доверяет ему мою жизнь. Он самый молодой из всех и самый красивый.

- Идем, мне нужно кое-что взять из машины, - обращаюсь я к водителю Агэпито и подмигиваю ему, он все понимает.

Мы идем по коридору, и я долго высматриваю свободное помещение. Вижу приоткрытую дверь и запрыгиваю туда, затаскивая Агэпито за собой. Мужчина улыбается. Я тоже.

- Эмилия, мы сильно рискуем, - нервно осматривается он

Мы оказались в библиотеке. Вокруг никого. Пахнет книгами, такой аромат старых листов и печатной краски. Я принюхиваюсь и расслабляюсь, предвкушая предстоящую интрижку. Я всегда любила остановиться и быть в моменте. Так сказать прочувствовать все.

- Знаю и это должно заводить тебя еще больше, - извиваюсь я, слегка касаясь грудью его торса

- Дрэго отрежет мне яйца, - взвывает он

- Мой брат ни о чем не узнает, - уверяю я его

Я же начинаю кружит в комнате зазывая его к себе. При каждом моем движении платье поднимается и демонстрирует мои прозрачные трусики танго. Я специально надела эту эротическую бомбу. Агэпито весь дрожит от вожделения и желания. Я знаю, как действую на него, и не только на него. Мужчины всегда так на меня смотрят. Словно они думают лишь одним единственным местом. Моя бывшая одноклассница Мира, всегда говорила, что у мальчишек лишь одно на уме, но нужно быть умной и постараться построить на этом семью. Мне такая информация ни к чему. Мне не нужно из кожи вон лезть, чтоб заслужить мужчину и выйти за него. Моя семья позаботиться об этом, когда придет свое время. Правда, эта мысль всегда обжигала меня, но я слишком несущественный персонаж в большой игре. Поэтому, я лишь краду от жизни те несущественные моменты удовольствия, которые могу себе позволить и сейчас это тайные поцелуи с Агэпито.

- Ну же хороший мальчик, - зазываю я его

- Прошу вас сеньорита Гуэрра, - молит он меня

Я запрыгиваю на стол и пошло раскрываю ноги демонстрируя ему все свои прелести. Он сглатывает так громко, что слышно по всей библиотеке. Он тяжело и медленно направляется ко мне. Он огромен, словно большая гора из мышц.

- Один короткий поцелуй, не больше, - убеждает он скорее себя, чем меня

- Угу, малюсенький, - усмехаюсь я

Он подходит впритык и мне в ноздри ударяет запах его пота. Немного морщусь. Конечно же от него не могло пахнуть дорогостоящим парфюмом, как от моих братьев.

Агэпито весь вспотел от волнения. Он наклоняется к моему лицу. Я так долго ждала этого поцелуя. Он у нас будет второй. Первый раз я сама его поцеловала. Слишком быстро и неопытно. Даже ничего толком не прочувствовав. Я ждала этого дня, чтоб поцеловаться с ним по-настоящему. Знала, что он будет сопровождать меня в Швейцарию и я смогу устроить наш поцелуй, а может и что-то больше. Он дрожит. Но я знаю, это не от желания. Это страх перед моей семьей. Моим старшим братом и отцом. Мой брат Дрэго сущий дьявол. Его называют поглощающим монстром, потому что свято верят, что он высасывает жизнь из тела своей жертвы лишь своим ледяным взглядом. Все говорят, что у него нету сердца и он может убить любого даже глазом не моргнув. Слухи, сплетни, зависть. Но одно я знаю точно, я его любимая и обожаемая маленькая сестренка, которой все сойдет с рук. Отец запрещает ему слишком давить на меня и мою свободу. Я под протекцией самого Дона Каморры, кем является мой отец.

Его губы в миллиметре от моих. Он облизывается, и я ощущаю не совсем свежее дыхание. Черт. В первый раз все было иначе. Он пах иначе и дыхание было свежим. Я немного отстраняюсь. Мое возбуждение, как ветром сдувает. Мне становиться даже тошновато. Еле сдерживаюсь, чтоб не скривить лицо в отвратительной гримасе.

Глава 4

Натаниэль

А малолетка оказалась не совсем малолеткой. Она сосалась с амбалом в библиотеке, куда я забрел, чтоб взять очередную книгу по психологии.

Он стоял между ее длинными загорелыми ногами. Уверен явись я на несколько минут позже я бы застал их секс. Неумелый и дохлый. Этот протеиновый качок не использовал даже дезодорант. Помещение пропахло его потом, перемешалось с яблочным ароматом духов, который исходил от девочки. Гадкая смесь. Меня чуть не вырвало. Как ее потянуло на этого необтесанного мужлана? Может у нее тоже психологические отклонения и она приехала лечиться. Интересно, как называется ее расстройство? В близи ее лицо было еще краше. Она была по настоящему красивой, а самое главное натуральной. Хотя француженки тоже всегда предпочитали натуральную красоту. В ней явно говорил итальянский акцент и темперамент. Если каждый день мне будет встречаться подобные вещи, возможно мое пребывание здесь будет не таким ущербным.

Нахожу нужную книгу и направляюсь в свою комнату. Мне принесли свежые фрукты. Устаиваюсь на кресле и погружаюсь в книгу. Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) с агрессивными навязчивыми мыслями: Пациент может испытывать навязчивые, неконтролируемые мысли о насилии, которые он пытается подавить, но они всё равно приводят к агрессивным действиям. Его поведение может быть связано с потребностью контролировать женщин или ситуации. Нарциссическое расстройство личности: Пациент может считать себя выше других, что приводит к жестокому и деспотичному поведению. Вера в собственное превосходство и желание доминировать могут объяснить его агрессивное отношение к женщинам, которых он воспринимает как «низших».

Ясно. Мои диагнозы неутешительны. Зеваю. Скучно. Надо найти себе занятие. Откидываюсь на кресле. Вспоминаю детство. Отличное занятие. Начинаю погружаться в пучину плохих мыслей, пожираю себя изнутри. Самобичевание. Ням.

Глаза резко открываются от входящего звонка. «Габриэль».

Долго думаю ответить или нет. Пока раздумываю он сбрасывает. Ну и хорошо. Мне не о чем с ним говорить. И не думаю, что он будет говорить, скорее сыпаться угрозами. Говнюк.

Направляюсь в ресторан. Время ужина. Месье Жак составляет мне компанию и мы вместе флиртуем с дамами в возрасте, которые тоже пациентки сердечного отделения. Я обещал Жаку подогнать молоденькую шлюшку, для быстрого траха. Она будет у ворот ровно в полночь.

Дамы с которыми мы общаемся в самый раз для Жака, а для меня слишком стары. Я люблю женщин в любом возрасте, но 67 думаю это слишком даже для меня. В ноздри ударяет запах свежести и яблок. Принюхиваюсь.

- У нас сегодня яблочный штрудель на дессерт, - интересуюсь я

- Нет, что вы голубчик, черничный профитролли, - отвечает одна из женщин, мило улыбаясь

Я оборачиваюсь и вижу малолетку в обтягивающем комбинезоне. Волосы завязаны в конский хвост. Она делает заказ у стойки администратора и что-то попутно печатает на своем телефоне.

- Два персиковых сорбета, спагетти карбонара, стейк медиум, овощи на гриле…

Доноситься до меня ее итальянский акцент.

- Вы не отвечали на телефонный звонок и мне пришлось идти сюда, - жалуется она на персонал

Администратор воркует и просит прощения, и в качестве извинения предлагает массаж завтра после завтрака.

- Я подумаю, - отвечает вертихвостка

Меня интригует ее самодовольное поведение. Кем бы ни были ее родители они ее очень избаловали. Она явно нуждается в хорошей порке. Отодвигаю мысль с ремнем и ее аппетитной попкой. Нельзя, она явно ребенок. Но на месте ее отца я бы занялся бы ее воспитанием. Я смотрю так, что она замечает мой взгляд и поворачивается ко мне. Одаривает меня снисходительным взглядом, осматривая меня с ног до головы. Я поднимаю свой бокал с вином и отсалютовав ей отворачиваюсь. Успеваю заметить, как ее щеки покрываются красным оттенком. Малолетка. Даже эмоции не умеет держать в себе.

На следующее утро раздумываю над массажем. Вчера услышав о нем, мне тоже хочется пройти пару сеансов. Будет хорошо если у них будет эротический массаж. Захожу в спа зону. Девочки встречают меня и показывают услуги. Эротического массажа нет. И не было. Жаль. Выбираю расслабляющий тайский в исполнение настоящей тайки.

В комнату заходит крошечная девочка с азиатскими чертами лица. Массаж она делает, как настоящий сумоист, не смотря на легкий вес, она заставляет все мои кости похрустеть и расслабиться окончательно. После массажа у меня стояк. С этим надо что-то делать. Иду на поиски тайки. Она куда-то сбежала после сеанса. Я забрел за ней в женскую раздевалку. Она знает за чем я пришел. Видит сквозь приподнятую ткань полотенца. Я достаю 500 евро и показываю ей, давая понять, что я не за бесплатно. Она осматривается, и я одобрительно киваю, давая понять, что здесь мы одни и не надо медлить.

Сажусь на скамейку и отбрасываю полотенце. Она садится на пол передо мной, покорно опускает свои крошечные ручки мне на колени и опускается к моему члену. Она заглатывает так аж глаза закатываются от удовольствия. О-х, малышка, да ты просто пылесос-профессионал. Постанываю от удовольствия, еще парочка таких всасываний и я уже готов. Почти на пике в комнату заходят и мой взгляд встречается с взглядом голубых глаз. Итальяночка в банном халате заставляет мои мышцы сжаться, и я кончаю в азиаточку издавая рык. Девочка завороженно следит за происходящим, не спешит сбежать, а вот азиаточка увидев ее с возгласом покидает нас. Я не тороплюсь скрыть свою эрекцию, член все еще выпирает, пульсирует. На мое удивление малолетка опускает свой взгляд прямо на мое достоинство и ее глаза расширяются. Она снова приподнимает свой взгляд мне в лицо и сглатывает.

- Слюни собери, малая, тебе еще рано, - бросаю я пренебрежительно и беря полотенце прохожу мимо нее, слегка касаясь

Не знаю зачем я играю с этой девочкой, но ее реакции меня забавляют. Никогда раньше не имел опыта общения с таким несовершеннолетним контингентом. Все мои женщины были 21 и больше. Не люблю зеленых.

Глава 5

Эмилия

Бросаюсь под ледяной душ и нащупываю свои складочки. Они мокрые. На мой стыд. Я возбудилась. Не на шутку. Отдергиваю дрожащие руки от свой плоти. Осматриваю следы своей смазки на моих пальцах. Руки немного подрагивают. Я слишком серьезно отношусь ко всему этому. Я лишь застала человека за сексом. Он чужой мне мужчина, который считает меня маленькой девочкой. Сгладываю вязкую слюну. Сердце бешено колотиться в груди. Я никогда раньше не видела живой секс и мужской орган. Так близко. Так реально. Я могла притянутся и даже дотронутся. О-х. Мадонна. Извини меня за мои грешные мысли.

Не знаю кто этот мужчина, но он в моем радаре с первой минуты моего пребывания. Интересно, что он здесь лечит? Хотя, какая мне разница. Ну и лечит, пусть лечит себе на здоровье. Может сердце? Эмилия тебя это не должно волновать.

Обмотавшись полотенцем, я направляюсь в массажную комнату. По пути ни единой души. Сегодня апокалипсис в спа центре. Снимаю с себя все и голой ложусь животом на топчан. Играет расслабляющая музыка, в воздухе витает аромат сандала и апельсина. Арома-массаж. Вот, что я выбрала. Теперь лежу и жду массажистку, которая задерживается. Дверь открывается, и я слышу тихие шаги. Я не издаю никаких звуков, еще больше погружаюсь головой в отверстие и закрываю глаза.

Я лежу на массажном столе, и уже с первых движений её рук меня охватывает удивление. Она намазывает меня ароматным маслом. Сильные, уверенные пальцы проникают в самые напряжённые узлы моих мышц, будто точно знают, где именно и нужно надавить, чтобы снять напряжение. На мгновение я открываю глаза и пытаюсь вспомнить, как выглядела моя массажистка. Маленькая, хрупкая девушка с лёгкой улыбкой — никак не вяжется с этим мощным, проникающим прикосновением.

Её ладони скользят по моей спине, размягчая каждую частичку напряжения. Где-то в районе лопаток я чувствую, как её пальцы сжимают мышцы с такой силой, что хочется тихо застонать от боли, но эта боль сладкая, освобождающая. Она работает методично, с точностью хирурга и уверенностью скульптора, как будто лепит новое тело из моего уставшего.

Её хватка напоминает мне мужскую — твёрдую, сильную, но она всё же бережна. Она словно читает мои реакции, замечая, где нужно ослабить давление, а где усилить. В голове крутится мысль: Как такое возможно? Откуда у неё такая сила? Но каждый раз, когда я пытаюсь задать себе этот вопрос, её движения снова погружают меня в почти медитативное состояние.

Она переходит к шее, и я чувствую, как пальцы, точно инструмент, находят напряжённые точки, надавливают на них так, что каждая мысль вылетает из головы. На мгновение я забываю обо всём, даже о том, что меня удивляет её мастерство. Слишком уж она хороша.

Я так расслаблена, что мое состояние можно сравнить в погружение в Нирвану. Ее руки уже на моих бедрах, она скользит вверх вниз, пробуждая мурашки в моем теле. Плавно, но верно, она доходит до моей интимной зоны. Я была во многих спа салонах мира, но этот массаж может уверенно считаться самым лучшим за всю мою историю массажей. Это даже возбуждает. Правда я чувствую некую неловкость, что могу возбудиться, но я всегда знала, что такое может быть. И это естественная реакция тела на такие грубо-нежные ласки. Руки почти у моего клитора, слишком близко и опасно. Я пытаюсь не думать об этом. Жду, когда она спуститься к ногам, но она все еще порхает руками у моей попы. Сейчас она плотно массирует мои полушария, делая это так, что я готова кончить. Боже правый. Я распахиваю глаза и хочу повернуться к ней. Рука хватает меня за шею, не позволяя мне пошевелится. Я испуганно напрягаюсь. Хватка настолько стальная, что я не могу даже вздрогнуть. Откуда в ней такая титаническая сила. Вторая рука, что блуждает на моем теле, спускается полностью к моим половым губам. Я мычу в полотенце, пытаясь вырваться из хватки. Пальцы впиваются в меня, и я ощущаю влагу. Я такая мокрая, что мне становится тошно от собственной реакции тела. Я не могла так возбудится от женских рук. Я не имела права. Пальцы без препятствий скользят ко входу и я ощущаю, как мое влагалище заполняется.

- Нет, - истошно стону в ткань

И начинаю бешено вырываться.

- Т-ш-ш, - слышу отнюдь не женский голос и мое тело пробивает электротоком до основания.

Я застываю в моменте. Я так напугана. Это явно мужчина, с длинными пальцами и сильными руками. Я даже начинаю задыхаться от волнения и того, как мое лицо еще больше погружается в полотенце. Словно меня душат. Кислород поступает в мои легкие с трудом, глаза закатываются, и легкий хрип исходит из моих уст. Я не могу произнести слов, лишь пытаясь дышать, словно через тоненькую трубочку. Я поднимаю руки к шее и хватаясь за руку мучителя мертвой хваткой, впиваюсь длинными ноготками ему в кожу. Он не издает ни звука. Я знаю, как это больно, но ему это не приносит дискомфорта. Я продолжаю царапать его, пока хватка не становиться давящей и я от нехватки кислорода опускаю их, силы покидают мое тело. А в это время мужские пальцы вовсю властвуют надо мной. Он входит и выходит из меня, размазывая мою влагу. Он трахает меня своими пальцами, и теперь уже я закатываю глаза, от удовольствия и желания. Я так сильно напряжена, что скоро взорвусь. Чувствую неудобство во влагалище, в меня погрузили не один и не два пальца, их больше, три. О, мой, Бог. Я открываю рот пытаясь проглотить больше воздуха, но хватка на шее усиливается и я задыхаюсь. Задыхаюсь и приближаюсь к своему пику. Я даже не знаю, что лучше кончить или умереть, чтоб перестать сопротивляться этому. Мне так хорошо, но и смертельно опасно. Я нахожусь в таком состоянии, что явно ощущаю что-то надвигается на меня. Не могу разобрать что именно. Начинаю неистово двигаться, пытаясь вытолкать толстые пальцы из себя. Я мычу и извиваюсь. Шлепок. Болезненный. Я замираю. Мне больно настолько, что кожу жжет. Словно ее погрузили в кипяток. Я издаю стон от боли и отчаяния. Пальцы снова входят в меня, и я все еще испытываю агонию на попе. Оно распространяется по всему телу, доходя до моей сердцевины. И снова удушающая хватка на шее, и я окончательно сдаюсь. Еще один шлепок до искр в глазах, и я кончаю. Это настоящий салют перед моими глазами. Я кончаю так дерзко, что все мое тело подрагивает с каждой волной, которая накрывает меня. Я как брошенная на берег рыба, получаю лучший оргазм в жизни испытывая конвульсии. Не зразу понимаю, что я давно осталась одна. Тело так болит, что я еле заставляю себя повернутся и уложиться боком. Начинаю дышать и прикладываю руки к шее. Хочу надышаться, словно я готова была попрощаться с жизнью в таком раннем возрасте. Тело начинает дрожать, но теперь уже не от оргазма, а от страха и осознания произошедшего. Я сажусь и осматриваюсь. Тот же запах в воздухе, словно все это мне приснилось. На коже лица отпечатались следы полотенца.