Не вспоминай, мой принц

Глава 1. Часть 1

Истар

Я шел по устланной трупами земле и не мог поверить в то, что случилось на самом деле. Люди, такие же бойцы, как и я, но с почерневшими от смрада душами, лежали на земле, пропитанной кровью. До сих пор в ушах стоял звон мечей и крики, мольбы о помощи, стоны сотен голосов. Небо над головой, словно озеро, отражало почву под моими ногами: темные тучи с кроваво-алыми разводами рассвета застили небосвод. Мы воевали с нашими братьями и друзьями, от нас их отличала лишь отравленная душа.

Капли крови на лице засохли и смешались с потом. Уже забыл, как дышать полной грудью: в носу одна пыль. Вглядываясь в изможденные лица раненых солдат, я видел, их взгляд не утратил искру жизни. И знал, что все это было не напрасно. Мы победили.

От усталости взгляд терял фокус. Мне казалось, полевые ведьмы летали между мертвыми телами, ища выживших. Благодаря их магии и зельям мы сражались с врагом на равных. Но тьма не прошла бесследно, оставляя на коже выживших ожоги как вечное напоминание о битве. Они избавляли тело от хвори, не позволяя задержаться скверным мыслям хоть на секунду, однако от рубцов уже ничего не помогало. “Раны на коже, но не в сердце”, - таким был безусловный девиз нашего полка.

Подходя ближе к центру поля боя, я отыскал своего командира, Конроса Иэнгора, моего друга и товарища. Он лежал на земле с мертвенно-бледным лицом. Над ним склонилась полевая ведьма, измазанная в грязи с головы до ног. Она пережила с нами эту битву, но даже сейчас смогла найти силы, шепча какой-то заговор над лицом командира. Я ускорил шаг, стараясь не опираться на раненую ногу, голень нещадно саднило.

– Что с ним? – сказал я, поравнявшись с ведьмой.

– Слишком много тьмы, она убивает его. Я запечатала ранение, но этого недостаточно, – холодным ровным тоном произнесла ведьма.

– Ты можешь ему помочь?

– Не могу, таких не спасают. Я нанесла печать на рану и разум, чтобы не отравлять тело. Это не исцелит его, но поможет ему провести остаток жизни без страданий.

Я тряхнул девушку. Еще рано сдаваться! Долгие годы я заставлял себя усвоить правило: убийство - вынужденная мера. Мы должны убивать, чтобы выжили другие. Жены, дети, старики. И я пытался закрыть глаза, видеть в этих искалеченных существах не людей - тварей Загранья. Но смотреть как теряет силы мой близкий человек… В тот момент я не мог позволить, чтобы это случилось. Нужно любым способом заставить ее спасти Роса!

Капюшон, упав на спину, открыл ее лицо, чумазое, смуглое и худое. Щеку перечерчивал шрам - результат действия темной силы. Чистой оставалась только рука, которая выступала из разреза плаща. Видно, в этой руке таилась сила ее магии. На подбородке виднелась метка ведьм нашего королевства - защитный знак, который, если можно доверять моим скудным знаниями о магии, читался как Сьёру.

– Помоги ему! Или скажи, кто может ему помочь. Это командир королевского полка Синей Птицы. Тебе много заплатят за его спасение, – я отдавал приказ так, как будто жизнь друга не зависела всецело от ведьмы.

Девушка опустила глаза, вновь шепча какое-то заклинание. Она водила рукой над его головой, вырисовывая символы, которые на секунду зажигались и гасли, словно падающие звезды.

– Я отведу тебя к колдунье. Она поможет. Ехать нужно немедленно, у него три часа, не больше. Других не бери, лес не пропустит.

Глава 1. Часть 2

Истар

Собираясь в спешке, я велел оседлать двух лошадей. Солдаты помогли уложить на одну из них командира. Ведьма села на вторую. Времени на отдых не хватало, успели только залечить рану на моей голени — след от вражеского кинжала.

Чем дальше мы уезжали от места сражения, тем светлее становилось вокруг. Я и забыл после долгих месяцев серости, каким синим бывает небо. На горизонте еще виднелись оранжевые разводы уходящего утра. Дышать становилось легче. Ехали в полном молчании, на ведьму я косился с опаской. Рос, мой верный товарищ, как марионетка сидел спереди и не двигался. Его безвольное тело все время норовило съехать вниз, а я держал его крепко и чувствовал неспешное ровное дыхание, которое выдавало едва теплящиеся искорки жизни.

У кромки леса мы спешились. Моя спутница опустилась на корточки, упираясь одной рукой о землю, и стала читать заклинание. Я посмотрел на друга, мысленно прося его продержаться так долго, как только он сможет. Его стеклянные глаза казались безжизненными, на краях радужки пульсировала черная тьма, заключенная внутри его тела.

Лес услышал призыв: деревья, кустарники начали расступаться в разные стороны. И если бы мне сказали, что сама земля передвигала небольшие камни, открывая нам путь вдоль могучих сосен, я бы несомненно поверил. Чащу словно окутал дурманящий сон, прекрасный сон, не знающий боли раненых солдат. Пока мы покрывали землю кровью, девственно чистый в своем воплощении мир, будто утроба Зеленой Девы, был поблизости.

– Не удивляйся, этот лес скрывает магия.

Я невозмутимо отвел взгляд.

– Отчего же вы не спрятали людей от смрада и отправили их на войну, раз так просто можно утаить такое большое пространство?

– Лес - это Мать Природа. Мы черпаем силы из нее и помогаем ей в ответ. Не спрячь мы лес, оставили бы людей без ведьм. А без ведьм вы, люди, не жили бы такую беспечную и долгую жизнь.

Я задумался над ее словами, в них была доля правды.

– Но ведь всегда можно попытаться? – переспросил я, оборачиваясь к ней.

Девушка нахмурилась, отводя взгляд, и оставила меня без ответа.

Лучи солнца играли на кончиках ветвей. В полной тишине слышались стрекотание кузнечиков и шелест деревьев. Неподалеку белка закапывала припасы в почву. Я засмотрелся на зверька, после чего опять посмотрел на командира. Он спокойно ступал по узкой тропе, смотря вперед невидящим взглядом.

– Остановитесь, – сказала ведьма, удерживая рукой моего товарища.

Убедившись, что я последовал ее предостережению, она начала издавать звуки, похожие на пение птицы.

Синяя птица, затаившаяся в кроне деревьев, перелетела на ветку ниже и ответила ведьме. Я слышал про таких птиц только в сказках, а видел только на флаге нашего королевства, барельефах, мощеных полах и стенах. В этом магическом, потаенном от чужих глаз месте - я ощущал себя спокойно и умиротворенно, даже не верилось, что я недавно участвовал в сражении.

– Куда ты завела нас? – спросил, восхищаясь и до конца не веря в реальность происходящего.

– Идемте, мы почти пришли, – или слова ведьмы, как и ее услуги, стоили слишком дорого, или ей попросту жалко растрачивать силы на разговоры. Как бы то ни было, очередной мой вопрос остался без ответа.

Как ни пытался я запомнить дорогу, чтобы потом выбраться обратно, ничего не выходило. В очередной раз обогнув кустистые заросли, мы вышли на небольшую опушку с маленькой хижиной посередине.

– Внутри не произноси ни слова без необходимости, – бросила ведьма, и я кивнул в ответ.

От нее зависела жизнь командира, да и во мне самом не осталось сил для ответного нападения.

Внутри довольно маленькой хижины располагались шкаф со склянками, различными мазями и настойками, печь, перина и два стула.

– Клади его на постель.

Я молча повиновался, сел на стул и ждал дальнейших действий. Ведьма взяла в углу ведро с водой и умыла лицо, затем протянула лоскут и жестом указала на ведро с чистой водой. Я запоздало вспомнил, что даже не умылся после битвы. Другой тряпицей, смоченной в воде, она протерла лицо Конроса и растерла его руки и шею. Я наблюдал за этим действом, абсолютно не понимая, что происходит, и что будет происходить дальше. Увязнув в своих мыслях, я пропустил момент появления в хижине еще одной ведьмы. Старой, даже древней. Моя спутница, не оборачиваясь, начала объяснять что произошло. Хозяйка хижины слушала молча и, подойдя ближе к командиру, пристально всмотрелась в его лицо.

– Мало у него времени, душа почти покинула это тело, скоро её место займет тьма.

Я скрипнул зубами, услышав приговор. Старушка повторила ранее сказанные мне слова.

– Сейчас я начну ритуал, и чтоб ни звука. Отвлечешь меня разговором, потеряем его время и мои силы. Про плату не забудь, птички мне нашептали, что она будет ой какая высокая.

Я даже усмехнулся. Так вот о чем ведьма с птицами разговаривала.

– Я понял.

Выкладывая склянки на стол, хозяйка бормотала что-то себе под нос.

– Милая, будь добра, растолки в ступке лепестки миртового дерева и не путайся под ногами, – прокряхтела старая, обращаясь к молодой ведьме.

Глава 2. Часть 1

Конрос

Первое, что я увидел, открыв глаза, - это потолок из деревянных досок, потемневший от старости. Потолок был настолько низок, что доски давили на меня, словно гроб. На секунду показалось, что я все-таки умер. Обрывки воспоминаний появлялись вспышками в мозгу, проясняя сознание.

Меня ранили во время битвы. Удар произошел в самом конце сражения. Понимал, что темные исчезли, ведь перед ранением я убил последнего из них. Часть его тьмы как будто забралась мне под кожу, проносясь пожаром по нутру. Мой долг перед королевством, которое когда-то приютило меня, был отдан. Битва. Ранение. Не мог пошевелиться, но оставался в сознании. Лежал на спине, всматриваясь в серое небо конринхольского поля, в ожидании смерти. Кругом стоны раненых солдат, грязь и пыль. Не знаю, сколько пролежал так, пока не почувствовал прикосновение магии к руке. Видно, я пропустил одного врага. Затуманенное сознание кричало: ”Борись, не дай тьме овладеть тобой. Ты - воин, ты способен на большее!".

Я был бы рад отстраниться, схватить кинжал, который спрятан в голенище сапога, нанести удар, обезвредить противника и сразиться, но не мог. Сжал остатки воли в кулак, пытаясь хотя бы мысленно не дать врагу одержать победу. Пусть телом я ослаб, но разум все еще при мне. Я осознал с удивлением, что магия не губила меня, наоборот, забирала щемящее ощущение иной чужеродной силы внутри.

Нависший надо мной женский силуэт скрывался под длинным плащом. Фигура склонилась надо мной, и в моменте я увидел угольного цвета глаза.

Они смотрели на меня из-под капюшона, радужка почти сливалась со зрачком, в них я видел боль, загадку и тьму, черную непроглядную тьму. Однако она меня не пугала, то была другая тьма: не та, что изничтожила сотни деревень, не та, что губила каждого встречного и не та, что забирала души невинных, нет… Ее тьма показалась мне таинственной и интригующей. Новым заданием, которое мне уже никогда не выполнить. Чаровница начала рисовать перед моими глазами символы. Мой взгляд упал на знак полевых ведьм на ее подбородке, и лишь тогда мне полегчало - она не враг. Под шепот ведьмы я изучал новое лицо. Черты ее были необычны. Притягательные и отталкивающие одновременно. Сквозь туман пробежала мысль, что напоследок, пока мое тело еще не забрала тьма, нужно подумать о чем-то хорошем.

Мне хотелось бы видеть в ней не ведьму, врачующую солдат, а обычную женщину. И встретиться с ней хотелось бы не на поле битвы, а где-то там, в реальной жизни, стать обычными. Жить обычную жизнь. Я бы сорвал ей букет и пригласил на прогулку.

Как давно меня посещали подобные мысли? Я уж и не помню. Женщины в моей жизни всегда занимали последние позиции. Я, по молодости рядовой солдат, а сейчас командир, чаще всего думал о тренировках и схватках с противником. Так было до́́лжно. Я сам выбрал такую жизнь.

Становилось всё труднее держать глаза открытыми, сквозь пелену уловил на её лице равнодушно-печальное выражение. Ведьма часто видела смерть, и я понял, она не в силах мне помочь, мое время сочтено.

А дальше все закрутилось: принц, солдаты, скок лошадей, странный лес, старуха, и меня унесло в полет без сновидений…

― Проснулся, ― услышал я откуда-то сбоку и, повернувшись на голос, увидел Истара.

― Ага. Друг, ты, кажется, спас мне жизнь.

― Ты, кажется, спасал мою не раз, разве я не могу отплатить тебе тем же, ― произнес Тар.

Я усмехнулся, поднимаясь с постели.

― Если ты чувствуешь силы в конечностях, нам стоит поторопиться.

Мышцы ныли, но усталость исчезала с каждым движением.

― Ну-с, раз наш долг перед родиной выполнен, нам нужно скорее убираться, а после хорошенько надраться, мой друг.

Выходя из хижины, я не нашел ни одну из ведьм.

― Где девчонка? ― уточнил я.

― Ушла ночью, когда обряд по твоему воскрешению из мира неживых был закончен. Приглянулась?

― Хотел поблагодарить ее и старуху. Без них меня бы здесь не было.

― Не переживай, Корона отблагодарит их обеих за твое спасение, нужно только вернуться домой. ― Тар прорубал мечом заросли, которые вели к узкой тропке. Я держал лошадей под уздцы, следуя с ними по новой дороге.

― Ладно, найду ее позже.

― Приглянулась, ― ответил он сам себе и улыбнулся.

Глава 2. Часть 2

Конрос

Из леса мы выбрались быстро, а до города, казалось, добрались еще быстрее.

Лошади привели нас в маленький городок, в который мы часто выбирались с солдатами.

Проходя по улицам, я буквально чувствовал вкус победы на губах. Люди выходили из жилищ, не боясь за свою жизнь или жизнь своих детей. Во взглядах больше не было того страха, что заставлял женщин трястись по ночам, а детей - забывать о безопасности. А ведь многие из ребятишек родились в военное время и совсем не знали покоя, до сегодняшнего дня. Мужья вернулись домой победителями. Каждого из них ждали и встречали криками, осыпали благодарностями. Шествуя по узким переулкам, горожане махали нам, кланялись и желали удачи. Мальчишки хотели подержать в руках меч, который помогал избавлению от скверны, старики со слезами на морщинистых лицах обнимали внуков и, наконец, спокойно, без тревоги вдыхали пыльный воздух улиц.

― Да благословит тебя Свет! Да будет светла ваша дорога! ― кричали нам жители.

Пройдя по украшенной площади, мы свернули на улицу с магазинами, овощными лавками и таверной, которую не раз посещали с сослуживцами. Помню, раньше рынки переливались самоцветами. Камни всех мастей и цветов: азурит и бирюза, жемчуг, купленный за гроши у Морских. Множеству других камней я и не знал названия.

Сейчас горожане радовались и, за неимением прочего, выкладывали на прилавки все, что смогло сохраниться в уцелевших домах. Старушки раздавали семечки и яблоки детям, а сами пели, танцевали, смеялись и громко разговаривали. Женщины потерявшие мужей, даже не имея такого количества шрамов, как никто подходили под наш девиз - они не утратили веру в будущее под крылом Светлой Матери. Я на секунду дал себе поблажку и залюбовался этой простой красотой.

― Рос, идем. Еда стынет! ― открывая скрипучую дверь, прокричал Истар.

Внутри таверны было тепло и уютно: шумные разговоры мужчин и стук деревянных стаканов звучали от каждого стола.

Мы увидели знакомых солдат и подошли к ним для приветствия.

― О-о, какие люди! Рони, только посмотри, кто у нас здесь.

― Наша славная парочка, ― икнул, ― командир и русалочка, ― хохотнул один из солдат, смотря на нас осоловелым взглядом.

― Простите его, командир, ― сказал второй, двинув того плечом.

Мы с Таром переглянулись, делясь друг с другом ответными улыбками.

― Это та сказка из вашего королевства? ― спросил меня Тар сквозь смех, который он усердно пытался выдать за резко начавшийся кашель.

― Она самая, откуда только у них нашлось время на эту ерунду? ― я закатил глаза.

Пожелав светлой дороги ребятам, мы сели за маленький столик у арки. Служанка учтиво поставила перед нами медовуху и тарелку с мясом и овощами. Мы с жадностью набросились на еду, от которой еще шел пар. Хрустящая хлебная корочка впитала в себя мясной сок. Тимьян, перец и немного шафрана наполняли блюдо пряными ароматами. Мясо с лёгкостью отставало от кости и таяло во рту. Челюсть свело от удовольствия, и я зажмурился: в жизни не ел ничего вкуснее. Как давно мы принимали хоть какую-то пищу, помимо пыли с поля боя?

― Рос, выпьем за победу!

Мы чокнулись и осушили стаканы до дна. Остаток вечера рассказывали друг другу впечатления о последней схватке с противником, делились своими личными достижениями. Истар уложил три сотни темных, а я, как всегда, смухлевал и сказал, что убил триста пятьдесят, хотя сбился со счета после пятой сотни. В этой привычке прослеживалось что-то покровительственное, ведь я многому обучил его сам и был опытнее, в силу возраста и подготовки, но все еще играл в странную игру, поддаваясь другу, прямо как с братьями в детстве.

― А ведь я готов был умереть, ― сказал я, отпивая из третьего принесенного служанкой стакана.

― Рано ты себя хоронить собрался. Сколько у нас еще в жизни удовольствий! А вот и одно из них. ― Истар указал взглядом на рыжеволосую служанку, которая подносила яства на соседний стол.

― Нет, друг, ― протянул я, ― сегодня из меня точно скверный герой-любовник.

― Ну, раз ты у нас пока просто герой, то я, пожалуй, испытаю удачу. Лет сто не видел женского тела.

Я похлопал друга по плечу, и он, усмехаясь, двинулся хмельной походкой в направлении служанки. Доев, я быстро сполоснул тело и голову в бочке у таверны, попросил комнату наверху и завалился спать на одноместную кровать с колючим одеялом.

Глава 2. Часть 3

Конрос

Утром Тар и я отправились во дворец. Путь был неблизкий. Замок стоял в горах, и я, как и всегда, с упоением смотрел на превосходство природы. Зеленые горы с вкраплениями серых камней расположились по обе стороны от леса. Озера наполнены кристально чистой водой, спускающейся с гор ледяными водопадами.

Замок Синей Птицы, словно птичье гнездо, - высоко под облаками. Будто разделился на две части, которые соединялись поднебесным мостом. Благодаря такому строению на переход между башнями не тратилось большого количества времени. Мастера выдолбили башни и часть помещений в многовековых горах, огибающих озеро. Наземный мост, ведущий ко входу в замок, окутывала вода.

Когда я впервые был вызван на службу семь лет назад, то долго восхищался увиденным. Нас собрали во дворе замка, вышел командир и долго говорил о том, что нас ждет, называя новобранцев "желторотиками". А кругом возвышались могущественные скалы, величественные дубы ласкали кронами стены замка, птичьи трели окутывали все вокруг. Я слушал и озирался, не понимая, как такое можно воздвигнуть? Как такое может существовать? Даже магия тысяч ведьм не могла сотворить подобное. Эти строения не шли ни в какое сравнение с тем что я видел на своей родине.

За годы службы я не раз посещал дворец, но меня все еще восхищало, что за верхние башни цеплялись облака и с вершины замка было ничего не видно. Я все также любил наблюдать за лебедями, которые прилетали на озеро и, по рассказам Истара, целое лето жили на берегах Конринхольских вод.

Всю дорогу я наслаждался спокойствием и своими мыслями. И вот, наконец, мы подошли к главному входу, где и спешились. Минуя лестницу и тяжелые двери из массива кедра, прошли по большим длинным коридорам с барельефами, огибая залы с высокими потолками. Трон, большой и величественный, с синей птицей за изголовьем, располагался в зале для приемов.

Мужчина, возвышавшийся на нем, был ярким представителем рода Бэлрод: светлые волосы и синие глаза на бледном аристократическом лице это доказывали. Точные, всегда узнаваемые черты: острый нос и густая светлая, почти белая, борода.Одеяние правителя напоминало символ государства - белые льняные рубаха и брюки, и синяя мантия, украшенная золотой вышивкой.

― Конрос, рад что Вы в добром здравии! Завтра мы созовем совет, на котором Вы доложите обстановку. Мы ждали только Вашего присутствия.

― Это все благодаря Вашему сыну, Ваше Величество. Буду рад присутствовать на совете и доложить о ходе сражения.

В комнату вбежала королева и, отступая от правил, бросилась к Истару.

― Истар, мальчик мой, ты вернулся! ― обняла его. ― Светлая Матерь, ты так исхудал, и только посмотри, как отрасли твои волосы, ― лепетала она.

Мать принца, действующая королева, любила своих детей всем сердцем, а каждая встреча была наполнена теплом, несмотря на действующие холодные правила этикета. Меня, выросшего с отцом и двумя старшими братьями, это всегда поражало. Как ей хватает мудрости и сил поддерживать каждого из нас, своих подданных, и растить разумных, достойных представителей этого древнего и великого рода?

Я посмотрел на друга. Его волосы были длиннее обычного, с грязными клочьями на затылке, да и вид был изрядно потрепанный. Моя борода наверняка выглядела еще хуже. Мы наконец-то дома, нужно будет побриться.

Глава 3. Часть 1

Армана

― У меня нет для тебя снадобья, Арма. Можно либо принять тьму, либо навсегда избавиться от нее…

Я перебила:

― Орингелла, я слышала это кучу раз! ― активно жестикулируя руками, я продолжила тираду, ― Ты знаешь, я лучше выберу второй способ и сдохну, чем стану такими как вы! ― Голос запнулся. Слова вылетели быстрее, чем я успела подумать с кем разговариваю: сейчас она единственная, кто может что-то предпринять. Я вдохнула, успокаиваясь и, попыталась сгладить ситуацию, ― со всем уважением к тебе и твоим сестрам, это не мой путь. Я не могу после стольких лет борьбы с чернью просто сдаться. Это нечестно, ― голос другнул, а руки расслабились, безвольно опускаясь на колени.

― Никто не запрещает тебе бороться, но эта борьба напрасна. Ты только теряешь драгоценное время попусту. Твоя жизнь стала сосредоточением боли и страдания. Усмири внутренний хаос, сделай себе одолжение.

Я повернулась к очагу в маленьком и темном жилище. В груди все горело. Горечь, усталость, обида, злость смешались в тугой узел и полыхали также, как это пламя. Искры летели вверх и, тускнея, угасали, поблескивая в темноте.

Путь сюда занял четыре дня, а дорога увела далеко на восток от Конринхола. Лесистые предгорья, ухабы и ледяная вода Холодного озера были моими спутниками, пожухлая трава - одеялом и периной. Шла, превозмогая боль в пояснице и конечностях, и ради чего? Жалкая, какая же я жалкая…

― Хватит. ― Сказала я не то себе, не то всему этому проклятому миру. ― Лучше скажи, к кому я могу обратиться еще, кто может знать о необходимом мне зелье? Я не зря проделала такой долгий путь! Светлая Лау подсказала мне обратиться именно к тебе.

― Дитя, не переливай из пустого в порожнее, Мать Природа неспроста забирает у тебя силы.

― Мать Природа думает, что я слабая! Поверь, она ошибается, ― огрызнулась я.

Глава 3. Часть 2

Армана

Снова повернулась к собеседнице. Вечно молодые и прекрасные темные ведьмы, не знающие болезней и старости. Волосы сияли, переливаясь языками пламени, зоркие алые глаза всегда смотрят прямо в душу, отчего становится не по себе.

Решение моих проблем так близко - рукой подать, но я не готова, никогда не буду готова отказаться от себя настоящей.

― Дитя, ― втянула воздух, заполнив легкие полностью, и шумно выдохнула Орингелла, ― давай я сделаю настой, которым ты будешь смачивать следы тьмы, он сможет унять боль. Но если настойка арники перестала помогать, вряд ли действие снадобья долго продлится.

Я поморщилась. То же самое говорила Лау, когда я приходила к ней лечить раненого солдата.

― Пожалуйста, ― сказала я смиренно. ― Подумай, кто еще может помочь мне, ― говорила я, одновременно снимая плащ. Он скрывал от чужих глаз шрам на левой руке, который тянулся от кончиков пальцев вдоль всей конечности, поднимаясь дальше, вверх по шее и лицу, заканчиваясь у линии волос.

Орингелла достала пару склянок с мазями, разложила их перед собой на столе и открыла каждую. В первой явно была сыворотка на основе герани, алую герань мы использовали для обезболивания. По запаху я определила, что в остальных баночках были зелья на основе алоэ, брусники и облепихи, а также багульника. Женщина достала миску, в которой смешала все ингредиенты и растолкла в ступке листья мяты. Чтобы мазь сработала в полной мере, темные заговаривали ее, используя руны, измененные темной магией. Она нарисовала в воздухе символ, похожий на Вура: две зигзагообразные линии, заключенные в незамкнутый круг с точкой.

В руну были добавлены и другие символы, из-за чего ее смысл терялся, ведь мои познания ограничивались светлой магией. Мы использовали Вура как освещение пути или его открытие. Я, конечно, могла изучить темную магию, покопавшись в древних письменах, но решила отгородиться от этого, чтобы не искушать судьбу и свою стойкость.

― Садись, и перестань думать о плохом. Всем порой нужна передышка. Останешься у меня на ночь, а я пока пошлю сапсанов с посланием к нескольким ведьмам моего ковена.

Темные не были плохими людьми, просто их вера претила моей. Они использовали чужую силу вкупе со своей собственной. Но, как любое проклятье, скверна имела свой недостаток. Она могла потребовать взамен твое тело, душу или иной способ уплаты долга. Какой бы ужасной ни оказалась расплата, темные свято верили в смысл и предназначение, верили в силу хаоса.

Смешав все в единую скользкую, абсолютно неприглядную жижу, женщина принялась за мою искалеченную шрамами руку. Поверх мази она наложила еще несколько темных рун, но я не стала смотреть, каких именно. Боли я почти не чувствовала, после лечения, хоть и с кратковременным эффектом, всегда наступало опустошение, и я ждала его. Подобный эликсир я брала у Луа в один из дней первой седмицы месяца. Как она попадала к светлой, мне известно не было.

― Ложись и постарайся поспать.

Я заняла единственную кровать в хижине, но постоянно просыпалась от неприятных снов-воспоминаний.

Снилось, что я все еще на поле боя, ищу раненых, которых не могу спасти, с помощью магии, дарованной мне при рождении. Дальше сон менялся, и я уже наблюдала, как умирал тот командир. А Истар, тряся меня за плечи, искал помощь в моих глазах и беззвучно плакал.

Последний сон снился мне чаще прочих, как предзнаменование: боль, беспросветная боль, которая исчезает после моей смерти, но даже в земле я чувствую ее черные бестелесные руки-плети.

Солнце стало подниматься над горизонтом, а я так и не смогла заставить себя крепко уснуть. В окно постучал клювом первый посыльный.

Темная еще не ложилась - ночь была их временем. Открыв окно птице, Орингелла похвалила питомца и дала лакомство - дождевых червей, которых хранила в банке с землей.

― Что там? ― спросила я, наспех надевая жилет полевых ведьм и выходя в кухню.

― Тшш, ― усмирила мой пыл Орингелла, читая послание до конца. - Кажется Мать Света услышала тебя, Арма. Одна из моих сестер, Давина, пишет, что у нее нет такого лекарства, но есть знание, которое будет для тебя полезным.

― Где она живет? Как быстро я смогу туда отправиться? ― ответила я в нетерпении.

― Путь будет неблизким, Арма, не зря Луа послала тебя ко мне. Только у меня есть амулет, который поможет тебе видеть тропу. Она живет в предгории у самого подножия замка Синей Птицы.

Значит, придется потерпеть.

Дорогие читатели, отредактированную версию книги можно найти на Литрес, Букмейт и Литмаркет) Безусловно, на финал это не влиет. В новой версии скорее ярче описаны некоторые моменты. Например, Конрос на шутку про командира и русалочку грозится оторвать вояке голову, а Армана в первой главе просит Истара беречь себя. Однако, илюстрации можно найти только на Литнет. Читайте с комфортом в любом удобном для себя приложении. Ваша Бри ❤️

Глава 4. Часть 1

Истар

Опьяненный запахами азалии и калины, растущих в лесу, я скакал по лесу не в силах остановиться. Дикие яблони осыпали меня лепестками, словно снег выпавший в начале мая. Мне нравилось это время года - весна. Нравилось ездить по полям, отдаляясь все дальше от горных склонов, быть единым с лошадью, скакать на ней верхом, не чувствовать землю под ногами, а ощущать под собой верного жеребца, с которым и в огонь, и в воду, да хоть на край света! Забываешь обо всем, сливаешься с большим и сильным животным в единое целое.

Не заметил, как солнце начало клониться к закату. Подул легкий вечерний ветер, окутывая меня холодом. Подумал, что пора возвращаться и повернул в обратном направлении.

У конюшен нехотя спешился с лошади и завел животное в стойло. Ласково потрепал в благодарность жеребца по шелковистой гриве. Закрыл засов и вышел из помещения, шагая в направлении замка.

Обогнув главную лестницу, я проследовал по нижним переходам, стараясь быть незамеченным. Матушка не разрешала мне отсутствовать во дворце после наступления сумерек. Быстрыми, но тихими шагами я обошёл пространство с фонтаном. Лунный свет искрился в водных брызгах, отражаясь бликами по всем каменным стенам замка, которые окружали фонтан.

Я сбавил шаг, наслаждаясь приятным вечерним воздухом, пребывая в хорошем настроении после прогулки. Резко остановился, увидев ее. Разум не успевал за непрошенными мыслями. Забытыми. Я улавливал все изменения в ее облике, каждую крупицу, которую можно было разглядеть в сумерках: силуэт, наряд, положение головы, следил за малейшим изменением позы. Эта девушка казалась чем-то новым, глотком свежего воздуха после долгого ожидания. Скрываясь в тени арочных проходов, я двинулся к ней, произнося на ходу…

Глава 4. Часть 2

Истар

Проснулся от боли в груди. Солнечное сплетение сдавило, не вдохнуть. Какой странный сон мне подкинуло сознание. В попытках разобраться с увиденным, я пришел к следующим выводам. Замок определенно был тем же самым, в котором я родился и вырос. Однако ни с девушкой, ни с парнем, в роли которого я оказался, мы никогда не виделись.

Отдышавшись, я встал и жадно глотнул воду из графина, заботливо поставленного служанкой на столик у окна. Сонное и разбитое состояние немного раздосадовало, но я решил закрыть на это глаза. Первый день в отчем доме за долгое время, им хотелось наслаждаться, не думая о плохом.

Приводя мысли в порядок, я ходил по комнате. С каждым шагом напряжение отступало. Наконец, я подошел к окну, окидывая взглядом вид. Несгибаемые величественные горы смотрели на меня из оконной рамы.

Когда-то я боролся с младшей сестрой за право жить именно в этих покоях. Мне хотелось уединения и свободы, которых так недоставало в жизни моей семьи. Все остальные члены рода, следуя негласной традиции, жили в восточной башне, а я обосновался в западной.

У меня была собственная купальня, не такая роскошная, как в остальных королевских спальнях: башня не располагала свободным пространством под такие нужды. Умывшись холодной водой, я вернулся в опочивальню и накинул на себя белую рубаху с синей вышивкой на вороте и брюки. Я, второй сын Короны, мог позволить себе вольность, в отличие от старшего брата, поэтому не торопился. Завтрак явно был пропущен, солнце уже стояло высоко, время приближалось к полудню.

Выйдя из комнаты, я двинулся по широким коридорам замка. Проводя рукой по холодному камню стен, вновь чувствовал силу дома: вдыхал его запах и прислушивался к тишине, которую нарушали только мои еле слышные шаги. Кухня находилась в противоположном крыле, поэтому я спустился по лестнице к основанию здания. Как хотелось еще хотя бы немного побыть беззаботным, окунуться в размеренное утро и неспешное пробуждение, прогуляться по дому, вдыхая старые ароматы. Я не торопился и пошел длинным путем. Прошел сквозь внутренний двор замка, в центре которого стоял фонтан. Ручейки неторопливым потоком стекали из верхней чаши в большую нижнюю. Я подошел ближе и опустил кисть тыльной стороной, едва касаясь воды. Провел по зеркальной глади, опуская руку ниже, ощущая как прохлада окутывает конечность и приятно холодит кожу. Резко вытащил руку, разнося брызги в разные стороны, ловя каплями солнечные блики. Это было так похоже на тот сон, те же брызги, отблески света, но я не уловил ничего необычного. Фонтан как фонтан. В животе заурчало, и я поднялся.

На кухне, большой и теплой, пахло детством. Я расплылся в улыбке, глубже вдыхая памятные сердцу ароматы: запах свежеиспеченного белого хлеба и яблочного пирога. Яблоки… Я вспомнил, как в далеком детстве, лет до шести, бегал в кухню и воровал их. Глупая затея, ведь эти яблоки принадлежали моей семье, но будучи ребенком, мне хотелось сделать все именно тайком. Хотелось шалостей и веселья. Завороженный этими мыслями я схватил яблоко, пока Рульда не успела дать мне горячей поварешкой по рукам, прямо как в детстве.

― Перебьешь себе весь аппетит! ― наставническим тоном сказала кухарка, сузив глаза.

В ее глазах я навсегда останусь мальчишкой, который шаловливо воровал еду со стола.

― Доброе утро, Рульда, - я подарил женщине улыбку. ― Если не перехвачу что-то сейчас, боюсь, не доживу до обеда. Кстати, что ты готовишь? ― спросил я, пока женщина помешивала что-то в большой кастрюле.

Кухарка посмотрела на меня с теплотой во взгляде. Я знал эту женщину всю свою жизнь и тоже был рад ее видеть.

― Уже день, Истар, ― произнесла она, цокая языком. ― Рагу с олениной.

На кухню забежала молодая служанка и со слезами на глазах причитала, что сожгла платье одной из придворных дам. Не желая участвовать в балагане, я сбежал с кухни. “Нужно найти Роса. Возможно, я еще успеваю на совет.”.

Мне немного не повезло, начало я пропустил, нужно было сразу идти в общий зал. Потом мне не повезло вдвойне, когда я просто ввалился на заседание с набитым яблоком ртом. Отец наверняка подумает, что на войне я совсем разучился манерам и будет прав.

На меня смотрел не один десяток глаз, пока я шел к своему месту подле брата. Тишина стояла ровно до того момента, пока отец не махнул рукой, давая знак продолжить одному из советников. Тот, не отойдя от шока после моего бесцеремонного появления, встряхнул лежащие на столе бумаги и продолжил.

― Ваше Величество, в этом году ведьмы снова заговорили небо и поля, правда, по понятным причинам количество защищенных полей не так велико, как раньше. Но все же чаровницы обещали много дождей и солнца. На все население нашего королевства хлеба хватит. Пшеница будет расти превосходно.

― Хорошо, в следующем году необходимо будет нарастить производство и излишек обменивать с королевством Белого Тигра на золото, его у них в избытке. Этот мрак, в котором мы погрязли на семь лет, сильно ударил по моим подданным. Если возможно, нужно в этом году увеличить пропитание на человека, помимо другой помощи.

― Ваше Величество, ― произнес следующий советник, ― по периметру королевства остались еще темные, ходят по одиночке, цели нет. Отбились от общей массы, предлагаю продолжать патрулирование.

― Одобряю. Также прошу отправить часть подразделений помогать жителям восстанавливать городские постройки.

Глава 5. Часть 1

Истар

Путь в залу лежал через коридор Памяти. Образы моих предков, запечатленных на холстах, в золоченых рамах, украшали каменные холодные стены. С каждого портрета на проходящих сосредоточенно взирали мудрые лица. Бесчисленное количество статных поз, золотых орнаментов на рубахах, накрахмаленных воротников, выхолощенных физиономий. Грация и надменность, которыми впору было только удавиться. Я считал их, проходя мимо, знал точное количество до портрета отца.

С сегодняшним правителем у нарисованного имелись явные отличия: отец отпустил бороду, исхудал и заметно постарел. Я перевел взгляд влево, где висел портрет Валлена, а следом - мой. Картины с женскими лицами располагались с противоположной стороны, причем жены всегда висели точно напротив мужчин. Таким образом даже члены королевской семьи отделяли чистую кровь, от крови себе подобных. Удивительно, как они не повесили на противоположную стену и меня, сына, похожего на прочих, но не схожего по характеру. Матушка находилась напротив отца, как жена и как пришедшая из другой семьи женщина, а моей сестре не нашлось места на этом излюбленном всеми пристанище великих Бэлродов.

― Любуешься? ― с насмешкой в тоне проговорил старший брат, останавливаясь рядом.

На меня смотрели идеальные, точеные лица. Художник не знал похвалы лучше - его картины висят именно здесь, в королевском дворце. К тому же он не приукрашивал внешность Бэлродской крови, мы все были словно высеченными из мрамора: холодные и прекрасные.

― Вижу, ты надел фамильный перстень.

― Я тоже рад тебя видеть, брат, ― повернулся я к его портрету, не встречаясь взглядами с реальным человеком.

― Отнюдь.

― Мы даже не обнимемся? ― усмехнулся.

― Ехидничаешь, рад расположению твоего духа. ― Он смотрел на меня, а я избегал взгляда. ― Не старайся задобрить отца и уезжай из замка, как можно быстрее. Уверен, ты в силах придумать себе достойное занятие.

― Даже не сомневайся в этом, ― проговорил я, прокручивая кольцо, оно словно обжигало кожу, само хотело слететь и укатиться прочь. Валлен и его слова прекрасно напомнили мне, почему я ушел на войну и не хотел называть это место домом.

Тронный зал был украшен белыми гвоздиками. Из-за обилия световых камней витражи играли новыми красками. Служанки постарались на славу и отмыли окна до блеска. Продолговатый стол со скатертью радовал обилием еды: утка в горчичном соусе, разнообразие речной рыбы, жаренная на вертеле ягнятина, овощи, фрукты и закуски. Находясь сейчас в этом богатстве и роскоши, я вспоминал те моменты, когда на войне было совсем паршиво. Даже смешно подумать, что мы просили Роса рассказать нам о самой вкусной еде, которую он когда-либо ел или сам готовил. Рассказать так, как умеет только мой друг, а он в своих сказаниях ни разу не повторялся. И сразу в сознании оживали и праздничный перепел, и хрустящая картошка с луком и укропом, которые подавали в его казарме по пятницам. На языке словно появлялось мясо и само таяло, оставляя обжигающий вкус насыщения. Фантазия - все, что остается бойцам. Я представлял, как будто нахожусь за уставленным яствами столом и уплетаю нежное мясо, а не скользкую и безвкусную кашу. Те рассказы служили памятным бальзамом, унося нас в уютное прошлое.

Смотря на превосходно украшенный зал сейчас, мне хотелось насытиться моментом и насладиться жизнью в новой полной мере, чтобы навсегда избавиться от событий военного прошлого.

Глава 5. Часть 2

Истар

Шагая по залу к своей семье, которая стояла поодаль от всех, близ витражных окон, я все вдыхал смешанные ароматы цветов и блюд. Матушка в сплошь белом одеянии с гусиными перьями на подоле напоминала прекрасного лебедя. Свободные рукавами будто переплетались с лентами в ее волосах. Смотря на нее сейчас, я еще больше ощутил нехватку сестры, которая как два крыла одной птицы, похожа на мать.

Учтивым поклоном я поприветствовал отца, не переводя взгляд на стоящего поблизости брата. Мы всё-таки уже успели обменяться приветствиями. Однако завидев еще одну светлую макушку, я не сдержался. Подбежал сзади, совсем как лазутчик в лесах, отбросив приличия, положил ладони на ее лицо, закрывая обзор.

― Истар! ― завопила моя младшая сестра.

Поворачиваясь ко мне, Ласта одарила меня улыбкой, которая заставила мое сердце биться в полном счастья ускоренном ритме. Я закружил ее, крепко прижимая к себе.

Ее муж, Моргус, один из младших принцев Мощи-Рехты, стоял поблизости, и с сомнением смотрел на все происходящее, и ощутимо напрягся, когда я закружил его жену. Я сделал ему приветственный кивок головой, возвращая красавицу на место. За время в разлуке сестра сильно изменилась и без сомнения морской черно-фиолетовый ей шел. Хотя для меня она навсегда останется маленькой пташкой в белом платье с синей ленточкой в волосах.

― Светлая Матерь, ты так изменился, ― сказала она, повторяя слова матери. ― Я так боялась, тогда темные…

Я сжал ее руки, давая понять, что мысли необязательно облекать в слова.

К нам подошли все члены семьи. Отец посмотрел на меня как на умалишенного, хмуро качая головой. Конечно, негоже принцу так себя вести, тут полно посторонних. А я показал слабость, чувства, присущие обычному человеку, но никак не человеку королевской крови, причем проявил теплоту к жене мужчины чужой страны и чужого рода. На брата я даже смотреть не стал, зная, что увижу там точную копию отцовского взгляда.

― Все мои дети в сборе, какое счастье! ― сгладила обстановку матушка.

Любое пиршество сопровождалось танцами, песнями, а также игрой на балалайках и флейтах. Девушка в желтом наряде вышла и стала двигаться так ловко и грациозно, как будто вела беседу сама с собой. И не хотелось прерывать ее речь. Поворот, движение бедром и руки-крылья очерчивают воздух вокруг. Ее движения говорили о свободе и любви, о безопасности и тихой радости. Безмолвный монолог завораживал, манил, но никто не смел разрывать магию танца. Девушка одной рукой обняла себя за талию спереди, другой сзади и закружилась. Резко остановилась и окинула взглядом восхищенных зрителей. Они понимали ее, понимали без слов и разделяли все чувства. Глаза пробежали по лицам, но остановились на мне.

Танцовщица вытянула руку, приглашая присоединиться. Я не успел ответить или даже подумать, девушка метнулась ко мне и, взяв за обе руки, закружила. Народ засмеялся, и ринулся толпой вперед. Музыка сменилась с изящной на веселую, быструю. И наша тихая беседа превратилась в настоящий гомон. Движения стали быстрыми, дробь каблуков и хлопки поменяли настроение: воодушевление сменилось на радость, все танцующие сливались воедино. И каждый радовался. И каждый танцевал.

Одновременно с танцами ведьмы подбрасывали огненные шары вверх, и те рассыпались на бесчисленное количество искр. Они кружили под потолком, сплетаясь в магическую огненно-синюю птицу, которая пролетала над празднующими. Задерживаясь в самом верху, животное разделялось на сотни маленьких синих птичек, которые пикировали вниз и рассыпались над головами зрителей. В одно мгновение мне показалось, что вместе с синими отблесками над потолком виднеется черное марево. Я остановился, выходя из танцевального плена.

“Тьма вернулась? Мы снова в опасности? Как быстро я смогу вывести людей?”.

Я собрался, но приказал себе мысленно изучить ситуацию. Осмотрелся. Чужие лица не выражали опасений, наоборот были веселы и беззаботны. Проморгавшись, снова поднял глаза к потолку, на котором уже не проглядывались нити тьмы. Светлая Матерь, мне показалось.

Глава 6. Часть 1

Армана

Амулет, маленькая серебристая птица, висел на моей шее и чирикал каждый раз, когда я сбивалась с пути. На второй день этот звук изрядно мне надоел. На третий я старалась ступать быстро и при этом выверять каждый шаг, стараясь не нарваться на очередное: "Чир-ри-рик". Казалось птица надо мной издевается. Еще немного и я бы поверила в заговор против меня. Вокруг как будто были расставлены капканы, в которые я постоянно попадала. Услышав в очередной раз писклявое: "Чирииик", я не сдержалась и обрушила на птицу все проклятья, которые только знала. На удивление, она замолчала. Моему ликованию не было предела, однако амулет стал сильно нагреваться, когда я шла в неправильном направлении. Даже через плащ я чувствовала: на груди останется ожог.

К концу пути птаха слетела со шнурка, на котором все это время висела, и направилась в убежище хозяйки. Когда она поняла, что летит слишком быстро, начала чирикать, призывая меня к действию. От вновь начавшегося щебета у меня задергался глаз, но я последовала за магическим существом, ускоряя шаг.

Вход в хижину был ювелирно замаскирован магией, в зарослях я не сразу сумела разглядеть дверь. Моя серебряная проводница порхала вокруг нее, быстро перебирая маленькими металлическими крыльями. Как только я прикоснулась к деревянной ручке, амулет прошел сквозь запертый проем, юркнув в дверную скважину.

Дверь отворилась, и я, пройдя внутрь, спустилась в подвальное помещение. Основная часть дома ведьмы находилась под землей и имела внушительные размеры. В просторной комнате без окон было на удивление светло. Магические светильники освещали помещение с богатым убранством. Стены, выложенные темным деревом, не давили, а наоборот, словно расширяли пространство. Красные кресла с золотой вязью и шерстяной ковер с витиеватым узором добавляли особый уют. На полках выставлено множество красивых сосудов, наполненных эликсирами, мазями, сушенными цветами и рассыпчатыми добавками. У самой дальней стены хозяйка расположилась в кресле у камина, который пылал ярким малиновым огнем. Пламя словно подсвечивало женщину, но я увидела лишь силуэт - сидела она ко мне спиной.

― Ты долго, ― сказала ведьма.

― Я шла пешком.

― И что, никаких заклинаний ускорения?

― Никаких.

― Слабая!

Я, как любой человек, не была застрахована от перехода за Грань, поэтому большая часть моей магии постоянно уходила на предотвращение распространения темной магии по телу. Не делай я этого, давно бы сдохла. Но я не стала оправдываться перед незнакомкой за свою нерасторопность: ведьму мои проблемы не касаются. Это не ее дело!

Поэтому ничего не ответила, переходя на другую, более важную в данный момент тему.

― Орингелла послала меня к Вам, Давина…― начала я.

― Я знаю, зачем ты здесь. В замке Синей Птицы есть книга “Сказания и пророчества. Шестой том”. Тебе нужно найти ее.

“Шестой том…Сказания и пророчества…”

Повторила я мысленно, ища в памяти знания об этой книге.

― Том был утерян давным давно, ― озвучила сомнение я.

― Ты и про это знаешь, ― ответила темная, усмехаясь. ― Любопытно, откуда… Да, так и есть.

― Я не понимаю, ― нахмурилась я, ― почему Вы отправляете за тем, чего нет.

― Много вопросов задаешь. Если хочешь освободиться от тьмы, ищи книгу, на которой будет этот знак, ― щелкнув пальцами, женщина послала мне видение: ее светлый дар.

В моих мыслях возник символ многоликого хищного существа с семью глазами.

― Почему Вы помогаете мне? ― все еще не понимала я.

― Разве это помощь, дитя? Но раз ты заговорила о помощи, вот еще что: возьми с собой Ора. Уверена, на библиотеке будет защита королевской ведьмы от посторонних глаз. Амулет поможет с ней справиться.

― Спасибо, не стоит, я справлюсь своими силами.

― Бери, я сказала! ― женщина давила, мысленно проникая мне в голову.

Я не понимала ее настойчивой помощи и гнева на мою нерасторопность. Вполне возможно, она увидела в мыслях что-то еще и утаила от меня свои мотивы.

Птица вновь устроилась на моей шее, обращаясь в обычное на вид украшение. Я огляделась. Давина явно была богата и опытна. Возможно, именно ее сила помогла ей жить обеспеченно. Было любопытно узнать, какая она, но женщина так и не открыла мне свой облик.

Глава 6. Часть 2

Армана

Путь занял намного меньше времени. Но самое главное - амулет больше не чирикал и не обжигал. Я даже наполнилась благодарностью к птичке и почти готова была назвать ее своей спутницей. Одиночество меня не тяготило, однако осознавать, что в дремучей чащобе у тебя есть попутчик, приятно.

Почти без отдыха я следовала той же дорогой, что вела меня сюда. Еловые ветви цеплялись за плащ, мох под ногами разъезжался, отчего ноги скользили. Пару раз я чуть не упала в грязь, но все же шла, продолжая по мере приближения к замку обдумывать план. Как мне быстро пробраться в библиотеку и отыскать поисковым заклинанием книгу? Главная загвоздка - именно проход в замок. Мгновенные заклинания, которые не требовали усиления зельями или порошками, могли сработать только на ограниченное количество человек.

Зелье смены личины закончилось месяц назад. Ингредиенты можно попробовать собрать по дороге, но на изготовление уйдет ни много ни мало - два дня. Слишком долго.

Я шла по лесу, огибая тропу, ведущую во дворец. Сквозь еловые ветви показались главные ворота замка. Четыре охранника у ворот, восемь на мосту. Незамеченной я точно не пройду. С темнотой проберусь во дворец, а до этого подожду повозку с продовольствием. Спрятаться внутри телеги после досмотра не так уж и сложно. Конечно, повозки обычно приезжали рано утром, но попытать удачу стоило.

“А может просто пройти во дворец на своих двоих, не скрываясь, сказать, что у меня послание для кого-нибудь?”.

Чем дольше я думала, тем ниже клонилось к горизонту солнце.

"Телегу с продовольствием ждать бессмысленно. Значит остается один вариант: дождаться темноты.”.

― Ну-с и что ты тут делаешь? ― окликнули меня.

Я медленно повернулась к говорящему.