Небо над Сатерой

Глава 1

Кевин еле успел на полуденную мессу. Открыв дверь, он увидел что остальные монахи уже заполнили зал.

Аккуратно смешавшись с толпой, молодой послушник приготовился дожидаться окончания службы. Дневная часть была его самой нелюбимой, на ней никогда ничего не происходило. Только полтора часа заунывных нравоучений настоятеля.

"Господи, пошли мне на ужин курочку", — взмолился мысленно Кевин. — "Запеченную до хрустящей корочки. С пряностями. И обязательно побольше чеснока под шкуркой!"

"Хорошо, сын мой", — раздался в его голове привычный голос Бога. — "Я исполню твою просьбу. Но сначала отнеси калечи Вилосу".

Кевин кивнул, а после с нетерпением стал ждать окончания мессы. Иногда он даже переминался с ноги на ногу, вызывая недовольные взгляды братьев, которых случайно задевал локтями. Так сильно ему хотелось сытного ужина, что у него текли слюнки при одной мысли о курице.

После службы он сразу отправился в хозяйственную пристройку, взял оттуда загнутые и отполированные заготовки и отнес их схимнику Вилосу. Несмотря на строгость принятых обетов, тот часто и много работал в столярной мастерской. Никто конечно не возражал, у Вилоса был талант к деревообработке.

С Вилосом, правда, пришлось задержаться. Кевин отдал ему заготовки, но тот попросил помочь с козлами, на которые он ставил доски перед распилом. Вдвоем они справились довольно быстро, Кевин придерживал деревянные стойки, а Вилос заменил разболтавшуюся ось и добавил дополнительные распорки. Тепло распрощавшись со столяром, Кевин наконец отправился к себе.

Зайдя в свою келью, Кевин увидел пустой стол. Но это было нормально. "Помоги осуществиться божьему велению", гласил один из псалмов Писания. Послушник опустился на колени перед пустой каменной стеной, вытянул вперед руки и склонил голову. В тот же момент в его руках появился медный поднос с запеченной курицей. Курица была свежайшая, от нее поднимался пар, а пряный запах ударил в нос монаха.

Кевин сглотнул слюну, вскочил, поставил поднос на стол и тут же вгрызся молодыми крепкими зубами в мясо. Но потом опомнился, степенно отложил ножку курицы обратно на поднос, вытер руки, сложил их в ритуальном жесте, опустил голову и прочел короткую благодарственную молитву. А потом вернулся к ужину, обжигая пальцы и жмурясь от удовольствия.

Доев все до последней крошки, курица получилась на удивление вкусной, Кевин отнес поднос на кухню, помыл его и положил к остальной посуде. Господь конечно мог забрать его сам, но беспокоить его по пустякам запрещали заповеди. Кевин и так проявил некоторую наглость, попросив о вкусном ужине. Он не знал, стоило ли выполнение поручения с помощью Вилосу эквивалента приготовления курицы, но благоразумно решил, что Бог большой, ему виднее. Поэтому не забивал себе голову такими вопросами.

На следующий день Кевин проснулся в приподнятом настроении. Дни в монастыре не отличаются разнообразием, но приближался праздник летнего триместра, поэтому монахи были заняты подготовкой к торжеству. Для этого нужно было освободить и расчистить двор перед монастырем. Для такой небольшой земляной площадки, на нем за год скопилось слишком много разного хлама.

С одной стороны двора даже стояла разбитая телега с отсутствующим колесом. Монахи изрядно с ней намучались, пытаясь сдвинуть ее своими силами. Пока не пришел старший скитник и с божьей помощью они не убрали телегу за одну из хозяйственных построек, чтобы она не мозолила глаза.

Весь день Кевин работал вместе с остальным монахами. Убирая мусор со двора и подготавливая деревянный настил, с которого настоятель будет вести церемонию.

К вечеру Кевин пошел вместе со всеми в монастырскую столовую, с тоской вспоминая вчерашнюю курицу. Но за день он так вымотался, что был благодарен за возможность упасть на свою каменную кровать даже голодным.

Утром выяснилось, что настоятелю пришлось уехать по каким-то божьим делам, поэтому отмечать летний триместр был оставлен Салаван, его помощник из Духовного собора. Празднество было назначено на вечер, но в этот день традиционно уже запрещалось работать. Поэтому большую часть дня монахи провели в богослужениях. Кевин в своем обыкновении, проявлял нетерпение. Но ожидание вечерней церемонии приятно грело душу, поэтому он нашел в себе некий баланс между сопротивлением и смирением.

Когда солнце окрасило небо в закатные оттенки, дневной ветер окончально стих. Монахи собрались во дворе. Над помостом и на окружающих шестах зажгли масляные лампы. Их мягкий желтоватый цвет придавал благожелательный и умиротворенный вид. Тихие переговоры монахов стихли, все внимание переключилось на помост.

Салаван, одетый в лучшую свою мантию, благородно поднялся на деревянную площадку. Бог должен был диктовать ему речь, посвященную этому году. А настоятель (но в данном случае, заменяющий его помощник) доносить эту благую весть до остальных.

Но вместо этого соборник поднял руку и указал на горизонт. Монахи заозирались, пытаясь понять куда он показывает. За Сирмским лесом, окружавшим монастырь с западной стороны, у горизонта поднимался черный столб дыма. А треть неба в этом направлении была окрашена в багряный кроваво-красный цвет. Пятно прямо на глазах разрасталось, приближаясь к монастырю.

Лампы над помостом тревожно закачались, пламя неожиданно погасло, а потом налетевший порыв ветра сорвал весь помост целиком с земли, снес деревянные пристройки около монастыря и с ревом швырнул монахов, полетевших вместе с вихрем как поломанные куклы.

* * *

Линда опускала свой корабль сквозь облака. Это было очень опасно, но суперинтеллект планеты пока молчал. Ее напарник Вейс, тощий парень с длинными волосами, стоял рядом, напряженно вглядываясь в обзорный экран. Как и Линда, он работал в исследовательском институте Келлога на Эридана IV. Но что заставило его отправиться в эту миссию, она точно не знала.

Линда начала мысленно проговаривать ритуальные фразы из справочника по контактам, которые должны были убедить местное божество, что они не собираются вмешиваться в его планы. Что их прилет вызван простым человеческим любопытством, над которым у них самих нет власти. И что они приложат все силы, чтобы относиться с уважением и вниманием ко всему, что ему будет угодно им сообщить.

Глава 2

На следующий день они отправились в путь.

По пути Линда рассказала, что когда случайно вышла к воронке, то решила там заночевать в каменном строении. Но потом начался шторм, здание разрушилось и ей чудом удалось спастись. Она потеряла во время ветра рюкзак, а дальше он все видел.

Кевин в свою очередь рассказал, что он понятия не имеет что это за место. Никогда здесь не был и не знал, что такие постройки вообще бывают. Предназначение центрального круга он тоже не знал. Его просто послал помощник игумена в это место, Бог сказал найти здесь женщину и убить. Это все что ему известно. Возможно, епископ или настоятель знают больше, надо будет у них спросить.

Линда тоже подумала, что это хорошая идея. Особенно хорошо было бы выяснить, как давно воронка образовалась. Посещал или ее кто-то и происходили ли тут странные события. Ей до сих пор было непонятно, ядро оставалось пустым или нет.

Сканер показал, что оно полное, но при этом активированное. Поэтому она тогда так смело полезла его переключать. Она была уверена, что это ошибка сканера, потому что эти две вещи не могли совмещаться. Оставался хороший вопрос, был ли связан последующий шторм с ее действиями.

Но пришла к выводу, что скорее всего нет. Вероятнее всего, что это происки суперинтеллекта, который показывал им свое недовольство. Из-за того, что они лезут куда не надо. А может это вообще регулярные погодные события над этим местом, кто знает… Н-планеты каждая была странной по-своему. Хотя до сих пор воронка оставалась в целости, а после их с Вейсом прихода разрушилась. Это немного беспокоило.

Путь пролегал по просторному лесу. С этой стороны было меньше кустарников. Сначала они шли в сторону монастыря, но постепенно отклонились и пошли к городу. Кевин отлично ориентировался, Линда это сразу поняла. Он смотрел на солнце и учитывал время суток. Он также приглядывался к известным ему одному особенностям роста растений, когда они проходили мимо. К примеру, с одной стороны болот преобладали высокие стебли, похожие на осоку. Кевин объяснил, что они растут всегда с северной стороны. Фильтруют приносимых ветром мошек, а роящиеся у корней угри питаются этим мошками. И сами в то же время рыхлят дно и тем самым позволяют расти этому типу растений.

Линда расспрашивала Кевина обо всем. Стараясь не показывать свою неосведомленность об устройстве мира, конечно. Поэтому большинство вопросов касались природы вокруг и жизни Кевина в монастыре. Для человека, пришедшего издалека и не знающего местные растения, эти темы казались относительно безопасными.

На вопросы о себе Линда уклонялась, аргументируя это тем, что ей тяжело вспоминать время, проведенное с Вейсом. Врать про напарника было неприятно, но это было отличным прикрытием. Так Линда могла выяснить максимально много, не раскрывая при этом своего прошлого.

На ночь они остановились у озера, в середине которого плескалась рыба. Кевин посетовал, что у него нет удочки, а то он наловил бы ее к ужину. Но когда он шел сюда, то был занят совсем другими мыслями, поэтому почти ничего не взял с собой.

Молиться он пока не пытался, опасаясь что Бог может дать новое задание. Или начнет расспрашивать, почему он не выполнил прошлое. Кевин не очень поверил Линде про испытание на хорошесть. Но других объяснений он не видел, а узнавать было страшновато.

Кевину нравилось идти вместе с Линдой. Девушка шагала легко. Как и ему, ей пришлось в предыдущие дни пройти большое расстояние. Поэтому мышцы привыкли к такой работе и они без проблем преодолевали большое расстояние, делая редкие привалы.

Линда наконец выяснила, чем питаются путешественники. Кевин показал ей несколько съедобных растений, которые были на вкус как салат. Только немного жирнее, поэтому неплохо утоляли голод. Еще в земле имелись разные корешки, но для них нужна была вода, чтобы отмыть их от земли.

Девушка старалась запомнить, как выглядят съедобные виды. Но растительность на Сатере была разнообразной, многие листья выглядели похожими друг на друга. Линда не была уверена, что смогла бы их отличить. Так что она была рада, что юноша отправился с ней. У них был похожий возраст, оба сходного телосложения, что позволяло им держать одинаковый темп ходьбы. Только Кевин был немного выше нее и более худой.

В одном месте они встретили животное, похожее на оленя. Кевин зачарованно наблюдал за ним, объяснив что это большая удача. В отличие от мелких животных, которых можно легко наловить, крупные были очень осторожны и редко попадались на глаза человека. А встретить хищника было почти невозможно. Те заранее избегали любого контакта. Благодаря развитой растительности и количеству травоядных, недостатка в своей стандартной добыче они не испытывали.

Еще они говорили о Боге. Сначала это были побочные фразы, которые Кевин употреблял по привычке. Но потом стали обсуждать целенаправленно. Кевин поделился своими мыслями, что настоятель слишком много на себя берет, диктуя волю Господа. Когда любой может обратиться к Богу напрямую, зачем нам тогда дополнительные проводники?

Было необычайно легко рассказывать такие вещи Линде. Девушка была умной, слушала внимательно и задавала подходящие уточняющие вопросы. Никогда еще Кевин не мог с кем-то поговорить так по душам. "Эффект незнакомца", как объяснила Линда. Что это такое Кевин не знал, но после пояснений согласился, что в этом есть смысл.

Он жаловался Линде на скуку, которая царила в монастыре. Что он не видел смысла в трехразовых службах каждый день. Проповедники повторяли то, что и так все знали. Так зачем это все тогда? А еще он не понимал остальных братьев. Казалось, что во время служб им это интересно и они реально это слушают. В отличие от Кевина, который витал в облаках и думал то об поджаренной курочке, то о том как избежать работ, отпросившись в лес за ягодами, когда был сезон.

Линда смеялась и говорила, что она тоже свихнулась бы от скуки при такой жизни. Кевин представлял, что она сбегает, как и он, за ягодами. И это их объединяло. Ни с кем ему еще так не было хорошо.