Не мать и не мачеха

Глава 1. Мама.

Глава 1. Мама

Мама. Видеть это слово на экране мобильного телефона Триша не привыкла, хотя для большинства людей в списке вызовов это слово всегда на первых местах.

Триша была ещё младенцем, когда мать связалась с влиятельным мужчиной и ушла к нему, бросив не только мужа, но и дочь. Отец говорил Трише, что мать умерла, но Триша никогда в это не верила и однажды всё же отыскала её.

Глупо было надеяться, что мать по каким-то особенным причинам не может с ней видеться – она не была ни шпионкой, ни преступницей, связь с которой поставит клеймо на карьере Триши. Нет, мамин новый муж, конечно, явно был каким-то бандитом, но официально – меценат и общественный деятель, так что дело не в этом. И даже не в том, что этот новый муж страшно ревнивый и сразу поставил ей условие: она должна вычеркнуть дочь из своей жизни, чтобы ничто не напоминало о её прошлых отношениях. Причина того, что мать все эти годы не общалась с Тришей, была проста – ей это не было нужно. Но Триша верила, что однажды всё изменится, однажды мать позвонит ей и…

Когда мобильный телефон издал громкие трели, и на его экране высветилось это простое слово «мама», Триша растерялась. Ей стало страшно: а вдруг это не мама? Вдруг это звонит её муж или приёмная дочь (которую родила любовница этого мужа), чтобы сообщить Трише, что мамы больше нет? Триша уже стольких людей потеряла, и теперь, в разгаре пандемии, часто просыпалась от кошмаров, в которых хоронила то мать, то племянницу Соню – единственных оставшихся у неё кровных родственников. Почувствовав, как сердце бьётся где-то в горле, она схватила телефон и смахнула зелёную трубку.

– Ало…

– Триша? Здравствуй, Триша, это мама.

В груди словно растеклось что-то горячее.

– Здравствуйте, я поняла, у меня сохранён ваш…

– Я же просила – не нужно мне выкать. Ты всё же моя дочь.

Голос у матери был непривычно ласковый и немного хриплый. Неужели она и правда заболела? И звонит из больницы, чтобы попрощаться с ней на всякий случай?

– Извините. Ох, извини.

– Ничего. Тебе просто нужно привыкнуть. Я что звоню – не хочешь как-нибудь пообедать? Раз уж теперь ты в Москве, могли бы встретиться.

В первый момент Трише показалось, что она ослышалась, но когда сказанное дошло до неё, она торопливо произнесла:

– Ну конечно, в любой день! Я куда угодно приеду…

– Вот и отлично! Как насчёт среды, часиков в шесть? Ты уже освободишься с работы?

Трише было приятно, что мать знает о её новой работе – значит, она наводила справки. И вдвойне приятно то, что её волнует, успеет ли Триша к этому времени освободиться.

– Да, у нас рабочий день до пяти. Обычно я задерживаюсь подольше, но вполне могу уйти в шесть.

– Я пришлю за тобой водителя, хорошо? Отправлю потом сообщением номер машины. Ну, до встречи тогда?

– До встречи…

Триша положила трубку и прижала руки к щекам – они пылали. Она вышла в коридор и посмотрела в зеркало – на лице сияла непривычная для неё счастливая улыбка. Подумать только, мама ей позвонила!

Уже изрядно подросший щенок, которого ей подарил Костя, радостно запрыгал, видимо, надеясь на прогулку – а для чего ещё хозяйка могла прийти в коридор? Триша посмотрела на часы и сказала:

– Погоди, скоро Костя вернётся, тогда пойдём, хорошо?

Она опустилась на корточки и погладила щенка, который тут же принялся облизывать ей руки, выражая свою радость громким лаем.

– Купер, тише, соседи опять будут ругаться. Ну, всё, прекрати! Какой же ты всё-таки упрямый! Ладно, пошли гулять.

Помня об утреннем лёгком морозце, она достала тёплую шапку и зимний пуховик – не хватало сейчас простыть. Но когда она вышла на улицу, пожалела о своём обмундировании – к вечеру явно потеплело, и она быстро вспотела, пытаясь поспеть за неугомонным щенком, поэтому решила не заходить в магазин, надеясь, что Костя не забудет купить молоко и чего-нибудь к чаю, сам же вчера последнее печенье съел. Поднимаясь по лестнице, она распахнула куртку и сняла шапку, сунув её в карман.

– Триша, ты с ума сошла так ходить? – начал возмущаться с порога Костя. – Решила простыть и сорвать все наши новогодние планы?

– Да я только в подъезде…

– И вообще, чего без меня пошла? Я думал, мы вместе погуляем, – перебил её он. – В магазин специально не пошёл, так домой торопился.

– Так пошли, сейчас сходим. Я только переоденусь.

Она потянулась к лёгкой куртке, но Костя перехватил её руку.

– Там ветер холодный, не выдумывай. Погоди, я сейчас оденусь и пойдём. А ты дома, погулял уже, – обратился он к Куперу, который тут же обиженно заворчал, принявшись разбрасывать обувь.

– Фу, Купер, прекрати! Триша, ты хоть немного занимайся его воспитанием!

– Он просто маленький, – попыталась оправдать щенка Триша.

– Маленький… И как с такой псиной заводить детей?

Эта тема была болезненной для Триши. В последнее время Костя всё время говорил о детях, а она, как могла, саботировала его попытки обсудить это, особенно после того, как у Светы случился выкидыш – мало того, что Триша вообще не была уверена, сможет ли она стать хорошей мамой, так теперь ещё к этому прибавился страх пережить подобные ужасы.

– Кстати, о детях, – начала она наигранным бодрым голосом. – Угадай, кто мне сегодня звонил?

– Гриша, – без особого энтузиазма ответил Костя.

Несмотря на их договор не ревновать Тришу к мужу её сёстры, Костя не скрывал свою нелюбовь к её родственнику, хотя Триша сто раз ему говорила, что она общается с Гришей только ради Сони, своей племянницы, которая потеряла мать, едва успев появиться на свет.

– Нет, он не звонил, – соврала Триша, хотя он-то как раз звонил утром по видеосвязи, чтобы она могла поговорить с маленькой Соней. Месяц назад Гриша переехал вслед за Тришей в Москву, что стало причиной их очередной серьёзной ссоры с Костей, и теперь Триша старалась минимизировать любые разговоры о Грише. – Мне мама звонила. Предложила встретиться.

Глава 2. Она похожа на тебя

Свету они поехали встречать вместе с Костей. Хотя по дороге он ворчал, что могла бы и сама доехать, в аэропорту встретил её радушно: тащил тяжеленный чемодан, у которого сломалось одно колесо, и сообщил, что купил её любимое вино и заказал им суши.

– Ты помнишь, какое вино я люблю? – прощебетала Света. – Триша, какой у тебя мужик всё-таки внимательный, не то что у меня.

– Костя, – с подозрением покосилась на него Триша, – что это ты такой добрый, признавайся? Что-то натворил опять?

– Да что я мог натворить! – возмутился он. – Вот всегда так – делаешь для тебя всё, стараешься, а ты вечно недовольна!

Триша потянулась к нему и поцеловала, не решаясь высказать мысль, которая её так тревожила: всё было слишком хорошо, чтобы походить на правду, и она страшно боялась какого-нибудь подвоха от судьбы. На самом деле, чему удивляться – Костя всегда был внимательным и добрым, за это она его и любила.

Когда они добрались до дома, Триша так проголодалась, что готова была съесть всё что угодно. Пока они ждали обещанную Костей доставку, пришлось довольствоваться оливками и вином. Костя оставил их со Светой на кухне, ещё и дверь в комнату закрыл, так что их общество разделял только Купер, который с интересом изучал Свету в надежде, что она угостит его чем-нибудь вкусненьким.

– Классный у тебя пёс, – сказала Света, устроившаяся на угловом диванчике. От вина щёки её раскраснелись, блестящие глаза казались огромными на узком лице, и Триша отметила, что подруга всё такая же худенькая, хотя сейчас не танцует и могла бы начать питаться нормально. Почему-то ей вспомнилось замечание Оксаны: стильная, худенькая… Это можно было сказать и про Свету. И как она умудряется так одеваться, что в любой обстановке выглядит как богиня?

– Ты только не подумай, что я спятила, но, мне кажется, что после того, как Костя подарил мне его, у меня все болячки прошли. Сердце вообще не беспокоит уже сколько месяцев! Я, кстати, записалась на вторник к маминому врачу. Только Косте не говори, а то он опять начнёт мне нотации читать.

– Я ему почитаю! – возмутилась Света. – Ты внимания на него не обращай, он же ревнивый у тебя как чёрт, не любит, когда ты кому-то ещё внимание уделяешь. И что будет, когда у вас родится ребёнок? Тут уж извини: на него времени совсем не будет хватать!

– Кстати, о детях…

Триша взяла с пола свою сумочку, отыскала там таблетки и проглотила одну, запивая соком из холодильника.

– Кажется, сок протух, – сообщила она и выбросила его в мусорку.

– Противозачаточные? – с осуждением в голосе спросила Света.

– Давай не будем, а? – протянула Триша. – Я не хочу никаких детей, и это нормально. Так же нормально, как то, что ты их хочешь. Кстати, как у вас продвигается? Что врачи говорят?

Света затянулась сигаретой и хмыкнула.

– От святого духа, разве что…

– Что? – не поняла Триша.

– У нас секс в последний раз был больше месяца назад. Так что не спрашивай, как у меня с беременностью.

Несмотря на внешнюю браваду, Триша чувствовала, что на самом деле подруга уязвлена, и не знала, как лучше – оставить эту тему, или позволить Свете выговориться.

– Его вообще, кроме работы, ничего не возбуждает, готов круглые сутки там проводить! А я его жду, жду… А чего жду – непонятно. Сашка хоть и козёл был, но в постели был хорош, а у Васи, видимо, вся любовь на пиво и работу ушла.

Раздался звонок домофона – наконец-то, прибыла доставка, и Купер радости бросился в коридор, прекратив терзать Светины ноги.

– Ну что ты наговариваешь! Он за вечер уже два раза тебе позвонил, беспокоится, как ты долетела…

Трише нравился Вася. Хотя он и правда был помешан на работе, это ничуть не умаляло всех его других достоинств: именно он, между прочим, помог ей отыскать маму.

– Да я же не говорю, что Вася меня не любит. Любит, конечно. Просто секс его не особо интересует, а с тех пор, как у него проблемы с фертильностью нашли, он вообще на этом зациклился, похоже. Ну и вообще, я же говорю, он в этом не мастер, как и твой Гриша.

– Т-с-с, – Триша испуганно покосилась на приоткрытую дверь, в которую протиснулся щенок, и теперь они хорошо слышали, как Костя пытается его урезонить, дожидаясь доставщика.

– Да он не слышит! – отмахнулась Света. – К тому же что тут такого – Гриша у тебя был до него, а не после. И ты сама говорила, что Гриша в постели тебя не впечатлил, в отличие от Кости.

– Светка, ты дождёшься у меня! При Косте это имя лучше вообще не упоминать.

– А вы разве не договорились, что он больше не ревнует?

– Договорились. Но это вовсе не значит, что он не ревнует.

В этот момент распахнулась дверь, и на кухню вошёл Костя.

– Обо мне, поди, сплетничаете, – усмехнулся он. – А я вам ужин принёс. Фу, Купер, иди прочь, надоел уже!

Триша сгребла собаку на руки.

– Купер, не путайся под ногами.

– Тебе помочь? – спросила Света, заглядывая в пакет.

– Сиди, я сам. Ты же наша гостья. Ну, хотя бы сегодня, завтра уже можешь мыть посуду.

Он достал из холодильника соевый соус, поставил его на стол и спросил у Триши, махнув в сторону холодильника.

– Ты чего серёжки свои раскидываешь? Где вторая уже?

Триша напряглась – ну как же она могла забыть убрать её! Знала же, что Костя обратит внимание. Она подскочила, схватила серёжку и сказала:

– Я её на работе забыла, представляешь, задела шарфом и сорвала, вон, поцарапала ухо.

Ей было стыдно за своё враньё, но это было лучше, чем признаваться, что серёжка осталась у Сони.

Костя глянул на её ухо и сказал:

– Ну, ничего страшного, до свадьбы заживёт.

– А когда свадьба? – оживилась Света.

– Когда она на ребёнка согласится, – безапелляционно заявил Костя.

– Вот, и я ей говорю…

– Вам надо, вы и рожайте. Всё, отстаньте от меня! Давайте лучше есть, а то у меня этот сок в горле стоит. Костя, там сок прокис, я же говорила – не бери томатный, кто его пить будет…

Глава 3. Серёжка.

Остаток декабря слился в какой-то один бесконечный день: работа, прогулки со Светой и Костей, выбор подарков, встречи с мамой… Давно уже Триша не была так счастлива, не чувствовала всю полноту жизни – у неё было всё, о чём она мечтала, и даже Костя под влиянием Светы прекратил свои приступы ревности. Хотя, может, дело было в том, что Триша ни разу не ездила к Соне и Грише, поэтому Костя и был спокоен. Не то что Триша нарочно избегала встречи с Гришей после того столкновения на премьере, просто сам он её не звал, а дел и без этого хватало. Но перед самим Новым годом она не могла не заехать к племяннице: вместе со Светой они выбрали ей в подарок пару развивающих игрушек и целый ворох одежды. Грише она купила шарф и новый чехол для фотоаппарата – он как-то жаловался, что у старого сломались замки, и теперь там неудобно что-то носить. Чтобы провести в гостях побольше времени, Триша взяла с собой Свету – так Костя явно будет меньше ревновать. Подруга была не против навестить Соню – несмотря на то, что у самой Светы никак не получалось родить, с чужими младенцами она полюбила нянчиться, не испытывая при этом никаких страданий. Гриша обрадовался, что Триша приедет с подругой, и пообещал устроить им настоящий пир, а то ему не на ком оттачивать свои кулинарные способности.

– Видимо, его Лора фигуру бережёт, – заметила Света.

– Ой, можно подумать, ты у нас особая обжора!

Несмотря на то что Света ушла из балета, есть она больше не стала, так и обходилась чёрным кофе и салатами из свежих овощей.

– Ну, сегодня я оторвусь! – пообещала Света. – Посмотрим, как твой Гришенька готовит.

– И вовсе он не мой, хватит уже.

– Ну-ну.

– Ты ещё при Косте это скажи.

– За кого ты меня держишь? Я, вообще-то, твоя подруга, если ты ещё не забыла.

– Ладно-ладно, подруга. Только давай в гостях без этих твоих подколов.

Но, конечно же, без подколов Света не обошлась. Сначала всё было вполне прилично: Света умилялась маленькой Сонечкой, которая сегодня выспалась и была в хорошем настроении, а Гриша вообще ушёл на кухню, оставив их с дочкой.

– Миленькая какая! – ворковала Света. – Как же я себе такую хочу! Ну вот ты посмотри – какие глазки, какие щёчки… Надо же, на Настьку как похожа – красивая девка будет.

Упоминание Насти по обыкновению вызвало в Трише печаль и чувство вины. Она и не думала, что будет так тосковать по сестре. Иногда ей казалось, что Настя не умерла – просто куда-то уехала или легла надолго в больницу, как часто бывало в детстве. Если бы она была жива! Триша не могла не проводить параллель с собой – она тоже рано осталась без матери, и к чему это привело? Вряд ли эта Лора станет хорошей мамой для девочки. Интересно, а познакомил их уже Гриша или ещё нет?

Поймав себя на мыслях о Лоре, Триша смутилась. Не её это дело, конечно. Хотя, почему не её – Соня, всё же, её племянница, и она имеет право о ней беспокоиться. И о Грише – он тоже не чужой для неё человек.

Когда Гриша позвал их за стол, Света, будто прочитав её мысли, поинтересовалась:

– Я слышала, ты завёл себе девушку? Это у тебя серьёзно или как?

– Что за допросы, я у тебя в разработке? – попытался отшутиться Гриша.

– Любопытно просто, где ты такую кралю отхватил. А типаж, я смотрю, ты так и не сменил.

Трише показалось, что Гриша слегка порозовел.

– Света, хватит донимать человека! Кстати, мясо очень вкусное. Ты давай ешь, обещала же, что сегодня забудешь про все диеты.

Гриша бросил взгляд на Тришу, будто бы что-то решая, и произнёс:

– Да ничего, я же понимаю, все вы женщины любопытные. Если ты, Света, так выражаешь беспокойство обо мне, то не переживай – всё под контролем. Мы с Лорой ещё не так давно знакомы, чтобы я строил далекоидущие планы, но в принципе всё серьёзно, да. Я и с Соней её познакомил, чтобы потом никаких сюрпризов не было. Вроде они поладили.

Невозможно было не признаться себе – сказанные Гришей слова неприятно укололи Тришу: стоило только представить, как эта накрашенная девица берёт Соню на руки, и ревность наполняла её душу. Триша отдавала себе отчёт, что чувство это неправильное, и поспешила избавиться от него, принявшись яростно отрезать очередной кусочек мяса, словно перед ней была не нежнейшая телятина, а как минимум престарелая оленина.

– А ты чего тут загостилась, где твой муж, всё ещё в командировке? Надеюсь, не сбежала от него, как Золушка?

– Вот ещё! Кто ещё из нас Золушка… Да, в командировке он, а мне там одной скучно, вот я и приехала. Хоть не одна Новый год буду встречать. А ты как, к своим поедешь или с Лорой отмечать будешь?

– К своим. Мама заждалась уже, и сёстры все тоже соберутся, так что у нас будет семейный праздник.

– А Лору с собой повезёшь? – не отставала Света.

– Нет, она тоже с семьёй будет. Я же сказал, мы только начали встречаться, успеем ещё вместе отпраздновать.

– Ой, а если ты поедешь, можно тебя попросить кое-что из квартиры забрать? – встрепенулась Триша. – Я сестру твою хотела попросить, помнишь? Потом думала, Света зайдёт, но она не успела.

– Ну, хорошо, – как-то неуверенно ответил Гриша.

– Если тебе трудно, то не надо, – поспешила добавить Триша. – Потом как-нибудь сама смотаюсь.

– Да нет, что ты, мне несложно. Только не забудь написать. И что, какие у вас планы на Новый год?

– С друзьями в загородный дом поедем.

– Проход по QR-коду? – усмехнулся Гриша.

– Точно, – подхватила Света. – Меня так достали эти коды, когда же всё это закончится!

– Такое ощущение, что уже никогда. Будут меняться штаммы, а мы будем ставить новые прививки каждые полгода, вот и всё, – повторила Триша сказанное накануне Костей. – Пора смириться.

– Ну уж нет! Ни-ког-да. Это пусть прыщавые страшилы прячут лицо под масками, а я хочу показывать свою красоту всему миру!

– Света! – одёрнула её Триша. – Ну почему сразу страшилы!

– Ой, всё! Я пошла курить. Ты со мной?

Глава 4. Подарок

Загородный дом, в котором решили отмечать Новый год, принадлежал приятелю Кости по имени Алексей. Тришу удивило, что Костя, который столько лет твердил, что его место в фундаментальной науке, вдруг пошёл в коммерческую фирму, куда его взяли, конечно, с превеликим удовольствием. Работа ему нравилась, да и зарплата у него была в три раза больше, чем у Триши. Там он, как обычно, быстро оброс новыми приятелями, тем более один из сотрудников оказался их старым знакомым – они учились на одном потоке. Его звали Яша, и личностью он был весьма незаурядной, из-за чего всегда собирал вокруг себя самых разных людей.

Если честно, Триша предпочла бы отпраздновать Новый год дома, вдвоём с Костей, ну или со Светой, раз уж она приехала в этом году. Посмотрели бы новогодние фильмы, наготовили салатов… Шумные компании ей никогда особо не нравились, но она знала, что Костя как раз не любит сидеть дома и будет недовольным, если они никуда не поедут, поэтому согласилась на такой вариант празднования. Единственное, что её радовало, так это то, что с ней Света.

Сбор был назначен на пять вечера, но Света забыла свой подарок для Тайного Санты, и пришлось возвращаться. Обычно Костя распихивался бы, но сегодня, похоже, у него было прекрасное настроение, и он даже сам сходил за подарком. Это было отличным знаком – если у Кости хорошее настроение, значит, и проблем никаких не будет.

Оказалось, что они не единственные, кто не особо знаком с хозяином дома – Яша притащил с собой невероятную сборную солянку друзей, большинство из которых не были знакомы друг с другом. Хорошо, что Костя подготовил игры на знакомство, которые сначала шли не очень активно, но после нескольких бутылок шампанского гости вошли во вкус, и всё пошло как по маслу.

Потом компания разделилась: одни пошли лепить во дворе снеговика и зачем-то украшать стоящую там ёлку, хотя в доме была уже одна наряженная, правда, искусственная; другие, в основном девушки, взялись за приготовление горячего и раскладку привезённых салатов и нарезок по фуршетным столикам. Кто-то уселся в комнате с проектором за просмотром новогодних фильмов, в том числе и Триша. Она звала с собой Свету, но та зацепилась языком с какой-то девушкой хипповатого вида и вместе с ней украшала ёлку на улице. Костя тоже крутился где-то там, и она махнула на них рукой и пошла одна: хотелось посидеть немного в тишине и покое.

От выпитого шампанского кружилась голова, и Триша заняла свободное кресло-пуф в виде мешка, удобно расположившись в нём полулёжа. Рядом сидели две подружки, совсем ещё юные, всё время перешёптывающиеся и показывающие друг другу что-то на экране телефона, а чуть дальше сестра Алексея Катя с пятилетним сыном и парень, имя которого Триша не запомнила, но который сразу бросился в глаза своей «нездешностью» – казалось, он попал сюда случайно, словно его подобрали где-то по дороге.

– Ты же Костина жена? – поинтересовалась Катя, и Триша кивнула.

Кате явно хотелось пообщаться, но её сын прыгал прямо перед ней, не давая нормально поговорить. Трише не очень нравился этот мальчик, который за пару часов, что они были здесь, всё время ныл и орал, но она постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее.

– Костя говорил, что вы ребёночка планируете? В следующем году уже так не сможете отметить. Хотя по мне семейные праздники – это самое лучшее. Муж у меня в больнице лежит, ковид, – пояснила она.

– Жалко, – выдавила из себя Триша, всё ещё не переварив такую новость – Костя, оказывается, направо и налево говорит о ребёнке, хотя прекрасно знает, что она этого не хочет. – Как он?

– Да к счастью уже хорошо, перевели из реанимации. Восемьдесят процентов поражение было. Но, слава богу, выкарабкался, он у меня спортсмен. Я хотела к родителям поехать, но страшно, вдруг ему опять хуже станет? Так я хоть в больницу прихожу, врача донимаю.

Триша не знала, что ответить, но тут в разговор вступила одна из девушек.

– У меня мама тоже долго в больнице лежала, но ничего, выписали уже, сейчас нормально. А я вообще без симптомов перенесла, даже запахи чувствовала.

– И что же ты не с мамой на Новый год? – с осуждением в голосе спросила Катя, но тут же сама и ответила на этот вопрос. – Хотя, понятно, вы этого сейчас не цените, хочется казаться взрослее, самостоятельнее. И ты вон тоже, тебе лет-то сколько, пиво хлещешь?

Это она уже к парню обратилась, который и правда выглядел совсем юным.

– А тебе-то какое дело? – огрызнулся он, но тут же, похоже, пожалел о сказанном. – Прости, не хотел грубить. Восемнадцать мне. И я бы с удовольствием встречал Новый год с родителями, только их у меня нет, я детдомовский.

Триша вспомнила мамин рассказ о её детстве. После их разговора она посмотрела несколько роликов про детские дома и интернаты, и даже пару фильмов на эту тему. И теперь вот этот мальчик… Катя, конечно, ахнула, принялась извиняться, начала приставать к нему с расспросами, и парень, в конце концов, ушёл. Тогда она вновь переключилась на Тришу, донимая её беседой о ковиде и детях, так что Триша не выдержала и тоже ушла. Вообще, она не планировала больше пить – от шампанского до сих пор было нехорошо, но увидев, как тот парень достаёт из холодильника банку пива, она спросила:

– Дай мне тоже.

Он пожал плечами, протянул ей пиво.

– Тебя как зовут?

– Антон.

– А я Триша.

– Как?

– Триша. Патрисия – полное имя.

– Фига се. Выдумщица у тебя мамаша.

Триша улыбнулась.

– Она тоже из детского дома.

Антон нахмурился.

– Ты поэтому за мной пошла?

Врать не было смысла.

– Да. Ты понимаешь, она бросила меня, когда мне был год. И до сих пор не общалась, только недавно понемногу начала… Я раньше не понимала, почему, но теперь мне кажется… Она просто не знает, как это.

Он кивнул.

– Слушай, а хочешь музло одно послушать? – внезапно предложил он. – У меня друг пишет, классный альбом.

Триша хотела было переспросить – музло? Но потом просто ответила:

Глава 5. Подслушанный разговор

Что подарить матери, она так и не смогла придумать: во-первых, Триша слишком плохо её знала, а, во-вторых, денег у мамы было предостаточно, чтобы и без подарка купить себе всё что угодно. Поэтому Триша купила новогодний снежный шар – немного дороже, чем она могла себе позволить, но зато очень красивый. Триша сама всегда хотела подобный, но Лида сказала бы, что это бессмысленная трата денег, а даже после смерти мачеха время от времени продолжала комментировать те или иные поступки Триши. Именно эти комментарии заставляли бежать мыть ванную комнату, даже если Триша очень устала, покупать не те джинсы, которые нравятся, а те, что продаются со скидкой.

Триша не была уверена, что мать приготовит для неё новогодний подарок, и чтобы не ставить её в неудобное положение, решила не дарить подарок первой. Они договорились встретиться в последний день выходных, в ресторане – том самом, где встречались в первый раз. Как у них уже было заведено, за Тришей должен был заехать шофер, чтобы доставить её на место. Рассматривая помолвочное кольцо на пальце, она размышляла о том, заметит ли мама его и нужно ли самой рассказывать, что они с Костей поженятся. Свадьбу планировали на август, так что времени предостаточно. Конечно, Трише было приятно, что Костя, наконец, сделал ей предложение, но тревожило то, что каждый раз, заговаривая о свадьбе, он упоминал и ребёнка, которого, по его мнению, они должны заделать чуть ли не в первую брачную ночь. Ну как ему объяснить, что она не хочет детей?

Телефон завибрировал. Триша посмотрела на экран и увидела теперь уже почти привычное для неё слово «мама». Что случилось – решила отменить встречу? Или договориться на другое время? Она взяла трубку.

– Здравствуй, Триша, – голос звучал слабо, словно бы издалека. – Даже не знаю, как тебе сказать… Я в больнице, нашу встречу придётся, видимо, перенести.

– Что случилось, корона? – испугалась Триша.

– Нет… Это не вирус.

– А что тогда?

– Не хочу забивать тебе голову.

Что-то в голосе матери насторожило её.

– Это серьёзно?

Мать молчала.

– Я могу приехать? В какой ты больнице? К тебе пускают?

Какое-то шуршание в трубке.

– В частной клинике. Да, пускают, но…

– Я приеду! Говори адрес! – перебила её Триша.

– Триша, не стоит…

– Я приеду.

– Ну, хорошо. Я пришлю за тобой водителя.

Всё же она никогда не привыкнет к такому – частные клиники, шофёры… В ожидании, пока он приедет, Триша наскоро собралась и предупредила Костю.

– Ты уверена, что у неё не корона? Не хватало тебе ещё заразиться…

– Да нет, это не вирус. Костя, я боюсь, что у неё что-то серьёзное. Помнишь, я говорила, что она упоминала уже про больницу, и вот опять. А вдруг у мамы…

Она не смогла выговорить это слово – слишком часто она слышала его в прошлом, слишком много времени провела в больницах с Настей.

Костя обнял её, погладил по волосам.

– Не переживай, малыш, всё будет хорошо. Поди делала себе подтяжку или что-то вроде этого. А даже если и заболела – ты же сама говорила, что денег у них до фига, поедет в Израиль или ещё куда.

– Ага, ты забыл про карантин и вообще… Мне страшно, я не вынесу, если сейчас, когда мы…

Она оборвала фразу на середине – внезапная догадка оглушила её: а что если мама давно знает про болезнь и именно поэтому решила наладить с ней отношения, перед тем, как… Нет, ещё одну смерть она просто не переживёт!

Видимо, Костя догадался, о чём Триша думает, и прижал её к себе ещё крепче.

– Мне поехать с тобой? – спросил он.

– Нет, спасибо, лучше я сама.

– Позвони мне, если что-нибудь будет нужно.

Когда за ней приехал шофер, Триша уже так себя накрутила, что впервые за долгое время почувствовала какие-то нелады с сердцем – оно билось неровно, словно рывками. По дороге она молилась, хотя никогда не была религиозной: хоть бы с мамой всё было хорошо, хоть бы с мамой всё было хорошо…

Больница оказалась красивой, как в кино. Администратор у стойки встретила её приятной улыбкой и проводила в палату. Триша боялась, что мать будет увешена трубками и капельницами, но ничего такого не было – она полусидела на кровати, на стене висел телевизор, в котором шёл какой-то новогодний фильм, очередные «Ёлки», что ли. На тумбочке стояли цветы и ваза с фруктами. А она не догадалась ничего с собой привезти!

– Как я рада тебя видеть! – сказала мать и улыбнулась Трише. – Прости, не хотела встречать тебя так…

Она развела руками, а Триша внимательно всматривалась в какое-то одутловатое лицо матери, в тёмные круги под глазами… Да, дело явно не в подтяжке.

– Что с тобой? – спросила она, не в силах унять сильное сердцебиение.

– Садись, – мать указала на кровать, подвинувшись немного. – И успокойся – всё в порядке, простое обследование.

Триша села, отметив, какая приятная на ощупь простыня, да и кровать куда шире тех, на которых лежала она сама, будучи в больнице.

– Ты чем-то больна?

– Триша, какая ты упрямая! Со мной, правда, всё в порядке, так, небольшое недомогание. Это не смертельно. И вообще – давай лучше сменим тему, – предложила мать. – Я вижу, у тебя появилось новое кольцо?

Триша сначала даже не поняла, о чём она говорит, но потом спохватилась – протянула ей руку, демонстрируя кольцо, и сказала:

– Костя подарил.

– Это просто кольцо или?

– Или, – смущённо улыбнулась Триша.

– Да ты что? Поздравляю! И когда это знаменательное событие?

Похоже, радость матери была неподдельной, и это было приятно.

– Летом.

– Так нескоро? Я думала весной… Ну да ладно. Скажи мне главное: ты счастлива? Действительно этого хочешь?

– Да…

– Вот и славно! Я так рада за тебя, милая, это чудесно. Как он его тебе вручил, поди, сюрпризом, как сейчас любят?

Триша рассказала маме, как Костя заранее договорился, чтобы ей на Тайном Санте подарили именно его подарок, как она прочла стихотворение Высоцкого и получила за это киндер-сюрприз.

Глава 6. Как-нибудь в другой раз

Когда Костя ушёл в душ, Триша проверила телефон и обнаружила три пропущенных от Гриши. Обычно он ей не звонил: если было что-то нужно, только писал – видимо, не хотел лишний раз становиться причиной её ссор с Костей. Звонок мог означать одно: с Соней случилось что-то плохое. Страх сковал Тришу моментально, так что стало нечем дышать. Дрожащими руками, еле попадая по экрану, она набрала его номер. Ответил Гриша только с пятого гудка.

– Привет, извини, я не слышала звонка. Что случилось?

Голос у Триши срывался, и она с трудом сдерживалась, чтобы не броситься собираться, чтобы немедленно поехать спасать Соню.

– А я не могу звонить тебе просто так? – удивился Гриша. – Ладно, прости, у нас это не очень заведено, конечно… Уже всё в порядке, просто хотел попросить, чтобы ты посидела с Соней: она что-то приболела, а у меня, как назло, халтура подвернулась.

– Приболела? Что с ней, температура?

– Ну да, небольшая. И вырвало два раза.

– Ты врача вызывал?

– Да нет, я позвонил, уже поздно было, завтра зайдёт.

Триша моментально решила ехать – даже если Грише не нужно было на съёмки, она бы всё равно поехала: вдруг он недооценит серьёзность ситуации?

– И когда нужно посидеть? Я могу!

На заднем фоне послышались посторонние звуки, и только тут Триша поняла, что вроде он и не дома сейчас.

– Не беспокойся, я уже всё решил – Лору попросил, она сегодня свободна.

– В смысле Лору? – эти слова вырвались у Триши помимо воли, и она тут же попыталась сгладить ситуацию. – Я имею в виду – они достаточно хорошо знакомы, Соня не испугается?

Похоже, Гриша всё равно понял, что она чем-то недовольна, потому что принялся оправдываться.

– Я бы ни за что не поехал, но уже обещал, другого фотографа найти сложно… Соня её видела, конечно, но ты же понимаешь, когда она болеет – сильно капризничает. Но я недолго, надеюсь, она проспит большую часть. Пока что Лора не звонит, значит, всё в порядке.

– И когда ты вернёшься?

– Часа через два-три… Да всё хорошо будет, прости, что потревожил тебя. Извини, мне нужно бежать. Ты заедешь на днях? Я привёз то, что ты просила, правда, не всё нашёл…

– Ладно, пока, созвонимся.

Триша отключилась и, ни секунды не раздумывая, принялась одеваться – кто знает, может, бедная Соня там рыдает уже битый час или горит от температуры, а эта стильная теледива просто боится признаться Грише, что не справляется с ребёнком.

Когда Костя вышел из душа, она была уже готова.

– Куда это ты собралась? – удивился он.

– Соня заболела, – сказала Триша таким непререкаемым тоном, чтобы Костя и не думал возражать. – К тому же мне вещи нужно забрать, которые Гриша из квартиры забрал.

– Прекрасно, – произнёс Костя. – Вот расскажи ему, что ты надумала делать, посмотрим, что он скажет. И Сонечке своей сообщи, что, мало того, что она без матери осталась, так теперь ещё и нормальную тётку можно потерять. И никому бедный ребёнок не будет нужен. Что ты на меня так смотришь – сёстры твоего Гриши те ещё грымзы, все думают, как бы кусок побольше отхватить. Я не удивлюсь, если они квартиру у ребёнка оттяпают, не зря же Гриша Соню у мамы своей прописал.

– Костя, ну как тебе не стыдно! Они все любят Соню и очень расстроились, что Гриша увёз её в Москву…

– Да уж, кто бы мог подумать – бросил мамочку и сестёр, лишь бы быть поближе к своей любимой родственнице, – язвительно добавил Костя, выделяя слово «любимой». – Нет, я серьёзно, ты скажи ему – в кои-то веки пригодится его неземная любовь к тебе. А что – я уверен: он тоже будет против. А если нет, то не тешь себя иллюзиями – он тебя не любит.

То ли оттого что они и так уже сегодня достаточно поскандалили, то ли Костя опасался, что Триша сделает то, что часом раньше уже пришло ей в голову – снимет помолвочное кольцо и отменит своё решение, но сейчас он вовсе не был агрессивным или даже недовольным, скорее посмеивался, показывая Трише, что не собирается нападать, а просто беспокоится о ней.

– С Купером погуляй, – сказала она, не желая развивать эту дурацкую тему. – И Гриши, к твоему сведению, нет дома – он на съёмках, а Соню оставил на свою девушку. Я бы не поехала, но у Сони температура, а он даже врача не вызвал.

Костя покачал головой, подошёл к ней и взял её за руки.

– Ты знаешь, что из тебя получится отличная мамочка?

Триша могла бы сказать, что всё это не так, но времени на препирательства не было, и она просто поцеловала его и принялась вызывать такси: нужно было как можно скорее добраться до Сони и убедиться, что с ней всё в порядке.

Как назло, машину долго не назначали, а потом ещё водитель минут семь добирался до дома Триши, и она вся извелась. Костя всё это время демонстративно наводил порядок на кухне, не говоря больше ни слова, а Купер крутился рядом в надежде, что его возьмут с собой, и никак не понимал, почему хозяйка не обращает на него никакого внимания.

В такси она тоже не могла успокоиться, мысленно подгоняя водителя, и один раз даже спросила, нельзя ли побыстрее, на что он указал на дорогу – пробки, куда уж быстрее. В итоге до квартиры Гриши она добралась только минут через сорок.

Ещё в подъезде Триша услышала плач Сони: ну вот, а она что говорила! Понятно же, что эта Лора не умеет управляться с младенцами, да и не знает её Соня. Триша торопливо нажала на звонок, и почти сразу же дверь распахнулась.

На пороге стояла девушка – не такая накрашенная и разодетая, как в прошлый раз, но явно это была Лора. Они были примерно одного роста, и было немного странно смотреть на неё, такую похожую на саму Тришу, но, безусловно, лучшую версию.

– Привет, – нервно сказала она. – Я Триша.

Лора прищурилась, сложив руки на груди, и проговорила:

– Гриша не предупреждал, что ты должна приехать.

Трише не понравилось это панибратство – с чего это она говорит ей «ты», а ещё и стоит в проходе, будто бы раздумывая, пускать её или нет.

Глава 7. В самое неподходящее время

Воспользовавшись свободным вечером, Триша два часа гуляла с Купером, а потом устроила генеральную уборку. Когда она водружала наверх забытый Костей ящик с инструментами, у неё вдруг сильно закружилась голова, и она рухнула со стремянки на пол, больно ударившись копчиком. Боль была такая, что слёзы выступили на глазах, и Триша застонала, не в силах пошевелиться. Телефон лежал в комнате, а подняться и принести его, было невозможным. Купер, перепуганный грохотом, прибежал и громко залаял.

– Купер, тихо, всё хорошо. Принеси телефон, слышишь? Телефон – неси сюда!

Они часто играли с ним с мячом, и с палкой, но телефон Купер, конечно, никогда не приносил, поэтому сейчас он заметался по коридору, не понимая, что от него ждёт хозяйка. Превозмогая боль, Триша с трудом поднялась и, держась за стенку, потащилась в комнату. Упав на кровать, она схватила телефон и вызвала скорую помощь, не представляя, как будет подниматься, чтобы открыть им дверь. В отчаяньи она набрала номер Кости, но он не взял трубку. Может, оно и к лучшему, не стоило его там волновать, но от этого она почувствовала себя такой одинокой, что слёзы опять побежали сами собой.

Скорая приехала достаточно быстро. Поход до двери дался ей с трудом, но всё же боль стала не такой острой. После осмотра врач сказал, что, скорее всего, это просто сильный ушиб, но нужно исключить перелом, поэтому отвезут её в травму. Уложив на носилки, Тришу понесли в машину, а она подумала, что если у неё перлом, вдруг ей не разрешат трансплантацию, и опять расплакалась, да так, что не могла успокоиться – и что она всё время плачет, никогда она такой не была!

В травмпункте её оставили на скамейке, сдали документы в кабинет и сказали ждать. Коридор был заполнен самыми разными людьми – кто-то с явными травмами: руками на привязи, обмотанной головой или пальцами, по другим не было понятно, что их привело сюда. Было душно, и у Триши опять закружилась голова. Она полезла в карман за телефоном, чтобы ещё раз позвонить Кости, но пальцы скользили, и вместо этого она набрала Гришу. Испугавшись, она тут же сбросила звонок в надежде, что он ничего не заметит, но он тут же перезвонил.

– Триша, ты случайно набрала или как?

– Прости, случайно.

– А что у тебя с голосом? С тобой всё в порядке?

– Да. То есть нет, но не бери в голову – я потом расскажу.

Из кабинета вышла крикливая медсестра и прокричала: «Нестерович кто у нас?».

– Ты где? – удивился Гриша.

– Опять в том самом травмпункте, представляешь? Упала со стремянки, хотят исключить перелом.

В ноябре она уже была здесь – уронила на палец полку, когда была у Гриши, и он тогда съездил с ней до травмпункта, из-за чего Костя потом дулся несколько дней.

– Ничего себе! Ты как, сильно ударилась?

– Нет, не очень. Уже лучше.

– Костя там с тобой?

– Нет, он в командировке.

– То есть ты одна?

– Одна.

– Мне приехать?

– Не надо, ты что! Ничего страшного, правда, ударилась спиной, но уже прошло. На всякий случай сделают рентген, да и всё.

– Понятно.

Триша услышала, как на заднем фоне кто-то зовёт Гришу.

– Ты иди. Прости, что так вышло, не хотела мешать. Пока.

И не успел Гриша что-то ответить, как она положила трубку. Решив не звонить сейчас Косте, она спрятала телефон в карман, прикрыла глаза и принялась ждать своей очереди. В голове шумело, поясницу продолжало тянуть, ещё и живот заболел. Прошло, наверное, минут двадцать, но её так и не пригласили.

– Девушка, вы форму заполнили? – услышала она чей-то голос, вздрогнула и открыла глаза. Перед ней стояла девушка в новогоднем свитере и шапке с помпоном.

– Что?

– Форму! – она помахала у Триши перед носом каким-то листком. – Без неё там не принимают, сейчас одну женщину обратно отправили заполнять.

Беспомощно оглянувшись, Триша поняла, что придётся вставать, тащиться к столику, на котором действительно лежали стопкой какие-то бланки, потом искать где-то ручку…

– Я принесу вам, – сказала девушка. – В вашем положении лучше поберечься.

Триша не поняла, откуда она знает, что с ней произошло, неужели у неё на лице всё это написано? Когда девушка вернулась с листком и ручкой, Триша её поблагодарила и принялась заполнять бланк.

– Может, вам лучше сразу в гинекологию? – участливо спросила девушка. – Тут долго можно сидеть.

– В гинекологию?

– Ну да, там посмотрят, всё ли в порядке с ребёнком.

От такого нелепого предположения Триша даже рассмеялась.

– Извините, девушка, но я не беременна.

– Да? – удивилась та. – Вы уверены?

Она кивнула, чувствуя неловкость – откуда вообще такие предположения? Только потому, что она держится за живот?

– Уверена, – холодно отрезала Триша и продолжила заполнять бланк, давая понять, что разговор окончен. Но при этом судорожно принялась вспоминать – когда у неё были последние месячные? Вроде должны были начаться неделю назад, но, может, это из-за таблеток, врач говорила, что такое бывает, правда, до этого месяца у Триши подобного не случалось…

– Слава богу, я тебя нашёл!

Ей не нужно было поднимать глаза от формуляра, чтобы понять, кто пред ней стоит – могла бы и догадаться, что он сюда примчится.

– Гриша, ну зачем…

– Это не обсуждается. Что с тобой, врач смотрел?

– Нет ещё, вот, жду.

– И как ты?

– Да нормально уже, мне кажется. Ничего страшного. Болит, конечно. Я бы домой поехала, если честно.

– Никаких домой! Пусть рентген сделают, мало ли что! И зачем ты на стремянку полезла?

– Уборкой занималась.

– На потолке? Могла бы подождать, пока Костя твой вернётся.

Триша не стала отвечать – не говорить же ему, что Костя как раз и забыл убрать свой ящик.

В этот момент из кабинета выглянула медсестра и пригласила, наконец-то, Тришу.

– Давай мне вещи, – предложил Гриша. – Тебе помочь?

– Сама дойду, спасибо. Я, правда, в порядке.