Весна в Бейране была тем самым временем, когда грязь находилась в пограничном состоянии между замёрзшей и засохшей. Тяжелые тёмно-серые тучи сгущались и грозили в любой момент разразиться дождем.
Мокнуть и ещё больше месить грязь никому не хотелось, поэтому мы с подругами торопились вернуться из города в Академию Бейрана, расположенную в стороне от основного массива жилых домов. Стоило пройти через ворота, как меня остановил привратник и сунул в руки конверт из сероватой шершавой бумаги:
– Тебе письмо, Миа.
– От кого? – уточнила я и, не глядя, спрятала послание в сумку, чтобы не намочить его под первыми каплями дождя, которые начали падать на землю.
На самом деле вариантов было не так уж много. Если письмо написано отцом, то мне следовало поторопиться, чтобы составить ответ и отчитаться о своих успехах в учебе. А вот если весточку отправляла мама, значит, меня ждали сплетни и последние новости из жизни родного городка.
Понятное дело, второму типу посланий я радовалась гораздо больше, и гоблин прекрасно об этом знал, поэтому без лишних предисловий ответил:
– От мамы.
Я широко улыбнулась и благодарно кивнула, а потом поспешила вслед за подругами, которые бежали в сторону женского общежития, спасаясь от накрапывающего дождя. Я успела сделать лишь пару шагов от ворот, как на голову обрушился беспросветный ливень.
– Давай ко мне под зонт! – мой бессменный сосед по парте Ольф Шелот как всегда не церемонился и резко дернул меня за локоть в свою сторону.
Откуда он только взялся? Кажется, из города за нами никто не шел. Хотя, может, я просто не обратила внимания.
Даже в выходной день Ольф предпочитал повсюду ходить в форме Академии Бейрана, поскольку чрезвычайно гордился этим статусом, а еще успехами в учебе. Это единственное, из-за чего он мог задирать нос, поскольку был не особо общительным, да и красотой не блистал, будучи слишком худощавым, чтобы пользоваться популярностью у девушек.
– Спасибо, – искренне улыбнулась, откидывая со лба мокрые пряди.
Несмотря на то, что я успела основательно промокнуть, идти к общежитию под зонтом было в два раза приятнее чем без него.
– Всегда пожалуйста, – весело отозвался Шелот, сверкнув карими глазами, но затем превратился в уже знакомого мне зануду и наставительно добавил: – Бери зонт с собой, если видишь на небе темное облако, похожее на цветную капусту.
– Буду знать, – послушно кивнула головой, не желая спорить с главным умником нашей группы.
В целом наше общение можно было назвать взаимовыгодным сотрудничеством двух отличников, которые всегда готовы прийти на помощь друг другу. Но даже я терпеть не могла, когда Ольф впадал в настроение скучного надоеды, поэтому предпочитала молча соглашаться с брюнетом, чтобы прямо сейчас не получить внеочередную лекцию о тучах, их возникновении и видах.
Мы царственно шагали к корпусу по лужам, в то время как мои подруги с визгом залетали внутрь.
Оказавшись на крыльце, я спешно попрощалась с Ольфом, однако сразу проскользнуть внутрь не удалось, потому что со стороны мужского общежития ко мне метнулась массивная фигура, в которой я без труда узнала другого своего одногруппника.
Чтобы он не потащился за мной до комнаты, решила дождаться его прямо здесь. Столь решительный забег под проливным дождем мог значить только одно: у Грайса Эйлата снова не нашлось времени, чтобы подготовиться к занятиям, и он на правах моего земляка и просто обаятельного парня будет просить списать домашку.
Крупные капли, стекающие по идеальному лицу, придавали ему еще больше мужественности. Уверена, все мои подруги, увидев это зрелище, уже растеклись бы лужицами у его ног.
Встряхнув влажными медного цвета волосами, зеленоглазый предмет воздыхания всех девушек с нашего курса приосанился, задумчиво провел костяшками пальцев по квадратному подбородку и вкрадчивым голосом произнес:
– Привет, Миалира. Мы можем поговорить?
– И тебе привет, – быстро отозвалась и решила перейти сразу к делу, чтобы не стоять лишние пару минут с мокрой головой на холодном ветру. – Какой предмет на этот раз, Грайс?
Парень скривился, видимо, от того, что его очарование снова на меня не подействовало, но не стал пререкаться или идти в отказ, поэтому быстро ответил:
– Технология проклятых рун.
– Жди, сейчас принесу, – устало вздохнула и направилась в комнату за тетрадкой, подумывая, что пора бы заканчивать эту добросердечную практику. Все же то, что мы выросли по соседству и поступили в одно и то же учебное заведение, не давало Грайсу никакого права постоянно пожинать плоды моего труда.
На протяжении всего последнего месяца я давала себе обещание, что в следующий раз обязательно поговорю с парнем и объясню, что списывать больше не дам. Но до дела так и не дошло, то ли потому, что мне было жаль тратить на непростой разговор моральные силы и трепать нервы, то ли потому, что я – добрая душа.
Так или иначе через пять минут Грайс получил мою тетрадку с готовым домашним заданием, спрятал ее под мундир и пообещал, что вернёт в понедельник сразу перед первой парой. Возможно, мне показалось или он на самом деле хотел сказать что-то ещё, но я не дала ему шанса и быстренько скрылась за входной дверью общежития.
Вернувшись в свою комнату, я первым делом решила вскрыть письмо от мамы, чтобы утолить свое любопытство. Помнится, около месяца назад она писала, что соседка решила подыскать для Грайса подходящую невесту, потому что была уверена: несмотря на всю свою внешнюю привлекательность, он такую важную миссию провалит и обязательно выберет в жены какую-нибудь мегеру.
Мне было жутко любопытно, кого же в качестве жертвы, то есть невестки, присмотрела госпожа Эйлат. Вот так, ожидая узнать подробности о светлом будущем одногруппника, я выяснила их о своей нелегкой судьбе.
Первые строчки послания гласили:
«Дорогая, Миа! Спешу поделиться с тобой новостью. Мы с отцом решили, что должны помочь тебе устроить свою судьбу, и занялись поисками подходящего жениха».