Немного проклята

начнемс~♥

- Просто блестяще...

Предчувствие дождя витало в воздухе с раннего утра, но пролился он именно в тот момент, когда Руфь взбиралась по каменной стене в сорока метрах над землей. Холодные капли барабанили по голове и плечам, заливали лицо и смывали магические плетения, опутавшие ладони, из-за чего остатки оскудевшего резерва тратились быстрее запланированного. Поднявшийся ветер ситуацию лишь усугублял, резкими порывами так и норовя сбросить Руфь вниз.

С трудом добравшись до нужного окна, она сильно побарабанила в стекло, цепляясь за каменный карниз.

Шторы из темно-синего бархата скоро распахнулись, и за стеклом появилось бледное лицо с упавшей на глаза золотистой челкой.

- Ну привет, принцесса, - с натужной улыбкой громко поприветствовала она. – Открывай скорее окно, мне так долго не продержаться.

- Ты что здесь делаешь? – Принцесса… Хотя он предпочитал, чтобы его звали Герхард, не торопился выполнять просьбу и на незваную гостью смотрел с откровенным подозрением.

- Впусти меня, и я всё расскажу.

- У меня другая идея: сейчас я задерну шторы и вернусь к своим делам. – сказал он и уже потянулся, чтобы сделать это.

- Погоди! Мне не хватит сил, чтобы спуститься. Я сорвусь, меня размажет по мостовой внизу, и до окончания учебы каждое утро ты будешь любоваться моими останками.

Несколько секунд они смотрели друг на друга сквозь стекло. Руфь безуспешно смаргивала заливавший глаза дождь. Справа от сердца начинал разрастаться холодок – верный признак того, что резерв почти иссяк.

Запланировав вторжение в мужское общежитие на эту ночь, она забыла учесть уменьшившийся резерв и возможную непогоду… Впрочем, по стратегическому планированию она всегда с трудом могла получить даже «удовлетворительно».

Руфь предпочитала сначала делать, а потом разбираться с возникшими из-за этого проблемами. Или не разбираться.

- Твои останки соскребут уже к завтраку, это единственная дорога к лабораториям, - отозвался Герхард, но окно все же открыл, повозившись недолго с задвижкой.

В комнату тут же ворвался ветер, раскидав по полу бумаги, лежавшие на столе. Шторы задели стопку книг, пристроившуюся на углу столешницы, и те с шуршанием обвалились.

К рабочему, точно выверенному и удобному беспорядку прибавился беспорядок обычный.

Руфь присвистнула, осмотревшись. Она будто попала на склад: все свободное место занимали книги, чертежи и расходники для артефактов. В дальнем углу, поверх деревянного ящика, скрыв под собой бумаги с какими-то расчетами, лежал большой моток медной проволоки, напоминая птичье гнездо.

Пахло дымом.

- А с виду такой чистюля, - потрясенно пробормотала Руфь.

Герхард на это никак не отреагировал. Закрыв окно и стерев ладонью капли дождя с подоконника, он посмотрел на незваную гостью. А потом на лужу, которая с нее натекла и в скором времени обещала затопить стопку книг, находившуюся в непосредственной близости от ее ботинок.

- Так что ты хотела? – за локоть отодвинув Руфь почти в центр комнаты, где она ничего не смогла бы испортить, он недолго порылся в шкафу и вытащил махровое полотенце.

Она не стала уворачиваться, когда Герхард уронил его ей на голову.

- Ах да! – поддернув рукав рубашки и форменного кителя, положенного каждому боевому магу, Руфь показала тонкий ободок браслета, намертво въевшийся в руку, по медной основе от красного камня тянулась нечеткая вязь колдовской тайнописи, и кое-где она уже начала сползать на покрасневшую кожу. – Кажется, мне подкинули проклятый артефакт. Можешь снять?

- Ты… - Герхард смотрел на нее как на сумасшедшую, - добровольно надела проклятую вещь?

- Скажешь тоже, я сначала не знала, что браслет проклят. Мне принесли его вместе с запиской. Это был подарок, ну я и примерила, а когда попыталась снять, то не получилось… На следующий день на нем появились странные знаки и камень сменил цвет с прозрачного на красный, а потом вот что началось. – Руфь почесала красную кожу вокруг браслета. – Ладно бы он просто не снимался, но он же еще и резерв мой подъедает. Сколько бы я не отдыхала, как бы не копила силы, магии никогда не бывает достаточно.

Герхард взял ее кисть в руки, большим пальцем провел по колдовской вязи и нахмурился. Медный ободок оставался холодным, в то время как кожа вокруг была горячей.

Заклинание не было ему знакомо, но подсознательно он чувствовал в нем некий изъян. Тот, кто проклял браслет, был неопытен, возможно, он вовсе не был артефактором. Возможно, виновника стоило бы искать среди ведьм, но их государство было одним из последних, где ведьмам все еще запрещалось обучаться в магических академиях. Для ведьм были основаны свои институты. И случайно пересечься с ведьмой и чем-то ее разозлить у Руфь не было возможности…

- Сколько дней ты его уже носишь?

- Ну… - Руфь хватило совести смутиться, будто только вспомнив, она взялась за полотенце и стерла влагу с лица, ненадолго скрывшись за ним от строгого взгляда, - второй месяц?

- ЧТО?!

- А что? – тут же насупилась она. – Сначала он мне не мешал, только раздражал немного, я думала, дотяну до конца практики, получу свое отлично, а потом уже пойду к вашему декану просить помощи. Это же неизвестно, что за штука, вдруг меня где-нибудь закроют на время разбирательства? А я не могу пропустить эту практику, на ней нас оценивать будет сам верховный маршал. Когда он в последний раз ездил по границе и оценивал выпускников, знаешь? Не знаешь? Так я тебе скажу: шесть лет назад! Как я могла упустить такой шанс?

от 2 февраля. часть 1

Он отошел к столу и вытащил из шаткой стопки книгу в темно-красном кожаном переплете. Начал ее быстро листать.

Руфь не мешала и по первому же требованию протянула ему руку с браслетом и покрутила ею, чтобы Герхард мог лучше его разглядеть. Несколько минут в комнате раздавались только шорох страниц, неразборчивое бормотание и едва слышное сопение Руфь.

Она рассчитывала, что все пройдет быстро и по возможности безболезненно для ее гордости, но чем сильнее хмурился Герхард, тем меньше она верила, что все пройдет легко.

- Слушай, принцесса…

- Ты, вроде, пришла помощи просить, - напомнил он, не отрываясь от книги, - так будь добра, прояви немного уважения.

- Но ты же правда принцесса, носишь рюши, живешь в башне. Что не так?

- Это мужское общежитие, - повторил Герхард, раздражаясь.

Руфь ничего на это не сказала, но улыбнулась так ехидно, что слова и не требовались. Всем было известно, что эта башня все еще считалась мужским общежитием исключительно потому, что Академии нужно было где-то держать потенциально опасных студентов. Башня располагалась дальше всего от жилых этажей, отгороженная закрытым корпусом.

Герхарда заселили в башню на втором курсе, когда один из его артефактов взорвался и снес стены и уничтожил не только его комнату, но и комнаты соседей. Еще, насколько было известно Руфь, за последнее время в башню сослали алхимика, умудрившегося погрузить в сон на неделю целый этаж общежития, и пиромага, имевшего привычку поджигать все во сне.

- А эта пижама - подарок мамы. – Герхард пригладил темно-синие воланы на груди. Он не рассматривал возможность просто выбросить Руфь в окно и вернуться к своим делам лишь потому, что ей не свойственно было прибедняться, и если она призналась, что магии на спуск не хватит, значит, все было действительно плохо.

- Миссис Агнет?.. У нее всегда был чудесный вкус. – Быстро переменила свое мнение о его наряде Руфь. И была проигнорирована.

Герхард захлопнул книгу.

- Нам нужно к декану, сам я не справлюсь.

- О-о-о, нет… Не-а, ни за что, - Руфь даже попятилась, всем своим видом демонстрируя категорическое несогласие с его решением. - Я же вроде бы уже объяснила, почему пришла к тебе, а не отправилась сразу же к вашему распрекрасному декану, который наверняка посадит меня под замок и подвергнет всяким ужасным опытам, прежде чем снимет с меня эту штуку. Герд, ну же, ты лучший на своем факультете. Как там… Исключительный талант? Или что-то вроде того… Не важно.

- Успокойся, - велел Герхард, когда она начала откровенно заговариваться - такое часто случалось с Руфь, когда она нервничала. - Я не уверен, что смогу тебе помочь, понимаешь? Кто-то использовал рабочий артефакт и попытался вплести в его задачу проклятие. Как понимаю, браслет должен был поглощать магическую силу из тебя, а не из накопителя, который, к слову, испорчен, - он кивнул на красный камень, - а значит, по задумке создателя это проклятье должно было тебя только ослабить. То, что происходит, ненормально. Смею предположить, что остатки оригинального плетения вступили в конфликт с проклятием и породили… это.

Руфь и Герхард одновременно перевели взгляды на покрасневшую руку и въевшийся в кожу медный браслет.

- Вот смотри, как много ты узнал, только посмотрев на него пару минут. Еще немного, и найдешь способ снять с меня эту дрянь, - оптимистично заключила она.

- Это начальное заключение, сделанное на основе поверхностного анализа. Мои выводы могут быть ошибочны. Мы должны показать это опытному артефактору.

- Я бы предпочла, чтобы сначала попробовал ты. И если ничего не получится, тогда, так уж и быть, мы пойдем к твоему декану.

- Если это проклятье стало смертельным, мы можем не успеть.

- Да брось, - Руфь переплела пальцы за спиной, скрыв браслет от внимательного взгляда Герхарда. - Два месяца уже прошло, а я жива и здорова. Эта штука из меня только магию тянет, но с этим я как-нибудь справлюсь. Просто найди способ его снять. Пожалуйста.

- Руфь, это опасно.

- Слушай, я не для того с родителями поссорилась, чтобы какая-то железка мне все испортила. Если я покажу себя, то могу получить рекомендацию от маршала. Да о таком любой боевой маг мечтает!

- Это не железо, это металл, - педантично поправил ее Герхард, но сейчас его интересовала другая тема, поэтому лекцию о различиях металлов он решил отложить до лучших времен. - И разве ты поссорилась с родителями не для того…

Он осекся, не договорив неприятное ему «быть ближе к жениху», вздохнул и начал заново:

- После ссоры ты так с ними и не поговорила?

- Мы обмениваемся поздравительными открытками, - сухо сообщила Руфь. После того, как она поступила на факультет боевой магии, ухудшились не только ее отношения с родителями, но и с самим Герхардом. Почему и он от нее отвернулся, она не знала, а попытки наладить общение ни к чему не привели. Потому так долго и не решалась обратиться к нему за помощью и тянула до последнего. Возможно, не напрасно…

- То есть проблему за все эти четыре года вы так и не решили?

Руфь отвела взгляд и виновато почесала нос, хотя не понимала, почему вообще чувствует себя виноватой.

Руфь и Герхард

Руфь Крозэ
Студентка факультета Боевой магии.
Видит цель, не видит препятствий...
даже если препятствия смертельно опасны

Герхард Виггори
Студент факультета Артефакторики.
Этот мир ему абсолютно понятен,
а человеческие взаимоотношения не особо...

Знакомы с детства и когда-то были очень близки, но по какой-то причине отдалились друг от друга. В итоге почти не разговаривают.
Причину знает только Герхард. Объяснять что-то отказывается.

от 2 февраля. часть 2

- Я доверила тебе свой секрет, Герхард, и ты будешь его хранить.

Он не помнил, видел ли когда-нибудь ее настолько же грозной, и не мог с уверенностью сказать, что она называла его полным именем хоть когда-то в жизни. Обычно это были дурацкие прозвища или дружелюбное «Герд».

- Это сумасшествие, - пробормотал Герхард, с беспомощностью осознавая, что никому и ничего он не расскажет. Насколько бы решительными ни были его попытки отдалиться, даже мысль о том, что Руфь может возненавидеть его всерьез, делала больно. – Хорошо, мы попробуем, но если твое состояние ухудшится, ты прекратишь упрямиться, и мы сразу же расскажем все профессору.

Так же стремительно, как помрачнела, Руфь расцвела в улыбке.

- По рукам… Каков план?

Плана у Герхарда не было, поэтому пришлось импровизировать. Он наскоро перенес на заговоренную бумагу изуродованные магические плетения, чтобы изучить их в тишине и покое.

Вместо полотенца, которое Герхард забрал, Руфь получила его плащ, он сам накинул его ей на плечи и закрепил застежку.

- Плащ зачарован, защитит от дождя и холода. Чтобы завтра вернула, у меня вечером занятия в подземной лаборатории. – сообщил он и, подталкивая ее в спину, выдворил из комнаты, после чего закрыл дверь прямо у нее перед носом.

- Эй, ты разве со мной не спустишься? А что, если меня не выпустит защита общежития?!

Как именно та работает, Руфь не знала, потому что никогда не интересовалась. За все четыре года учебы у нее не возникало надобности пробираться в мужское общежитие или проводить какого-нибудь парня в женское. Единственное, что ей было известно – студенты не могли посещать общежития противоположного пола, их просто не пропускали двери.

- Она настроена только на вход, - раздалось глухое из-за двери.

- Мог бы и проводить, - проворчала Руфь, поправила отвороты плаща и бодрым шагом направилась в сторону лестницы. Она весь день настраивалась на разговор с Герхардом и, памятуя о том, какую неприязнь он к ней питал, готова была даже умолять… но не пришлось. Он неожиданно легко согласился помочь, да еще и плащ одолжил, легкий и такой уютный, под ним даже промокшая насквозь форма липла к телу не так отвратительно.

У студентов некоторых направлений, вроде артефакторов или алхимиков, некоторые экспериментальные работы проходили в подземных лабораториях в целях безопасности: если вдруг магия во время работы вырвется из-под контроля, ее поглотит толстый слой земли, и никто, кроме незадачливых экспериментаторов, не пострадает. А под землей было очень холодно и сыро даже летом в сильную жару, поэтому всем, кто работал в этих лабораториях, полагалась специальная амуниция, в которую входил этот чудесный плащ.

Спустившись по винтовой лестнице, Руфь толкнула тяжелую дверь и нырнула под ливень, вжимая голову в плечи. Пробегая мимо стены, по которой совсем недавно карабкалась вверх, она подняла голову, но увидеть ничего не смогла. Окно спальни Герхарда находилось слишком высоко, да и дождь заливал глаза, мешая хоть что-то разглядеть. Хотя ей показалось, что где-то вверху, в дождливой темноте она увидела отсвет чего-то теплого, будто где-то там, высоко, не загорелся свет в окне.

На всякий случай помахав, Руфь возобновила свой путь.

***

Руфь летела по широкой каменной лестнице, перескакивая через ступени и опасно маневрируя среди других студентов, которым некуда было торопиться. Факультет прикладной магии находился дальше всего от административного здания, где она привыкла обедать, и у нее было три варианта: поесть где-то в другом месте или бежать, поесть как можно быстрее и получить запас времени на дорогу до факультета или бежать что есть сил, чтобы успеть.

От первого варианта она отказалась сразу, по средам в столовой административного корпуса подавали ее любимую рыбную запеканку, второй вариант был не жизнеспособен сам по себе из-за постоянных очередей, сквозь которые было просто так не пробиться, оставался только третий.

Поэтому она бежала. Пока не приметила впереди знакомую спину и возмутительно высокомерный затылок.

Герхард в компании неизменного сопровождающего, имя которого Руфь никак не могла вспомнить, и крохотной девушки, больше похожей на ученицу начальной школы, чем на четверокурсницу, неторопливо куда-то шел.

Эти двое называли себя его друзьями, а он и не спорил, хотя Руфь, обиженная тем, что однажды Герхард просто взял и прекратил с ней общаться, искренне считала, что дружить он просто не способен.

Поправив сумку, перекинутую через плечо, она поспешила по выложенной серым камнем и еще влажной после затяжного ночного дождя дорожке в сторону высокомерного затылка. Если бы кто-то спросил у нее, почему она считает его высокомерным, Руфь не смогла бы ответить. Просто она так чувствовала.

На ходу расстегнув молнию сумки, она порылась внутри и вытащила плащ Герхарда, придавленный учебниками. Руфь таскала его с самого утра, потому что должна была вернуть Герхарду и не знала точно, когда они встретятся.

После того как она вытащила сверток, сумка заметно уменьшилась в размере и стала ощутимо легче.

Настроившись на недружелюбный прием, Руфь сунула плащ подмышку и целеустремленно зашагала вперед. Протиснулась между Герхардом и парнем, которого, кажется, звали Дилан… или Нолан, она хлопнула Герхарда по плечу ладонью и широко улыбнулась, когда он опустил на нее взгляд. Было несправедливо то, как сильно он вымахал, в то время как Руфь лишь едва вырвалась за пределы среднестатистического женского роста.

от 3 февраля

- Что тебе надо? – спросил он утомленно. Это можно было считать прогрессом. Обычно Герхард предпочитал ее просто игнорировать.

- Вот. – Руфь протянула ему плащ. – Возвращаю твое добро.

- Откуда у тебя его плащ? – встрепенулась девушка. Даже грозное выражение на ее круглом, нежном лице выглядело очаровательно, и Руфь, которая до безумия любила все милое, пришла в восторг. Девушка была похожа на фарфоровую куклу, которую она получила на какой-то из праздников в детстве.

- Понравился, вот и отняла. А сейчас смотрю, Герд идет такой несчастный без плаща, и мне его жалко стало. Решила вернуть. Я ж не бессердечная.

- Тепло же, зачем ему сейчас плащ? – удивился, кажется, все же Дилан.

Руфь не успела придумать еще какой-нибудь нелепый ответ, Герхард принюхался к плащу и недоверчиво на нее посмотрел:

- Ты его надушила?

- Ну да, - пожала плечами она, - хоть ты и говорил, что он заговоренный, но все равно немного промок и просто ужасно вонял мокрой шерстью. Я попыталась исправить ситуацию.

- И теперь мне придется благоухать цитрусом ближайшие несколько дней? – спросил он, почти уткнувшись носом в ткань. Нахмурился. – Знакомый запах.

- Ты подарил мне эти духи на дебют, - напомнила Руфь. – Правда, тот флакон я уже давно использовала. И, должна сказать, пришлось сильно потрудиться, чтобы найти место, где ты их заказал.

- Могла бы просто спросить у меня, - сказал Герхард и осекся, поймав ее скептический взгляд.

- Еще бы ты со мной разговаривал.

Он отвел глаза, и Руфь хотелось верить, что в этот момент ему было очень стыдно за свою холодность по отношению к ней.

- Я совсем ничего не понимаю, - сообщил… пусть будет Нолан.

Кукольная девушка просто прожигала Руфь недобрым взглядом.

- Что, не нравлюсь тебе?

- Не нравишься, - подтвердила девушка.

Если бы Руфь было так легко смутить простой враждебностью, она не пыталась бы все прошедшие четыре года, с устрашающей целеустремленностью, вновь наладить отношения с Герхардом.

- А вот ты мне очень нравишься. – с обезоруживающей улыбкой призналась она, чем шокировала девушку. Руфь даже немного жалела, что, подобравшись к Герхарду, оттеснила от него парня, которого вполне могли звать и Коллин, и заняла его место. Но в тот момент ей казалось неправильным толкаться с такой крохой, она опасалась, что может случайно что-то ей сломать. Поэтому теперь пришлось податься чуть вперед, чтобы получше разглядеть белокурое создание. – Хорошенькая такая, просто принцесса.

Руфь почти чувствовала, как Герхард закатил глаза, и, быстро подняв взгляд, успела даже застать конец этого высокомерного действия.

- Что такое, Герд? Не один ты можешь быть принцессой, если хочешь знать.

- Герхард — принцесса? – насмешливо переспросил… возможно, Вилан. Ему очень шло это имя. Высокий, темноволосый и темноглазый, он был достаточно симпатичным, чтобы пользоваться популярностью у девушек, и сильно выделялся на фоне светлокожих и светловолосых друзей.

- Ты не смотри, что он так вымахал, - Руфь по-свойски похлопала Герхарда по плечу, - в детстве он был совсем мелким… - она замялась на несколько мгновений, стараясь подобрать правильное определение впечатлению, что сложилось у нее о том мальчике, который обещал, что они всегда будут друзьями, а после вычеркнул ее из своей жизни. Ничего обидного на ум не приходило, Руфь вынуждена была признать, что того маленького Герда она любила, несмотря на отвратительное поведение его взрослой версии, - и очень хрупким. А каким он был прелестным, ты просто не представляешь. Даже когда ревел из-за всяких пустяков…

- Ты никуда не опаздываешь? – раздраженно перебил ее Герхард, не планировавший делиться воспоминаниями о прошлом даже с друзьями.

Руфь встрепенулась, осмотрела на наручные часики на простом кожаном ремешке и выругалась.

- Руфь! – строго одернул ее Герхард.

Он собирался произнести небольшую поучительную речь о том, что сквернословить в приличном обществе — признак дурного воспитания, но Руфь уже мчалась в сторону факультета, перепрыгивая через редкие лужи и виртуозно избегая столкновений с другими студентами.

***

Руфь успела вбежать в лекционный зал в последние минуты, взлетела по ступеням на ряд, где сидела ее группа, и рухнула на скамью рядом с Бернартом. Рядом с ним сидели Кира и Мира – близняшки, намеренно одевавшиеся так, чтобы их невозможно было отличить: мягкие черные волосы всегда собраны в пучок на затылке, на худых вытянутых лицах ни капли косметики и глаза одного светло-серого цвета.

Они очень старались, но Руфь давно заметила, что Мира, даже когда старалась быть спокойной и невозмутимой, как сестра, не могла удержать распиравшую ее внутреннюю энергию.

Вот и сейчас, вместо того чтобы приветственно кивнуть, как это сделала Кира, она радостно помахала рукой. Руфь помахала в ответ.

- Неужели эта запеканка действительно стоила таких хлопот? Еще минута, и тебе пришлось бы писать эссе. – спросил Бернарт.

- Но я ведь успела, – отозвалась она, невольно передернувшись от ужасающей перспективы. Профессор по защитной магии терпеть не могла непунктуальных людей и с удовольствием наказывала студентов за опоздания, раздавая сложные темы, информацию для которых было не так-то просто найти.

Факультет Артефакторики

Аннет Энгерхад
Студентка факультета Артефакторики.
Не дайте ее милой внешности вас обмануть.
Мелкая и злая.

Алан Вилнт
Студент факультета Артефакторики.
Самый адекватный,
поэтому у него меньше всего экранного времени.

Друзья Герхарда