Не обмани меня

Пролог

Моей любимой сестрёнке, ставшей моим первым

читателем и конструктивным критиком,

и моему любимому мужу, вдохновившему меня

на этот эксперимент, с благодарностью

посвящается.

«Не обмани меня, моя любовь…

Согрей мне душу радостью и счастьем.

Надеждой стань, мечтой, звездой – судьбой!

Не уходи, прошу, навек останься…»

(автор стихов: Мисс Ви)

Под напряжённое, давящее молчание Андрея я собираю в сумку свои книги, одежду, косметику, едва удерживая их в подрагивающих, ставших вдруг непослушными ладонях, затем решительно направляюсь к выходу из квартиры. Открыв дверь, я поворачиваюсь к моему теперь уже бывшему мужчине, стоящему с невозмутимым видом со скрещенными на груди руками. Вот и всё. На душе разливается горечь, хочется устроить истерику, кричать, исступленно лупить его по плечам кулаками за всё, что он сделал со мной, стереть эту непробиваемую невозмутимость с его лица. Вместо этого я делаю глубокий вдох и медленно, стараясь справиться с эмоциями, выдыхаю.

– Помнишь, тогда, в парке? – бросаю ему на прощание чуть дрогнувшим голосом. – Помнишь, что ты сказал мне? Что никогда меня не обидишь. Хочешь, чтобы я чувствовала себя с тобой как за каменной стеной. Что ж, я почувствовала сполна. Дальше не твоя забота. Пока!

Выхожу из квартиры и, не дожидаясь лифта, начинаю спускаться по лестнице. Где-то глубоко во мне ещё тлеет робкий огонёк надежды, что сейчас он окликнет, остановит, не даст уйти. Наверное, поэтому, оказавшись на улице, стою в ожидании звука домофона открывающейся двери. Сердце отстукивает удары в такт тянущимся секундам, когда за спиной раздается тихая трель. На мгновение замираю, боясь поверить в невозможное, и всё же отчаянно надеюсь, когда медленно оборачиваюсь на шум шагов.

Из подъезда выходит молодая женщина за руку с дочкой. Девочка улыбается мне щербатым ртом. Я разочарованно вздыхаю и грустно улыбаюсь ей в ответ. Что ж, решение принято. Перехватываю сумку удобнее и двигаюсь прочь от этого дома – и из жизни мужчины, которому оказалась не нужна.

Глава 1. Встреча

«Мы выбираем не случайно друг друга...

Мы встречаем только тех,

кто уже существует в нашем подсознании».

Зигмунд Фрейд

«…and I don't know why I can't keep my eyes off you»

И я не знаю, почему я не могу отвести от тебя взгляд.

(«Lifehouse» – «You And Me»)

Первые дни октября радуют тёплой безветренной погодой. Воздух пьянит хрустальной свежестью. Яркие лучи солнца вплетаются в золотистые и огненно-рыжие поредевшие кроны деревьев, сквозь которые проглядывают белоснежные облака, лениво парящие на фоне лазурного неба.

Мы со Светкой, моей подругой и однокурсницей, спешим через городской парк в нашу любимую кофейню. Именно там готовят самый вкусный капучино, какой нам только доводилось пробовать за непродолжительное время нашей студенческой жизни.

Всё радует меня этим поздним осенним утром. Энергия молодости бьёт через край и требует выхода. Хочется совершить какую-нибудь маленькую глупость. Я хватаю подругу за руку и резко увлекаю в сторону берёзовой аллеи. Кружусь вокруг берёз, цепляюсь ладонями за их белые стволы, слушаю, как хрустит под ногами опавшая листва, и негромко декламирую:

«Тихо в чаще можжевеля по обрыву.

Осень — рыжая кобыла — чешет гриву.

Над речным покровом берегов

Слышен синий лязг ее подков»*.

Светка фыркает, демонстративно закатывает глаза и торопит:

– Ульяна, пошли давай, а то не успеем, нам ещё возвращаться на лингвистику.

В запасе у нас всего полтора часа. Занятия на факультете филологии и журналистики идут полным ходом, но сегодня из-за болезни преподавателя у второкурсников неожиданно образовалось «окно» между парами.

– Све-е-е-та! Ты только посмотри, почувствуй, как хорошо! Как поёт жизнь в тихом шёпоте листвы! Какое сегодня чистое лазурное небо! – самозабвенно запрокидываю голову, раскидываю руки в стороны и довольно жмурюсь под ласковыми лучами осеннего солнца.

– Так! Я хочу кофе! – практичная и, в отличие от меня, не склонная к поэтическим восторгам подруга разворачивается и направляется в сторону кафе. – Догоняй!

В кофейне утром буднего дня малолюдно, хотя оно пользуется популярностью благодаря «демократичным» ценам и при этом неплохому качеству. Мы выбираем столик у окна, и пока Света идет делать заказ, я в ожидании оглядываюсь по сторонам, наслаждаясь витающим в помещении манящим ароматом кофе и свежей выпечки.

Кроме нашего, заняты ещё два столика. За одним, расположенным под большим настенным панно с изображением живописной итальянской улочки – парень с девушкой, по виду наши ровесники. За другим, соседним с нашим, что-то сосредоточенно обсуждают трое мужчин: это место часто используется для деловых встреч.

Невольно задерживаюсь на одном из них, сидящем лицом ко мне, одетом в стильный светло-серый костюм. Возможно, причина моего интереса в исходящей от него и невольно располагающей к себе спокойной уверенности. А может, всё дело в его внешности, которая, словно по заказу, воплотила в себе все мои девичьи грёзы. Падающий сквозь занавешенное прозрачным тюлем окно солнечный свет дает возможность хорошо рассмотреть мужчину. Широкоплечий шатен с проницательными серыми глазами, несколько тяжёлым, пристальным, оценивающим взглядом из-под низко посаженных густых бровей. Волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб. На лице лёгкая аккуратная щетина, придающая ему брутальный вид. Очень хорош! Забывшись, рассматриваю его практически в открытую. Неожиданно мужчина ловит мой взгляд, и я, смутившись, быстро отвожу глаза в сторону.

– Андрей Александрович, – доносится грубый бас лысоватого, одетого в байковую рубашку собеседника, сидящего ко мне спиной, – то есть, вы считаете, перспективы есть?

Не удержавшись, незаметно возвращаю внимание незнакомцу. Интересно, сколько ему лет? С виду около тридцати. Пожалуй, для меня слишком взрослый.

Вообще-то, мне всегда нравились парни постарше. Ровесники казались слишком поверхностными, их наивные рассказы о себе и самолюбование неизбежно навевали скуку. К тому же, стоило мне заметить их интерес, я тут же осторожно пробовала ими помыкать, а они, желая понравиться, всегда мне это позволяли, после чего прочно и навсегда оседали во «френдзоне».

Но и с более взрослыми мужчинами у меня отношения тоже не складывались. Как сказал мне однажды парень моей соседки по комнате в приступе откровенности, обусловленной двумя распитыми нами на троих бутылками вина:

– Понимаешь, ты ведь девственница и недотрога. С тобой можно только всерьёз. И брать тебя нужно долгой осадой. А на это не каждый готов, когда вокруг много более доступных симпатичных девчонок.

Я, кстати, в тот вечер ушла спать к Светке, чтобы не мешать парочке провести бурную ночь в объятиях друг друга.

Его слова засели у меня в голове, но не сделали меня другой, и я продолжала в свои почти девятнадцать оставаться «девственницей и недотрогой», мечтая, что однажды встречу своего мужчину, такого, как сидящий за соседним столиком.

– Конечно, перспективы хорошие. Основания для расторжения договора серьёзные, будем работать. Я подготовлю исковое заявление и свяжусь с вами, – приятный низкий тембр голоса моего незнакомца теплом отзывается в груди.

1.1

Кофе обошелся нам по двойной цене, но это не портит настроение. Мы пересаживаемся за чистый столик и беспечно болтаем, подшучиваем над собой и обсуждаем планы на выходные.

Но я то и дело ловлю на себе изучающие взгляды моего сероглазого идеала, от которых щёки вспыхивают лёгким румянцем, а в груди расцветает робкая надежда на то, что наше знакомство всё-таки состоится. Особенно после того, как двое его собеседников прощаются и уходят, он же удобно откидывается на спинку стула и продолжает лениво пить кофе.

Между тем наше со Светкой свободное время быстро подходит к концу. Задорно тряхнув светло-русыми волосами, подруга заявляет, глядя на часы:

– Пора! Зайду в дамскую комнату и пойдём, а то опоздаем.

– Давай, – за внешней безмятежностью тщательно прячу разочарование.

Вот и что я опять себе придумала, наивная мечтательница! Такой, как он, если не женат, то наверняка в отношениях. Может, у него здесь назначена ещё одна деловая встреча, и он, чтобы скоротать время, от скуки наблюдает за посетителями. Почему я вообще решила, что взрослый состоявшийся мужчина может заинтересоваться случайным знакомством с обычной студенткой-второкурсницей? Понимаю, что это глупо, и всё равно чувствую себя уязвлённой.

Отмахнувшись от неприятных мыслей, в ожидании подруги развлекаю себя разгадыванием назначения странных предметов, расставленных на декоративной настенной полке.

И пропускаю момент, когда так понравившийся мне мужчина не спеша покидает своё место и подсаживается ко мне за столик, отодвигая в сторону пустую Светкину чашку из-под кофе.

– Не возражаешь? – спрашивает с лёгкой улыбкой, скорее для проформы, а не потому, что действительно ждёт от меня возражений.

Моё неискушённое девичье сердечко на мгновение сбивается с ритма и тут же восторженно пускается вскачь, а я зависаю на этой улыбке, поддавшись обаянию незнакомца. То, что он вот так сразу обращается ко мне на «ты», почему-то не возмущает. Однако, вопреки эмоциональному вихрю, который закручивается сейчас внутри меня, пытаюсь сохранить не слишком заинтересованный вид.

– Нет, – мне удается спокойно пожать плечами и улыбнуться в ответ, – нам всё равно уже нужно уходить.

– На занятия? – мой визави кивает на лежащий на соседнем стуле рюкзак, из которого выглядывают несколько тетрадей с конспектами.

– Да, через полчаса пара начинается.

Он смотрит на массивные часы на запястье своей левой руки.

– Где ты учишься?

– На филфаке. Отечественная филология, – склонив голову на бок, машинально накрываю рукой свою кофейную чашку и начинаю водить кончиками пальцев по ободку. Губы мужчины изгибаются в едва заметной ухмылке. Проницательные серые глаза с лёгким прищуром исследуют моё лицо, в то время как он продолжает свой допрос.

– В субботу тоже занятия?

– Ну уж нет, суббота свободна, хватает и пяти дней в неделю, – протестующе хмыкаю и качаю головой.

– Погуляешь со мной в субботу по набережной? – бархатный тембр мужского голоса в сочетании с обаятельной улыбкой удивительным образом расслабляет меня и искушает согласиться на всё, что бы ни предложил его обладатель. И всё-таки не удерживаюсь от лёгкой иронии:

– М-м-м... Романтическая прогулка с незнакомцем? Заманчиво!

– Андрей, – представляется мой собеседник и протягивает через стол руку для рукопожатия.

В памяти не к месту всплывает взятая еще в школьной библиотеке книга «Поговорим об этикете», в которой утверждалось, что мужчина женщине первым руку не протягивает. Но кто в наше время обращает внимание на этикет! К тому же незачем лукавить: мне очень хочется к нему прикоснуться.

– Ульяна, – мягко вкладываю свою ладонь в его. Тёплую, сильную, большую, в которой моя просто тонет.

– Ульяна... – повторяет моё имя, словно на вкус пробует, смакует. Осторожно сжимает мою ладонь и, глядя мне в глаза, начинает большим пальцем медленно поглаживать её тыльную сторону. По коже от этой едва заметной ласки разбегаются мурашки. Мозг громко сигналит, что происходящее неправильно, недопустимо, неприлично, и я немедленно должна это прекратить. Только вопреки всем сигналам я этого не делаю. Будто зачарованная, забываю дышать, проваливаюсь в эти серые омуты, медленно тону, теряюсь, уплываю...

Остановившееся время снова начинает свой ход, когда я улавливаю осторожное движение рядом. С трудом отрываю затуманенный взгляд от лица мужчины и перевожу на Светку, успевшую вернуться и взирающую на нас округлившимися от удивления глазами.

– Ульян, опаздываем, – тихо замечает она.

Моя попытка вернуть свою ладонь из руки Андрея приводит к обратному – он сжимает её чуть крепче, показывая, что не собирается меня отпускать. Но при этом молчит, предоставляет мне самой разрешить ситуацию с однокурсницей.

Наверное, было бы правильно представить их друг другу и продолжить наш разговор втроём. Но я не готова, совсем не готова сейчас делить внимание моего сероглазого идеала с кем бы то ни было.

– Свет, – прошу немного виновато, – я сейчас приду.

Мы дружим уже второй год, с тех пор, как вместе поступили на один факультет, и понимаем друг друга с полуслова. Светка, хотя и неодобрительно поджимает губы, но забирает свою сумку и направляется на выход.

Глава 2. Первое свидание

«Sweet surrender on the quayside...»

Сладкая капитуляция на пристани

(«Dire Straits» – «Down to the waterline»)

Утро субботы начинается с настойчивого, режущего слух звука, издаваемого моим мобильником. Нащупав его на прикроватной тумбочке, сонно тру лицо рукой и фокусируюсь на экране, где крупными буквами высвечивается имя звонящего: Андрей Стогов! Мой загадочный незнакомец, мысли о котором не дают мне покоя уже несколько дней. В груди разливается трепетная радость. Сон как рукой снимает. Сажусь, по-турецки поджав ноги, и принимаю входящий вызов.

– Алё, – бормочу в трубку слегка охрипшим голосом.

Мельком улавливаю, как на соседней кровати недовольно мычит Оксана, отворачивается к стене и накрывает голову подушкой.

– Привет! Разбудил? – раздается в трубке бодрый мужской баритон.

Часы над письменным столом показывают начало десятого. Хотя на занятия приходится вставать рано, на выходных мы с соседкой любим долго поспать. И вроде бы ничего в этом плохого нет, но мне становится немного неловко: не хочется, чтобы Андрей подумал, что я бездельница и соня.

– Привет! Не страшно, всё равно уже пора просыпаться.

– Звоню тебе напомнить о твоем обещании. Не забыла? – в голосе мужчины появляются вкрадчивые нотки, от которых по телу пробегает лёгкая дрожь возбуждения.

– Погулять с тобой по набережной? – выдаю с придыханием, не успев до конца взять себя в руки. – Не забыла.

– Сама добираться не передумала? Может, всё-таки заехать за тобой?

Получив отрицательный ответ, невозмутимо заявляет:

– Ну, в общем-то, я так и предполагал. Тогда жду тебя, как договаривались, у двадцать третьего причала. Без пятнадцати два.

– А почему такое время? – от удивления с меня слетают последние остатки сна. Я же помню, должны были встретиться ровно в два, а тут именно без пятнадцати.

– Если хочешь узнать – не опаздывай! – даже через трубку я ощущаю, что мужчина улыбается. – Жду!

Андрей отключается, а я падаю спиной на постель и мечтательно потягиваюсь, охваченная радостным предчувствием близкой встречи с ним. Эти ощущения так напоминают мне те, из моего детства, как будто я снова маленькая девочка, которой вот-вот позволят заглянуть под ёлку, где её ждет такой желанный новогодний подарок. Сквозь неплотно занавешенные шторы в комнату пробиваются яркие солнечные лучи: день обещает быть не по-осеннему ясным и теплым, словно созданным для романтических свиданий.

За два часа до назначенного времени кружу перед зеркалом в полный рост и придирчиво разглядываю результат своих трудов. Ещё ни на одно свидание я не собиралась с такой тщательностью. В отражении на меня немного неуверенно смотрит молодая девушка, одетая в белый вязаный укороченный кардиган с кружевными вставками на плечах и груди и короткую чёрную кожаную расклешённую юбку с аппликацией из металлических заклёпок. На ногах чёрные колготки и чёрные ботильоны на платформе на высоком толстом каблуке.

Мне нравится, как я выгляжу. Нравится немного томный взгляд карих глаз из-под чёрных ресниц, подчёркнутый прорисованным чёрной подводкой ресничным контуром. Нравится каре на моих каштановых волосах с падающей на лоб прямой челкой. И всё же хочется подтверждения своей привлекательности.

– Оксан, посмотри, как тебе? – интересуюсь у соседки, устроившейся на своей кровати с книгой на согнутых коленях.

– Сногсшибательно! – иронизирует она, оторвавшись от чтения, но в глазах читается одобрение. – Что там за красавчик, что ты такая взбудораженная уже несколько дней?

– Красавчик, да. Как будто со страниц романа сошёл, – признаю, мечтательно вздохнув. – Очень хочется ему понравиться. Правда, хорошо выгляжу?

Оксана крутит указательным пальцем, показывая мне повернуться вокруг себя. И когда я это делаю, с ухмылкой декламирует:

– «В ней всё, Господь не приведи!

И как вошла и как приветствовала

И наполнение в груди –

Всё идеалу соответствовало» *.

– Оксана, ну я же серьёзно! – шутливо возмущаюсь такой выходке соседки.

– И я серьёзно, – возражает она. – Выглядишь идеально. Иди и срази своего героя наповал!

–––––––––––––––––––

Пригов Д. «В ней всё, Господь не приведи».

2.1

Ровно без пятнадцати два я на набережной, двигаюсь быстрым шагом вдоль газонов по выложенному плиткой широкому тротуару к условленному месту встречи. Лёгкий бриз доносит с реки запах тины и водорослей. Сегодня здесь шумно и многолюдно: горожане спешат воспользоваться тёплыми осенними выходными и гуляют семьями. То и дело раздаются крики бегающей малышни, громкий хохот подростков, оккупировавших лавочки, звуки музыки из многочисленных кафе, пронзительные гудки сигналящих автомобилей: суббота – популярный день недели для бракосочетаний, а набережная – излюбленное место для фотосессий молодожёнов.

Моё внимание привлекает стоящий впереди высокий мужчина, небрежно облокотившийся на чугунную ограду и лениво наблюдающий за серо-зеленой рябью воды. Я безошибочно узнаю в нём Андрея, хотя одет он не в строгий костюм, а в джинсы и серый пуловер. Невольно замедляю шаг, в то время как Стогов, словно почувствовав моё приближение, поворачивается ко мне. Его лицо озаряет тёплая улыбка, от которой в груди кружат медленный фокстрот пресловутые бабочки, а я снова не могу отвести глаз от моего незнакомца. В повседневной одежде он так же хорош, как и в деловом амплуа, но сейчас выглядит не таким отстраненным и недоступным.

– Ух ты! – выдает вместо приветствия. В его серых омутах плещется откровенное восхищение. – Красавица!

Заставляет меня одновременно и смущаться, и млеть от удовольствия под его ласкающим взглядом.

Подхожу и становлюсь рядом, копируя позу мужчины.

– Привет, – мягко здороваюсь и спешу удовлетворить своё любопытство: – Почему без пятнадцати два?

Из-за порыва ветра волосы падают мне на лицо, чем незамедлительно пользуется Андрей: подхватывает прядку и заправляет мне за ухо.

– Потому что в два часа отходит прогулочный теплоход.

Андрей выбирает места на палубе подальше от установленных музыкальных колонок, чтобы музыка не мешала разговаривать. Мы сидим за столиком, но не напротив друг друга, а рядом, и потягиваем из трубочек лимонад. Рука Стогова небрежно покоится на спинке моего стула, и когда я откидываюсь назад, ощущаю её тепло.

Прогулка на теплоходе не предполагает экскурсию, но, похоже, мужчина сегодня решил быть моим личным экскурсоводом.

– Ты знаешь, что наш порт считается одним из старейших в России? – спрашивает, когда мы проплываем мимо портового причала, на котором густо установлены подъёмные краны-журавли.

– А вон там, видишь – остров. Можем как-нибудь съездить туда на рыбалку. Или за ежевикой. Главное, не заходить вглубь, – мой персональный гид берет многозначительную паузу.

– Почему?

– Потому что внутри аномальные зоны, – звучит наигранно-авторитетным тоном. – Там время течёт иначе и пространство ощущается по-другому. По ночам колдуны и ведьмы собираются туда на шабаши и проводят свои зловещие ритуалы.

Заинтригованная, я вглядываюсь вглубь густой растительности, словно, и правда, пытаюсь разглядеть всех этих ведьм и колдунов.

– Почему филология?

– Что? – оборачиваюсь и едва не задеваю головой подбородок мужчины. В проницательных глазах читаю живой интерес.

– Почему ты выбрала филологический?

– Ну... мне всегда нравились русский язык и литература. Очень люблю читать. В школе из библиотеки не вылезала. Но там, в основном, отечественные писатели. А здесь вдруг целый огромный мир!

– Будешь учительницей?

– Да. Учить мне тоже нравится. В школе я часто помогала отстающим.

Андрей наклоняется ко мне ближе, щекоча дыханием шею, и указывает рукой на правый берег:

– Смотри, видишь, вон там старые здания, похожие на развалины? Это склады, их построили ещё до революции. Была там?

– Нет.

– Когда я был студентом, мы там с однокурсниками часто бывали. Там много родников, их использовали как холодильники. Одна из достопримечательностей города.

Час пролетает незаметно. Андрей помогает мне спуститься с трапа и предлагает прогуляться по набережной.

Я всё ещё под впечатлением от устроенной им речной экскурсии. Для меня становится откровением, что я живу здесь уже второй год, и ни разу не каталась на теплоходе, не была на острове и вообще много где ещё не была, не знала городских легенд. Прокручиваю в голове наш разговор, любуясь фонтаном, вокруг которого шустрыми воробьишками снуют малыши. Неожиданно пришедшая в голову мысль заставляет меня остановиться и изумленно уставиться на Стогова.

– Что? – улыбается он, вопросительно припобняв брови.

– Ты ничего о себе не рассказал! – заявляю изобличающим тоном. – Ты столько всего узнал обо мне, а о себе не сказал ни слова! Как такое получилось?

И действительно, за этот час я успела рассказать ему о своей семье, о своих друзьях и своих планах, а он мне – о достопримечательностях города!

– Ты же не спрашивала, – нагло ухмыляется мужчина.

– Я слушала тебя! Да ты коварный тип! – шутливо бью его по плечу. – Теперь твоя очередь отвечать на мои вопросы!

Андрей хохочет, поднимает руки в примирительном жесте и клянётся сообщить о себе всё, что я хочу знать. А я хочу знать о нём многое.

2.2

Когда наше свидание подходит к концу, на улице уже темно, но набережная нарядно освещена мерцающим светом фонарей и неоновых вывесок, отбрасывающих яркие цветные блики на реку. Хотя здесь по-прежнему многолюдно, ночной покров создает атмосферу романтики. И я так проникаюсь ею, что пропускаю момент, когда мы с Андреем, держась за руки, покидаем парковую зону и оказываемся по другую сторону дороги. Серая Toyota Corolla, приветливо мигнув фарами, издает звук разблокировки. Машина Стогова, понимаю я, глядя на брелок в его руке.

– Поехали? – звучит приглашением.

В груди возникает тянущее чувство беспокойства. Я не знаю, чем должно заканчиваться первое свидание со взрослым мужчиной и куда он собирается меня отвезти. Можно ли доверять тому, с кем провела несколько, пусть и волшебных, часов?

Возможно, в глазах Стогова я сейчас выгляжу параноиком, или во всяком случае инфантильной малолеткой, и он больше не захочет со мной встречаться. Может быть, я сейчас полностью смазываю впечатление об этом дне, который мы подарили друг другу. Я почти уверена, что совершаю ошибку. Но не могу по-другому.

– Я доберусь сама, Андрей, вон там недалеко остановка, – заявляю твёрдо и добавляю со всей искренностью и благодарностью: – Спасибо тебе за этот день, это было самое чудесное свидание в моей жизни!

Он всё ещё держит мою руку в своей, смотрит так, словно раздумывает над чем-то.

– Встретишься со мной ещё раз? – наконец, задает вопрос.

– Да. Если пригласишь.

Он пристально вглядывается в меня. В полумраке ночи он выглядит прекрасным и таинственным рыцарем. Таким всё ещё далеким и незнакомым, и вместе с тем таким близким, стоит только захотеть и дотянуться. Зачем отказывать себе в таком невинном удовольствии? Я и тянусь, легко касаюсь поцелуем его щеки, вдыхаю опьяняющий древесно-цитрусовый аромат его туалетной воды. Губы покалывает от прикосновения к колючей щетине.

– Пока, – улыбнувшись на прощание, направляюсь на остановку.

Вернее, думаю, что направляюсь. Потому что Стогов меня так и не отпускает. Слегка дёргает на себя, и я впечатываюсь в его грудь. Тихо вскрикнув от неожиданности, отстраняюсь и поднимаю голову. Чтобы утонуть в жадном, полыхающем желанием взгляде. Горячие ладони Андрея обхватывают моё лицо с двух сторон.

–Ульяна... – хрипло бормочет мужчина.

Хватаюсь за него руками. Сердце колотится, как сумасшедшее. Понимаю, что не дышу, когда от нехватки воздуха начинает невыносимо печь в груди. Приоткрыв рот, делаю рваный вдох, и в это время мягкие губы Андрея осторожно касаются моих. Его тёплое пряное дыхание смешивается с моим, едва уловимым, пока кончик его языка скользит внутрь, исследует, пробует на вкус, посылает сотни нервных импульсов растекаться по телу приятной негой и сладостным томлением. Мой первый настоящий поцелуй! Все школьные неумелые поцелуи и даже те немногочисленные на свиданиях на первом курсе – всё меркнет сейчас перед этой чувственной стихией, уносящей меня в параллельную реальность...

– Ульяна, – тихо зовет Андрей. Обхватив меня за талию одной рукой, пальцами другой ласково касается виска, скользит вниз по щеке к подбородку. Открываю глаза и несколько раз медленно моргаю, приходя в себя. Его лицо совсем рядом, светится нежностью и нескрываемым довольством.

– Я сам отвезу тебя. Возражения не принимаются. Садись в машину.

Он открывает мне дверцу, дожидается, пока я размещусь на переднем сиденье, аккуратно захлопывает и занимает место водителя.

– Пристегнись. Куда тебя отвезти?

***

Автомобиль плавно движется по освещённым улицам вечернего города. Расслабленно откинувшись на спинку сиденья, я наблюдаю, как за стеклом не спеша сменяют друг друга многоэтажки, приветливо поблёскивая из окон электрическим светом. Салон наполняют негромкие звуки инструментальной музыки. Мой спутник, сосредоточившись на дороге, изредка поглядывает на меня с тёплой чуть насмешливой улыбкой, и я умиротворённо улыбаюсь ему в ответ.

– Почему родители не сняли тебе квартиру? Дорого? – вопрос Андрея прерывает уютное молчание, когда мы подъезжаем к студенческому городку.

– Не в этом дело. Они считают, что в общежитии безопаснее. Пропускная система, комендант, рядом такие же студенты.

Мне не нравится скептическое выражение лица Стогова, поэтому я добавляю дополнительным аргументом:

– У нас хорошая комната, мы с соседкой там сделали ремонт. Если хочешь, приглашу тебя как-нибудь на чай, сам увидишь.

– Я жил в общежитии, когда был студентом, – кривит губы в кислой усмешке. – Пьянки, драки, домогательства к девчонкам. Постоянно приходилось отбивать их от всяких отморозков.

– Сейчас всё не так, – возражаю, – у нас порядок и никаких пьянок и драк.

– Ну-ну.

Андрей паркуется возле моего корпуса, помогает мне выйти из машины и притягивает к себе. На этот раз целует легко и нежно.

– Увидимся в следующую субботу?

– Да, увидимся, – уверенно киваю.

На улице к ночи становится прохладно, отчего я зябко поёживаюсь, и это не укрывается от мужчины.

– Беги, пока совсем не замёрзла. Я позвоню.

Глава 3. Конфетно-букетная

«Você não vai querer Que eu chegue no final».

Тебе не захочется, Чтобы я заканчивал.

(Jorge Ben Jor – «Mas Que Nada» )

Следующие после прогулки по набережной дни я провожу за учёбой и в ожидании свиданий с Андреем. Из-за его занятости встречаемся мы один-два раза в неделю, в основном, по субботам. Чем больше я провожу с ним времени, тем больше очаровываюсь им. Светка утверждает, что со мной стало невозможно общаться, потому что я постоянно витаю в облаках, и что я «променяла лучшую подругу на мужика». Но когда они со Стоговым изредка пересекаются, ведёт себя с ним дружелюбно. Оксана часто в шутку выражает желание познакомиться с мужчиной, от которого, по её словам, у меня глаза сияют радостью.

– Цветёшь, Смирнова! – добавляют к традиционному приветствию однокурсники.

Я же думаю, что красота в глазах смотрящего. Когда я с Андреем, когда он смотрит на меня так по-особенному, я ощущаю себя самой красивой и желанной.

Места для свиданий Стогов выбирает сам, а я каждый раз с нетерпением гадаю, куда он меня повезёт: рок-кафе, джаз-клуб, зоопарк, боулинг, театр.

Мы с подругами были несколько раз в зоопарке ещё на первом курсе, так что я, конечно, знала, что в нём собрана богатейшая коллекция животных. Но даже не догадывалась о живописных природных уголках, спрятанных в зарослях деревьев и кустарников. В один из таких уголков меня и увлекает мой прекрасный мужчина после того, как мы обходим почти всю территорию.

И вот я сижу с ним рядом на берегу протекающей здесь небольшой реки, кормлю серых уток кусочками хлеба, жмурюсь от проникающих сквозь поредевшую листву лучей осеннего солнца и украдкой любуюсь мужественными чертами лица моего спутника. Он расслаблен и безмятежен. Опираясь одной рукой о согнутую в колене ногу, наблюдает за мной с ленивой улыбкой. Притягивает к себе, щекочет губами шею и целует так сладко и так долго, что губы начинают болеть от его поцелуев.

Новым для меня опытом становится игра в боулинг. Закрытый клуб, куда привозит меня Андрей, расположен за городом на одной из баз отдыха. С любопытством оглядываю просторное помещение, оформленное в сине-голубых тонах, вызывающих ассоциации со звёздным небом.

– Наша дорожка пятая, – сообщает Стогов, когда мы переобуваемся в выданную нам на ресепшене специальную обувь, и добавляет с явным предвкушением, – сегодня я буду твоим тренером.

Он помогает мне выбрать шар по весу и по расточке большого пальца и показывает, как правильно его держать и как бросать на дорожку.

– Шар на линии груди, руку расслабь, второй рукой поддерживай. Вот за эту фол-линию заступать нельзя. Шаг с правой, два, три – замах; четыре – левая нога впереди – бросок, – командует Стогов.

Его близость мешает сосредоточиться и сбивает дыхание. И судя по лукавому блеску серых глаз, мой личный тренер прекрасно осознаёт, какое действие на меня производит.

После первых бросков мои шары скатываются в желоб. У Андрея же что ни бросок, то страйк.

– Часто здесь бываешь?

– Бываю иногда. Помогает переключиться и сбросить напряжение. Подожди-ка.

Стогов уходит на ресепшен и возвращается с небольшим предметом черного цвета.

– Давай наденем тебе перчатку, чтобы кисть была на месте, тебе будет удобнее бросать, – он сам надевает мне специальный аксессуар.

Наконец, мне удается сбить почти все кегли.

– Получилось! Урра-а-а! – меня переполняют эмоции, я визжу и прыгаю от радости, нимало не стесняясь других посетителей, играющих на соседних дорожках. Обнимаю Андрея за шею и висну на нём.

– Ты умница! – он с готовностью подхватывает и озорно чмокает в нос. – Сделаю из тебя настоящего боулера.

В один из выходных дней, когда Оксана уходит к своему парню, я всё же приглашаю моего мужчину к себе на чай.

Пока ставлю электрочайник и режу собственноручно испечённый яблочный пирог, Андрей осматривает нашу комнату.

– У вас по-домашнему уютно, – признаёт в итоге.

–Да, родители постарались.

Мы живем с Оксаной вдвоём в комнате на троих. Стены обклеены как раз перед моим вселением светло-бежевыми обоями. Пол застелен новым паласом. На окнах белые тюлевые занавески и габардиновые шторы золотисто-жёлтого цвета. Родители договорились с администрацией общежития, что обставят комнату своей мебелью. Из казённого имущества остался только встроенный шкаф, который мы тоже освежили специальной самоклеящейся плёнкой.

Стогов задерживается глазами на плакатах «The Beatles» и «LedZeppelin» над Оксанкиной кроватью и замечает на моей лежащую там книгу.

– Что читаешь? – устраивается на стуле и небрежно пролистывает.

– Данте «Божественная комедия», – озвучиваю то, что он и сам уже успел увидеть на обложке.

– До чистилища уже дошла или ещё ад? – уточняет, оценив по закладке количество прочитанных страниц.

– Восьмой круг. А ты откуда знаешь?

Он задумывается, припоминая:

– Обманщики? После них только предатели – самый страшный из грехов.

Глава 4. День рождения Андрея

«Baby love will come through

it's just waiting for you»

Малышка, любовь придёт,

она просто ждёт тебя.

(«Travis» – «Love Will Come Through» )

Кафе, адрес которого дал мне Андрей, встречает нас весёлыми огнями гирлянд на широких окнах и громкой музыкой. Потянув на себя массивную дверь, попадаем с подругой внутрь просторного помещения, уютно освещённого мягким рассеянным светом, струящимся из подвесных светильников и настенных бра, и тут же у входа нерешительно останавливаемся. Праздник в самом разгаре, что неудивительно: попав в «пробку» из-за случившейся аварии, мы приехали позже назначенного времени почти на полтора часа.

Переминаясь с ноги на ногу, я пытаюсь разглядеть в толпе незнакомых людей моего мужчину, но не нахожу его ни среди кружащихся на танцполе под кавер популярной композиции «Мумий Тролля», ни среди сидящих за столиками, расположенными вдоль декорированной под тёмный кирпич стены.

«Караванами, пароходами Я к тебе прорвусь, mon amie»,* – проникновенно обещает, перебирая струны гитары, молодой парень – солист музыкальной группы, пока я малодушно раздумываю, не поехать ли нам обратно домой. Света бросает на меня красноречивые взгляды, выражающие безмолвную солидарность с моими планами. Наши колебания прерываются появлением девушки-администратора. Выяснив, что мы опоздавшие гости, она провожает нас к накрытому столику, где остаются свободными два места.

– Девчонки, вот так сюрприз! – обрадовано восклицает один из парней, пока мы усаживаемся в обитые светло-коричневой рогожкой кресла. Литвинов Влад, старшекурсник с юридического факультета и по совместительству наш сосед по общежитию, волей случая оказывается ещё и нашим соседом по столику. – Это Данил, мой однокурсник, знакомьтесь.

– Составите нам компанию, – заметно оживляется новый знакомый, поправляя упавшие на лоб высветленные пряди волос. – Вы на каком факультете учитесь?

Подруга охотно включается в разговор, в то время как я предпринимаю очередную попытку найти Андрея. Я ведь даже не смогла его предупредить, что мы опоздаем: поставила телефон на зарядку и забыла взять с собой.

Взгляд снова безрезультатно скользит по мужским фигурам, переходя от столика к столику, перемещается на площадку с танцующими, рассеянно блуждает от одного к другому и вдруг спотыкается об уже знакомую крепкую спину, и я делаю судорожный вдох. Мужчина, которого я считала своим, танцует с высокой эффектной брюнеткой с пышными длинными волосами, каскадом струящимися по её полуобнажённой спине. Мускулистые руки, чьи умелые ласки я уже успела оценить, теперь уверенно покоятся на стройной талии незнакомки. Она же открыто льнёт к нему, кокетливо улыбается, откидывает голову в полуобороте, соблазнительно открывая его взору изящную шею.

Словно зачарованная, я не могу отвести глаз от танцующей пары. Они хорошо смотрятся вместе. Оба высокие, стройные, красивые. Мне далеко до такой девушки, яркой, уверенной в себе.

– ... И прикиньте, девчонки, мой байк едва не заваливается набок, я аж взмок под шлемом! – врывается в мои мысли восторженный голос Влада.

– Ульяна, тебе вино или шампанское? – спрашивает Данил, в то время как подруга легонько толкает меня под локоть.

–Уля, ты чего? Вернись к нам! – зовёт она полушутливым тоном.

Проследив за моим взглядом, она всё понимает без слов.

– Ты в порядке? Хочешь, уйдём? – сочувственно шепчет мне на ухо.

– Всё нормально. Просто задумалась, – сбрасываю морок и неуклюже оправдываюсь. – Мне шампанского, только немного, полбокала, – обращаюсь к Данилу.

Пока он наполняет мой фужер игристым напитком, то и дело украдкой поглядываю на Андрея и его спутницу, которые как раз возвращаются за свой столик. Сердце сжимается от ревности, когда я понимаю, что их места рядом. Мужчина галантно отодвигает кресло для девушки, затем садится на своё место и наливает вина сначала ей, потом себе. Она же наклоняется ближе, что-то шепчет ему на ухо, вызывая у него снисходительную ухмылку. Наблюдать за этим выше моих сил. Мне кажется, от всего увиденного я сейчас взорвусь. Я не понимаю, зачем Андрей меня пригласил, не понимаю, зачем я здесь и безумно жалею, что согласилась прийти.

– Друзья! Минуточку внимания! Я на правах давнего друга нашего именинника хочу высказать ему, так сказать, свои поздравления! – один из гостей, по виду ровесник Андрея, оттесняет музыканта в сторону, завладевает его микрофоном и произносит тост.

– ... успешный адвокат... не одно выигранное дело... платежеспособных клиентов... лояльных судей... – обрывками выхватывает моё сознание.

Едва дослушав, хватаю свой бокал, который Данил, несмотря на мои пожелания, щедро наполнил до самых краев, и опустошаю частыми глотками, вливая в себя золотистую игристую жидкость. Пузырьки незамедлительно бьют в голову, и очень скоро я чувствую себя готовой на любые безрассудные авантюры.

– Нужно поздравить именинника, – принимаю решение, глядя на то, как брюнетка снова что-то увлеченно ему рассказывает. Встаю с места, вытаскиваю из пакета приготовленный подарок, ободряюще киваю встревоженной не свойственным мне поведением подруге и направляюсь на удивление твердой походкой прямиком к столику Андрея.

–––––––––––––––––––––––––