Неправильная любовь

I

— Мальчики! Что происходит? Почему в нашей спальне все перевернуто вверх дном? — не было сил кричать или обижаться. Мной руководила единственная цель: помыть ноги и свалиться на кровать. А тут... Пришлось вернуться на кухню, включить электрочайник и приготовить кофе. Обычный. Растворимый. Набравшись сил, пошла убираться.
— Мама, это не мы. Может быть, кошка соседская в окно залезла и все перевернула. Мы были на стадионе. Только пришли, — оправдывался старший Денис.
— Тебе помочь? — ласково спросил самый младший Коля. 
— Уже темнеет. Ребята, шагом марш в душ, — слабым голосом я попыталась отдать приказ. Включила свет. Свернула в рулон все географические карты и отправила их за шкаф. Собрала папки с документами и остолбенела. Каким образом свидетельства о рождении ребят оказались на видном месте? Кто их брал? Муж забыл спрятать? Сложила все метрики в саквояж. Собралась закрыть его ключем, но ключа нигде не было. Антон уехал в город за нашими вещами. Утром приедет, потом разберемся. Сон свалил меня намертво. Проснулась рано утром следующего дня.
 Потянулась. Умылась. Расчесалась. Заглянула к моим сладеньким мальчикам в спальню, закрыла глаза и потрясла головой. Мне показалось, что я не совсем проснулась. Коля и Денис сладко сопели во сне, а Никиты не было. Я подняла одеяло, заглянула под кровати, открыла шкаф, но сына найти не могла. Пробежалась по комнатам, зашла в туалет — Никиты не было!
— Никита! Никита! — кричала вместе с петухами. Коровы мычали в ответ. Где-то заблеяла коза. Собралась вернуться в дом, надеясь на то, что спросонок я что-то не правильно поняла. Сыночек в доме, я его просто не заметила. 
— Мама, что случилось? Ты чего кричишь? — Коля в майке и трусах стоял на пороге.
— Где Никита?
— Нету.
— Как нету? Спать с вами ложился?
— Мы вчера очень устали. Вроде ложился. Не помню. Сейчас у Дениса спрошу, — через секунду Коля вернулся, — Денис сказал, что Никита с отцом уехал.
 Отлегло. Конечно, поехал с Антоном за вещами в городскую квартиру. Накрутила себя по глупости. Работа следователя не отпускает. Десять лет прошло — нет-нет, да и возвращаюсь в прошлое. Пускай еще чуток ребятки подрастут, тогда и собственное агентство можно будет открыть. А пока —  только мечты.

 День прошел в хлопотах. От тяпки образовались кровавые мозоли. Ноги плохо отмывались. Болела спина... В деревне мы оказались, потому что пару лет решили отдохнуть от шума и пыли города. Ребята за зиму по несколько раз болеют. Надо бы сил набраться — воздухом подышать, молока парного попить, а потом — в город. Здесь школа маленькая. Учителя-универсалы одновременно несколько разных предметов ведут. Долго оставаться детям тут нежелательно.

 Громыхая по ямам и колдобинам, во двор въехал фургон. Я быстро позвала соседских мужиков, которые за бутылку водки согласились занести мебель и вещи в дом.
— Теть Кир, а закуска будет? — спросил Виктор — мальчик, примерно тридцати годков.
— Пойдем уже, — ответил Антон, — Какая она тебе тетя? Скорее, ты для нее дядя. Не наглей, друг.

 За обеденным столом не оказалось Никиты. Ребята молча впихивали в себя суп. Антон опаздывал, ремонтируя ножку шкафа, который пытался упасть и рассыпать свое содержимое.
— Антон!!! — мой голос был слышен на всю округу, — Где Никита?
 Шкаф упал, и развалился на несколько частей, прикрывая полками высыпавшийся из него ворох одежды и постельного белья.
— Че орешь? Из-за тебя не удержал! Надо же!
— Где Никита?
— Мне почем знать? Ты же дома была?
— Я думала, что он с тобой уехал.
— Никита дома не ночевал? Ну ты, мать, даешь! 
 Не сговариваясь, Денис, Коля, я и Антон разошлись в разные стороны в поиске Никиты. 

 Никаких следов... Последней, кто видела Никиту, оказалась соседка баба Лиза — мать Виктора. Никитка о чем-то разговаривал с Виктором, а тот был сильно пьян —  ничего не помнит. Тогда же на машине куда-то поехал, вернулся поздно ночью. Куда девался Никита, никто предположить не мог. 
— Может быть, ваш мальчик с Виктором тогда поехал? — спросила на следующее утро сердобольная соседка.
— Ну что вы, он ни за что бы не поехал с пьяным водителем. Исключено. Прям не знаю, что думать. Дно речки исследовали. Все заросли обошли. Местные школьники несколько раз лес вдоль и впоперек прошли. Опросили всех жителей деревни, связались с водителями автобусов... Никаких следов, —  я не находила себе места. 
— В полицию обращались?
— Да. Конечно. 
— Я вот картошечку оттушила. Покушайте, —  баба Лиза достала с корзины укутанную полотенцем кастрюльку.
— Спасибо. Может быть, ребята покушают, —  упала я на плечо соседки и долго не могла успокоиться. Отчаяние, усталость, беспомощность  перемешались в один колючий комок. Каждый кусочек моего тела был пронизан болью — не физической, а более страшной. 
— Милая, найдется твой сыночек. Чует мое сердце — все будет хорошо, — баба Лиза успокаивая, гладила меня по голове.
 

II

— Путаница. Беспорядок. Хаос, —  эти три слова стучали в моей голове. Нужно собраться. Необходимо составить несколько версий. Страшные и трагические — гнать прочь. 
— Кира, я не буду ремонтировать шкаф. Мы с города кучу хлама привезли. Собери в мешки, я его отнесу на чердак.
 Антон сохранял спокойствие. Скорее всего, в его словах был какой-то намек. Тот еще конь. Никогда прямо не говорит. Даже сейчас...
— А географические карты? Никитка просил стены картами обклеить. Оставить их?
— Безусловно.
— Что в полиции сказали? Заявление приняли?
— Нормальные ребята. Считают, что, скорее всего, произошел конфликт. 
— С чего они взяли?
— Забыла, почему мы здесь?

 Я несла две тяжелые сумки с продуктами, когда увидела, что к моим сыновьям, которые гуляли во дворе, подошел странный мужчина. Издалека было видно, что не такой как все: одет в старомодную одежду, очень бледный и худой. Когда подошла ближе, то поняла, что это Дубов... Что же случилось? Почему его выпустили? Ведь из-за него погибло пять человек... 

 Эту страшную аварию забыть невозможно. Дубов вел автомобиль в состоянии наркотического опьянения. В машине находились его жена и сын. Женщина погибла мгновенно. Ребенок получил небольшие травмы. Но самое страшное было то, что в машину Дубова врезался и разбился вдребезги другой автомобиль. Погибли родители и бабушка с дедушкой нашего Коленьки. Ребенок выжил чудом. Я была свидетелем этого страшного дорожно-транспортного происшествия. Кинулась к детям, забыв о Никитке. Ему тогда два года только исполнилось. Впоследствии усыновила трехлетнего Дениса — сына Дубова и единственного выжившего из семьи Лесничих мальчика Колю. Нашему младшенькому тогда было чуть больше года. Это страшное горе давало мне силы. Я никогда не делила детей. Любила всех одинаково. Антон тоже был прекрасным отцом. 
— Неужели Дубов украл Никиту, чтобы отомстить? — в то мгновенье эта версия казалась мне наиболее правдоподобной, — Антон, поехали в полицию. Ты им ничего не говорил о Дубове?
— Успокойся. Его проверили. В тубдиспансере Дубов. Болеет сильно.
— Возможно, у него есть сообщники?
— Любимый, дорогой мой человечек, успокойся и подумай, может, обидела чем-то нашего сынишку? — Антон не выпускал меня из объятий. Он каким-то немыслимым образом влиял на меня. Мог успокоить в самой трудной ситуации. Вот и сейчас, мне хотелось провалиться в кресло и раствориться в пространстве. Но кресло осталось в городе, а пространства не было. Существовала только я — уставшая и растерянная. Но все равно, стало легче и понятнее.

— Можно? — вошел сосед Виктор, — Теть Кир, я ничего не помню, но ребята рассказали, что я вашего Никиту в райцентр на железнодорожную станцию отвез.
— Что за ерунда? Почему не помнишь? — закричал Антон.
— Так я... сильно пьяный был.
— Виктор, этого не может быть. Наш Никитка никогда бы не сел в машину к нетрезвому водителю. Твои друзья что-то путают, — после пережитого я научила сыновей правильно вести себя во всех опасных для жизни ситуациях. Тяжелее всего было с Дениской — давала о себе знать наследственность. Но я сделала все, чтобы дети росли добропорядочными гражданами. Ни при каких обстоятельствах Никита не сел бы к пьяному в машину.
— В полиции знают? — спросил Антон.
— Да, я все рассказал. И ребят привел... Тех, кто мне об этом сообщили... Простите меня, пожалуйста.

 В городе друзья и волонтеры обошли все подозрительные места, поговорили с соседями и знакомыми, но следов нашего сыночка нигде не было.

— Меня просили проверить все конфликтные ситуации, которые происходили в нашей семье. Извини, заяц, но, может ты на него кричала?
— Ну сколько можно? Исключено. Уставала очень. Сил не было сказать что-либо... Не кричала.
— Я ребят спрашивал, почему на стадионе были без него, сказали, что ногу подвернул. Собирался с Виктором лодку чинить. Но вода в реке упала, чинить лодку — пустая трата времени. 
— Побегу к бабе Лизе. Вопросы появились.

 Весь вечер говорила с Виктором и Елизаветой Павловной. Раздобыла некоторые сведения о сыночке. Никитка набрал бутылку воды с колодца, взял угощение — пирожки с капустой. Нужно будет проверить, конечно. Может быть,  Дениска с Колей скушали те пирожки? Еще, спрашивал бабу Лизу, может ли родная мать любить чужих детей, когда есть свой ребенок? Скорее всего, узнал, что Дениска с Колей — усыновленные... Будто молнией пронзило. Что же делать? Вдруг Деня с Колей тоже знают? Ой, как же не хотела начинать этот разговор... Как хорошо всем было, пока отец Дениса находился в местах не столь отдаленных... 

— Мальчики, вкусные пирожки бабушка Лиза испекла?
— Какие пирожки? Где? — любитель вкусненького Коля побежал на кухню и вернулся с бутербродом, — Нет никаких пирожков. 
— Ребятки, вспомните, Никитка ничего такого необычного вам не говорил? Возможно, обиделся на вас или на меня? Вспомните, пожалуйста. Это очень важно.
— Ты чего, мам? Все, как всегда! Мы друг дружку в обиду не дадим. И за тебя горой! —  Денис в своем репертуаре. Что еще скажешь?

 Ранним утром в субботу Антон подвез меня на вокзал. Первой электричкой ехала в город. Неделей раньше в каком-то вагоне, может быть, даже на этом месте сидел Никитка... И тут меня накрыло: знала уже наверняка — сыночек обиделся на меня.

 Это произошло в апреле. Мы сидели в ожидании футбольного матча. Наша любимая команда играла с фаворитом сезона. Шансов на выигрыш было очень мало. Мы надеялись, переживали. Сидели, как на иголках. Перед матчем показывали Золушку. И вдруг Никитка говорит: "Странная сказка. Мама, если бы ты была мачехой, ты бы всех детей любила одинаково?" Я перевела все в шутку. Поцеловала по очереди сыновей. На мгновенье остановила взгляд на Никитке... Он тогда уже знал нашу тайну.
Где Никита может быть? Возможно, у дяди Сени? Это родной брат отца Антона. Временами лежит в психлечебнице... Никитка любит его. Но Антон там бывает ежедневно. Уже несколько раз просматривали квартиру и двор... Никаких следов. Возможно, прячется у друзей? Родители одноклассников в курсе последних событий. Постоянно звонят и интересуются...