Непреложная клятва

Глава 1.

Ксена

Запах кофе смешивается с запахом Влада.

Это первый запах, который я чувствую, открывая глаза. Не самого кофе — я еще не вижу чашки, я только слышу, как на кухне льется вода и позвякивает турка. Я чувствую его. Терпкий, лесной, с оттенком дыма и чего-то дикого, что не вытравить никаким мылом. Оборотни пахнут сильнее людей. Влад говорит, это потому, что зверь внутри всегда немного наружу.

Я тянусь к тумбочке за телефоном. Половина седьмого. Он встал раньше меня, хотя лег за полночь — возвращался с каких-то своих встреч, от него пахло чужими людьми и холодом ноябрьского леса. Сейчас этот запах выветрился, остался только он сам.

Наши кровати рядом. У Влада своя половина, у меня — своя. Смешно? Наверное. Мы спим вместе, занимаемся любовью, но спим — раздельно. Он говорит: «Зверь ворочается, я могу задеть тебя во сне». Я не спорю. Сначала спорила, в первые месяцы после клятвы. Хотелось прижиматься, чувствовать тепло всю ночь. Теперь привыкла.

Я накидываю халат и иду на запах кофе.

Наш дом — старый, бревенчатый, но внутри обустроенный по-городскому. Влад купил его лет пять назад, когда ушел из стаи. Точнее, не совсем ушел — он говорит, оборотни никогда не уходят полностью, мы просто связаны кровью. Но живем мы отдельно, на краю поселка, и лес подступает к самому забору.

Влад стоит у плиты. Широкие плечи, футболка обтягивает спину, босые ноги на холодном полу. Он поворачивается, и я в сотый раз ловлю себя на мысли, что не могу прочитать его лицо до конца. Люди думают, что оборотни — это про клыки и шерсть. Нет. Это про глаза. В них всегда есть что-то такое... древнее. Даже когда Влад улыбается, в глубине его зрачков будто тлеют угли.

— Проснулась, — он ставит передо мной чашку. Не спрашивает, как я спала. Не целует в лоб. Просто констатирует факт.

— Проснулась, — киваю я, обхватывая пальцами горячий фарфор.

Мы завтракаем молча. Я ем сырники, которые купила вчера в магазине, он — почти килограмм мяса, не слишком прожаренного. Соки мяса стекают по тарелке, и я стараюсь не смотреть. За три года привыкнуть к этому невозможно. Только перестаешь замечать.

Три года. Ровно столько мы связаны клятвой.

— Вечером уеду, — говорит Влад, вытирая губы салфеткой. — На неделю, может, чуть больше. Дела в городе.

Я киваю. Он часто уезжает. Стая, бизнес, старые долги — я давно не спрашиваю, куда и зачем. Он все равно не ответит полностью. Скажет: «Не лезь, Ксена. Это мой мир».

— Хорошо, — отвечаю я. — Мне на работу к девяти.

Он смотрит на меня. Долго, пристально. Я знаю этот взгляд — он пытается прочитать меня. Оборотни могут чувствовать эмоции на расстоянии, видеть мысли, если человек не ставит блоки. Влад говорил, у меня с этим сложно. Не то что бы я специально ставлю барьеры — просто они у меня от природы сильные. Он злился поначалу, потом привык. Как и я привыкла к его запаху и его молчанию.

— Ты какая-то сегодня... — он не заканчивает фразу.

— Устала. Плохо спала.

Это неправда. Я спала хорошо, без снов. Но внутри с утра поселилось странное чувство. Будто воздух стал плотнее. Будто что-то надвигается.

Оборотни чуют опасность за версту. Люди — нет. Но я научилась доверять своей коже. Сейчас она покалывает, как перед грозой.

— Будь осторожна, — говорит Влад, вставая из-за стола. Он подходит ко мне, наклоняется, и я чувствую его губы на своей макушке. Коротко. Почти ритуально.

— Я всегда осторожна.

Он уходит в душ, а я остаюсь допивать кофе. За окном начинает светать, и лес за забором проступает из темноты черными силуэтами сосен.

Мы познакомились, когда я убегала от оборотней.

Это звучит как начало плохого фильма ужасов, но это правда. Я тогда работала в небольшом городке, вела расследование для газеты. Наткнулась на стаю, которая держала в страхе целый район. Они не были похожи на Влада — дикие, злые, почти потерявшие человеческое. Они загнали меня в лес, и я уже прощалась с жизнью, когда появился он.

Влад убил двоих. Остальных прогнал. А потом посмотрел на меня и сказал: «Я спас тебя. Теперь ты моя».

Не в том смысле, в каком можно подумать. Он не трогал меня тогда. Он предложил сделку. Клятву. Вечную связь, которая защитит меня от любых оборотней, потому что я буду принадлежать ему. Взамен — жизнь с ним.

Я согласилась. Мне некуда было идти, и я думала... глупая, наивная... я думала, что это будет любовь.

Любви нет. Есть ровное тепло, забота, безопасность. Влад не жесток. Он заботится, обеспечивает, он нежен в постели. Но я никогда не слышала от него слов, которые ждет сердце. И сама не говорю. Потому что внутри, в самом темном углу души, я знаю: это не то. Это не та любовь, о которой пишут книги.

Но клятва есть клятва.

Я встаю, мою чашку и иду собираться на работу. Влад уже оделся — темные джинсы, свитер грубой вязки, куртка из кожи. Он подхватывает сумку, на секунду задерживается в дверях.

— Ксена.

— М?

— Если что — звони. Я услышу.

Он улыбается уголками губ, и в этой улыбке вдруг проскальзывает что-то настоящее, теплое. На секунду мне кажется, что я вижу того мужчину, который мог бы... мог бы стать...

Дверь закрывается. Я остаюсь одна в тишине дома, где пахнет лесом и кофе.

Чувство тревоги не проходит. Наоборот, усиливается, когда я выглядываю в окно и вижу, как Влад садится в машину и уезжает по грунтовой дороге в сторону трассы.

Я тру виски. Наверное, просто давление. Наверное, просто осень.

Я не знаю, что уже через несколько часов в наш дом войдет тот, кто перевернет все. Что клятва, которая казалась просто словами, станет цепью, рвущей душу в клочья.

Я просто иду в душ, одеваюсь и еду на работу в поселок, где все знают, что я — женщина оборотня, и обходят меня стороной.

Так проходит утро последнего спокойного дня в моей жизни.

Добро пожаловать в историю, которая очень важна для меня.