Небанальная просьба

Глава 1. Лидия.

Телефон раскалывался с самого утра, отчего я даже не смогла выпить чашечку кофе, будучи «в мыле» с самого пробуждения, продрав глаза аж в пять утра. Но сонной себя я при этом совершенно не ощущала, ведь адреналин буквально нёс меня вперёд, и думаю со стороны, я выглядела пугающе. Подол платья путался в ногах, длинные волосы пружинились локонами от бега, да и сумасшедшая улыбка, коей я славилась в подобные забеги, не добавляла мне «нормальности». Как-то брат признался, что побаивается меня в таком состоянии. И я могла его понять.

Чехлы с платьями оттягивали руки, пока ноги, уже привыкшие к таким феноменальным скоростям каждое межсезонье, несли меня по дорожке, и я параллельно вела последнею переподготовку с секретарём по мобильной связи:

— Да, и рыжую модель не забудь переодеть в зеленное платье! – И дыханье моё даже при словах этих не сбилось. Каблуки мерно стучали по итальянской плитке, коей была устлана подъездная дорожка пред домом, и я уже почти была на финишной прямой.

Несомненно, в тот момент меня грела одна единственная мысль, что хоть в ателье все было без сюрпризов и накладок, ведь Эле я доверяла как себе, а она меня уверила секундами ранее, что пока все идёт как по маслу. И ее мнению я безукоризненно доверяла. Девушка была проверена опытом — плохим и хорошим. Кто угодно мог бы посчитать меня сумасшедшей, но тем не менее я всегда чистосердечно признавала, что люблю всей душою подобную суету, что и была несомненно важной частью моей профессии. Обычно размеренная и выдержанная, четыре раза в год как по команде она принимала сумасшедший ритм, и за это я была ей благодарна.

Горело все что только можно и нельзя: швеи не успевали, модели не все соглашались работать с нами, кружева стопорились на фабрике. В общем, все было в привычном режиме перед основными примерками для весенне-летней коллекции, анонс которой уже стоило запускать, как случилось нечто, и моя верная вышивальщица в самый ответственный момент слегла с ветрянкой. Но, когда ты в бизнесе уже пять лет, на такие мелочи жизни начинаешь реагировать по-филосовски, благо тут меня буквально выручила родня.

Телефон снова затрезвонил, и я, еле как перекинув с одной руки на другую тяжёлые чехлы, ответила, прекрасно зная, кто звонит:

— Я уже бегу! Я на подъездной дорожке! – Отрапортовала я своей собеседнице, влетая в двери, что приветливо открыл мне их дворецкий, видно приметив меня на подходе, за что я поблагодарила его, тут же метнувшись по лестнице вверх.

Настроение было приподнято-взбудораженным, отчего все вокруг знали, что со своей помощью ко мне сейчас лучше не лезть. Иначе буквально – зашибу и не замечу. Вот и в тот день, не шибко церемонясь, я влетела на всех порах в хозяйскую спальню дома, тут же скинув балахоны с одеждой на кровать, и довольно улыбнулась:

— Катька, привет! А вот и я! – И ещё руки раскинула зачем-то в стороны, но моего сумасшедшего порыва не оценили. Жена брата, что до того привычно пофигистически наблюдала за этим невежеством, сложив руки на груди, только головою покачала.

— Дай угадаю. – Прищурила она ярко-голубые глаза, сделав ко мне шаг: — Ты даже кофе не успела выпить сегодня? – Я только рукою на то махнула, мол и фиг с ним, как она вздохнула: — Горе ты луковое! Опять небось с ночи на ногах… – И всучила мне в руки смузи в одноразовом стаканчике, отчего я довольно зажмурилась, припав губами к трубочке:

— Катька, ты чудо! Могла бы, сама бы на тебе женилась! – И то правда. Длинные волосы подруги светлого оттенка красиво были уложены наверх, а глаза цвета василькового поля лишь хмуро осматривали меня на предмет того, что я могла опять чего-то и забыть надеть в таком-то запале.

Так уже, бывало, как например тогда, когда перед ответственным показом, я надела один чулок, а про другой забыла, и так и пришла на показ. Инстаграм тогда кипел от моего «креатива», приняв это за новую фэшн новинку и с удовольствием подхватил, а братело мой наоборот, окончательно уверовался в том, что у меня не все дома. Уж сколько лекций я тогда наслушалась. Жесть. Поэтому более я таких оплошностей не допускала, отчего подруга выдохнула облегчённо, поняв, что все на месте, но тут же нахмурила брови:

— И не мечтай, дорогуша! Я уже крепко занята. – Серьёзно пробурчала она, глядя на меня как на дитя малое, но тут же сменила гнев на милость, выдохнув с мягкой полуулыбкой: — Вкусно хоть? Твой любимый. С клубникой.

— Очень! – Пропела я, выдув все до последней капли, будучи уверенной в том, что это скорее всего и останется единственным, что я съем за сегодня. Думаю, подруга подумала о том же, оттого и недовольно выдала:

— Эх. Вот и мечтай быть дизайнером одежды. – И то была правда. Спорить даже не хотелось, оттого я только плечами пожала. – А это новые платья из коллекции? – Спросила она, указав на чехлы, что я притащила сюда на своём горбу, на что я кивнула. Катька на то только закатила глаза, даже не трудясь снова отчитать меня за тяжести, что я таскаю на себе из раза в раз, и подойдя к гардеробу, достала фирменный чехол, с главной звездой нашего показа, что доверить я не смогла бы никому, кроме неё. Я замерла в ожидание, пока Катя расстегнула молнию, явив мне творение своих рук: — Ну как? – Платье выглядело даже лучше, чем на моих эскизах, отчего я уже видела в тот момент восторженные заголовки в инстаграме, кои посыпятся на нас после этого показа.

Я, затаив дыханье от такой красоты, подошла ближе, с трепетом проведя рукою по подолу платья, что в утренних лучах солнечного света переливалось до того ярко, что рябило в глазах. Руку искусного мастера было видно за версту, ведь бисер лежал тонким слоем, отчего платье было до невозможности воздушным.

Глава 2. Владислав.

Мысли текли размеренно и плавно, ведь на душе впервые за много лет было спокойно. Никто не грозил отнять бизнес, никто не совершал диверсий. Тихо, мирно. Можно даже сказать размеренно, отчего я довольно размял шею, краем уха слушая то, что мне говорил Адашев в окружении адвокатов, что восседали напротив меня за столом.

— …завод будет переоснащён с помощью… — И бла-бла-бла, кажется мы говорим о том, уже по седьмому кругу. Я тоскливо глянул на пустую кружку из-под кофе, вздохнув. Эти речи я знал буквально наизусть. Мог бы процитировать. Да и бумаги я тоже просмотрел. И перепроверил. Верно, стоило сосредоточиться и послушать, но мы уже давно все обговорили.

Меня скорее занимал другой вопрос, что буквально «налетел» на меня на входе, тем самым весьма и заинтересовал. На губах мелькнула улыбка стоило вспомнить утреннее происшествие, что таким, по сути, не являлось. Так просто, оплошность, что не стоила и лишней нервной клетки, да только в голове отчего-то моей она осела. Даже не так. Застряла.

Я раздражённо отодвинул от себя чайный сервиз.

Девушка в летнем длинном платье, что пронеслась мимо, обдав сладким запахом ванили, отчего я невольно довольно зажмурился даже сейчас, вспомнив аромат, а руки очертили ладную фигурку, что так удачно впечаталась в меня. Я вдохнул, ведь паху снова стало неудобно.

Мысли потекли в этом направлении, и я сел ровнее, оперившись на стол переговоров, дабы скрыть свой выпирающий интерес от присутствующих. Взгляд вперился в чашку кофе, чей оттенок так походил на длинные локоны моей неожиданной знакомой. Я усмехнулся от этих мыслей, ведь давненько меня так не пробирало, как до ушей донёсся раздражённый голос:

— Валиев, ты меня слушаешь или нет? – Я перевёл взгляд на говорившего, подняв лениво бровь, вспоминая, отчего Павел бесил меня эти пять лет. Мужик он, конечно, не плохой, но местами бесящий. Тёртый калач, умный да бескомпромиссный бизнесмен. Идеальный оппонент, как не глянь. Больно правильный только. И скучный до зубовного скрежета.

— Ага. – Ответил я равнодушно, на что он сверкнул зеленными глазами, поняв, что я его толком и не слушаю, да снова уставился в документы на подпись. Давая тем самым мне возможность получше рассмотреть себя. Темные волосы моего некогда недруга уж больно напоминали мне утреннюю девушку, но всегда существовал иной вариант. Может то была молодая жена Адашева? Я наклонил голову в сторону, не спуская глаз с недавнего партнёра, чувствуя волну раздражения.

«Да нет, не жена!» — усмехнулся я мысленно, но отчего-то не отпустило. Кулаки сжались сами, отчего я удивился сам себе. Нет, вот какого…? Давненько такого не было. Вдохнув, я ослабил узел галстука, в тот самый момент как Адашев снова вперил в меня взгляд двух лазеров, что отнюдь приветливостью не отличались. Я походу выбешивал его не меньше.

Наша взаимность в подобных вопросах, несомненно, поднимала настроение, забавляя, и я подавил смешок, пока он раздражённо сложил длинные пальцы домиком поверх кипы документов:

— Так что? Наши разногласия улажены? – Я только усмехнулся на то, тоже не спуская с него глаз.

На душе в тот момент стало до того тоскливо от осознания того, что более крутых виражей с ним можно было не ждать. Адашев чётко дал понять, что устал от войны, от того так и забвенно и разглагольствовал здесь минутами ранее. Я вздохнул. Прошли сладкие времена подстав да головоломок, кто свой, а кто не очень. Кого прикопать, а кого поощрить. Увлекательная игра. Павел в этих вопросах был моим несомненным любимчиком. Всех остальных то я уже выжил из бизнеса, только он и остался, а он с мировой пришёл. Давай, мол, жить дружно. Скукота. Даже в гости позвал, чего отродясь не было, но сейчас то можно — мы ведь вроде как все поделили. Остались лишь мелочи, впрочем, это был последний оплот весёлых времён.

Я молчал, обдумывая все это, буквально оплакивая те прекрасные времена, но он того не знал, отчего раздражённо начал постукивать пальцами по столу, закипая:

— Ну?

Я только усмехнулся, глянув на него хитро:

— Ох, Адашев, я уже по тебе скучаю. – Протянул я, наклонившись к нему через стол, отчего он хмыкнул, покачав головою, поэтому я продолжил: — Так не терпится остепениться? Слышал, женулька твоя дочь носит.

— Это тебя не касается. – И отклонившись назад, вздохнув, добавил: — Я устал от этих войн, Валиев.

— Мир, дружба, жвачка?

— Типа того. Так мы договорились? – Не выдержав, все же серьёзно спросил он, отчего длинные пальцы даже перестали отбивать марш по столу, и я расслабленно хмыкнул, поднимаясь на ноги:

— Да. Я держу слово. – И у выхода добавил, обернувшись: — Пусть только мой адвокат все лично проверит. Я пришлю документы.

— Разумеется. – Облегчённо выдохнул он мне на прощанье, отчего мы кивнули друг другу, мысленно отпуская все прошлые обиды, и я направился на выход, в тайне любуясь интерьером дома Адашева. Деньги не всегда решали все, но в этом доме было до того «тепло» с точки зрения атмосферы, что уходить не хотелось.

Высокие потолки, мрамор на полу да светлые стены. Огромные панорамные окна, красота. Хоть фоткай и показывай подрядчику, что мол хочу точно также. Шутка ли, но мысль о доме, о своём доме зацепила, отчего я замер на выходе, ухмыльнувшись снова проказнице судьбе, как ко мне обратился начальник охраны, обеспокоенный заминкой на чужой территории: