Аня
Тест лежит на стиральной машине.
Я не свожу с него глаз. Сама сижу на крышке унитаза, босыми ногами нервно вожу по холодному кафелю.
Считаю секунды.
Ну всё. Можно.
С замиранием сердца тянусь к нему.
Господи... ну пожалуйста. Пожалуйста.
Одна полоска. Как всегда.
Разочарованно шмыгаю носом, едва сдерживая слёзы. Зло трясу пластмасску, будто это может что-то изменить.
Бесполезно.
Кидаю её в ведро, тру заспанные глаза.
Как же я устала. От этих качелей. От надежды, которая каждый раз поднимается – и каждый раз разбивается в дребезги. И делать вид, что мне не больно.
Встаю, подхожу к раковине. В голове звучат подбадривающие слова Ромы: «Ну ничего. Не расстраивайся. В другой раз у нас получится».
– В другой раз, – говорю своему отражению в зеркале, и пытаюсь натянуть улыбку. Но она соскакивает, как узкая резинка, и ползёт вниз.
Мою руки. Плещу прохладной водой в лицо. Вытираюсь и возвращаюсь в спальню.
Там ещё сумрак. Только узкая полоска солнца чиркнула по полу, подбираясь к кровати. На тумбочке – роскошный букет белых роз. Вчерашний. Рома подарил. Просто так.
Луч света медленно скользит по его спине – широкой, сильной, расслабленной. Он спит, раскинувшись на белых простынях.
Улыбаюсь. Как же мне повезло с ним. Даже не знаю, за какие-такие засулуги...
Сажусь на край кровати. Осторожно целую его в плечо.
– Ром… – шепчу тихо. – Пора вставать.
Он сначала шевелится, потом тянется, как большой ленивый кот. Бормочет что-то нечленораздельное.
Решаю, что он уже проснулся, и поднимаюсь – на кухню, готовить завтрак. Но не тут-то было.
Он резко, без предупреждения, хватает меня за талию и одним движением – как пушинку – валит на спину.
– Иди сюда, – хрипло бурчит.
– Эй! – у меня вырывается у меня смешок. – Ты что творишь?!
Его ладонь ложится мне на живот – тёплая, уверенная. От этого простого жеста по коже тут же бегут мурашки, будто он нажал какую-то секретную кнопку.
– Почему ноги ледяные? – бормочет он, утыкаясь щекой мне в шею. – Сейчас согрею.
Он прижимает меня к кровати так, что я едва могу пошевелиться. От его мужского, знакомого до дрожи запаха моментально сбивается дыхание.
– Хочу тебя, – рычит он мне в ухо.
И его твёрдое «хочу» уже между нами. Большое, настойчивое, упирается мне в бедро.
– Акелов, ты с ума сошёл? Я реально опоздаю… – смеюсь, пытаюсь оттолкнуть.
– Да кто там сейчас учится, – лениво отзывается он и прижимается ближе. – Последний звонок на носу.
И смотрит на меня – нахально, по-мальчишески, с этой своей убийственной улыбкой.
– У меня шесть уроков сегодня, между прочим! И тетради ещё собрать надо!
Пытаюсь выскользнуть, но он удерживает меня одной рукой – легко, будто это вообще не усилие.
– Ничего. Подождут.
Он накрывает мой рот поцелуем.
Я изо всех сил пытаюсь удержаться за мысль про школу и уроки, но это мысль живёт секунд пять. Его колено вклинивается между моих ног. Я всё-таки поворачиваю голову, пытаюсь выдохнуть ему в губы:
– Рома…
– Тс-с, – коротко.
И снова целует – глубже, настойчивее. И на несколько минут у меня вылетают из головы и шесть уроков, и эта одна полоска.
***
Тостер щёлкает, кофеварка шумит, я жарю омлет.
Рома заходит минут через пятнадцать. Босой, но уже в брюках. На ходу застёгивает рубашку. Волосы ещё влажные после душа.
Встаёт у меня за спиной, обнимает за плечи:
– Я видел тест, – говорит тихо. – Не расстраивайся.
Слова обжигают так, будто меня хлестнули.
Изнутри поднимается мой самый страшный страх. Врачи ещё в детстве твердили: из-за аварии, в которую мы попали всей семьёй, у меня могут быть проблемы с беременностью.
Рома чуть покачивает меня в своих руках – как девочку:
– У нас всё получится, – шепчет. – Слышишь?
– А если нет? – спрашиваю. И ненавижу свой голос за дрожь. – Зачем тогда я тебе?
Он разворачивает меня к себе. Припечатывает взглядом тёплых карих глаз:
– Аня. Мне всё равно. Мне нужна ты.
Его ладонь скользит по моей щеке. Я прижимаюсь к ней и молчу, глотая лишнее.
– Выбрось эту ерунду из головы. Поняла? – целует в висок.
Киваю, как прилежная ученица. Внутри наконец отпускает.
Садимся завтракать. Я цепляюсь взглядом за ещё один шикарный букет от Ромы. Потом – за него самого.
Сильные плечи, упрямый лоб, профиль – будто выточенный. До сих пор не понимаю, как мне так повезло. Мне, зубрилке, которая из книжек нос не вытаскивала. До него я и на свидание-то толком не ходила… Что он во мне нашёл?
Рома ловит мой взгляд, прищуривается – будто читает по лицу.
Я улыбаюсь:
– Я люблю тебя, Рома, – говорю просто.
И откусываю тост с джемом.
Но он вдруг становится серьёзным. Откладывает вилку.
– Давай уедем?
– Ты опять? – смеюсь осторожно
Что на него нашло? Последние две недели он твердит одно и то же.
– Давай просто сделаем, как я говорю, – давит своей уверенностью.
В этом весь Рома: если нарисовал себе цель – не свернёт.
– Я не понимаю. Зачем нам переезжать? У тебя здесь отличная работа. У меня – школа, дети. Мама, в конце концов, рядом. Я не могу вот так всё взять и бросить.
Рома упрямо держит мой взгляд:
– Меня позвали в крутую компанию в Питер, – оглушает.
У меня округляются глаза. Две недели назад он сказал, что хочет уехать. Но я и не думала, что он уже и работу нашёл.
Он водит пальцем по кромке чашки, будто рисует новый маршрут:
– У тебя конец года. Ты можешь спокойно уволиться. За мамой твоя сестра присмотрит.
Я усмехаюсь, как неудачной шутке:
– Ром, ты же знаешь Алису, и как она «присматривает».
У него дёргается челюсть. Хмурится сильнее. Он наклоняется и накрывает мою руку своей:
Дорогие читатели!
Приветствую вас в своем новом романе! Еще одной истории цикла про друзей-владельцев компании "Инфитэк". Историю этого героя ждали многие...
Но давайте знакомиться по порядку. По традиции, начну с главной героини.

АННА АКЕЛОВА, 25 лет
Аня работает учительницей литературы средних и старших классов. Счастливо замужем. Мечтает о ребенке, которого пока с мужем никак не дождуться... Вероятно, дело в травме таза, которую она получила во время авто-аварии в детстве. Эта авария оставила глубокий шрам на семье Ани. Но об этом позже...
Аня верит в любовь. Умеет любить глубоко и по-настоящему. Пусть и производит впечатление хрупкой, романтичной девушки, вечно с томиком книги в руках, но внутри нее есть огонь и упорство.
Простит ли она измену?
Тем более, если это измена двух самых близких людей...
ЛИСТАЕМ ДАЛЬШЕ>>>