Лёгкий стук в дверь.
— Надюша, ты здесь? Не спишь?
Это мама. Я уткнулась в подушку, промокнув заплаканные глаза, но поворачиваться лицом к двери не стала.
— Нет, не сплю.
Дверь в мою комнату не скрипит, поэтому я не услышала, а скорее почувствовала, как она открылась и закрылась, впустив маму. Мягкий коврик поглотил и без того тихие, практически бесшумные шаги.
— Извини, если разбудила, — виновато проговорила мама, присаживаясь на краешек кровати. — Я не хотела. Наденька, милая, что-то случилось? Ты не приболела?
Я вздохнула.
— Нет, просто… устала.
— Отдохни, — мягко сказала мама. — Прекрасно понимаю тебя. В старших классах мне самой порой не хотелось ничего — усталость и апатия накатывали. Иногда нужно давать себе отдых и просто ничего не делать. Силы восстановятся — и снова в бой!
Я не ответила. Что тут можно сказать!.. «Мама, я легла для того, чтобы никогда больше не встать с постели и умереть от обезвоживания организма?» Звучит по-идиотски, знаю, но лучшего плана я пока не придумала.
— Вообще-то я поднялась сказать, что к тебе пришли, — продолжала мама. — Там и Наташа, и Лиля, и Дима, и другие ребята из твоего класса.
Я напряглась. Лиля и Дима?! Час от часу не легче!..
— Девочки сказали, что уже приходили к тебе после уроков, но никто не открыл. И что тебе никто не может дозвониться.
— Я никого не хочу видеть! — простонала в подушку.
— Наденька, милая!..
Я почувствовала ласковое мамино прикосновение к плечу. В детстве одно только мамино присутствие разгоняло страхи, сводило на нет проблемы и вселяло уверенность в себе. Теперь всё несколько по-другому. Мамина любовь и поддержка по-прежнему дорога и важна, но даже мама, увы, не склеит мне разбитое сердце, не восстановит мой прежний авторитет в классе и не перевоспитает друзей.
А ведь всё так хорошо начиналось…
* * *
Игорь Сотников перевёлся к нам в гимназию в начале второй четверти и сразу же благодаря своей неповторимой искромётной харизме стал лидером. Собственно, у него и конкурентов не было. В Мелкореченской гимназии количество учащихся всегда было небольшим, у нас в классе, к примеру, насчитывалось одиннадцать девочек и всего-то пять мальчиков — Витька-гитарист, Юрка-раздолбай, Семён, который играет в телефон все двадцать четыре часа в сутки, Костик-очкарик и Димка-шахматист. Игорь стал шестым… Нет, скорее — единственным парнем, заслуживающим внимания.
И он его получил, и с избытком. В Игоря невозможно было не влюбиться — он покорял и внешностью, и харизмой, и с чувством юмора у него было всё в полном порядке. Если даже Варька-«синий чулок» влюбилась в новенького, то что тогда говорить об остальных девчонках? Даже мальчишки безоговорочно признали его авторитет. А Юрка и Костик (то ли осознанно, но ли не очень) стали копировать манеру общения Игоря и вслед за ним надели узкие джинсы и отрастили чёлку.
Неудивительно, что при всех своих достоинствах Игорь стал встречаться с самой популярной девушкой в классе — Лилей Коноваловой. Правда, их идиллия продлилась недолго и уже перед зимними каникулами они расстались. Наверняка новенький быстро раскусил, что за кукольным личиком и белокурыми локонами Лили ничего интересного нет.
А когда зимние каникулы закончились, Игорь предложил мне сходить с ним в кино.
Ну и кто бы отказался? Я не отказалась. Будет и у меня светлый лучик в непроглядно серых школьных буднях.
На мой неискушенный взгляд, наше первое свидание было идеальным. В городе уже вовсю избавлялись от всех новогодних атрибутов, как будто кому-то они нещадно намозолили глаза. В городском парке с деревьев и кустов рабочие в оранжевых желетах снимали гирлянды. А на площади перед зданием администрации, несмотря на позднее время, разбирали ёлку. Мы с Игорем немного понаблюдали за рабочим, который, стоя на автовышке, снимал с верхушки ели звезду, и за другими, возившимися внизу со снежинками и шарами.
Потом мы отправились в кинотеатр есть попкорн и смотреть комедию. Игорь сидел совсем рядом со мной, наши локти и колени соприкасались, и, хоть между нами и было минимум два слоя одежды, мне казалось, я схожу с ума от этих прикосновений!.. Невероятное чувство! Говорят, человек не может находиться в двух местах одновременно. Ерунда! Несмотря на то, что я сидела в первом ряду кинотеатра «Луч», в то же самое время парила в облаках. Сюжет фильма я перестала понимать примерно на пятой минуте, но мне хватало заинтересованного лица Игоря и его смеха. И, конечно, его локтя и колена. Это занимало меня в разы больше, чем посредственная комедия. Но о том, что фильм посредственный, меня позже просветила Наташка, которая успела посмотреть его с Витькой раньше нас с Игорем.
Когда попкорн закончился, Игорь поймал мою руку и держал до окончания фильма, ровно до того момента, пока на экране не пошли титры. Ну и пусть рука моя одеревенела от неудобного положения, уже тот факт, что её держит самый красивый парень Мелкореченской гимназии, делало меня счастливой. Честно говоря, я и боялась, и ожидала того, что Игорь может меня поцеловать прямо в кинотеатре. Но он проявил себя настоящим джентльменом и поцеловал только у моего дома.
Сперва Игорь просто чмокнул меня в щёку и сказал: «Пока! Спасибо за вечер!» А после, видимо, передумав, вдруг прижал к себе и коснулся своими губами моих губ. Я задержала дыхание и закрыла глаза, успев отметить невероятную длину Игоревых ресниц, и обвила его шею руками. К сожалению, этот поцелуй не был первым в моей жизни — в прошлом году после третьего этапа олимпиады по физике от нечего делать мы с Димкой Наумовым целовались. Но после того одного-единственного поцелуя ничего не последовало, даже приглашения сходить вместе в кино. И вот что я скажу: одно дело целоваться с одноклассником, с которым ездишь на олимпиады по физике, и совершенно другое — с парнем, который нравится до смерти! Игорь затмил собой всё на свете, и я не то что Димку забыла, я позабыла, что нужно дышать!
— Расскажи мне, если хочешь, — мягко проговорила мама, — а главное, знай, что бы ни случилось, кто бы тебя ни обидел, весь мир от тебя не отвернётся. С тобой всегда будем мы, твоя семья, и самые близкие друзья. Мы поддержим, поможем, даже поплачем с тобой, если нужно. Мы с тобой. Просто знай об этом.
Я молчала. Молчала и слушала, тихонько дыша через рот. Слёзы текли из глаз, но мне не хотелось шевелиться, чтобы не акцентировать мамино внимание на моих слезах. Может быть, тогда она подумает, что не всё так плохо, и оставит меня одну. Хотя я не сильно рассчитывала на это.
— Я тебе никогда не рассказывала, как в твоём возрасте мне впервые разбили сердце? — Мама уселась поудобнее, включила стоявший на тумбочке ночник на самую слабую мощность и пустилась в воспоминания: — Это был мальчик из десятого класса. Мы дружили, а потом… Потом он стал дружить с моей лучшей подругой. Это было очень больно. Наивысшая оценка по шкале боли. Я не представляла, как это можно пережить. — Мама вздохнула. — Тем не менее, пережила. Говорят, время лечит и всё расставляет по местам. Не хочу повторять избитые фразы, но это действительно так. Время — лучший лекарь.
Мы с мамой раньше никогда не говорили на такие темы. Я считала, что взрослым, какими бы они прекрасными ни были и как бы сильно нас ни любили, не дано вернуться в прошлое и снова почувствовать себя подростком.
Мои родители — состоявшиеся люди, занимающиеся любимым делом и имеющие всё то, что должны иметь люди к сорока годам жизни — дом, дачу, машину, престижную работу, двоих детей — девочку и мальчика. Они были счастливы в браке, никогда не скандалили, как, например, родители некоторых моих знакомых, а если и ссорились, то очень редко, и быстро мирились. Казалось, мама и разбитое сердце — понятия абсолютно несовместимые. Да я, честно говоря, никогда не задумывалась об этом, потому и была несказанно удивлена.
— Впервые? А были ещё случаи? — вырвалось у меня прежде, чем я успела пожалеть о своих словах. Я села в постели, повернула к маме заплаканное лицо. — Прости, я не хотела…
— Всё нормально. — Она слегка улыбнулась и накрыла мою ладонь своею. — Была ещё одна неприятная история, когда я поступила в институт. Я поверила одному человеку, которому не стоило верить. Казалось, жизнь закончилась, но… Хотя, знаешь, старая жизнь действительно закончилась, потому что началась новая, когда я встретила твоего папу.
* * *
Редкая девушка не парит в небесах от счастья, чувствуя себя любимой. Я пребывала на седьмом небе от счастья ровно до сегодняшнего дня.
Но лучше обо всём по порядку.
В среду после уроков мы с Игорем вдвоём дежурили в классе и покинули стены гимназии в пятом часу.
— Надюх, а пойдём ко мне? Чайку попьём, музыку послушаем, — подмигнул Игорь.
— На завтра много уроков задали, — отозвалась я.
— Мы и уроки успеем сделать, не переживай! Тем более, нам никто не будет мешать — у меня родители допоздна на работе.
Игорь, улыбаясь, взял обе мои руки в свои. Снег падал крупными хлопьями и попадал за воротник пальто, правда, никакой романтики в этом уже не чувствовалось.
— Я боюсь, что не смогу сегодня к тебе прийти, — начала я и стала лихорадочно искать себе оправдание: — Я обещала маме Стаса из садика забрать.
На самом деле сегодня Стаса должна была забрать бабушка, но я не стала пускаться в подробности.
— Не можешь или не хочешь? — прищурился Игорь, сканируя меня взглядом, точно пытался уличить во лжи.
— Хочу, — честно призналась я, — только не сегодня, ладно?
Игорь пожал плечами и выпустил мои руки из своих. Похоже, я его разочаровала.
— А позавчера говорила, что я тебе нравлюсь, — выдавил он.
— Нравишься!
— Так в чём проблема?
— Я же сказала — не могу.
С минуту мы смотрели друг другу в глаза, и я уж было засомневалась, не пойти ли на попятную и передумать, как Игорь вдруг сказал, мол, он прекрасно всё понимает, уважает мои принципы и всё в таком духе.
— Я люблю тебя ещё больше, — на прощание сказал он и поцеловал.
Я ответила на его поцелуй, но уже без прежнего энтузиазма.
Дома, лёжа в постели, я долго думала о том, что сегодня произошло. Вроде ничего такого уж страшного — Игорь и извинился, и в любви признался, и был очень мил, — но неприятный осадок остался. И не только из-за того, что его приглашение застало меня врасплох — рано или поздно оно должно было прозвучать. Но я тоже хороша — не нашла ничего лучше, как соврать! Лучше бы сразу сказала про принципы, как Игорь. Он отличный парень и всё понял бы правильно.