Непутёвая малышка для сурового альфы

Глава 1. Малышка

❤ПРОМО В ПРОДАХ❤

Глава 1

Ну, охренеть каких малышек нам выписывают. Ещё и в красной подарочной упаковке.

- Ренат, ну сколько раз тебе говорить, не присылай нам тургеневских барышень. Здешние самцы таких порвут и не пожалеют.

- Здарова, Бать, чё как там у тебя. Дай сек, ща гляну каталог.

Затягиваюсь, развалившись в кожаном кресле. Разглядываю на мониторе фотку девчонки, пока Ренатик в заказе ковыряется.

Изящная, миниатюрная блондинка с дерзким взглядом, за которым она изо всех сил прячет неопытность. Эффектное прозвище «Анастейша» взяла себе, наверняка насмотревшись бесячих «Оттенков».

Пухлые губы никем не растянутые и искусственно не увеличенные. В утончённых чертах ни грамма пластики. Да бляха, даже косметики – минимум.

Красивая сучка, и я реагирую на неё соответственно. Самец во мне поднимает голову, но не ту, что верхняя. Стоит, бляха, на шов давит.

И ведь не первый раз уже эта девица на порку напрашивается. В тюрьму правдами и неправдами пробирается. Что у неё в голове вообще? Пустоту ватой набила?

- Не, Бать, эт не моя. Ваще впервые её вижу.

Ну, я так и думал.

- Ваще-то, лицо у неё смутно знакомое. Кажется, она…

- Ренат, я её себе забираю, - перебиваю поставщика, пока он дальше не полез проверять и не нарыл чего-нибудь лишнего.

- Да тут указано, что она уже куплена. В подарок одному из твоих заключённых.

- Так то свиданка на три сраных часа, а я её на неделю выкупаю. Добро?

- Та без базара, - бабло всегда вызывает у Рената одинаковую реакцию. Продать – важнее, чем копать, кто и зачем в систему влез.

Мобилу кладу и оформляю заказ по всем правилам. Слегка переплачиваю, чтобы мозги у Рената совсем поплыли.

Потом увеличиваю фотку и опять разглядываю. Ну прямо как сталкер, ебучий сталкер. Зверь хрипло дышит в затылок, язык в предвкушении высунул и хвостом виляет.

Блондинка, походу, она натуральная. Яркая, почти платиновая. Глаза большие и выразительные – как у полярной лисы, задумавшей афёру века. Цвет – светло-серый.

Губёшки такие сладкие, что во рту у меня слюна скапливается. И сиськи вроде ничего такие, побольше единички.

Расстёгиваю ширинку и тут меня будто кипятком ошпаривает. Серьёзно, бля? Я собираюсь дрочить на смазливую сикалку, которой даже в помещении нет?! На грёбаную фоточку наглой шлюшки?!

Глава 2. Тюрьма для оборотней

- Уверена, что тебе сюда, малышка? – прищуривается бородатый контролёр, закрыв мне узкий проход своей огромной тушей. – Даю шанс передумать.

Аура у него мощная. Опасностью разит так, что хочется развернуться и бежать. Взгляд жёсткий, суровый.

Жёлтый блик на миг появляется – значит, оборотень.

- Ага, уверена, - сдуваю прядь волос с лица, кутаясь в тонкую курточку, не предназначенную для таких погодных условий.

Солёный ветер хлещет со всей сторон, бросается колючей снежной крупой. Она забивается в нос, рот, больно щиплет глаза и кожу.

Домой хочу, очень! В гробу я видала и этот паром, и этого страшного дядьку. Но лучше уж свиданка с зэком-оборотнем, чем настоящая человеческая тюрьма.

А если я не выполню условие, меня реально посадят. И всё потому что я немножко влезла в сейф одного козла.

Я только взять документы свои хотела. Но я ж не знала, что его уже до меня обворовали! И этот козёл не поверил, что те деньги украла не я. Хотя, блин, и могла.

- Щуплая ты для такой «работы», - сомневается контролёр, сверяясь со списком на планшете.

Чёрная борода облеплена снегом, капюшон куртки постоянно срывает ветром. Но ему плевать, ни шапки на нём, ни шарфа. Мощная шея вся в татуировках.

Мимо меня протискиваются другие девочки, и их он пропускает без промедлений, взглядом едва окидывает. Только ко мне одной прикопался. Мудак старый!

- Маленькая, да удаленькая! – вскидываю подбородок, а зубы уже стучат от ледяного ветра.

- Не передумаешь? – бровь задирает, оценивая меня словно кусок мяса.

- Нет!

- Ну, удачи тогда, - усмехается и позволяет взойти на борт.

Паром скрипит, качаясь на огромных волнах Баренцева моря. Не верится, что мы доберёмся до острова живыми и не потонем. Кто вообще придумывает такие волны? Они же высотой с дом!*

(*автор насмотрелся видосиков про шторма Баренцева моря, очень рекомендую поискать и впечатлиться)

Брызги летят со всех сторон и тут же замерзают на всех поверхностях кривыми сосулями, покрывают палубу ледяным панцирем.

Неудивительно, что я тут же поскальзываюсь и еду по льду на жопе прямо к борту. Визжу от страха, а этот урод-контролёр за шиворот меня подхватывает и несёт в каюту, как щенка нашкодившего.

Но я, блин, даже не возмущаюсь. Висю послушно, пока он не вталкивает меня в каюту и дверь за спиной не замуровывает.

Хватаюсь за поручень, оглядываю качающееся помещение с девочками по вызову и думаю только об одном: тут мы сегодня все и умрём. Как кильки в консервной банке. Если не утонем, то точно убьёмся о стены при такой качке.

И это реально самые страшные и блевотные часы в моей недолгой жизни! Ремни не позволяют «улететь», но блин, это гораздо хуже, чем детские карусели, на которых меня тоже укачивало!

Ввееееерх. Вниииииз. Будто в глубокую яму падаешь и не знаешь, когда приземлишься. Когда тебя припечатает и снова подбросит. Бесконечная пытка.

Мне вскоре становится вообще не до мыслей о кораблекрушении. Так плохо от этой качки, что я даже не против и умереть!

Теперь понятно, почему этот козёл по прозвищу Лом сюда меня отправил. Кто в здравом рассудке согласится на такое экстремальное путешествие в тюрьму?

Не, ну понятно, что зона для оборотней должна находиться в таком неприступном месте, ещё и подальше от людей. Иначе они легко бы оттуда сбежали все.

Вываливаемся с судна все немножко перекошенные. Ну, я так прямо сразу на коленки опускаюсь и чуть ли не землю целую, родненькую мою. Точнее, камни, из-под снега кое-где выступающие. Остров для тюрьмы – сплошная скала, вряд ли тут даже летом что-то растёт.

Мутит, пипец. А можно на обратно заказать вертолётик, пожалуйста? Я хоть высоты и боюсь, но Баренцева чёртова моря боюсь теперь гораздо больше.

- Ну что, все проблевались, девочки? Вперёд, пока писи себе не отморозили! – грубо командует контролёр-бородач, поторапливая нас подниматься по склону к тюремной громадине. И на меня поглядывает так цепко-остро, что я себя ощущаю кроликом.

Издалека тюрьма выглядит как средневековый замок. Смотровые башни через равные расстояния, из них дула торчат, огромные. Пулемёты, похоже.

Ну… да. Это людей пистолетиками отстреливать можно, оборотня при побеге обычной пулей не положишь.

Стены из серого кирпича возвышаются вдоль скалистой гряды. Высота – втрое больше, чем в человеческих тюрьмах. Колючая проволока в три ряда – наверняка под напряжением.

Ржавые двери с противным скрежетом открываются перед нами. Я едва успеваю прочесть начало названия тюрьмы: «Сто…». Изнутри веет теплом и мужским духом, немножко звериным.

Сначала нас всех ведут по мрачному коридору внутри стены. Потом девчонок уводят в одну сторону, а меня в другую.

Ну да, они ведь тут на несколько дней, это я всего на тройку часов. Хотя я уже не прочь заночевать – лишь бы не возвращаться в шторм.

Волнение нарастает. Я скоро встречусь с бывшим мужем моей сестры, в которого была влюблена. Да и до сих пор.

Я несколько раз подавала запрос на свидание с ним, но этот говнюк отказывался! А стоило предложить себя в качестве шлюхи – согласился?

От этой мысли меня потряхивает. Я мастер в неприятности влипать, но в этот раз попала совсем по-крупному.

Визуал героя и героини

"Батя"

о нём пока известно только то, что он властный, суровый и опасный альфа, а ещё у него есть собственный ледокол)

Настенька)

18 лет

Мастерица влипать в неприятности и выпутываться из них. Хочешь жить - умей вертеться))

Глава 3. «Батя»

Да это же тот контролёр, который нас сюда вёз!

Тот бородач, который придрался к моей внешности и на паром пускать не хотел. Стоял, загораживая проход, издевался, старый мудак.

Но хотя, потом он меня типа спас…

Сейчас он без куртки с меховой подкладкой, но выглядит таким же огромным. Даже ещё больше.

Рубашка не скрывает его широченных плеч и могучих мышц. Чёрный шёлк облегает грудные мускулы, натягивается на бицепсах.

Рукава закатаны, две верхние пуговицы расстёгнуты, и я сглатываю. Потому что там везде – сплошь татуировки.

Я знаю, что для оборотней это означает другое. Не просто украшение, как у людей. Каждая завитушка рисунка – это одно убийство. И если он разукрашен весь, то…

Вот блин!

- Ээ… а где Лютый? – шепчу возмущённо, скрывая разрастающуюся внутри панику.

- В своей камере, где же ещё ему быть, - ухмыляется это чмо.

Глазки горят триумфом победителя. Типа он эту нашу свиданку и подстроил, пришёл вместо Лютого.

- Ну нет, - говорю, а сама незаметно ищу, чем в камере можно вырубить здоровенного оборотня, - я приехала к нему! Я – подарок. Ясно? Я для него была куплена. Больше ни о ком другом договора не было!

- Ну, не зашла ты ему, малышка, - руками разводит. – Он тебя мне уступил.

Холодею. Ноги становятся деревянными. Внутрь будто запустили злых муравьёв.

- Как это – уступил? – бормочу. И почти кричу: – Да не может этого быть!

Лютый хоть и придурок, отморозком не был. Разве он мог так подставить сестру своей жены?!

Бородач делает шаг вперёд – я тут же назад. Сердце от страха проваливается в бездну.

- Эй, эй, стой, - поднимаю руку предупреждающе, строго сдвигаю брови. – Я не шлюха, понятно? Не. Шлюха.

- Да ты что! – веселится от души, только улыбочка вовсе не как у добренького самаритянина.

Оттаявшая от налипшего снега чёрная борода придаёт ему ещё более угрожающий вид. Крупная цепь на шее и дорогие часы говорят о достатке и положении. Власть, уверенность, безнаказанность – всё это считывается.

Что за зэку позволено шлюх себе выбирать и по тюрьме свободно разгуливать? Как-то не верится, что за хорошее поведение ему доверили бы контролёром подрабатывать на пароме.

Скорее всего, у него просто есть бабки на взятки. Тюрьма для оборотней в этом смысле ничем не отличается от человеческой. Дал денег кому нужно – купил пару часов свободы.

- Ну да, не шлюха, вот прям совсем… - кусаю губу, пытаясь просчитать, спасёт ли меня правда. Или хуже сделает. – Я же случайно сюда… В смысле, по-другому к Лютому было не попасть! Пришлось схитрить маленько. А у меня, ну, сообщение от его жены. Надо передать!

- Через меня передай, - скалится и снова шагает.

Словно к жертве подкрадывается. А я о стул запинаюсь.

- Нет, нельзя! – взвизгиваю. – Это личное!

- Ладно, утром тебя отведу, - кивает, а сам опять надвигается.

Стул между нами ставлю. Будто его это остановит, ха!

- Утром? – пищу, на кровать глаза скашивая. – Хо-рошо. Я тогда здесь переночую. Одна!

- Холодно одной, - головой покачивает. – Отопление тут ни к чёрту.

Меня и правда морозит. После улицы казалось, что тут тепло. Но сейчас уже ясно, что не очень.

- Под одеялом согреюсь.

Он улыбается так, будто ему доставляет удовольствие надо мной издеваться.

- Со мной быстрее согреешься.

- Я… блин, я не хочу! – останавливаюсь и топаю ногой, как маленькая девочка. – Ну, во-первых, я же вам сказала: я не шлюха. А во-вторых…

Оглядываю собеседника, ища, за что бы зацепиться. Высоченный амбал, страшный. Качок, да, но вроде не отбитый совсем. Глаза так и сверлят меня, изучают, смеются, значит, интеллект присутствует.

И… вот оно.

- Да вы же в отцы мне годитесь! Из вас песок почти сыплется! У вас, наверное, и жезл уже работает так себе.

Так себе – это задевать мужское эго. Но мне всего восемнадцать, я пока очень неопытная.

- Проверим, малышка? – задирает бровь, принимая вызов. – Так себе или очень даже.

И бёдрами совершает недвусмысленное движение, от которого моё лицо костром пылать начинает.

- Не буду я ничего проверять. Отпустите меня! – требую отчаянно. – Я домой поеду! У меня там дела срочные. Учёба. Я на работе отгул только на пару дней взяла. Официантка я! Не шлюха! Босс меня уволит, если вовремя не вернусь. А у меня мама больная, ей на реабилитацию денег надо.

Мешаю всё в кучу, в показаниях путаюсь. Босс меня уволит, если я вернусь ни с чем. Ещё и посадит за воровство.

Знала бы я, что вот этим закончится моё стремление к независимости, уехала бы сразу с сестрой!

Но я маму не хотела одну оставлять с новым мужем – моим говнюком-отчимом. Ситуацию не воспринимала всерьёз. Всё думала, обойдётся.

Считала себя взрослой, была уверена, что сама со всем разберусь. И работать пойду – сестра же смогла совмещать учёбу и подработку. И маме помогу – и с реабилитацией, и с разводом. И с отчимом Аркадием, с этим пьяницей, я всегда легко разбиралась – он же слабак недалёкий!

Ну, это я так думала до тех пор, пока он в наш дом бандитов не привёл. И они не вынесли буквально всё в уплату его очередного карточного долга.

Вот тогда я поняла, наконец, что сестра мне не врала. Она сказала, что отчим её в буквальном смысле продал сутенёру, пока мать в больнице умирала. Так он и расплатился с предыдущими долгами: девственностью моей сестры!

Повезло сестре тогда, что она к Лютому как шлюха попала. Лютый был владельцем бойцовского клуба, и Каринка ему приглянулась. Он решил её выкупить для себя навсегда*.

А она всё нос воротила. То ей не так и эдак. Насильником его называла. Он её одел, накормил, у себя поселил, а она ныла, что похитил и под замок посадил.

Глава 4. Я тебя купил

Пересохшие губы облизываю и сразу понимаю свою ошибку, когда взгляд бородача опускается на них и темнеет. Напитывается звериной жаждой.

- Ты реально дура или прикидываешься? – рычит чуть тише, но меня всё равно от страха потряхивает.

- Сами сказали: шлюхи заключённым полагаются только по праздникам и за хорошее поведение! Праздника сейчас нет, а ведёте вы себя отвратительно!

Бровь изгибает так, что она вот-вот с лица спрыгнет.

- В чём это я веду себя отвратительно? – уточняет с ехидством.

- К девушке пристаёте, пугаете насилием. Что хорошего? Срок хотите себе увеличить? Я вам это устрою!

Лучшая защита – нападение. Ведь так?

- Ты не девушка, ты – шлюха, - напоминает зло.

Давлюсь возмущением, но глотаю всё же обиду. Надо как-то из этой петли выпутываться.

- Ну, даже если и так. Подарок-то я не для вас! Только для Лютого.

- Ты на сайте фоточку свою вешала? – прищуривается.

Нервно сдуваю с лица прядь, подбирая верный ответ. Чую ведь подвох, но от стресса не могу просчитать, в чём он.

Бородач как будто знает, что я подделала свою запись? Или догадывается?

- Ну, допустим, - отвечаю ему осторожно.

Если скажу, что не я, снова заявит, что шлюха. Что карточку мою сутенёр разместил. А так хоть есть шанс, что поверит и отпустит.

- Ну, раз вешала – то теперь шлюха, - обламывает мои надежды. – Ценник заявлен, купить тебя мог кто угодно!

- Пф, - заявляю самоуверенно, - дайте мне компьютер и я быстренько всё там сотру! Была шлюха – и нет её.

- Думаешь, самая умная, да? – ухмыляется. – И всё можно разрулить так просто? Продать – забрать?

Взвизгиваю, когда он снова ко мне шагает. Но за моей спиной уже только кровать, так что я на неё вспрыгиваю и к другому краю отступаю.

Она скрипит, с покрывала пылища поднимается. Пружины непредсказуемо под ногами прогибаются. Рухлядь!

- Я не думала, что попаду к кому-то кроме Лютого! – выпаливаю эмоционально. – Вы же неплохой дяденька, спасли меня на катере, и я…

- Это ледокол, дура, - перебивает.

- Что? – на миг даже теряюсь.

- Какой нахер катер ты там увидала? Это, блядь, ледокол. Далеко бы ты на катере в этом море не уплыла.

- Да и плевать! – рычу жалко, еле равновесие сохраняя. – Катер, паром, ледокол! Не буду я шлюхой для вас, вы меня не заставите. Мне только поговорить с Лютым надо и всё. Прекратите меня домогаться и позовите коменданта, чтобы он отвёл меня к положенному заключённому. Или обратно на паром… ой, простите, ледокол. Мне как раз пора…

Смотрю на импровизированные часы, которых нет на руке.

- Я сюда на три часа приехала, и пока ждала свидания, они уже почти вышли. Так что мне отчаливать пора, дядя. Времени вас обслуживать нет!

Бородач ухмыляется так, будто моя сбивчивая речь его забавляет. Только бровью дёргает и глазками сверкает иногда, когда я очередную чушь порю.

Переубедить не получается. По лицу вижу, что он совсем не намерен меня отпускать.

- Это не так работает, малышка, - с усмешкой покачивает головой. – Ты объявление разместила, и теперь не только Лютого обслужить придётся. Пока ты сюда добиралась, тебя ещё раз успели купить.

Как я не грохаюсь в обморок от такой новости, даже не знаю. Всё внутри замирает, леденеет и крошится. Словно я лечу вниз с самой высокой американской горки.

- Кто?.. – шепчу в панике.

Ухмыляется, как будто это очевидно. И да, ответ быстро до меня доходит.

- Я.

- Ну нет, так не пойдёт, - у меня стадия отрицания, мотаю головой. – Вы же теперь знаете, что это просто ошибка! Так что не можете так со мной поступить! Вам следует меня отпустить. Карму свою почистить и всё такое. Срок скостить. Я за вас словечко замолвлю, чтобы сократили, обещаю! Вы же не станете бедную девушку насиловать только потому, что она один раз оступилась?

Ничего на него не действует, никакие мои уговоры. Выражение лица не меняется, нет на нём ни жалости, ни понимания. Только бесячее самодовольство.

- Пока не отработаешь оплаченные часы, никуда ты уже не денешься.

- Но я не проститутка! – искренне возмущаюсь.

- В твоём резюме написано иначе.

Как будто всё, что я только что ему сказала, в одно ухо влетело, а в другое вылетело!

- И… сколько вы оплатили?! – выдыхаю в шоке.

- Сто шестьдесят восемь, сладкая.

Неделю с этим наглым альфастарпёром в одной камере?! Я на такое не подписывалась!

Если бы пару часов, я бы ещё придумала, как выкрутиться. Уболтала бы его, огрела чем-то тяжёлым.

Но на неделю моей фантазии не хватит. С таким амбалом мне самой не справиться.

Неожиданно в коридоре раздаются шаги, и от надежды каждый мой нерв звенеть начинает.

- Помогите! – ору что есть мочи. – Насилуют!

Этот мудак бородатый даже не дёргается! Как будто у него всё под контролем.

Шаги застывают напротив камеры, открывается узкое, зарешеченное окошко. Там – явно охранник.

Смотрит внимательно. Глазками зырк-зырк подозрительно, то на бородача, то на меня.

- Бать, помощь нужна? – осторожно спрашивает.

У меня аж челюсть отваливается!

Кому-кому он помощь предлагает?!

__________

Эта книга участвует в литмобе"Когда твой мужчина - ЗВЕРЬ"

11 книг про хищных альфачей!

https://litnet.com/shrt/H_3m

Глава 5. Инстинкт

Явно не мне. Бородачу что ли?!

Да блин! Это какая-то неправильная тюрьма! Что здесь вообще происходит?!

- Мне нужна помощь, мне! – на себя внимание охранника переключаю, размахивая руками. – Я не шлюха, произошла ошибка! Спасите меня! Он меня изнасиловать хочет!

Тычу пальцем в бородача, который ухмыляется как ни в чем не бывало. Такой довольный, аж тошно.

- Точно не нужна помощь, Бать? Девка какая-то неадекватная, - сочувствует охранник.

У меня от такого заявления просто дар речи пропадает. Даже дрожь в теле проходит, каменею от шока. Всё застывает: споткнувшееся сердце, бег крови, сломавшийся мозг.

Никто в этой тюрьме мне не поможет, да?

Осознание накатывает чёрными волнами настоящей паники. Я же часто влипала. Всегда выкручивалась. А теперь – как?!

- Сам справлюсь, - отмахивается «Батя» с ленцой.

Улыбается так, будто выиграл джекпот. Меня, ага.

- Ну, если что, зови, - кивает охранник с иронией. – Я буду неподалёку.

Неужели тут принято насиловать девушек? Даже если я буду кричать от боли, никто не заступится?

- Стойте! – вскрикиваю и выставляю ладонь, как только бородач ко мне опять поворачивается.

Он – шагает вплотную к кровати, я – назад, на самый край.

Эта дрянь скрипит и под ногами жалобно прогибается. Взмахиваю нелепо руками, и Батя в лице меняется. Словно искренне пугается за меня.

Но равновесие я возвращаю. Оно шаткое, дрожащее.

Оглядываюсь в поисках выхода или тяжёлого предмета. Позади только тумбочка. На ней старый, пыльный графин, ага-а.

- Ты же в курсе, куда попала, да? – заявляет Батя, когда опять к нему поворачиваюсь.

Слава богу, он не воспользовался моим отвлечением. А мог ведь и прыгнуть!

- Мм…

- Раз приехала в тюрьму для оборотней, значит, доки о неразглашении подписала?

- Д-да, - отвечаю осторожно, ожидая подвоха.

- А раз подписала, то должна знать об оборотнях главное. Ты же в курсе, что убегать от нас нельзя?

И кивает на мои ноги, балансирующие на краешке матраса.

- Да, в вас это охотничий инстинкт пробуждает.

От безвыходности нутро все скукоживается и замирает. Сердце колотится как ненормальное.

- Тогда почему ты бежишь? – низко рычит и хватается за спинку кровати, как будто собирается тоже вскочить на постель с ногами.

Я взвизгиваю, когда скрипучая конструкция от рывка вперёд двигается. А ещё оттого, как глаза бородача желтизной наливаются.

- Потому что, если я не побегу, вы меня схватите! – возмущаюсь, это же очевидно.

Скалится во все тридцать два зуба.

- Я тебя в любом случае схвачу, - ухмыляется. – Лучше будет, если сама подойдёшь. Если мне придётся тебя ловить, потеряю контроль. Этого хочешь? Хуже будет.

Я это вроде бы умом понимаю. Но не могу же я просто сдаться!

И поэтому, как только Батя вспрыгивает на свою сторону кровати, я собираюсь бежать!

Только вот ситуация развивается совсем не по плану.

Край под ногами этого громадного зэка буквально проламывается! Вся кровать оседает под его тяжестью, а подо мной – поднимается.

И я лечу лицом вперёд. Прямо в объятия этого наглого волчары.

Он меня, как косатка тюленя, ловит. На один край льдины давит, чтобы жратва сама ему в лапищи съехала.

Вот только его план не срабатывает тоже!

Потому что я успеваю сгруппироваться и отпрыгнуть в последний момент. Я вообще очень лёгкая, гибкая и изобретательная!

Перебираю ногами назад по вздыбленному, съезжающему постельному белью, с которого поднимается пыльная, затхлая вонь. Пока не оказываюсь на голой, ржавой пружине, постанывающей от жестокого обращения.

Собираюсь уже вниз спрыгнуть, но этот гад бородатый скалится и снова кровать дёргает. Прямо стряхивает меня к себе, как с дерева кошку. Игра такая, «поймай девчонку».

Я так сильно боюсь оказаться в его руках, что инстинкт самосохранения у меня отказывает.

Оступаюсь, теряя опору под ногами. Визжу, взмахивая руками, и падаю навзничь назад.

Зацепляю какой-то шнур рукой и хватаюсь за него. Но он рвётся с противным потрескивающим звуком и всполохами.

Последнее, что я вижу, это ухмылку, стирающуюся с бородатого лица. Сменяющуюся таким испугом, как будто я падаю не на пол бетонный, а на острые колья.

- Осторожнее! – рявкает непроизвольно.

Что, съел? Меня живой не возьмёшь!

Визжу, ожидая падения на бетон, но ударяюсь во что-то не настолько твёрдое. И в очень горячее.

Буквально пышущее жаром, со всех сторон обволакивающее. Сердцебиение громче моего, мощно отбивает прямо в мои лопатки. Дыхание шевелит волосы.

А у меня, между прочим, кожа на затылке очень чувствительная!

Мурашки катятся стройными рядами в слабеющие ноги. Воздух из лёгких выходит от хватки.

Глаза округляются, когда понимаю, что сзади ко мне пристроился бородатый альфач. Плотненько так. Я ещё не оправилась от одного шока, а уже другой добивает.

Одна рука Бати лежит на моём животе. Крепко держит, надёжно. И я бы даже поверила, что этот гад спасти меня хотел, когда на лету поймал.

Но вот вторая его рука мне грудь сминает. Такая огромная лапища, что сразу обе мои двоечки помещаются в ней!

И ещё он дышит. Учащённо так, носом ведя вдоль шеи и вызывая во мне неконтролируемую реакцию.

Внутри буквально всё замирает и сжимается. Потом горячей дрожью сверху вниз прокатывается, между ног оседает тяжестью. И так на каждый жадный вдох: сильнее действует. Вдох – спазм – в голове хаос и смятение.

Вот блин. Не может быть, чтобы я от альфастарпёра поплыла! Да он же… уголовник конченный. Старый и страшный! Я его минут пять всего знаю!

Первая книга нашего литмоба

Приглашаю вас ознакомиться с ещё одним горячим альфой нашего литмоба!

"Бедовая истинная для Альфы"

https://litnet.com/shrt/agdA

Я уже иду по твоему следу, девочка! Можешь кричать, сопротивляться, убегать, но ты все равно будешь моей! Я безумно тебя хочу…

автор Людмила Королева

Глава 6. Это не я!

- Это не я! – быстренько нахожу оправдание. – Кровать под ним надломилась, он за провод схватился, а тот как оторвётся и заискрит!

Почти даже не соврала.

Охранник открывает дверь, заходит и направляется к Бате.

А я смотрю на пустой проём как баран на новые ворота. Это что, дверь не была даже заперта? И я могла сбежать в любой момент?

- Сам, значит? – цокает языком охранник, скептически разлядывая тело и глубокий ожог на ладони, потом провод под напряжением, потом сломанную кровать.

- Ну даа…

- Тебе повезло, девочка, - головой покачивает. – Если бы так ёбнуло тебя, был бы труп.

- А он – не труп? – не знаю, чего во мне больше, страха или облегчения.

Становиться убийцей мне всё-таки не хотелось.

- Не-е, - отмахивается охранник. – Живой.

Вот блин. Надо бежать, пока он не очнулся!

- Он твой отец? – разглядываю я охранника, который выглядит немногим младше Бати.

Но оборотни же почти не стареют…

- Ты дура? – закатывает мужик глаза. – Батя – это погоняло.

Ну, ясно. Кличка местного авторитета.

- Послушайте, можно я пойду? Я на это вот, - пальцем тычу в неподвижную тушу, - вообще не подписывалась. Я к другому заключённому приехала – передать ему весточку от друга. И всё. Я, правда, не шлюха! Мне нужно отсюда убраться, прям срочно, прям сейчас. Пока он лежит. Боюсь, когда он встанет, то уже не отпустит.

Охранник смотрит на меня недоверчиво. Но толика сочувствия в его глазах всё же есть.

- Не выйдет, блонди, - опять качает головой, а потом на Батю указывает кивком. – Корабль здесь водит только он, никто из нас посудину в такой шторм удержать не сможет. Пока волна не спадёт, мы тут заперты.

Так он капитан?!

Таращусь на этого незаменимого гада и аж злость берёт. Теперь понятно, почему он тут на хорошем счету.

- Тогда давай дотащим его до рубки, пока он в отключке, и к рулю привяжем! Скотч есть? – на ходу придумываю. – Дальше я сама справлюсь. Тебя не сдам. Скажу ему, что всё сама сделала. Ну, чтоб у тебя потом проблем не было.

Охранник смотрит так, будто я предложила ему взорвать тюрьму.

А что, тоже неплохая идея.

- А потом что? – усмехается, чуть расслабившись.

Большие пальцы суёт в карманы, на пятках покачивается и с интересом меня разглядывает. Развлекает его моя фантазия.

- Я его угрозами заставлю меня на материк отвезти!

- Батю? Угрозами?!

Теперь он ржёт. Не стесняясь, потешается над бедной, несчастной девушкой, попавшей в трудное положение.

Так и подмывает признаться, что это я, сама Батю вырубила! Но это чревато привлечением к ответственности…

- На твоём месте я бы его не злил, девочка, а делал, что говорит, - добавляет уже серьёзно. – Это пока ты его забавляешь, он терпила. Но если взбесишь, накажет сурово и не посмотрит, что ты девчонка, Анастейша.

Последнее произносит издевательски, с нажимом, давая понять, что моя слезливая история не убедит его в случайности моего появления. Он видел мою фотку на сайте. Значит, для него я шлюха.

- Доки ты подписала, о последствиях знаешь, в том числе и о тех, что вернуться к своему сутенёру можешь по частям.

Холодею до кончиков волос. Я же просто немножко хакнула каталог «бабочек», анкету свою туда подсунула, как «подарочек» оформила. Никаких «шлюшьих» доков не подписывала, конечно. О такой жути не знала.

- Вам за риск отлично платят, так что не выёбывайся и работай, - отчитывает меня охранник. – А не то отведу в общак, будешь пятерым в жопу давать, пятерым отсасывать, и всё это одновременно. Тебе крепко повезло, что Батя выбрал тебя для личного пользования. Давненько он этого уже не делал.

Ну, супер просто. У него с глазомером явно что-то не то! Этот Батя такой боров, что мне и одного его не выдержать. Он этих десятерых стоит.

Да ещё и «голодный», давненько без девочки. Он меня разорвёт!

- А сколько он за меня заплатил? – мысленно прикидываю, как буду возвращать сумму.

Но тут Батя глубоко вздыхает и начинает шевелиться.

Мы оба отшатываемся. Причём охранник реагирует даже быстрее, ещё и меня рукой себе за спину толкает, ладонь на кобуре.

Сначала раздаётся низкое рычание, от которого будто пол подрагивать начинает. Потом раненая ладонь сжимается в кулак.

Рука вытягивается и шерстью вся покрывается. Чёрной с серебристыми волосками.

Охранник меня уже к стене прижимает, собой закрывая. А я от страха почти обделываюсь.

При мне полукровки превращались, и зрелище это пренеприятное. Они несдержанные, кровожадные монстры. Люди для них – что еда. По технике безопасности при обороте официантки-человечки под столы прячутся или бегут из зала.

Про альфачей в клубе такое рассказывали, что я совсем не хочу оставаться в этой камере и дальше смотреть!

Но, кроме руки, тело Бати никак не меняется. Всего несколько секунд, и рука уже человеческая.

Легко и пружинисто бородач подскакивает на ноги и разминает ладонь, на которой быстро заживает ожог. Отряхивает перепачканные сбоку штаны и локоть.

С трудом сглатываю, когда Батя поднимает тяжёлый взгляд и упирает его прямо в меня.

Охранник – этот предатель – тут же шаг в сторону делает. Как будто не хочет стоять преградой между нами.

Я дура что ли? Быстро семеню и снова прячусь за ним.

Он снова шагает от меня подальше.

Я снова к нему, вцепляюсь в форму на спине крепко-крепко, как котёнок. Ух, мышцы-то какие под шмоткой мощные, жамкаю их удивлённо.

За этим нашим цирком Батя наблюдает с таким звериным выражением, что мне всё страшнее становится. Как хищник за добычей, которая испытывает его небезграничное терпение.

Глава 7. Отведи её в мою камеру

Его недоброе молчание лишает меня остатков кислорода.

- Простите, дяденька, я больше не буду, - пищу полузадушенно.

Одна сторона его рта дёргается, но это не улыбка, а злая, презрительная гримаса.

- Это была непроизвольная защитная реакция, вы меня напугали! Я действовала необдуманно, о чём теперь горько сожалею! Мне искренне жаль, что я вас током ударила. И кстати! Вообще-то, мне тоже досталос…

Замолкаю на полуслове.

Батя оскаливается. И хотя в камере тихо, полное ощущение, что он на меня рычит. Раздражённо. На границе терпения.

- Да блин, может вы и привыкли к сговорчивым девицам в этой своей тюряге, но я не такая, ясно? – сбрасываю маскарад «невинной няшки» и выпрямляюсь.

Подбородок вверх, кулаки сжать.

- Я буду сопротивляться! Проводов тут ещё много, Батенька. Лучше отпустите по-хорошему, потому что по-плохому вам не понравится!

- Ты мне, блядь, угрожаешь? – ошалев, брови задирает. И…

Почему он опять довольно скалится? Я как будто снова его сломала! Что я весёлого сказала?

Анализирую свои слова, но нас опять прерывают. На этот раз вопит сирена, от которой закладывает уши.

- Да бляха! – размашисто шагает Батя ко мне, и я отскакиваю с дороги, чуть не падая навзничь от испуга.

Но бородач проходит мимо меня, обдавая терпким брутальным ароматом. И… просто распахивает дверь и выходит наружу. Как будто он у себя дома!

- Что на этот раз, Вован?! – рявкает стоящему неподалёку охраннику, который общается по рации.

- Всё нормас, Бать. Тёлку опять не поделили. Прямо в столовке драка.

- Кто? – я вздрагиваю от угрожающего баса бородача, выходя за ним в коридор.

Осторожно оглядываюсь.

Налево в конце видна массивная железная дверь. Ведущая наверняка в ещё более мрачные тюремные катакомбы.

Направо – галерея клеток, через которую мы сюда пришли. Потенциальный выход.

Но бежать туда не имеет смысла, если кораблик не сможет отчалить без капитана. Сама я вряд ли его в движение приведу. Хотя я бы попробовала ради эксперимента.

- Дергач и Лысый.

- Бля-я! – с досадой проводит Батя пятернёй по взъерошенным волосам. – Как же они заебали!

- Да справимся сами… - тянет неуверенно охранник и опять что-то бормочет в кричащую рацию.

- Я вижу, - рычит бородач раздражённо, - как вы справляетесь сами. Скажи, приду сейчас и улажу.

Оглядывается и находит меня глазами. Я вся сжимаюсь.

И прежде, чем он выдаст что-то гениальное, вроде предложения запереть меня ещё в какой-нибудь камере, я с места срываюсь.

Пробегаю мимо Бати и бросаюсь к Вовану с новыми отчаянными мольбами. Хватаюсь за лацканы формы или как там это у него называется. Встаю на носочки, в глаза ему несчастно заглядываю.

- Пожалуйста, помогите мне! – и слезу пускаю, ой, даже две. Рыдаю натурально. – Не оставляйте меня с этим страшным заключённым! Ну, вы же хороший человек, законник. Не бросите же вы девушку в беде! Да я лучше с вами ночь проведу, чем с этим уголовником! Ну посмотрите же на меня и на него, он меня убьёт!

Пока я всё это вываливаю, у Вована брови высоко на лоб вылезают, чуть ли не до корней волос подпрыгивают.

С этим выражением он к Бате и поворачивается. Будто спрашивает глазами, не чокнутая ли я.

Я тоже оглядываюсь на бородача. Он почти ржёт. Довольный такой, скалится, словно я клоунское шоу тут устраиваю. Медленно задирает одну бровь.

Они смотрят друг на друга так, будто без слов разговаривают, выражениями лица. И главное, понимают!

И только я как дура не врубаюсь. Чую какой-то подвох, от меня явно что-то скрывают. Но я слишком напугана, мозги потекли.

- Отведи её в… мою камеру, - немного подумав, решает Батя.

Охранник ещё выше вздёргивает брови.

- В твою… камеру?

- Я так и сказал, - невозмутимо подтверждает бородач.

Вован будто подвисает на пару секунд, озадаченный. А потом этот трусливый гад соглашается!

- О, ну да, да, конечно, Бать, я понял. В твою камеру. Будет сделано в лучшем виде.

Будет, блин, сделано?! Он перед этим рецидивистом расшаркивается, как перед королём.

- Проверь там всё сначала, лишнее убери, двери закрой, - приказывает уголовник, и Вован, блин, кивает понимающе.

Я понемногу отступаю назад. Мрачные катакомбы кажутся уже привлекательнее, чем камера бандита.

- Ты предпочитаешь своими ногами топать или на плече висеть кверху жопой? – рявкает Батя, даже головы не поворачивая, и я примерзаю к полу.

Нервно сглатываю.

- Сама пойду, - пищу, вспотев сверху донизу.

- Смотри у меня, малышка, - ворчит бородач и кивает Вовану выдвигаться.

Я морщусь, вынужденно семеня за ними обоими, потому что деться тут всё равно некуда.

- Какого хуя в этом крыле проводка такая трухлявая? – отчитывает Батя охранника.

- Так ты же… - наклоняется к бородачу и говорить начинает тише, и я невольно тянусь поближе, чтобы каждое слово расслышать, - …сам сказал в отстойник её отвести.

Что?!

Через плечо Батя косится на меня, и я испуганно отшатываюсь. А сама от возмущения закипаю.

Ах, вот значит как? В отстойнике хотел меня поиметь? Я это запомню.

- А ты-то сам, зачем вырвал чёртову проводку, Бать? Знаешь же, что ремонта в этой части здания с советских времён не было.

Батя снова смотрит на меня через плечо. Долго присматривается, будто не верит, что я не разболтала охраннику правду.

- Случайно зацепил, - цедит.

Да неужели!

Ой, какие мы застенчивые. Не хотим, чтобы кто-то узнал, как его девчонка вырубила? А что так? Стыдно?