Неизвестная война

Неизвестная война

Поле было мёртвым. Выжженная земля, изрытая воронками от ракет, пахла гарью и кровью. Ни одного дерева, ни одного звука — только ветер, гоняющий пепел по пустому пространству. Посреди этого поля стояли двое солдат. Один из них держал пистолет двумя руками, целясь прямо в грудь противника. Руки его дрожали, дыхание сбивалось, но он не отводил взгляда. Второй стоял напротив — с высоко поднятой головой и оружием, зажатым в одной руке. Он выглядел спокойным. Даже слишком. — Всё кончено, — напряжённо сказал первый. — Ты проиграл. Второй усмехнулся. — Кто бы мог подумать. У нас с тобой пушки наравне. Выстрелим — и оба здесь же ляжем. Никто ещё не выиграл и никто не проиграл. Но этот вопрос может решиться быстро. Воздух между ними сгущался. Казалось, ещё мгновение — и прозвучит выстрел. У первого солдата пистолет едва заметно ходил из стороны в сторону. У второго рука была неподвижна. Его высокомерие только усиливалось. — Ну же, стреляй, — продолжил он. — Рискни. Сражаться тебе уже не за кого. Все твои и все мои полегли здесь. Остались только мы. Ты и я. — Если ты тянешь время — не выйдет, — зло ответил первый. — Я застрелю тебя. За все отнятые жизни. За товарищей. За семью. Слышишь?! Второй широко улыбнулся. — Ты так говоришь, будто это я здесь всех положил в одиночку. Но это не так. Хотя твои суждения забавны. С ними ты здесь же и поляжешь. И тут тишину нарушил тихий треск. Рация. Она лежала в правом кармане камуфляжа второго солдата. Он заметно напрягся. — Если не возражаешь, нужно ответить, — сказал он с натянутой вежливостью. — Некрасиво как-то. Могут и наказать. — Только попробуй, — резко бросил первый. — Сразу пулю поймаешь. Быстро руку обратно! — Можешь попробовать, если силёнок хватит, — спокойно ответил второй. — Только учти: ты тоже пулю поймаешь. И это произойдёт быстро. Не отводя оружия, он медленно опустил свободную руку и достал рацию. Из динамика послышался короткий шум, затем незнакомый голос: — Приём. Капитан Сеченов, ответьте. — Капитан Сеченов на связи, солдат. Говори. У первого солдата задрожали руки ещё сильнее. Он навёл дуло точно в голову противника, но так и не решился нажать на спуск. — Вы живы… — голос в рации звучал радостно. — Не надеялся услышать кого-то на другом конце линии. — А я-то как надеялся… — прошептал Сеченов. Голос стал тревожным. — Капитан… Тут такое дело. Разведка сообщает: в вашу квартиру попала ракета. Прямо в балкон. Новость пришла около тридцати минут назад. Сейчас там работают спасатели… но сообщают, что из квартиры никто не вышел. Сеченов замер. Пистолет в его руке дрогнул, но цель он не потерял. — Как… как это? Ты уверен, что информация точная? — Так точно. Данные подтверждены. Наши разведчики отслеживают каждую ракету. Отчаяние накрыло капитана. Он продолжал целиться, но внутри всё рушилось. — Капитан, вы здесь? Приём? Он уже не слушал. Бормотание из рации стало пустым шумом. Сеченов швырнул устройство в сторону. Оно упало в нескольких метрах. Капитан медленно опустил оружие и голову вместе с ним. Его прежняя решимость сменилась пустотой. — Фору мне решил дать? — зло усмехнулся первый солдат. — Я ведь пристрелю тебя и глазом не моргну. — Хочешь — стреляй, — с отчаянием ответил Сеченов. — Ты давно мог это сделать. Мне уже всё равно. На эту жизнь и на тебя в частности. — Ты что, бессмертный? — раздражённо бросил солдат. Капитан полностью опустил руку с пистолетом. Он смотрел в землю, сдерживая желание расплакаться. — Мне тебя не жалко, — продолжал солдат. — Я убью тебя! — Тогда стреляй, — тихо сказал Сеченов. — Ты сделаешь мне одолжение. Отправишь к жене и дочке. — Что ты сказал? — Мне всё равно, чем закончится эта война. Я хочу лишь одного — чтобы ты застрелил меня сейчас. По спине солдата пробежал холод. Он был готов закончить всё, но не смог. Пистолет опустился, повиснув на его руке. — Даже если я тебя не убью, это сделают другие, — сказал он. — И меня заодно. — Ты мне ничем не помогал. — Но собираюсь, — ответил солдат. — Ты один отсюда не выберешься. — Ты понимаешь, что это самоубийство? — устало сказал капитан. — По законам военного времени нас расстреляют. Ни мне, ни тебе не выжить. Солдат колебался недолго. — Я не буду тебя убивать. — Почему? — удивился Сеченов. — Мне тебя жалко как человек. Пойдём. Нужно убираться отсюда. Они пошли в сторону капитана. Позже, на чистом поле без дыма и огня, они шли молча. Солдат думал о своей судьбе, о надежде выжить. Ему было по-человечески жаль человека рядом — тот потерял всё. — Что мы скажем, когда придём? — спросил Сеченов. — Меня узнают. А тебя увидят — сразу ликвидируют. — Будем надеяться, что нет. Я не хочу умирать. У меня планы. — Какие? — Университет. Работа. Семья. Я был уборщиком в маленьком городе… а потом мобилизация. Сказали — родина в опасности. — А ты знаешь, что твоя страна напала первой? — спросил капитан. Солдат замолчал. — Мне сказали другое… — Новости хоть иногда читать надо. — Да кому они нужны… На горизонте показался форт. — Как тебя зовут? — спросил Сеченов. — Алексей. Пуля просвистела мгновенно. Алексей упал, не издав ни звука. *** Сеченов закричал. Слёзы текли по щекам. Он побежал к воротам, сделал выстрел — и тут же был сражён очередью. Он упал и больше не встал. Резкий хлопок и всё закончилось. Ни усталости, ни боли. Сеченов проснулся в холодном поту. Он судорожно проверил тело — ни одной раны. Солнце светило в окно. Дверь распахнулась, и в комнату влетела маленькая девочка. — Папа! Ты проснулся! — Конечно, доча… Из кухни донёсся голос жены. — Завтрак готов! Раздался звонок в дверь. Сеченов открыл. — Здравствуйте, — сказал знакомый парень с листком в руке. — Здесь живёт Сеченов в отставке? — Да. — Алексей. Приятно познакомиться.