(не) Фиктивные чувства

Глава 1

Селена

Схватив блокнот, я торопливо направилась к недавно прибывшим посетителям, сидевшим за пятым столиком.

Поправив волосы, я надела привычную улыбку и, крепко сжимая ручку и блокнот, произнесла отрепетированную фразу:

— Добро пожаловать в наш ресторан. Что вы хотели бы заказать?

Один из мужчин поднял на меня взгляд, и на его лице появилась ехидная улыбка. Сглотнув ком в горле, я не отвела глаза, соревнуясь с ним в гляделках.

— Неужели такая принцесса всё-таки соизволила к нам подойти? — в его тоне сквозила насмешка.

Меня такими не напугать. Как-никак, подобных ему было немало. Но терпение было на пределе, и это мне совсем не нравилось. Опять. Я снова делаю то же самое.

«Клиент всегда прав. Запомни это, Селена, и не смей дерзить кому-то из них. Больше я тебя спасать не собираюсь».

Кое-как сдерживая улыбку, я повторила вопрос, сделав вид, что не заметила его слов:

— Вы уже выбрали, что будете заказывать?

— Пока нет. Но ты будешь стоять здесь до тех пор, пока я не выберу то, что хочу.

Сделав глубокий вдох, я держалась из последних сил. Ярость внутри клокотала, рвалась наружу, требуя навалять этому подонку.

— Прошу прощения, сэр, но мне нужно обслужить и других посетителей, — как же сложно сохранять вежливость. Стиснув зубы, я держалась за работу руками и ногами. — Как только вы определитесь, я подойду к вам.

Ну что, достаточно вежливо, думаю.

Учитывая то, что мне хотелось бы сломать этому самодовольному козлу челюсть. Но, к огромному сожалению, я не могла этого сделать.

С его лица исчезла ухмылка. Нахмурив брови, он смотрел на меня с плохо скрываемой злобой. Плечи напряглись, скулы ходили, словно он вот-вот был готов наброситься с обвинениями.

Я его задела. Своей непокорностью. Тем, что посмела пойти против его слов. Здесь было ясно одно: нужно делать то, что тебе сказали.

Если «велено» стоять и ждать — придётся быть покорной. Иначе пропадёт весь твой труд в этом ресторане. Но я не собиралась показывать слабость.

— Не дерзи мне, — бросает он. Походу, кто-то встал не с той ноги сегодня. — Я могу лишить тебя всего. И понадобится мне лишь несколько секунд.

Я слышала, чем такие угрозы иногда заканчиваются.

Было бы интересно посмотреть, на что он действительно способен, но довольно. И так приходится проглатывать оскорбления.

Терпеть подобное я не собираюсь. Пелена перед глазами не встаёт даже из-за работы.

Раз уж ему не нравится такое общение, придётся и мне переключиться на его волну.

— А ну-ка, рискни, — шепчу я, чуть подавшись вперёд.

Я уже знала, чем это закончится. И всё равно сказала.

На его лице мелькает тень удивления. Один из товарищей аккуратно кладёт ему руку на плечо и тихо говорит:

— Джордж, думаю, этого уже достаточно.

Ну хоть у кого-то хватило мозгов.

— Администратора. Сюда.

Ещё чего. Я не собиралась звать мистера Льюиса только потому, что этот козёл сам начал скандал. Если обычная вежливость для них недоступна, то, простите, ничего другого, кроме хамства в ответ, я не вижу.

— Интересно, зачем вам наш администратор? — я скрещиваю руки на груди, цепляясь за него взглядом. — Вы хотите лично рассказать ему о своём неподобающем поведении?

Джордж встаёт со своего места и направляется ко мне. Вздохнув, я слежу за его движениями, с трудом сдерживая рвущиеся наружу ругательства.
Видимо, ему мало зрителей — хочется собрать ещё. Ну что ж, давай. Полный вперёд.

— Ты понимаешь, кто перед тобой стоит? — его голос звучит угрожающе тихо.

Он звучит так же, как и выглядит: грубый, медленный, тяжёлый. Его взгляд впивается в мой, словно хищник в жертву. Но в этот раз я не жертва.

Я уже собираюсь ответить, как к нам подходит мистер Льюис.
— Добрый день, господа. Что-то стряслось?

Он бодро приближается, и на его лице сияет обманчивая улыбка. Воздух рядом с ним будто густеет. Я знаю, что меня ждёт, стоит нам только отойти.

Мистеру Льюису сорок пять, но ведёт он себя на все сто. Стоит кому-то из персонала не так посмотреть в сторону клиента — этого несчастного ждёт кабинет Льюиса и нотация длиной в час. Взгляд — как у учителя, ищущего повод придраться. Голос — всегда с нотками недовольства.

Перед тем как указать на наши ошибки, он кончиками пальцев проводит по вороту рубашки, будто ему трудно дышать, и трёт глаза, словно устал от этой работы.

Все, с кем я успела познакомиться, боятся его и стараются не попадаться ему на глаза. Персонал — и старый, и новый — как один твердят о его тяжёлой ауре.

Рядом с ним невозможно стоять. Разговор с ним — пытка. Говорить будет только он. Напряжение давит, стоит ему заговорить о своём негодовании. Он не умеет улыбаться персоналу и не умеет сочувствовать. Для него это чуждо.

«Клиент — и только клиент», — ледяным, хриплым голосом повторяет он каждому, словно мантру.

— Ваша работница забыла, с кем говорит, — произносит Джордж с явным удовольствием.

Во мне бурлит негодование, но рядом с этим напыщенным индюком говорить что-либо — всё равно что закопать себя заживо.

Наши взгляды встречаются, и я понимаю: сейчас лучше молчать. В его глазах я уже вижу своё наказание.

«Молчи, Селена. Не время и не место для твоего характера».

— Приносим извинения, я всё улажу, — голос Льюиса мягок и нежен.

Ничего себе. Вот на что способны деньги.

Подонок, нагло улыбаясь, поворачивает голову в мою сторону. Так тебе стало лучше? Как мило.

— Если она снова будет здесь, вы знаете, чем это обернётся для ресторана.

— На вашем месте я бы не стала так разговаривать с тем, кто подаёт вам еду. Мало ли что, — произношу я, едва расслышав его угрозу.

Но Джордж не успевает ответить — мистер Льюис толкает меня вперёд и, бросив троим последнюю улыбку, уводит из зала.