Назифа

Пролог.

Космическая станция “Церус”

Айлин Реймс легонько толкнула дверь, и та отозвалась тихим скрипом. Казалось звук разнесся далеко по пустому коридору. Айлин поежилась и воровато огляделась по сторонам. Никого нет. Даже вездесущих слуг. Не испытывая удачу, девочка быстро выскользнула из своей комнаты и притворила за собой дверь и крадучись двинулась вперед. Тихо шуршит воздуховод у основания пола. Ленточки то и дело взмывают в воздух и медленно опадают обратно.

Девочка повела плечами, чтобы снять напряжение, и бросила взгляд в иллюминатор, откуда в коридор забирался свет, отражающийся от планеты Юньнань. Вид захватывал дух. Хотелось приблизиться и лбом уткнуться в толстое стекло, чтобы полюбоваться, как планета утопает в вихрях облаков. Как на полюсах мелькают вспышки зеленого света. Отец Айлин называл это северным сиянием, которое возникало из-за проникновения заряженных солнечных частиц в магнитную атмосферу планеты. Айлин хотелось хоть одним глазком посмотреть на это чудо не из космоса, а вживую, задирая голову к небу и выдыхая облачка пара в стылый воздух. Девочка мотнула головой, прогоняя беспечные мысли, и медленно двинулась вперед к своей цели.

Звук шлепков босых ступней раздаются вперед, обгоняют Айлин, как будто кричат о ее нахождении в неположенное время. Девочка ссутулилась, желая стать меньше и более незаметной, пока не достигла своей цели.

Прислонилась ухом к двери и задержала дыхание. В комнате ничего не происходило, а значит она успела добраться первой. Надавила на ручку и услышав щелчок, толкнула дверь. Оглянулась в коридор и прошмыгнула в комнату.

Шторки иллюминатора задернуты, в комнате царил мрак. Девочка выставила перед собой руки и двинулась вперед. Уперлась руками в стеллаж и неудачно скинула на пол какие-то игрушки и книги. Цокнула языком и чуть было не споткнулась. Закусив губу, продолжила упрямо идти вперед, пока не уткнулась коленями в кровать.

Из-за неплотно закрытой двери донесся радостный вопль. Сердце пропустило удар, и Айлин зашарила руками, раздвигала в стороны коробки и прочие вещи, чтобы освободить себе пространство. Скользнув под кровать, девочка попыталась забиться в самый дальний угол и притаилась. Потревоженный слой пыли забился в нос и неприятно защекотал при дыхании, вызывал зуд. Чтобы не чихнуть, Айлин уткнулась в сгиб локтя и стала дышать ртом, чувствуя затхлый привкус, остававшийся налетом на языке. Она готова была стерпеть даже это маленькое неудобство. Ничто не должно выдать ее местоположения.

Дверь отворилась, и тут же щелкнул выключатель. Айлин зажмурилась, чтобы прогнать с глаз разноцветные круги.

– Ах, бао-бэй, ты опять оставил после себя беспорядок, – воскликнула мать Айлин.

Тревожное напряжение скользнуло между лопаток девочки. Если мать наклонится, чтобы привести в порядок в комнату, и один случайно брошенный взгляд в сторону кровати выдаст спрятавшуюся Айлин.

– Мама, лучше почитай мне сказку, – мальчик запрыгнул на кровать.

Девочка отползла еще дальше, пока спиной не уперлась в металлическую стену. Холодок скользнул между лопаток и вызвал дрожь в теле. Айлин закусила ноготь большого пальца. Она смотрела на мамины мягкие тапочки из замши, вслушивалась в усталый вздох. Движение. Женщина медленно приблизилась к кровати где возился брат Айлин – Алан.

– Вначале надо умыться, Алан, – сказала мама, и Айлин представила, как она уперла руки в бока.

Скорее всего мать мягко улыбалась ее брату, хоть и старалась чтобы в ее голосе звучали строгие нотки.

– Вначале сказку, – заканючил Алан и стал мелко подпрыгивать на кровати, – ты обещала-а-а.

– Бао-бэй, – женщина устало вздохнула, – ты нарушаешь правила.

– Ну ма-а-м, – хлюпнул носом мальчик, и от этого что-то неприятное заворочалось в груди Айлин.

Девочка сморгнула злые слезы и старалась дышать ртом, чтобы не всхлипнуть и не выдать своего положения.

– Ладно, – сдалась женщина, – сам выберешь?

Алан радостно захлопал в ладоши и подпрыгнул на кровати, так что та затряслась, и на голову Айлин посыпалась пыль с грязью.

– Путешествие Тора в Утград! – Скороговоркой выпалил мальчик.

– Бао-бэй, я думала ты уже знаешь ее наизусть. Может, что-нибудь другое? Давай сказку о Волшебном сосуде или же Братья Лю?

– Нет, – ребенок сел на кровати смирно, и Айлин представила, как ее брат капризно поджал губы и надул щеки. – Я хочу послушать про Тора.

– Хорошо, – сдалась мама и ее тапочки переместились к стеллажу с книгами.

Там были разные: в красивых обложках, с тонкой бумагой, тиснением и чаще с индивидуальным номером. Целое богатство, которым не каждый может похвастать. Иметь книги на бумаге – великая роскошь, которую не каждый Благородный может себе позволить. А господин Реймс, отец детей, старался окружить любимого ребенка всем необходимым, даже бумажными книгами, которые стоили как целое состояние. Такую диковинку даже Благородные не чурались покупать на черном рынке, процветающем на нижних этажах спутника Юньнань Церус.

Айлин такой роскоши не имела, почему-то родители были уверены, что она может испортить такие хрупкие вещи и подарили девочке планшет с целой электронной библиотекой на карте данных. Только девочке хотелось такого же внимания, как к ее младшему брату, пусть хоть они и родились в один день с разницей в семь минут. Она была старшей, и ответственности несла на своих плечах больше, чем ее брат.

Мама присела на край кровати. Слышно было, как зашелестели страницы книги.

– Но потом, ты идешь умываться Алан и сразу спать.

– Да, мама, – смиренно проговорил мальчик.

Когда мама читала ей сказку? Айлин не помнила. Может, в далеком детстве, когда еще их воспитывали вместе.

Женщина прочистила горло и стала красиво поставленным голосом читать очередную историю про Тора и его несносного брата Локи.

Айлин тоже хотелось быть несносной, неугомонной, прям совсем как Локи. Только если брат Тора почти что всегда избегал наказания, то Айлин чаще попадалась. Ее приводили за руку в кабинет отца, где тот недовольно поджимал губы и высказывал свое разочарование в недостойном поведении своей дочери. Наказания редко были суровыми, чаще просто запретами, но от них девочке становилось больно, когда она смотрела на то, как очередная хотелка ее брата появлялась словно из ниоткуда.

Глава 1. Подарок Алориэна.

Космический транспортный корабль Элабус.

Айлин стояла напротив зеркала и ревностно одергивала китель. Смахнула пылинки с лацканов и пригладила растрепавшиеся короткие волосы. Девушка носила прическу по военной моде: выбритые виски и затылок, когда оставшаяся часть волос зачесывалась назад.

Она оглядела себя в зеркале: на нее смотрело хмурое лицо с резкими высокими скулами и яркими синими глазами. Тонкие губы поджаты в недовольную линию. Айлин застегнула манжеты и судорожно вздохнула. Бросила взгляд на каюту. Спартанское убранство: идеально застеленная кровать, откидной столик возле зеркала и скромные пожитки из одного рюкзака со сменной одеждой – все, что девушка могла позволить себе взять в сопровождении императорского сына.

Реймс сверилась с данными расписания в комме и нажала кнопку на приборной панели. Перегородка с шипением отъехала в сторону. В коридоре, в тусклом освещении, некоторые лампочки мигали, как будто грозились перестать работать. Айлин быстрым шагом преодолела коридор и вызвала лифт, чтобы отправиться в трапезную, куда вот-вот должен явиться Джи Хо в сопровождении президента совета обрядов.

Рядом с девушкой встал её возраста юноша. Он зевал так, что слышно, как хрустит его челюсть. Парень даже не пытался прикрыть рот и демонстрировал миру свои кривые зубы.

– Доброе утро, – выдавил из себя Хэпин.

Айлин коротко кивнула и вошла в открывшиеся двери лифта. Встала в дальнюю часть и привалилась спиной к стенке. Сквозь толстую ткань кителя почувствовала, как холодок скользнул змеей между лопаток.

Кабина мягко поднималась наверх, и сквозь щели было видно, как проносится свет от других этажей. Тишину лифта нарушила мелодичная трель, оповестившая о прибытии. В пустом коридоре мельтешили по своим делам члены экипажа корабля. Механики подключали планшеты к приборным панелям и сверяли данные, выискивая неисправности. Айлин нахмурилась. Ей не нравились участившиеся в последнее время повреждения корабля.

Механики тихо переговаривались между собой, не обращая внимания на членов службы безопасности Джи Хо.

– Ни хао, – улыбнулся Хэпин и пожал одному из техников руку, – там на третьей палубе лампочки барахлят.

Мужчина с наголо бритой головой нахмурился:

– Мы в курсе поломки, – бросил взгляд на планшет, – как закончим калибровку, отправимся на третью палубу.

– Се се, – Хэпин склонил голову.

Айлин передернула плечами и двинулась вперед. Времени оставалось впритык, если они опоздают на пересменку, то их будет ждать взбучка от командира.

– Ты сегодня явно не в духе, сяо-цзе, – Хэпин догнал свою напарницу и обхватил ее за плечи, чуть навалившись своим весом.

– Не называй меня так, – Айлин оттолкнула от себя товарища.

– Да брось ты, никто не слышал.

Девушка скосила глаза на своего спутника, резко остановилась и поправила примятые лацканы кителя Хэпина. Парень закатил глаза и в нетерпении стал дергать ногой.

– Ты слишком возбужден, – отметила его состояние Айлин. – Опять полночи с техниками якшался?

– Никто не обратит на это внимание.

– Если сян-шэн Е Фёнг заметит, что ты употреблял лао-мин то нас обоих ждет неприятный разговор.

– Да, я немножко, – Хэпин подошел к иллюминатору чтобы в отражении поправить свою прическу.

– У тебя глаза красные, их издалека будет видно.

– Е Фёнг не приходит на трапезу Джи Хо, – парень лукаво улыбнулся и почесал отросшую щетину на лице, – так что все успеет выветриться.

Айлин нахмурилась и решила промолчать. Она всем своим видом показывала свое отношение к пристрастию напарника, но тому было все равно. Рано или поздно эта маленькая слабость скажется на их работе и тогда не будет ничего хорошего. Как назло, Фёнг всегда их ставил в пару на несение вахты.

Перегородка в трапезную была открыта. Из помещения доносился звон посуды, и в коридоре явственно слышался аромат завтрака для Джи Хо. Что-то пряное, вымоченное в редких специях. Оно дурманило разум и заставило желудок заурчать, напоминая, что свой завтрак Айлин пропустила.

В большой комнате стоял длинный стол, чьей сервировкой занимались немногочисленные слуги сына императора. Они вытирали столы, смахивали налипшую пыль с белоснежных тарелок и ставили их на постеленные салфетки с витиеватым синим узором. С тележки доставали хрустальные бокалы, тонкие столовые приборы, сделанные из серебра. Роскошь, которую могли себе позволить только очень знатные люди в долгом путешествии по космосу.

Айлин и Хэпин заняли свои места возле входа и заложили руки за спины в ожидании. Девушка сдула с глаз локон пепельной челки и уставилась пустым взглядом на прислугу.

Через несколько минут в трапезную вошел Джи Хо в окружении двух советников Джиан Дэмин и Велоти Зивела и президента обрядов Ланг Вэя. Их сопровождал эскорт из Роковеля и Рой Ли. Охрана перекинулась взглядами, чуть склонила головы в приветствии, дождались, когда подопечные приблизятся к столу. Склонились в глубоком поклоне и выскользнули из помещения.

Реймс отодвинула стул и помогла Джи Хо усесться. Наследник императора не отличался высоким ростом, он еле доставал Айлин до плеча. Его худощавое тельце содрогалось от кашля, и ему тут же поднесли бокал с водой. Айлин осталась стоять за плечом подопечного.

– Опять каша, – сморщился Джи Хо.

– К сожалению, сянь-шэн, вам придется придерживаться диеты, пока недуг вас не отпустит, – сказал Ланг Вэй, обмахивая свое толстое лицо белым платком. Президент совета обрядов занял место напротив сына императора.

– Я был бы не прочь отведать что-то более существенное, – наследник поковырялся палочками в молочной каше.

– Все непременно, мой принц, – почтенно склонил голову президент. – Наше путешествие скоро кончится. Я распоряжусь, чтобы на Гуйчжоу вам подали самые лучшие блюда.

– Слишком долго. Я не понимаю, почему мое присутствие так необходимо на Гуйчжоу.

– Как сказал ваш отец, вам пора приниматься учиться тонкому искусству переговоров.

Глава 2. Конец преданности.

Космический транспортный корабль Элабус.

Смотровая палуба была забита людьми. Служба охраны в оливково цвета мундирах стояла по периметру и внимательными взглядами следила за передвижением командира Е Фёнга.

Айлин и Гейл, раскрасневшиеся, ввалились на палубу. Девушка тяжело дышала и смахнула с глаз длинную челку. Гейл, казалось, не запыхался. Он сделал вид, что вытирает пот со лба, и медленными шагами приблизился к диванчику, на котором сидел Джи Хо.

– Рубка не отвечает, – командир вытащил из уха наушник и покатал его между пальцев.

– Связи нет, – отрапортовал Хэпин.

Он ковырялся в приборной панели, она выдавала ошибки на экран и пронзительно пищала.

– Командир! – Позвала Эдвания и кивнула в сторону иллюминатора.

Из гиперпространства появились небольшие корабли. Один. Два. Четыре. Пять кораблей с переливающимися оттенками оранжевого цвета защитными щитами. Они шли на одних маневровых, быстро приближаясь к Элабусу.

– Тха маде, – сорвалось с губ командира.

На смотровой палубе разлилось напряжение. Охранники стали проверять свое оружие, некоторые скинули на пол неудобные мундиры и оставались в одних белоснежных рубашках. Айлин последовала их примеру и закатала манжеты до локтя. Проверила свой пистолет и с сожалением цокнула языком. Всю обойму она спустила в камбузе.

– Хэпин, проверь второй канал, по протоколу он должен быть рабочим.

– Заблокирован доступ.

– Гоу ши, – командир сжал в кулаке наушник, – ваше высочество…

Джи Хо поднял взгляд и недовольно поджал губы в ниточку.

– Нам придется задействовать протокол безопасности.

– Делайте то, что считаете нужным, ши-фу Фёнг.

– Они сняли щиты! – Крикнула Эдвания.

– Сукины дети идут на стыковку.

– Кто это такие? – Айлин приблизилась к иллюминатору.

– Незваные гости, очевидно.

– Соблюдаем строй. Ваше высочество, вы идете в середине. Мы выдвигаемся к челноку.

Айлин нахмурилась и подошла почти вплотную к командиру Фёнг.

– Это самоубийство, сажать принца на челнок. Вокруг нет ни станций, ни планет. До Гуйчжоу челнок недотянет.

– Реймс, вы хотите оспорить протокол безопасности?

– Нет ши-фу, но… – девушка замялась.

Корабль тряхнуло, все присутствующие на смотровой палубе упали на пол. От второго удара приборные панели взорвались искрами, обжегшими руки, и лицо Хэпина. Юноша взвыл в унисон с корабельной системой оповещения.

Внимание: зафиксирована пробоина в секторе Джи.

Кто-то выругался, кто-то стонал, поднимаясь на ноги, но большая часть выжидающе смотрела на командира.

– Выдвигаемся! – Фёнг рывком поставил на ноги Джи Хо и подтолкнул его в спину в сторону переборки.

Покидая палубу, он зацепился взглядом за Гейла. Фёнг жестом позвал Айлин и кивнув на незнакомца, сказал:

– Кто это?

Айлин оглянулась на киборга, хаотично размышляя, стоит ли говорить правду о творении Алориэна.

– Один из выживших слуг, – как можно более безразлично ответила девушка, пожала плечами.

Е Фёнг подозрительно прищурил глаза, но все его внимание перетянул на себя сын Кианг Хо.

– Надо найти моих советников, – Джи Хо смотрел на командира службы безопасности тяжелым немигающим взглядом.

– Нет времени, мой принц.

– Без их сопровождения, поездка на Гуйчжоу бессмысленна, – также невозмутимо сказал наследник империи.

– На челноке в принципе далеко не улетишь, – подала голос Эдвания.

– Зато можно подать сигнал помощи, – пожал плечами Хэпин.

– Нимэнь доу би цзуй! – Рявкнул Фёнг и прижал пальцы к глазам, чтобы восстановить спокойствие, и чуть погодя добавил невозмутимо, – мы будем следовать протоколу безопасности.

Воцарившуюся тишину разрушил скрежет металлического голоса корабельной системы.

Разрешена стыковка.

Новобранцы службы безопасности встрепенулись, озабоченно переглянулись друг на друга.

– Они идут на захват, – Хэпин побледнел от испуга.

– И что нам делать? – Жалобно пискнула Эдвания.

– А что предписывает протокол? – Рой Ли быстро стал что-то искать в комме.

– Захлопните пасти! – Рявкнул Е Фёнг, – поторапливаемся, некогда сопли жевать.

Эхо шагов в тяжелых ботинках разносилось вперед пустого коридора. Их звучание было подобного похоронному маршу. Застревало в голове, сливаясь в унисон с сердцебиением. Айлин почувствовала, как от напряжения ладони вспотели. Она украдкой вытерла руки об оливково цвета штаны.

От смотровой палубы до челноков было минут десять ненапряжной ходьбы. Охранники бы с удовольствием пустились бы в бег, но Фёнг перед каждым поворотом или перекрестком останавливал движение и аккуратно выглядывал. Осматривал внимательно коридор и, не найдя опасности, подавал сигнал выдвигаться вперед.

Возле шлюза к челнокам лежали тела в спецовках. Захватчики прострелили им головы, под телами растеклась большая лужа. Айлин передернуло от зрелища, и она почувствовала, как к горлу подступил липкий ком. Вчерашние выпускники Академии никогда не видели мертвых. Все ошарашенно уставились на тела, и казалось в воздухе растекался гнилостно-сладковатый запах. Он металлическим привкусом отдавал во рту. Кто-то не выдержал, отвернувшись опустошил желудок.

Айлин упрямо замотала головой, стараясь прогнать от себя неприятное ощущение. Эдвания аккуратно переступила через трупы, и ее пальцы быстро запорхали над приборной панелью.

– Заперто, – отрапортовала девушка, оборачиваясь на командира.

Ее лицо было бледным и сосредоточенным. Она упрямо поджала губы, всячески борясь с собой, чтобы у всех на глазах не опустошить желудок.

Фёнг отодвинул плечом подчиненную, и сам стал набирать код доступа на панели.

– Какого гоу ши, тут происходит, – задумчиво пробормотал себе под нос командир.

– Запрет идет с мостика, – Эдвания внимательно смотрела на всплывающие окна на панели.

Глава 3. На пути замысла.

Берег Асмантийского моря.

Оль’хиэлла сидела на каменистом берегу, подставив лицо бледное, испещренное морщинами закатному солнцу. Она вдыхала полной грудью соленый воздух. Наслаждалась выпавшим одиночеством среди мерно накатывающих волн. Море пенилось и робко лизало босые ступни женщины. Оставляло после себя привкус грусти, уходящего лета. Вода уже не была теплой, скорее прохладной, и медленно отступала от пустого берега, оставляя темные следы почти высохших водорослей на каменном берегу.

Женщина предавалась тихой печали, заполняющей ее сердце. Когда-то давно, как будто в прошлой жизни, они любили сидеть здесь, вдвоем созерцая бескрайнее море. Она не скрывала того, что скучала по Алориэну. Его мягкому голосу, теплым рукам на своих плечах, греющих озябшее тело сквозь тонкую ткань каис. Его теплой улыбке, согревающей, как костер замерзшее тело в суровую зимнюю ночь.

Все это было так давно. Оль’хиэлла вздохнула и подтянула ноги к подбородку. Она внимательно смотрела на мелкие морские волны, с шипением обрушивающиеся на каменистый берег. Оль воображала в голове, что Алориэн сидит рядом. Стоит прикрыть глаза, как окажется, что вот он, тихо сопит, привалившись к ее плечу и ищет по земле ее руку, чтобы переплести пальцы.

Только его больше нет. Осознание ранит сердце, заставляет проснуться застарелую боль в душе, что ворочается, недовольно пробудившись от долгого сна. Женщина позволяет себе в эти минуты поддаться слабости, погрузиться в свою печаль, чтобы проводить ее в долгий сон, так же как она внимательным взглядом ясных голубых глаз провожает закатное солнце к горизонту.

Оль’хиэлла не знала, вышло ли задуманное у Алориэна. Получился ли их маленький план, повлекший за собой резкую смену их обыденной жизни. Не было вестей. Давно. Очень давно, что ей казалось, будто все все не более чем сон, который должен рассеяться, как предрассветный туман.

За спиной женщины слабый ветер игрался с ветвями деревьев. Создавал уникальную музыку, в которой хотелось раствориться без остатка. Отпустить свою боль в мир, чтобы та гуляла и смотрела на жизнь, а вернувшись, тихо заснула.

Женщина откинулась на локти, глубоко вдохнула морской воздух, чувствуя на кончике языка соленый привкус. Ее губы тронула теплая улыбка о прошлых временах. Как они только появились на свет. Испуганные, мокрые, обнаженные и смотрели на этот удивительный мир большими от страха глазами. Все казалось чуждым, враждебным. Каким-то неправильным. Только в тот самый миг мир выдохнул, залатал кровоточащие раны и принял их. Сделав своей частью чего-то важного. Замысел, который она была не в силах понять, но смиренно, как и остальные, приняла новую участь и училась жить, как все эти странные люди, что бесконечным потоком приходили к ним в поисках убежища. И они построили поселение, чтобы встать в его главе и принимать страждущих до покоя заблудших людей. Они выстояли. Справились с тяжелым грузом, легшим на плечи и теперь просто, волокли свое существование.

Мысли старейшины закручивались спиралью, текли неспешно в своем потоке по протоптанной колее. Оль’хиэлла устремила взор на небо, окрашенное в пастельные тона, но смотрела она как будто вглубь себя.

Всю безмятежность разрушило явление. На небе вспыхнула точка. Ее свечение затмило разгорающееся в сумеречном небе звезды.

Оль’хиэлла нахмурилась, подобралась, больно впиваясь ногтями сквозь тонкую ткань юбки в кожу. Подобное уже было когда-то. Очень давно. Неужели Алориэн решил вернуться таким незамысловатым образом? Тревога смешивалась с предвкушением от предстоящей встречи с возлюбленным.

Точка стала больше, охваченная пламенем, оставляла за собой шлейф черного дыма. За ней в небосводе вспыхнули точки поменьше. Казалось, будто звезды сорвались со своих мест и готовые обрушиться на землю. Они коптили небо густым дымом. Выжигали за собой мягкие пастельные тона приятного вечера, чтобы погрузить мир во тьму.

Во рту Оль’хиэллы появился привкус пепла, который было сложно сглотнуть. Он комом застревал в горле и только усиливал нервное возбуждение. Женщина поднялась на ноги и не двигалась с места, внимательно следя за летящими телами. Оль щурила глаза, так что вокруг них пролегли морщины, нервно кусала губы, сгрызая ороговевшие кусочки кожи.

Хотелось бежать, охваченной паникой, в карья Нариб чтобы забить тревогу. Созвать остальных О’Нияр, чтобы что? Они ничего не успеют. Не отвратят неминуемое падение небесных тел. Оль’хиэлле оставалось только стоять на берегу и созерцать, в душе, тихо надеясь, что там, среди этих падающих тел ее Алориэн.

Оль’хиэлла обхватила себя за плечи как будто замерзла. Тело женщины бьет крупная дрожь.

Объект в небе стал больше, но в нем было сложно что-либо разглядеть из-за полыхающего пламени.

Весь окружающий мир замер в ожидании столкновения. Даже, казалось, море притихло, и больше не рокотало, лаская звуками прибоя нежный слух женщины.

Столкновение взорвалось брызгами, ударившими ввысь почти до самого неба. Круглый, раскаленный добела объект прокрутился, покачиваемый на волнах и стал темнеть. Вокруг него дымкой стелился белесый пар.

Оль’хиэлла бросилась к воде, погрузилась по колено и замерла, напряженно вглядываясь в странную конструкцию. Полы длинной юбки облепили ноги, неприятно холодили кожу, заставляя мурашки обхватить плечи.

– Что ты делаешь? – Прокричали из-за спины.

Старейшина дернула плечом и стала медленно идти вперед. Брызги прилетели в спину, намочили каис, и та прилипла к телу. От холодного прикосновения мокрой ткани к коже вызывало озноб. Холодная морская вода не располагала к плаванью. Только выбирать не приходилось.

Рядом с Оль встала одна из старейшин карья Нариб – Мелиф. В ее прекрасных голубых глазах отражался ужас от случившегося. Мелиф стараясь казаться храброй, упрямо поджала губы, только ее выдавал мелко трясущийся подбородок. Женщина приоткрыла рот, но не успела произнести и слова, как в море упали обломки чего-то большого.

Глава 4. Шепот смерти.

Карья Нариб.

Айлин стояла на каменистом берегу Асмантийского моря. Северный ветер трепал отросшие волосы. Игрался ими, кидая в лицо, поднимая в воздух, чтобы спутать в узлы. Все внимание Айлин было приковано к водной глади. Где-то там на дне погребен Элабус и ее последний шанс связаться с правительством системы Пегас 51. Скорее всего, вся система связи, как и остальная электроника, давно вышла из строя из-за контакта с соленой водой. С момента катастрофы прошло два месяца…

Ветер набросился, сильным порывом, толкнул в спину, поднял в воздух длинную юбку, надувая ее пузырем. Айлин прикрыла глаза. Пахло солью, сухими водорослями, прибитыми прибоем к камням, горечью и немного хвоей.

Так необычно. Особенно после жизни, проведенного среди спертого воздуха от системы жизнеобеспечения на станции и искусственной гравитации. От земной гравитации ныли кости, гудели мышцы, приспосабливаясь к новым нагрузкам.

Айлин потерла начавший заживать шрам в груди от осколка. Наниты делали свое дело и как могли быстро латали увечья после неудачного приземления. Жаль только, что выжить удалось только ей одной. Будь кто-то, из ее сослуживцев жив, дело бы обрело другой поворот. Они бы смогли придумать, как связаться с правительством, запросить помощь. Но Айлин осталась одна и совершенно не представляла, что ей делать.

Мысли сами потекли в сторону событий на Элабусе. Перед глазами возник Джи Хо. Наследник был бледен от испуга, но старался сохранить лицо, когда его конвоировали на Альбатрос.

Жив ли сейчас наследник императора? Что будет с Айлин когда она вернется домой, на родной спутник Церус? Предадут ли ее трибуналу?

Реймс обхватила себя за плечи и сжалась, склонив подбородок к ключице. Ветер тихо напевал свою песнь, стараясь заглушить тревогу. В его мелодии проступал и тут же угасал до боли знакомый голос. Он тихо нашептывал что-то неразборчивое. Айлин не хотела прислушиваться, и тогда она услышала каркающий смех, от которого, стало не по себе. Девушка мотнула головой, словно прогоняла от себя непрошеное видение, и длинная челка мазнула по губам.

Айлин скорее ощутила чужое присутствие, чем услышала его. Обернувшись, уставилась на Гейла. Он стоял с невозмутимым выражением лица, как будто ожидал чего-то. Реймс хотелось крикнуть на него, прогнать прочь, чтобы еще немного побыть в одиночестве.

Киборг приблизился и обхватил плечи Айлин руками. Его прикосновение обжигало сквозь тонкую ткань рубашки.

– Нюй-ши вас искала а-и Оль’хиэлла.

Девушка сдержанно кивнула и в порыве прижалась к груди Гейла.

– Я не знаю, что мне делать, – прошептала Айлин, – связь где-то тут на дне. Мой коммуникатор вышел из строя. Мы на всеми забытой планете…

Киборг чуть отодвинул от себя подопечную, заглянул ей в лицо и, едва улыбнувшись, попытался успокоить:

– По моим данным, на севере, за морем, которое местные называют Асмантийским есть земля. Там осталась научная наблюдательная станция “Восход”.

Айлин закусила губу.

– Местные не очень знакомы с технологиями нашей системы, – горько усмехнулась Реймс.

– Думаю, добравшись до тех земель, не составит труда найти “Восход”.

– В тебе так много от человека.

– Таким меня задумал ши-фу Алориэн, – киборг переплел их пальцы в узел и потянул к краю леса, – нюй-ши нам стоит вернуться в поселение, пока за нами не отправили еще кого.

– Я так не хочу туда, – Айлин чуть сильнее сжала горячие пальцы Гейла. – Эти взгляды. Мне от них не по себе. Я как будто запертая в клетке диковинная зверушка. А все они кружат вокруг, прицениваясь, того гляди, начнут выкрикивать кто, сколько заплатит. Я больше не принадлежу себе.

– Вам нужно больше отдыхать нюй-ши. Это все последствия длительного лечения.

– Как? Как я могу тут прохлаждаться, если я не выполнила свой долг? Где-то там в опасности Джи Хо, когда я хожу здесь живая! Во сян мейэр, мейсинь, биень шитхоу!

Тихий смех гулко отдался в голове, и его голос подхватил ветер, унося на своем хвосте как можно дальше.

Гейл сильнее сжал пальцы Айлин и потянул ее за собой. Они вышли на утоптанную тропу, сплошь покрытую желтыми хвойными иглами.

– Прошу вас, нюй-ши, просто переживите этот вечер. А-и Оль’хиэлла сказала, что готовит для вас нечто особенное.

Основание легких закололо сотнями иголочек от быстрой ходьбы. Перед глазами расплылись разноцветные круги, и Айлин остановилась, чтобы перевести дыхание. Не до конца вылеченное ранение все еще напоминало о себе, стоило только чуть перенапрячься.

Раздалось деликатное покашливание. Выглянув из-за плеча Гейла, Айлин увидела одного из старост карья Нариб. Винем. Он стоял, сложив руки на груди. С любопытством разглядывал Айлин и Гейла. Чуть качнул головой, и маленькие косички, закрученные на затылке, выбились из незамысловатой прически.

– Вас искала Оль’хиэлла, – сказал Винем низким бархатистым голосом, – прошу вас, проследуйте за мной. Все уже собрались возле Одал и ожидают только вас.

Айлин сосредоточенно кивнула, выпрямляясь. Отмахнулась от предложенной руки Гейла и пошла следом за старцем О’Нияр.

– Я в порядке, – Реймс буркнула киборгу, всеми силами, сдерживая раздражение.

Айлин не нравилось излишнее внимание к себе. Раздражала полученная травма, из-за которой она была болезной, и каждый в карья Нариб срывался ей на помощь. Собственная слабость уязвляла гордость девушки родом из благородного дома Реймс.

Ноги от нахлынувшего изнеможения заплетались. Реймс спотыкалась о корни деревьев и, чтобы не упасть, хваталась за руку Гейла и тут же злясь на себя, отталкивала друга, чтобы идти в одиночестве. Айлин сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Боль немного отрезвила. Но желание выплеснуть ярость никуда не исчезло.

Дорога казалась долгой, как будто они шли целую вечность через лес к карья Нариб. Легкие Айлин горели от напряжения, и дыхание паром срывалось с губ. Еще чуть-чуть, и девушка свалится в изнеможении, но вот за деревьями стали виднеться дома. Донесся радостный детский смех.