(не)измена, или заставь её поверить

Глава 1

Было холодно. Так холодно, что зуб на зуб не попадал. Но Розали упорно шла вперёд. Ей некуда было возвращаться. В один день обрушились все её мечты, вынуждая её сейчас идти в этом холодном сумраке вперёд. Но она сильная, она справится. Должна, если хочет выжить и доказать. Что? Кому? Она не знала. Может себе, а может тому, чьё имя решила больше никогда не упоминать. Она лишь просто шла вперёд, почти бесцельно, на одном упрямстве.

Дилижанс довёз её, умирающую от тоски и усталости, до самой крайней точки пути. Дальше дороги не было. Ей по крайней мере. Она затеряется в этом забытом Богом городке. Розали не зря выбрала именно это направление. Когда вчера в её воспалённом уме возник смутный образ тётки Гилрани, старой подруги её матери, которая уехала из столицы, как только мать умерла, она сразу решила – это выход.

Потому что здесь её будут искать в последнюю очередь. Перед отъездом тётка Гилрань разругалась со всеми её родственниками. Они точно никогда не будут её здесь искать. Но она и сама решила, что сидеть праздно в гостях у тётушки, вышивая мягкие подушки, не будет. Поживёт немного, пообвыкнется. А там… Что будет делать потом Розали уже не думала. Ей надо было просто за что-то цепляться и она цеплялась, как за путеводную звезду.

Неделей назад

- Госпожа Розалинда, к вам посетитель.

- Ко мне? Ты ничего не путаешь? – Кто бы это мог быть? Брэндон давно уже в представлениях не нуждался. –Я никого не жду.

- Нет, мэм, - Мэри, их служанка переступала с ноги на ногу, нетерпеливо ожидая пока её отпустят. У неё сейчас, когда их экономка заболела, было очень много работы.

- А кто это? Он не представился?

- Нет мэм.

- Хорошо, проси, - и Розали встала с кушетки, ожидая гостя, а может и гостью.

Через несколько минут хлопнула входная дверь и гость вошёл. Розали шагнула было на встречу, но потом передумала. Гость, закутанный с ног до головы в чёрный плащ, так что ничего кроме плаща и не было видно, подошёл ближе.

- Госпожа, - голос был мужским. И Розали вздрогнула, поняв, что оказалась один на один вечером в комнате с мужчиной. Она хотела было позвать горничную, ибо это неприлично. Тем более отец с мачехой и многочисленными сестрами как раз сегодня уехали на вечеринку. А ей нездоровилось. Да и желания не было. И вот… Но постояв несколько секунд Розали отказалась от мысли вызвать служанку. В конце концов это и её дом тоже. Ничего страшного в нём с ней не случится.

- Я вас слушаю, - ответила Розали спокойно.

- Я рад, что вы всё-таки согласились меня выслушать.

- Кто вы? Я вас знаю? – Терпение никогда не было сильной стороной Розали.

- Вряд ли госпожа, я один из чаки.

Чаки. Наёмники. Те, кто скрывают лица. Смертельно опасные. Выполняющие важные поручения. Всё это как вихрь взметнулась в мозгу Розали. Но если она жива, значит чаки пришёл не за этим.

- И что вам нужно?

- Один ваш доброжелатель, который пожелал остаться неизвестным передал вам это. – И чаки протянул ей несколько писем, перевязанных лентой, а ещё маленький кристалл на цепочке. Кристалл памяти, как их называли. Вставляешь в специальный аппарат и наслаждаешься просмотром. На такие кристаллы записывали воспоминания. Странно. Кто этот человек? И какое у неё дело к ней?

И тем не менее она взяла у чаки связку писем и кристалл. Потом разберётся, что с этим всем делать. Чаки откланялся и бесшумно исчез. Посмотреть? Первой мыслью было выкинуть их. Тем более отец говорил, что сейчас повсюду какие-то заговоры против Его величества. Надо быть осторожной. Но кто она такая? У неё конечно были недоброжелатели и даже, наверное, завистники, особенно после официального объявления помолвки с Брэндоном. Ещё бы, один из сиятельных лордов. Где он и где она – дочь купца средней руки. И всё же, в остальном всё как у всех. Дорогу она никому не переходила. С кем то-дружила, с кем то не очень. Но не до такой степени, чтобы её травить. Или что там ещё могли сделать заговорщики.

Поэтому, немного помедлив, Розали всё-таки развязала ленточку и первым делом пробежалась глазами по письмам. И сама не поняла сначала, что не так. Это было невозможно, но тем не менее. Письма от лорда Брэндона Гаран к некоей Марианне Джоанс. Интересно кто бы это могла быть? Может женщина из попечительского совета? Розали сама себе не верила. Она прикрыла глаза и вспомнила как познакомилась с Брэндоном, а точнее лордом Гаран в пансионе, в котором правда не училась, а куда отвозила одну из младших сестёр. А он как раз приехал в числе попечительского совета с проверкой в пансион. Всё может быть.

Розали развернула письмо и… сердце перестало на мгновенье биться в груди.

«Дорогая, прости, что я так давно у тебя не был. Моя невеста не оставляет мне на это шанса. Я слишком занят и вынужден постоянно видеться с ней. А это невыносимо. Особенно теперь, когда все мои мысли заняты тобой. Прости Мари, но я никак не могу чаще видеть тебя. Только в пансионе. Ты спасаешь меня от зимней тоски и уныния. Той мой светлый лучик, цветок лаванды на моем окне.

Твой Брэндон»

Глава 1 (22.12)

Цветок лаванды. Розали закусила губу. Так звал её Брэндон. Ей так нравилась лаванда. За запах и ту чистоту, что она оставляла после себя. И Брэндон так называл её. Значит он лгал ей? По правде говоря лорд Гаран был скуп на слова и комплименты. При первой встрече он, пожалуй, показался ей замкнутым и отстранённым, словом не понравился. А потом… Как это переросло в любовь и были ли чувства взаимными Розали не знала, до тех пор, пока Брэндон не предложил пожениться. Лордам не отказывают. Да, к тому же она этого хотела, чего лгать. А вот чего хотел сам Брэндон, она могла только догадываться. И как оказалось неправильно.

Сердце болело, но глаза оставались сухими. Она прочитала ещё парочку писем. Примерно все об одном и том же. И почерк и слова те, которые мог бы сказать Брэндон ей. Всё было таким родным и знакомым только вот принадлежало другой женщине.

И всё же ей хватило ещё сил разыскать аппарат для чтения кристаллов, в углу у камина. Не у всех оно было, как нововведение. Но отцу пригодилось по работе. Вот теперь и ей пригодилось.

Розали вставила кристалл в устройство и подождала пока на стене гостиной появится изображение. А, увидев его, подумала, что лучше бы ей этого не делать. Её Брэндон самозабвенно целовался с какой-то женщиной, видимо той самой Марианной. Она вытащила кристалл и силой швырнула его на пол. Туда же полетели письма.

Теперь она знала, что надо делать. Ей надо бежать. Отец вцепился в лорда Гарана мёртвой хваткой. Таким не отказывают. Она бы подумала, что Брэндон поймёт её, да вот только слишком мало, как выяснилось, его знала. Тем более что пара месяцев действительно не тот срок. Но если он считает, что не нужно хранить верность невесте, то она его сильно разочарует. И Розали выбежала из комнаты.

Настоящее время

И вот теперь она едва брела, переставляя ноги. А вьюга, казалось, специально издевалась над ней, сбивала с ног. Может быть она заблудилась и попала не туда? Но нет, идеально прямые и ровные улицы городка не оставляли никакого шанса заблудиться. До самого дома дилижанс везти её отказался, оставив на стоянке. А о том, чтобы нанять экипаж в такую ночь она как-то и не подумала даже. Нет, наверное, было не так уж и поздно. Что-то около восьми или девяти вечера. Но в такую метель и почти непроглядную темноту ей казалось, что уже полночь, а то и больше. Розали устала и проголодалась, но напоминала себе, что тетушка Гилрань уж точно накормит её и поможет. Только где же её дом? Перед своим отъездом (она упорно отказывалась его называть побегом) она запросила в библиотеке полную карту страны. Специально не стала запрашивать карту городка, чтобы никто не догадался куда она уехала. Никто не должен знать. Никто. Даже Брэндон. Особенно он. Розали ненавидела его сейчас. И всегда будет ненавидеть. Вот так!

Она сжала губы, смаргивая невольные слёзы. Она не плакала тогда и не будет плакать сейчас. Наконец, она увидела впереди несколько домов. Фонари почти не давали света, не пробиваясь через эту метель.

И всё же, согласно карте, она была на нужной улице. И прямо перед ней нужный дом. Ну же! Ещё несколько шагов. Окна в доме были ярко освещены, и она даже улыбнулась, представив, как встретит её тётушка, которую она очень давно не видела.

Несколько шагов и вот Розали уже решительно стучит в дверь дома. Через пару очень долгих минут дверь открылась и перед ней возник пожилой слуга.

- Вы к кому, госпожа?

- А тётушку Гилрань увидеть можно? – Тихо спросила Розали. Весь её пыл куда-то испарился.

- Госпожа Соэва вчера скончалась, прошу меня извинить, - и слуга захлопнул дверь прямо у неё перед носом.

Глава 1 (23.12)

Вот и всё. И что теперь? Захотелось просто сесть в сугроб и разрыдаться. Решила, что она справится одна, да. А господин случай жестоко над тобой посмеялся.

Розали сжала губы. Почти все её небольшие сбережения (да она никогда и не думала раньше о том, чтобы копить деньги) ушли на дорогу сюда. А кроме документов, да небольшого чемоданчика с самым необходимым у неё с собой больше ничего не было. А ещё, как назло, сильно хотелось есть.

Ничего, у неё есть диплом об окончании пансиона. Конечно, для работы гувернанткой его мало, но может быть куда-нибудь в такой же пансион её возьмут. «Не всем везёт выгодно выйти замуж», - сказала ей при последней встрече Линда Флоре, пансионерка, с которой они были не в очень хороших отношениях. Тогда она не обратила на эти слова внимания, а сейчас они больно напомнили о себе. Вот что предстоит тем, кто не имеет богатых родственников и не может выгодно выйти замуж.

Конечно, отец не выгнал бы её из дома, но побыстрее постарался бы найти выгодную партию и сбагрить замуж. А тут как раз и Брэндон подвернулся, подлый обольститель. Розали хмыкнула и гордо вскинула голову. Она не будет больше о нём думать. Никогда!

Она отвлекалась на что угодно. На сборы, на дорогу, на унылый однообразный пейзаж за окном, на спутников в дилижансе или как вот сейчас на мысли о том, что ей дальше делать, лишь бы не думать о том, что она поверила в сказку и была так жестоко обманута. Все её мечты растоптал тот человек, которого она любила.

Уйдя в свои мысли, Розали по-прежнему стояла у крыльца дома, принадлежавшего раньше тётушке Гилрань. Яркий свет лился из окон, освещая тропинку, ведущую к дому, которую неумолимо заметало снегом. Наконец, она развернулась. Надо бы всё-таки пойти поискать себе пристанище хотя бы на ночь. Розали попыталась вспомнить, есть ли в этом городке пансион, но так и не смогла. Всё-таки она собиралась второпях, почти ночью. И не жалела об этом! Оставаться в одном городе с человеком, который так обошёлся с ней, дышать с ним одним воздухом! Это было невыносимо! Она правильно сделала, что уехала!

Розали отвернулась и собралась уже снова шагнуть в непроглядную морозную темень, тем более, что она порядком замёрзла, когда дверь открылась и на крыльцо вышло двое мужчин. Они о чём-то говорили между собой, потом вдруг один поднял голову и увидел её.

- Госпожа, что вы здесь делаете? – Вопрос звучал довольно грубо, но так по сути и было. Розали стояла возле чужого дома, ночью. За такое можно и гвардейцев вызвать.

- Я приехала к давнишней подруге своей матери и узнала, что она умерла.

- Госпожа Соэва – подруга вашей матери?! – В голосе говорившего прозвучало такое изумление, что Розали захотелось расхохотаться. Ну да, насколько она помнила тётушку Гилрань, характер у неё был ещё тот.

- Да, - кивнула Розали. – Но я достаточно давно её не видела.

- Мда уж… - хмыкнул мужчина, а потом перевёл взгляд на чемодан в её руке. – Смотрю, вы надолго приехали к вашей… - он замялся, не зная, как покороче обозначить, кем ей приходилась тётушка Гилрань. И кстати, почему тётушка, Розали не знала. Просто она в приказном тоне заявила, чтобы её называли именно так. Родственников ведь у неё не было и друзей то в общем тоже, кроме матушки.

Розали кивнула. Есть хотелось уже совсем сильно. И промерзла она достаточно для того, чтобы попроситься в гостиницу. Всё-таки у неё оставалась ещё пара фамильных украшений.

- Может быть, выпьете с нами чаю? Раз уж вы единственная, если можно так сказать, кто знал госпожу Соэву до того, как она переехала сюда.

Негоже молодой девушке пить чай с мужчинами наедине. Тем более вечером, тем более в чужом городе. Но она нарушила уже все мыслимые и немыслимые правила этикета. К тому же внешность у неё прямо скажем ничего выдающегося. Розали всегда удивлялась, что в ней нашёл Брэндон, как разглядел. Как оказалось, ничего. Она сжала губы, чтобы не заплакать и решительно шагнула обратно, к манящим ярким светом окнам.

- Выпью, - кивнула она.

Глава 2 (24.12)

Дорогие читатели, немного поправила некоторые места в предыдущей главе, там где касалось Брэндона. Кто хочет, может перечитать. Так чтобы его образ выглядел ярче. И мааленький кусик от лица самого Брэндона. Маленький, потому что чп - целый день не было электричества.

Брэндон

Он сидел за столом, обхватив руками голову. Глупость! Кроме этого слова больше ничего на ум не приходило. И досадное стечение обстоятельств. А ещё кто-то попытался его подставить, играя на чувствах Розали. И вот если бы он нашёл этого кого-то…

Брэндон с силой сжал руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Ну почему всё-так получилось?! Он ударил по столу. Раз, другой, пока не стало хоть немного но полегче. Если бы Розали пришла к нему. Его чистая душа, нежная, искренняя. Рассказала бы, обвинила, стала ругать, плакать. О, тогда бы он нашёл что сказать. Он бы смог, он бы попытался. В том, что случилась только его вина. В том что он не может найти нужных слов, в том, что за эти два месяца их знакомства был, пожалуй, слишком осторожен, пытаясь разобраться в себе. И… Запутался ещё больше. Не убедил Розали в своей любви. И кажется потерял навсегда.

Куда она могла податься? Ну куда? Брэн потёр пальцами гудящие виски. Он не спал уже третий день. Он понятия не имеет, что делать дальше и где искать Розали. А главное, как её вернуть, как убедить в том, что эти письма и эта позорная запись на кристалле – подделка. О, да, очень умелая подделка, но тем не менее.

Он третий день пытался понять, где искать Розали, поднял на уши всех в округе. Даже её отец, казалось так не переживал, хоть и ходил бледный и уставший. А мачеха так и вовсе заявила, что Розали уже взрослая девочка, справится. При мысли об этом снова захлестнула ярость.

А ещё он даже понятия не имел, кто бы мог всё это устроить. Врагов у него было пруд пруди. Но почему именно сейчас? Чего они добивались? Чего им надо?

Брэн попросил аудиенции у Его Величества. Надо же что-то делать. В конце концов, если понадобится, он весь мир перетряхнёт, чтобы найти её. Розали не могла же просто так испариться. Наверняка, кто-то её видел, осталось только понять кто.

Он вскочил и начал расхаживать по кабинету. Всё его проклятая осторожность и замкнутость, будь они неладны! Потом вдруг остановился, словно громом поражённый. Ну найдёт он Розали. А она… Захочет ли она теперь его видеть? И это сводило с ума.

Глава 2 (25.12)

Розали

Через десять минут Розали уже сидела в гостиной дома тетушки Гилрань и пила чай с незнакомцами. И не чувствовала себя при этом неловко, вот что удивительно. Наверное, вся неловкость осталась в прошлом, как и вообще все чувства. Она даже улыбалась и чувствовала себя живой. Почти. Она сможет жить самостоятельно и делать то, что всегда хотела – самой зарабатывать на жизнь.

- Мне хотелось бы поговорить с вами, - один из мужчин, тот, что был постарше и выглядел, Розали сказала бы, посолиднее, начал разговор первым.

- Я вас слушаю, - Розали терпеливо ждала, пока остынет чай, с тоской поглядывая на поднос, полный хрустящих печеньев, которые подали к чаю. Но этикет не дозволял женщинам делать почти ничего из того, что разрешалось мужчинам. Поэтому, она терпеливо ждала, пока ей, как гостью предложат не только чай, но и печенья.

- Прежде всего, позвольте представиться – Дерек Розувилл, старший судья этого маленького городка, - и он легко кивнул ей. Господину Розувиллу было уже наверное за шестьдесят. Но ничего, кроме седины в волосах не выдавало его возраста. Острый, цепкий взгляд невольно заставлял себя чувствовать себя не очень приятно, словно обвинял тебя во всех грехах. Ну, конечно, какой ещё взгляд должен быть у судьи? И господин Розувилл заметил её взгляд в сторону печенья. Розали была в этом уверенна. О, она вовсе не сладкоежка, но если с утра во рту было только пару пирожков, то и печенье сгодится. Да что там! Она бы съела весь этот поднос, но приходилось делать вид, что она внимательно слушает господин Розувилла.

- Джон Ларкинс, судейский секретарь, - представился второй мужчина. И он понравился ей куда больше, чем господин Розувилл. Приятное открытое лицо (а она с некоторых пор терпеть не могла замкнутых людей), добрая улыбка. И одет победнее, чем господин Розувилл. Но и располагает к себе. Господину Ларкинсу было едва больше, чем ей самой.

- Розали Миренс, - тихо ответила она. Пока ехала в экипаже Розали успела придумать и историю, в которую уже почти поверила сама и новую фамилию. Точнее фамилия то как раз была не новая, а принадлежала её матушке, до замужества. Но кто же теперь её вспомнит? Тем более, что матушка была не из знатного рода… Но сейчас вся история вылетела у неё из головы. Она устала. И ещё проголодалась. Так, что едва хватало сил улыбаться и выслушивать вопросы этих джентльменов.

- Итак, госпожа Миренс, вы говорите, что ехали к подруге своей матери? – начал господин судья таким тоном, словно устраивал допрос. Да, верно, на допрос это и похоже.

- Да, - спокойно кивнула Розали, разглядывая чайную чашку. Явно, что она принадлежала тётушке Гилрань, да упокоится её память. Такая чисто женская. Нежная чашка из тончайшего лузарского фарфора, украшенная розами и позолотой по краям. Ничего лишнего. Но стоила, наверное, очень дорого. У тётушки замечательный вкус. Они бы с ней точно поладили.

Она старалась думать о чём угодно – о чашке или вот об обоях на стене (благо они хорошо изучали историю вещей, новый предмет, введённый в пансионе и очень интересный для неё лично. Розали даже хотела продолжить образование. Но… Не получилось). Только лишь бы забыть сумасшедшие последние дни. Вычеркнуть из жизни последние два месяца. Точно. Вычеркнуть. Это самое правильное. А ещё она старалась не думать, что потеряла за последнее время всех близких людей. И если с отцом и тем, чьё имя она старалась не произносить даже мысленно, это было её решение, то с тётушкой вышло очень плохо. Она мечтала обрести в её лице поддержку, может быть даже поплакаться в её объятьях. Но…

- Госпожа Миренс! – судья кажется звал её, только она так задумалась, что не услышала. Розали подняла на него глаза, и он хмыкнул, словно сделал какие-то свои выводы. - Так сколько вы знаете, госпожу Соэву?

- С детства, господин Розувилл. Тётушка Гилрань была любимой подругой моей матери. Но потом, когда матушка умерла, она уехала и след её потерялся. Только раз в год посылала мне письма с поздравлениями ко дню Рождения. – По правде говоря не письма, а так шаблонные поздравления. Но Розали была и тому рада, потому что никому из её семьи, даже отцу тётушка не слала больше никаких писем вообще.

- Хм. Да. Жаль мы про вас раньше не знали. Очень жаль. – Судья встал, отодвинул кресло и шагнул к окну. И Розали невольно засмотрелась на его фигуру. Вот так спиной к ней, стоя у окна, он до боли напомнил ей другого мужчину, которого она… Она поспешно сжала губы и отвернулась. – Попробуйте печенья, госпожа Миренс. У госпожи Соэва была отменная кухарка. – Сказал господин Розувилл словно невзначай. И Розали улыбнулась бы его наблюдательности, но не сейчас. Сейчас всеми её мыслями владело печенье. Да, замечательно вкусное.

И она едва не поперхнулась им, когда господин Розувилл снова повернулся к ней и произнёс:

- А ведь вам некуда идти, госпожа Миренс.

Дорогие мои читатели, лучший подарок для меня к наступающим праздникам это лайк к книге и подписка на профиль. А еще конечно комментарии. Так вы даете мне знать, что книга действительно вам интересна. И вы переживаете за моих героев так же как я.