(не) Равные

Глава 1. Он и она. Начало

Когда-то давно он ненавидел людей. Настолько люто, насколько было способно горячее сердце молодого оборотня. Это едва не погубило человеческую расу и его самого. Едва не поглотило.

Нельзя жить одной лишь жаждой мщения. А он жил. Долгие годы. Десятилетия. Или больше?

ДжейданАргайл облокотился о рабочий стол из красного дерева, и устало потёр переносицу.

Он устал жить, если честно.

Ещё лет двести назад устал, а полгода назад ему стукнуло пятьсот.

Нет, двуликие не бессмертны. Крайне живучи – да. Особенно древний правящий род Аргайлов, испокон веков являвшийся правящей диаспорой оборотней. Львы. Цари. Правители. Сильнейшие.

Так было когда-то.

Четыреста восемьдесят восемь лет назад, если точнее.

Люди уничтожили Семью нынешнего правителя планеты. Всю.

С помощью бомбы, лицемерия, лжи, предательства и обмана.

Джейдан спасся по чистой случайности. Тогда его род был невероятно силён, правил лишь двуликими и пытался ужиться с людьми.

Сейчас последний Аргайл правит миром, поработил человечество, превратив его в расу рабов, а сам настолько слаб, что каждый следующий вызов может отобрать у него трон, а он сам навсегда потеряться во второй ипостаси.

И слаб не только он.

Двуликие слабеют. Все.

Звери всё чаще вырываются из-под контроля, и каждый раз никто не знает, удастся ли вернуться. Одичавших, навсегда потерявших контроль над Зверем, становится всё больше. Двуликие вымирают. Медленно, но верно. Всё сложнее найти Пару, способную не позволить Зверю одержать верх. Удержать в узде вторую ипостась способно и потомство, но где его взять?

Джейдан ещё лет сто назад отдал учёным приказ решить проблему бесплодия, найти выход, или хотя бы причины происходящего.

Причины никто так и не нашёл, а вот какое-никакое решение - да.

Хотя здесь, скорее, вновь вмешалась Матушка-Природа, а учёные доработали, усовершенствовали и научились генетически выращивать особей человеческого рода, способных зачинать от двуликих.

Джей долго смеялся, когда ему рассказали о первых случаях. Ему показалось весьма забавным, что те, кто грезил уничтожить его вид, и которых едва не извёл он сам, теперь являлись единственной надеждой двуликих на выживание. Пусть не все, но всё же…

Сосуды разводили в специальных питомниках. К сожалению, процесс был крайне сложным, выживали единицы, и зачинала всё равно не каждая, но это лучше, чем ничего, разве нет?

Джей провёл рукой по идеально выбритой лысине.

Во второй ипостаси у него была богатейшая грива, а в человеческом облике он предпочитал именно лысину, допуская растительность лишь на подбородке в виде щетины, иногда отраставшей до аккуратной бороды, по которой он тоже непроизвольно задумчиво скользнул рукой.

Сегодня должны доставить его личный сосуд. Больше тянуть нельзя. Лев стал слишком агрессивным. И сильным.

Думал ли он о том, чтобы сдаться Зверю?

Да, думал. Возможно, даже хотел этого, но… у него есть обязательства, на которые он не может закрыть глаза.

Древняя кровь правителей не позволяет ему допустить бойню в борьбе за трон. По её завершению победителям будет просто некем править.

*****

Ктара смутно помнила времена, когда у неё ещё была мать. И дом.

Это странно, но в памяти сохранилась лишь нижняя часть лица самого важного и дорогого ей человека. И улыбка. А ещё тепло Её рук. Забота и любовь, которые они дарили...

Ей было девять лет, когда всего этого не стало. Когда она вдруг оказалась на улице, как и тысячи сирот…

Мама рассказывала ей, что когда-то миром правили люди. И имела место эпоха, когда о слабых, обездоленных и стариках заботились.

Что когда-то существовали детские дома для сирот, тюрьмы для преступников, больницы для сумасшедших, финансовое, медицинское и социальное обеспечение всех нуждающихся.

Ктара очень сомневалась в том, что всё это на самом деле было. Иногда она даже сомневалась в том, что эти сказки не плод её воображения. В любом случае те времена канули в бездну давно минувших лет.

С приходом к власти оборотней на землю вернулось рабство. Для людей. Не все, конечно, стали рабами, но приматы (как прозвали человечество двуликие) часто ими становились, оказавшись в сложных жизненных ситуациях. Многие сами продавали себя.

Ктара бы тоже продала, если бы знала, что это возможно, и как это делается, а так...

Мир словно поделился надвое.

Оборотни правили миром – люди им прислуживали. Практически за символическую плату. В большинстве своём.

Оборотни жили в шикарных районах, а люди на огороженных территориях, откуда могли проходить в мир зверей,лишь если работали на них.

Мама работала в городе двуликих.

Это всё, что Ктара знала. Или помнила.

Однажды она просто не вернулась.

Глава 2. Знакомство

- Не может быть, - благоговейно выдохнула Иштар, закрыв рот изящной тонкой ладошкой, когда доставлявший их бронированный чёрный джип остановился перед огромными коваными воротами с гербом повелителя мира, Меги, Сильнейшего существа на планете.

Бесценный сосуд, способный подарить потомство двуликому и явно не обычному, а самому правителю, взволнованно перевозбуждено задышала, когда ворота медленно отворились и автомобиль продолжил путь по идеальной гладкой дороге, которая принадлежала лишь Ему.

«Хотя всё на планете уже давно принадлежало лишь ему», - поправила себя Ктара, заметив охранниц у огромного особняка. Их водителем тоже была женщина.

Стоило ли тому удивляться, если прайд всегда состоял изо льва  и его гарема?, - продолжила размышлять она.

Как львицы воспримут сосуд? Смирятся ли с тем, чтобы делить своего царя с пусть и генетически улучшенной, но всё же обезьяной? Как долго проживёт Иштар в шикарных королевских чертогах?

Ктара непроизвольно взглянула на госпожу, которую явно ничто подобное не волновало. Она, наоборот, была в полнейшем восторге и едва не теряла сознания от эйфории, которая её охватила.

- Чего застыли? – враждебно окликнула их львица, которая привезла, когда джип обогнул величественный фонтан и остановился у входа с огромными колонами и удивительной лепниной. – Вылезайте!

Рабыни поспешили подчиниться.

Входя во дворец, который очень походил на обитель французского короля-Солнце, и следуя за двумя львицами по широким светлым коридорам, Ктара не могла не думать о том, что будет с ней, если самки решат избавиться от сосуда. Инстинкт самосохранения и мысли о выживании уже давно въелись отработанной под кожу и были первым, чем она руководствовалась в любой ситуации. Иначе бы она просто не дожила до столь «преклонного» возраста.

- Мой царь, - произнесла провожатая, входя в одно из огромных светлых помещений, от которого у Ктары перехватило дух.

Библиотека. С огромными витражными окнами, высоченными потолками под расписным куполом, позолотой и стенами, полностью заставленными книгами, бесконечные коридоры с книгами... Ктара ещё никогда в жизни не видела такое огромное количество книг. Она обожала читать, к сожалению, никогда не имея свободного доступа к книгам. У её прежних владельцев, за исключением Иллариона, особо и не было книг. Всё уже давным-давно было компьютезировано. Очень редко ей удавалось найти что-то в подвалах, складских помещениях. Она читала глубокой ночью, при скудном освещении. Книги были для неё не только источником невероятных историй и знаний. Ктара воспринимала их как нечто невероятное, едва ли не волшебное, древнее, таинственное, приоткрывающее завесу сокрытых в себе тайн лишь избранным. Да, она понимала, что звучало это глупо, но…

- Приехали? – вернул отработанную «с небес на землю» усталый мужской баритон, от которого у Ктары по коже побежали мурашки, а волоски на коже встали дыбом. Реакция собственного тела потрясла её настолько, что она впервые в жизни подняла взор без позволения.

Рабыня не имеет право смотреть в глаза господина. Она всегда обязана опускать взгляд, смиренно склонив голову. Никогда Ктара не забывалась. Её поведение всегда было безупречным, вышколенным десятилетиями, обусловленное выживанием и выдрессированное многочисленными наказаниями…

Но сегодня…

Отработанная не могла оторвать взгляд от усталых янтарных глаз царя двуликих, правителя мира, единственно выжившего из древнего рода, поработителя человечества.

Он закрыл книгу, покоившуюся на его коленях, и встал с обитого красным бархатом кресла.

У Ктары перехватило дух.

Мега был огромен. Рабыня никогда не видела таких огромных широкоплечих мужчин. Медведь, бык, буйвол – приходило на ум, глядя на него. Не лев. 

«Только не лев», - думала Ктара, разглядывая идеально выбритую лысину, которая наравне с невероятными размерами Сильнейшего и сурово сдвинутыми бровями делали его ещё более устрашающим. Её взгляд застыл на напряжённом лбу. Почему-то она была абсолютно уверенная в том, что он крайне редко имел возможность расслабиться. Отработанная  скользнула взглядом по аккуратной бороде, застыв на полных волевых жёстких губах, зависнув на какое-то время внимательно их разглядывая и ловя себя на мысли...

Ктара отвернулась.

Да что с ней происходит, чёрт подери?!

Сначала дерзость посмотреть на господина, а теперь…

Её никогда не волновали мужчины, их губы, брови, размеры, вообще что-либо.

Ни мужчины, ни женщины.

Ктара была уверена, что фригидна. И с этими мыслями она вновь тайком посмотрела на повелителя мира.

Он нахмурился, затем в янтарном взгляде мелькнуло удивление. Ноздри царя двуликих раздулись чуть шире обычного, явно вдыхая глубже.

- Хм, - направился он к Иштар, не спуская с неё внимательного заинтересованного и одновременно недоверчивого взгляда. Коснулся её подбородка огромными пальцами и заставил посмотреть себе в глаза.

- Вы довольны, мой царь? – спросила львица. – Этот экземпляр лучший по всем питомникам. В жилах сосуда течёт кровь древних великих правителей, исходный материал раздобыли не без труда, а вывести удалось далеко не с первого раза. Я лично следила за выведением. Она была создана специально для вас.

Глава 3. Что-то не так

Джейдан пытался сосредоточится на работе, но ноздри до сих пор щекотал удивительный аромат сосуда, не давая успокоится либидо. Перед глазами вновь и вновь навязчиво маячил удивительно чувственный ротик с пухлыми губками.

Мега махнул рукой, скрывая цифры отчёта на виртуальном экране, и покинул кабинет.

Ему не нужна была помощь, чтобы найти её. Его вёл тонкий шлейф запаха.

*

Улыбка не сходила с совершенных губ Иштар.

Она предвкушала.

Она чувствовала себя победительницей, особенной, счастливой, рисуя в наивной головке сказочные сценарии того, как станет матерью, женой и королевой.

Будущаясоправительница мира поднялась и вышла из ванной. Ктара, уже давно стоявшая наготове, раскрыла огромное полотенце, чтобы обтереть им юное безупречное тело.

Дверь комнаты неожиданно распахнулась, заставив обеих девушек потрясённо замереть. На пороге стоял царь двуликих. Он окинул ленивым взглядом застывшее обнажённое тело с безупречной смуглой кожей. Уголок его рта дрогнул в довольной надменной улыбке.

Он решительно перешагнул порог и пошёл к Иштар, на ходу расстегивая ремень.

- На колени, - коротко приказал он.

Носительница идеальных генов поспешно подчинилась. Царь двуликих спустил джинсы, выпустив на волю огромный орган и схватил сосуд за волосы.

Ктара в ужасе распахнула глаза, с жалостью глядя на госпожу, но та лишь сияла от счастья и предвкушающего ожидания, с готовностью вобрав в рот то, что ей предложили, самоотверженно принявшись за дело.

Аргайл усмехнулся.

- Ты ж вроде должна быть девственницей, нет?

- Да, мой господин, - ответила она, - но меня обучали доставлять вам наслаждение. На предметах, конечно, - добавила Иштар на всякий случай.

- Ну-ну, - протянул Мега и насадил юную мечтательную головку глубже на свой член. Затем ещё и ещё. Снова и снова. Резче, грубее, быстрее.

Ктара закрыла рот ладошкой. От подкатившей тошноты, от воспоминаний, которые у неё вызывало развернувшееся перед глазами зрелище. От жалости  и сочувствия к госпоже, которая задыхалась и обливалась слезами, но держала рот открытым и даже не пыталась сопротивляться.

Ктараопустила веки. Она не могла на это смотреть и боялась даже  дышать, пока Сильнейший не кончил глубоко в глотку госпоже.

Отработанную передёрнуло от отвращения. Слишком знакомы ей были подобные ощущения и вкус солёной вязкой мерзости.

Она закрыла глаза, а когда открыла - царя двуликих уже не было.

Только Иштар, сидящая на полу, словно сломанная кукла.

Рабыня бросилась к госпоже, поспешив прикрыть её полотенцем, горячо сочувствуя.

- Мне так жаль, - вырвалось у неё.

- С ума сошла, сумасшедшая? – зло выплюнула носительница великих генов, грубо оттолкнув от себя отработанную. – Не смей меня жалеть! – брезгливо скривилась она. – Я– избранная стать матерью будущих правителей, меня желает сильнейшее существо на планете, а ты… отойди от меня! Ступай на кухню – будешь прислуживать там, когда мне не нужна. Не желаю видеть твою мерзкую унылую рожу до конца дня.

Немного опешившаяКтара быстро пришла в себя и покорно опустила взгляд.

- Да, госпожа, - произнесла она, поднялась и отправилась, куда отправили.

*

На кухне творился настоящий бедлам. Десятки поваров и помощников сновали туда-сюда, сбивая друг друга с ног, словно ужин с минуту на минуту.

- Ты кто? – услышала она суровый женский оклик, на который повернулась.

- Отработанная сосуда. Ктара, - ответила она дородной женщине. – Госпожа отправила меня к вам в помощь.

- Отлично! – тут же подобрела женщина. – Я Наэш – шеф-повар. Иди, помоги чистить овощи, - махнула она рукой в дальний угол. - После ужина поможешь с уборкой. Всегда будешь помогать?

- Не знаю. Наверное.

- Отлично. Не стой на месте, живее! Ужин надо накрыть через два часа!

Ктара поспешила в дальний угол и присоединилась к остальным черновым помощникам, у которых узнала, что в особняке, помимо повелителя, рабов и прислуги проживает ещё 87 львиц, которые зорко следят за каждым обитателем и охраняют Мегу и территорию.

- А они живут так же, как прайд их второй ипостаси? – аккуратно спросила Ктара у Бэйва, самого словоохотливого чернового, с готовностью вводившего её в курс дела.

- Ты имеешь в виду,трахает ли он их? – усмехнулся Бэйв.

Ктара кивнула.

- Да, если пожелает. Они принадлежат ему, так же, как и мы. Хотя ему всё принадлежит так же, как и мы.

- Я слышала, что у некоторых львиц есть парни на стороне, - вклинилась в диалог Талия.

- Не на стороне, а вне особняка, - поправил её Бэйв. – Повелитель прекрасно об этом знает и не запрещает. В конце концов, он просто их трахает, если зверю приспичит. Они ему преданы и отдадут за царя жизнь, но почти каждая имеет личную жизнь за пределами логова. Я вообще не представляю себе как им удаётся уживаться с обеими ипостасями…

Глава 4. Пара

Джейдан вторые сутки не приближался к сосуду, пока львицы мордами рыли землю, чтобы выяснить, не приложили ли лапу охотники к её созданию.

И уже третьи - не спал, будучи на пределе. Физическом и эмоциональном. Не в состоянии решить, как ему быть.

В идеале сосуд следовало убить. Даже если она его Истинная волею Вселенной или ещё какой, пока он не связал себя с нею меткой – выживет. И продолжит жить так же, как и жил последние пятьсот лет. Может, и правда, в итоге ближе подпустит к себе Шену, заведёт с ней нормальные отношения, о чём она мечтает с тех пор, как они перестали быть детьми. Почему нет? Она любит его, предана, проверена. У неё явные преимущества перед приматом, хотя есть одно огромное жирное «но!».

Лев. Его зверь обретает всё больше контроля.

Аргайлу необходимо хотя бы потомство, а вероятность, что именно сосуд сможет от него понести, слишком велика, чтобы отмахнуться от этой возможности и продолжить ходить по острию когтей.

«Убить, когда родит? – хладнокровно подумал Мега. – Да, это было бы самым верным решением», – вынужден был признать он.

В открытое окно ворвался новый порыв ветра, принеся с собой Её запах.

Джей не успел подумать, прежде чем оказался около него, жадно сканируя каждую тропку, дорожку, аллейку и просто кустик. Радуясь, что сосуда в саду уже не было, иначе он не был уверен в том, чтобы сделал.

«Выпрыгнул и побежал к ней? – обеспокоено подумал Мега, устало проводя по лысине рукой.– Господи, что за сумасшествие».

Его внимание привлекла рабыня у фонтана. Наверное, из новых, Джей видел её впервые.

К ней подошёл гофмейстер.

Девица вздрогнула, поспешно поднялась с бортика и попыталась уйти. Херон схватил её за руку. Двое были достаточно далеко, но не настолько, чтобы их не услышал чуткий слух двуликого.

- Куда спешишь, красавица?

*

Ктару очень раздражало подобное лицемерие от мужского пола. Она прекрасно знала, как выглядела, не завышая и не занижая свои внешние данные – судила здраво, исходя из того, что иногда видела в зеркале.

- Простите, господин Херон, сосуд повелителя Иштар ждёт меня с букетом свежесрезанных цветов, которые она приказала мне немедленно доставить, - ответила Ктара, пытаясь протиснуться на узкой тропинке, среди колючих роз.

Не зря ей никогда не нравился этот обманчивый цветок – слишком прекрасен внешне, чтобы не скрывать в себе опасных шипов.

- Ну, уж нет, - схватил её за локоть гофмейстер. – Не в этот раз, - дёрнул он её обратно к фонтану, повернул к себе спиной и нагнул. – Мне надоели твои кривляния, - задирал он ей мешковину. Строишь из себя недотрогу.

Ктара дёрнулась, попытавшись вырваться.

- Не забывай своё место, - прикрикнул он на неё. – В моей власти превратить твою жизнь в ад. Ты же не настолько дура?

«Нет, не настолько», - думала отработанная, обречённо зажмурившись, когда почувствовала мерзкий орган очередного господина у своих давно и многократно осквернённых врат.

Куда уж ей до черноволосой, пышногрудой девственницы королевских кровей, которая текла в жилах сосуда правителя мира? - подумала она, и тут же одёрнула себя.

У каждого своя жизнь.

И её – здесь! Бесцеремонно нагнутой. Сегодня, завтра и ещё не раз и не два. Она рабыня, отработанная. Точка!

Ктара непроизвольно подняла взгляд.

*

Их взгляды встретились.

Вряд ли рабыня видела его так же хорошо, как и он. Их разделяло около сотни метров. Он для неё был лишь фигурой в открытом окне. Джей же видел всё.

Удивительный зелёный оттенок потухших обречённых глаз. Усталых. Смиренных, безразличных от того, что с ней происходит и…

«Упрямых?», - удивлённо додумал он.

Она знала, что он видит. Она умышленно дерзко не отводила взгляд, пока его гофмейстер бился в неё сзади.

Джей почувствовал, как под рукой посыпалась кирпичная крошка. Он удивлённо перевёл на неё взгляд, только сейчас заметив, что раскрошил стену, а рука почти обратилась.

- Какого хрена? – удивился он, наблюдая за тем, как проходит обратная трансформация.

Что за чертовщина творится в последнее время?

- Вот умница, - услышал он гофмейстера и вновь посмотрел на парочку.

Гофмейстер застёгивал ширинку, пока рабыня одёргивала робу. Мега почувствовал на языке металлический привкус крови. Её. Клыки удлинились. Руки непроизвольно сжались в кулаки, а из груди вырвался лёгкий рык.

- Теперь у нас с тобой всё пойдёт гораздо легче, - был доволен собой Херон. – Сегодня, здесь же, в полночь. Ты слишком долго бегала от меня, чтобы мне хватило одного раза. Поняла?

Рабыня молчала, склонившись к фонтану и набрав в ладонь горсть воды.

- Не слышу! – дёрнул Херон её на себя за скудный пучок на затылке.

- Поняла, - сдавлено ответила рабыня.

Глава 5. Всё ещё царь? Или уже одичавший?

Ни прислуга, ни рабы дворца не любили Иштар. Любая служанка была на ранг выше её самой, но носительница великих генов вела себя, словно госпожа, глядя на обслугу и рабов свысока и пытаясь приказывать.

Никто её не слушал, кроме личной рабыни, отработанной. И это тоже злило Иштар. Она заслуживала всего самого лучшего, она была уникальна, неповторима, совершенна, её выбрал сам правитель мира!

Иштар бросила злой взгляд на перешёптывающихся и хихикающих служанок, которые бросали на неё насмешливые взгляды, когда она проходила мимо.

– Уймитесь, неугомонные, – высокомерно произнесла Иштар. – Зависть сожрёт вас однажды изнутри.

– О, да, есть чему завидовать, – насмешливо отозвалась одна из служанок. – Правда, Клэр?

– Да упаси меня бог! – воскликнула вторая. – Быть настолько омерзительной сукой и бревном в постели, что повелитель тебе полудохлое привидение предпочёл?

– Ты хоть сама слышишь, что несёшь, убогая?! – зло выплюнула Иштар. – Тебе уже привидения мерещатся.

– А как ещё назвать твою отработанную? – произнесла первая. – Повелитель даже Херону запретил её трогать, а затем на кухне обжимался…

– Ложь!

– Ха! – возмутилась Клэр, и обе служанки отвернулись от носительницы великих генов, словно потеряли интерес и к разговору, и к самой Иштар.

Избранная подарить повелителю мира наследника яростно сжала кулаки и направилась на кухню.

Она ни на секунду не поверила, что подобный абсурд мог произойти, но если мерзкие сплетни исходят от змеи, которую она пригрела на груди – это необходимо было пресечь на корню.

*

Ктара засмотрелась на кнут, висевший на стене. Во всех рабочих помещениях висел подобный атрибут устрашения. Его применяли к особо ленивым, дерзким, неповоротливым, неуклюжим, или если у господина просто было дурное настроение. Она не раз испытала его жалящую беспощадность на собственной коже.

– Конечно, не спеши, мы и сами справимся, – зло бросила Талия, заметив, что отработанная застыла.

Сейчас на кухне были лишь рабы, прибирая кухню, перемывая посуду и сортируя объедки, которые шли в храмы для попрошаек.

Повелитель мира активно поддерживал религии примитивных, прекрасно осознавая, что с их помощью намного проще контролировать толпу.

Верующие примут ВСЁ, что будет проповедовать священнослужитель. Суть и Смысл Веры заключается в отсутствии сомнений. Религии – гениальное изобретение человечества. Это не мог отрицать даже последний из Аргайлов, пророк и наместник Бога на земле для всех истинно верующих, коим он стал, когда поработил человечество.

Дверь в кухню порывисто распахнулась, явив рабам явно разъярённую генетически усовершенствованную представительницу их сословия.

– Это правда? – возмущённо спросила она у отработанной.

- Что? – обеспокоенно уточнила Ктара.

– Повелитель «обжимался» с тобой на кухне?

Ктара растерялась. Её глаза испуганно забегали по присутствующим. Она не знала, что ответить. За ночь она совершенно убедила себя в том, что ей всё привиделось. А если нет, кто мог их заметить? И, тем более, доложить Иштар?

– Ах ты, дрянь! – взбесилась носительница великих генов, сорвала со стены кнут и пошла на отработанную.

Ктара присела, сгруппировалась, опуская голову к коленям и максимально защищая её руками. Кнут обжёг кожу, рассекая и её, и одежду, раз, второй, третий… Преимущественно неистово хлеща по спине, но задевая и другие части тела. Отработанная плотнее сжала кулаки и пожалела, что не додумалась схватить что-нибудь со стола, что можно было бы зажать в зубах. Теперь ей оставалось лишь выдержать, пока гнев госпожи не иссякнет.

– Что здесь происходит? – оглушил присутствующих громогласный вопрос царя двуликих, в котором дрожала едва сдерживаемая ярость.

– Мой повелитель, – гордо выпрямилась Иштар, защищавшая честь господина. – Это ничтожество распускает сплетни о том, что вы ею заинтересовались, запретили гофмейстеру к ней прикасаться и, более того, замарали себя прикосновением к этой грязной мрази!

«Что?!», – подняла рабыня потрясённый взгляд. 

Запретил гофмейстеру к ней прикасаться?! – не могла она поверить услышанному, пока правитель мира смотрел лишь на Иштар, словно никого другого в комнате просто не существовало.

Ктара вновь заскользила взглядом по могучей широкоплечей фигуре. Она не могла это контролировать. На Него хотелось смотреть. Снова и снова. Впитывать каждую деталь. Наслаждаться увиденным.

Чёрная шёлковая рубашка была застёгнута лишь до груди, из-под которой выглядывала татуировка, уходящая на шею, где нервной дрожью билась сонная артерия.

Казалось, Мега едва сдерживается, чтобы…

«Чтобы что?», – недоумевала отработанная, глядя на то, с каким бешенством он смотрит на Иштар.

– Когда и с кем я себя мараю, – медленно заговорил правитель мира, – не твоего ума дело, – закончил он, вынудив рты и глаза присутствующих потрясённо распахнуться. – А посмеешь ещё хоть раз портить принадлежавшую мне собственность – я тебя на полоски порежу и скормлю одичавшим, поняла?

Глава 6. Спасение?

Двое суток Ктара провела в комнате с огромным львом, страшась пошевелится.

Есть хотелось неимоверно, хотя больше беспокоило то, насколько голоден бывший Мега, - покосилась на зверюгу отработанная. – И что он будет делать, когда решит подкрепиться.

Что-то подсказывало ей, что именно поэтому никто и не беспокоится относительно того, что царь двуликих останется голодным.

Ктара была рабыней, она привыкла подчиняться, но никто не отдавал ей никаких приказов, а значит она может попробовать избежать участи быть сожранной заживо.

Отработанная осторожно поднялась на ноги, вытягиваясь вдоль стены и максимально в неё вжимаясь.

Лев тут же проснулся.

«Ясно, незамеченной выскользнуть не получится», - поняла она, бросив отчаянный взгляд на дверь и сделав один осторожный небольшой шаг вдоль стены.

Зверь не отреагировал. Лишь внимательно наблюдал. Ктара попробовала сделать ещё один. Ноль реакции.

Отработанная дошагала,таким образом, до конца постели Иштар, постоянно что-то оставляя у себя за спиной и не спуская глаз с одичавшего, и лишь когда сделала явный шаг к двери, лев поднялся. Ктара замерла.

Они просто смотрели друг на друга.

«И что дальше? - подумала она. – Так и будем стоять, и смотреть друг на друга ещё несколько дней?».

Рабыня рискнула, едва не потеряв сознание от страха, когда лев преодолел расстояние, разделявшее их до этого, и остановился рядом, лизнув ей кисть.

«Это явно хороший знак, да?», - пыталась подбадривать себя она, двинувшись к выходу, уставшая боятся и ничего не понимать. Ей надо поесть и накормить зверя, чтобы самой не стать едой, когда настроение его не будет столь благодушным.

Ктаре не удалось закрыть за собой дверь, покидая спальню Иштар. Лев не позволил ей этого, поставив огромную лапу в проём и покинув комнату следом.

*

«Шена», - позвала её по связи Дагда, одна из охотниц, дежурившая сегодня в комнате наблюдения.

Наноботы прайда были связаны, чтобы все члены без помех могли общаться между собой.

«Да», - отозвалась старшая альфа-самка.

«Они вышли».

«Кто такие «они»? – раздражённо переспросила Шена, находясь в паскудном настроении последние двое суток. – И откуда вышли?»

«Отработанная с царём. Покинули комнату и направляются, судя по всему, на кухню».

«Эта тварь совсем охренела!», - взревела Шена, отдавая мысленный приказ своим наноботам подключиться к камерам и легко найдя нужную, где отработанная  прогулочной походочкой шла рядом с Мегой по одному из коридоров дворца.

Разъярённая альфа-самка быстро преодолела разделявшее их расстояние, преградив дорогу странной парочке.

- Ты совсем охренела, мразь? – повторила она свой мысленный вопрос непосредственно отработанной.

Та испуганно замерла.

«Ничтожество», - не могла не скривиться от отвращения охотница, злясь ещё больше от того, что не понимала, почему царь сейчас рядом с ней, а не с Шеной.

Мега зарычал, ощетинившись.

- Я…. – заблеяла, тем временем, обезьяна. – Я… Мне никто не запрещал покидать комнату. Господина надо покормить, - поспешно добавила она, пытаясь выкрутиться.

- Ну, так и покормишь его, когда он проголодается! – рявкнула Шена. – Хоть какой-то толк будет от твоего никчёмного существования. Живо назад!

Рабыня сорвалась с места и побежала обратно.

Первая львица в прайде перевела взгляд на агрессивно смотревшего на неё одичавшего.

- Мой царь, - умоляюще попробовала она ещё раз, но лев, словно демонстративно, отвернулся и гордой походкой отправился вслед за убежавшей обезьяной.

Шена совершенно не понимала, что происходит.

*

Ктара забежала в спальню, закрыла за собой дверь, рванула к окну, принявшись лихорадочно осматривать его и возможный спуск, ища возможность побега, хотя кого она обманывает?! Даже если ей это удастся, найти беглую рабыню не составит труда. Люди уже давным-давно чипированы.

Ручка двери щёлкнула. Ктара испуганно обернулась.

Лев вошёл в комнату и спокойно улёгся на прежнее место, словно ничего и не произошло.

Хотя для него и не произошло.

- Господи, что же делать? – простонала Ктара. Теперь у неё есть прямой приказ не покидать комнату и стать едой для одичавшего. – Господи, - повторилась она, хватаясь за голову и пытаясь что-нибудь придумать.

Дверь спальни захлопнулась, и рабыня услышала щелчок замка.

- Всё, теперь точно конец, - произнесла она тихо, и всё равно отказываясь сдаваться.

Что она знает о львах? Однажды к ней в руки попала огромная старая энциклопедия о животном мире. Она с удовольствием прочла каждую страничку. И не один раз.

- Думай, Ктара, думай, - приказала она себе.

Глава7. Снова в бой

Шена буквально прибежала, едва ей сообщили, что Мега вернулся.

Двадцать два дня они не знали, что думать, как реагировать и воспринимать то, что происходило в злополучной комнате.

Старшая альфа-самка подняла глаза к потолку, бросив взгляд на камеры, которые они установили, чтобы хотя бы попытаться понять, почему рабыня оставалась жива.

Львицы предлагали покормить царя, выдвигая версии, что, может быть, Мега не настолько одичал и даже питаться обезьянами не желает – все знали его отвращением к приматам.

Но, нет, Шена стояла на своём, она запретила, она ждала, она надеялась. Любящее сердце чувствовало…

Сильнейшая охотница прикрыла нос от смарда, стоящего в спальне.

В дальнем углу ходил по нужде Зверь. Пока было чем.

«Обезьяна - под себя», - скривилась от отвращения Шена, переведя взгляд на широкую спину правителя мира, склонившегося над вонючей полудохлой отработанной.

- Повелитель? - осторожно позвала она.

- Где врач? – зло спросил Мега, поднимаясь на ноги с ношей из костей и мешковины.

- Сейчас будет, - растерянно отозвалась самка.

- Встреть и проводи в мои покои, - прошёл мимо неё последний Аргайл, даже не взглянув.

Шена совершенно не понимала, что происходит, пока они с доктором не вошли в святая святых правителя мира – его личное логово. Двуликие крайне ревностно относятся к месту, где спят, не терпят чужих запахов.

- Не может быть, - в ужасе выдохнула Шена, ощутив в чистой комнате то, что не уловила в прошлой. Заметив пропитавшуюся кровью мешковину на плече отработанной. 

«Как можно было допустить такую ошибку? – негодовала она. – Вместо того, чтобы сожрать – пометить?».

- Связь ещё не окрепла, - уверенно заговорил, не менее ошеломлённый доктор. – Можно попробовать убить низшую. Рискованно, конечно. Ваше Величество ещё слишком слабы. Мы не знаем, не отбросит ли это обратно вас в пучину безумия одичавшего.

- Надо рискнуть, - вырвалось у Шены. – Пара-обезьяна так же опасна, как потеря контроля над Зверем.

- Для кого? – усмехнулся царь, саркастично приподняв бровь.

- Для вас, - в отчаянии ответила она. – Истинная всегда даётся подстать самцу. Что это, - указала она на скелет на постели повелителя, - может сказать о вашей силе миру? Это точно развяжет войну, которую вы пытались избежать последние два столетия.

- Если кому-то удастся победить меня, - самоуверенно произнёс Мега.

- Мой царь… - взмолилась Шена.

- Довольно, - резко оборвал он её. – Ты упускаешь одну очень важную деталь.

- Какую?

- Она выжила.

- Какая, нахрен, разница! – сорвалась сильнейшая самка в прайде. – Она рабыня, отработанная, примат, вещь, которую пользовал любой желающий, пресмыкающее животное, еда! Такую Пару вы желаете видеть рядом до конца своих дней?! Ей желаете отдать себя?! Доверить свои мысли, мечты, страхи?!

Доктор был откровенно напуган горячей речью самки.

Царь – холоден.

Тяжело дыша от возмущения, Шена понимала, что перегнула палку, но больше не могла молчать. Просто не могла.

- Ты сильная воительница, отличная любовница и друг, в котором я ранее никогда не сомневался и очень ценил, - медленно и спокойно заговорил Мега. – Поэтому я сделаю вид, что слух меня подвёл и произнесённая тобою тирада – лишь плод моего воспалённого ослабевшего сознания. Но, - сделал он акцент, придавив самку к полу тяжёлым угрожающим взглядом, - чтобы однажды ты не стала мне врагом, мы должны решить один очень важный вопрос, Шена. Способна ли ты и дальше оставаться мне верным воином и товарищем, разделявшим мои интересы и неоспоримо принимавшим любые решения, несмотря ни на что? Способна ли справиться со своими чувствами и забыть о ревности, на которую у тебя нет прав? Способна ли видеть во мне лишь своего царя, осознав и приняв тот факт, что я никогда не буду принадлежать тебе?

- А кому? – простонала Шена. – Ей? – махнула она рукой на постель.

- Это имеет значение? - удивлённо приподнял правую бровь правитель.

- Да! Она же, она же… это же мусор! Я настолько плоха? Настолько вас не устраиваю?

- Шена, - почти мягко, снисходительно произнес царь, - никто из нас не выбирает Пару. Мать решает за нас по одной лишь ей ведомой на то причине.

- Но…

- Шена, - на этот раз сурово оборвал её повелитель, устав от бессмысленного диалога. – Мне кажется, я был достаточно снисходителен и терпелив, нет? Я жду твой ответ завтра.

- Мне не нужно…

- Я сказал, - раздражённо произнёс правитель мира с нажимом, - иди, хорошенько обдумай мои слова и скажи мне о своём решении завтра.

- Да, мой царь, - сдалась сильнейшая охотница, покинув комнату.

Джейдан подождал, пока за львицей закроется дверь, и лишь потом перевёл взгляд на доктора.

Глава 8. Не нужны сюрпризы

Ожидая царя, самки, взволнованно переглядывались. Никто из них не садился – слишком нервничали.

Они ждали этого момента двадцать два дня. И лишь одна из них была абсолютно уверена, что он обязательно настанет.

Шена, Нэсса, Аои и Валла.

Мега приказал собраться лишь им четверым. Сильнейшие. Наиболее приближённые к царю.

- Докладывайте, - приказал он, едва появившись в столовой и, даже не взглянув на них, прошёл к столу, за который сел, берясь за столовые приборы.

Шена напряжённо сглотнула. Она не могла им не любоваться. Всегда! Царь был невероятен. Дело было даже не во внешнем явном физическом превосходстве и силе. Он был огромен. Самка ещё не встречала никого крупнее Меги. Его тело было создано доминировать, а изнурительные тренировки довели его до совершенства. Жадный женский взгляд скользнул по сильным длинным ногам, которые сейчас прикрывали светло-серые спортивки, держащиеся на резинке на бёдрах, чуть ниже пупка, где была редкая поросль чёрных мужских волос, манящая тропинка на идеально плоском животе, спускавшаяся к паху. Удивительно, но, несмотря на то, что Аргайл не терпел волос на голове – он не брил пах. Стриг, не допуская дремучие дебри, но не брил.

- Шена, - сурово окликнул её повелитель.

Самка вздрогнула.

- Да, повелитель, простите, задумалась.

- Ваше исчезновение не осталось не замеченным, - начала за сестру Нэсса.

- Кто бы сомневался, - хмыкнул царь, закинув в рот первый кусок старательно отпиленного стейка с кровью, едва сдерживаясь, чтобы не прикрыть глаза от наслаждения. Он прилагал усилия, чтобы есть медленно, тщательно пережёвывая пищу, впервые попавшую в рот за три недели.

- Сайрус нагнетал обстановку всё это время, - перехватила привычно ведущую роль Шена. – Практически сразу, после встречи с Гэйдом. Слухи о произошедшем со стаей разлетелись слишком быстро.

- Словно кто-то всё подстроил? – предположил царь.

- Да, - ответила Валла.

- И, естественно, Сайрус настаивал на том, что я уже давно бегаю где-то, одичавший, и пора бы кому-то занять трон? – усмехнулся правитель.

Самки кивнули.

- Нагнетание обстановки Сайрусом, в конце концов, не оставило равнодушными лидеров иных видов, которые уже около недели настаивают на личной встрече с Вашим Величеством, чтобы убедиться, что всё в порядке, - заговорила Аои.

- Нам повезло, что вы всё же вернулись, - с облегчением выдохнула Нэсса, словно только сейчас позволив себе расслабиться и показать истинные эмоции. – Уже через пять дней ежегодный приём, отмена которого точно бы повлекла за собой серьёзные последствия и развязала Сайрусу руки.

- Начался бы сумасшедший дом, - согласилась с ней Валла.

- Скорее, бойня, - поправила охотниц Шена.

- Я свяжусь с лидерами и подтвержу дату приёма лично, вы оповестите праймов, - заговорил повелитель мира. – Начинайте приготовления. Я доем и спать. Мне необходимо восстановить силы. Пока не проснусь, старшая - Нэсса, а там посмотрим, - бросил он предостерегающий взгляд на Шену.

Самки недоумевающе уставились на бывшую альфа-самку, но та лишь покорно молчала, виновато опустив взор.

- Свободны, - привёл их в чувство царь.

Самки направились к выходу. Нэсса прихватила по пути сестру, которая вполне была способна на то, чтобы задать вопрос, интересующий их всех, но на который повелитель явно не хотел отвечать.

- А что с сосудом? – удивила Нэссу Валла.

- Вы не способны найти применение рабыне без моего участия? –прекрасно понимая, к чему клонит самка, раздражённо спросил Мега.

- Простите, Ваше Величество, - повинно поклонилась охотница.

Львицы покинули столовую.

Джейдан активировал наноботов, вызывая первым Рамзеса. Того самого. Правда ли, что древнейший и сильнейший из вампиров являлся когда-то великим фараоном Египта, Аргайла, честно говоря, мало волновало. Это было чёрт знает сколько тысяч лет назад и к нынешним событиям отношения не имело. Важным являлось лишь то, что Рамзес признал власть Аргайла и оборотни с вампирами заключили перемирие, хотя тысячелетиями не переносили друг друга по необъяснимым причинам, как собачьи кошачьих.

После человечества – оборотни самый многочисленный вид. Логично, что миром правит именно Джей. Хотя, если бы из царствующего рода выжил лишь Ли…

Правитель мира прикрыл глаза, не позволяя себе додумать. Не позволяя себе вспоминать. Воспоминания о семье всё ещё причиняли боль.

«Семья», - протяжно подумал он, едва ли не смакуя, казалось, такое простое слово, но сколь много было в нём заключено для того, кто всё потерял.

Лишь Семье есть до тебя по-настоящему какое-то дело. Лишь матери, отцу, братьям, сестрам. Даже если вы, казалось, ненавидите друг друга. Даже если дерётесь. Постоянно. Соперничаете. Бросаете необдуманные горячие слова. Эта Связь необъяснима, но самая крепкая. И Любовь. Настоящая. Несмотря ни на что. Потому что она просто течёт в твоих жилах. Одинаковая. Такая же, как у остальных.

«А Пара…», - устало подумал царь, поднимая взгляд к потолку, где на пару этажей выше спала отработанная.

Глава 9. Первый блин комом

Как ни странно, крепкий сон пришёл мгновенно, затянув правителя мира в пучину беспамятства без сновидений. И, тем не менее, он неизменно чувствовал Её присутствие рядом, которое дарило странный покой, умиротворение и желание. Защищать. Быть рядом.

Даже сквозь крепкий сон Аргайл ощутил, как она вдруг упёрлась в его плечо лбом. Как-то робко, нерешительно, так трогательно. Одним лишь лбом. Крепко прижав руки к груди, чтобы даже случайно не обвить ими его руку.

Ей стало легче. Она почувствовала себя спокойнее. Почти в безопасности. А она никогда не чувствовала себя в безопасности. Это было что-то совершенно новое для рабыни. Запретное. И такое сладкое, что стало даже страшно, страшно поверить, что это возможно. Даже во сне.

Пара напряглась, попыталась отстраниться, отвернуться.

Джейдан одним движением сгрёб её обратно и уложил себе на грудь, крепко обняв.

Она так и не осмелилась обнять его в ответ, по-прежнему прижимая тоненькие ручки к месту, где должна быть женская грудь, но так облегчённо выдохнула, успокоилась и провалилась в сон, что даже суровое сердце  поработителя человечества защемило. Оздоровительный сон вновь поглотил обоих.

*

Джей проснулся первым.

Сквозь плотные шторы в комнату едва проникал тусклый солнечный свет.

Пара лежала рядом, на спине. Он - на боку, обнимая её правой рукой. Какое-то время он просто изучал её профиль, глядя на то, как размеренно она дышит, прислушиваясь к себе и пытаясь понять, что чувствует.

Смятение.

И, как и раньше, он так и не решил, что со всем этим дерьмом делать. Как вообще относиться.

Лев спокоен, пока она здесь, рядом. Даже Джейдана это успокаивает.

«Вот пока на этом и остановимся», - подумал Мега, осторожно убирая руку и поднимаясь с постели.

Как ни странно, покинув покои, он наткнулся на двух львиц, стороживших их.

- Я долго спал? – сделал он предположение.

Они кивнули.

- Сколько?

- Три дня, Ваше Величество.

- Неслабо, - изумлённо чуть приподнял бровь царь.

Но хоть чувствовал себя отменно, - утешительно подумал он. – Словно заново родился.

- Что-то серьёзное произошло за это время? – спросил Мега.

- Нет, Ваше Величество.

- Гости уже начали прибывать?

- Да, Ваше Величество. Сегодня.

- Отлично, - направился он в кабинет, по пути вызывая охотниц и набирая дока.

«Да, Ваше Величество», - отозвался тот.

«Ты навещал нас эти дни?».

«Да, повелитель».

«Как она?».

«Удивительно, но рана почти затянулась и общее состояние её организма превосходно, - отозвался док, которому не требовалось уточнение, кто именно эта «она». – Видимо, благодаря Связи с Вашим Величеством. И сну, который всегда благоприятно действует в период восстановления».

«Видимо, - протянул в ответ царь. – Сходи к ней сейчас, проверь ещё раз».

«Да, Ваше Величество».

*

Ктара открыла глаза и никак не могла понять, где находится, очень долго изучая обстановку, затем себя. Обнажённую. Под одеялом. В постели повелителя.

«Что??????», – накрыл рабыню ужас.

Она сорвалась с постели, машинально потянув за собой простынь, прикрывая наготу, и грохнулась на пол. Ноги были какими-то слишком слабыми.

Что происходит, чёрт подери??? – в ужасе думала она, тяжело дыша на полу и испуганно оглядываясь по сторонам. – Как она оказалась в покоях царя двуликих!? Совсем спятила? В каком-то бреду припёрлась и забралась в его постель?!

Она ведь никогда не страдала лунатизмом.

«И идиотизмом тоже», - в отчаянии подумала Ктара.

Сердце выскакивало из груди, пульс зашкаливал, перед глазами поплыли какие-то точки.

Дверь покоев порывисто распахнулась.

- Какого чёрта ты делаешь? – зло спросил повелитель, двинувшись прямо на неё.

- Я… Я… - ещё сильнее испугалась отработанная, пытаясь отползти и в идеале забиться под какую-нибудь мебель. – Я не знаю, как это произошло. Я… - зажмурилась она, когда царь склонился над ней и неожиданно подхватил на руки.

- Не смей вставать с постели, пока док не позволит, - зло произнёс Джейдан Аргайл, опуская её жалкое тело на свою постель.

Ктара потрясённо хлопала глазами, по-прежнему не в силах понять, что происходит.

- Я его уже вызвал. Жди. И не смей покидать мои покои, - добавил тем временем повелитель мира и вышел.

А отработанная так и осталась лежать, как её положили, потрясённо глядя на закрывшуюся за ним дверь.

«Что происходит???», – в панике кричало её воспалённое сознание, пытаясь хоть что-то понять. Или вспомнить. Восстановить хоть какую-то цепочку событий.

Глава 10. Приём и всё не по плану

Иерархия двуликих:

Мега - сильнейший из оборотней, всегда представитель рода Аргайлов, львов. Царь двуликих.

Прайм - сильнейший из своего вида. Например, среди всех барсов.

Альфа - сильнейший в стае, на определённой территории.

*********************************************

Сегодня Ктара проснулась раньше повелителя мира.

Ночью она не могла уснуть, пока он не вернулся. Пока грязный и потный не завалился рядом на постель.

Даже запах его пота ей нравился, удивлённо подумала отработанная, изучающе скользя взглядом по суровым чертам лица, которые не расслаблялись даже во сне.

А она почему-то не могла не думать о том, сколь много грусти и обречённости видит каждый раз в глубине янтарного взгляда, прикрытого сейчас веками. Даже дизайн покоев в мрачных давящих чёрных тонах с холодной кричащей роскошью платины и белого золота говорят слишком о многом.

Ктара всегда считала, что власть – это бремя. Если ты Истинный правитель. Всё говорило о том, что Мега был именно таким и в уголках его Души, где-то глубоко, за всей этой холодностью, надменностью, жестокостью скрывается тот, для кого эта ноша слишком тяжела, от которой он устал, но не может бросить по воле долга.

А ещё он одинок. Очень.

И ей чертовски сильно хочется обнять его. Разделить его боль, облегчить ношу, разгладить суровую морщинку меж бровей, увидеть, как он улыбается и возможно даже…

Рабыня вздрогнула, когда повелитель вдруг открыл глаза.

Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Когда он злился, янтарь становился темнее, словно гуще.

Ктара боялась даже дышать.

Правитель мира поднялся с постели и отправился в душ.

Она облегчённо выдохнула, до самого подбородка натягивая чёрную шёлковую простынь. Никакой одежды ей так до сих пор и не выдали. Брать одежду господина она не осмеливалась. Несмотря на то, что ей чертовски хотелось укутаться в его запах и почувствовать нежное прикосновение к своему телу хотя бы вещи, принадлежавшей ему.

Дверь ванной порывисто отворилась.

Ктара едва не спряталась под простыню от взгляда злых, почти чёрных, глаз. Она не понимала, что делала не так. Она ведь вообще ничего не делала. А Мега так ничего ей и не сказал, лишь раздражённо прошёл к гардеробной и так же раздражённо и молча покинул покои уже одетым. Так и не приняв душ.

Больше он не вернулся.

«Даже переодеться, - с грустью подумала Ктара. - Несмотря на то, что сегодня был тот самый званый вечер, ради которого все суетились столько дней. Хотя стоило ли тому удивляться? Наверняка во дворце есть не одна комната с набитым гардеробом правителя мира».

Ктара целый день нервно расхаживала по комнате. Мало того, что её беспокоило поведение повелителя и сложившаяся ситуация, так ещё и добивало безделье. Она сходила с ума в четырёх стенах от бессмысленного времяпрепровождения. На её памяти такое случилось впервые. И ей это не нравилось. Лучше бы ей дали какую-нибудь работу, задание, хоть что-нибудь.

За окном раздался взрыв очередного салюта. Почти весь день не стихали многочисленные голоса и смех гостей, музыка и зазывания организаторов представлений, расположившихся по всему дворцовому парку.

Ктара всего один разочек осмелилась выглянуть из-за тяжёлой плотной чёрной портьеры, с любопытством наблюдая за огромным множеством шикарно одетых гостей.

Ко входу, обогнув огромный золотой фонтан, подъехал очередной лимузин.

Лакей поспешил отворить дверцу для прибывшего гостя или гостей.

На асфальт сначала опустилась мужская нога в начищенной до блеска обуви, чёрный носок, тёмно-синяя в крупную клетку штанина, а затем появился и их обладатель. В таком же пиджаке под стать брюкам, рукава которого стильно чуть были закатаны, приоткрывая силу мужских предплечий.

Фисташковая рубашка сидела плотно на совершенном теле, будучи расстегнутой на три верхние пуговки, притягивая взгляд к безупречной смуглой коже жгучего брюнета и его накаченной грудной клетке.

У мужчины была современная стрижка, идеальная укладка, ухоженная щетина, и он был в солнечных очках, что, возможно, смотрелось бы абсурдно ночью, если бы это был не Рамзес II, бывший великий фараон древнего Египта, завоеватель, стратег, любимый сын богов и властитель вампиров.

Самый красивый мужчина на планете по версии многих изданий. А ещё тот, кто мог бы занять место правителя планеты, если бы захотел, или если бы вампиров было чуть больше. Слухи разное говорят.

Мужчина поднял голову и словно осматривал дворец, лениво поворачивая голову.

Ктара стояла за шторой и подглядывала за всем в крошечную щелочку. Её невозможно было заметить. Невозможно было рассмотреть.

Однако взгляд за тёмными очками словно остановился именно на ней.

Рабыня испугалась и скрылась, дёрнув штору, инстинктивно вжавшись в стену и прижав руку к груди, где бешено билось испуганное сердце.

Она очень надеялась на то, что её выходка и глупость не добавит проблем господину.

Ближе к полуночи в дверь постучали.

Рабыня недоумённо покосилась на дверь. Повелитель бы не стал стучать. Бэйв?