(не) настоящий пират для поддельной рабыни

Глава 1

Я смотрела на свой первый рассвет на море. На небе ни облачка, розово-желтые лучи солнца играли на почти ровной водной глади. Мерное покачивание небольшого корабля умиротворяло. Если бы не клубы вонючего черного дыма, и не крики людей, то это было бы даже чудесно.

Чтобы никого не видеть, повернула голову, не обращая внимания на то, как железный ошейник впился в кожу. Проведя в темноте несколько дней, я никак не могла привыкнуть к свету, слезы застилали глаза, но смахнуть их не могла. Часто моргала, стараясь не упустить ни единого мига.

Вот бы так же просто было закрыться чтобы не слышать брань моряков и тихие стоны рабов. Это все раздражало, но сил на эмоции совершенно не осталось, сказывались голод и усталость.

Рядом прогремел зычный голос, отдавая приказ:

— Магов в трюм, с остальных снять цепи, самих за борт!

Кто-то дернулся, громко звякнув цепями, кто-то заревел.

Другой, не менее громкий голос удивленно спросил:

— Всех? И девок тоже?

— Можете развлечься, — дал дозволение первый. — Потом за борт. Жрать самим нечего, не подохнуть бы с голоду… — пробурчал он, проходя мимо меня.

Дернула головой, чтобы не пропустить природное чудо. Бородатого крупного дядьку привлек звон моей цепи. Только краем глаза заметила, как он остановился, внимательно меня осмотрев.

Я же продолжала наблюдать, теперь уже за своим последним рассветом. Не смотря на осознание близкой смерти, на моем лице появилась улыбка. В голове мелькнула мысль о том, кто меня раздражал, кажется, уже в прошлой жизни: «Ну что, профессор Негощь, какие сейчас у меня шансы?»

Леди Кайез, Маркиза Вьюрок, родилась и выросла в родовом поместье. Усадьба герцога Вьюрока больше напоминала дворец.

Знатный род сильнейших магов. Плодородные земли и богатые леса. Лучшие наставники. Дорогие украшения. Роскошные платья. Во всем этом великолепии только профессор Негощь, больше напоминавший кривую палку, портил жизнь своими нравоучениями:

— Леди Кайез, при Вашей красоте, Вам совершенно не нужны точные науки. Займитесь женскими делами. Выйдете замуж, супруг решит, что нужнее. Используйте правильно свой шанс хорошо устроиться в жизни.

От нахлынувших воспоминаний по спине пробежали мурашки. Передернула плечами, прогоняя их, при этом громко звякнув цепями.

— Эта, — раздалось совсем близко ко мне.

Кто-то грубо взял меня за подбородок и повернул голову, но я продолжала наблюдать за почти оторвавшимся от водной глади солнечным диском.

— На меня смотреть! — приказал мужской голос, и сильная ладонь дернула голову из стороны в сторону.

Нехотя перевела взгляд на говорившего. С вызовом посмотрела ему в темно-синие, почти черные глаза.

«Зачем звал, морда ты бородатая? От такой красоты оторвал.»

— И правда, не похожа… — задумчиво произнес он, разглядывая меня.

Два громких резких железных удара и крик боли одного из рабов вынудили меня посмотреть на происходящее.

Рабов стало значительно меньше, на палубе среди матросов осталось с десяток людей в грубых одеждах с цепями на щиколотках и запястьях. Наверное, уже увели «нужных» - тех, что принесут деньги на невольничьих рынках. Остались такие, как я – те, кто не обладает магией, мы сомнительная ценность, даже цепи стоят дороже, чем можно выручить за нас.

Еще два гулких удара, моряк пнул тяжелым сапогом цепь в сторону, а перед ним двое уже ставили на колени нового раба. Еще двое схватили за плечи «освобожденного» и поволокли его к борту, оставляя за собой грязные разводы.

Я понимала, что сейчас произойдет, но была не в силах закричать, зарыдать или попытаться вырваться, как это делали другие. Я даже не могла отвернуться. Обессилевшего раба перекинули головой через борт, пираты наклонились к его ногам, чтобы вытолкнуть окончательно. Перед глазами все расплылось, понимание своей участи и приближение конца вызвали дрожь во всем теле. Зубы застучали от страха. Я не увидела, чем все закончилось. Меня резко дернули в сторону, так, что я потеряла равновесие и упала на того, кто меня до этого держал за подбородок. Звон моих цепей, железные удары, крики и всплеск воды, смешались в один ужасающий звук.

— Боцман! — раздалось над головой.

Я отказывалась принимать происходящее. Больше всего я хотела, чтобы этот рассвет никогда не наступал, или хотя бы, чтобы пираты не захватили торговый корабль, на котором нас перевозили. Но сильнее всего я мечтала о том, чтобы никогда не было того дня, когда в наш дом приехал Магистр, советник Короля, и сообщил отцу, что его старшая дочь «пуста».

Большая мозолистая ладонь легла мне на лицо, плотно прижимая голову и закрывая глаза. Тело словно закутали в плотный кокон, не давая пошевелиться. Чужая магия обволакивала от плеч до талии, не давая дернуться. Тяжелый удар отозвался вибрацией по всему позвоночнику и гулом в ушах. Сквозь этот шум почти не различала остальные звуки на палубе и то, как упал ошейник.

Яркий свет солнца вновь резанул по глазам, когда с них исчезла ладонь. Не успела прерывисто вздохнуть, увидев на грязной палубе раскуроченную железку, как мою руку вытянули вперед. Пытаясь унять крупную дрожь, сжала пальцы в кулак. Голову прижали к мужскому плечу, а руку на перилах жестко держала мозолистая ладонь.

— Тихо, расслабь, — услышала я, сквозь стук в висках. — Не смотри, — продолжал незнакомый мужской голос. — Я за тебя посмотрю.

Визуализация героев

Такими герои встретились:

Леди Кайез, Маркиза Вьюрок

Неизвестные пираты, обратившие внимание на Кайез

Глава 2

Я лежала в гамаке в каюте капитана. Он сам меня сюда принес, когда я, окончательно обессилев, свалилась на палубу, после того как с меня сняли все кандалы.

Теперь надо мной хлопотал очередной бородатый дядька. Только в отличие от огромного боцмана и высокого широкоплечего капитана, этот был невысоким и худым. Самым выдающимся в его внешности был большой нос с горбинкой, на котором сидело пенсне в круглой тонкой оправе.

Голова кружилась, запахи лекарств вызывали тошноту. В ушах все еще стояли крики рабов и звон железа. Усиливалось это все радостными возгласами попугая, скачущего по жердочке. Эта пернатая тварюшка не затыкаясь орала о женщинах фривольного поведения в портах.

Наконец, капитан, сидевший за большим столом, что занимал почти все пространство в каюте, не выдержал и выставил попугая за дверь. В процессе выставления, птица возмутилась, что ему не дают посмотреть и лишают его прав. В комнате сразу стало тихо, насколько это возможно на корабле.

Тихо выдохнула от облегчения. Но мужчина в пенсне, что-то сунул мне под нос. Новый резкий запах, комната завертелась, а потом наступила темнота.

Во рту сухо и горько, облизала слипшиеся губы сухим языком. Тело тяжелое, но почти не ощущалось боли. Только голод и легкий дискомфорт на запястьях, шее и щиколотках. А еще ожог на плече. Я впервые лежала на нем с того момента, как мне поставили клеймо. Меня странно укачивало, но было мягко и тепло. В трюме торгового галеона было холодно, сыро и бегали крысы, ужасно воняло потом и другими нечистотами. Медленно пришло понимание произошедшего.

В темноте трюма, почти не шевелясь сидели рабы, а с верхних палуб доносились звуки боя… Тягучая тишина. Пираты захватили судно… Нас перевели на их бриг. Именно так, они называли свой корабль… Рассвет… И взрывы на удаляющемся галеоне…

— … Не понимаю я… — говорил мужской грубый голос.

— Чего ты не понимаешь? Может быть они изменили маршруты, — спокойно произнес капитан.

— Так изменили, что вместо провизии и золота, на галеоне, кучка второсортных рабов?! — выкрикнул первый говоривший.

— Не дергайся, — усмехнувшись сказал капитан. — Нас уже давно подслушивают.

Открыв глаза, встретилась взглядом с капитаном.

— Я не хотела, — произнесла чуть слышно.

В маленькой каюте было светло, солнце попадало прямо в окна. Попыталась вспомнить, как они называются на корабле. Я лежала на кровати, укрытая одеялом. При этом рассматривала силуэт крупного мужчины, окруженного ярким светом. В этом образе сразу признала того бородатого здоровяка, что заметил меня среди других рабов и позвал капитана.

Капитан же сидел за столом, заваленным картами и другими бумагами. Молча приподнял кружку, показал ее мне и снова поставил на стол. Вновь облизала сухие губы, в надежде получить воду.

— Хочешь пить, подойди и возьми, — бросил капитан.

Стыд, скромность и гордость – качества присущие леди, и совсем непозволительная роскошь для рабыни.

Откинула в сторону одеяло, садясь на кровати и пытаясь понять, где качает меня, а где корабль. Грубая одежда, выданная мне взамен простого платья, сменилась тонкой мужской сорочкой с длинными рукавами. Шатаясь, поднялась с места, подтягивая рукава, освобождая кисти рук. Заметила на запястьях плотные желтовато-зеленые бинты. Такие же были на щиколотках.

Схватила со стола кружку и, не глядя, припала к ней губами. Воды в ней оказалось на самом донышке, буквально два глотка.

Разозлившись, поставила кружку на стол и вновь с вызовом посмотрела на капитана. Самое последнее дело – хамить, но мне уже нечего терять:

— Я думала у Вас другие развлечения. Примерно там, о чем орал Ваш попугай.

— И эти тоже будут, — осмотрев меня с ног до головы ответил капитан. — Как ты попала в рабство?

— Вам как-то эта информация поможет в мужском деле?

Мужчина у окна хохотнул в кулак.

— Мне эта информация поможет понять как долго я, — он выделил последнее слово. — Буду развлекаться с тобой сам, а когда отдам тебя команде.

Пожала плечами. Конец был неизбежен, осталось потерпеть совсем немного.

— За долги.

— Чьи?

— А не много ли Вы хотите за глоток воды?

Капитан взял графин и медленно наполнил кружку на половину.

— Я буду отпивать за каждый уточняющий вопрос. Остальное получишь после рассказа, — сказал он, глядя на меня.

Громко сглотнула, наблюдая за тем, как его пальцы обхватывают бока кружки.

— Отца, точнее отчима, — ответила коротко я.

Капитан усмехнулся в бороду и приподнял кружку.

— Нет, нет, нет, — выставила вперед руки. — Я все расскажу, но это очень длинная история.

— Слушаю.

Кружка глухо опустилась на стол.

Попугай (не последняя личность на корабле)

Глава 3

Я с вожделением смотрела на сосуд, зажатый в большой мужской ладони. Была бы я магом воды, просто притянула бы нужное количество воды и не мучилась бы сейчас. Что им рассказать? Сказать, что я была маркизой? А как мне это поможет? Выкупать меня все равно никто не будет.

Капитан покачал кружкой. Вода тихо плеснулась. Этот звук породил новые воспоминания. Медленно отвела взгляд от кружки на лицо капитана. И вместо рассказа тихо спросила:

— А вы уже оторвались от фрегата Скуала?

— Скуала? — капитан не скрыл скепсиса в голосе. — Скуал сам в море?

Хохот капитана наполнил каюту, ему вторил другой, более громкий.

Я кивнула, не сводя глаз с капитана. Поняла, что мне не верят. Решила продолжить:

— Галеон был приманкой. Рабы – маяки, метки. Скуал знал, что у вас закончилась провизия и вы выбросите лишних за борт.

— Откуда тебе это известно? — все еще недоверчиво спросил капитан.

— Скуал сам мне об этом рассказал. Еще маги отравлены, они будут умирать медленно и все в разное время…

— Сам сказал? — перебил меня капитан. — Взял и рассказал рабыне свой план?!

Он поднялся с места и с силой поставил кружку на стол расплескав ее содержимое. Посмотрела на растекающеюся по столу лужицу.

— Запас воды на галеоне должны были отравить, при вашем появлении… — продолжила я.

— Я еще раз спрашиваю откуда тебе это известно?! — уже проорал капитан.

— А я еще раз отвечаю! — так же заорала я, глядя ему в глаза. — Скуал рассказал! Когда рассказывал, формально я еще не была рабыней, он клеймил меня позже!

— Что ты несешь? — не выдержал второй. — Портовой девке план захвата… Скажи еще, что ты так очаровала его в постели, что Скуал поплыл.

— Постели не было, он взял меня прямо в камере для клеймения рабов. Сказал, что хочет опробовать разок то, что берег столько лет. Все?!

В каюте повисла давящая тишина. Я понимала, что мне не верят. Слезы душили, но я сдерживалась, сейчас мне нужно было уговорить пиратов сбежать как можно дальше. Ведь я не хотела попасться Скуалу, гораздо сильнее, чем эти бородатые мужланы.

— Я была его невестой… — привела последний аргумент.

Тот, что стоял у окна усмехнулся, повернулся к капитану и сказал:

— Не верю я ей. Слишком простая речь, не сдержана…

Я сделала глубокий книксен. И распрямляясь заговорила с другой интонаций, той, что уже много месяцев не звучала в моем голосе:

— Ох, простите сударь. Я нисколько не хотела оскорбить Вас своей простой речью и отсутствием манер. К моему великому сожалению, я уже не могу воспользоваться родовым именем, чтобы Вы предъявили свои претензии старшему рода. Моя несдержанность действительно не позволительна. Даже данная ситуация не должна сказываться на манерах леди, хоть и бывшей…

— Так почему не состоялась свадьба? — перебил меня капитан.

— Помолвку расторгли, как только стало известно, что я не унаследовала родовую магию. Отец и Скуал перезаключили договор и невестой Скуала стала моя младшая сестра. Как хозяйка дома, а я заняла место ее помощницы.

— Отец или отчим? — усмехнулся капитан.

— Отчим. Я не так давно узнала о том, что он мне не родной. Еще как-то не привыкла. Прошу прощения, что невольно ввожу Вас в заблуждение.

— Что скажешь? — капитан посмотрел через плечо.

— Не знаю. Проверить стоит. Береженого…

— Пей, — капитан пододвинул мне кружку.

Я шагнула к столу и схватив ее тут же начала жадно пить.

— Не боишься, что это вода с галеона? — с усмешкой спросил второй.

Опустошив емкость, облизала губы и отрицательно покачала головой.

— Мне все равно…

Тем временем капитан поднялся из-за стола и, подойдя к большому сундуку у стены, начал выкидывать из него все содержимое на пол.

— Иди в трюм и проверь магов, я скоро приду, — приказал капитан второму мужчине, продолжая безжалостно бросать на деревянный пол книги.

Я аккуратно поставила кружку на стол, не понимая, что мне сейчас делать. Обернулась к капитану, чтобы спросить его о своей судьбе, как он быстро поднял меня на руки.

— Что Вы делаете!? — вскрикнула я, понимая, что меня опускают в сундук.

Попыталась выбраться, но капитан схватил меня за запястья, и вмиг мои руки оказались связаны воздушными путами.

— Вы м-м-м… — я не успела спросить, про его магию.

Рот заткнули воздушным кляпом. Миг и ноги тоже плотно связаны.

Выгнулась, пытаясь подняться, продолжая мычать.

Капитан положил свою большую ладонь мне на голову, придавливая обратно. Рука исчезла, но воздушный след остался, не давая мне подняться.

Сундук с грохотом закрылся, погружая меня в темноту. Путы тут же исчезли. Глубоко вдохнула и заколотила кулаками по крышке.

— Выпустите меня!

— Не ори! — донеслось глухое. — Береги воздух.