Карина
Проснулась я резко. От сильной боли в желудке, пронзившей меня насквозь до самой спины. Это уже шестой приступ за месяц и, казалось, он был самым сильным из всех. Я корчилась в кровати, зажимая рот подушкой, захлёбываясь слезами. А в соседней комнате спала мама. Спала и ничего не подозревала. Будить её не было никакого желания. Опять беспокоить, выслушивать нотации о том, что тусовки меня до добра не доведут. Но от них никуда не деться. Только алкоголь помогал не думать о расставании с Никитой.
С тем самым парнем, который всего год назад был до ужаса прыщавым и носил очки, посередине перемотанные скотчем. Сейчас же он выглядел, будто персонаж сериала от Нетфликс. Высокий, стройный, с широкими плечами, будто всю жизнь занимался плаваньем, скуластое лицо, прямой нос, большие карие глаза с длинными ресницами, которые перестали прятаться за нелепыми очками, и зачёсанные назад русые волосы. Обычно такие, резко ставшие популярными, надевают короны на свои идеально уложенные волосы и общаются только с крутыми ребятами. Но Никита не бросил свою компанию школьных лузеров и неудачников, куда входила и я – лучшая подруга и, с недавних пор, бывшая девушка.
Не знаю как Никите, но мне было чертовски тяжело справиться с расставанием. По своей глупости я потеряла не только парня, но и лучшего друга. Только алкоголь помогал справиться с приступами тоски, а о пятничных тусовках напоминала лишь боль, которая будила по ночам и заставляла кричать.
Сегодняшний приступ боли был сильнее, чем все предыдущие. Боль пронзала каждую клеточку моего тела. Будто какое-то существо прогрызало себе путь сквозь меня. Я подогнула колени к груди и обхватила себя руками. Раньше это помогало, но не сейчас. Боль не становилась слабее. Она сковала каждую мышцу так, что не было сил даже встать с кровати. Закусывая губу до самой крови, я попыталась справиться с криком. Нет, до аптечки я не дойду. Остался последний, но не лучший выход.
– Карина? – послышался в трубке сонный голос. – Ты чего звонишь? Опять ключи забыла? Подожди, я сейчас открою.
– Нет… Мама приди, пожалуйста, – сквозь слёзы проговорила я. – Мне очень больно.
Мама пришла сразу же. В одной пижаме, с растрепанными светлыми волосами и маской для сна, повисшей на шее. В руках она держала стакан воды и упаковку обезболивающего.
– Боже, родная, – вымолвила она и села рядом со мной на кровать. – На, выпей. – Я чуть не уронила стакан, так у меня дрожали руки. – Сейчас всё пройдёт, пройдёт.
Она сидела со мной до самого утра. Говорила, как сильно меня любит, и гладила по голове. А я вырубилась сразу, как подействовали таблетки. Боль ушла, будто её и не было вовсе.
– Какая больница? Я никуда не поеду!
С самого утра мама, заручившись поддержкой моей сестры, пыталась уговорить меня поехать в больницу и сделать несколько обследований.
Вика – моя старшая сестра – была не частым гостем у нас дома, и я вообще не понимала, какого хрена она лезет. Моя сестра училась уже на третьем курсе института. На первом курсе она свалила жить к своему парню, которого мы с мамой так ни разу и не увидели. Обычно Вика сваливалась как снег на голову, без предупреждений, звонков…Стоило им только с её хахалем поссориться, как моя дорогая сестричка летела домой плакать маме о том, как у неё всё плохо. А потом она пропадала, так же ничего не сказав. Увидев её сегодня утром за столом, я даже ничуть не удивилась.
– Родная. – Мама говорила спокойно, словно разговаривала с упрямым непослушным ребёнком. – Твой желудок болел и раньше. Это же не первый приступ, так?
– Первый, – соврала я. Вика, сидевшая на соседнем стуле, хмыкнула. – Я просто что-то съела. Да, так оно и есть.
– В паре обследований нет ничего плохо. Разве тебе самой не интересно, что это за боли? Чем они вызваны? Вдруг это что-то серьёзное.
– Ма, да что ты с ней разговариваешь? – сказала Вика, не отрываясь от своего телефона. Кофе в её кружке уже давно остыл, а она даже не заметила. – Дети такие бестолковые. – Она усмехнулась. – Хорошо, хоть не залетела.
Я совершенно не помню, когда моя сестра стала такой мерзкой. Наверное, это произошло в классе девятом, когда у Вики наконец выросли сиськи. Да ещё больше, чем у остальных старшеклассниц. На самом деле, мы никогда не были сёстрами в том смысле, в каком, наверное, я бы хотела. Всю мою жизнь Вика была лучше, чем все остальные. Ну, она так думала. Даже с уродскими брекетами, даже с жёсткими рыжими волосами и лицом усыпанным веснушками. Сейчас да, она была самая настоящая красотка. Отбелила кожу на лице, избавившись от россыпи веснушек, перекрасилась в платиновую блондинку, сняла брекеты, стройную фигуру с большой задницей, которая досталась нам обеим генетикой, поддерживала упорными тренировками. Теперь мы с сестрой были похожи только одинаково вздернутыми носиками и ямочками на подбородках. Мама всегда говорила, что внешностью мы пошли в отца, взяв от него рыжие волосы и карие глаза. От неё – блондинки с вьющимися волосами, прямым носом и ярко выделяющимися скулами – мы не взяли ничего. Именно эта схожесть с отцом так бесила Вику. Да, его она ненавидела всем сердцем.
– Не парься, тебя это никак не коснётся. Как, в принципе, всё в этой квартире.
– Чё ты сейчас сказала? – переспросила моя дорогая сестрица, отложив телефон. – Не касается? Это меня не касается? Когда тебя бросит очередной хахаль, даже не приходи плакаться.
И Вика ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью.
– Карина, о чём это она? – Ну началось. Позвонила, называется, первый раз в жизни сестре. – Тебя бросил парень?
– Ма, давай начнём с того, что ты даже не знала, что у меня есть парень. Думаю, сейчас не время обсуждать, кто кого бросил.
Я откусила кусок от бутерброда и бросила его обратно на тарелку. Аппетита совершенно не было.
– Хорошо, но я всё ещё настаиваю на больнице.
Карина
Приехав домой после тусы, я никак не могла уснуть. Я всё ворочалась в кровати и думала о том разговоре с Женей. Думала о его руках, обнимавших меня. Его голос, говоривший, что я красивая, снова и снова звучал у меня в голове, вызывая глупую улыбку. Я уже чертовски скучала по нему и хотела вновь увидеть. Но я так же боялась, что он вспомнит наш разговор и кому-то расскажет или сам будет жалеть меня, что было бы ещё хуже. Но выговориться было так приятно. То, что сводило меня с ума, исчезло. Наверное, я действительно поступила правильно, рассказав всё Жене.
Когда я проснулась, дома никого не было. Только блинчики, которые уже давно остыли, одиноко стояли на столе и записка от мамы. В ней она писала, что уехала по делам и вернётся завтра. Всё как всегда. Пустые обещания, пустые надежды. Зря я надеялась, что мы с мамой и, чёрт с ней, Викой будем проводить больше времени вместе, что мы станем ближе. Мама всегда уходила, пока я спала, оставив завтрак, обещание вернуться пораньше и что в следующий раз мы обязательно отдохнём вместе. Но её не было неделями, а когда она возвращалась, мы не проводили время вместе.
– Котёнок, я очень устала, – говорила она постоянно.
А как я устала постоянно слышать это! Так устала, что больше не напоминала об её обещаниях. У меня своя жизнь, свои секреты, тайны, о которых я не хотела рассказывать ей и тем более своей старшей сестричке. Я просто не знала, как доверять матери. С годами я просто научилась не обижаться на неё. И сейчас мне было почти всё равно.
Вскоре появилась Вика. С каким-то парнем. Я сидела в гостиной и наблюдала, как он заносит в квартиру сумки и чемоданы. Потом Вика поцеловала своего грузчика, и он ушёл.
– И чё это такое? – спросила я, кивнув на сумки.
– Мои вещи, – сказала Вика.
– А что они делают здесь, а не у твоего хахаля?
– Ну. – Вика повесила на вешалку пальто и прошла в гостиную. – Я решила пожить здесь.
– А когда я сдохну, вернёшься обратно, так что ли? Хороший план, сестричка!
– Я… Ты… Да ты вообще себя слышишь? Как ты можешь такое говорить? Ты моя сестра! Думаешь, мне нормально знать, что тебя скоро не станет?
– Думаю, да, – пожала я плечами. – У тебя шестнадцать лет не было младшей сестры. Я росла одна, понимаешь? Пока ты веселилась во дворе с подружками, я плакала от обиды. От обиды даже не на тебя, а на себя, что я не подхожу под твоё представление идеальной младшей сестры. Тебя не было в моей жизни шестнадцать лет. Я не знаю тебя. И не думаю, что хочу знать.
Вика стояла посреди коридора, не в силах и слова сказать. Её рот открывался и закрывался, а щекам текли слёзы.
– Да, – начала она тихим голосом, – меня не было рядом, и ты не представляешь, как хреново я чувствую себя из-за этого. – Она села в кресло напротив меня и вытерла лицо, уничтожив идеальный макияж. – Вся моя учёба, парень… Я думала, что у меня ещё есть время. Что у нас есть время.
Вика встала и подошла к своим сумкам. Из одной из них она достала бутылку вина. Открыла её и сделала глоток прямо из горла.
– Я никогда не знала, как к тебе подступиться. – Она плюхнулась в кресло. – Даже мама не знала. Только с отцом вы были из одной вселенной. – Она усмехнулась. – Чёртов ублюдок. – Она сделала несколько больших глотков из бутылки. – Я была рада, когда он ушёл. Сейчас я понимаю, что было не так, где я тебя обидела. Но… Знаешь, почему я никогда не лезла в твою жизнь? Потому что ты всегда справлялась со всем сама. Тебе не нужна была ни я, ни мама, ни кто-то ещё. Ты всегда была сама по себе.
– Пришлось научиться, – раздражённо сказала я.
– Да ладно. Ты такая с самого детства. Даже когда папочка окружал тебя всевозможной заботой.
– Я не поняла, – нахмурилась я, – ты меня пытаешься выставить виноватой?
Вика покачала головой.
– Я пытаюсь найти себе оправдания. Но мы обе понимаем, что никаких оправданий нет. Я накосячила. По полной, мать её, программе. Не знаю, простишь ли ты меня, но я надеюсь хотя бы на шанс узнать и понять тебя.
Я молчала, обдумывая, что сказала Вика. Ей жаль? Реально жаль или она притворяется, как делала всегда, чтобы получить то, что ей нужно? Не знаю, врёт она или нет, но я хочу попробовать побыть младшей сестрой.
– Ты всегда была занозой в заднице, – сказала я. Вика усмехнулась. – Всегда бесила меня своими парнями, переездами, возвращениями. И модными шмотками.
– Ну. – Она передала мне бутылку. – Ты тоже неплохо одеваешься. Конечно я бы сводила тебя на шоппинг, но не сегодня. И ещё бы что-то сделала с волосами.
Я осмотрела свои длинные рыжие волосы.
– А что с ними?
– Во-первых, – начала она загибать пальцы, – сечёные концы. Во-вторых, сухие…
– Ладно-ладно! Я поняла. Нужно заняться волосами.
– Лучше отрезать.
– Под каре. – Вика выгнула бровь. – Давно хочу короткую стрижку.
Найти салон красоты, в котором согласятся принять без записи, оказалось сложно, но Вика не была бы Викой, если бы не справилась с этой задачей.
– Как тебе классно! – верещала сестра. – Давно нужно было сделать!
Как и Вика, я была в восторге от своей новой стрижки. Волосы теперь лежали аккуратными волнами, не спутывались. Просто идеально!
– Ты даже выглядишь взрослее! – восторженно щебетала Вика. – Мне очень нравится!
Моя сестра оказалась не такой мерзкой и высокомерной, как я думала. Выходные, проведённые с ней, были одними из самых лучших в моей жизни. Жаль, что у меня их осталось не так много.
Мама не вернулась в воскресенье, как обещала, и даже утром в понедельник её не было. Она лишь прислала СМС, что задержится и позже переведёт мне деньги. Я ответила, как отвечала всегда: «Ладно, скучаю». Сейчас факт её отсутствия волновал меня меньше всегда.
– Она в своём репертуаре, – проговорила Вика, крася губы красной помадой. – Ну, мы и вдвоём отлично проведём время. – Она послала воздушный поцелуй своему отражению. – Готова?