Навязанная жена. Нелюбимая

Пролог

Ведьма на свадьбе — к беде.

Это все знали. А потому новость о том, что наследница древнего светлого рода Алфея Морентон пригласила на свое венчание темную ведьму, стала для всех неожиданностью. Кое-кого даже шокировала.

Уверена, что родители, да и жених прекрасной Алфеи всеми силами старались отговорить ее от данной затеи, но безуспешно. Наследница Морентонов всегда добивалась желаемого и, если она вознамерилась пригласить темную ведьму на свой великий светлый праздник, то ничто не могло ей помешать.

Темную ведьму, кстати, тоже никто особо не спрашивал. Она трижды отказывалась от столь лестного приглашения, но в конечном итоге была вынуждена согласиться. О чем очень сильно жалела, сидя в первом ряду на стороне невесты.

Вообще свадьба получилась невероятно красивой. Совсем как в самых заветных девичьих фантазиях. И даже лучше.

Храм богини Судьбы, что отвечала за все сущее и плела свои сети, определяя судьбу каждого из нас, украсили живыми цветами, золотыми лентами и хрустальными шарами разного размера, которые красиво сверкали и переливались в отсвете живых разноцветных огоньков, плавающих в воздухе на большом расстоянии от гостей.

К слову, гостей в храме собралось очень много. Все родовитые, знатные и до ужаса светлые. А ведь венчание из столицы Светлой империи перенесли на границу с мрачным и неприступным Запредельем. Все из-за того, что в женихи прекрасной Алфее достался не простой светлый чародей, а один из князей таинственного Запределья — страны, которая веками охраняла свои территории и никого не пускала за высокие и неприступные стены. Именно жених настоял на том, чтобы свадьбу играли в городе, который пусть и был довольно крупным, но все равно во многом уступал столице. Зато Солвейн, город, на который пал выбор жениха, располагался всего в паре километров от огромной стены, что мрачной тенью возвышалась над округой.

Церемония проходила без сучка, без задоринки. Я даже поверила, что примета не сработает и все будет хорошо.

Вот темнокожая верховная жрица, облаченная в золотые одежды с сияющим венцом на голове, связала запястья молодых алой лентой. Потом, стоя у алтаря, воздела руки к потолку и громко произнесла:

— Богиня всего сущего, великая Судьба, яви нам свою волю! Переплети нити двух детей своих!

По идее, после ее слов с потолка должен был осыпаться дождь из сверкающих блесток — именно так Судьба встречала тех, кого навечно связала своей нитью.

Но вместо этого внезапно дрогнул пол под ногами, заскрипели колонны, а огромный хрустальный алтарь с жутким грохотом пошел трещинами, чтобы несколько мгновений спустя развалиться на части.

Громко вскрикнув, Алфея отскочила в сторону. Алая нить, которая связывала запястья молодых, натянулась и лопнула. В ту же секунду с оглушительным звуком на полу между ними образовалась огромная трещина. Она устремилась вниз и, спускаясь с постамента, столкнула пару ваз с цветами и шариками, которые, упав на пол, разлетелись на миллион осколков.

Раскрошив мрамор на ступеньках, она поползла к гостям, которые, застыв от ужаса, следили за разрушениями. Трещина быстро увеличивалась и росла. Добравшись до первого ряда, резко свернула направо и двинулась вдоль скамейки, пока не добралась до самого последнего гостя. Точнее, гостьи. Едва добравшись до носка ее черной туфельки, внезапно остановилась.

В ту же секунду пол перестало трясти, стихли треск и грохот. В храме воцарилась оглушительная тишина.

Все, абсолютно все присутствующие уставились на ту, кто стала причиной разрушений.

— Ведьма, — выдохнул кто-то.

И тут же шепот пронесся по храму, наполняя взоры каждого гостя ужасом и ненавистью:

— Ведьма! Это она! Она!

Я была согласна с гостями: лишь черная ведьма могла стать причиной всего этого ужаса и остановить свадьбу светлой чародейки и князя из Запределья.

Только вот проблема заключалась в том, что этой черной ведьмой была я.

Позвольте представиться, меня зовут Фрэн Дейл. И я, кажется, только что испортила свадьбу своей старшей сестры.

Но, наверное, надо начать с самого начала.

Глава 1

Бумага не горела.

Я минуты три пыталась ее спалить с помощью вечной свечи, которая с самого создания академии стояла на моем столе. Пламя жадно облизывало бумагу, вызывая лишь легкий золотистый дымок, но не оставляя на ней и следа. Приглашение на свадьбу, зачарованное светлой чародейкой, не желало сдаваться и сгорать.

Одобрительно хмыкнув, я призвала ведьмино пламя. Ярко-зеленая вспышка озарила комнату на верхнем этаже одной из башен Даркорийской академии темных искусств, и в ту же секунду на ладони засиял зеленый огонек темного пламени. Жадно набросившись на бумагу, ведьмин огонь принялся с жутким скрипом кусать ее. Практически сразу на золотом тиснении появились некрасивое черное пятно. Потом еще одно.

Правда, радость моя длилась недолго. Стоило присмотреться, как стало понятно, что пятна превращаются в буквы. Ведьмино пламя чихнуло, плюнуло и с шипением погасло, давая понять, что со светлой гадостью мне придется разбираться самостоятельно.

Поднеся приглашение поближе к лицу, я вгляделась в мелкий шрифт появившейся на самом краю прямоугольника надписи.

«И не рассчитывай. Я взяла отцову бумагу для важных писем. Ее даже высшие темные маги уничтожить не могут. Жду тебя на праздник, сестренка».

— Вот же... чародейка, — восхищенно присвистнула я.

В этот раз Алфея подготовилась лучше. Если первое приглашение я легко разорвала и сожгла, второе испепелила, а третье отдала на корм ведьминому пламени, то теперь стало ясно, что в четвертый раз легко не будет и придется хорошенько постараться.

Впрочем, темные ведьмы никогда не искали легких путей. И я решила найти способ уничтожить злосчастное приглашение. Ведь не может все быть настолько плохо.

Достав старенький котелок, я быстро намешала в нем такой состав, что даже моя закаленная ложка-мешалка, на своем веку повидавшая немало ядреных зелий, скукожилась и слегка погнулась.

Положив бумагу на мраморную дощечку, я осторожно капнула на нее состав и тут же отскочила в сторону.

Пух!

Ядовито-желтое облако взметнулось к потолку и почти сразу растворилось в воздухе. Осторожно шагнув вперед, я вытянула шею и попыталась понять, получилось ли у меня уничтожить приглашение. Но бумага даже не обуглилась, наоборот, засияла еще ярче, словно ее только что подсветили.

— Вот же пакость! — выдохнула я и топнула ногой от досады.

Попытка распилить тоже не увенчалась успехом. Мой замечательный карманный ножик попросту затупился, в то время как на золоченом приглашении даже краешек не облупился.

— Да ты издеваешься!

Конечно, можно было бросить это занятие. Подумаешь, приглашение, что в нем такого? Спрятать его под подушку и не вспоминать. Но нет, знала я эти светлые штучки. Алфея наверняка зачаровала бумагу так, что я, хочешь-не хочешь, а все равно прибыла бы на свадьбу. Светлая магия она такая… назойливо-доставучая.

— Я все равно найду способ от тебя избавиться, — погрозила я пальцем бумаге.

А та в ответ блеснула, словно издеваясь.

— И давно ты сама с собой разговариваешь? — раздался за спиной насмешливый голос.

Я даже не вздрогнула. Привыкла уже. Алекс обожал такие неожиданные появления. Внезапно выныривая из темноты, он пугал окружающих до разноцветных дракончиков перед глазами. Хотя что взять с некроманта? Они все немного… потусторонние.

«Кстати… Алекс ведь некромант! Как я сразу не догадалась! Это же все меняет!» — радостно подумала я.

— Вот ты-то мне и нужен! — И я с широкой улыбкой повернулась к парню.

Алекс Вермонд стоял, засунув руки в карманы брюк и опираясь плечом о дверной косяк. Сегодня, как и всегда, он оделся в черное. Рубашка, брюки, распахнутый на груди жилет, кожаные браслеты с серебряными заклепками и нить, удерживающая посеребренный кулон в виде черепа с зелеными глазами-изумрудами, пусть и имели разные оттенки, но все равно были черного цвета.

Из-за темных, длиной до плеч, прямых волос его кожа выглядела особенно бледной, а серые глаза в обрамлении колдовского черного ободка особо притягательными. Парень был среднего роста, худощавый, но гибкий и ловкий. И по праву считался одним из лучших студентов на факультете некромантии.

Выпрямившись, он изобразил шуточный поклон.

— Всегда к твоим услугам, куколка.

За годы обучения в Даркорийской академии я уже привыкла к этому прозвищу. Хотя первое время оно меня жутко раздражало.

Почти два года мы с Алексом находились в состоянии войны.

Он периодически подсылал ко мне призраков и восставших покойников. Просыпаться утром и обнаруживать на себе полуразложившуюся тушку какой-нибудь давно сгинувшей животины, которой вокруг академии водилось видимо-невидимо, было еще тем удовольствием. Как и натыкаться на приведение в душевой. Вы пробовали принимать душ, когда на вас смотрит потусторонняя сущность? Поверьте, малоприятное занятие.

Я же в отместку подмешивала ему в еду и питье разные составы и зелья. Например, порошок, после употребления которого несколько часов воняло так, что дышать было нечем; настойку для нескончаемой икоты или самое любимое — хрюкающую ягоду. Алекс после нее целый день напоминал свинью и ничего не мог с этим поделать. Аж покраснел от злости.

Глава 2

Путь до Солвейна занял почти три дня.

Словно сами боги мешали нам, создавая одну проблему за другой. Сначала мы опоздали к первому порталу. При выезде из академии случился небольшой затор. Слишком много учащихся отправлялось домой на каникулы. В результате мы задержались минут на сорок. Пришлось ждать несколько часов, когда его снова настроят на нужное место. Но даже тогда перенестись не удалось.

— Перехода не будет, — сообщил бородатый работник портальной службы, когда мы подошли к нему, таща за собой по рыхлому снегу огромные чемоданы.

А все почему? Потому что всякими заклинаниями даже такими простыми как левитация, запрещалось пользоваться рядом с порталами. Они сильно сбоили и могли выдать неприятный результат. Например, расщепить объект переноса или оторвать какую-нибудь его часть.

— Почему? Мы ведь заплатили! — возмутился Алекс.

И я его понимала, поскольку сумму, которую с нас взяли за новую настройку, иначе как грабительской назвать было нельзя.

— В Ормунде сильнейшая буря. Порталы закрыты. Так что освободите дорогу. Мне надо настраивать другие переходы.

— Но послушайте, мы же заплатили, — процедил Алекс.

Судя по тому, как черный ободок почти полностью заполонил зрачок, он пребывал в крайней степени злости. Поняв, что еще немного, и в округе поднимутся пару десятков зомби, я шагнула вперед и осторожно взяла его за руку. Переплела наши пальцы и слегка сжала, привлекая внимание.

Алекс дернулся и нехотя повернул ко мне голову.

— Не надо, — одними губами прошептала я.

Напряжение слегка отпустило. И хорошо, а то от всплеска магии портал слегка заискрил.

— Сказал же, что перехода не будет! — рявкнул мужчина и вновь забегал вокруг своего портала, пытаясь перенастроить. Лишь добавил на ходу: — Обратитесь в кассу, вам вернут деньги. Или ждите, когда улучшится погода.

Других вариантов у нас не имелось.

Свободные земли от империи отделял неприступный горный хребет, перебраться через который можно было лишь порталом. Первым городом на той стороне как раз и являлся Ормунд. Расположенный на самом краю горного хребта, этот городок славился своей капризной погодой. Зимой здесь бушевали затяжные метели. Осенью и весной шли такие дожди, что Ормунд лишь чудом не смывало. А лето было невероятно жарким и засушливым.

Стиснув зубы, Алекс схватил свой и мой чемодан и зашагал прочь. Я тут же поспешила следом, стараясь не отставать.

— Да что он о себе возомнил? — процедил Алекс, когда мы вышли на тротуар.

— Может, вернемся в академию? Или поедем к твоим, а? — с надеждой предложила я.

Честно говоря, снежной буре я даже обрадовалась. Пусть и согласилась ехать на свадьбу к Алфее, но радости от этого не испытывала никакой. Всей своей темной сущностью предчувствовала, что ничем хорошим наша поездка не закончится. Родные так и не смирились с тем, что я темная. А я не собиралась вдруг резко светлеть по их желанию. Меня вполне устраивала моя новая жизнь.

— Хорошая попытка, — хмыкнул Алекс. Темнота из его глаз ушла так же быстро, как и появилась, уступив место знакомому стальному блеску. — Но нет, мы не вернемся в академию и не отправимся к моим. Нас ждет светлое семейство Морентонов.

Услышав фамилию своей семьи, произнесенную средь бела дня на оживленной улице Свободных земель, я вздрогнула и, быстро осмотревшись, прошептала:

— Не так громко! Ты что, хочешь, чтобы нас побили?

— Пусть только попробуют, — заявил Алекс и тяжело вздохнул. — Хребет мы с тобой не преодолеем. До свадьбы еще уйма времени. Значит, остается только ждать, когда заработает портал.

— Прям здесь? — усмехнулась я, пряча руки в черных кожаных перчатках.

На улице с наступлением вечера заметно похолодало. Проблема заключалась не только в том, что неяркое солнце постепенно клонилось к горизонту, а мороз начал крепчать, но и в резких порывах ветра, которые налетали словно из ниоткуда, принося с собой крупинки снега, болезненно бьющие в лицо.

— Предлагаю отправиться в таверну. — Алекс кивнул на противоположную сторону, где виднелся трехэтажный кирпичный домик с покатой заснеженной крышей, из труб на которой поднимался легкий дымок. — Снимем комнату и переждем непогоду.

Я согласно кивнула.

Однако там нас поджидало разочарование номер два.

— Мест нет, — припечатал огромный зеленый огр, встретивший нас у дверей.

— Совсем? — уточнил Алекс, застыв на верхней ступеньке.

Я осталась внизу вместе с двумя чемоданами. Очередной порыв ветра заставил меня поежиться и накинуть на голову капюшон с меховой оторочкой.

— Совсем, — кивнул огр и махнул рукой метелке, которая под воздействием бытового заклинания принялась энергично сметать снег с террасы, поднимая вокруг себя снежный вихрь.

Пришлось нам искать другую таверну. Хорошо хоть она располагалась недалеко, буквально за углом. Но и там нас ждало разочарование.

— К сожалению, мест нет, — сообщила рыжая гномиха за стойкой.

— И чем вызван такой ажиотаж? — недовольно поинтересовался Алекс, барабаня длинными пальцами по столешнице.

Глава 3

Бум!

Силовая волна ударила в спину, и меня выбросило из сверкающего всеми цветами радуги портала. Стоило оказаться снаружи, я рефлекторно сделала четыре шага вперед по рыхлому снегу и застыла, практически уткнувшись носом в спину Алекса, который остановился на площадке вместе с чемоданами и не двигался.

— Уф! — шумно выдохнула я, с трудом переводя дыхание.

Чистый морозный воздух моментально освежил и привел мысли в порядок после стремительного и весьма неприятного перехода.

Отступив на пару шагов назад, я вымученно улыбнулась и максимально бодрым тоном заметила:

— Все оказалось не так плохо, как я думала. Даже не укачало. Разве что слегка.

Некромант ничего не ответил. Просто продолжал внимательно осматриваться, не произнеся ни единого слова. И это его молчание внезапно показалось мне очень тревожным, если не сказать страшным. Словно случилось что-то не очень хорошее, а что именно, я пока не понимала.

— Алекс? — нервно позвала я.

Протянув руку, хотела коснуться его плеча, но в этот момент у меня за спиной неожиданно раздался грубый мужской голос.

— Угробили! Все угробили! Сказал же — не частить!

Обернувшись, я уставилась на странного тощего мужчину с редкими волосами, которые стояли дыбом на голове, и смешными круглыми очками на крючковатом носу. Впалые щеки и узкий подбородок заросли какой-то плешивой бородкой. Вообще этот мужчина, судя по всему, светлый артефактор, производил странное впечатление. Весь такой помятый, неприятный и жутко неопрятный.

Портальщик, продолжая громко ругать нас, систему и тотальную жизненную несправедливость, бегал вокруг своей старенькой портальной машины. А та дрожала, скрипела и грозила рассыпаться прямо на глазах. Никогда не видела настолько старых установок. Некоторые детали сильно проржавели, во многих местах краска потрескалась и облезла, а кое-где стояли неряшливые метрические заплаты.

Странно.

Ормунд был пусть и небольшим городком, но довольно успешным. И портальные перемещения между Свободными землями и империей являлись важной частью его доходов. На таком не экономят. Четыре с половиной года назад портал выглядел намного новее и современнее. Вряд ли за это время он мог настолько износиться.

— Мы не в Ормунде, — неожиданно сообщил Алекс.

Перестав изучать портальную машину, я обернулась к нему.

— Подожди… как не в Ормунде? А где? Ведь другого пункта перехода через хребет нет, — пробормотала я и застыла, осененная новой догадкой: — Нас что, вернуло назад в Свободные земли?

Я очень старалась не радоваться, но мысль о том, что мы не попали в империю, очень грела душу. Это означало, что на свадьбу Алфеи мы не успеем.

— Сомневаюсь.

Алекс и перевел взгляд на портальщика, который не оставлял попыток активировать свою машину.

— Уважаемый, вы не подскажете, куда нас занесло?

Мужчина бросил на нас злой взгляд и, не переставая нажимать какие-то кнопки, выдал:

— Вас что, не предупреждали? Нельзя переноситься по два человека. Лишь по одному. Чуть все не сломали. А если бы вас по дороге на части разделило? Кого бы обвиняли? Старого Унхарда! А я предупреждал! Всех предупреждал! Нельзя так делать!

— Ничего не понимаю, — пробормотала я, кутаясь в пальто.

Мороз крепчал, но хотя бы радовало отсутствие ветра. На улице было тихо, спокойно и звездно. Выходило, мы действительно не попали в Ормунд. Там ведь с минуты на минуту ожидали новую метель.

— Уважаемый, — Алекс слегка повысил голос, — это ведь не Ормунд, не так ли?

— Ормунд? — Мужчина вскинул голову и почесал взъерошенный затылок. — Нет, конечно. Ильмунг. Вы в Ильмунге.

Как будто это название нам о чем-то говорило. Да, я родилась и выросла в империи, но его слышала в первый раз.

— И что это за Ильмунг? — спросил Алекс. — Как далеко он от Ормунда?

— Так в другой стороне, — отозвался портальщик, поднимаясь на ноги, и уставился на нас с подозрением. — А вы как тут оказались-то? Темные? У вас есть разрешение на пересечение хребта? Иль вы беглые? Имейте в виду, мы живем мирно и на своей земле беспорядков не потерпим.

— Не переживайте, у нас все есть.

Я быстро достала из кармана документы, среди которых лежало золотое приглашение на свадьбу Алфеи. Просто золотой билет для перехода на любую из территорий империи.

— Мы должны были перенестись в Ормунд, а попали сюда, — вставил Алекс.

— Наверное, дело в буре, — добавила я. — Настройки сбились, и нас занесло неизвестно куда.

— Теперь бы понять, как отсюда выбраться, — мрачно заметил Алекс и снова взглянул на портальщика. — Вы можете настроить портал на Ормунд? Мы готовы заплатить.

— Не, старушка на сегодня все, отработала. И на завтра тоже. Ваш переход спалил схемы. Пока перепаяю, пока магией напитаю, уйдет много времени. — Мужчина вытер руки о грязную тряпку, сплошь покрытую масляными пятнами. — Вам лучше обратиться к Кинару. Он поможет.

— Кто такой Кинар и чем он нам может помочь?

Глава 4

— Ну здравствуй, Франческа.

Голос, раздавшийся сбоку, заставил меня вздрогнуть всем телом и быстро обернуться. Простенькое проклятие невезения вспыхнуло на пальцах, но так и не было использовано.

Прошло уже два дня после нашей поездки в санях с сохалийскими гончими и встречей с таинственным нейтральным магом, который исчез так же быстро, как и появился. Ничего особенного с нами за это время не произошло. Если не считать всеобщей настороженности и косых взглядов, которые бросали на нас с Алексом все вокруг. Впрочем, темным в Светлой империи всегда приходилось нелегко.

— Николас? Николас Доггерт?

Это действительно был он. С собранными в низкий хвост длинными светлыми волосами и прямым взглядом красивых глаз цвета молодой листвы в обрамлении золотистого ободка. Николас возвышался надо мной на целую голову, а еще ему невероятно шла форма королевской гвардии: теплый мундир из светло-голубой ткани идеально сидел, подчеркивая широкие плечи и узкую талию.

Этот сильный светлый чародей, лучший друг кузена Филиппа, один из самых завидных женихов империи и просто прекрасный молодой мужчина вольно или невольно стал главной причиной моего побега в Свободные земли.

Николас был все так же невыносимо красив, как и четыре года назад, и оставался так же эгоистичен и высокомерен. Вон с каким презрением осмотрел меня с ног до головы, явно не придя в восторг от моего темного наряда.

— Не думал, что ты все-таки решишься приехать, — тягуче произнес он и с ядовитой усмешкой добавил: — После того, что было… между нами.

По сути, между нами ничего не было. И слава богам!

Я уже упоминала, что великое светлое семейство после четырнадцатилетия старалось избавить меня от темной сущности. Сначала они решили, что меня прокляли, и больше года таскали по храмам и святым источникам.

Я даже две недели прожила в монастырском ските в забытом всеми богами месте, пила одну воду, ела сухой хлеб не самого лучшего качества и пыталась замаливать грехи. Какие именно, мне никто не сказал, а я себя греховной точно не чувствовала и просила лишь об одном — чтобы меня отпустили и позволили вернуться домой. Может, поэтому ничего не получилось. Боги не отозвались, проклятие не снялось. Я осталась все такой же темной, как и за две недели до изгнания. Только более худой, осунувшейся и злой.

Небольшое послабление наступило после того, как меня согласилась осмотреть верховная жрица, которая прислуживала лишь императору и его семье. Пожилая дама в золотых одеяниях и огромной короне в виде солнца уделила нам с мамой всего пять минут. Но какие это были пять минут!

Нас приняли в ее личной резиденции в центре столицы. Та представляла собой огромный особняк с темным интерьером и задернутыми наглухо шторами, из-за чего всюду горели магические светильники. Воздух внутри был пропитан ароматами трав и благовоний. А еще здесь царила полнейшая тишина, и поэтому звук собственных шагов, когда мы шли по длинному коридору к кабинету, воспринимался оглушающе громким.

— Подойди! — велела жрица.

Она восседала в массивном кресле, обитом бордовым бархатом, и в упор смотрела на меня.

Я даже шага не успела сделать, как получила тычок от мамы.

— Давай, быстрее, — прошептала она.

Остановившись напротив кресла, я присела в реверансе и опустила взгляд. Не хотелось, чтобы жрица увидела в нем все то, что я думала о происходящем в целом и о ней в частности.

— Ниже, — скомандовала она. Хотя куда ниже? У меня от напряжения даже спину свело. — На колени!

Пришлось подчиниться.

Прикусив губу, чтобы не выдать что-нибудь этакое, из-за чего все наше семейство потом сошлют поближе к хребту на границе со Свободными землями, я послушно опустилась на колени. И поймала себя на мысли, что платье из легкого розового шелка с прозрачными газовыми фонариками мне уже не жалко. Я вообще как-то незаметно разлюбила все эти светлые тона. Наверное, мне просто очень не нравилось, когда мной так бесцеремонно командовали, и я перенесла свое отношение на цвет.

Только я опустилась, как жрица быстро схватила меня за подбородок, болезненно впиваясь ногтями в кожу, и заставила поднять голову. Зрачки у нее были золотистыми, почти того же цвета, что и ободок вокруг них.

Жрица около минуты смотрела мне в глаза, и я не могла отделаться от мысли, что она пытается проникнуть в мой мозг и прочитать мысли. А мне этого, конечно, не хотелось, поскольку ни о чем приличном и радостном в тот момент не думалось. Она же не отводила взгляда, продолжая впиваться в нежную кожу длинными когтями и оставляя на ней красные отметины. А потом внезапно отпустила меня, даже слегка оттолкнув. От неожиданной потери опоры я едва не рухнула на пол, но сумела удержаться.

Жрица откинулась на спинку своего кресла и сцепила пальцы в замок.

— Помогите нам, светлейшая, мы совсем отчаялись, — взмолилась матушка и тоже упала на колени, сложив руки в молитвенном жесте.

— Не о том просишь, — произнесла жрица, вновь бросив на меня проницательный взгляд. — И богов зря тревожишь. Нет на девочке проклятия и злого умысла. Богиня Судьбы предрешила ее будущее, сделав такой.

— Но как же? — прошептала мама.

— А вот так. Дочь твоя рождена, чтобы быть темной. Вот тебе ответ от богов. Не тот, что ты хотела, но другого ты не получишь.

Глава 5

Оказывается, за лестницей имелся проход, который соединял пристройку и сам дворец. Именно по нему нас с Алексом и провела служанка — чопорная дама в темном платье, белом чепчике на голове и с кислым выражением лица. Так что вновь надевать теплые вещи не пришлось. Правда, переобуться я не успела, но это меня не волновало.

Мы с Алексом следовали за служанкой, стараясь держаться от нее на небольшом расстоянии. В пустой картинной галерее стук наших шагов звучал особенно громко и резко. И чем дальше мы продвигались, тем сильнее казалось, что великие светлые чародеи древних времен с осуждением взирают на меня со своих портретов.

Проклятие! А ведь я считала, будто избавилось от чувства вины за то, что стала темной в роду светлых. Я гордилась своими способностями и тем, чему смогла научиться в Свободных землях. И не хотела другой жизни. А сейчас шла по коридору императорской резиденции и ощущала себя маленькой девочкой, которая вновь стала разочарованием своей семьи.

Словно чутко уловил мое настроение, Алекс взял меня за руку и осторожно сжал, как будто говоря, что все будет хорошо, что вместе мы со всем справимся. И я ему верила. Одной ведь действительно было не так страшно.

Наконец, галерея закончилась. Свернув налево, мы попали в новый коридор, шли по которому совсем недолго. Вскоре служанка остановилась у двухстворчатых дверей и с поклоном отступила. Стоило нам подойти, как створки медленно распахнулись, пропуская нас вперед.

Алекс тут же разжал мои пальцы, шепнув напоследок:

— Я рядом, куколка. И я, кажется, нашел ближайшее кладбище. Так что если кто-то посмеет тебя обидеть, все их светлое великолепие ждет много чего интересного.

Он произнес это таким тоном, что я не смогла не улыбнуться. Хотя понимала: он не лжет, а вполне себе готов сделать все это ради меня.

Подхватив подол черного платья, я со счастливой улыбкой на губах смело шагнула внутрь.

— Франческа! — Крик матери был таким… проникновенным, громким и отчаянным.

Застыв на середине пути, я молча наблюдала за тем, как прекрасная леди Морентон… мама… моя милая мама, которая нисколько не изменилась за эти годы, даже еще сильнее похорошела, забыв о нормах и правилах, подбежала ко мне и обняла так сильно, что у меня сбилось дыхание. Или причиной нехватки кислорода стал противный ком у горла, который я никак не могла проглотить?

— Франческа! — прошептала мама.

Отстранившись, она взяла мое лицо в руки и внимательно осмотрела. Она пристально изучила каждую черточку, замечая каждое изменение, которое произошло со мной за эти годы. Я послушно замерла, позволяя ей все, что она захочет. Ее светло-голубые глаза с золотистым ободком смотрели так нежно, что ком в горле стал еще больше.

Никогда не думала, что так соскучилась по ней, по ее прикосновениям, по улыбке и голосу. Все эти годы я гнала от себя мысли о прошлом, вспоминала лишь о плохом, чтобы не травить себе душу. А ведь было и хорошее. Много хорошего.

— Какая ты стала взрослая! — сморгнув подступившие слезы, произнесла она и отступила, чтобы рассмотреть меня целиком.

Я оставалась в дорожном платье из добротной, но тонкой черной шерсти, нити которой были специально замагичены на удержание тепла и комфортного состояния. Воротничок-стойка подчеркивал длину моей шеи, длинные рукава с узкими манжетами изящество запястий, красивый силуэт делал талию уже, а юбка небольшой пышности демонстрировала мою хрупкость.

— И какая красивая, — с мягкой улыбкой прошептала матушка. — Но не слишком ли много… черного? Мы привезли твои платья, портниха готова быстро подогнать их под твою фигуру.

Я помнила эти платья: нежно-розовое, светло-желтое, пастельно-бежевое, небесно-голубое, приглушенно салатовое, невинно мятное и так далее. Ни капли черного или хоть немного темного.

— Спасибо, мама, но у меня все есть, — ответила я и перевела взгляд на приблизившегося к нам отца.

Он был все такой же высокий, мощный и сильный. В светлых волосах уже поблескивала седина, но еще больше ее обнаружилось в короткой аккуратной бородке. Серо-зеленые глаза в обрамлении золотистого ободка силы смотрели прямо на меня.

— Здравствуй… отец. — Я немного споткнулась на обращении, не зная, имею ли право так его называть. После побега он вполне мог отказаться от меня.

— Ты все-таки приехала, — проговорил он после небольшой паузы.

Я так и не поняла, обвинял он меня в приезде или был рад видеть, но уточнять не стала. Обниматься он не спешил, и я не стала настаивать.

— Алфея была очень настойчива.

— Ты не менее настойчиво отказывалась.

К нам подошел мой старший брат. Будучи правой рукой отца, Андреас очень походил на него, особенно сейчас, когда начал отпускать бороду. Мое сердце болезненно защемило.

В зале не хватало лишь Алфеи, чтобы семья собралась полным составом. И я испытывала искреннюю благодарность за то, что не увидела здесь дядей, тетей, кузенов и кузин. Сейчас общаться с ними мне совершенно не хотелось. Да и потом тоже.

— У меня на это имелись веские причины. Если мой приезд в тягость, то…

Договорить я не успела.

— Не говори ерунды! — перебила мама. — Мы всегда тебе рады. И очень за тебя волновались. Прости, мы планировали раньше вернуться с чаепития, но пришла записка от модистки. Там что-то с платьем, и Алфея тут же умчалась. Однако она скоро приедет. Кстати, ты видела Николаса? Конечно, видела, он же тебя встречал! Николас сказал, что ты приехала не одна.

Глава 6

— Знакомьтесь! — радостно воскликнула Алфея, поворачиваясь ко мне и продолжая держать своего жениха за руки. Она не замечала напряжение, которое повисло между мной и ее женихом. Взгляды, которыми мы обменялись, тоже прошли мимо ее внимания. Честно говоря, я бы и сама не заметила, не смотри я в этот момент на мужчину так пристально. — Моя младшая сестра Франческа Морентон.

— Темная, — выступив вперед, уточнила я и протянула ему руку. Нет, не для того, чтобы он как порядочный светлый, — хотя я прекрасно знала, что он никакой не светлый! — маг ее поцеловал, а для пожатия. У темных было принято пожимать руки. Даже девушкам. — И поскольку я темная, то фамилией Морентон давно не пользуюсь, как и полным именем. Зовите меня Фрэн. Фрэн Дейл.

— Франческа, — укоризненно покачала головой Алфея. Представление пошло не по плану, и она немного растерялась, но все равно продолжала улыбаться. — То, что ты темная не делает тебя хуже или хуже.

— Это просто делает меня другой.

Стоять с вытянутой рукой все это время казалось глупо и немного странно, но я стояла, упрямо глядя на нейтрального мага, который продолжал изображать светлого. И я совершенно не понимала, как ему это удавалось. Считалось, что окрас магии невозможно скрыть. Иначе мои родители уже двадцать раз бы это сделали в попытке спрятать ото всех мою истинную природу. Неужели я ошиблась? Или у этого князя Запределья имелся брат-близнец? Один светлый, другой нейтральный? Это звучало еще безумнее.

— А это мой жених, — стараясь вернуть контроль над ситуацией, произнесла Алфея, — Рейган Каллигар, один из князей Запределья.

И только после этого мужчина пожал мою ладонь. И пусть прикосновение было быстрым, легким, почти невесомым, но по коже словно искра пробежала. Вспыхнув на кончиках пальцев, она стремительно пронеслась вверх, вызывая онемение, и сгорела где-то в районе локтя.

Я быстро убрала руку за спину и широко улыбнулась.

— Очень приятно познакомиться с вами, ваша светлость.

— Просто Рейган, — ответил он, обнимая за талию свою невесту.

Алфея тут же покраснела и смущенно улыбнулась.

Сразу стало интересно, как далеко зашли их отношения. Конечно, меня это не касалось. Просто подумалось, что хоть среди светлых чародеек принято хранить невинность до свадьбы, но ведь правила созданы для того, чтобы их нарушать. Впрочем, это было не мое дело. В любом случае, завтра состоится свадьба, а за ней первая брачная ночь. И кого волнует, если она немного не первая. С чего вообще у меня появились такие мысли?!

— Ну что ж, Рейган, как вам в Светлой империи? Нравится?

— Очень, — кивнул он, и ни на его лице, ни в тоне я не заметила никаких эмоций. Сплошное хладнокровное равнодушие.

И я снова засомневалась. Вдруг ошиблась? Вдруг придумала? Он это или не он? Как определить? И что делать? Я совершенно запуталась.

— Давно вы здесь? — осторожно поинтересовалась я. — Или приехали сразу на свадьбу?

— Неделю.

«Хм, неделю. Значит, все-таки не он, и я ошиблась? Князь просто очень похож на того нейтрального мага. Но его глаза… такой редкий фиалковый цвет».

— Не скучно оставаться на одном месте? — задала я следующий вопрос, ни на что особенно не рассчитывая. — У вас там, за стеной, наверное, веселее.

— О какой скуке ты говоришь? — Алфея наигранно громко рассмеялась, прижимаясь к жениху. — Мы ведь готовимся к свадьбе. Тут точно не соскучишься. Столько надо всего продумать! Цветы, украшения, гости и так далее. Кроме того, Рейган только вчера вернулся из столицы.

В ее голубых глазах поселилось беспокойство. Сестра наконец-то почувствовала неладное, но не понимала, в чем проблема и как на нее реагировать.

— Неужели? Значит, вчера вернулся?

«Все-таки это он! Мог сказать, что уехал в столицу, а сам в это время отправился в Свободные земли, притворившись нейтральным магом. Но только как? Это же невозможно!»

— Это допрос, Фрэн? — спокойно поинтересовался мужчина.

Похоже, я немного перестаралась.

— Нет, простое любопытство и попытка поддержать разговор, — отмахнулась я, изобразив свою самую милую улыбку.

— Наверное, нам стоит отправиться в столовую. Должны были накрыть к ужину, — пробормотала Алфея, вцепившись в своего князя так, словно я собиралась его украсть.

Только этого не хватало! Я действительно переборщила.

Однако и молчать я не могла. Этот тип обманывал мою сестру, моих родителей, родственников, да всю империю! Я чувствовала себя обязанной выяснить правду и рассказать о ней всем.

Легко сказать!

Но как это сделать, когда нет доказательств? Когда я даже Алекса не могла привлечь в союзники, ведь тогда пришлось бы поведать ему о встрече в гостинице и объяснить, почему не сообщила об этом раньше. Своим молчанием я только все усугубила. И совершенно не знала, как теперь быть.

В столовой собралось все большое семейство Морентонов, парочка близких друзей плюс жених, его два помощника и мы с Алексом — единственные темные на этом празднике жизни. Всего за столом насчитывалось человек пятьдесят.

Глава 7

Пять минут... десять... пятнадцать… пошла двадцатая минута ожидания.

События развивались не по плану. Когда писала записку, я ни капли не сомневалась в приходе Рейгана. Специально в конце добавила «если не испугаешься». Мальчишки обычно велись на такое, стремясь доказать, что не трусы. Только вот Рейган Каллигар был далеко не мальчишкой и на поводу у вздорной ведьмы идти не пожелал.

И что мне теперь делать? Сдавшись, уйти или подождать еще немного, заодно подумав над новым планом. Ответа на этот вопрос я не находила. Ведь была так уверена, что князь придет, я посмотрю в его бесстыжие глаза и все сразу узнаю. Наивная дура!

Я прошипела под нос ругательство и жестом погасила половину светильников в зале, погружая все вокруг в сумрак, а затем рывком поднялась с дивана и сделала пару шагов к выходу, собираясь как можно скорее вернуться в свои покои. Именно в этот момент в проеме показался Рейган. Стоило увидеть князя, и я замерла, разом растеряв боевой запал и забыв все, что буквально пару мгновений назад жаждала ему высказать.

Остановившись, он прислонился плечом к дверному косяку и скрестил руки на груди. Одет Рейган был в рубашку и брюки, на которых виднелись мокрые следы. Темные волосы еще не просохли. По всей видимости, мужская половина тоже развлекалась в купальнях.

— Так меня еще не звали, — хмыкнул он и продемонстрировал ладонь, на которой, медленно превращаясь в пепел, исчезала моя записка.

— Я уже думала, ты испугался и не придешь, — заметила я, глядя в его фиалковые глаза.

— Никогда не боялся маленьких девочек, которые внезапно решили, будто они самые сильные и смелые. Так что тебе нужно, Фрэн? Зачем эта просьба о встрече? И к чему такая таинственность?

— Я хочу знать, кто ты такой.

Нас разделяло метра три, но, несмотря на тусклое освещение, этого было достаточно, чтобы я могла видеть его лицо, наблюдать за реакцией на каждое свое слово.

— Рейган Каллигар, князь Запределья, — спокойно отозвался он и тут же поправился: — Один из семи князей Запределья.

— Ты светлый маг?

— А что, по моим глазам не видно? — хмыкнул он, явно издеваясь надо мной.

Не ловко ушел от вопроса, а постарался выставить меня дурочкой и сбить с толку. Профессионально и очень умно.

— Не видно. Когда мы несколько дней назад встретились, ободок вокруг радужки был темно-фиолетовым, как у любого нейтрального мага.

— Мы не могли встретиться несколько дней назад. Я только вернулся из столицы. Всем это известно.

— Ничего им не известно. Это всего лишь слова. Я точно знаю, что три дня назад ты находился в Свободных землях. Меня не интересует, что ты натворил, но тебя разыскивали ищейки. Лишь чудом тебе удалось сбежать, после чего ты попал в Ильмунг, из которого выбрался на сохалийских гончих.

Я говорила и внимательно наблюдала за его реакцией, но так ничего и не дождалась. На лице Рейгана отражалась скука, а в глазах — равнодушие и вялый интерес.

— Надо же, какая богатая фантазия! — покачав головой, хмыкнул он. — Ищейки, порталы, гончие… Поразительно! Я бы такого не смог придумать.

— Ты хочешь обмануть мою семью. Мою сестру. И думаешь, я позволю тебе это сделать?

Легкая улыбка сползла с его лица, и князь мгновенно посерьезнел. Выпрямившись, убрал руки в карманы брюк и двинулся в мою сторону. Замер лишь, когда расстояние между нами сократилось до полуметра.

Мне пришлось задрать голову, чтобы не разрывать зрительный контакт.

— Ты серьезно надеешься, что кто-то поверит в твои сказки про Свободные земли, Ильмунг, гончих и нейтрального мага? Скрыть истинную магию, как и подделать ее, невозможно, и все это знают.

Я ничего не ответила, поскольку прекрасно понимала: не поверят. Но и отступить не могла.

— Хочешь, я дам тебе совет? — насмешливо предложил Рейган.

— Нет.

— Если не желаешь настроить против себя всех — родных, близких, друзей, — не говори глупостей. Тебе все равно никто не поверит.

Рейган развернулся, собираясь уйти и оставить меня со своими сомнениями. Этого я допустить не могла. Резко подалась вперед и схватила его за руку, вынуждая остановиться.

Обернувшись, он бросил на меня недовольный взгляд, но вырываться не стал.

— Зачем тебе все это? — потребовала я.

— Ты уже спрашивала. Я люблю Алфею, а она любит меня. Неужели в это так сложно поверить? Твоя сестра прекрасная девушка: чистая, искренняя, нежная, веселая, милая и солнечная.

— Но ты лжешь ей. Думаешь, она простит, когда узнает? А Алфея ведь все узнает.

Рейган смотрел на меня секунды три, а потом спокойно произнес:

— Я сам разберусь со своей женой.

Еще пять секунд глаза в глаза. Больше никакого притворства и лжи.

— Если ты обидишь Алфею, я достану тебя даже за стеной.

На это Рейган никак не отреагировал. Легко освободившись из моего захвата, он молча развернулся и ушел.

В зале я осталась одна. Постояв с минуту, вернулась к дивану. Только села, как вновь послышались шаги. Я подумала, это Рейган вернулся, чтобы поговорить, извиниться, признаться во лжи. Глупые надежды, но я так хотела в них верить!

Глава 8

На свадебную церемонию я приготовила платье насыщенного темно-синего цвета с очаровательными рукавами-фонариками, пышной юбкой, расшитое сияющими звездами. К нему прилагалась тончайшая вуаль, которая с помощью шпилек крепилась к волосам и напоминала крохотные снежинки, красиво мерцающие при любом освещении.

Но это было до того, как меня обвинили в соблазнении жениха собственной сестры.

Теперь я собиралась действовать по-другому. Они хотели ведьму? Они ее получат.

Из дальнего угла чемодана я извлекла совсем другой наряд. Я сама не знала, зачем его взяла. Наверное, предчувствовала, что ничем хорошим поездка на родину не закончится.

Половина моих вещей хранилось в специальных круглых капсулах небольшого размера, около шести сантиметров в длину, и абсолютно прозрачных, чтобы хорошо просматривалось, что именно они содержат.

Артефакторы лет тридцать назад значительно облегчили всем жизнь, когда создали первые такие капсулы. Уменьшить и поместить в них предметы возможно с помощью специального заклинания. Конечно, каждая такая капсула стоила как золотое колечко с небольшим бриллиантом, но как же было удобно, особенно, когда в гардеробе имелось столько пышных платьев и юбок. Одежда внутри не мялась и выглядела идеально. Даже вкусно пахла розами, лавандой или другим цветком, смотря какой аромат выберешь при покупке.

Второй наряд был насыщенного черного цвета с легким синим отливом и гордым названием «Крыло ворона». Он состоял из пышной юбки из множества слоев фатина, полупрозрачной кружевной блузки, поверх которой надевался украшенный заклепками корсет. Сбоку на поясе на массивной толстой цепочке висел кулон в виде черепа. Его глаза постоянно меняли цвет от красного до желтого, потом в зеленый, голубой, синий и снова становились красными. Периодически он довольно громко клацал зубами. Выглядело это немного жутко, но эффектно. Также в комплект входили крохотная шляпка, украшенная перьями ворона, и черные туфельки с пряжками в виде черепа.

Волосы я распустила и убрала назад. Переодевшись, присела у зеркала и принялась наводить красоту. Лицо покрыла толстым слоем пудры, отчего оно приобрело мертвецки белый оттенок. С помощью магии добавила лунных бликов на скулы. Веки щедро подвела черным карандашом и растушевала темно-серыми тенями, в которые добавила немного темно-фиолетовых блесток. Благодаря такому макияжу мои глаза с черным ободком вокруг зрачков смотрелись особенно ярко и выразительно. Губы решила не красить, вместо этого с помощью пудры слегка выбелила их, сделав немного бледными. Последним штрихом стал сидящий на серебряной паутинке маленький паучок с ядовитой меткой на брюшке, которого я прицепила на шляпку. Он то терялся в волосах, то появлялся, хищно сверкая крохотными алыми глазками и раскачиваясь туда-сюда.

Встав с пуфа, я внимательно себя осмотрела, пару раз покрутилась на каблучках и только потом широко улыбнулась. Получилось просто восхитительно. Настоящая темная ведьмочка. Все как заказывали.

Схватив крохотную сумочку в виде гроба, я побрызгалась духами с щедрым добавлением феромонов и отправилась за Алексом.

Вот только его в комнате не оказалось.

— Ну и как это называется? — проворчала я, заглянув в покои и убедившись, что Алекса там нет. — Ушел развлекаться и оставил меня одну? Ладно, я тебе еще припомню.

Спустившись по лестнице, я свернула в сторону и оказалась в картинной галерее.

Честно говоря, я думала, что все заняты. Но у одного из портретов, изображавших давно почивших магов, стоял незнакомый старичок почти одного роста со мной. Его щуплая фигура была облачена в ворох светло-желтых просторных одеяний с красной вышивкой по краям, отчего он выглядел еще меньше. Кто это, я понятия не имела, разговаривать особо не жаждала, а потому собралась проскользнуть мимо.

Однако не вышло. Стоило поравняться с незнакомцем, как он повернулся ко мне и мягко произнес:

— Здравствуйте.

Его добрые светло-карие глаза окружал золотистый зрачок, на голове не росло ни единого волоска, а морщинистое лицо не производило впечатления отталкивающего или злого. Неожиданно старичок понравился мне с первого взгляда.

— Здравствуйте, — отозвалась я, останавливаясь.

— Не знал, что у четы Морентон есть еще одна дочь.

Упоминание родителей не вызвало у меня никаких эмоций. Ни раздражения, ни злости, ни досады. Ничего. Просто легкое любопытство.

— О моем существовании не принято распространятся, — ответила я. — Простите, не знаю вашего имени.

— Виттор Алайс. Я советник князя.

— А-а-а.

Мое расположение начало таять как дым. Князь мне не нравился. Особенно после вчерашнего. Я даже немного пожалела, что такой милый старичок давал советы двуличному Рейгану.

Видимо, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Виттор Алайс слегка наклонил голову и констатировал:

— Вы расстроены.

— Разве? — улыбнулась я, всем своим видом давая понять, что какому-то князю из Запределья меня не расстроить и не запугать.

Старичок продолжил меня рассматривать с каким-то странным выражением лица. Как будто я являлась не ведьмой, а волшебной куклой на витрине, которую он как заядлый артефактор мечтал разобрать по винтикам.

Глава 9

Алекса я нашла в храме. Он стоял у входа, сложив руки на груди и задумчиво уставясь перед собой. Меня он не увидел, а скорее почувствовал. Вскинув голову, быстро осмотрелся, нашел взглядом и заметно расслабился. Напряжение ушло, а на красивом лице привычно расцвела хитрая улыбка.

— Ты себя хорошо вел? — поинтересовалась я, подходя ближе.

— Почти как светлый, — прижав руку к груди, отчитался Алекс. — Никого не проклял, духов не вызвал, мертвых не поднял, на взгляды и шепотки твоих родственников не реагировал.

— Мои родственники плохо на тебя влияют, Алекс, — усмехнулась я и, взяв его под руку, двинулась к скамейкам для гостей. — Еще немного, и ты начнешь творить добро.

— Какие кошмарные перспективы! — притворно ужаснулся он, но тут же резко посерьезнел. — Как прошла беседа с лордом Морентоном?

— Намного лучше, чем можно было ожидать.

— Он дал согласие на наш брак?

— Он не будет препятствовать, — отозвалась я и, остановившись, заозиралась по сторонам. — Кажется, вон там есть два места.

Скамья, которую мы выбрали, располагалась ближе к выходу и предназначалась для очень дальних и не особо важных гостей. Самое то для беглой дочери и ее жениха-некроманта.

Только вот занять ее мне не позволили. Рядом с нами неожиданно материализовался советник князя. Пусть Виттор Алайс и широко улыбался, но от цепкого взгляда его светло-серых глаз с золотым ободком по телу пробежала неприятная дрожь.

— Дорогая Франческа, — произнес он, — ваше место не здесь.

Мы с Алексом застыли.

— Сестра невесты должна сидеть в первом ряду. А вам, молодой человек, подготовлено место в третьем.

— А вы, собственно, кто? — мрачно спросил Алекс, сверху вниз глядя на пожилого мужчину.

— Виттор Алайс, советник и помощник князя Каллигара, — представился он с легким поклоном.

— И какое дело князю до того, кто где сидит?

За нами наблюдали. Гости, которые проходили мимо, торопясь занять свои места, и те, кто уже устроился на скамейках. Все они жадно и с любопытством следили за нашим разговором, ловя каждое слово.

— Есть правила, молодой человек, и они должны быть неукоснительно соблюдены. Особенно в такой важный для всех нас день. День, который войдет в историю!

— Несомненно, — сухо отозвался Алекс.

— Это всего на полчаса. — Я посмотрела на жениха. — Что может случиться?

Действительно, что могло случиться с темной ведьмой на свадьбе, где полным-полно светлых родственников?

Я устроилась на самом краешке первой скамьи, практически спрятавшись за огромной вазой с нежно-розовыми пионами, украшенными золотыми лентами. На их фоне я смотрелась особенно дико. Оставалось надеяться, что все это действо не затянется. А после нас ждали экипаж, портал и любимые Свободные земли.

Церемония проходила просто прекрасно. Жених и невеста были молоды, красивы и влюблены. Когда они произносили клятвы, мама и тетушки не смогли сдержать слез умиления, то и дело прикладывали к глазам кружевные платочки. А я в это время отчаянно старалась не зевать. Всем своим ведьминским нутром чуяла, что происходящее — фальшь и игра, поэтому и умиляться никак не получалось.

Все изменилось, когда темнокожая жрица в золотых одеяниях с сияющим венцом на голове связала запястья молодых алой лентой, а потом воздела руки к потолку и громко произнесла:

— Богиня всего сущего, великая Судьба, яви нам свою волю! Переплети нити двух детей своих!

Все присутствующие, в том числе и я, затаили дыхание в ожидании, когда сверху на молодых посыплется дождь из сверкающих золотых блесток. Это означало, что Судьба благословляла и навеки соединяла нити влюбленных.

Минула секунда, вторая, третья… однако так ничего и не произошло.

По залу прокатился тревожный шепоток, а затем пол под ногами внезапно дрогнул. Обиженно заскрипели колонны, после чего раздался жуткий треск и грохот. Огромный хрустальный алтарь, возле которого стояли молодые, покрылся трещинами и развалился на части.

Громко вскрикнув, Алфея отскочила в сторону. Один из хрустальных булыжников едва не отдавил ей ногу. Алая нить, которая связывала запястья молодых, от натяжения лопнула. В следующее мгновение на полу между ними образовалась трещина. Некрасивая, рваная, черная. Она стремительно поползла вниз, спустилась с постамента, уничтожив по пути пару больших ваз с цветами.

Раскрошив мрамор на ступеньках, трещина добралась до первого ряда гостей и тут же резко свернула направо и двинулась вдоль скамейки.

Родители, тетушки, дядя — все с криками и ругательствами вскакивали со своих мест в попытке хоть немного удалиться от трещины, которая все ползла и ползла дальше.

«Нет… нет-нет-нет», — мысленно взмолилась я, уже зная, что последует дальше.

Я бы с радостью сбежала куда-нибудь, но не могла, оказавшись зажатой между стеной, скамейкой и огромной вазой с цветами. Единственное, что мне оставалось — это просто стоять и наблюдать за тем, как трещина целенаправленно двигается в мою сторону.

Наконец она оказалась совсем рядом. Острый край коснулся носка моих туфель и… разрушения остановились. Больше не слышался треск и грохот, в храме воцарилась тишина, которая нарушалась лишь громким частым дыханием застывших от ужаса гостей.