Немая книга бессмертных. Том 2

Глава 1.0

Действующие лица

Тан Юн – наследник клана Тан, обвиненный в убийстве родителей и невесты.

Чжао Ичэнь – заклинатель на службе Императора.

Су Мин – младшая ученица клана Фэн.

Янь Хаосюань – странствующий заклинатель.

Линь Тайхуа – хули-цзин, желающий защитить Су Мин.

Симэнь Иньюэ – девушка, нарушавшая правила и обучившаяся владению мечом.

Тай Лисинь – демон Цюнци, один из четырех несчастий, приспешник Ба.

Гуан Нин – демон Таову, один из четырех несчастий, приспешник Ба.

Чжу Дон – демон Таоти, один из четырех несчастий, приспешник Ба.

Инь Синьхуа – хули-цзин, приспешница Ба.

Ба – дочь небожителя Хуан-ди, демон засухи.

Фэн Лао и Фэн Вэйхуа – старшие ученики клана Фэн. Носят кличку «Змеи госпожи Фэн».

Кэн Байху и Кэн Гюрен – братья-близнецы, младшие слуги Янь Хаосюаня.

Шэн Дан – бывший генерал, старший слуга Янь Хаосюаня.

Яо Цзиньлун – младший сын главы клана Яо, заклинатель на службе у Императора.

Шу Вэньмин – приемный сын главы клана Тан, ученик клана Цюань.

Цюань Бао – глава клана Цюань.

Цюань Дай Лу – дочь главы клана Цюань, невеста Тан Юна.

Цянь Сюин – дочь Императора Цянь Ронга, невеста Яо Цзиньлуна.

Глава 1.1

Тан Юн стоял в Зале Безграничности… И сам не понимал, откуда знает это название. Оно просто всплыло в голове знакомым воспоминанием. Ощущение нереальности продолжало преследовать, не позволяя сосредоточиться на месте, куда попал.

Стены зала были созданы из самого сгущенного света: золотого у краев, переходящего в глубокую темноту к сводам, тонущую в космическом небе. Среди ярких звезд, прямо над головой горели Би[1]: двадцать восемь главных, символизирующих Звездные Дворцы[2]. Вокруг каждого клубились второстепенные диски бесчисленных чиновников, духов гор, рек и судеб… Их свет ложился на пол тяжелыми, осязаемыми пластами.

Тан Юн медленно шел, практически не отрывая взгляда от потолка. Каждый шаг отдавался тихим отзвуком по отполированному черному нефриту. В нем отражались не космические своды, а удивительной красоты ночное небо, усыпанное созвездиями, каких Тан Юн никогда не видел. Каких больше не существовало в их мире.

Каждый шаг пробуждал неуловимую рябь на камне, подобной кругам на воде. Всего на мгновение в темном колыхании вспыхивали золотые иероглифы, отдающиеся жаром в сознании: «Устав», «Закон», «Предопределение», «Воздаяние»…

Тан Юн прикрыл глаза. Попытки осознать свое местоположение отдавались сильной болью в голове. Он продолжал идти по огромному залу с высокими резными колоннами из белоснежного нефрита, увитыми зелеными пятипалыми драконами.

Пока не увидел трон.

Он возвышался в конце зала на постаменте, и был высечен из единого массива нефрита цвета грозовой тучи. И внутри неспешно мерцали и вращались туманности из расплавленного золота и застывшего света.

Тан Юн замер, не в силах вымолвить и слова. Мужчина, восседавший в самом центре Зала Безграничности, выглядел настолько знакомо… Но понять, кто это – не получалось. Самое его присутствие словно определяло масштаб всего сущего. Рядом с ним небо казалось низким, а земля – хрупкой скорлупой. И Тан Юн невольно почувствовал себя самым маленьким и ничтожным существом на всем свете.

Точный возраст Императора назвать получилось бы едва ли – его утонченное, аристократично бледное лицо лик, словно находилось вне возраста и времени. Вне понятия красоты. Но, несомненно, выглядел слишком знакомо.

Мужчина слегка подался вбок, и поставил локоть на широкий золоченый подлокотник. Он подпер щеку кулаком, и смольная прядь, исписанная отблеском космических туманностей, соскользнула с плеча вниз по мерцающим складкам темного шелка, переливающимся вспышками и угасаниями целых династий.

– Тан Юн приветствует Ваше Императорское Величество, – Тан Юн обхватил пальцами кулак, и согнул спину в низком поклоне.

Он поймал себя на мысли, что не испытывает никакого трепета перед неизвестным правителем. Нет ни уважения, ни радости… Лишь одно безмятежное спокойствие, подобное простому семейному вечеру, какого у него больше никогда не будет.

– Зачем ты пришел ко мне? – его голос, безмятежный и умиротворяющий, прозвучал со стороны трона… Отразился от стен и наполнил все пространство тихим шепотом.

– Я… не знаю, – Тан Юн чувствовал, как все его тело наливается свинцовой тяжестью. Как каждая клеточка тела резонирует с голосом неизвестного создания, совершенно точно не являющегося простым человеком.

– Наша встреча уготована судьбой намного позже… Тебе не место здесь. Не сейчас.

Тан Юн поджал губы. Он сам не понимал, почему, но его размеренный ответ заставил слезы навернуться на глазах. Изнутри разрывало необъяснимое чувство переполняющей обиды.

– Я не могу остаться?

Би над головой юноши замедлили свое невесомое вращение. В глазах Императора промелькнуло едва заметное чувство… Снисхождения. Будто сами весы Небесной Канцелярии на мгновение дрогнули, взвешивая не предопределенную судьбу, а саму дерзость вопроса.

– Твое время еще не пришло, – Император ответил также ровно. Из темной глубины трона выползли тени. Не тьма, а само отсутствие света. Пустотные щупальца, плетущие новую нить в полотне причин и следствий.

Тан Юн безвольно опустил руки, и распрямил спину без разрешения. Он встретился взглядом с молодым мужчиной, чьи черты лица стали всего на мгновение уловимы для покрытого туманом сознания.

– Немые книги бессмертных… – Тан Юн и сам не понимал, зачем произнес это. По его щеке скатилась слеза, и, сорвавшись с подбородка, упала на чернеющий пол. От нее разошлись круги, вырисовывая на цельном камне отголоски воспоминаний о родителях. – А если… Я не справлюсь? Если… Я не добьюсь справедливости для них? Для всех них… – из груди вырвался громкий всхлип. Он обнял себя руками, и отвел в сторону стыдливый взгляд. – Я слишком слаб…

[1] Би (璧, Bì) – в традиции Древнего Китая, Нефритовые Диски, служащие для погребения людей очень высоких рангов. Выступали в качестве символом власти. Также особая разновидность была астрономическим инструментом.

[2] Звездные Дворцы (二十八宿, èrshíbā xiù) – в китайской мифологии это 28 небесных канцелярий. Каждая является штаб-квартира духа-чиновника, управляющего явлением (дождь, судьбы, и т.д.) и земным регионом.

Глава 1.2

– Река не слаба от того, что рождается тонким ручьем, – в интонации Императора не звучало ни подтверждения его словам, ни опровержения. – Она слаба лишь тогда, когда отрекается от своего течения. Даже Небесный свод некогда был бездной молчания, и лишь волевое движение созидает гармонию сфер. Величайшие горы выросли из терпения пылинок, а звезды зажглись от упрямства одной-единственной искры. Сила – не в отсутствии слабости, а в верности собственному пути, даже если он начинается в темноте и немощи.

Тан Юн шмыгнул носом, медленно поворачивая голову в сторону настолько знакомого мужчины… Чье имя крутилось на языке, но не желало срываться с губ.

– Путь к привычной жизни для тебя закрыт. А путь вперед… – незавершенная фраза повисла в воздухе. Вместо ее окончания пространство вокруг Тан Юна наполнилось сиянием. И в этот самый момент он заметил, что черные лозы трона коснулись сапога. Золотые стены, черный пол, своды – все поплыло, смываемой великой рекой времени.

– …будет больнее.

Последнее, что Тан Юн увидел, прежде чем реальность померкла, – добродушный взгляд Императора, наполненный необъяснимым беспокойством. Голова закружилась. Он попытался собрать мысли в кучку и ответить незнакомцу хоть что-то, пока сознание не погрузилось в тьму…

Стоило открыть глаза, Тан Юн увидел над собой темнеющий свод пещеры и свисающие с потолка каменные острия, направленные прямо на него. Тусклый свет факелов, горящих вдоль стены, не сильно помогал рассмотреть окружающее пространство.

«Я… Спал?» – Тан Юн слегка привстал и тотчас в затылок отдало сильной болью. Он поморщился и, опершись предплечьем о холодный камень, провел пальцами по голове. В волосах остались запекшиеся капли крови, как и на лбу из-за ссадин.

Он медленно поднялся, придерживаясь за валуны. Взгляд уперся в толстую веревку, приведшую в действие древний механизм. Юноша аккуратно переступил через ловушку и подошел к стене, близ которой лежало то самое оружие.

«Я отклонился назад, потерял равновесие, упал, ударился о камень и потерял сознание? Но я же не мог отреагировать настолько безупречно для уклонения…» – Тан Юн покосился на стрелу, но поднимать не стал. Вместо этого провел ладонью по груди. Одежда сухая. Значит, пролежал тут неопределенное количество времени. Удивительно, что не успел простудиться за это время.

Юноша двинулся вдоль стены, отступая шаг за шагом. Неизвестные символы, ставшие слишком привычными за последнее время, россыпью раскинулись на поверхности кристаллического минерала, занимавшего пространство от самого пола до свода. Казалось, сами письмена светились изнутри тусклым, загадочным сиянием, зовущим и пугающим одновременно.

– «Когда Ба[1] получила отказ – иссушила земли мои и привела три несчастья. Я объявила им войну, и она обратила пеплом Зеленое море, превратив его в Страну Мертвых. Они ушли, но держать книгу в одном месте стало небезопасно. Если ты читаешь это, знай: ты проиграла»… – Тан Юн нервно сглотнул от осознания, о чем именно шла речь. Он перевел взгляд на соседнюю часть текста. Прочитать ее не получалось: символы, хоть и были похожи, имели множество дополнительных черт и значения новых иероглифов юноша банально не знал.

– Так, получается… Ба хотела забрать у Си-ван-му Немую книгу бессмертных? Логично, но… Нет, нет, нет, нет! – быстро протараторил он. – Нет! Ну пожалуйста! – юноша подался корпусом вперед, обреченно наклонил голову вперед, вздохнул. – Спокойно. Главное – успокоиться и не нагнетать. Сам придумал, сам испугался! Ну молодец, ничего не скажешь… Так. Надо вернуться к друзьям…

Тан Юн подошел ближе к стремительно несущейся реке. Пробраться тем же путем обратно не получится, лезть снова в воду и надеяться на нормальный спуск наружу – плохая идея, значит, необходимо найти путь отсюда куда-то в другое место.

Юноша решил осмотреть кристальную стену, водя ладонью по ее абсолютно гладкой, холодной поверхности ни подозрительных выступов, ни скрытых панелей, ни намека на механизм.

Пришлось взять со стены старый факел и побрести с ним вдоль камней, стараясь не споткнуться. Тропа становилась все уже, булыжники смыкались вокруг, пока наконец не преградили путь наглухо, упершись в сплошную скальную плиту. Он отвел факел в сторону и создал на ладони маленькое пламя, отправив его к потолку.

Огонек озарил свод пещеры мерцающим, неровным светом. Вверх по стене раскинулось множество широких выступов и трещин. Среди них просматривалось одно темное пятно – явно проход. Вариантов не осталось: придется лезть наверх.

Тан Юн шумно выдохнул. Физической силой он не отличался и понятия не имел, сможет ли самостоятельно забраться наверх. Если придется подтягиваться – точно плану конец. Юноша осмотрел факел с долей брезгливости, и все же заставил себя сжать рукоять в зубах.

[1] Ба (魃, bá) – в китайской мифологии богиня засухи. Дочь Желтого императора (Хуан-ди). Впоследствии стала демоном.

Глава 1.3

Тан Юн взялся за пару выступов и начал свое нелегкое восхождение по вертикальной стене. Сердце билось в горле. Казалось, сейчас камни обваляться, и он упадет. А падать будет крайне больно. Хотелось скорее спуститься или добраться до прохода, пока мышечная дрожь не вынудила отпустить выступы.

Стоило переставить ногу, камень под ступней осыпался, и юноша чуть не полетел следом за ним, но вовремя успел перенести вес. Он пискнул от страха. Держать факел в зубах становилось все труднее: мало того, что челюсть болела, еще и слюни мешались, грозясь покинуть отведенное им место в любой момент.

Тан Юн схватился за следующий выступ, переставил ногу. Чем выше поднимался, тем уже становились выступы. Когда стена стала практически гладкой, до прохода оставалось совсем немного: если прыгнет и подтянется, сможет влезть туда. Только вот он не был уверен, что у него получится. Внизу бурлила вода, хотя бы падать не так страшно.

Юноша собрал в кулак всю оставшуюся храбрость и оттолкнулся от выступа. Получилось зацепиться за край, правда, ненадолго: пальцы быстро соскользнули с камня. Тан Юн вскрикнул, отчего факел выпал изо рта.

Чья-то цепкая рука схватила его за запястье и потянула на себя. Он даже не успел понять, чего испугался больше: внезапной помощи или своего ожидаемого падения. Незнакомец помог парню влезть к себе в пещеру.

Первым делом Тан Юн отплевался от факела. Он навалился на холодную, неровную стену пещеры, чувствуя спиной каждый камень. Мышцы сводило после напряжения, и руки сильно дрожали. Юноша шумно выдохнул, поджимая пальцы.

Маленькое пламя метнулось внутрь маленькой пещеры, где двое помещались с большим трудом.

– Мой плащ! – воскликнул Тан Юн, заметив свою вещицу на другом человеке. – Ты…

– Извините, – пролепетал Линь Тайхуа, вжал голову в плечи. – Я верну…

– Подожди, – он окинул взглядом щуплого паренька едва ли старше его самого. Уперся взглядом в рыжий лисий хвост, выглядывающий из-под края накидки, и затем снова поднял глаза на помощничка. – Ты же тот хули-цзин, чуть не убивший Су Мин? – с долей настороженности поинтересовался он.

– Я не специально! – юноша выкрикнул слишком громко, и его голос унесся вглубь узкого лаза. – Я не хотел, правда. Я стараюсь себя контролировать и не убивать девушек. Это вышло случайно. Госпожа Су простила меня, дала денег, этот плащ и имя. Я пришел сюда, хотя не должен был. Беспокоился за нее…

– Тц, ладно. Потом вернемся к этому вопросу. Ты спас меня от незапланированного купания. Хвосты поотрываю позже, – Тан Юн заметил тень испуга на лице парня, и слегка улыбнулся. – И как она тебя назвала?

– Линь Тайхуа…

– Что ж, подходит. Ты как оказался с этой стороны? Тут другой проход есть?

– Да, я случайно его нашел. Там было много ловушек, в итоге я провалился куда-то и нашел этот лаз. С той стороны ничего нет? И где госпожа Су?

– Я упал в реку… Но вообще не понял, почему. Она осталась в пещере вверх по течению. Не знаю, что с ней и где искать. С нами Янь Хаосюань еще, – Тан Юн неспешно коснулся затылка, проверяя запекшуюся рану. – Когда я выплыл тут, нашел кристальную стену с надписями и ловушку. Увернулся и голову себе разбил.

– Болит? – Линь Тайхуа задал вопрос больше из вежливости, нежели беспокойства. Он внимательно скользил взглядом по человеку, чью внешность использовал. Чьими устами целовал Су Мин… И отвел взгляд.

– Не особо… Не знаю, сколько провалялся без сознания, – Тан Юн внимательно осмотрел собеседника, успевшего изрядно поваляться в вековой пыли. – Нужно выбираться отсюда. Сможешь провести меня наружу?

– Не знаю… Вряд ли. Можем попробовать, раз тут все равно не пройти.

– А ты случайно не встречал что-то, похожее на захоронение? Или жилые помещения?

– Были рукотворные постройки, но я не вдавался в подробности. Это владения Си-ван-му, ее жилище лучше не осквернять и уйти, как можно скорее, – Линь Тайхуа развернулся и неспешно пополз обратно.

– Да-да, разумеется, – Тан Юну пришлось последовать за ним, в процессе отплевываясь от хвостов, часто попадающим ему по лицу.

Ползти приходилось, прижимаясь грудью к холодному камню. Еще и спертый, пыльный воздух, пропитанный сыростью, с силой сдавливал легкие. Вылезли они на небольшой выступ, находящийся над пропастью неопределенной высоты. Пока юный лекарь пытался увидеть хоть что-то, лис отправил огонек к стене. Один за другим загорелись фитильки в каменных лампах с маслом. Их не особо яркий свет поймали прозрачные кристаллы, хаотично вырастающие из стен, передавая свет к потолку.

– Ты точно пришел отсюда? – с долей недоверия поинтересовался Тан Юн.

Глава 1.4

Вода, покрывавшая дно, выглядела далекой пленкой, почти невидимой в скудном свете. А прямо перед ними, в сердце исполинской пещеры, из самой скалы была высечена статуя Си-ван-му. Богиня застыла в величавом покое, а в ее изящных, каменных пальцах лежала раскрытая книга, страницы которой казались живыми в игре кристального света.

– Нет… – тихо пролепетал Линь Тайхуа, поджимая хвосты. Отзвук голоса обрывками слов утонул в глубине перещры.

– Значит, тут несколько проходов. Плохо, – Тан Юн обернулся в сторону туннеля, поморщился. Лезть обратно совершенно не хотелось. – Как думаешь, насколько реально создать настолько огромную статую?

– Боги могут, а люди… Не знаю, – юноша прижал к макушке рыжие уши. – Пойдемте обратно.

– Подожди! Ты ж яогуай, – Тан Юн улыбнулся как-то недобро, отчего Линь Тайхуа сжался. – Что знаешь про Си-ван-му?

– Ну… Она довольно мягкая и добросердечная женщина… На самом деле, мне мало известно. Ее тысячелетия не видели. Вернулась в Небесное царствие, скорее всего.

– Яогуаи ее боятся?

– Мы всегда боимся тех, кто сильнее. Никому не хочется умирать, – Линь Тайхуа повернул голову в сторону статуи и поднял ушки. – Их территории считаются священными и не допущенные туда не заходят. Здесь же что-то еще. Помимо защиты нас отводит прочь страх...

– Тогда зачем пошел сюда?

– Ради госпожи Су. Я чуть не убил ее, а она меня простила. Мы уже договорились встретиться на Небе через семьсот лет, но я беспокоюсь, как бы не случилось чего раньше времени. Вот и пришел.

– И ты до сих пор чувствуешь страх?

– Да. Мне кажется, будто в любой момент могу умереть или сама Си-ван-му схватит меня, – Линь Тайхуа опустил виноватый взгляд. – Чтобы выжить среди яогуаев приходится хорошо маскировать внешнее проявление чувств. Вы не заметите моего страха. А, да, – он осторожно повернулся в его сторону и поклонился, насколько позволяло узкое пространство. – Прошу прощения за свои действия. Я не должен был бить Вас по голове.

– Я недоволен, но уже не сержусь. Ты неплохой парень, – Тан Юн похлопал его по плечу без тени страха и сомнения в собственных действиях. – Главное, что понимаешь все и пытаешься исправится.

– У Вас странное отношение к яогуаям, – Линь Тайхуа медленно распрямился. Ему не давало покоя то, что мог увидеть каждый из них, неподвластное глазу человека: вокруг Тан Юна летало скопление частиц, больше напоминающих надоедливую, мошкару. Они часто рассеивались, словно прячась от чужих взглядов, а затем выглядывали снова. Исключительно опытный заклинатель мог определить наличие на человеке некое воздействие извне. Хули-цзин перебирал край накидки, обдумывая вопрос… Но задать его не решился.

– Я никогда не считал вас настолько глупыми и опасными. Со многими реально договориться, – Тан Юн подвинулся ближе к краю и светлые частицы дернулись за ним с небольшой задержкой. Он взялся за край и наклонился. Внизу чернела непроглядная водная гладь. Из нее выглядывали кристаллы в разные стороны.

– Вот как… – Линь Тайхуа улыбнулся едва заметно. Если бы не услышал лично, вряд ли бы поверил, что подобные слова мог сказать человек из клана, а не какой-то местный сумасшедший. – Вы действительно…

– Смотри! – Тан Юн подался назад, пока голова не перевесила. – Там вдали какие-то выступы. Похоже, раньше тут была лестница. Когда мы попали в пещеру с древним алтарем, там тоже ступени были вдоль стены. Может, тут неглубоко?

– Какая разница? Помещение тупиковое. Нам все равно придется возвращаться. Я совершенно точно помню, как поворачивал, и другого прохода не видел. Странно это все…

– Слушай, – Тан Юн достал свернутый листок бумаги. – Ты знаешь этот язык?

Линь Тайхуа осторожно взял бумажку, разворачивая. Он пару раз моргнул довольно быстро, затем перевел взгляд с немым вопросом в глазах на товарища поневоле. У него невольно дыхание перехватило, но, стоило вспомнить Янь Хаосюаня, желание болтать сразу отпало.

– Н-нет, неграмотный, – юноша вернул ему записку.

– Вот как... Ладно. С той стороны есть кристальная стена, где писала сама Си-ван-му про демона Ба. Они враждовали. Дальше текст с такими иероглифами, но я их прочитать не могу.

– Я тоже не смогу, при всем моем желании. Извините, – Линь Тайхуа прижал ушки к голове. – Это место построили давно, быть может, древний язык…

– Ладно, не переживай, – Тан Юн свесил ноги с края и оперся ладонями позади себя, чуть отклонившись. Он уставился в потолок, усланный малыми и большими кристаллами, отражающими пламя. – Нам все равно не уйти, нужно спускаться.

– О чем Вы?

– Ты сам сказал, что повернул, а больше туннелей не было. Значит, тут система лабиринта с закрывающимися проходами. Можешь проверить: наверняка тот, откуда мы пришли, пропал. Но не советую: нас разделит скорее всего. Си-ван-му написала: «Если ты читаешь это, знай: ты проиграла». Значит, все это место – одна большая ловушка для Ба. Вряд ли можно легко поймать демона засухи, и обычные западни со стрелами и прочим поставлены для отвода глаз или людей, которые сюда забредут случайно.

Глава 1.5

– Ба… – Линь Тайхуа содрогнулся от одного произношения ее имени. – Там, где она появляется, все умирает и дожди больше не идут. Я не могу представить, почему хранительница персиков бессмертия враждует с демоном засухи…

– Ей нужна книга Си-ван-му, – Тан Юн указал на статую, держащую каменную книгу. – Ты ведь яогуай, должен знать больше про демонов. Как боги защищаются от демонов? Что на них влияет?

– Честно, не знаю, – Линь Тайхуа виновато покачал головой. – Демоны стоят выше яогуаев и намного сильнее. Они живут в Диюе[1], редко появляются среди людей. Когда-то их действительно было много тут, но потом ушли. Про богов и небожителей вообще молчу… В интересах обоих сторон поддерживать баланс между тремя царствиями. Если Си-ван-му установила ловушки исключительно для демонов, не факт, что они сработают на человеке или яогуае.

– Вот и я так думаю, – Тан Юн нехотя поднялся на ноги, лениво потянулся. – Ладно, пора вниз!

– Что?! – Линь Тайхуа вздрогнул от осознания высоты, на которой находятся. – Издеваетесь?! Мы как спустимся без лестницы? Там же камни!

– Спокойно, я же заклинатель! Ну, не такой, как все, однако тоже кое на что способен, – юноша взял его за запястье и прыгнул. Сигать с большой высоты стало каким-то привычным делом, и довольно увлекательным. Особенно когда жизни ничего не угрожает. Благодаря технике получилось плавно опуститься на кристаллы близ водной глади.

У несчастного лиса вся жизнь перед глазами пронеслась. Он мертвой хваткой вцепился в рукав товарища. Тело моментально сковало невидимыми путами, и ни один звук из горла не вырвался. Стоило ощутить под ногами твердую землю, Линь Тайхуа открыл глаза.

– «Водной поступью» я не владею, а плыть не особо хочется… – Тан Юн создал на ладони огонек. Света внизу не хватало, отчего в полумраке с трудом получалось рассмотреть хоть что-то.

– Вы хотите добраться до статуи? – лис отпустил его рукав, прекратив сминать в пальцах дорогую ткань. – Мы не знаем, что в воде…

– В этом вся проблема. Если там обитают какие-то яогуаи, нас банально сожрут. Мы уже попадали в подобную ситуацию, но тогда с нами был Чжао Ичэнь… А сейчас нам все косточки обглодают, и не подавятся, – Тан Юн покосился в сторону хилого парнишки, совершенно не выглядящего сильным. Ни физически, ни заклинательски. – Скажем так, чем дольше мы одни, тем сильнее наши шансы на выживание становятся равны нулю… – несмотря на весьма пугающую констатацию факта, в голосе парня не промелькнуло ни тени страха.

– У Вас ведь меч есть, – как бы между прочим напомнил Линь Тайхуа, при этом начиная все больше сомневаться в правильности своей затеи.

– А толку-то? Я не умею им пользоваться, – Тан Юн закинул руку за спину, вынимая оружие из ножен. С ним все же создавалось некое ощущение спокойствия. Юноша неумело взмахнул лезвием. Острие коснулось воды, отчего поднялись брызги и послышался противный скрежет о камень. Оба вздрогнули и отшатнулись в сторону. Переглянулись.

Линь Тайхуа осторожно приблизился и коснулся носком сапога воды, следом полностью поставил на нее ступню, а затем перешагнул туда с кристаллов. Он обернулся в легком недоумении, а вот Тан Юн без раздумий шагнул следом за ним.

– Получается, это пол? – лис топнул, и вода разлетелась в стороны. – А с высоты вообще не похоже.

– Видимо, – Тан Юн опустил пламя практически к самой земле, пытаясь рассмотреть хоть что-то.

Внизу мелькнула черная тень, а затем огромная туша ударилась о камень с той стороны. Рассмотреть ее не получилось, зато оба путника кинулись прочь, запрыгивая обратно на кристаллы. Глухие звуки ударов слышались со всех сторон.

– Это что вообще такое?! – Линь Тайхуа схватился за его плечо.

– Не знаю! – Тан Юн прижал к груди меч, будто это чем-то могло ему помочь. – Похоже, там действительно вода, но над ней пол из кристалла…

– А он выдержит столько ударов?

– Понятия не имею. Оставаться тут в любом случае нельзя. Придется рискнуть.

– Мы не знаем, ведет ли пол до самой статуи или нет. Вдруг тут есть дыры?

– Тогда эти существа явно бы о них знали и уже спешили бы полакомиться нами. Давай, бежим! – Тан Юн кинулся вперед. Бежать и ждать отсутствия почвы под ногами – не самое приятное ощущение в его жизни. Особенно когда снизу кто-то пытается пробраться наверх, и постоянно создает вибрации от ударов.

[1] Диюй (地獄, dìyù) – в китайской мифологии царство мертвых, куда попадают все люди после смерти.

Глава 1.6

Линь Тайхуа бросился следом больше вынужденно, нежели согласившись с логикой товарища. Ему совсем не хотелось оставаться в гордом одиночестве и стать чьей-то закуской. Пещера оказалась довольно большой, и добраться до статуи – задачка не из быстрых. От очередного толчка юноша отпрыгнул в сторону, и кристальный пол под ногами растрескался паутиной черных линий. Камень разлетелся осколками, и из зияющей черноты выскочила клыкастая пасть цзяолуна[1].

– Господин Тан! – испуганно воскликнул лис, подался в сторону и, споткнувшись о собственный хвост, упал.

Тан Юн обернулся. Из пролома, с хрустом ломая края, вылезало чешуйчатое чудовище. Клыки клацали в цуне[2] от ноги отползающего Линь Тайхуа. Он сам не понимал, на что рассчитывал, кинувшись на выручку. Лекарь, не умеющий защищаться, ринулся спасать того, кто чуть не убил его подругу… Еще и без плана действий.

– Прочь! – Тан Юн взмахнул мечом. Лезвие чиркнуло по слизистой морде дракона, оставив сверкающую черту. Он взвыл, и дернулся вперед. Края дыры посыпались, освобождая ему путь.

– Г-господин… – Линь Тайхуа не успел договорить: Тан Юн схватил его за ворот, заставляя скорее подняться.

– Бежим! – юноша потянул лиса за собой.

Со спины раздался гулкий рык, затем – скрежет когтей. Шлепок тяжелого тела. Еще один. Цзяолун несся за ними, практически хватая клыками за пятки. Линь Тайхуа сделал единственное, что мог – с силой ударил хвостами по воде. Лисий огонь разошелся по поверхности, моментально обращаясь стеной из плотного пара.

Добравшись до подножья статуи, Тан Юн плюхнулся на землю, стараясь отдышаться. Мысли перебивали друг друга. Одни кричали о побеге ради спасения собственной шкуры, другие пытались донести информацию с планом действий. Юноша схватился за голову, стараясь успокоиться.

«Время… Сколько у нас времени? Мало. Что мы можем? Да ничего не можем… Мне даже одного цзяолуна не победить, а их сейчас вылезет много. Раз они тут, значит, не просто так. Ловушка для Ба… Ловушка для… демона», – Тан Юн подорвался с места. Он осмотрелся по сторонам, словно пытаясь найти что-то, и остановил взгляд на самом потолке с сияющими от огня кристаллами.

– Господин Тан! – Линь Тайхуа потянул его за рукав. – Идемте, скорее. Там проход!

– Бежим, – не раздумывая отозвался юноша.

В складках каменного одеяния Си-ван-му притаился незаметный вход. За ним открывалась узкая, почти вертикальная лестница, вьющаяся в непроглядную высь. Стоило им ступить на первую ступень, оба удивленно вскинули брови: стены густо затянуло мхом, оплетенным тонкими лозами вьюна. По ним раскинулись хрупкие белоснежные цветы. Любоваться было некогда, пришлось подниматься неопределенное количество времени.

Они попали в пустое просторное помещение в центре которого стояли две пары массивных каменных столбов напротив друг друга. Между ними повисли огромные зеркала, высеченные из цельного кристалла, не имеющего ни намека на покрытие. Их поверхность напоминала настоящий сгусток света, застывшим в вечности.

Но не зеркала привлекли внимание… Прямо перед ними, в самом центре зала, стоял дом. Вверх ногами. Огромный, высеченный из скалы, он упирался черепичной крышей в пол, в то время как его фундамент крепко держался за потолок, будто гравитация здесь не работала вовсе.

– Что за… – Тан Юн замер, не в силах продолжить предложение. Поверить своим глазам едва ли получалось: каждая черепица, каждый резной карниз, каждый оконный проем были тщательно вырезаны и даже расписаны красками, не потускневшими за века. Дом выглядел слишком скромным для богини и слишком роскошным для смертного – небольшой трехскатный дворец, который едва ли вместил бы и полдюжины человек.

– Это… Это же не может быть дворцом Си-ван-му, так? – Линь Тайхуа уже ни в чем не был уверен. Он медленно перевел взгляд на два кристальных зеркала, образующих врата перед этим перевернутым чудом. Но никакой лестницы, моста или иного способа попасть внутрь не было видно.

– Вряд ли. Он слишком маленький и находится внутри статуи. Она бы не стала тут жить, – Тан Юн сделал пару шагов в сторону здания. В зеркале мелькнул силуэт. Заметив его, юноша вздрогнул.

Отражение совершенно точно принадлежало ему, но выглядело абсолютно чужим. С хрустальной поверхности на него смотрел самоуверенный юноша, растянув губы в наглой ухмылке.

Тан Юн встретился взглядом с его глазами. Такими глубокими, янтарными глазами, отсылающими воспоминаниями к странному сну, практически стершемуся из воспоминаний.

– Вы в порядке? – Линь Тайхуа заметил странную реакцию товарища, и его хвосты дернулись от легкого волнения.

– Ты… Видишь это? – не отводя взгляда от отражения, спросил он приглушенно. Взволнованно.

– Что именно? – лис подошел ближе, заглядывая в зеркало с долей опаски. – Ну, Ваше отражение.

[1] Цзяолун (蛟龍, jiāolóng) – в китайской мифологии злой водный дракон, питающийся людьми.

[2] 1 цунь = 2,4-2,7 см.