Непокорная для Босса

Глава 1. Последний кофе в моей жизни

— Да чтоб тебя! — ударяю ладонью по пластиковой кофемашинке.

В ответ та издает надрывное жужжание и окончательно затихает, плеснув в чашку пару капель грязной воды.

Ну просто замечательно! Угрозы с прошлой работы, сломанная кофеварка, что еще принесет мне этот день?

А я ведь предупреждала офис-менеджера, что эта капсульная фигня скоро сдохнет.

Как чувствовала, что нужно было свою капельную нести из дома. Старенькая, зато надежная. Правда ее хрен дотащишь на автобусе.

Смотрю на дно чашки, размазывая кофейное недоразумение по стенкам. Моча мамонта, какая-то…

— Алиска, вот ты где! — звонкий голос Машки заставляет меня выпрямиться.

Она моя лучшая подруга с первого класса и так вышло, что мы двигаемся по жизни вместе, как Петров и Васечкин.

Машка стоит в проеме офисной кухни и радостно мне улыбается.

— Привет, Маш, — грустно улыбаюсь в ответ и ставлю чашку в раковину.

— Ты че хмурая такая?

Машка поправляет изящные белокурые локоны. Всегда любовалась ими. Какая ж она у меня красивая! А еще добрая и умная. Из какой только жопы она меня ни выручала. Повезло мне с лучшей подругой. Всем бы такую!

— Я ж говорила эта фигня рано или поздно сломается. — Тыкаю пальцем в пластиковый бок новомодного чучела. — Я теперь как план продаж выполнять буду без допинга, а?

Кофе для продажников, как водка для бомжа. Без него не мил ни свет, ни мадмуазеля из пятого подъезда.

— Пойдем, подружкинс. — Машка хватает меня под локоток и тянет в коридор, весело смеясь. — Так уж и быть, спасу тебе жизнь.

Спустя пять минут я застываю напротив огромной, красивенной, хромированной профессиональной кофеварки. Видела я такую только в рекламе, боюсь даже узнавать сколько она стоит.

— А ты уверена? — уточняю я, оглядывая дорого обставленный кабинет.

Дизайнерская мебель, переложенный паркет, дорогущая техника последней модели вызывают внутри трепет и желание поскорее отсюда выйти, пока (не дай Бог, тьфу-тьфу-тьфу) не поставлю царапину каблуком.

— Да не парься ты, — отмахивается она. — Я постоянно себе на ней кофе готовлю пока Юрия Александровича нет.

Машка работает секретарем нашего гендира. Именно она помогла мне устроиться на работу в “Техинвест”, когда я уволилась с прежнего места из-за домогательств руководителя продаж.

— Он вообще в офисе бывает? Ни разу его не видела, — размышляю вслух, задумчиво разглядывая шайтан-машину.

Тут столько ручек, кнопочек, трубочек, что я теряюсь.

— Каждый день почти, когда командировок нет, — пожимает плечами Машка. — Просто он слишком рано приезжает и слишком поздно уезжает. Замучил уже, честно слово, тиран. Но хоть за переработку щедро доплачивает.

— Угум, — мычу, хватаясь за одну из ручек.

Кажется, это нужно снять, чтобы туда насыпать кофе. Видела как с подобными работают бариста в кафе.

— Ты разберешься тут? Мне надо документы срочно передать в бухгалтерию, — сообщает Машка, направляясь к двери.

— Иди-иди, — я машу ей на прощание, засучивая рукава блузки.

Около десяти минут мучаюсь с кофеваркой. Большую часть времени трачу на поиск видео-инструкции на просторах интернета. Действую пошагово, как объяснял профессионал. Правда на итальянском, но язык тут не нужен, по действиям все понятно.

Молотый кофе где нужно, ручка повернута, чашка поставлена (надеюсь, наш босс не слишком обидится, если я позаимствую его фарфор). Тыкаю на комбинацию кнопок и, затаив дыхание, жду.

Машинка начинает проворно жужжать и я радостно хлопаю в ладоши.

Кажется, получилось!

Уже чувствую в ноздрях бодрящий аромат любимого напитка, его приятный вкус на языке и как я получаю заряд энергии, чтобы закрыть еще несколько клиентов. Проценты за них получу вместе с окладом…

Моя радость заканчивается в одно мгновение, когда раздается странный хлопок. Рукоятка с емкостью для кофе с грохотом падает сначала на поддон машинки, оставляя вмятину на ее блестящем покрытии, а потом на пол, засыпая молотым кофе мои туфли.

Сердце останавливается на секунду, а потом несется в бешеном галопе, когда я осознаю весь ужас ситуации.

— Черт! — ругаюсь я и тянусь за упавшей частью.

Но не успеваю ничего предпринять, потому что из металлической бандуры начинает валить клубами пар, а по деревянной тумбе с космической скоростью растекается вода.

Что за…?!

Хватаю похолодевшими от ужаса руками стоящие рядом салфетки, но они тут же промокают.

Тыкаю на кнопку выключения, но машинка никак не реагирует. Тем временем вода уже заливает пол.

По спине пробегается озноб и концентрируется в затылке, отчего голову слегка ведет, а глаза застилает туман. Будто не со мной все это происходит.

— Ну как…? — заходит Машка в кабинет, именно в тот момент, когда сзади аппарата начинает фонтаном извергаться вода.

Опешив, Машка замирает на пороге с вытянутым ртом, а затем подбегает ко мне, скользя каблуками по мокрому полу. Она прикрывает лицо ладонью, чтобы не попасть под струи.

— Что здесь произошло?! — Машка пытается перекричать грохочущее жужжание.

— Я не знаю! — кричу я, с содроганием наблюдая, как упаковка дорогущего молотого кофе падает на столешницу и ее содержимое смешивается с водой.

Сдерживаю непрошеное море детской неожиданности на тумбе уже целой упаковкой мгновенно промокающих салфеток. А в голове звучит идиотская песня, услышанная на просторах интернета: сорок лет, как под наркозом, я работал говновозом…

Нервный хихик сам по себе срывается с губ.

Машка ориентируется быстро и выдергивает машинку из розетки. Грохот стихает, напор воды уменьшается.

— Ля-я-я, — тянет она, осматривая место происшествия.

Кофеварка дымится, тумба под ней распухла от влаги, половина кабинета залита водой, в том числе и ближайшие папки с документами и офисная аппаратура.

— Маш, мы что-нибудь придумаем, — глухо уверяю ее я, видя на лице Машки панику, хотя у самой ноги ватные.

Глава 2. Американо с двойной ответственностью

Почему-то мне сразу становится ясно: это и есть тот самый Юрий Александрович.

Вопрос повисает невидимым грузом в воздухе. Юрий Александрович не отпускает цепкий взгляд, смотрит прямо в глаза, и у меня нет сил отвести их.

Есть что-то в этом мужчине завораживающее. То ли его массивная фигура, обтянутая классической рубашкой, которая подчёркивают рельеф его мышц, то ли взгляд его ледяных глаз, то ли из-за того, что он заполняет собой все пространство, как только входит в комнату.

Меня сбивает с ног пышущая от него энергия. Такие мужчины, как он, обычно не считаются ни с чьим мнением и идут напролом.

А еще такие не прощают ошибок. И судя по выпученным (совсем как у пожилого мопса моей бабушки) глазам Машки, которые я вижу даже периферийным зрением, она тоже это понимает.

— Ой, Юрий Александрович, — высокочастотно пищит Машка, разворачиваясь к боссу. — Вы так быстро вернулись. Что же не сообщили? Я бы…

Юрий Александрович переводит взгляд на нее и она тут же замолкает. Никогда не видела, чтобы Машка так быстро затыкалась. Обычно щебечет, как весенняя пташка в пять утра за окном.

— Мария, мне повторить вопрос или вы проявите великодушие и сами наконец расскажете, какого хера вы натворили в МОЕМ кабинете? — Юрий Александрович не кричит, а просто спокойно говорит, отчего в два раза тревожнее, чем если бы он просто орал на нас благим матом.

Ну вот и все. Пришла наша погибель. Уже представляю, как мы с Машкой вдвоем околачиваемся у офисных зданий с табличками “ищем работу”. Ну ничего, прорвемся! И не из такого выпутывались!

Решительно сжимаю похолодевшие пальцы и вздергиваю подбородок, но тут же прикусываю язык, когда взгляд Юрия Александровича возвращается ко мне. Все тело молнии прошибают, а порыв признаться во всех грехах тухнет, как спичка на ветру.

— А ты кто такая? — он пренебрежительно кивает подбородком в мою сторону.

Пытаюсь открыть рот, но ничего не выходит, кроме странного бульканья. Да что ж за чертовщина такая?! Что-то невероятно странное творится с моим телом, когда я рядом с этим мужчиной.

— Она глухонемая чтоли? — хмыкает Юрий Александрович. — Тогда все понятно.

Он ощупывает меня взглядом с ног до головы и задерживается где-то в районе блузки.

Что это ему понятно? И что за фамильярность такая на ты сразу переходить с незнакомым человеком и разглядывать его?

Мои ноздри раздуваются в возмущении:

— Что вы себе позволяете?

Скрещиваю руки на груди, прикрывая себя от разглядываний этого мужлана.

— Не глухонемая, уже хорошо, — кивает он. — Может ты мне расскажешь что тут произошло?

Машка приходит в себя и больно щипает меня за бедро, как только я открываю рот.

— Юрий Александрович, — ласково щебечет она, — сегодня Эдик кофеварку прочищал, мы вот только зашли и тут такое! Хорошо что вовремя зашли, успели выключить из сети, пока она весь город не оставила без света и электричества.

То как Машка нагло врет и при этом мило хлопает ресничками не сравнится ни с одной актерской игрой. Станиславский обзавидовался бы.

Кидаю осуждающий взгляд на Машку, но ей, похоже, совершенно плевать, что она сейчас подставляет невинного человека и, скорее всего, он будет уволен.

— Ага, понятно. — Юрий Александрович отряхивает отполированный ботинок от воды и смотрит на меня. — А это что за чудо?

Проглатываю его слова, чтобы не усугублять ситуацию. И так положение дел хуже некуда.

Собираюсь с силами, судорожно придумывая находу, какую сделку я могу ему предложить взамен испорченного имущества. Пусть меня увольняет и я выплачу ему все, как только новую работу найду.

Машка ни в чем не виновата, да и работает она тут дольше меня. Жалко, конечно, всю наработанную мной клиентскую базу, но так будет справедливо.

— Я…

Машка обрывает меня, резко дернув за руку. Да так сильно, что аж плечо хрустит.

— Юрий Александрович, это Алиса, менеджер по продажам. — Она пихает меня в бок. — Помните, я вас просила мою подругу прособеседовать, а вы сказали, чтобы я к руководителю отдела продаж ее отправила?

Он вновь пробегается по мне оценивающим взглядом и хмыкает, приподняв бровь:

— Помню. Нужно было самому отсобеседовать.

Округляю глаза, пытаясь осознать сказанное им. Да что он себе позволяет?! Неандерталец какой-то! Меня аж потряхивает, как от холода. Как Машка вообще с ним работает?

А его явно забавляет моя реакция. Потому что увидев, как я до белесых костяшек сжимаю кулаки, подмигивает мне.

Нет, ну форменный мужлан! Хорошо что я его до этого не видела, и продолжала бы с радостью не видеть!

Юрий Александрович направляется к своему столу. Как только он равняется со мной, я ощущаю, как к запаху промокшего кофе прибавляется что-то до щекотки в носу приятное. Мускусное, мужское, свежее. Этот аромат невольно отпечатывается в моей памяти.

Надо спросить Машку, может она знает каким парфюмом пользуется ее босс? Очень успокаивающий и при этом возбуждающий запах.

Невольно любуюсь плавной и уверенной походкой Юрия Александровича. Есть что-то в ней завораживающее. Словно хищник вышел на охоту.

Он берет одну из промокших папок с документами:

— Пиздец. Мария, — металл прорезает его голос. — Вызовите Эдуарда ко мне.

Машка радостно мне улыбается и пихает локтем в ребра. А я же не вижу повода для радости.

— Хорошо, Юрий Александрович, — лилейно воркует она. — Сейчас же сделаю это.

Она хватает меня за руку и активно тянет из кабинета.

— И вот еще что, — неожиданно добавляет Юрий Александрович. — Мария, соберите свои вещи и съебитесь подобру-поздорову и по собственному желанию.

Мы с Машкой одновременно замираем и с удивлением смотрим на Юрия Александровича. Видя реакции друг друга, мы понимаем, что точно не ослышались.

— Но Юрий Александрович, — заикается Машка. — Я… Но Эдуард… Я позову!

Впервые вижу Машку такой неуверенной. Порываюсь помочь ей, но обжигающе ледяной взгляд Юрия Александровича пригвождает меня к месту, давая понять, что сделаю только хуже.