Не Ты, Не Я

Пролог

Иногда дом — это не стены.
Иногда дом — это человек.

Я поняла это слишком рано.

В ту ночь дождь бил по окнам так, будто хотел войти внутрь и сказать то, на что у людей не хватало смелости. В комнате пахло пылью, злостью и чужими решениями. Мама говорила что-то про «лучше», «правильно», «время всё лечит». Отец молчал. Он всегда молчал, когда мне было больно.

А я думала только об одном имени.

Арман.

Имя, которое я произносила шёпотом с детства. Имя, с которым связывала все свои «потом». Он был моим глупым детским принцем, моей ошибкой и моей любовью.
Без него мир выглядел пустым и слишком громким.

— Ты забудешь, — сказала мама.
Но они никогда не понимали: забывают то, что не стало частью тебя. Я так думала.

Я выбежала из дома босиком, не взяв ничего, кроме куртки и боли. Улица приняла меня равнодушно. Город не задаёт вопросов — он просто смотрит, как ты падаешь или поднимаешься.

В ту ночь я ещё не знала, что впереди будет интернат.
Не знала, что встречу людей, которые станут ближе родных.
Не знала, что потеря — это только начало. Я не знала что там увижу Армана и впервые возненавижу его.

Глава 1

Забел

Несколько лет тому назад.

Меня было десять лет

— Будешь себя нормально вести — навещу тебя позже, — произносит моя биологическая мать и собирает мои вещи.

На улице зима, а на моих ногах — маленькие красовки. Почему? Почему мама хочет отдать меня в другую семью, тогда как мой маленький брат остаётся с ними?

У моего отца заканчивается терпение.

— Когда ты уже уведёшь её отсюда? — раздражённо говорит он. — Я же просил отдать её рано утром, а не тогда, когда я уже проснулся. Теперь мне придётся терпеть её присутствие.

Чтобы сделать мне больно, мама и папа говорили, что меня подобрали на улице.

Я молчала. Слова застряли где-то внутри, будто любое из них могло сделать только хуже. Я смотрела, как мать складывает мои вещи — быстро, небрежно, словно это не моя жизнь, а чужой хлам.

— Не смотри так, — резко сказала она, не поднимая глаз. — Скажи спасибо, что вообще кто-то согласился тебя взять.

Мой маленький брат стоял в дверях. Он держал в руках игрушечную машинку и смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Он ничего не понимал. И, может быть, это было к лучшему.
Я хотела подойти, обнять его, сказать что-нибудь важное, но отец сделал шаг вперёд, словно преграждая мне путь.

— Не тяни время, — бросил он. — Тебя ждут.

Ждут. Слово прозвучало странно. Как будто где-то там, за дверью, меня действительно кто-то ждёт.

Когда мы вышли на улицу, холод сразу ударил по ногам. Снег скрипел под тонкой подошвой моих кроссовок. Я шла рядом с матерью и чувствовала себя маленькой и лишней — будто меня вычеркнули, но я всё ещё существую.

— Ты сама во всём виновата, — сказала она тихо, но жёстко. — Если бы ты была нормальной, ничего этого бы не было.

Я кивнула. Тогда мне казалось, что, может быть, она права.

Машина остановилась у чужого дома. Свет в окнах был тёплым, жёлтым. Мать открыла багажник, достала мой чемодан и поставила его на снег.

— Вот и всё, — сказала она. — Не усложняй.

Она развернулась и ушла, не оглянувшись.

Я осталась одна. С чемоданом. На морозе. Перед чужой дверью.
И именно в тот момент я впервые поняла что я остался совсем одна.

Наши дни

Я выбежала из дома босиком.

Даже не помню, как открыла дверь. Помню только холод — не на улице, а внутри. Такой, от которого немеют пальцы и перестаёт быть страшно.

— Забел! — крикнула мама мне вслед. — Вернись!

Я не обернулась.

Если бы я остановилась — сломалась бы. А я больше не хотела ломаться ради них.

Ночь была тёмной, мокрой. Дождь начинал моросить, как тогда, много лет назад… Я резко отогнала эту мысль. Нет. Больше никаких «тогда».

Я шла быстро, почти бежала. Сумка била по боку — в ней было всё моё «богатство»: сменная одежда, тетрадь, старый телефон и фотография, которую я так и не решилась выбросить. Я не смотрела на неё. Боялась.

Остановка была пустой. Автобус пришёл неожиданно — словно ждал именно меня.

— Куда? — спросил водитель, даже не подняв глаз.

Я сглотнула.

— Куда угодно, — тихо сказала я. — Только подальше.

Он посмотрел на меня внимательнее. Дольше, чем нужно.

— Интернат номер семь знаешь?

Я кивнула. Хотя не знала. Мне было всё равно.

Когда двери закрылись, я впервые заплакала. Беззвучно. Стыдно и зло. Слёзы текли сами, будто выходили за все годы, когда я делала вид, что мне не больно.

Интернат встретил меня серым зданием и запахом старых стен. Женщина у порога долго рассматривала мои документы, потом — моё лицо.

— Очередная, — вздохнула она. — Проходи.

Слово «очередная» задело. Но и это было честно. Я и правда была одной из многих. Без семьи. Без защиты. Без «любимых».

Комната оказалась маленькой. Две кровати. На одной уже лежала девочка и читала книгу.

Она подняла глаза.

— Новенькая?

— Да.

— Привыкнешь, — сказала она спокойно. — Тут сначала больно. Потом — просто пусто.

Я села на кровать и посмотрела в окно. Там не было ничего особенного — двор, забор, фонарь.

Но я вдруг поняла: назад дороги нет.

И впервые за долгое время мне стало… легче.

Потому что хуже уже не будет.

визуал

❤️АРМАН И ЗАБЕЛ ❤️