(не) Удача в руках Орка

Глава 1: Встреча.

Лея:

На голове — мешок. Я задыхалась в нём.

Меня куда-то тащили: сначала вперед, затем вверх по ступеням. Гулкий топот ног заглушал окружающий мир, и я не сопротивлялась — бессмысленно. Все равно выследят, все равно схватят.

Такова моя судьба, я уже смирилась.

Меня впихнули в комнату и бесцеремонно швырнули на кровать Первым порывом было сорвать ткань с лица, но сверху тут же навалилось тяжелое тело.

— Держи крепко стерву! — прохрипел главарь и зашелся в болезненном кашле.

Запястья сдавили чьи-то пальцы. Вот тут я не выдержала — закричала, сорвавшись на вопль. Крик тут же оборвали, накрыв рот ладонью и лишний раз напомнив о бесполезности любых потуг.

Так было всегда. Слезы обожгли глаза: не спастись, только покориться.

Руки стянули шнурком и намертво привязали к спинке кровати. Наконец мешок сорвали.

Я посмотрела на своих мучителей. Четверых добротных мужиков. Злых и взвинченных, молодых и сильных…

Хотя, если честно, вид у них был уже изрядно потрепанный и, без преувеличения, — покалеченный…

Они в ответ уставились на меня — маленькую, беспомощную, сжавшуюся в комок — и... перекрестились.

— Гарольд, останешься за ней присматривать! — скомандовал здоровяк с остатками некогда пышной рыжей шевелюры.

У бедняги Гарольда от страха глаза едва не полезли из орбит.

— Почему я? — прошамкал он (с недавних пор парень шепелявил из-за отсутствия передних зубов).

— Не боись, тут куча народа! Не успеет!

Троица покинула комнату так быстро, как только смогла. Оставшийся малый прижался к стене и с опаской огляделся, будто ожидал, что из щелей вот-вот поползут ядовитые змеи. Я бессильно откинулась на подушку. Кисти онемели от тугой веревки, но просить об облегчении не рискнула: Гарольд вряд ли отважится ещё раз подойти ко мне после последнего случая.

Оставалось только ждать и надеяться... Впрочем, я тут же оборвала себя. Никто не придет на помощь. Сама пыталась спастись — и вот результат: лежу связанная в какой-то конуре. Судя по доносящимся снизу звукам, мы на постоялом дворе.

Значит, много людей. Значит, обойдётся малыми проблемами.

Меня не трогали до глубокой ночи. Гарольд дежурил у двери, не отлучаясь даже по нужде. Он всем своим видом показывал, что готов в любой момент пуститься в бегство.

Ну и пусть. Мне тоже было не сладко!

Суматоха у двери разбудила меня: конвоиры втаскивали в комнату нечто огромное. Спросонья я не сразу поняла, что это за исполин. С виду человек, но невероятно громадный и мускулистый. А еще почему-то... зеленый.

Как моим щуплым тюремщикам вообще удалось его скрутить?

— Вы его убили! — догадалась я.

Рудольф выругался:

— Помалкивай, дура!

— Отец обязательно узнает, как вы со мной обращаетесь!

Мужчины переглянулись, и мне не понравился их взгляд.

— Он нас не найдет.

Последний аргумент рассыпался в прах. Я с ужасом наблюдала, как зеленокожего подтаскивают к постели. Когда его свалили рядом, мне пришлось забиться в дальний угол из страха быть раздавленной. Его грудь мерно поднималась — значит, жив. А ещё от него до безобразия разило спиртным.

Конвоиры нависли над кроватью, переводя дух.

— Знакомься, — хмыкнул Рудольф. — Твой новый защитничек.

Я опешила. Перевела взгляд с бесчувственного гиганта на людей:

— Вы в своем уме?

Сомнения были. Особенно после всего пережитого ими…

— Твой отец уже едет сюда, — отчеканил Рудольф, заставив меня внутренне содрогнуться. — А до тех пор этот присмотрит за тобой.

Все четверо поспешили вон.

— Постойте! Вы не можете меня так оставить! — закричала я вслед.

Наедине с мужчиной, в закрытой комнате, беспомощная... Да не просто с мужчиной — со зверем! За мгновение я навоображала столько мерзостей, что хватило бы на поколения вперёд. А мои конвоиры даже не обернулись.

Дверь хлопнула. Из коридора донеслись удаляющиеся голоса:

— Жалко мужика… — прошепелявил Гарольд.

— Чего жалеть? Он орк! — ответил резко Рудольф. — Этих магия…

Слова затихли. Я по-новому взглянула на соседа.

— Орк, значит. — Незнакомое слово непривычно сорвалось с губ.

Следующие несколько часов я отчаянно пыталась освободиться. Дергала путы, тянула веревку зубами. Сколько времени осталось до приезда отца? Мне уже мерещилась его тяжелая поступь за дверью, хотя раньше утра ждать его не стоило. Я стерла кожу в кровь, но узлы не поддались.

Удача была не на моей стороне.

Я посмотрела на орка. Что ему такого наплели, что он согласился охранять меня? Наверное, просто озолотили и правду скрыли. Я грустно усмехнулась: то-то его утром ждет сюрприз.

Окончательно выбившись из сил, я затихла. Орк снова привлек мое внимание. Он лежал на боку в одних штанах, и по рельефному прессу, широкой груди и мощным плечам можно было изучать анатомию. Он не двигался, и я, осмелев, подползла ближе, пытаясь разглядеть лицо, скрытое густыми волосами.

В поместье горничные любили шептаться об орках — лесных чудовищах, похищающих детей и невинность девиц…

Я никогда не была суеверной, но в последнее начинала верить…

Но только в результат. И по доброй воле.

Смутившись, я отвернулась от верзилы и попыталась уснуть. Четкого плана не было, но, возможно, мне удастся с ним договориться?

Кнуд:

Голова была словно камнями набита. Я едва разлепил веки, поморщился от света и застонал. Попытался перевернуться на бок и услышал тихий вздох. Это мгновенно привело меня в чувство — я сел.

Рядом на кровати обнаружилось прелестнейшее создание. Чёрненькая, фигуристая.

Взгляд сразу упал на штаны. Всё ещё на мне. Хорошо. И тут же кольнуло сожаление: видимо, вчера я затащил девку в постель, но нарезался так, что до дела не дошло. А сейчас башка трещала так, что и не хотелось. А ведь жаль — красивая человечка.

Глава 2: Притяжение.

Лея:

Он определенно не был человеком. Его лицо пугало, и я даже грешным делом порадовалась, что не смогла разглядеть его ночью: орлиный нос, густые брови, жесткая линия рта и клыки, выступающие из нижней челюсти. Такое приснится — и спать перехочется. Но голос... голос был приятным и глубоким. Он действовал на меня странно, пробирая до самых потаённых тканей...

— Лея, значит, — произнес орк, будто пробуя мое имя на вкус.

Я смущенно кивнула.

— А я Кнуд из племени Дахра.

Он вынул из-за пазухи огромный — по крайней мере, в моих глазах — тесак и одним легким движением перерезал путы, даже не коснувшись моей кожи.

Но на этом помощь не закончилась.

Проворчав что-то под нос, Кнуд извлек из сумки баночку с мазью и принялся аккуратно смазывать мои ссадины. Кожу слегка пощипывало, и тогда он осторожно подул на неё. Впервые мужчина был так близко ко мне: касался, смотрел...

Становилось приятно.

— Вы должны меня отпустить, — выдала я, неожиданно для самой себя.

— Должен? — эхом отозвался он, и нахмурился.

Я прикусила губу. Сейчас был идеальный момент, чтобы его заболтать. Деньги он уже получил, и какая ему разница — довезет он меня до места или я доберусь самостоятельно?

— Давай-ка мы сначала позавтракаем, а ты расскажешь свою историю? — предложил орк, окончательно сбив меня с толку.

С губ готов был сорваться протест, но желудок оказался быстрее: он предательски заурчал, напоминая о голоде. Пришлось послушно следовать за Кнудом вниз, в таверну.

В столь ранний час народу там было немного. Мы заняли столик с обзором на весь зал. Кнуд заказал завтрак на двоих и выжидающе посмотрел на меня.

На мгновение мелькнула мысль сказать правду, но я тут же ее отбросила. Не было никаких гарантий, что орк не использует меня в своих целях, как и все остальные до него.

— Рассказывать особо нечего, — пробормотала я, запинаясь под его тяжелым взглядом. — Я возвращаюсь домой после долгого путешествия.

— И где твой дом? — тут же последовал вопрос.

Орк скрестил мощные руки на широкой груди. В нем чувствовалась невероятная сила. Я впервые видела орка вживую — да я вообще мало что видела в этой жизни, — но уже сейчас понимала, что он чертовски харизматичен. У меня коленки дрожали от одного его вида, и, кажется, вовсе не от страха.

Нам принесли еду. Официантка едва успела расставить тарелки, как поскользнулась и чуть не растянулась на полу. Кнуд мгновенно вскочил, подхватив ее под локоть.

— Простите, я такая неловкая, — пролепетала она.

А я уныло подумала: «Началось...»

Едва мужчина сел на место, я поднялась.

— Я очень признательна вам за освобождение, но, полагаю, наше знакомство лучше на этом закончить.

Я уже намеревалась уйти, но его вопрос пригвоздил меня к месту:

— Мужчина есть?

У меня невольно отвисла челюсть.

— Что, простите?

Кнуд прищурился. Взгляд стал темным, изучающим.

— Муж? Дети?

Он скользнул глазами по моим рукам, будто искал что-то. Я тут же спрятала их за спиной, и снова опустилась на стул.

— Вы задаете неуместные вопросы.

Орк расслабился. Усмехнулся и пододвинул ко мне тарелку:

— Разве? Мы проснулись в одной постели: ты связана, я пьян. Условности уже ни к чему.

— Уверена, пить вас никто не заставлял, а вот со мной произошло чистое недоразумение.

Я с тоской взглянула на еду. Меньше всего мне хотелось навлекать на этого мужчину неприятности, поэтому я просто ушла.

Кнуд:

Я смотрел вслед, и всё внутри порывалось вернуть её назад. Усадить за стол и накормить.

Она казалась изголодавшейся. По всему.

А я готов был удовлетворить ее потребности. Всем.

Красивая человечка, зацепила крепко. Может, приударить? Нос от меня не воротила, по глазам видел — нравлюсь. Мужик если и был, то давно. От неё пахло только её собственным женским ароматом: терпким, притягательным.

По спине пробежали мурашки. Я вздрогнул.

В отличие от Леи, я от завтрака отказываться не стал, но ел быстро, прислушиваясь к её перемещениям. Слух и нюх давали четкую картину: человечка направилась в конюшню. Сначала пыталась нанять экипаж, а когда не вышло — решила арендовать лошадь.

Куда делся её собственный транспорт, на котором она якобы «путешествовала»? В этой истории явно не сходились концы с концами. Разумнее всего было не вмешиваться, но девчонка не шла из головы.

Я перехватил Лею, когда ей как раз выводили лошадь из стойла. Одного взгляда на это «воплощение древности» хватило, чтобы понять: девчонку нагло обманули. Куда она смотрела? Совсем в лошадях не разбиралась, что ли?

Лея же встретила кобылку с восторгом. Я не стал её расстраивать, но послал конюху убийственный взгляд.

Возмездие прилетело следом. Буквально.

Конюх едва не наступил на грабли, увернулся, зацепился за ведро и с грохотом рухнул на землю. Грабли, спружинив, четко припечатали ему лоб.

Лея гладила кобылку, и это зрелище даже вниманием не удостоила.

— Я провожу тебя до дома, — произнес я, подходя ближе.

В её глазах мелькнуло недовольство.

— Мне двадцать девять лет, я в няньке не нуждаюсь, — отрезала она.

— А твой дядя сказал, что нуждаешься.

Удивление на её лице сменилось недоумением, а затем — испугом. Эту человечку можно было читать как открытую книгу, особенно когда она пыталась врать.

— Я живу совсем рядом.

— Отлично, нам по пути, — я притворился, что верю на слово.

Она нахмурилась, явно сочиняя очередную ложь.

— Кнуд, ты не можешь поехать со мной!

— Я тебе не нравлюсь?

И снова это растерянное выражение лица. Она смутилась, вспыхнула, и даже её прелестная грудь порозовела.

Теперь я был просто обязан её сопровождать.

Взобраться в седло у неё не получалось. Сначала она долго и мучительно пыталась попасть ногой в стремя, затем начались тщетные попытки подтянуться вверх. Я без зазрения совести любовался её аппетитными формами и одновременно поражался: впервые вижу кого-то, кто совершенно не умеет ездить верхом!