Наука зелий, магия любви

Пролог

В Фесской королевской академии мне не нравились всего две вещи. И первой из них были сквозняки. Вполне привычное и частое явление в коридорах. Вот и сейчас тяжёлая дубовая дверь лаборатории бесшумно распахнулась и с грохотом стукнулась об стену. Я едва не подскочила от неожиданности и тихо выругалась себе под нос. Хорошо, буквально мгновение назад успела добавить в весело булькающее в реторте зелье необходимое количество капель вытяжки из горного морозника. Переборщила бы — и пришлось начинать сначала. Вздохнула, сокрушённо покачала головой. Зельеварение требовало тишины и сосредоточенности, а подло хлопающая в самый неподходящий момент дверь этому никак не способствовала. Жаль, что запереться изнутри было невозможно. Но кое-что я сделать могла.

Посматривая на зелье в реторте, порылась в сумке, достала конспект по травоведению, вырвала из середины тетради два листа, сложила их в несколько раз и запихнула в щель между дверью и косяком. Удовлетворённо кивнула. Теперь никакой сквозняк не страшен! Вернулась к рабочему столу, в который раз сверилась с выученным наизусть рецептом, убедилась, что ничего не пропустила и бережно уложила бабушкину тетрадь на край столешницы. Оставалось добавить в реторту два своих волоса, каплю крови Маркуса и — самое сложное и ответственное — напитать эликсир магией. Без этого моё зелье годилось бы разве только гусей смешить, как говорила бабушка.

После того, как добавила последние ингредиенты, жидкость в реторте изменила цвет и на несколько мгновений стала из прозрачной тёмно-синей, а после заиграла всеми цветами радуги. Я перевела дух. Пока что всё было правильно. Впрочем, сегодня я волновалась куда меньше, чем два дня назад, когда готовила эликсир для Маркуса. Видит богиня, я не хотела варить запрещённые эликсиры ночами, но обстоятельства были сильнее меня. Вот тогда под каждым столом и за каждым углом мне мерещился как минимум, ночной патруль из старшекурсников, а как максимум — лично декан факультета зельеварения, притом с уже подписанным приказом на моё отчисление. А после остаток ночи снились кошмары. То у Марка вырастал павлиний хвост, то иллюзия спадала в самый неподходящий момент, то, наоборот, отказывалась расставаться с ним. Хвала богине, всё закончилось благополучно и подвоха никто не заметил. А если бы много лет назад в чью-то светлую голову не пришла идея, что на первом курсе, вне зависимости от специализации, мы должны уделять внимание и общим дисциплинам, этого удалось бы избежать. Ну, или если бы я больше дружила с физподготовкой, а Марк — с моим любимым зельеварением. Я не понимала, для чего мне, будущему зельевару, сдались бег с препятствиями, лазание по канату на время и прочие дурацкие нормативы, а мой лучший друг не уставал возмущаться тому, что он, будущий боевой маг, вынужден разбираться в создании эликсиров без магической составляющей. С точки зрения Маркуса, ему вполне довольно было умения отличать съедобные ягоды от несъедобных и знания, что подорожник останавливает кровь. Хотя, по его словам, ком паутины справлялся с этим намного лучше. Увы и ах, преподаватели не разделяли нашего мнения, поэтому мне грозил незачёт по физподготовке, а Марку, соответственно, по зельеварению. Собственно, это было второе нелюбимое мной явление и причина, по которой я оказалась в лаборатории этой ночью.

Неделю назад друг в шутку обмолвился, что с удовольствием бы поменялся со мной телами на время этих зачётов, а я в ответ заявила, что иллюзии качественнее и проще, к тому же в бабушкиной тетради есть нужный рецепт. Добавила, что изготовление таких зелий без наличия лицензии в королевстве под запретом. Какая злая сила только дёрнула за язык? Кто бы сомневался, что подобная мелочь Марка не остановит! Он уговаривал меня два дня и я сама не заметила, как от категоричного «никогда» перешла к «допустим, я подумаю», а потом и вовсе согласилась. Тем более, Маркус вызвался первым испытать на себе иллюзию и сдать за меня зачёт по физподготовке. Первый и, хвала Дестиане, последний! А завтра была моя очередь надеть личину друга и изготовить два простейших эликсира — обезболивающий и сонный.

Покосилась на часы. Ещё пять секунд и можно приступать. Потёрла ладони друг об друга, концентрируя в них силу, медленно развела в стороны и опустила образовавшийся плотный зелёно-фиолетовый шар в реторту. Зелье вскипело, едва не выплеснулось, но тут же успокоилось. Оно снова стало прозрачным, лишь на поверхности играли мягкие радужные отблески. Я обрадованно улыбнулась. Получилось! И тут же вздрогнула, услышав, как на пол с тихим шорохом упал зажатый дверью лист бумаги. А следом раздалось ленивое:

— Надо же, какая встреча! Тяга к знаниям не даёт спать, эрис Гринвелл?

Джаред Ферн! Боевик с третьего курса и последний, с кем я хотела бы повстречаться этой ночью! И в принципе — повстречаться. Особенно наедине. Я обернулась, сухо произнесла:

— Доброй ночи, эр Ферн. Вижу, тяга к знаниям знакома не мне одной.

Старшекурсник усмехнулся, переступая порог. Обронил:

— Между прочим, учебный совет не одобряет использования лабораторий первокурсниками без присмотра преподавателей. Особенно в ночное время.

— Именно поэтому у меня есть разрешение от профессора Кардейла, ответственного за эту лабораторию, — в тон ему отозвалась я, демонстрируя упомянутое разрешение. — С подписью и печатью, как полагается.

Боевик изучил документ с явным недовольством. А после, вместо того, чтобы уйти, подошёл к рабочему столу и кивнул на эликсир:

— Это что?

— Реторта, — вежливо пояснила я. — А в ней зелье.

Про себя мысленно молилась: уйди уже, ну уйди! И жалела, что не успела спрятать тетрадь с рецептом. Учитывая недружелюбное отношение Джареда, с него станется просто из вредности отвести меня к дежурному преподавателю вместе с тетрадью и эликсиром, заявив, мол, рецепт скрыт, проверяйте, что эта девчонка нахимичила. Но реальность оказалась ещё хуже.

— Вижу, что зелье, — улыбка на лице Джареда стала предвкушающей. — И, судя по радужной дымке, оно создано для наложения иллюзий. Запрещённая штука, если на её изготовление нет лицензии. Кажется, за такое полагается отчисление, м?

Глава 1

Полгода назад

Достопочтенный эр Фольминат, державший аптеку в нашем тихом Бренгейре, страдал на публику уже полчаса. И притом образцово-показательно, так, что ему позавидовали бы профессиональные плакальщицы. Даже я заслушалась. Не каждый день приходилось получать столько лестных слов. По мнению уважаемого аптекаря выходило, что моё поступление в Фесскую академию ставит под угрозу здоровье всего нашего города. Некому, совершенно некому варить эликсиры, готовить мази и порошки под присмотром эра Фольмината, разумеется. Все, абсолютно все помощницы — бесталанные и бестолковые. Одна я была надеждой и опорой и вот! Покидаю! В этом месте голос аптекаря задрожал так явственно, что даже я едва не поверила. А жители соседних домов, собравшиеся на зычный голос хитрого гоблина, прониклись. Многие меня знали — уже два месяца как эр Фольминат доверял мне не только готовить эликсиры и мази по рецептам, но и стоять за прилавком дважды в неделю. Взамен закрывал глаза на то, что я задерживаюсь допоздна и частенько в моём котелке булькают эликсиры, не имеющие ни малейшего отношения к лекарственным средствам и вдобавок насыщенные магией. А что поделать, раз прошлой осенью городской мастер-зельевар третьего ранга и алхимик отказались меня даже выслушать, не то, что взять в ученицы? Мол, на что им сдалась девица, которая ещё колледж не окончила? И неважно, что на тот момент мне оставался всего семестр учёбы! Упёрлись как два осла, мол, запредельно много ответственности за несовершеннолетнюю ученицу. Пришлось обходиться скромной, но вполне приличной аптечной лавкой. Надо ведь было где-то практиковаться. Тем более, эр Фольминат не возражал. А сейчас он не желал терять ценного сотрудника в моём лице и умело привлекал на свою сторону общественность. Успешно, надо сказать.

— Оливия, ты ведь вернёшься? — с надеждой спросила румяная булочница. Она периодически брала в аптеке мазь от ожогов — привычка хвататься за горячий противень была неискоренима. — В самом деле, как мы без тебя? Эр Фольминат скоро на покой уйдёт…

В последнем я сомневалась. Скорее, поверила бы, что хитрый гоблин переживёт большинство собравшихся здесь. Судя по возмущённому взгляду собственно, «уходящего на покой», он думал так же.

— Если королевство отправит меня на распределение в Бренгейр, непременно, — сдержанно ответила я.

— Ты уж попроси, чтобы направили, — посоветовал кто-то из толпы. — Эр Фольминат столько для тебя сделал. А богиня велит платить добром за добро.

С моей точки зрения, мы с уважаемым гоблином были как раз в расчёте. В его лавке я работала практически бесплатно, за скромные четыре серебряные монеты в неделю. Даже не пол-золотого! И те уходили на покупку составляющих для новых эликсиров и зелий. Если бы Маркус не договорился через кого-то из своих знакомых с практикантом высокомерного алхимика и тот не покупал бы мои эликсиры за полцены, чтобы выдать их за свои и продать уже дороже, пришлось бы просить родителей увеличить еженедельную сумму на карманные расходы.

Впрочем, они и так меня не обделяли. Это я хотела самостоятельности. А ещё — твёрдо знала, что хочу стать зельеваром. Как бабушка. Её именем назвали высшую школу зельеварения в столице. Собственно, это была ещё одна причина, почему я решила поступать в Фесс. Хотела доказать: я добьюсь своей цели без поддержки громкой фамилии и авторитета старшей родственницы. И втайне радовалась, что, во-первых, бабушка тщательно оберегала информацию о семье, и, во-вторых, я носила фамилию отца. Мало кто знал, что Оливия Гринвелл — внучка «той самой» Кассандры Идьяр. Только от Маркуса я этого не скрывала. Доверяла лучшему другу как себе. Бабушка, кстати, нашу дружбу одобряла. А родители, причём что мои, что Марка, спали и видели, как празднуют нашу свадьбу. И наши общие уверения, что мы просто друзья, не помогали. С другой стороны, в этом были плюсы: узнав, что Маркус тоже поступает в Фесскую академию, только на факультет боевой магии, родители без возражений отпустили меня в далёкий приморский город.

Первый шаг к самостоятельности был сделан — я без труда сдала вступительные экзамены в Фесскую королевскую академию и была зачислена на факультет зельеварения. Кстати, письмо с этой прекрасной новостью пришло накануне моего дня рождения, поэтому совершеннолетие я встретила почти студенткой. А бабушка вдобавок прислала ценный подарок — пухлую тетрадь с множеством рецептов самых различных эликсиров и зелий. В том числе, теми, изготовление которых без лицензии не поощрялось. В прилагавшемся письме отметила, что не сомневается в моём благоразумии, но при этом прекрасно осведомлена о моей же любознательности, потому избавляет от необходимости скупать неведомые рецепты у подозрительных личностей. И я небезосновательно считала это самым лучшим подарком. Уже предвкушала, как буду экспериментировать в лабораториях академии.

Марк тоже справился со своими испытаниями. Завтра утром нам надлежало прибыть в Фесс на официальную церемонию принятия в студенты. Собственно, к эру аптекарю я зашла попрощаться, в знак уважения и благодарности. И неожиданно оказалась в центре представления, целью которого было любой ценой взять с меня обещание вернуться в Бренгейр. Давать его я не собиралась. А гоблин тем временем снова завёл жалобный сказ о том, как без меня пропадёт и аптека и весь город и даже он сам. Ох, травы и минералы, дайте мне сил!

— Оливия! — раздался знакомый голос. Маркус, энергично работая локтями, протискивался сквозь толпу. — Битый час тебя ищу! Добрейшего дня, эр Фольминат. Я слышал, вы Оливию тут расхваливали на все лады. Знаете, с вашей стороны было бы крайне благородно подарить столь ценной помощнице малый алхимический набор в знак благодарности за добросовестные труды. Да и как студенту без набора? А уж мы добра не забудем.

— И то правда, — поддержали Марка собравшиеся. — Девочка-то умная, сами говорили. Чего не помочь?

Гоблин из зелёного стал пепельно-серым. Не иначе, вспомнил, сколько стоит малый алхимический набор. А друг тем временем добрался до меня, ухватил за руку и поволок за собой, продолжая тараторить:

Глава 2

Торжественная церемония принятия в студенты оказалась неожиданно быстрой и короткой. Перед деканами стояли трибуны, на которых возлежали артефакты — небольшие антрацитово-чёрные каменные плиты с выемкой под ладонь — и в воздухе над каждым дрожал полупрозрачный символ факультета. Я думала, что камень будет холодным, но, приложив к нему руку, ощутила приятное тепло. Оно скользнуло по коже лёгкой шёлковой лентой, обвило запястье и рассеялось. Декан, статная женщина с едва заметными лучиками морщинок у глаз, приветливо улыбнулась мне, поздравила с зачислением и протянула металлический значок с гербом факультета.
Ректор тоже не стал утомлять долгими речами. Энергично пожелал всем новоявленным первокурсникам успехов в учёбе, прекрасного настроения на остаток каникул и... отпустил. Я даже немного растерялась. Помнила, как директор колледжа разглагольствовал без малого полчаса, напутствуя выпускников. Морально готовилась к чему-то подобному и сейчас, но эр Фишенвел, наш ректор, уложился в пару минут.

А вот Марк, в отличие от меня, сориентировался моментально. Ужом протиснулся сквозь толпу, нахально приобнял меня и стоявшую рядом Флорентину и предложил:

— Ну что, красивые, айда заселяться в общежитие. А потом пойдём отмечать наш новый статус.

— Я бы с радостью, но не могу, — вздохнула ведьмочка, аккуратно высвобождаясь из неожиданных объятий. — У меня через час аэроэкспресс. А заселиться можно, вы правы. Есть шанс, что окажешься с кем-то со своего факультета. А если очень повезёт, то достанется блок с отдельными комнатами…

Корвин каркнул с отчётливой насмешкой и расправил крылья, словно собирался взлететь. Флорентина погладила его и закончила мысль:

— Но я бы не рассчитывала. Скорее всего, все блоки уже заняты старшекурсниками.

— Ну и ладно, — пожала я плечами. Почувствовала, как Марк легонько пощипывает меня за руку, поняла, на что он намекает, и поинтересовалась: — Кстати, Флорентина, может, попросим коменданта поселить нас с тобой вместе?

— Буду рада, — светло и открыто улыбнулась она. — И для друзей я Лора.

— Лив, — назвала я привычное мне сокращение.

— Марк, как несложно догадаться, — театрально шаркнул ногой мой неугомонный друг. — Премного рад и всё такое, надеюсь на долгое и приятное общение.

Всё бы ничего, но большую часть речи он адресовал не Лоре, а её фамильяру. Ворон не проникся, промолчал и покосился на Маркуса с нескрываемым ехидством. Я была готова поклясться на бабушкиной тетради — эта птица не заговорит с Марком из чистой вредности. Просто так. Но говорить об этом другу было бесполезно. По крайней мере, сейчас. Вот через месяца три, когда первый пыл немного утихнет, можно будет вернуться к этой теме.

Общежития были смешанными. Лора уверенно направилась к самому дальнему от академии, мы, переглянувшись, последовали за ней. Ведьмочка явно знала больше нас. Скорее всего, здесь уже учился кто-то из её родных или друзей.

Неприветливый лохматый комендант на просьбу поселить нас с Лорой вместе молча протянул металлическую пластину и велел:

— По очереди прижмите сюда ладони. Замок магический, считает и запомнит ауру. Пятый этаж, комната пятьсот три.

— А можно и меня где-нибудь по соседству поселить? — поинтересовался Марк. — Мы с Оливией дружим с детства и привыкли держаться вместе.

— Пятьсот пятая, — пробурчал комендант, протягивая пластину. Едва мы отошли, вполголоса добавил себе под нос: — От, молодёжь! Дружат они! А потом от такой дружбы жениться бегут, когда у подруг пузо на нос лезть начинает.

Марк насупился и замедлил шаг, явно собираясь развернуться и высказаться, но Лора успела вмешаться раньше, чем я. Подхватила его под руку и потянула к лифту. Уже там, когда двери с негромким шелестом закрылись и кабина неторопливо поползла наверх, проговорила:

— Не обращайте внимания. У эра Ричарда прозвище «Ворчун». Но он вовсе не такой вредный, каким кажется. Самый лучший из комендантов!

— Поверим на слово, — кивнул Марк, понемногу успокаиваясь. — Хотя если он ещё что-нибудь скажет насчёт нашей с Лив дружбы, не обещаю, что сдержусь.

— А тебе не всё равно? — звонко рассмеялась ведьмочка. — От пустых слов вреда нет. А от сглаза и порчи я тебе оберег могу сделать. Пусть себе болтают люди — у тебя кости чище будут.

— А у болтунов — зубов поменьше, — буркнул Марк. — Терпеть не могу тех, кто делает выводы на основе собственных больных фантазий! А оберег у меня вот, даже два, — он продемонстрировал сжатые в кулаки ладони, над которыми кружили два миниатюрных голубых смерча. — Для тех, кому недостаточно слов.

Флорентина хихикнула и заметила:

— Для водника ты слишком порывист. Обычно обладатели этой стихии поспокойней.

— Шторм хоть раз видела? — подмигнул ей Марк. — Я спокоен, но не тогда, когда кто-то цепляет близких мне людей.

— Запомню, — пообещала Лора. — И оберег всё-таки сделаю. Интуиция подсказывает, что так будет правильно. А я привыкла ей верить.

Маркус спорить не стал. Тепло улыбнулся и слегка склонил голову в знак благодарности. В самом деле, кто бы отказался от ведьминского амулета? Тем более, моему шебутному другу он и впрямь мог пригодиться.

Жилой блок мне понравился. Как и предсказывала Лора, отдельных комнат нам не досталось. Одна на двоих, зато достаточно просторная и светлая. Корвин спорхнул с плеча ведьмы, облетел комнату и опустился на изголовье кровати, стоящей слева от окна.

— Ты не против? — взглянула на меня Флорентина.

— Абсолютно, — уверила я.

Мне действительно было всё равно. И такие мелочи уж точно не стоили споров с новой соседкой.

— Отлично! — обрадовалась ведьмочка. Жестом поманила фамильяра и шагнула к выходу. — Всё, я побежала. Увидимся через две недели. Ты пока обживайся. — Подмигнула мне и добавила: — Если хочешь, зови своего парня в гости на это время, я не против.

— Мы с Марком просто друзья, — спокойно отозвалась я. — Знакомы с раннего детства. Он мне как брат.

Глава 3

Вечером в нашей с Лорой комнате было тесно. На шестерых человек и одного шумного ворона, который стоил целой стаи, она точно оказалась не рассчитана. Марк пришёл с соседом, будущим целителем, а ныне таким же первокурсником, как мы. Андре был худым, высоким, с такой смоляно-чёрной шевелюрой, что казалось, будто его макнули в краску. Мечтал стать хирургом. На вопрос, как умудрился заселиться быстрее всех, вначале хитро отмалчивался, а потом признался, что по уважительным причинам не мог присутствовать на официальной церемонии принятия в студенты, поэтому получил значок и мантию чуть раньше. Парень был совершенно не в моём вкусе, зато он неплохо разбирался в травах, потому оказался вполне интересным собеседником для нас с Лорой.

Но вчетвером мы общались минут пятнадцать, не больше. После в нашу комнату постучали два метаморфа. Флорентина сдержала обещание и, не откладывая дело в долгий ящик, решила познакомить меня и со своим женихом и с его другом. Но если Аскольд, жених Лоры, показался мне вполне приятным и с ним я быстро нашла общий язык, то молчаливый Шедриан был классическим образцом метаморфа. Внимательно наблюдал за всеми присутствующими, в разговор не вступал, если спрашивали конкретно его — отвечал кратко. Одним словом, принюхивался и не спешил доверять. Протяни руку слишком резко — того и гляди, цапнет. Зато Аскольд трещал без умолку, по-моему, даже болтливого Марка заткнул за пояс. Если бы не глаза, блестевшие на свету расплавленным серебром, я ни за что не подумала бы, что он — метаморф. Впрочем, Аскольд, заметив удивление на лицах ровно половины присутствующих, охотно пояснил, в чём причина.

— Мои родители занимаются разработкой и испытаниями оборудования для подводных исследований и большую часть года проводят, мотаясь между лабораториями, корабельными палубами и батискафами, — произнёс он. — Моё рождение ничего не изменило, а лаборатории и корабли — не самое подходящее место для ребёнка. По сути, меня растила семья дяди. А тот женился на обычной девушке, даже не магичке. Как понимаете, именно тётушка Виолетт и её родители внесли основной вклад в воспитание маленького метаморфа, который подрос, возмужал и сейчас сидит перед вами. — Аскольд отвесил шутливый полупоклон и признался с искренней улыбкой: — Мне всегда было проще общаться с кем угодно, только не со своими. — Приобнял Лору и добавил: — Хотя одна вредная ведьмочка все три ипостаси мне вымотала, пока позволила хотя бы ухаживать!

Флорентина прильнула к нему и отшутилась:

— Вредность — основное качество для хорошей ведьмы, а я очень хорошая.

Мы с Марком переглянулись. Друг едва заметно кивнул и прикрыл глаза, мол, не слепой, всё вижу и понимаю: здесь ловить нечего, эти двое влюблены друг в друга по уши. Но я заметила лёгкое разочарование, мелькнувшее в его взгляде. Однако, оно тут же сменилось предвкушением, стоило Маркусу покоситься на Корвина. Ворон ехидно каркнул, но на всякий случай перелетел подальше.

— Всё равно заговоришь, — негромко пообещал ему Марк с предвкушающей улыбкой.

Аскольд, услышав это, хмыкнул и покачал головой:

— Марк, мне жаль тебя разочаровывать, но эта вредная птица за три года нашего знакомства ничего, кроме «кар», мне так и не сказала.

— Ты всё это время был занят прекрасной хозяйкой Корвина, а не налаживанием отношений с её фамильяром, — парировал Марк.

— Даже спорить не стану, — кивнул метаморф. — Потому в итоге Корвин терпит меня, а я его. Нам нечего делить. Мы оба любим Лору и отдадим за неё жизнь, если понадобится.

Он сказал это просто, даже буднично. Не рисуясь, не для того, чтобы произвести впечатление на кого-то из собравшихся. А я вспомнила услышанную где-то фразу, что метаморфы любят раз и навсегда. Потому и жениться предпочитали на себе подобных. Слишком тяжело переживали расставание. Поймала на себе пристальный взгляд Шедриана и поспешила разорвать зрительный контакт. Я не считала себя ветреной кокеткой, но перспектива прямо на первом курсе раз и навсегда определиться со спутником жизни не привлекала. Мало ли, что произойдёт, буду потом мучиться от угрызений совести всю оставшуюся жизнь, что я разлюбила, а он-то — нет. К демонам в Подземный мир такое счастье!

— Серьёзно всё у вас, — заметил Андре. — Но я вот что хотел спросить: правда, что в Фесской академии очень строгие правила?

— Не особо, — легко переключился на новую тему Аскольд. — Есть комендантский час — после полуночи нельзя шастать по учебным корпусам, полигонам и лабораториям без подписанного кем-то из профессорского состава разрешения. Но получить его не составляет труда, было бы желание.

— А за тем, чтобы это соблюдалось, тоже магия следит? — спросил Андре.

Метаморф расхохотался и покачал головой:

— Кто ж будет столько силы тратить на пустяки? Нет, по территории ходят патрули из старшекурсников, есть дежурный преподаватель, и этого достаточно. Дают возможность развивать полезные навыки: бесшумную ходьбу, маскировку на местности, в крайнем случае, быстрый бег. Не пойман — не нарушал.

— А за нарушения что грозит? — полюбопытствовал Марк. — Замечание? Выговор?

— Смотря, кому попадёшься, — ответил Аскольд и возмутился: — Шед, я один тут соловьём разливаться буду целый вечер? Твоя очередь отвечать! А то устроился в углу и притворился частью интерьера. Не выйдет!

Шедриан вздрогнул от неожиданности, метнул в сторону друга полыхнувший недовольством взгляд, но Аскольд лишь усмехнулся и шевельнул ладонью, поторапливая. Глубоко вздохнув, Шед сцепил ладони, откашлялся и нехотя буркнул:

— Замечание. Десять замечаний за год — выговор. Три выговора — отчисление.

— Разговорчивый ты наш, — хихикнула Лора. — Очень подробно и понятно. Аск, не тормоши его, пусть присматривается к новым людям. Расскажи сам. — Взглянула на меня и пояснила, будто персонально: — Шед всегда поначалу стесняется в новой компании. А потом будет болтать без умолку — не заткнёшь.

— Классический метаморф, хоть учебники с него пиши, — пошутил Аскольд. — А я — исключение, подтверждающее правило. Так, про выговоры и замечания Шед сказал. Но, сами понимаете, всегда можно договориться. Не со всеми, правда. Есть десятка два принципиальных, в основном, из боевиков. Вот их не уболтаешь: раз хватило дурости попасться, сдадут дежурному преподу.

Глава 4

Первые месяцы учёбы пролетели незаметно. Казалось, буквально вчера мы с Лорой стояли возле расписания и изучали план расположения аудиторий, а сейчас большая часть семестра была уже позади. Ещё шесть недель — и наступит первая в жизни сессия. Переломный момент для всех первокурсников. Уйдут те, кто не сумеет сдать зачёты и экзамены по общим дисциплинам. А для оставшихся наконец-то наступит долгожданное время, когда на смену необходимой, но сухой и скучной теории придёт практика. Пока что нас ею не баловали.

Впрочем, я не жаловалась. Во-первых, эти месяцы оказались крайне насыщенными. Я не ожидала такого количества дисциплин! Теория магии, основы сложения магических заклинаний, плетения силовых потоков — от бытовых до боевых. Я могла полчаса перечислять названия всех предметов. И самым нелюбимым среди них была физическая подготовка. Я ненавидела эту дисциплину! И отчаянно завидовала одногруппницам с маленькой грудью. Моё «богатство» и активные физические нагрузки были категорически несовместимы. Я даже не пыталась уложиться в нормативы: ещё с колледжа знала, что это бесполезно. Мне давалось только плавание, по всем остальным пунктам был полный провал. Радовало одно — в конце семестра эта пытка должна была закончиться. Оставалось сдать зачёт и забыть всё это как страшный сон.

Во-вторых, лично у меня с возможностью практиковаться в зельеварении всё было прекрасно. Профессор Энтони Кардейл, преподаватель основ алхимии, дал мне разрешение на самостоятельную работу в лаборатории ровно через месяц после начала семестра. Правда, до этого устроил настоящий экзамен. Техника безопасности в лаборатории, вопросы по работе с опасными ингредиентами, утилизации неудачных эликсиров, перемещению и хранению удачных… Наше «собеседование» в этой самой лаборатории затянулось до позднего вечера. А потом ещё неделю я могла пользоваться оборудованием исключительно под наблюдением самого эра профессора, либо кого-то из младшего преподавательского состава. И лишь после того, как эр Кардейл убедился, что я действительно способна работать самостоятельно и не разнести при этом лабораторию, он выдал мне заветное разрешение.

С Марком в будни удавалось пообщаться лишь урывками, поздно вечером. И на выходных, в основном, у него на работе. Друг уставал не меньше меня и тоже недовольно бурчал на тему «лишних» дисциплин в расписании. Но с его точки зрения лишним было вообще всё, что не касалось боевых заклинаний и умения контролировать собственную магию.

Несладко приходилось и Лоре. Эмоциональная ведьмочка несколько раз даже плакала от усталости и бессильной злости на дурацкое расписание. Ей было особенно тяжело принять строгие правила академии. Ведьмы не признавали рамок и терпеть не могли ограничений. И, конечно, она первой получила замечание за нарушение режима. Причём, что обидно, от своих же. Пыталась договориться, но не вышло. Принципиальные четверокурсницы из тёмных ведьм не пожелали войти в положение. Сдали Лору дежурному преподавателю. И лишь через неделю ведьмочка выяснила, что одна из вредных старшекурсниц положила глаз на Аскольда. Нестандартный обаятельный и общительный метаморф пользовался повышенным женским вниманием. И особенно упрямых девушек совершенно не смущало, что свой выбор он уже сделал. Аскольда регулярно потчевали щедро сдобрённой приворотными снадобьями выпечкой, подсыпали на порог одурманивающие травы, подбрасывали амулеты, в общем, испытывали весь арсенал средств, которые могли заставить парня хотя бы ненадолго забыть о возлюбленной. Но эти усилия были напрасны. Острое обоняние позволяло Аскольду моментально определять посторонние примеси в еде или питье и находить подброшенные самыми настойчивыми девушками вольты и узелки с травами. К тому же, он и сам не пренебрегал защитными амулетами. В том числе, Лориного авторства. В общем, узнав о причине столь неожиданной принципиальности старшекурсниц, Флорентина жутко обиделась и задумала месть.

Верный Корвин сумел стащить из комнаты Лориных «врагов» заколку и платок, а потом ведьмочка почти две недели проводила вечера на кухне, строго-настрого запретив её беспокоить. Уносила с собой связки восковых свечей, раскладывала карты, такие старые, что даже рисунок на рубашке уже стёрся. После её ритуалов я видела в мусорном ведре уродливые гроздья оплавленного воска, хлопья пепла, скорлупу от яиц, почему-то чёрную внутри. Меня она в эти разборки не вмешивала, а когда я обеспокоенно поинтересовалась, не создаст ли она себе проблем, лишь весело рассмеялась и махнула рукой:

— Лив, за кого ты меня принимаешь? Я же светлая ведьма. Никаких пакостей, за которые мне может прилететь от деканата, клянусь. Я всего лишь незаметно расковыряю плотные слои защиты этих негодяек. Насквозь. А там и без меня найдётся, кому воспользоваться пробоиной.

— Страшная ты женщина, — покачала я головой. — Не слишком жестоко?

— Мне чужого не нужно, но и на моё пусть не посягают, — серьёзно ответила Лора, поглаживая млеющего от ласки Корвина. — За своего мужчину и за своих друзей я любого уничтожу. Пусть даже не лично. У светлых ведьм есть свои ограничения, это правда, но мы можем быть куда более неудобными врагами, чем тёмные. Как и зельевары, кстати. Ты тоже можешь доставить немало проблем тем, кто посмеет тебя обидеть.

— Я в этом плане куда более предсказуема, — хмыкнула я. — Как ты правильно заметила, моя стихия — зелья и эликсиры. Главное, заставить жертву их выпить. Или вдохнуть аромат.

— А для остального у тебя есть я, — подмигнула Лора. — Кстати, у тебя не найдётся эликсира для восполнения магических сил? Я немного выдохлась, а сегодня очень важный вечер: осталось пробить последний слой защиты у этих… принципиальных.

Эликсир был. С некоторых пор я готовила его постоянно. Не для себя, на продажу. Тщательно хранила в секрете пропорции и компоненты и вела строгий учёт покупателей в специальной тетради: не более одного пузырька в руки в месяц. Слишком частое употребление могло вызвать привыкание. А в одном флаконе помещалась ровно одна доза. Достаточно, чтобы поддержать себя в экстренном случае, но не более того. К моему счастью, подобные зелья не относились к категории лицензируемых, потому я могла готовить их в любых объёмах. Это приносило приятную прибавку к стипендии и зарплате. Огорчало меня лишь одно: целый раздел в бабушкиной тетради оставался под запретом! А там было столько интересного! Нет, я бы даже рискнула и сварила что-нибудь такое-этакое, сверхсложное, что позволялось лишь лицензированным зельеварам, но, во-первых, результат эксперимента в любом случае пришлось бы уничтожить, во-вторых, достать особенно редкие компоненты легально без лицензии было невозможно или проблематично, в-третьих, стоили они слишком дорого. Оставалось надеяться, что на каникулах я уговорю бабушку взять меня в лабораторию и под её присмотром реализую свою мечту.

Глава 5

Третья пара началась как обычно. Я пригрелась на солнце у окна и совершенно расслабилась. Вообще культурология не являлась обязательным для посещения предметом, преподаватель на первой же лекции объявила, что поставит зачёт за реферат. Но я не пропустила пока ни одного занятия. Слушать эрис Алексанну Вилфорд, самого молодого профессора в академии, было безумно интересно! Она обожала свой предмет, знала тысячу историй про всемирно известные скульптуры, картины и памятники архитектуры, вроде храма Дестианы и её Теней, и рассказывала их так, будто лично присутствовала при рождении каждого шедевра. Признаться, я была даже рада, что культурология и основы политологии у нас с боевиками читались параллельно, а не вместе. Марк точно не дал бы мне спокойно слушать лекции эрис Вилфорд. А так я получала огромное удовольствие, ловя каждое слово. Мне нравились люди, увлечённые своим делом, готовые говорить на любимые темы с горящими глазами, столь захватывающе, что время пролетало незаметно. Но в этот раз насладиться лекцией не удалось. Спустя буквально пятнадцать минут после начала пары в дверь постучали, а затем в аудиторию заглянул вихрастый парень и протараторил:

— Оливию Гринвелл просят зайти в деканат. Срочно.

Хм, интересно, и по какому же вопросу? Но когда я вышла в коридор, там уже никого не было. С другой стороны, вряд ли этот незнакомый юноша знал, зачем меня вызывают. Мысленно перебрала события последних двух недель. Да нет, кажется, нигде не накосячила. Тем более любопытно, зачем я им понадобилась.

Деканат находился двумя этажами ниже, идти к центральной лестнице я поленилась, тем более, боковая была ближе. Спустилась на половину пролёта и вздрогнула, услышав позади негромкое:

— Эрис Гринвелл, будьте любезны уделить мне несколько минут.

Обернулась и рефлекторно покрепче вцепилась в перила, увидев, кто меня окликнул. Джаред Ферн, тот самый высокомерный огневик, которого я случайно едва не облила остатками кофе в начале семестра. У меня не было причин ждать от этой встречи чего-то хорошего. Хотя, возможно, я слишком демонизировала огневика и не любила его за компанию с Лорой. Лично мне Джаред ни разу не встречался в патруле, а вот Флорентина однажды попалась, когда допоздна загулялась с Аскольдом в городе. Разрешения находиться за пределами общежития после полуночи у неё не было. Даже красноречивый метаморф не смог убедить принципиального боевика закрыть глаза на нарушение и не докладывать дежурному преподавателю.

— Простите, эр Ферн, я спешу в деканат, — покачала я головой.

— Напрасно, — холодно заявил огневик. — Вас там никто не ждёт. Мне нужно было выманить вас из аудитории, я сделал это самым простым способом.

А вот это заявление мне уже совсем не понравилось. Тон Джареда был спокойным, сам он тоже казался сдержанным и отстранённым, но я чувствовала его ярость. Не могла объяснить, почему, просто знала — боевик в бешенстве. И отчего-то его злость вызвала именно я. От разлитого в воздухе напряжения стало тяжело дышать, а волоски на руках поднялись дыбом. Хотелось развернуться и броситься вниз по лестнице, но я не могла сделать и шага. Замерла под властью тяжёлого взгляда зелёных глаз, точно прикованная.

— Я заинтригована, — проговорила наконец, переведя дыхание. — И о чём же вы так сильно хотите поговорить, эр Ферн, что не смогли дождаться перерыва?

— О зельях, эликсирах и прочих любопытных составах, — любезно пояснил Джаред, неторопливо приближаясь. — Вы ведь разбираетесь в них, не так ли?

С трудом отогнав неуместные ассоциации про перепуганную мышь и загнавшего её в угол кота, я всё-таки сумела побороть странное оцепенение. Спустилась до конца пролёта, прислонилась к стене и кивнула:

— Спрашивайте. Буду рада помочь.

Мысленно добавила: «И поскорее распрощаться». Я не чувствовала за собой никакой вины перед зеленоглазым боевиком, но его злость меня нервировала. А вежливый, спокойный тон, абсолютно не соответствующий его настроению, пугал.

— Замечательно, — удовлетворённо произнёс Джаред. Остановился передо мной и достал из кармана мантии до боли знакомый флакон с духами, который я буквально несколько часов назад передала Гленде. — Что это?

Вот теперь злость Джареда стала хотя бы понятной. Кажется, воздушница всё-таки переусердствовала с дозировкой. Только с какой стати боевик явился ко мне, да ещё с глупыми вопросами? Видит богиня, я с трудом удержалась от желания ехидно ответить: «Флакон с духами». Но, наверное, мой взгляд оказался слишком красноречивым, потому что Джаред недовольно дёрнул уголком рта и исправился:

— Согласен, неудачная формулировка. Что добавлено в эти духи?

— Зелье с эффектом лёгкого очарования, — честно ответила я. — Авторский рецепт. Изготовление подобных зелий не требует лицензии и не запрещено законами нашего королевства.

— Лёгкого очарования? — переспросил огневик, не скрывая сарказма. — И как оно должно действовать?

— А как подействовало? — в тон ему отозвалась я.

Как только я поймала себя на мысли, что оправдываюсь, хотя ни в чём не виновата, на смену настороженному опасению пришла здоровая злость. А сразу за ней — нездоровая наглость. В самом деле, а по какому праву Джаред задаёт мне вопросы? Пусть сам пояснит, чем недоволен и почему решил заявить о претензиях мне.

Боевик несколько секунд молчал, разглядывая меня. Я отвечала таким же прямым и уверенным взглядом. По крайней мере, надеялась, что уверенным, а не испуганным.

— Начнём с того, что оно вообще не должно было подействовать, — неохотно произнёс Джаред. — У меня хорошая защита от приворотных снадобий и ритуалов.

Ну вот, вскрылась ещё одна причина его плохого настроения. Я бы тоже негодовала, если бы амулеты не подействовали. Вот только здесь Джаред был совершенно не прав. Защита и не могла сработать.

— Это не приворотное, — пояснила я. — Приворот жёстко подавляет волю и внушает чувства, которых не существует. Действие зелья очарования схоже с влиянием феромонов, но в более мягкой и незаметной форме. Если совсем просто, то феромоны пробуждают сексуальное влечение, а то, что приготовила я, способствует выработке так называемых «гормонов удовольствия». Тому, на кого направлен аромат, приятно находиться рядом с его источником. Не более того. Желание вполне естественное, потому от этого удовольствия легко отказаться. Так что всё зависит от заказчика. Или заказчицы. Сумеет удержать и развить вызванный интерес — превосходно. Нет, значит, разговор будет коротким и продолжения не последует.

Глава 6

Вопреки ожиданиям, этой ночью я с Джаредом не столкнулась. Хотя была готова к тому, что он окажется в патруле. У ворот стояли две ведьмы и колдун, кажется, все с четвёртого курса, и оживлённо о чём-то болтали. Лениво смерили меня взглядами, после одна из старшекурсниц махнула рукой, позволяя идти дальше. Даже разрешение доставать не пришлось. Уже не впервые, между прочим. У меня были два возможных объяснения этому факту. То ли я внушала доверие, то ли, что вероятней, те, у кого не было разрешения находиться вне общежитий после полуночи, не пытались вернуться в академию через центральные ворота, а искали обходные пути. Первое грело душу, зато второе казалось более реальным. Но спрашивать у патрульных о том, какая из догадок верна, я не стала. Спешила в комнату, поскорее умыться и лечь спать. День, хорошо начавшийся, но не очень хорошо продолжившийся, к своему завершению вновь стал прекрасным. По крайней мере, у меня были основания так считать.

О том, что с выводами поторопилась, поняла, едва открыв дверь в наш с Лорой блок. С кухни густо тянуло травами, а ещё оттуда доносились всхлипы. Я рванулась туда и застыла при виде заплаканной ведьмочки. Куда только делась её шикарная рыжая коса? Волосы были подстрижены ассиметрично, причём с левой стороны короче, чем у большинства парней, почти наголо. Лора что-то варила в котелке и отчаянно рыдала.

— Ты что с собой сотворила? — воскликнула я, когда ко мне вернулся дар речи.

— Эт-т-то не я-а-а, — гнусаво провыла Лора, подняв зарёванное личико. — Эт-то всё Ко-о-орвин!

Ворон сидел тише мыши на шкафчике, и если бы соседка не ткнула пальцем в его сторону, я бы не сразу заметила притаившуюся птицу. Виноватым фамильяр не выглядел, разве что совсем чуть-чуть. Тем временем Флорентина, продолжая всхлипывать, рассказала о своей трагедии. Решила немного подровнять кончики волос, зашла в любимый модный салон красоты, где стриглась постоянно, а Корвин решил подшутить над новым мастером и громко каркнул над ухом, когда та только примерялась к Лориной шевелюре. Водилась за вороном такая «милая» привычка. Испуганная девушка дёрнулась, щёлкнула острыми ножницами и… отхватила под самый корень прядь, которую держала в руке. Хорошо, что не поранила Лору. Обе страшно перепугались, мастер сразу бросилась звать более опытных коллег, но спасти волосы не удалось. Единственное, что смогли сделать работницы салона, превратить обкорнанную шевелюру в более-менее приличную причёску. Бесплатно, разумеется. Но Флорентину это ни капли не утешило.
За время сбивчивого рассказа, который то и дело прерывали рыдания, я присмотрелась к ней и решила, что причёска, хоть и непривычная, ведьмочке очень идёт. Работницы салона красоты постарались на славу. А вот Лора не считала новый образ удачным и сейчас варила зелье для роста волос, намереваясь как можно скорее вернуть себе прежний вид. Огорчало её одно: ведьмовские зелья работали медленно и ждать предстояло минимум две недели.

— А всё из-за этого, — Лора погрозила кулаком Корвину и бросила в задорно булькающий котелок две мерные ложки сухих лепестков ромашки. — Достану, все перья выщипаю! Не поверишь, Лив, первый раз в жизни жалею, что нельзя проклясть своего фамильяра. Попрыгал бы жабой неделю, поумнел бы! Ничего, зато сегодня он без ужина. Не заслужил.

Корвин обиженно каркнул со шкафа и повернулся к нам хвостом. Притом отошёл подальше от края, чтобы ничьи цепкие руки не дотянулись до гладких чёрных перьев. Я перевела взгляд с ворона на подругу и предложила:

— Если хочешь, я посмотрю в своих записях. Если не найду, завтра зайду в библиотеку. Я ничего подобного раньше не делала, но уверена, что магический рецепт для роста волос тоже есть.

— Ой, я буду очень, очень благодарна! — Лора прижала к груди деревянную ложку с длинной ручкой, которой помешивала варево. — А то не знаю, как завтра идти на пары в таком виде… Может, притвориться больной?

— Не выдумывай, — я погрозила ей пальцем. — Тебе действительно к лицу новая причёска. Посмотришь: одногруппницы завидовать будут и побегут в салон делать такую же. Будешь законодательницей моды среди ведьм академии.

На лице подруги появилась слабая улыбка. Я улыбнулась в ответ и ушла в комнату, искать обещанный рецепт. Но не успела сесть за стол и достать из ящика бабушкину тетрадь, как Лора появилась на пороге с горящими глазами и радостно заявила:

— Лив, а давай сделаем проще! Я почти доварила своё зелье, оно действует, точно знаю. Волосы растут густые, шелковистые, сильные. Сейчас добавлю последние ингредиенты, а ты потом вольёшь самую капельку своей магии, чтобы ускорить процесс. И всё!

Я скептически посмотрела на ведьмочку, не разделяя её энтузиазма, но Лору было уже не остановить. Куда только слёзы подевались? Она продолжала щебетать, уверяя меня, что всё продумала (за минуту) и в крайнем случае, её зелье просто будет работать так, как обычно. Я сомневалась. Лора убеждала. Я возражала. Лора напирала и засыпала меня кучей доводов, почему в теории всё должно получиться. И не забывала при этом следить за временем, бегать на кухню и помешивать свой отвар. Корвин проскользнул мимо неё и устроился на шкафу в комнате. Спускаться к нам он явно не собирался.

— Это плохая идея, — в который раз повторила я. — А вдруг сделаем хуже? Я не знаю, как отреагирует на мою магию ведьминское зелье. Вдруг эффект будет обратным?

— Ты сомневаешься в моих способностях? — от обиды у Лоры снова налились слезами глаза и задрожала нижняя губа.

— Ну хорошо, — неохотно сдалась я. — Но если что-то пойдёт не так, я не виновата.

— Конечно-конечно! — обрадованно закивала Лора. — Пойдём скорее, ещё минута, и будет готово.

Она процедила готовый отвар, напоминающий по густоте хороший кисель, из котелка в железную миску и гордо поставила её на стол передо мной. Я сосредоточилась и осторожно, по каплям, начала напитывать зелье магией. Про себя надеялась, что ничего не выйдет, но Лорино варево весьма охотно впитывало мою силу.

Глава 7

— Подъём, алхимики, — скомандовал Джаред, подходя ближе. — Долгий сон вредит здоровью.

Мои одногруппники неохотно зашевелились. Спорить с боевым магом, к тому же огневиком никто не пожелал. Эмблема на мантии была вполне заметной. Ну, эр Скант!!! Неужели не мог отрядить присматривать за нами кого-то другого? Или Ферн вызвался первым, услышав, у кого сейчас занятие по физподготовке? Джаред между тем продолжал:

— Эр Скант распорядился выдать вам мяч, но у меня другое предложение. Как насчёт нескольких советов, которые помогут вам в драке? Я в курсе, что многие носят с собой защитные артефакты, но полагаться исключительно на действие магии не стоит.

— Странно слышать такое от боевого мага, — с сомнением проговорил наш староста, Себастьян Крэйн.

Озвучил мои мысли! Только я собиралась промолчать, дабы не усугублять и без того непростые отношения с огневиком.

— Бывают ситуации, когда применение магии нецелесообразно, — спокойно отозвался Джаред. — А действие защитных артефактов можно обойти.

— Но ведь есть ещё энергошокеры, шумовые и световые хлопушки, да обыкновенный перочинный нож, в конце концов, — не сдавался Себастьян.

— Всё это ещё нужно активировать, — пожал плечами Джаред. — Нападающие вряд ли станут ждать, пока вы достанете из кармана или сумки шокер или хлопушку. А нож я бы вообще не рекомендовал трогать, если вы не уверены, что сможете ударить им другого человека.

— А что тогда? — подала голос стоявшая рядом со мной Доминика Эрдо. — Что может быть проще и надёжней?

— Перец, — просто ответил огневик. — Лучше атрийский жгучий. Молотый. Щепотку перца легко зажать между пальцами и засыпать нападающему глаза. А дальше ему будет совершенно не до вас. Потренируйтесь перед зеркалом в свободное время. Это один из базовых приёмов самозащиты.

Мы с Доминикой переглянулись. Совет казался полезным. И особенно хороша в нём была внезапность действия. Кто разглядит щепотку перца между пальцами?

— Лучше бы мы такие вещи отрабатывали, а не всякую дребедень вроде «заберитесь по канату», «пробегите дистанцию»! — в сердцах высказался Себастьян. — Не понимаю, в чём польза. Мы, хоть и будущие гражданские специалисты, всё же учимся в военной академии.

— Ага, — поддакнула Доминика. — Вот я алхимик, зачем мне какие-то нормативы по прыжкам в высоту? Реторту с верхней полки шкафа я предпочту снять аккуратно, при помощи лестницы или табурета.

— Разделяю ваше негодование, — усмехнулся Джаред. — С моей точки зрения тоже было бы куда эффективней вместо курса общей физподготовки ввести курс базовой самообороны. Но ректорат почему-то утвердил для гражданских специальностей иной план обучения. Так понимаю, мой вариант вам нравится больше. Продолжим. Присаживайтесь. Сейчас расскажу о самых действенных приёмах самозащиты без оружия и магии.

— А практика будет? — спросил кто-то из парней, устраиваясь на мате.

Я насторожилась. Подозревала, на ком Джаред предпочтёт демонстрировать приёмы. Не зря же он завёл этот разговор. Но боевик удивил. Покачал головой и ответил:

— Бесконтактная техника вам ничего не даст. А фантомы для отработки ударов только на нашем факультете. Залы по вечерам открыты, приходите, если будет желание. Никто вас не прогонит. А я сегодня обещал исключительно советы.

Он сам тоже сел на край мата. Не рядом со мной. Более того, на меня Джаред вообще даже не смотрел, и это тревожило вдвойне. Рассказывал о том, как и куда надо бить, отвечал на вопросы, в общем, вёл себя так, словно и впрямь оказался здесь случайно. Я уже не знала, что и думать. Одна часть сознания шептала, что я слишком демонизирую Джареда и ищу умысел там, где его нет, другая напоминала, что за два последних дня я слишком часто сталкиваюсь с огневиком и на совпадения это уже не спишешь. В итоге решила, что за неимением доказательств проще считать встречи случайными, но на всякий случай не терять бдительности. На том и успокоилась. А занятие в целом мне понравилась, советы и впрямь были полезными, хотя большинство из описанных приёмов я уже знала. Марк постарался. Хотя про перец он мне не рассказывал.

И после занятия Джаред меня останавливать не стал. Я окончательно уверилась в том, что мне просто не везло натыкаться на него в последнее время. И перестала волноваться по этому поводу. В самом деле, будто у Ферна нет других забот, как преследовать первокурсницу-зельевара. Даже решила, что будет неплохо возобновить тренировки с Марком. Раз уж на факультете боевой магии есть фантомы, почему бы мне под руководством друга и впрямь не отработать на них некоторые приёмы. Марк бы точно нашёл общий язык с Джаредом. Друг тоже любил повторять, что магия магией, но и удар кулаком в челюсть никто не отменял, а порой он и эффективней. Поймала себя на этой мысли и поёжилась. Храни меня богиня от того, чтобы эти двое сдружились!

Остальные пары прошли без приключений. А сразу после них меня отыскала Гленда. В этот раз воздушницу интересовал энергетик. Про зелье очарования она и словом не обмолвилась, зато я не упустила возможности напомнить о важности соблюдения дозировки. Разговаривали мы в холле первого этажа, и в какой-то момент Гленда на миг запнулась, глядя куда-то за мою спину. А меня буквально полоснуло ощущением чужого взгляда. Даже оборачиваться не пришлось, и без того догадывалась, кто стал свидетелем нашей беседы и даже не потрудился скрыть своё недовольство по этому поводу. Нда, нехорошо получилось… Но подходить к нам Джаред не стал.

— Ты могла бы быть и поубедительней, между прочим, — скривила губы Гленда, глядя на меня, когда «опасность» прошла мимо. — Откуда я знала, что две капли духов — это ровно две капли? Все так говорят.

— Ответственность за превышение дозировки лежит на клиенте, — сухо напомнила я.

— Да сказала же — все вы так говорите, — досадливо отмахнулась воздушница. — А потом выясняется, что почти всегда можно больше и всё в порядке. Предупреждать нужно!

Я даже растерялась на несколько секунд. Интересно, каким образом? Но сдержала гневный порыв высказать Гленде всё, что думаю о таких безответственных, как она, и холодно процедила: