Не предавай вампирские лица из снов

Пролог:

Недотрога внутри своего громадного бытия ищет лучший гроб, чтобы притвориться новым созданием бренного мира, а я нахожу это неимоверно смешным. Так мы смеёмся друг другу в лицо и не верим, что будущее наступит уже завтра, а вампирские лица, которые проявляются в твоём вечном сне - там же и уснут навсегда. Когда ты ходил по этой планете - там был густой туман, он обволакивал мою душу и накидывал мнительное покрывало на случайный хаос внутри моей периодической личности. В ней я вижу себя самого необычайно строгого и мнительного, стоящего в настоящем замке из камней крупной мантии логики жизни. Они, как серые листья последнего хаоса мира скатывают моё древнее чутьё вампира и желают проглотить всех врагов вокруг. Может мне это удаётся сделать при жизни, но после смерти я делаю этот убедительный жест - намного приятнее и слаженнее, как чувствительный мудрец вечного безумия, которому просто хорошо на Земле. Как на другой своей свободе внутри планетарного безумия и безликого прохождения сквозь могильно отягчающее снисхождение пути назад. Внутрь, в свой сон или как бы через него, а может уже и через кошмар субъективного предубеждения смерти. Я видел её терпкие пальцы на своей груди, но не опешил и написал много выдуманных стихотворений и миров объективного ужаса. Когда ты не можешь говорить иное, но думаешь по ту сторону мнительности жизни, где гроб за тебя проживает важный космологический смысл существования и лжёт, как робкая барыня из привередливой сущности стать опять нормальным человеком.

В фильмографии ужасов все лица проходят субъективное блуждание вокруг своих интересов и видимой логики стать редкой птицей заодно с потусторонним лекалом мысли извне. Ты ждёшь этот вечный сон блуждания разума, но он складывает тонкий лист на правильной основе меркантильности, чтобы работа забавляла тебя всё больше и больше, а потом просто положила в гроб, как ненужную игрушку и путеводитель для профессионалов своего дела. Так и я стал профессионалом в гонении на судьбу внутреннего демона. Он страшно пожирает мои кости и не даёт мне проснуться от видимого стона элегантности красоты, вокруг которой лица складывают ровный готический слой вероятности стать опять человеком. Я почти что им стал, но увидел, как друзья разминаются на прежней жизни и не хотят больше меняться к лучшему. Они раздумали быть объективными и видеть свои сны такими, как они есть, то есть не приукрашенными, а злыми со всеми подробностями. Эдакий детективный яд на параллельной основе мира субъективной логики, чтобы говорить «своё завтра» внутри мозга, а потом восполнять психическую энергию в личный космос бытия жизни. Может у землян это проходит долго и неимоверно занудно, но так им хочется быть полезнее для самих себя. Чтобы иметь некую коробочку счастья на правильной мере смыслового символизма и ставить её на полку внимания, за что потом быть благодарным и очень убедительным в своей нелёгкой проживаемой жизни.

Над последним космическим перевалом личности я стоял очень долго и смотрел опять на океан. Он был Тихим, и что-то показалось мне очень ярким, как звезда полуденного Солнца вверенной надежды на случайность. Как тигр, которому можешь рассказать свои сокровенные тайны и он укроет тебя от невзгод своей хищной химерой личного превозмогания ужаса. Я видел эти лица во сне, они приходили как актёры, актрисы, где мнительность - уже не горькая правда быть человеком, но снимать свой долгожданный фильм напротив бытия свободной судьбы. Я освободил себя самого до самой сущности и упал в гроб, а теперь ко мне приходят те же личности и образы, которым я открываю во сне без промедления или жажды что-то узнать в своём сердце. В том состоянии мнительности ужаса, когда бы ты сам не видел монументальности пришествия на Землю в виде вампира или не знал, что уляжешься обратно в другой гроб. Он застыл или стал намного увереннее, он точит свою сакраментальную логику и застревает в готическом преобразовании сюрреализма, пока я иду завтракать на кухню. Где много сижу и смотрю телевизор, что также вверенно манит меня в личный гроб ментального чувства быть в себе вампиром.

Постоянно побуждать к этому других людей или улаживать конфликты нестандартным способом, где ты являешься победителем над несовершенством этого мира предрассудков, но и не тешишь свою космическую сущность. Она опять опережает тебя самого, когда ты отдыхаешь или проводишь время в прочтении новостей. Ведь объективный ужас манит тебя постоянно навстречу символу быть живым человеком, иметь много друзей или пытаться оказаться на свободе от предрассудков. И ты скидываешь свой чёрный хомут наследственной болезни, чтобы образованное поле личности стало бы пребыванием другого качественного ужаса, как будто бы вампира. В нём много лиц, огромное количество ступеней хаоса и ужасных перспектив, которые ведут на надгробье и полагают свою суеверную толику стать намного богаче, чем есть на сегодняшний день. Ты выиграл и этот мнительный приз, но стал настоящим вампиром своего полнолунного блуждания в обществе людей. Они читают постоянно стихи и готической сущностью влекут тебя обратно в космос, в тот самый, где ты был маленьким, угрюмым и неспокойным чадом времени. Сопоставляя свою мнительность с дружелюбием обратного слоя бытия своей готической сущности человека. Так ты и презрел эту грань обращения в смерть или наградил себя самого лучшей пользой в жизни, чтобы сочетать аналогичную угрюмость уже в зрелом возрасте. Где и сам ты сегодня находишься, но не видишь выхода из создавшегося космоса, а точишь инфернальное поле влияния, полагая, что оно сделает тебя намного счастливее, чем есть на сегодняшний день.

Ты не предаёшь свои вампирские лица и не говоришь, что хотел бы знать их лучше, чем они смогли бы притвориться тебе наяву, когда ты проснёшься и станешь сильнее, как человек. Как будто бы ты видел всю эту канитель и вышил себе уже другие узоры из фильмографии на правильной основе. Ей ты можешь доверять в отношениях и сглаживать острые углы современной этики, а потом укладываться в свой тёплый гроб и мечтать, что завтра тебя уже никогда не обидит. Эдакая игра воображаемой толики быть ханжой и мнением внутри посредственности, чтобы выливать свои вампирские глаза наружу, на того кто не знает тебя по-настоящему. Ты выдумываешь опять глаза реальности по-новому и круг замыкается на готических прообразах бытия. Их не трогает, что ты живёшь один или в семье, но видишь постоянно лица из снов, чтобы говорить им постепенную правду о своей вымышленной реальности. А потом, притворившись - иметь способность заглянуть внутри космоса уже и за истинное логово мнения своего внутреннего я. Этот космический карлик не кажется тебе обременительным, но смерть поджидает внутри чёрной пустоты пустыни, извлекая тени из прошлого так же хорошо, как ты делал это будучи ребёнком.

Быстрая смерть

Быстрая смерть

Быстро, как волей блуждания - явь

Держит твой острый - клинок,

Смело, что хочется жизни - отдать

Свой равноценный - урок,

В нас прививая свой пепел - чудес

Тем же упорством, когда обожгли

Времени козни - обратные розни,

Где из-за казуса смерти - нашли..

Быстро и хочется к новой - слезе

Точной окраской прильнуть - на уме,

Хладно, как бодрое в людях - за ум

Снова заходит, чтоб думать - ему

В слове причины, когда бы - иметь

Смог бы ты ровный манер - на глазах,

Чтобы искусству на этом - звенеть

В привязи маски и только - на страх..

Нас отдаляет та быстрая - смерть

В муках искусства за долгой - игрой,

Нам помогает забыть - этот вой

Пошлости жизни внутри - от безумия..

Только не льётся за разум - под смерть

Тонкое зарево в прошлой - разлуке,

Чтобы искусству на этом - иметь

Древние корни и жить - между скуки..

Жалко, но долгие ливни - не просят

Стать тебе быстрой моралью - на век,

Только внутри слой прохлады - уносят,

Где расстаётся со всем - человек,

Пав на Земле, как прощальное - чудо,

Вровень идейности в такт - дуракам,

Чтобы ожить в той земле, как искусство

В мире реальности, будто бы - чувство

Стало тебе той эмблемой - по дням..

Нам помогать умирать - от безделья,

Выше и выше стремясь - за судьбой

В сложности мудрого вызнать - раздельный

Мир, от которого стал бы ты - тут

Старой приметой и видом - напротив,

Чтобы смотреть на тебя - свысока

В точной загадке, как движет - поэтом

Тот незапамятный ветер - строка..

Чтобы прильнуть в этом сумраке - новом,

Словно живым из под каверзы - лет

И для того обновиться - искомым

В тысячах вольностей жизни - на свет..

Но из-за тонкой руки - не безумен

Высший наряд победителя - судеб,

Просто он быструю смерть - доиграл

В слове руке, от которой и умер..

Попробовав в теле одну суету

Несётся впотьмах одичавшее - нам

И зарево смерти не любит, ища

Свой сложный романс обнищания - чар

За дрожью любви в предрассудках - ещё.

Но каждая падает в лицах - слеза

И лишней приметой о том - не вопрос

Нам множит серьёзности вечера - шанс,

А только могилу из древности - днём.

В том ты проводил свой упругий - роман

И тешил по ёмкости лет - идеал,

Что чёрный рассвет утопизма - в глазах

За небылью каждого, чистого - сердца.

Оно так укромно лежит - и уму

В тебе необъявленной робой - не бьётся,

Оно показалось нам лишним - к тому,

Кто ждал повседневности жажды - уму.

А ночью сегодня не светит - маяк

И в привязи чёрные тени - не мнут

Свой долгий, затихший природы - хомут,

Что долгое время держал ты - боязнью.

Над резвостью слёз и пропащей - войны,

Над суетным словом ранения - в гром,

Где тешит вдали идеальности - смысл

И долго роняет свой времени - идол.

Он пал, показавшись внутри - у тебя

И сердце там выпало в кровь, указав

За близким преддверием дней, обратив

Свой жуткий потёмок у ложа - веков.

Но ты лишь вампирской идиллии - кровь

И маленький монстр на подоле - меча,

Что ранит убогого ночью - ища

Свой суетный гнев и просторный - мотив.

За ним ты не будешь уверен, что сам

Ты любишь потерянной роли - гранит

И ищешь, вонзив по судьбе - пополам

Свой падший, противный осколок - любви.

Попробовав в теле - несёшься в вопрос,

Где сам ты не узнан себе - на лице,

А волосы дыбом встают - по рукам

У зеркала формой столетий, увы.

Где смел ты искать уплотнение - ран,

А ножны вонзились в твоё - серебро

За тонкой моделью отличной - игры,

Землемеры растраченной подлости

Землемеры растраченной подлости

Снова своды досужему радуют

Полноводные ливни - над ужасом,

Сложно думая в этом проклятии,

Что никто от отмщения - пятами

Не уходит - внутри провидения

По Земле - истощённой прогнозами,

Но ликует от страха - реальными

Мономерами подлинной схожести..

Где-то вьют эту маску прощания

Идентичные прозам - за ужасом

Землемеры - о том на отчаянии,

Что никто в обещании к умыслам

Им не нужен в практичности - первого

Управления слаженной гордостью,

Где-то в душу о том - перерывами

Понимающе внутренне схожими..

Нет творения в первой окалине

Между формой Земли - отправления,

Чтобы стыть идеальному - времени

По развалам секундой дробления

И стоять землемерам - пропажею

Между пафосом личного ужаса,

Где-то думая в тысячах - подлинных

Доискавшихся письмах о мужестве..

Землемеры внутри от раскаяния

Всё стоят между сотнями - доводов

Им вести мы не можем - обычные

Расстояния к честности схожие,

Но за подлостью выше - наверное

Только ужас от этого - кажется,

Что и роет от смысла - досужего

Этот мир - за окалиной каждого..

Где-то в пеплах изысканно - ужасом,

Где-то ливнями мысли - прощания,

Осуждая свой тлен преимущества

От надмения жить - обещанием

И тащить тот природы - намеченный

Откровения в страхе - подраненный

Унижения повод быть - верностью

Между сводом Земли за заглавием

И стоять, чтобы утренний памятник

Всё тебе по Земле - научился бы

Удивлять искусителей тождества

За гранитной природой носителей

Этих мифов о вымыслы - личные,

Где-то там под землёй обещания,

Где прожили мы тысячи - выемок

От надежды обратному чаянию..

Если в душу от старости - помнили

Этот мир над итогом - носителей,

То в себе - землемеры от личности

И итогом от чувства - строители..

Всё снедаем за важную - каторгу

Между словом в Земле - от прощания,

Что итогом на гордости - вылиты

Мы одной укрощения - памятью,

Где-то в мыслях итога - заранее,

Всё отмерив искусством наверное,

Где-то в жизни задумав - досадные

Утопичности воли - нам мужеству

В поколении мифов - обратному

Исцелению в подлости складывать

Ту искусственной разницы - глупости

Разобщённость - внутри от опасности..

Где итогом не вышли - заранее

И молчим по короткому стеблю,

Где и сами мы стали - там ранены

От манер истощителей времени,

И на том лишь откусывать - боремся

Укротителей славного пламени

Между верностью - выше истраченной

Подоплёки - над обществом раненным..

Там стоим и о чём-то мечтаем - мы

По дороге искусственной разницы,

Что утратила форму на подлости

Между сном и пространством - доказывать,

Что не все историчностью - сожжены

Обольщённые формы в развалине

Этой мудрости - будто бы ранены

Мы поодаль пути, словно падали

На одном расстоянии в смерти - лишь,

Где-то оземь ища - эту в старости

Слов границу искусственной - разницы,

За которой мы стали бы - птицами..

Истощение времени не говорит

Не ведёт - упоённый исток

Этот образ критичности - лет,

Не придиркой уловит поэт

Откровение в маске за тенью,

Что свобода не так нам - важна,

Что источник от света - приник

К удивлению нового - после обид,

Где у времени - слажена поза..

Что же было за этим - сполна,

Что поэтом не видит - в покое

Удивления полная силы - Луна

И внутри нам заводит - у гения?