Найти себя на острове Буян

Найти себя на острове Буян

1

Я вырвалась из плена холодных волн на берег. Долго кашляла, отплёвывая воду, мешала себе, жадно глотая воздух. Что это было? Попыталась вспомнить последние события: я хотела набрать водицы из колодца, опёрлась на влажное бревно оголовка, посмотрела в темноту и в следующий миг оказалась в пучине морской. Разве такое возможно? А что было до желания набрать воды? Кто меня за ней отправил? Батюшка или из свиты кто? Воспоминания путались, кружились, прятались. Я осмыслить не могла толком, даже кто я такая. Но воды с меня на сегодня явно хватит.

Поднявшись на ноги, я огляделась. Полоска песка упиралась в ряд деревьев, за которыми виднелось строение. Избушка, но словно парящая над землёй. Почти не удивившись, я двинулась к ней. Хотелось согреться, ведь в мокром платье я почти что голой была.

Домик стоял дальше, чем казалось с берега. Но стоял уверено. На жутких птичьих лапках стоял. От открытой двери до тропинки ступенями зависли в воздухе черепки. Я б испугалась такой лестницы, но было чувство, что подобное я уже видела. Приподняв тяжёлый подол, вступила сначала на один черепок, затем на другой… После пятого шагнула уже за порог избушки.

— Явилась, - скрестив руки на груди, в центре единственной комнаты стоял добрый молодец.
— Добрый молодец? – шёпотом переспросила я себя. Волосы седые, взъерошенные. Лицо хоть и молодое, но зелёные глаза злющие, а вокруг морщинки. Губы поджал, подбородок выпятил. «Злой недостарец» произвела я мысленную замену.
— Ягирь меня зовут, - возмущённо представился новый знакомый. Или старый?
— А я не помню своего имени, - пожала я плечами.
— Началось, - буркнул Ягирь, принявшись теребить мочку уха. – Садись на лавку к печи, грейся.
— Что началось? Ты меня знаешь? – я послушно заняла указанное место. Тепло разлилось по всему телу. Я зевнула. Седой молодец не отвечал мне. Он отошёл к маленькому окошку – источнику света, почти загородил его тощей спиной.
— Отдохни, коль устала. А под лавкой найдёшь то, что тебе скоро пригодится.

Я заглянула под лавку, отмечая, как быстро высохло моё платье. На половицах лежали нож, свеча и белое перо для письма.
— Хоть в корзинку бы сложил, - подметила я.
— Спи давай, - слова Ягиря прозвучали приказом, и я повиновалась.

2

Сон мне снился дивный. Будто сижу я в тереме отцовом, полном народа. Все смеются, песни поют. Сам батюшка в центре толпы. И надо мне к нему протолкнуться, но я отворачиваюсь к окну. Ставни распахнуты, хоть на дворе ночь. И в ночи этой женщина стоит. У неё, как и у меня, волосы косами рыжими до пояса спускаются. Глаза синие под чёрными бровями сверкают. Грустна лицом женщина, а на меня до чего похожа! За плечом её второй силуэт. Я пытаюсь вглядеться. Образ обретает черты. Не Ягирь ли это? Выйти мне нужно срочно из терема к этим двоим!

— Серафима, - слышу я имя. Моё имя. Батюшка зовёт. Дак как же мне быть? Кого выбрать? Как себя вновь не забыть?

— Да проснёшься ты или нет?! – возмущённый вопрос сопровождается прикосновением чего-то горячего к моей руке.

Ахнув, я открыла глаза. Над головой небо лазурное сквозь кроны деревьев виднеется. Сама я на земле лежу, а рядом корзиночка со свечой, пером и ножом. Избушки, в которой засыпала на лавке, как не бывало. Зато печь осталась. Из трубы дым валит, но не вверх поднимается, а дугой к траве идёт, образуя фигуру полненького духа. Вместо глаз два уголька, а в отверстии, что ртом могло бы на человеческом лице зваться, язычок пламени трепещет.

— Серафима, - повторяю я своё имя, боясь вновь упустить его.
— Горяч, - приняв мою реплику за стадию знакомства, произносит дух.
— Горяч, - я до сих пор чувствую жжение в ладони, - ещё как горяч.
— А нечего дрыхнуть дольше, чем по сценарию запланировано! Я материализовался на определённое время. Если сейчас не выслушаешь меня, сама потом будешь разбираться в хитросплетении судеб.

Понимая, что ничего не понимаю, я села, скрестив под собой ноги, и притянула к себе корзинку с вещичками от Ягиря. Если Горяч намеревался меня чему-то научить, то я готова была выслушать. Даже записи бы сделала, коль имелась бы береста да бутылёк чернил.

— Что значит «материализовался»?

Горяч взмахнул эфемерными руками.

— Явился. Но пустое это. Ты вот что усвой. Остров Буян бесконечен, но мал. Искать здесь никого не следует, - дух заговорил на понятном мне языке. – Будешь искать, потеряешь. Лучше вернись на берег да утопись в водах солёных. Или ножом, что в корзинке, косы свои обрежь, да в печку мою подбрось. Тогда всё вернётся на места свои. И позабудешь ты о Буяне. И Горяч счастлив будет.

Я взяла было нож, но сердце в груди больно ёкнуло. Сон промелькнул перед взором.

— Прости, Горяч, не сердись, - я поднялась с земли, - косы свои я тебе не отдам. Я не знаю, кого я ищу, но и терять мне нечего.

От слов моих дух, не попрощавшись, рассеялся дымом, окутал печь и всё исчезло. Я ощутила дуновение ветра. Он словно подталкивал меня в спину, уводя подальше от берега.

3

Отодвинув в сторону ветви, которые путь мне преграждали, я увидела полянку. Я уж думала, лес никогда не кончится. Хоть и усталости не чувствовала, но хотелось передышку сделать.

Перед моим лицом пролетела белоснежная бабочка, покружила и устремилась в сторону. Следя за ней взглядом, я заметила сруб колодца. Ручка ворота беззвучно крутилась, словно её вертел невидимый кто. Голода я не чувствовала, а вот жажда уже начала мучить. Но я медлила, ведь колодец напоминал тот, в который я рухнула, а после на Буяне оказалась.

Верёвка накручивалась на ворот, вот уж и ведро показалось. Скинув с себя оцепенение, я пошла по краю поляны. Отпустила корзину на землю, бабочка тут же приземлилась на плетёную ручку. Облизнув пересохшие губы, я подтянула к себе ведёрко. Оно до краёв было полно воды, я жадно сделала глоток, другой. От студёной водицы дрожь прошла по всему телу.

— Благодарствую, — молвила я. Знала, что нужно поклон отвесить, но не успела. Ворот вновь раскрутился, ведёрко вырвалось из моих рук, полетело вниз, от неожиданности я навалилась животом на влажное бревнышко, увидела, как глубок колодец. Где-то далеко раздалось громкое «плюх!». И я вновь провалилась, но на этот раз в омут воспоминаний.