Нелюбимая жена. Запретный наследник дракона

Пролог. Часть 1

Ода. Вилльеран, Мидания (страна ведьм)

— Наша семья остро нуждается в наследнике, — сладкое шипение драконицы заложило уши, — поэтому ты, если все сложится удачно, станешь частью дома Де Найтов и супругой моего сына Корвина.

Дыхание сорвалось. В горле заклокотал ужас, распирая стенки так, что становилось больно.

Корвин Де Найт. Тот самый Корвин Де Найт. Дракон, что в одиночку без жалости вырезал всех обитателей храма Матери Ночи в долине Энвердан. Родители хотят, чтобы я стала женой мясника. Не просто женой. Матерью его гнилого потомства…

Определенно не так я представляла себе этот день, хотя все нутро затрепетало от ощущения чего-то неладного еще на полпути домой.

Дорога от крохотной городской библиотеки до дома лежала через руины южного квартала. С последнего драконьего налета ничего, кроме опаленных скелетов домов не осталось. Дороги для повозок пускай и расчистили, как сумели, под ноги то и дело попадалась мелкая каменная крошка, которая с приходом осени и постоянных дождей стала невероятно скользкой.

Те немногие книги, что удалось собрать в библиотеке, теперь раздавали всем желающим из опасений, что новая атака на город может разрушить и ее. Часть из того, что там хранилось, могла пригодиться мне в академии, и я решила этим не пренебрегать. Сестра вызвалась помочь, невзирая на разболевшуюся от плохой погоды руку.

Сага редко жаловалась на боль, предпочитала прятать страшный ожог от драконьего огня под перчаткой и повторять, что ее это не беспокоит. А я в ответ предпочитала делать вид, что это не беспокоит меня. Из чистого уважения к сестре, разумеется. Хотя сегодня и пришлось настоять на том, чтобы она не перетруждала себя и не брала в руки больше четырех томов.

С низко нависшего серого неба уныло накрапывало. В мертвой тишине сожженного квартала раздавались только тихие, шаркающие звуки наших шагов.

— Постой, — окликнула я сестру, крепче впиваясь в стопку ветхих, пыльных книг.

Сага послушно замерла и принюхалась.

На первый взгляд будто ничего нового: пустой узкий переулок, пройдя сквозь который мы попадали прямиком домой, шорох острых капель дождя, запах мокрого камня, гари, и… едва заметный, сладковатый аромат чужой, враждебной магии.

— Чуешь?

— Драконий флер.

Тонкая лента тянулась вниз по улице сквозь сожженный сквер в сторону нашего дома, и с каждым новым шагом становилось все очевиднее, что это не отголосок прошлой атаки. Нет. Запах свежий и удушливый, смешанный с запахом отцовской магии. И он ведет прямо на наш порог.

С виду дом выглядел как и обычно: никаких следов вторжения. У крыльца в горшках мирно отцветали мамины бархатцы. Только флер древней магии с примесью ведьмовской и заставлял с тревогой и страхом взлетать по ступенькам и распахивать входную дверь.

В коридоре, будто ожидая, замерла Руми — наша экономка. Старое, исчерченное морщинами лицо болезненно белело на фоне черного домашнего платья.

— Что случилось? — сваливая стопку книг на узкую консоль, с волнением спросила я, — мы почуяли…

— Вас ожидают в малой гостиной, мирье* — безжизненным тоном прошелестела экономка.

— Но что…

Я хотела было спросить “что происходит”, но та в ответ лишь покачала головой, поджимая тонкие, невыразительные губы.

— Идите, прошу вас.

Сага сделала несмелый шаг вслед за мной, но Руми предупредительно выставила перед ней руку, преграждая путь:

— Только Одилия.

Сердце предупредительно пропустило удар. По венам заструился холод, расходясь по всему телу вместе с волной мурашек. К чему вся эта таинственность?

Драконий запах, вопреки надеждам и мольбам, тянул меня в малую гостиную. Ненавязчивая сладость, чем ближе я подбиралась к комнате, становилась все более приторной и тяжелой. Вскоре на языке заиграла горечь и острота, словно я лизнула обугленное полено.

Как бы отчаянно ни металась внутри мысль, что я ошибаюсь и в нашем доме никаких драконов нет и быть не может, шлейф магии, заполнивший коридоры, не оставлял надежд.

За дверью гостиной на диванчике сидели отец и мать. Их я заметила первыми, едва приоткрыв дверь трясущейся от напряжения рукой. Вторая с готовностью сжимала флакон с кровью в кармане платья. На мощное заклинание, быть может, его запасов и не хватит, но время, в случае чего, выиграть позволит.

— Наконец-то, мы тебя заждались.

От миролюбивого тона мамы наружу едва не вырвался стон, полный облегчения. Она не выглядела раненной или напуганной: серые глаза лучились весельем, на щеках играл здоровый румянец. Да и отец рядом с ней казался вполне расслабленным. Он, сложив ногу на ногу, медленно выцеживал чай из фарфоровой чашки и с интересом смотрел на собеседников напротив.

При виде гостей у меня застонали кости. Глухой стук сердца о ребра мигом заложил уши. Я в ужасе попятилась к двери, больно врезаясь боком в острую латунную ручку.

— Что… что происходит?

Взгляд меня не обманывал. В нашей гостиной, на нашем диване сидела настоящая драконья чета. Сидела и миролюбиво потягивала чай из нашего сервиза с таким видом, будто не их народ всеми силами пытался изжить нас со свету последние шесть сотен лет.

— Это Ода, наша старшая дочь, — будто и не замечая моего оцепенения, представила мать. — Подойди же. Дай на тебя взглянуть.

Все это больше походило на горячечный бред. Драконы в нашем доме… Как у них хватило духу сюда заявиться? И зачем?

Рука крепче стиснула флакон в кармане. Точно в плохом сне я, повинуясь приказу матери, сделала осторожный шаг.

Удивительно высокая драконица с золотыми, не по моде короткими волосами и лицом белее луны поднялась с места и принялась пристально рассматривать меня с такой надменностью, что внутри в ответ начало пузыриться раздражение. Словно я была племенной колыбой, которой дотошный покупатель пытается залезть в рот и найти весомую причину для того чтобы сбить цену.