Не все леди хотят замуж. Игра Шарлотты

Пролог

– Знаменитая Шарлотта де Вуар, – голос мужчины прозвучал преступно близко. Так близко, что его дыхание коснулось моего уха. – Наслышан столь многое, что даже не поверил, увидев вас здесь.

Я попыталась обернуться, но парапет балкона спереди и мужская фигура, слишком плотно прижавшаяся ко мне сзади, сделать это не позволили.

– Немедленно отойдите, – прошипела я. – Иначе я буду кричать.

– Неужели? – голос стал еще ближе, теперь даже губы мужчины коснулись мочки, а я терпела из последних сил. – Я бы послушал, как вы кричите, но только уже подо мной. Как-то довелось со стороны, и все никак не могу выкинуть ваш голосок из памяти…

Я вспыхнула.

Невиданное оскорбление! Но этот мужлан сам нарвался.

– Последнее предупреждение, – медленно произнесла я, сосредотачиваясь и продумывая, как отобью детородные органы этому типу. – Я главная фрейлина принцессы Клары, вхожу в состав дипломатической миссии, и если вы немедленно не уйдете…

– То, что?! – голос усмехнулся.

Вместо ответа я прикрыла глаза, а в следующий миг с силой оттолкнулась руками от парапета, толкая назад фигуру за собой. Развернулась и без малейшего промедления ударила ногой туда, где у мужчины должны были находиться яйца.

На все ушли секунды, потому что я умела за себя постоять, иначе не была бы Шарлоттой де Вуар!

Но засранец успел отскочить.

– Неожиданно! – усмехнулся мужчина, снимая с себя полумаску и являя свое лицо.

А для меня это было еще более неожиданно.

Напротив стоял крон-принц Себастьян, будущий муж той, кого я привезла к нему же на помолвку, – принцессы Клары.

– До скорой встречи, графиня, – усмехнулся он, возвращая маску обратно, при этом немного взъерошивая свои черные, как смоль, волосы. – А сейчас простите меня – вынужден удалиться. Кажется, скоро объявят последний танец.

Он непринужденно развернулся и вышел с балкона. Я же осталась сжимать кулаки и успокаивать свое негодование.

Я и раньше знала, что принц тот еще засранец, но одно дело знать, другое в этом убедиться.

Хотя смущало другое, я не помнила, чтобы мы с ним встречались до сего момента раньше.

Глава 1

Шпионов не учат в академиях, шпионами становятся по призванию. В моем случае – сразу рождаются.

Моя мать, будучи беременной, мечтала, что у нее родится прекрасная златовласая девочка. Голубоглазый ангелочек, которого она будет наряжать в воздушные платья. Мы будем вышивать вместе бисером и камнями заколки, вечерами читать стихи Шоурена, а после я буду играть ей на клавесине.

Отец же мечтал о сыне – продолжателе рода, воине, гордости фамилии.

Частично я выполнила желания обоих родителей.

Знакомьтесь, Шарлотта де Вуар – графиня Лестрейдская, двадцати пяти лет от роду, не дурна собой, умна, хитра и очень проницательна.

Но в иных кругах меня зовут Миледи.

***

Мечты моей матери всегда были слишком традиционны. Как и все леди из высшего света, она с десятилетнего возраста мечтала о выгодном замужестве и в шестнадцать повстречала моего отца. С ним ей однозначно повезло. Мне, впрочем, тоже.

Поэтому, когда мне исполнилось одиннадцать, мать впервые завела разговор о поиске подходящего кандидата в будущие мужья для дочери. Помню, как меня это ужаснуло. Отца – тоже.

Он уже тогда видел во мне таланты, которые нельзя было похоронить в скучной семейной жизни приличной матроны. Я умела вышивать, но ненавидела это дело. Зато я вслепую заряжала арбалет и могла попасть в яблоко за триста ярдов.

Мать же даже слушать ничего не хотела о таких глупостях, как ее дочь в мужском седле. Старшая леди Де Вуар мечтала о внуках и как можно быстрее. Например, в мои шестнадцать-восемнадцать ее бы вполне это устроило.

А меня нет.

И однажды отец предложил выход.

Хорошо помню тот разговор.

– Шарлотта, в жизни тебе не повезло только один раз, – произнес он. – Родиться девочкой. В нашем обществе это равносильно пожизненной принадлежности мужчине, за которого тебя выдадут замуж.

Понурив голову, я слушала, боясь, что разговор окончится новостями о скорой свадьбе.

А отец продолжал:

– Мужья распоряжаются приданым жены, могут содержать на него любовниц, спускать на ветер, а ты им даже слова не скажешь. Но выход есть. Даже в таких условиях есть способы стать свободной.

Я подняла голову и взглянула на своего отца. Он уже был не молод: седина занимала всю голову, а лицо давно покрылось морщинами. И я понимала, почему он так сильно цеплялся за меня. Других детей у него уже никогда не будет, и я оставалась его единственной надеждой. . .

– И что за способ? – спросила я.

– У меня есть друг, очень давний. Так сложилось, что у него нет и никогда не было ни жены, ни детей. Он богат, стар, одинок и очень болен…

– Что-о-о? – ужаснулась я. Ведь я была неглупой девочкой, и такие слова от родного отца привели меня в ужас. Неужели он хочет, чтобы я вышла замуж за старого. . .

– Не спеши и выслушай, – строго одернул папа. – Графу Лестрейдскому осталось недолго. Несколько недель, быть может, и того меньше. И поверь, меньше всего на смертном одре его интересует твое приданое, прелести и невинность. А вот нажитое богатство ему оставить некому, собственно поэтому он и согласился нам помочь. Точнее, мы поможем ему, а он тебе.

В тот вечер отец очень долго рассказывал о своем плане, и чем больше я его слушала, тем больше понимала – он прав.

В мире, где правят мужчины, свободу женщине можно получить либо, обладая большими деньгами, либо став вдовой. А лучше и то, и другое сразу.

– Но выбор за тобой, – закончил отец. – Выйти замуж за графа или продолжать жить дальше, как есть сейчас. Быть может, тебе посчастливится встретить хорошего молодого мужчину и выйти за него, а после родить ему детей.

Но меня аж передергивало от мысли, что придется посвящать жизнь домашнему хозяйству, погрязнуть в этой бытовой рутине, буквально похоронить себя в замужестве. И решение было принято молниеносно.

– Я согласна, отец. Я приму предложение графа.

Ох, как же гневалась мать, когда узнала, что я выхожу замуж и внуков ей не видать. Но я уже сделала выбор.

Своего мужа в итоге я видела только два раза.

В день свадьбы и в день его похорон на кладбище. Два события были разделены между собой по времени лишь несколькими днями, и все же я искренне скорбела по человеку, который дал мне фамилию и которого совершенно не знала.

По всей видимости, он был хорошим и добрым мужчиной, раз не посягнул на меня ни в одном из значений.

Зато после его смерти я стала независимой. У меня были деньги мужа, приданое от отца, новый титул, и — что самое главное – свобода в глазах общества.

Так я стала Миледи.

***

И все же одного замужества было мало, для того, чтобы заслужить в обществе вес и уважение. Это понимали и я, и мой отец.

Мы начинали с малого: с первых выходов в свет, где отец всюду брал меня с собой, знакомил с нужными людьми, обучал всему: от умения врать в лицо до тонкостей игры в кости и, что лукавить, немного до шулерства в картах.

Я ездила на охоту наравне с мужчинами, могла позволить себе смех в обществе любого из них, когда сама захочу, а не когда этого требовал этикет. Меня мечтали заполучить в любовницы, но я раз за разом отвечала отказом.

Мужчины вокруг вообще не привлекали меня. Возможно, виной было то, что я знала о них порой даже больше, чем их собственные жены – ведь каких только слухов не узнаешь за игральным столом, когда лорды ставят целые состояния на кон.

Я знала имена их любовниц, их жен, их слуг и запоминала – просто так, на будущее. Мало ли – пригодится.

В какой-то момент я стала вхожа даже во дворец короля.

Уже немолодой Леопольд Третий был страсть как увлечен шахматами, вторым его увлечением была жена – королева Маргарет. Он был одним из немногих мужчин, кто действительно любил супругу – и за это я его особенно уважала.

А потому сумела завладеть доверием монарха сразу по двум этим пунктам. Очень быстро я стала одной из приближенных к королеве фрейлин, а еще иногда составляла королю партию в шахматы:

Глава 2

/Несколько лет спустя/

– Утренняя корреспонденция, госпожа, – доложил мажордом, появляясь в дверях кабинета.

Я подняла на него взгляд, отвлекаясь от чтения записок, которые вчера вечером мне передали на балу. Их было около десятка, в основном все с ничего не значащими сплетнями. Ерунда да и только, ничего интересного. И все же я не пренебрегала даже такой информацией. Кто знает, когда могут понадобиться знания, что содержанка герцога Роршера спит с его братом?

– Что там, Чарльз? – спросила, заметив в руках слуги кроме конвертов еще и деревянный ларец.

– Не могу знать, миледи, – мажордом прошел вперед к моему столу и положил ношу на самый край. – Но это принес утром личный лакей посла Персиции. Похоже, вчера на балу вы блистали.

Я закатила глаза к потолку. Посол не давал мне прохода весь последний месяц, все зазывал погостить в его родную страну, посетить родовой дворец, окунуться в истинную восточную роскошь. Называл меня сладким рахат-лукумом…

Ножом для писем я поддела тонкую пряжку замочка, инкрустированного камнями, а после приподняла крышку шкатулки.

– Ах, какая прелесть, – не сдерживая сарказма, выдала я, глядя на алую бархатную подушечку с лежащим на ней огромным перстнем. – Неужели это то, что я думаю?

Рядышком нашелся и конвертик.

“Мой сладкий персик, услада глаз моих, Шарлотта! Не могу и минуты провести без мыслей о вас, рахат-лукум губ моих. Не представляю, как моя жизнь будет проходить вдали от вашей красоты. Смилуйтесь же над моими чувствами, графиня, и примите мое предложение руки и сердца. Я осыплю вас золотом, подарю дворец, сотни слуг будут лежать у ваших ног. Дарую безопасность, особенно в той нестабильной обстановке, которая сейчас сложилась с Англиканией. Я сделаю вас главной женой…”

Дальше я не читала, закрыла конверт и аккуратно вернула в шкатулку. Ишь ты, безопасность он дарует!

По колечку мазнула вполне равнодушным взглядом – дорогое, наверняка стоит целое состояние, но зачем мне оно? Всего лишь очередная безделушка, пусть и сделанная из драгоценностей.

– Отправь шкатулку обратно, – отдала распоряжение Чарльзу.

– А ответ? Вы напишите что-нибудь послу?

Понимая, что просто так отказы подобного уровня столь важные мужчины принимать не любят, я придвинула к себе стопку бумаги и аккуратно вывела на верхнем листе:

 “Амир, свет очей моих. Ваше предложение столь лестно, что я разрыдалась от счастья, едва прочла его. Но мои слезы тут же сменились слезами горя, потому что я не могу принять ни вашу руку, ни ваше сердце. Я недостойна такого мужчины, как вы, и тем более его органов. Ваш народ также не сможет принять такую избранницу. Вы слишком идеальны для меня, и моя душа скорбит от понимания того, что мы никогда не сможем быть вместе.

С надеждой на понимание и дружбу, ваша Шарлотта. ”

– Как-то так, – подвела я итог, передавая послание Чарльзу. – В меру легкомысленно, в меру вежливо. Надеюсь, он не слишком расстроится.

– Сомневаюсь, миледи, – мажордом подхватил шкатулку со стола. – В прошлом месяце два лорда стрелялись из-за вас. Один до сих пор наблюдается у докторов. Посол же ещё более несдержанный мужчина.

– В таком случае разбираться с ним придется лично королю, – подвигая к себе другие послания, ответила я. – В конце концов, я подданная Франциссии.

Добавлять, что я не просто подданная, но еще и шпионка в интересах родной державы, не стала. Дворецкому об этом знать не нужно было. Хватит и того, что он уверен, будто я главная сплетница страны и вечно собираю слухи, чтобы потом обмусоливать их на балах, встречах или за игральным столом в клубе.

Хотя были у меня и другие подозрения, например, что иногда мажордом Чарльз кляузничал на меня тому же Леопольду, возможно, через посредников. Но король всегда был в курсе дел моего дома.

Кстати, о короле! Я вытащила из вороха писем сероватый конверт из плотной бумаги. На первый взгляд ничем не примечательный, но только я уже по фактуре определяла, от кого пришло то или иное послание.

“D4. сегодня после ужина в библиотеке. Твой ход?”

Ни подписи, ни расшифровки. Впрочем, мне они не были нужны. Король описал начало шахматной партии, свой первый ход, как именно он передвинул пешку.

“D5”, – написала в ответ я.

Монарху этого будет достаточно. В назначенное время я приду в назначенное место, и фигуры уже будут расставлены по своим местам.

В принципе я догадывалась, о чем хочет поговорить Леопольд. В последние годы он никогда не вызывал меня поиграть в шахматы просто так, ради удовольствия. Всегда по делу, чтобы сообщить, куда именно я скоро поеду или что мне нужно будет разведать.

Обычно задания никогда не вызывали во мне особого протеста, но сегодня что-то неприятное кольнуло в грудь. Да и письмо от посла не настраивало на позитивный лад.

Очень не хотелось, чтобы король приказал не просто съездить в гости к персийцам, но и еще, не дай бог, выйти за посла замуж.

Время до вечерней поездки во дворец я провела в своих делах. Разобрала деловые бумаги, подписала несколько купчих, изучила отчеты по текущим сделкам. После смерти отца многие вещи свалились исключительно на меня, хотя в наследство и досталось с десяток толковых помощников.

Маменьке же и времени не было до финансов, и куда чаще она писала мне письма, чтобы я наконец взялась за ум и подарила ей внуков, ибо не дело это в двадцать пять лет не иметь детей. Ведь скоро стукнет тридцать, а это самая настоящая старость!

На такие письма я обычно отвечала вежливо и сдержанно. Ругаться с родительницей не хотелось, но и объяснять, что дети в мою жизнь пока не вписываются, тоже.

Глава 3

Что берут с собою в дорогу принцессы?

Я хмуро оглядывала три повозки, полные коробок, тюков, ящиков – и все это с одеждой, платьями, шляпками.

– Матильда, надеюсь, это все? – спросила я у личной камеристки принцессы.

Худая женщина пятидесяти лет стояла в паре метров от меня и лично руководила сборкой багажа.

– Боюсь, нет, миледи, – она сделала небольшой книксен в знак уважения. – Сейчас прибудет еще одна повозка, в нее погрузят обувь.

Я закатила глаза к небу, но высказывать свое мнение не стала.

– Хорошо, продолжайте, – произнесла, отворачиваясь от повозок и направляясь по утоптанной дорожке в сторону дворца.

С одной стороны, мешать принцессе в сборах в мои планы не входило – пусть берет, что хочет. Я же по своему опыту путешествий и посещения светских мероприятий за границей могла сказать уже сейчас – сколько нарядов ни возьми, все равно придется шить новые.

Стоит только Кларе увидеть наряды других претенденток, и начнется самая настоящая борьба швей, которых просто завалят заказами пошить платье лучше, чем у “этой”. Именно поэтому повозка с моими вещами, можно сказать, отличалась мужским аскетизмом: три платья на первое время, костюм для верховой езды и охоты, две шляпки, обувь, дорожный плащ. Еще был ларец с украшениями, но его я собиралась везти лично сама в карете.

Что же касается остальных вещей, ими я предпочитала обзавестись на месте. Для этого было нужно не так много – деньги и связи.

Первым меня снабдил король, выдав увесистый кошель с золотыми.

– Это на первое время. Здесь ровно та сумма, которая не вызовет лишних подозрений. Все остальное получишь через поверенного. Он сам выйдет с тобой на связь в Англикании.

– Я могу хотя бы узнать его имя? – пряча кошелек, спросила я, при этом абсолютно не удивляясь, что у Леопольда есть свои лазутчики во дворце англикан.

– Он сам вам его скажет, если посчитает нужным.

Конечно же я поблагодарила короля за оказываемую помощь, но только на нее одну полагаться было бы глупо. Поэтому еще до отъезда я написала несколько писем своим людям, помощь которых могла бы понадобиться.

И вот ранним утром, едва солнце только показалось на горизонте, я стояла собранная и готовая к дальней дороге у золоченой кареты и ожидала, пока Его Высочество Клара соблаговолит выйти из дворца и направиться в путь.

Кроме нашей кареты, здесь была еще повозка для слуг, отряд охраны и, как я уже говорила, пять возов с одеждой. Не хватало только принцессы.

Клара появилась через пятнадцать минут, заспанная и недовольная жизнью. Над ней хлопотала ее матушка королева Маргарита, смахивая слезу со щек и напутствуя свою девочку.

– Будь умницей, моя дорогая. Помни, ты неотразима, и у принца нет шансов устоять перед тобой. И слушайся миледи де Вуар. Шарлотта желает тебе только добра.

– Знаю, – буркнула Клара, бросая в меня ненавистный взгляд.

Королева еще раз облобызала щеки дочурке, прежде чем та уселась в карету.

Я тоже собиралась последовать за наследницей, тем более что мы уже опаздывали на пятнадцать минут, а меж тем в порту нас ждал корабль. Но королева ухватила меня за руку и отвела в сторонку.

– Ваше Величество, – начала я, – как уже говорилось, мы опаздываем, нужно поспешить.

– Знаю, – оборвала она тоном, далеким от тех сюсюканий, которые только что доставались Кларе. – Я к тебе с особым поручением.

– Слушаю, – я мгновенно настроилась на серьезный лад.

Королева сунула мне в руки запечатанную сургучом записку и тут же накрыла сверху ладонью, чтобы никто не заметил:

– Найдешь способ передать это главному советнику короля Англикании лорду Эндболду.

Я округлила глаза. То, о чем просила королева, попахивало государственной изменой.

– Ваше Величество…

– Не спорь… – в ее глазах мелькнули недобрые огоньки. – И еще кое-что. За Клару головой отвечаешь. Если хоть один волосок с ее головы упадет. . .

Я быстро кивнула, показывая, что все понимаю, и спрятала записку в лиф платья. Только тогда королева отпустила меня к карете.

– Гони, – бросила я вознице и заскочила внутрь. Там уже сидела принцесса.

Девушка смерила меня еще одним не самым дружелюбным взглядом и, поджав губы, отвернулась к окну.

– Вечно ты за главную, – пробормотала она. – Даже здесь.

– Не понимаю, о чем речь, Ваше Высочество, – достаточно миролюбиво прощебетала я.

– Не притворяйся. Я знаю, зачем тебя послали со мной. Как няньку. Отец думает, что я сама не в силах справиться с каким-то там принцем, – Клара раздраженно фыркнула, сморщив аккуратный носик. – Да будет ему известно – весь двор от меня без ума! И какие-то там восточные принцесски мне не конкурентки.

– Ваш отец ни капли не преуменьшает ваших достоинств, – все так же вежливо ответила я. – Мое же присутствие лишь дань традициям и безопасности. Молодая леди, дабы сохранить свою добродетель, обязана путешествовать в сопровождении замужней или вдовствующей женщины, чья репутация…

Клара фыркнула.

– О вашей репутации многие наслышаны, графиня. А ваших мужчин даже пальцев не хватит пересчитать!

Несмотря на обвинения, я явственно услышала в голосе принцессы зависть. И улыбнулась, не собираясь ни отрицать, ни тем более подтверждать.

Некоторые слухи вокруг своей личности мне приходилось подделывать особенно тщательно. Все же в моем возрасте, да еще и после замужества оставаться девственницей было странно, поэтому иногда я инсценировала некоторые вещи.

– О моих мужчинах вам не стоит беспокоиться, принцесса. Куда больше вас сейчас должно волновать будущее знакомство с принцем. Эта партия весьма важна для вас и будущего Франциссии, поэтому сосредоточьтесь на этом. Ваш отец оставил четкие указания…

Глава 4

На корабле у Клары началась морская болезнь. До этого дня принцесса никогда не плавала по большой воде, да и вообще дворец покидала редко. И вот сегодня выяснилось, что Ее Высочество совершенно не выносит качки.

Корабельный доктор лишь руками развел, сказав, что его компетенции не хватает, чтобы лечить особ голубых кровей; я же понимала, что старый эскулап побаивается дать принцессе что-нибудь не то и сделать ещё хуже.

В любом случае, до берегов Англикании плыть оставалось недолго, дальше ещё полдня пути в экипаже – и здравствуй, Ландон и королевский дворец, где нас должны были поселить.

– Ваше Высочество, как себя чувствуете? – поинтересовалась я, стоя у запертых дверей каюты.

– Отвратительно! Кхе-кхе, – отозвалась Клара. – Уйди!

Послышалась возня.

И через секунду из-за двери выглянула камеристка Матильда.

Вид у нее был скорбный и усталый.

– Бедняжка совсем плоха, – пожаловалась почтенная леди. – Быть может, вы сделаете что-нибудь для нее, графиня?

Я с сомнением подняла бровь. Максимум я могла бы распорядиться принести ещё воды в каюту к принцессе.

– Пусть найдет целителя! – раздался голос Клары из глубины каюты.

– Боюсь, посреди пролива это невозможно, – достаточно ровно констатировала я. – Да и на суше тоже. Может быть, тысячу лет назад маги и водились на каждом шагу…

Договорить не успела – судя по раздавшимся звукам, принцессе опять стало плохо. Испуганная камеристка вновь скрылась в каюте, плотно закрывая за собой дверь, я же поняла, что моя миссия томной точно не будет. Не с Кларой.

Да и принца стало заранее жаль. Если выполню задание короля, а я это сделаю, то Себастьяну достанется та ещё жена.

***

Уже перед самым берегом принцессе наконец стало легче. Да ещё настолько, что, приведя себя в порядок, она вышла на верхнюю палубу в одном из своих нарядных платьев, чем вызвала немалое удивление среди матросов.

Те едва шеи не свернули, чтобы посмотреть на хорошенькую наследницу короля. Ещё бы! Полюбоваться действительно было на что: тонкая фигурка, выдающийся бюст, золотые локоны до талии. И личико – загляденье: фарфоровая кожа, пухлые губки, точеный носик и большие голубые глаза. Клара унаследовала все самые лучшие черты от матери. Жаль только, ума от отца не досталось.

– Ой! Дельфинчики! – донёсся до меня ее радостный визг. – А давайте их покормим? Что, кстати, едят дельфины? Они же рыбы? Червей, наверное. У нас есть черви?!

Червей, слава богу, на борту не оказалось, зато нашелся бочонок с рыбой, который матросы, дабы угодить Ее Высочеству, и скормили стае. Один раз наследница даже сама брезгливо подержала в руках одну из рыбин, а после отбросила в море.

Но в целом Клара развлечением осталась довольна, разве что ветер в какой-то момент сорвал ее шляпку и унес в неизвестном направлении.

Я же смотрела на приближающийся берег и буквально считала минуты до схода на твердую землю.

– Графиня де Вуар, – отвлек меня мужской голос позади.

Я обернулась и увидела капитана корабля. Старого прожженного морского волка. На вид ему было уже далеко за шестьдесят, но, зная суровый быт моряков, строить догадки о возрасте было бы крайне опрометчиво. Он вполне мог бы оказаться лишь на десяток лет старше меня. Просто жизнь выдалась тяжелая.

– Капитан Джексон? Что-то случилось?

– Возможно, – неуверенно сказал он, протягивая мне подзорную трубу. – Взгляните на берег.

Я взяла прибор, и, настроив окуляры, посмотрела туда, куда указывал капитан.

Несколько мгновений ушло на оценку обстановки.

– Не люблю, когда меняются планы, – пробормотала я.

– Именно поэтому я решил, что вас нужно предупредить.

– Правильно сделали, – ответила я, отдавая трубу обратно. – Сколько у нас времени до прибытия на пристань?

– Меньше четверти часа, но, если необходимо, судно сбавит ход, и мы выиграем ещё десять минут.

– Не нужно, – покачала головой я. – Пусть все идёт своим чередом. Я сообщу принцессе.

Капитан ушел, я двинулась к Кларе.

Заметив мое приближение, принцесса мгновенно скривилась, но тут же вновь вернула себе на лицо милое выражение.

– Если вы будете так себя вести, Ваше Высочество, – подходя ближе и едва слышно, чтобы различила только наследница, произнесла я, – то принца вам точно не видать. Я же на вашей стороне.

– Конечно, на моей, – улыбаясь ответила она. – Ты же выслуживаешься перед моим папочкой.

Будь сейчас моя воля, принцесса уже полетела бы вниз с палубы. Потом бы ее, конечно, выловили, высушили, привели в порядок… но на это просто не оставалось времени. Поэтому я всего лишь улыбнулась и процедила:

– Мое задание – выдать вас замуж. И для этого ваш отец разрешил пользоваться любыми средствами. Поэтому если ради вашего усмирения мне придется нанять отдельный корабль, плавающий по Темрзе, и посадить вас в трюм на несколько дней – я сделаю это. И плевать мне будет на вашу морскую болезнь и прочие недомогания.

– Я напишу матушке! – прошипела Клара.

– Пишите. Как только сойдете на берег, можете начинать. Но вначале, – я кивком указала на пристань, – будьте любезны достойно предстать перед кронпринцем Себастьяном.

– Что?! – лицо Клары вытянулось, а сама она вцепилась в перила, приваливаясь ближе. Будто так ей видно лучше!

– Что слышали. Наследник Англиканской короны сейчас на берегу вместе с братом Робертом и многочисленной свитой. И они явно готовятся к вашей встрече.

Глава 5

В момент схода с трапа мне впервые подумалось, что было бы неплохо, чтобы нас сопровождал кто-нибудь из высокопоставленных мужчин. Вот как раз для таких случаев, как эта неожиданная встреча с принцами.

Все же мир вокруг донельзя патриархален, и Его Высочества могут даже оскорбиться, увидев перед собой исключительно женщин. Конечно же, у нас ещё была охрана, но они лишь солдафоны. Что с них возьмёшь.

И все же, несмотря на всю уверенность, я немного волновалась, так же, как и Клара, которая наконец вышла из каюты, сияющая от бледности, пудры и белладонны, закапанной в глаза. Средство несколько лет уже пользовалось популярностью у францисских красавиц, однако я, пару раз воспользовавшись, решила, что больше не стану. После него начинали болеть глаза.

– А это ещё что? – спросила я у Клары глядя на огромную родинку над губой, которой ещё десять минут назад не было.

– Это мушка! – с чувством превосходства заявила она. – Последнее веяние моды в Англикании. Я заранее выяснила.

– Выглядит болезненно, – выразила я свое мнение.

Но Клара мое замечание проигнорировала. Впрочем, красоту принцессы было сложно испортить хоть чем-то. Это даже я, как женщина, признавала.

– Выходить будем одновременно, – дала последнее наставление я, когда трап уже был спущен и нам оставалось с него только сойти.

Принцесса и тут скривилась, но ничего не сказала, видимо, вспомнив о моей угрозе нанять корабль и запереть ее в трюме.

Одновременный выход нес несколько смыслов для тех, кто нас встречал.

Во-первых, будь с нами мужчина и выходи он первым – сразу становилось ясным, что он тут главный.

В нашем же с Кларой случае, я не могла сойти раньше нее, иначе оскорбила бы Ее Высочество. Для окружающих это бы выглядело, как если бы я поставила себя выше принцессы.

И выпустить ее вперёд я тоже не могла. Вот и пришлось идти буквально рука об руку.

Клара, как должно потенциальной невесте, сияла и завораживала. Будь я мужчиной, то обязательно бы обольстилась столь утонченной красотой.

Я же, на фоне Клары, специально не блистала. Мой костюм был скромен донельзя – темное дорожное платье, сшитое пусть и из дорогого, но внешне простого материала. На нем не было вышивок, камней, а к украшениям можно было причислить только пояс с золотистой пряжкой и гравировкой герба моего графства да брошь с символом дома де Вуар – сова, душащая змею.

Нас уже ждали…

Говорят, в далёком холодном Рузском императорстве принято встречать гостей хлебом-солью, у англикан же не было подобных традиций.

Королевская свита просто стояла перед кораблем и возглавлял ее кронпринц. Он же и сделал первый шаг, едва мы с принцессой коснулись туфлями берега.

– Его Королевское Высочество принц Себастьян Первый, единственный наследник короны и оплот Великой Англикании, – объявил глашатай, тут же переключаясь на нашу сторону. – Ее высочество принцесса Клара, дочь короля Леопольда III, властителя Франциссии и смиренных с его правлением территорий.

Я немного подтолкнула принцессу вперёд, и Клара, все так же лучезарно улыбаясь, прошла чуть ближе к Себастьяну.

Уважительный поклон будущему королю, не столь глубокий, как это делают слуги, но достаточный для того, чтобы показать свое уважение. Манеры и поведение Клары для таких случаев были отточены до мелочей. Все это она делала обворожительно, с блестящим взглядом и чуть подрагивающими от ложной скромности ресницами.

– Великая честь видеть вас, Ваше Королевское Высочество, – почти пропела она своим мелодичным голоском.

– Для меня это не меньшая честь, принцесса, – глубоким баритоном отозвался Себастьян, подходя ближе.

Принцесса игриво протянула ему ручку, к которой он немедля прикоснулся губами.

"Что ж, начало положено, – подумалось мне. – Все идет почти идеально".

– Представите нам свою спутницу, Ваше Высочество? – тем временем поинтересовался принц.

Если Клару и раздосадовал этот вопрос, то виду она не подала. Скорее наоборот, на лице отразилась едва ли не вселенская любовь ко мне.

– Разумеется. Это моя компаньонка – миледи де Вуар, она же графиня Лестрейдская. Подойдите, Шарлотта, – елейно мило как бы дозволила она, я же за этим разглядела шпильку в свою сторону.

Клара все же воспользовалась моментом пусть и немного, но указать мне, что я ниже нее по социальному статусу. Вот же глупый ребенок, будто это могло меня задеть.

И все же я улыбнулась, расправила плечи и сделала шаг вперёд.

Мой поклон был куда глубже, чем тот, что сделала принцесса, но и выпрямиться я себе позволила быстрее.

– Ваше Королевское Высочество, – произнесла я, обращаясь к кронпринцу. – Польщена нашим знакомством.

Я взглянула на Себастьяна, тот в ответ разглядывал мою персону. И от меня не укрылся тот факт, что целое мгновение он изучал взглядом всех, кто ещё оставался за моей спиной, стоя на трапе. Кронпринц явно искал взглядом хотя бы одного мужчину, с кем можно было вести привычный разговор, но, кроме слуг и стражи, никого не находил.

По всей очевидности, беседовать ему оставалось только со мной и с принцессой.

– Премного удивлен столь необычному составу вашей делегации, и тем не менее наслышан о вас, миледи де Вуар, и очарован вашими заслугами, – очередная улыбка принца теперь досталась мне, так же, как и лёгкий поцелуй его губ моей ладони.

Все очень церемонно, в рамках приличий и светского этикета. Я бы сказала идеально. Лишь скрип деревянных колес по неровным доскам пристани заставил отвлечься от мыслей.

– Позвольте представить вам моего брата Роберта, леди, – произнес кронпринц, даже не оборачиваясь, когда из-за его спины показалось инвалидное кресло. – Роберт не так часто покидает королевский дворец из-за своей болезни. Но сегодняшнее событие пропустить не мог.

Глава 6

Этой ночью я так и не легла спать. Нужно было проконтролировать все: от места размещения принцессы и разгрузки вещей до графика смены охраны у покоев нашей делегации. В моем понимании такие важные вопросы нельзя было оставлять без внимания, тем более находясь на чужой территории.

Принцесса уже наверняка видела десятый сон, когда я еще носилась по комнатам выделенного нам крыла вместе с начальником охраны и проверяла безопасность.

Мы простукивали стены, ходили с зажженной лучиной и проверяли, нет ли за книжными полками тайного хода или ниши для подслушивания.

– Эту комнату мы выделим под столовую, – раздавала я указания. – Сообщите поварам, что принцесса будет завтракать тут… В этих комнатах может поселиться охрана. А в этих горничные. Также нужно проконтролировать, чтобы в покои Ее Высочества и мои допускались только наши люди. Никого постороннего.

Начальник охраны кивал и тут же передавал распоряжения на выполнение.

Под утро я валилась с ног, но так и не добралась до кровати в выделенной мне спальне. Зато за час до завтрака люди кронпринца принесли мне расписание мероприятий на день.

Пробежавшись взглядом по строчкам, я поняла, что сегодня так и не лягу.

Во-первых, как я и предполагала, через пару часов ожидалось прибытие делегаций из Персиции и Индирии.

Во-вторых, вечером объявили бал в честь прибывших гостей.

И, разумеется, ни одно из мероприятий пропустить было нельзя, а выглядеть нужно было достойно.

Об этом я и сказала за завтраком свежей и выспавшейся Кларе.

– Бал?! Обожаю балы! – радостно ответила она полным энтузиазма голосом. – Нужно хорошенько подготовиться. Я должна выглядеть лучше всех.

– Меня радует ваш оптимизм, Ваше Высочество, – более мрачно отозвалась я. – Но до вечера у нас еще встреча делегаций, на которой обязательно требуется ваше присутствие.

– А вы не можете пойти вместо меня? – поинтересовалась Клара. – Как мой официальный представитель. Все же времени до вечернего приема так мало, а нужно сделать так много. Боюсь, если я потеряю несколько часов, стоя под палящим солнцем в ожидании каких-то там персиек, это плохо скажется на цвете моего лица. Так что я не хочу.

– Я не спрашивала, у вас хотите вы идти на встречу или нет. Я сказала, что вы туда обязаны идти, – ощущая, как у меня очень быстро портится настроение, я еще раз четко обозначила свою позицию. – А цвет лица, если понадобится, исправит пудра.

В этот раз принцесса спорить не стала, лишь сверкнула взглядом, а после молча поднялась из-за стола и направилась в свою комнату.

– Через час вы должны быть готовы, – бросила я ей в спину.

– Вы тоже, – отозвалась она с неожиданно появившимся ехидством. – Надеюсь, вы успеете, графиня. А то со вчерашнего дня даже платья не меняли.

Я с чувством отложила вилку, которой ела, в сторону и хотела развернуться к принцессе, чтобы ответить, но той уже и след простыл.

Неблагодарная! Впрочем, глупо было ожидать от Клары понимания, и гораздо умнее было принять ее слова за правду: вдохнуть-выдохнуть и идти приводить себя в порядок.

Пусть и не в первых рядах, но мне тоже предстояло находиться на церемонии встречи.

В моей комнате меня уже ждала ванна с горячей водой – я заранее дала распоряжение ее приготовить. Времени разлеживаться у меня не было, лишь смыть с тела следы усталости. Затем с помощью одной из служанок я быстро переоделась в подходящее по случаю платье. Пока девушка ловко шнуровала мне на спине корсет, я подбирала украшения из шкатулки и думала, что сделать с не до конца высушенными волосами.

– Умеешь плести косы? – спросила я у служанки.

– Да, миледи.

– Вот и отлично, заплети, пожалуйста, – попросила я, а когда служанка закончила, то достала из шкатулки с украшениями бисерную сеточку с перламутровым жемчугом, купленную в Итальнии.

Украшение набросила на голову и, спрятав под него косу, затянула лентами. В таком варианте максимум, что я могла заработать, это не косые взгляды за мокрую голову, а простуду.

Вскоре я уже ожидала принцессу у дверей ее комнаты, и, слава богу, Клара не заставила себя ждать.

Надо отдать должное камеристке и самой принцессе, но выглядела Ее Высочество прекрасно. Шелковое пышное платье на фижмах, изящное украшение из золота на шее, серьги из того же гарнитура. И опять белладонна в глазах.

– Перестали бы вы пользоваться этим средством, Ваше Высочество, – порекомендовала я, вспоминая, как у меня болели глаза.

– Разве не красиво? – удивилась она.

– Да, но. . .

– Тогда и разговоров нет. Раствор делает мой взгляд сияющим, разве могут быть против этого какие-то возражения? – принцесса даже игриво стрельнула глазками, будто тренируясь и показывая мне, что белладонна незаменима в борьбе за принца.

Выдохнув, я согласилась…

Спустя четверть часа мы заняли свои места у центрального входа во дворец.

Казалось, вокруг, как и положено при встрече важных гостей, выстроились все обитатели дворца – от кронпринца до последней служки. Но на самом деле этот эффект был обманчив. Здесь собралось человек сто, не больше.

В первом ряду стоял сам Себастьян, по правую руку от него незнакомый мне, уже в достаточном возрасте, импозантный мужчина. Я решила, что это и есть тот самый советник, о котором мне говорила королева Маргарита, но, пока не было официального представления, выводы делать не стала.

Чуть поодаль от кронпринца поставили три кресла. На одно усадили Клару, среднее пока оставалось пустым, а последнее заняла принцесса Япувонии – Юрико.

Ей было лет восемнадцать от силы, вся тоненькая и маленькая, будто тростиночка. Передвигалась девушка мелкими шагами на высоких деревянных башмаках, которые даже на вид выглядели ужасно неудобными. Да еще и стягивающее кимоно явно ограничивало девушку в движениях. Удивлял и макияж. Лицо Юрико выбелили белой краской, а губы сделали алыми и в форме сердечка. И даже бамбуковый зонтик дополнял восточный образ красавицы…

Глава 7

Уже через полчаса, находясь в спальне Клары, я выслушивала негодование принцессы:

– Подумать только! Соревнования! Будто мы скаковые лошади! Или того хуже, породистые борзые, загонящие кролика!

Сравнение мне понравилось, разве что Себастьян на кролика никак не был похож.

– Я должна написать письмо отцу! – продолжала Клара.

– Лучше обойтись без этого, – покачала головой я.

– Но отец должен знать!

– И он обязательно узнает, - заверила я принцессу, присаживаясь в свободное кресло. – Потому что мысленно я уже составляю для Его Величества письмо со всей необходимой информацией. И поверьте, я найду каналы, по которым можно будет безопасно передать любую корреспонденцию.

– Пишите, что хотите, графиня, но я тоже должна высказать отцу и матушке всё, что думаю.

– Да-да, – весьма саркастично согласилась я. – Именно этого от вас и ждут: что вы начнёте беситься, нервничать и творить глупости.

Я без прикрас рассказала принцессе, как выглядит ее поведение со стороны, потому что мне порядком надоело, что Клара вела себя будто великовозрастный ребенок, а для дальнейшей работы мне нужен был хотя бы подросток с минимальными зачатками взрослого разума.

– Вас с детства учили самообладанию, принцесса, – продолжала я. – Так проявите же его. Понимаю, вы в смятении. И, могу заверить, я тоже. Но разве по мне скажешь?

Клара промолчала.

– Нужно сделать вид, что нас все устраивает, что вам все нравится, и пройти испытания, которые уготовили для вас англикане во главе с королевой-матерью. И тогда… – я загадочно понизила голос.

– Что тогда? – таким же полушепотом спросила Клара, явно заинтересовавшись.

– Тогда вы сами станете королевой. Разве не очевидно?

Клара задумчиво пожевала губы, отчего они сделались алыми, будто от ягодного сока.

– А если я не смогу? Вдруг они захотят от меня невыполнимого? Что, если я не справлюсь?

– Для этого здесь есть я, – пришлось ободряюще улыбнуться. – Чтобы вы справились, каких бы усилий это ни стоило.

Я понадеялась, что мои слова вселят в принцессу веру в победу. Однако одной веры было маловато.

В уме я уже выстраивала всевозможные варианты, как найти в англиканском дворе союзников, обойти конкурентов и параллельно не нажить врагов.

Чёртовы англикане!

Со своим отбором они будто специально стравливали пять государств друг против друга. Как бы не дошло до войны. . .

А все из-за одного принца и несметно богатых земель.

– Готовьтесь к вечернему балу, Ваше Высочество, – напомнила я Кларе и направилась к выходу. – Мне же нужно попасть в город.

– Вы оставите меня одну во дворце? – возмутилась принцесса. – И зачем, позвольте спросить?

– Не одну, а с охраной, – напомнила я. – Что касается второго вопроса, я не уполномочена на него отвечать. Считайте это делом государственной важности для Франциссии.

Клара тяжело вздохнула, но спорить не стала.

Я вышла из ее спальни и направилась к начальнику охраны, где отдала распоряжение не спускать с принцессы глаз, а для меня приготовить карету.

В своей комнате я переоделась в дорожный костюм, взяла сотню золотых – половину из личных запасов, половину из денег короля. После чего покинула дворец.

Принцессе я соврала. Хоть дела и были связаны с объявленным отбором, но к государственным имели лишь частичное отношение. Мне элементарно было нечего одеть.

Нет, не на сегодняшний бал. Туда как раз было припасено очень достойное платье, а вот для дальнейших событий мне нужны были особые наряды…

Поэтому за следующие несколько часов я объездила с десяток швейных лавок, мастерских готового платья и других мелких магазинчиков, где оставляла с виду ничем не связанные между собой заказы.

Отрез черного шелка, набор игл, причудливая брошь из индийской лавки, пара безвкусных браслетов из арабской, там же взяла масляные духи. Мужская шляпа, набор красок и кистей, несколько серых платьев, как у простолюдинок, и ещё с десяток мелочей.

Все это я просила доставить на адрес одного моего хорошего знакомого, уже много лет жившего в Ландоне. Он был одним из тех, кому я писала письма перед отплытием из Франциссии, и в его помощи я была уверена.

Когда вещи будут собраны в одном месте, он найдет способ доставить все это во дворец для меня.

Также я заглянула в одно очень приличное ателье, где с меня сняли мерки и где я оставила крупный заказ на костюм для верховой езды, выходные платья и несколько комплектов нижнего белья.

В самом конце маршрута я заехала в аптекарскую лавку. Ничего необычного не взяла, лишь лекарство от бессонницы и средство от женских болей. Не могла же я вернуться во дворец совсем с пустыми руками.

Когда с вопросами моего материального обеспечения было более-менее покончено, я принялась думать о других составляющих плана.

Помощники во дворце.

Мне были нужны глаза и уши рядом с королевской семьей. Идеально, если ими окажутся приближенные фрейлины, фавориты или фаворитки. Я не верила в то, что Себастьян вел целомудренный образ жизни до сего момента.

Но среди этой братии вряд ли найдутся дураки, которых можно купить. Если только найти на них нечто грязное и шантажировать.

Другие же слуги были слишком мелкими по положению, и сомнительно, что могли мне помочь.

Пока я думала, где найти слабое звено во всей этой цепи, уже добралась обратно до дворца. Там у начала королевского сада распорядилась, чтобы лошадей отвели на конюшню, а сама решила дойти пешком.

Оставшись одна, несколько мгновений я стояла, любуясь дворцом со стороны, лишь только потом пошла к нему по дорожке, окруженной идеально подстриженными кустами.

Глава 8

Время до вечера пролетело незаметно, казалось, мелькнуло каких-то полчаса, а уже прошел обед, ужин и даже сборы с прихорашиваниями. Я как раз завершала наносить румяна на щеки, когда в двери постучались.

– Кто там?

– Ваша Светлость, простите за беспокойство, – раздался с той стороны голос камеристки Клары.

Я поднялась со стула, чтобы отпереть двери.

– Что-то случилось?

– Нет, миледи. Я просто пришла доложить, что принцесса готова.

– Хорошая новость, – удовлетворенно заметила я, радуясь, что не придется ждать Ее Высочество. – Через пять минут выходим.

Закрыв двери, я вернулась к зеркалу и достала шкатулку с украшениями. Последний штрих, так сказать.

Отперев ларец, я скользнула равнодушным взглядом по гарнитуру с опалами, сдвинула верхнюю подложку в сторону и точно так же мазнула по золотому комплекту рилских мастеров. В отличие от большинства женщин, я всегда была равнодушна к золоту, серебру и драгоценным камням.

Украшения я любила за другое.

Щелкнув потайной кнопкой, спрятанной под подушечкой с гранатовым браслетом, я вытащила наружу секретное отделение. Собственно, то самое, ради которого я всюду и таскала с собой все это барахло.

Тут же вспомнились слова отца, которые он произнес еще десять лет назад:

– Женщинам прощают многие слабости, но у тебя их быть не должно. Выбери сама несколько и тщательно формируй мнение о них. Сделай слабость своей сильной стороной.

В тот день, он подарил мне кольцо, под камнем которого скрывался снотворный порошок. Через несколько лет я заменила содержимое одним из редких ядов. Так, на всякий случай.

Но сегодня меня интересовало ожерелье с кварцевыми подвесками.

В мире драгоценной роскоши его могли посчитать дешевой безвкусицей, я же знала истинную цену каждого камушка кварца в оправе из белого золота. Баснословно дорого – особенно за молчание ювелира, сделавшего в каждом кристалле выемку для особых снадобий. Здесь было все, что могло понадобиться при случае: отравы, вызывающие легкое недомогание, смертельный яд, противоядия, и мое самое любимое – снотворное с амнезирующим эффектом. Им я пользовалась бесчисленное количество раз.

Застегнув украшение на шее, я дополнила комплект браслетом из камней, похожих на кварц. На деле же каждая бусина была быстро растворимой солью. Стоило бросить такую в алкоголь, и у выпившего можно было узнать много чего интересного. Минус у такого средства был один – эффект длился недолго

Теперь, когда я была готова к выходу, я тщательно заперла ларец, положила его в сундук и только после этого вышла из комнаты. Оба ключа спрятала в незаметный карман в складках платья – такие важные вещи я предпочитала носить с собой.

Клара меня уже ждала. Оценив ее внешний вид, я осталась довольна, разве что с прической, на мой взгляд, принцесса перемудрила – уж слишком высокой показалась мне композиция из белого напудренного парика и вплетенных в него причудливых украшений.

– Входит в моду, – пояснила принцесса, кокетливо улыбаясь и обмахиваясь веером. – Так же, как и мушки.

– Только не переусердствуйте, – не стала спорить я. – В любом случае важно помнить, что сегодня будет лишь приветственный бал. Считайте это разведкой, Ваше Высочество.

– А на разведке можно танцевать и веселиться?

– Нужно, – разрешила я. – Главное, с умом.

Клара томно вздохнула, мечтая, видимо, о чем-то своем, далеком от ума, и, пока мы шли по коридорам в сопровождении охраны, щебетала о сущей ерунде. Скорее всего, так она пыталась скрыть свое волнение, поэтому слушала я ее всего лишь вполуха, но в одно из мгновений все же насторожилась.

– А когда вы уезжали сегодня, миледи, я случайно услышала разговоры слуг. По двору бродят сплетни, будто у Себастьяна уже есть фаворитка, по крайней мере, полгода назад он уже заявлял королеве-матери, что встретил некую чужестранку и хотел пригласить ее ко двору, чтоб рассмотреть в качестве супруги. Поэтому весь этот отбор только, чтобы тактично отказать другим странам.

– Уверена, это всего лишь слухи, – поспешила я убедить принцессу, а себе сделала заметку выяснить, правду ли говорит Клара. – До нашей с вами поездки сюда я внимательно изучила все официальные визиты кронпринца в другие страны за несколько лет. Ни с одной из принцесс он ранее не встречался. Поэтому можете быть спокойны.

– Хотелось бы верить в вашу осведомленность, миледи. Иначе весь этот фарс выглядит плевком в лицо. Если об этом узнает мой отец, он точно объявит войну.

– Мы постараемся обойтись без этого, – мягко ответила я, думая, что это не самая подходящая тема для разговора буквально на пороге королевского зала. Тем более, что впереди уже звучала музыка, раздавался смех и нужно было настраиваться на иной лад.

– Первый танец Себастьян, скорее всего, будет танцевать со своей матерью, но второй – было бы неплохо, если бы компанию ему составили вы, Ваше Высочество.

– Постараюсь сделать все, что в моих силах.

Двери в залу оказались распахнуты, поэтому, беспрепятственно войдя внутрь, я сразу же огляделась по сторонам.

Неожиданно, но мы оказались последними прибывшими. Все остальные делегации уже были тут, даже индирийцы. И, судя по беззаботному поведению их посла, беседующего с одним из япувонцев, из игры на самом старте они решили не выбывать.

– Что ж, было бы глупо надеяться, что все окажется так легко, – пробормотала я себе под нос, тайком разглядывая принцессу Ганну.

Та сменила свое бело-золотое сари на ярко-красное и даже сняла вуаль с лица, поэтому теперь ловила на себе взгляды многих мужчин. Ловила, краснела, опускала глаза, а после снова ловила.