Не верь мне

Глава 1

Катя

- Думаешь, он там?..

Все указывает на это, но мое истерзанное подозрениями и любовью сердце отказывается в это верить. Я просто не переживу предательства.

- Лебедева... меня в это не впутывай, о’кей?.. - лениво отзывается Пашка, удерживая руль одной рукой.

Андрей Николаев, мой парень, заверил, что сегодняшний вечер с родителями на даче проведет. А сторис Авдеенко утверждает, что он развлекается с друзьями в ее загородном доме. Если это так, я убью его... а потом умру сама.

- Он на звонки не отвечает, - добавляю жалобно.

Паша, задрав бровь красноречиво молчит. Довольным моей компанией не выглядит, хотя официально мы являемся самыми лучшими друзьями.

- А Есения до сих пор надеется его вернуть...

- Если ты ждешь,что я тебя успокою, Катюха, то я не знаю, что сказать, ясно?..

- Ясно! - огрызаюсь я.

- Если все так, как ты думаешь, я набью ему ебало. Ты этого хочешь?

- Да! Выбей ему зуб, Просекин!.. Докажи, что я не зря срывала горло на твоих соревнованиях!..

Коснувшись взглядом моих глаз, он негромко смеется. Я, продолжая подначивать его, подхватываю.

Однако едва его машина тормозит у высоких откатных ворот, мой смех застревает в горле. Разноцветные лазерные лучи режут темноту, а музыка, проникая сквозь автомобильные стекла, бьет в барабанные перепонки.

Праздник по случаю закрытия сессии в самом разгаре.

- Она меня не пустит... - понимаю запоздало.

- Зато меня пустит, скажу, что ты со мной.

- А в следующий раз тебя не позовет...

- Позовет, - усмехается улыбочкой, которая говорит сама за себя.

- Что?..

- Пошли, пока Авдеенко не трахнула твоего парня.

Одновременно выходим из машины, после чего я быстро ее оббегаю и висну на Пашкиной руке.

- Посмотри на меня! - требую, поднимаясь на носочки, чтобы заглянуть в его глаза, - ты что... успел с Авдеенко переспать?!

- Не твое дело, Котя.

- Боже... - выдыхаю пораженно, - какой же ты кобель, Павлик!

- Идем.

Матерь Божья... осталась хоть одна девчонка, кроме меня, которую он еще не пометил своим жезлом любви?.. И ведь ни одна ему не отказывает! Вообще ни одна!.. Ему дают все без исключения!..

Шагаю за ним, беззастенчиво пялясь на упругий зад. Мне можно, я ему почти сестра и эту самую задницу без одежды видела, когда нам было по два - три года, и мы плюхались в детском бассейне в загородном доме у Просекиных.

Красивая задница, чего уж там...

И задница, и то, что выше и ниже нее - тоже. С обратной ее стороны, судя по слухам, тоже все в порядке.

Если бы он не был моим почти братом, я бы... пфф... нет, не дала.

Даже думать об этом не буду!..

- Откроешь? - говорит в трубку Паша.

Я, вспомнив, зачем приехала, встаю за его спину и спешно поправляю на себе платье и взбиваю пальцами прическу. Если уж из застать любимого за изменой, то выглядеть при этом так, чтобы он локти кусал, вспоминая меня.

Через полминуты слышится писк и следующий за ним щелчок замка, и массивная дверь открывается.

- Здорово, - басит Мигель, брат Есении.

Здоровается с Пашей за руку и, не скрывая удивления, пялится на меня.

Еще бы, наверняка в курсе нашей взаимной нелюбви с его сестрой. Понимает, что вряд ли на это мероприятие у меня пригласительный имеется.

- Мы вместе, - припечатывает Пашка, подхватывая мой локоть.

Протаскивает меня мимо продолжающего глазеть Мигеля и ведет по мощеной дорожке к подсвеченному голубым светом бассейну.

Я теряюсь. На враждебной территории даже рядом с Просекиным чувствую себя не в своей тарелке.

Едва нас замечают, как всю округу оглушает пронзительный женский визг. За мгновение до того, как я отскакиваю от Пашки, на нем повисают сразу три девицы.

Оставив его на растерзание повернутым на его члене самочкам, продолжаю медленно шагать по тропинке по направлению к гудящей толпе. Сощурив глаза, пытаюсь поймать в фокус высокого брюнета.

Мое дефиле сопровождается ошеломленно - презрительными взглядами.

Мне здесь официально не рады.

Но, на ватных ногах и с сжавшимся от тревоги сердцем, я продолжаю обходить гостей, пока на примыкающей к торцевой стороне дома террасе не вижу хозяйку праздника Авдеенко Есению, висящей на шее у... моего парня.

Примерзнув ногами к бетону, застываю.

Сердце с треском рвется пополам. Как он мог?!

Хватаясь рукой за горло, наблюдаю, как его рука обвивает талию Авдеенко, а она, поднявшись на носочки, губами к щеке его тянется.

- Андрей! - выкрикиваю я, понимая, что до ужаса боюсь увидеть, как они целуются.

Глава 2

Катя

Одно дело дать обещание, а совсем другое - его сдержать. К моменту, когда машина Паши останавливается во дворе его высотки, в моем горле вырастает ком размером с земной шар. Телефон пищит в сумке, и я почти уверена, что это Андрей. Что он обязательно найдет слова для оправдания и придумает с десяток правдоподобных версий, почему он в гостях у Авдеенко, а не на даче, и почему ее залитое автозагаром тело терлось об него.

- Сволочь, - роняю я, не в силах переживать личную трагедию в одиночестве.

Ориентируясь по камере заднего хода, Пашка ловко паркует седан и так же умело делает вид, что не слышит меня. Ему не привыкать, его жилетка видала и не такое. Однажды он пережил апокалипсис в виде заваленного мной сопромата.

Но Николаев, конечно, не сопромат, который я потом все-таки сдала, вернуть мое доверие и снять с меня рога так просто не получится.

Все кончено.

Эта мысль выходит из меня новым приливом слез. Прижав руку ко рту, я тихонько всхлипываю.

Как он мог?! В сентябре нашим отношениям исполнился бы год!

Как он мог, черт его подери?!

Я же верила ему! Больше, чем Пашке, который утверждал, что не спал с моей подругой Евой, больше, чем Натке, которая заверяла, что мои волосы гуще, чем ее! Я доверяла ему как себе!

- Голодная? - вдруг проникает в сознание далекий голос Паши.

-А?..

- В холодильнике шаром покати, - говорит он, заталкивая меня в лифт, - Пиццу заказать?

Я захожу в кабину и поворачиваюсь к нему лицом.

- Паша, скажи честно, я ничтожество?

- Начинается... - закатывает он глаза, - Я тебя домой сейчас отвезу.

- Просто скажи мне!.. Да или нет?

- Грибную или с креветками? - уточняет, открывая приложение в телефоне и разворачиваясь, чтобы выйти из лифта, который уже открыл нам двери на пятом этаже.

- С креветками, Паша! - выпаливаю я, догоняя его, - Скажи мне!..

- Катя! - рявкает он вдруг, - Мы еще до квартиры не дошли, а ты мне уже мозг выебла!.. Давай-ка я тебе такси вызову.

Я тут же сдуваюсь, как проткнутый иголкой воздушный шарик. Резко выдыхаю и прижимаюсь прохладными ладонями к пылающему лицу.

- Ладно, забей... - бормочу шепотом.

- Пусть тебя сестра утешает...

- Прости, Паш!.. Я больше слова не скажу, клянусь!

Скепсис в направленном на меня взгляде не оставляет ни шанса на то, что мне поверили. Тем не менее он открывает дверь и пропускает меня в квартиру.

Послав ему виновато - благодарную улыбку, жестом закрываю рот на замок и переступаю порог.

Я сама не знаю, зачем приехала сюда, но в моменты, когда меня телепает на ветру, как хрупкую травинку, рядом с Пашей я получаю заземление и обретаю почву под ногами.

- Кино посмотрим?

- Выбери что-нибудь, - говорит он, строча кому-то в телефоне.

Кажется я действительно сорвала его свидание, но будь он на моем месте, я тоже ради него отменила бы все планы. Мне ведь и правда хреново.

Прохожу в гостиную, плюхаюсь на диван, предварительно скинув с него Пашкину футболку, и беру пульт в руки. Листая каталог, никак не могу выбросить из головы то, что видела в доме у Авдеенко. Да и как такое возьмешь и забудешь?! Это ведь не банка с Колой, к которой кто-то случайно пригубился. Это парень, которого я люблю и который утверждал, что любит меня!

Я его с родителями познакомила, черт его дери!..

Всхлипываю, представив реакцию мамы и папы.

- У меня вино есть, - вдруг доносится до меня голос Паши, - Выпьешь?

Я еще раз судорожно всхлипываю и оборачиваюсь.

- Вино? У тебя?.. Откуда?

Проигнорировав мой вопрос, он поднимает запечатанную бутылку на уровень глаз и читает этикетку, что только подтверждает, что он его не покупал.

- Белое сухое... Выпьешь?

- А ты со мной?

- И я с тобой, - отвечает Паша, вздохнув.

- Спасибо, - мямлю жалобно.

Пока он ходит за бокалами и откупоривает бутылку, я включаю первый попавшийся фильм - мистический триллер с леденящим душу названием, и по-хозяйски достав плед из шкафа, набрасываю его на плечи и с ногами залезаю на диван.

Пьем не чокаясь. Я знаю, что Паша не любитель подобного рода напитков, поэтому просто пригубляется, а я делаю три больших глотка и наслаждаюсь расплывающимся в груди теплом.

- Что за фильм? - спрашивает Просекин, усаживаясь на пол у дивана.

- Я забыла. Про какую-то резню.

- Ммм... То, что доктор прописал.

Я подавляю смешок и отпиваю еще вина. Дышать как будто становится легче, исчезает заложенность в груди и спазм в горле. Просыпается аппетит.

- Ты заказал пиццу?

Глава 3

Катя

Из горла вырывается сиплый смешок, хотя чему я удивляюсь?.. Уж точно не победам Пашки. И о доступности Авдеенко давно все в курсе.

Интересно другое - как на такую давалку повелся Андрей?..

Сделав еще один глоток вина, я возвращаю взгляд к экрану, но происходящее на нем идет фоном. В моих ушах шумит.

- И как она тебе?

В этот момент его телефон начинает звонить, он принимает вызов и поднимается на ноги.

- Пиццу привезли.

Выходит из гостиной, оставив меня наедине с бардаком в моей голове. Николаев захотел острых ощущений? Или Есения умеет делать то, чего не умею я? Какого черта происходит?

Слышу доносящиеся из прихожей звуки, потом хлопок двери и шаги Пашки, несущего две коробки пиццы.

- Из меня хреновый психолог, Коть... - говорит он, шествуя к столу.

- Мне не нужны советы психолога. Я хочу понять, что у вас, у мужиков, на уме.

Просекин усмехается. Открывает коробки, вынимает салфетки из бумажного пакета и тащит еду к дивану. От запаха плавленного сыра во рту собирается слюна. Я сама себе доливаю вина и тянусь за кусочком пиццы с креветками.

- Ты будешь разочарована, когда узнаешь, что в таких вопросах мужики редко думают головой.

- Головкой... - киваю я, - Я знаю.

Пашка смеется, а я делаю еще один глоток из бокала. Посмеялась бы с ним, да совсем не смешно. В глазах всех наших знакомых я обманутая лохушка. Николаев сделал из меня посмешище. Не считатя того, что разбил мое сердце вдребезги.

- И все же, Паш?.. Как она тебе? Впечатлила?

- Ждешь подробностей?

Я хмыкаю и, вытянув ногу из-под пледа, поправляю на колене подол платья.

- Хочу понять, где я облажалась.

- Так ты у Андрюни своего спроси. Ему есть, с чем сравнивать.

Болезненный удар в грудь бросает меня на спинку дивана. Я протягиваю Паше пустой бокал, и он выливает в него остатки вина из бутылки.

- Ты что-то знаешь?.. Думаешь, они уже переспали?

- Ничего я не знаю, - откусывает пиццу с беконом.

- Паш, ты бы рассказал мне, если бы знал, да?

- Да. Но ты в курсе, что он никогда мне не нравился.

- Почему?

Это правда. Пашка всегда считал, что Николаев мне не пара. Слишком скользкий и недалекий для меня. Теперь мне интересно, откуда у него это мнение.

- Чуйка, - отвечает он, снова откусывая пиццу.

Пережитое потрясение, боль утраты и разочарование накрывают усталостью и опускаются на затылок неподъемной тяжестью. Чуть съехав ягодицами ниже, я пристраиваю голову на спинке дивана. Пялюсь в потолок, уже даже и не пытаясь вникать в то, что разворачивается на экране.

- Не хочешь с ним поговорить? - спрашивает Паша спустя какое-то время, - Наверняка ведь он наяривает.

Мой телефон звонит в сумке, не переставая. Сумка в прихожей где-то на полу, поэтому если не зацикливаться на мелодии вызова, почти не слышно.

- Пусть катится к черту.

Паша хмыкает и поворачивается ко мне в профиль. Я смотрю на длинные загнутые вверх ресницы, по которым мои подруги сходят с ума.

- Не простишь?..

- Нет, конечно.

- Даже если Авдеенко заманила его туда обманом и повисла на шее, когда он этого не ожидал?

- Примерно такого объяснения мне и стоит ждать от Андрея? - уточняю с сарказмом.

- Сечешь, - подмигивает Пашка.

Я возвращаю голову на спинку дивана и задумываюсь. А что, если все было именно так?.. Я ведь не дала Андрею сказать ни слова, да и от Есении подставы можно было ожидать. Вдруг она его завлекла туда каким-нибудь срочным делом, увела на террасу, чтобы его обсудить, а когда увидела меня, обняла его за шею и начала целовать?..

Правдоподобно?..

Ох, черт! Бред полный, потому что он написал мне, что на даче у родителей, уже после того, как я увидела сторис Авдеенко. Но несмотря на это, кажется, поговорить мне с Николаевым все же придется.

Доносящиеся из колонок голоса героев триллера становятся все глуше и дальше, и к моменту, когда фильм заканчивается я дрейфую где-то между сном и явью. Слышу, как Паша ходит по комнате. Выключает телевизор и гасит свет.

- Ложись, - говорит он тихо, склонившись надо мной.

- Я в душ... Можно?..

Его трезвый ясный взгляд сканирует мое лицо, а потом он кивает.

- Иди.

Я сползаю с дивана, медленно на слабых непослушных ногах плетусь в спальню Паши за его футболкой, а потом закрываюсь в ванной и, раздевшись, встаю под душ. Горячая вода довершает то, что не сделало вино - начинает кружиться голова и изнутри неожиданно поднимается новая волна жалости к себе и обиды.

А еще шока. Шока от того, что подобное могло случиться со мной! Любимицей мамы и папы, одной из лучших студенток потока, одной из самых перспективных магистранток, близкого друга Паши Просекина!

Глава 4

Катя

Приняв это за разрешение, я распахиваю дверь и быстро бегу к кровати. Паша отодвигается, освободив мне половину ложа, и я, нырнув под одеяло, поворачиваюсь на бок лицом к нему.

- Разбудила? Прости.

- Блядь... - повторят он с тяжелым вздохом.

- Я не могу там одна, Паша, - проговариваю шепотом торопливо, - Мысли разные в голову лезут. Страшно.

- Говорила с ним?

- Нет, но...

- Переписывалась?

- Нет, но случайно зашла в нашу переписку, - объясняю тихо, - Я ему ничего не писала, клянусь!..

- Зачем тогда ревела?

В спальне так темно, что я почти его не вижу, зато голоса и запаха его хоть отбавляй. Меня тут же окутывает теплым щемящим чувством, и от переизбытка чувств в горло снова прорастают шипы. Однако я держусь - если устрою потоп прямо тут, Пашка сразу вызовет для меня такси.

- Я не ревела, - предательски шмыгаю носом.

Он лежит на спине с закинутой за голову рукой. На фоне окна я вижу только его профиль и выпуклый бицепс. Наступает тишина, и мне начинает казаться, что он уснул. Я, беспрестанно сглатывая ком в горле, не могу. Мне необходимо говорить.

- Что?.. - наконец не выдерживает Паша.

- Ничего... Просто я не знаю, что делать с тем, что я чувствую.

Будто раздумывая, что сказать дальше, он молчит. Не психует и не ворчит, и это вселяет надежду быть услышанной.

- Не думала, что будет так больно...

- Только первые несколько дней. Я думаю.

- Да, я тоже так думаю. Потом станет легче, да?..

- Угу... - он зевает и немного меняет положение тела, повернувшись ко мне полубоком.

Теперь я не вижу даже его профиля, но зато более отчетливо чувствую запах кожи. Паша всегда приятно пахнет, даже после тренировки. Аромат его кожи ассоциируется у меня со всем самым лучшим, что есть в моей жизни.

- Андрей говорит то же самое, что и ты... - шепчу я.

- Веришь ему? - спрашивает Пашка так же тихо.

- Не-а... Но мне нужно узнать, как давно это у них.

- Зачем?..

Не сразу нахожусь с ответом. Размышляя, облизываю губы и слышу Пашкин вздох.

- Хочешь дать ему шанс?

- Нет... если...

- Что «если»?..

Я тяжело сглатываю. Как это все сложно!.. У меня нет опыта в подобных делах, и у Паши, несмотря на то, что он всегда был в разы умнее и мудрее меня, тоже.

- Нет, ничего... Николаев в любом случае лжец. А я... я просто дура!

Слезинка, выкатившаяся из глаза, прочерчивает дорожку по переносице и теряется где-то на щеке.

- Ты тут при чем?

Его лежащий на тумбе телефон подает глухой вибросигнал. Наверняка кто-нибудь из друзей или подружек. Может быть та самая, с которой он сегодня планировал потрахаться. А вместо этого вынужден подтирать мне сопли.

- Думаешь, не при чем? - спрашиваю жалобно.

- Только не плачь, ладно?

Отсутствие раздражения в его голосе подкупает настолько, что я готова броситься в его объятия и кричать о своей любви. Он лучший!.. Лучший друг на свете!

- Я не плачу, - всхлипываю все же и, не сдержавшись, подаюсь вперед и прижимаюсь лицом к его плечу, - Я все равно буду счастливой, Паша!

- Я знаю.

- Андрей ведь не последний, кто обратил на меня внимание, верно?

- Да.

Мне хочется, чтобы он обнял меня, но просить об этом, после того, как я напросилась к нему сначала в квартиру, а потом в постель, будет верхом наглости. Поэтому я просто придвигаюсь ниже и тихонько плачу в его плечо.

- Коть...

- Все нормально... - шепчу, борясь с рыданиями.

- Он мизинца твоего не стоит. На хрена ты расстраиваешься?

- Мы встречались год!

- И что?.. Вы женаты? У вас трое детей?..

- Нет, - смеюсь сквозь слезы и, обняв его одной рукой случайно проезжаюсь губами по шее, - Блин, прости...

Сильно смутившись, я отстраняюсь и натягиваю одеяло до подбородка. Пашка лежит, не шелохнувшись, словно и не было ничего.

- Все нормально будет, - проговаривает негромко и ложится на спину, - Спи.

Вижу, как закидывает руку за голову и слышу глубокий ровный вздох. Я тоже затихаю. Боль из груди никуда не делась, но Пашкин спокойный уверенный голос значительно ее притупил, и теперь она, возможно, даже позволит уснуть.

Вскоре усталость действительно побеждает - сначала парализует мышцы, заливая их слабостью, а потом начинает путать мысли, пока наконец я не засыпаю.

Сплю крепко до определенного момента. Потом сон становится рыхлым, прерывистым. Сознание атакуют вспышки и разного рода ощущения. Жар, духота, вибрирующее, перекатывающееся под кожей, тепло.

Глава 5

Катя

В ушах свистит, так, что я почти не могу этого выносить. Кружится голова, меня раскачивает из стороны в сторону. Вцепившись в края раковины, я пытаюсь остановить раскручивающуюся карусель, с которой меня вот-вот выбросит.

Может, сон?.. Во сне иногда случается такое, что я потом на себя в зеркало смотреть не могу.

Черт, нет, не сон... Воспаленный дикий взгляд в отражении слишком натуральный.

И Пашкин запах, который все еще гуляет в рецепторах, и вкус его слюны у меня во рту и на губах - такое не могло присниться. Я все еще чувствую движения его языка!

Рванув футболку вверх и быстро избавившись от стрингов, я залезаю в душевую кабину и врубаю поток холодной воды. Вскрикиваю, когда она обрушивается на плечи, но, сцепив зубы, терплю. Есть крохотная надежда, что она смоет с меня все, что случилось и погасит пожар в низу живота.

Кожу стягивает, начинает колотить. А я решаюсь проверить, не почудилось ли мне все, опытным путем - опускаю руку и трогаю себя внизу.

- Боже-е-е... - стону в ужасе.

Там склизко и горячо. До сих пор чувствительно так, что мое прикосновение отзывается новой вспышкой между ног.

- Боже!.. - шиплю сквозь стиснутые зубы, - Боже... Лучше сдохнуть, чем это!.. Пожалуйста!

Поднимаю голову и, открыв рот, ловлю им холодные капли.

Дня хуже не придумать! Проклятье!..

Наконец, не выдержав, выключаю воду и, стуча зубами, обматываюсь полотенцем и открываю дверь ванной. В квартире тихо и темно. Я щелкаю выключателем, юркаю в гостиную и на ощупь быстро одеваюсь. Труднее всего с платьем, молния которого никак не хочет застегиваться на спине. Всхлипнув с досады, я оставляю ее как есть и, схватив телефон, на цыпочках возвращаюсь в прихожую.

Стараясь действовать тихо, в темноте нахожу сумку и туфли и уже было тянусь рукой к дверному замку, как внезапно зажигается свет.

- Куда? - раздается позади негромкий голос Паши.

- Домой...

- Не пыли, Катя, - говорит он ровно, - Я тебя сам отвезу. Утром.

Курсирующий в моей крови адреналин вдруг лопается как пузырьки шампанского. Я разворачиваюсь и падаю спиной на дверь. Паша стоит на пороге своей спальни, скрестив руки на груди, в низко сидящих светло-серых трико и босой. Запечатлевшийся с детства в памяти образ, который сейчас повернулся ко мне обратной стороной. Молча пялюсь на его ноги.

- Обсудим?.. - предлагает он.

- Ругать меня будешь?

Просекин усмехается и несколько раз, словно разминая шею, вращает головой. А затем, сделав шаг ко мне, забирает сумку.

- Только не нагнетай, окей?

Легкость, с которой он это произносит расслабляет стягивающие мою грудь ремни. Дышать становится чуть легче. И смотреть на него уже не так неловко.

- Я не нагнетаю, - улыбаюсь, растерев лоб ладошкой.

- И куда тогда рванула?..

Несколько глубоких вдохов, и я осмеливаюсь посмотреть в его глаза. Он все тот же. Мой Пашка. Друг, брат, соратник.

Все по-прежнему.

- Думала... ты меня убьешь, - лепечу жалобно, прикусывая губы, чтобы сдержать нервный смех.

- А подумала, что скажут дома, когда ты вернешься в четыре утра?..

- Блин... не подумала...

Папа убил бы нас обоих. Мама начала бы пытать. А Натка засыпала бы Пашу гневными сообщениями.

Он отталкивается плечом от дверного косяка и идет на кухню. Я плетусь следом, изо всех сил надеясь, что мы ничего не испортили.

- Хочешь чаю? - спрашивает он, не оборачиваясь.

- Воды.

Не то от вина, не то от пережитого во рту сухо, как в Сахаре. И кончики ушей горят, как обоженные.

- Ничего страшного не случилось, поняла?..

- Конечно... я вообще даже не до конца проснулась, - вру, заикаясь, - Даже не поняла, что произошло.

- Хрень произошла, - бросает он, включая чайник, - Меньше пить надо...

Я давлю нервный смешок и решаю не перечить - Паша-то всего два глотка вина выпил.

- Больше не пью.

- И не ночуешь у меня.

А вот тут обидно. Подавившись глотком воздуха, я уставляюсь в его спину. Меня департируют?

- Даже если больше не подойду к двери твоей спальни, когда ты там спишь?

Он наливает воды в стакан и ставит передо мной на стол.

- Хватит, Коть... не маленькие уже.

- В смысле?.. - не верю своим ушам, - Какая разница, маленькие или нет?.. Мы должны перестать дружить, потому что... что?..

- Я не говорил, что мы должны перестать дружить, Катя! Но ты у своей сестры ночуешь реже, чем у меня!..

- И что?! Я тебя стесняю?.. Надоедаю?!

Его взгляд как удар хлыстом по лицу. Обжигает до рези в глазах.

Глава 6

Катя

- Кстати... - вспомнив, поднимаю вверх указательный палец, - Еще пару месяцев назад мне Таня говорила, что видела, как Авдеенко к Андрею в машину садится. Я не поверила, потому что доверяла ему! А он клялся, что такого не было!. В итоге я поругалась с Таней и чуть не поругалась с Евой, которая сказала, чтобы я не очень-то доверяла Николаеву!

- Думаешь, он уже тогда с ней встречался?..

- В том-то и дело, Паш, что я не знаю, - продолжаю мыслить логически, не давая волю эмоциям, - Возможно, она клеилась к нему, но он первое время сопротивлялся...

- Может быть, - кивает Паша, глядя исключительно на дорогу.

- Ну знаешь... преследовала его. Приставала с переписками... и все такое...

Я трещу как сорока. Озвучиваю все, что приходит в голову, лишь бы не молчать. Кажется, у меня развивается паранойя - каждая секунда тишины вбивает между нами клин. И нет, скорее всего, это не так, а всего лишь мое накрученное до предела воображение, но заставить себя заткнуться я не могу.

- Думаешь, это она виновата?..

- Ага... - хмыкаю, постучав пальцем по своему виску, - Если верить тому, что пишет Андрей...

- Ты с ним переписывалась?

- Я ничего ему не отвечала, но он продолжает посылать мне простыни, - отвечаю быстро, - Так вот... если верить Андрею, то эта сучка ему просто прохода не давала! Вешалась и таскалась за ним повсюду, и даже знаешь, что?..

- Что? - спрашивает, ловко входя в поворот на сложном перекрестке.

- Говорила про меня гадости! Говорила, что я его обманываю и что у меня есть кто-то помимо него...

- Даже так?

Обычно моя болтовня Пашу раздражает, но сегодня он невозмутим как Будда, и это почему-то пугает. Чисто интуитивно я хочу, чтобы он вел себя как прежде.

- Да!.. Представляешь?.. Вот же сука!

- Но ты же понимаешь, что сейчас твой Андрей скажет что угодно, лишь бы ты поверила ему? - бросает на меня косой взгляд.

- Конечно, понимаю! И не собираюсь снимать с него вины!.. Он обманул меня!

- Если простишь на этот раз, то, поверь, будет следующий...

- Я знаю.

- Люди ведут себя с нами ровно так, как мы это позволяем, - проговаривает Паша негромким вкрадчивым голосом.

- Но почему он так поступил со мной? - восклицаю обиженно, - Я же не давала ему повода думать, что потерплю такое!..

- Не знаю, - ведет он плечом, - Решил рискнуть...

- Отпад!.. Решил рискнуть отношениями!

Мне не смешно, и мой хриплый смех скрипит как старое дерево. Я растеряна. Поступок Николаева должен причинять гораздо больше боли, чем я чувствую. Ее вытеснила прохладная сосущая пустота в груди, которая дает о себе знать всякий раз, когда я смотрю на Пашку. Наше поведение похоже на игру плохих актеров, которые вышли на сцену, толком не выучив роли.

- Мне придется встретиться, чтобы поговорить с ним.

- Он попросит шанса.

- Пусть просит, - отмахиваюсь рукой, - Паша, я видела, как он целовался с ней!..

- Если будет надоедать, скажи мне.

- Хорошо, - киваю я, - Но думаю, я разберусь с ним сама.

Когда машина въезжает в наш загородный поселок, я, словно почувствовав скорое избавление, вдруг выдыхаюсь. Падаю на спинку сидения и замолкаю.

Паша подъезжает к дому и, удерживая руль двумя руками, вжимается затылком в подголовник. Повисает самая настоящая неловкая пауза, от которой начинают пылать щеки и кончики моих ушей.

- Зайдешь?

Обычно заходит, чтобы поздороваться с родителями и выпить чаю, передать моей маме привет от тети Саши и обсудить с папой новую прогу. Но сегодня нет, и я к своему стыду этому рада. Наверное нам обоим нужно время, чтобы вытряхнуть из головы тот маленький казус.

- Поеду.

Я втягиваю воздух носом и, понимающе кивнув, улыбаюсь.

- Не бери в голову, Паш...

- И ты.

- С кем не бывает, правда?.. Я однажды в клубе чуть Андрея с его братом Костей не перепутала.

Он усмехается, но не напоминает, что слышал эту байку от меня с десяток раз.

- Звони, - показываю пальцами трубку, - В гости заезжай.

- Заеду, - обещает он, а я понимаю, что нескоро.

Неловко клюнув его в щеку, я выхожу из машины и, набрав комбинацию цифр на кодовом замке, открываю тяжелую металлическую калитку. Визг шин позади меня оставляет облако пыли.

Блин...

Я готова потерять хоть пять Андреев и всех моих подруг, только не дружбу с Пашкой. Я буду биться за нее до последнего.

- Я дома!.. - кричу с порога, копируя голос, каким я всегда это делаю.

Смотрю в зеркало и пробую улыбку, которую буду демонстрировать родным. Все в порядке.

- Привет, - говорит мама, выглянув из гостиной.