Не зови меня дурой

Глава первая. Принятие важного решения

Назвать женщину дурой можно по-разному. Можно сказать: «Какая же ты у меня дурочка!» или «Дуреха ты моя!» и от этой фразы совсем не будет обидно. А можно сказать: «Ну, ты и дууура!» и тогда, если нечем возразить, надо собирать чемодан и уматывать.

Что я и сделала.

Подумаешь, 10 лет в браке?

Подумаешь, кроме чемодана придется взять с собой Ваську? Подумаешь, Васька не сумка, не ноутбук, не шляпка, и даже не кот, а ребенок, которому всего пять лет.

Подумаешь!!!

Ради того, чтобы больше никогда не слышать в свой адрес «дууура» я пошла на это.

Я хотела доказать всем, а особенно своему мужу, что я очень умная и интеллектуальная женщина.

Даже, если для этого мне сначала придется стать умной и интеллектуальной.

Я была уверена, что у меня ничего не получится. Но меня это не остановило: я собрала в один чемодан детские вещи,  в другой чемодан накидала свою одежду, косметику и несколько фото альбомов и, прихватив с собой Василия, которому пообещала показать настоящий поезд, вызвала такси и уехала на вокзал.

Куда я ехала? А куда едут все, кто хочет чего-то добиться в жизни? Конечно в Москву!

Карман грели две тысячи зеленых купюр.

В поезде стало страшно, но обида за «дуууру» была выше страха.

В конце концов, - успокаивала я себя, - эти две тысячи не последние деньги. Это – мой законный отпуск, в котором я не была уже десять лет. Я приеду в Москву, посмотрю, как на глазах испаряются мои деньги, и если ум и интеллект меня так и не посетят, вернусь обратно, в родной Воронеж и уже без колебаний повешу на себя ярмо «дууура» и буду его носить до конца жизни.

Ближе к ночи, когда Васька заснул на нижней полке, я вытащила из сумочки небольшое зеркальце, мысленно нацепила на себя вышесказанное ярмо, и даже нашла себя в нем привлекательной.

Но возвращаться назад было стыдно. Поэтому я четко решила потратить все зеленые бумажки и уже, потом, с чистой совестью вернуться к мужу.

Глава вторая. Приезд в Москву

Москва нас с Василием встретила дождем.

Первым делом я купила новую сим карту и позвонила своей знакомой из Живого Журнала - Алёне, с которой была знакома только виртуально, но с которой общалась каждый божий день и знала о ней все, впрочем, как и она обо мне.

Алёне тридцать. Она работает финансовым директором в какой-то швейцарской компании. Когда я попросила её описать себя, она написала следующее: «Имею два глаза в очках, один нос (без характерной горбинки), один рот, которым говорю много лишнего, и две груди, но они так похудели, что не заслуживают отдельного упоминания». Я тогда написала ей, что абсолютно все, что перечислила она, имею и я, и предположила, что мы с ней близняшки. С того дня она в каждом письме обращается ко мне не иначе, как сестра и за последние три года она стала для меня самой близкой подругой. Настолько близкой, что я рассказывала ей о своей жизни все, что надо, и о чем следовало бы умолчать…

- Слушаю, - отозвалась подруга.

- Алён, привет, это я.

- Кто я?

- Машка из Воронежа!

- Машка? Какой у тебя голос детский! Как дела?

- Да вот, стою на Павелецком вокзале... Мне надо снять квартиру. Или комнату. Поможешь?

- Ты, правда, в Москве?

- Да...

- Стой у главного входа и никуда не уходи. Я сейчас приеду.

Алёну мы ждали около часа. Василий за это время съел «Сникерс», «Марс» и выпил две банки кока колы. Раньше я ему не позволяла так много сладостей, а сейчас, чтобы он только молчал и не хныкал, позволила все. Он сидел на чемодане довольный, играл с машинкой и выпрашивал у меня «Баунти».

Алёна меня не узнала. Конечно, я ведь не сказала, что буду с сыном. Да и не была  я похожа на ту гламурную даму на фотографиях, которые я присылала ей. На мне был Василий, которому надоело играть в машинки, и он по праву требовал маминого внимания.

Я подняла руку вверх и окрикнула ее.

А вот Алёну я представляла именно такой, какой она и оказалась: невысокая, худенькая, милое, почти кукольное личико, зеленые глаза, темные, по плечи волосы.

- Какое чудо! – воскликнула она и потянулась к Ваське. – Я видела тебя на фотографиях. Пойдешь ко мне?

- А ты мне купись баунти? – спросил мой сынок.

- Конечно! Давай руку, пойдем.

Алёна посмотрела на меня, улыбнулась:

Одно дело, когда каждый день общаешься через интернет, когда не видишь глаз собеседника, задаешь ему кучу вопросов и сама отвечаешь не стеснясь. В реальной жизни все намного сложней. Волнение при встрече никак нельзя было скрыть. Я действительно волновалась: понравлюсь ли я ей? Понравится ли она мне? Будут ли у нас такие же доверительные и искренние отношения в реальной жизни, как были через сетевую паутину?

Алёна кивнула в сторону метро:

- Поехали!

По дороге она купила Ваське Баунти и сразу стала для него лучшим другом. Всю дорогу он сидел у нее на коленках, рассказывал в каком красивом поезде он ехал и хвастался машинками, которые остались у него дома.

Когда мы, наконец, доехали, а потом дошли до Алёниного дома, а вернее квартиры, я решила успокоить подругу:

- Мы буквально на пару часов. Ты поможешь найти мне квартиру?

- Уже помогла, - засмеялась Алёна, - проходи! Не знаю, сколько ты собираешься пробыть в Москве, но вторая комната твоя.

Я вошла в квартиру. Запахло сдобой.

- Неужели ты испекла пирог по моему рецепту? – поинтересовалась я.

- Да. И он получился изумительный! Сейчас оценишь.

Алёна сразу направилась на кухню, включила электрочайник, принесла из комнаты большого красного неваляшку  и, протянув игрушку Василию, отправила играть в комнату. Сама налила чай, отрезала мне кусок пирога с яблоками и приказала:

- Рассказывай!

- Я ушла от мужа. – Честно призналась я.

- Зная его тягу к блондинкам, могу предположить, что он изменил тебе с белокурой красавицей?

- Нет, - вздохнула я, - хуже...

- С брюнеткой? – удивилась Алёна.

- Нет, хуже...

- Что может быть хуже? Неужели с мужчиной? – Алёна театрально сложила руки на груди и закатила глазки.

- Нет, Алён. – Я смотрела в пол.

- Выше нос! Что за привычка сразу опускать руки? Попробуй пирог, чего ты сидишь, как кукла, – она пододвинула ко мне тарелку. - Что же он натворил?

- Он обозвал меня дурой! – чуть не плача поведала я подруге о своей проблеме.

- То есть он сказал правду, а ты обиделась? – засмеялась Алёна.

- Он сказал так: «Какая же ты дууура!»

Я ковырнула ложечкой кусочек от пирога.

- А, ну это, конечно, совсем другое дело. Дура и Дууура, совсем разные слова. И по значению и по содержанию. – Она улыбалась и смотрела на меня.

Я тоже улыбнулась и поместила кусок пирога в рот.

- Вкуснотища!

- Еще бы! Твоя школа! – она замолчала и, любуясь, как я ем, добавила: - В любом случае, я очень рада тебя видеть. И твоего Василия тоже. Расскажи мне о своих планах. Надеюсь, у тебя есть хоть один, пусть даже самый глупый и нереальный?

Алёна кивнула:

- Молодец. Я давно тебе об этом говорила! Твои рассказы действительно очень хорошие. Да, это отличная идея, но...

- Что? – не поняла я.

- Дальше? Ты, правда, решила уйти от мужа? От этого двухметрового красавца с шикарной зарплатой и всеми удобствами?

Глава третья. Неожиданная встреча

Утром я переписала на флэшку все свое творчество, как называла это моя подруга, поискала в интернете информацию о московских издательствах, выбрала ближайшее и так как другими критериями отбора на данный момент не располагала, то в него мы все  вместе, втроем, и отправились. Так должен был начаться мой путь к славе. Или позору.

Алёна с Васькой ждали меня на улице, а я зашла в здание.

Конечно, меня не встретили цветами, ковровой дорожкой и оркестром, но мне удалось прорваться к какому-то очень важному помощнику главного редактора и рассказать, что у меня есть пять готовых романов и множество рассказов.

Помощник обещал, что главный редактор, хоть она и очень занята, сама лично посмотрит мое творчество, и посоветовал не ждать ответа только от них, а обратиться во все издательства, которые я только знаю.

- Ну что? – спросила Алёна, как только я вышла из редакции.

- Сказали, что рассказы их не интересуют, а вот романы они посмотрят и если они им понравятся – свяжутся со мной.

- Понятно. Слушай, я тут, пока тебя не было, пообщалась с одним парнем, начинающим, как ты. Он сказал, что романы надо предлагать во все издательства. Вот, он мне даже оставил список. И еще посоветовал поискать в интернете режиссеров, кто ищет оригинальные сценарии для сериала, или для фильма. Так что идем домой, найдем этих режиссеров и оправим им твои сценарии.

- Для начала эти сценарии надо написать.

- А у тебя нет готовых сценариев? – удивилась Алёна.

- Нет. Этому искусству еще поучиться надо...

- Ладно, идем домой, будешь учиться.

Учиться писать сценарии мне не давал Василий. Он постоянно отвлекал меня, приставал с разными вопросами и требовал внимания.

К вечеру я не выдержала:

- Алён, я не знаю, сколько стоит детский садик в Москве, но Ваську придется туда отдать.

- Хорошая идея, - согласилась подруга, - он у тебя славный, но если честно – я тоже от него устала. Тут, недалеко, есть один.

- И еще мне надо позвонить маме. – Мрачно произнесла я.

- Что так грустно? Ты до сих пор боишься маму? – не поняла Алёна. – Или ты ей не сообщала, что уезжаешь?

- Вот именно, не сообщала.

- Ничего страшного. Позвони и все объясни. – Предложила подруга.

- Ты понимаешь, она у меня старой закалки и считает, что уходить о мужа нельзя ни при каких обстоятельствах. Нужно держаться до последнего, унижаться, все терпеть, но взять и уйти – нельзя. Я уже однажды пыталась уйти и пришла за помощью к маме. Она меня так отчихвостила, что мне пришлось опять вернуться в семейное ложе. Она, по молодости, ушла от моего папы. А папу потом подняли по службе, а через год перевели в Питер. Сейчас он там и живет. Женился во второй раз, очень счастлив. Вот она и жалеет, что ушла от него. Думаю, что она его до сих пор любит...

- Печальная история. И у нее никого нет?

- Она и не ищет.

- Видимо, она очень сильно любит твоего отца...

- Любит. Поэтому и делает все, чтобы я не совершала таких глупых ошибок. Как представлю себе, как она сейчас будет на меня кричать – жить не хочется.

- Тогда не звони. Напиши ей письмо и отправь. Просто сообщи, что у тебя и у Васьки все хорошо, и ты пока поживешь в Москве.

- Да, я так и сделаю. И позвоню ей через неделю...

На следующий день Васька был принят в ближайший частный детский садик, а я отправила по электронной почте свои романы во все издательства, нашла очень полезную информацию, как написать сценарий, и принялась за работу.

Вечером Алёна убежала на свидание к своему новому ухажеру Виктору, с которым познакомилась в метро, а я пошла забирать сына из детского садика.

Васька играл в песочнице с другими детьми. Воспитательница, Инна Васильевна, пошла мне на встречу, рассказала о его первом дне и заметила, что он очень самостоятельный.

Васька домой идти не хотел, и я села с Инной Васильевной на лавочку, поболтать. Мы так увлеклись разговором о воспитании детей, что я даже не заметила, как к нам подошел мужчина и поздоровался с Инной Васильевной.

- Здравствуйте, Иван Сергеевич. – Отозвалась воспитательница.

Я подняла глаза и узнала в Иване Сергеевиче своего старого друга.  Самого лучшего друга...

Во втором классе родители получили квартиру в новом, строящемся микрорайоне и я перешла в другую школу, рядом с домом.

Меня посадили за одну парту с рыжим, веснушчатым мальчишкой, который был на голову ниже меня, и которого звали Ваня Макарский. На первом же уроке он написал мне записку: «Давай дружить». Я очень хорошо помню, как порвала эту записку на маленькие клочочки, поправила спадающую на глаза челку и голосом учительницы ответила: «Я с мальчиками не дружу!».

Но Ваня и думал сдаваться, и каждый день все настойчивей продолжал добиваться «дружбы». Мы жили с ним в соседних подъездах, и он каждый день провожал меня в школу. Так же мы вместе возвращались домой. В школе он запрещал одноклассникам даже подходить ко мне, постоянно дрался, если хоть кто-то задерживал на мне свое внимание более чем это позволял Ванька и всем говорил, что я его девочка.

К восьмому классу я так привыкла к его ухаживаниям, что стала получать удовольствие от дружбы: я никогда не носила свой портфель, никогда не стояла в очереди в буфете, он баловал меня маленькими, но такими значительными для юной девушки, подарками, цветами и конфетами.

После школы я решила поступать в ИНЯЗ, потому что очень увлеклась иностранными языками. Ваня тоже решил поступать в этот ВУЗ, но экзамены провалил. Он записался на подготовительные курсы, провожал и встречал меня каждый день из института и  всем, кто не понимал, зачем он так долго и упорно меня добивается, объяснял: «Она меня пока не видит. Но придет время, и ее глаза откроются». Он поступил в институт на следующий год, в этот же день пришел ко мне с бутылкой шампанского, колечком и предложил руку и сердце. Я отнеслась к его предложению не серьезно и рассмеялась. Но ему было не до смеха. Его зеленые глаза наполнились слезами, и он сказал: