Несносная проблема дознавателя Магического сыска

Глава 1

Вивиан Винтерборн

— Вивиан, воды! Ему дурно! — причитала мама, суетясь над бесчувственным телом, от которого невыносимо несло выпивкой и духами.

Ах, воды? Будет братцу вода.

Я принесла с кухни ведро, оставшееся после мытья полов, подошла к Альфреду и опрокинула на него мутную, холодную жижу. Вода хлынула на его дорогой, теперь безнадёжно испорченный сюртук.

Братец, мгновенно протрезвев, уставился на меня красными, злыми глазами и разразился потоком брани.

— Гадюка!

— Вивиан! Что ты себе позволяешь?! — возмутилась мама.

— Ты просила воды, — спокойно ответила я, с грохотом опустила пустое ведро на пол, подхватила недочитанный детектив и побежала наверх.

Захлопнув дверь своей комнаты, я швырнула книгу в стену и рухнула лицом вниз на постель.

Всего час назад я была почти счастлива, слушая, как поверенный господин Харт зачитывает завещание двоюродного брата отца: сорок тысяч золотых, особняк в Стоункасле, коллекция артефактов.

Целое состояние! Мы бы смогли выплатить долги, сделать ремонт, возможно, мне бы даже позволили поступить в академию или в училище.

Для этого всего-то и нужно было, что поставить на документах печать главы рода Винтерборнов.

Но глава рода сейчас лежал внизу, пьяный в хлам.

Увидев, в каком состоянии Альфред вернулся из Кортвердриджа, поверенный усомнился в его дееспособности и пообещал зайти в следующий раз, когда лорд Винтерборн «будет в добром здравии». Он и не пытался скрыть брезгливости.

Какое унижение!

Но и это не самое ужасное.

После смерти отца Альфред быстро промотал наше небольшое состояние, превратив дом в проходной двор для кредиторов. Однако сегодня брат превзошёл сам себя, проиграв фамильный перстень. Артефакт с родовой магией и печатью.

Без него о наследстве придётся забыть. А главное — перстень это всё, что осталось от отца.

Ну почему папа передал печать брату, а не мне?

Потому что папа, бывший заместитель главы Магического сыска, придерживался патриархальных взглядов. Альфред — гордость, сын и наследник. Он достойно продолжит наш род. А я — всего лишь дочь. Выдать замуж и забыть.

И к чему это привело? Теперь наше имя не просто опозорено — оно больше не существует, а родовая магия перешла неизвестно к кому.

В дверь постучали.

— Доченька, можно войти?

Меня передёрнуло от этого вкрадчивого, ласкового голоса. Просто так ко мне подобным тоном не обращались уже очень давно.

— Да, мама.

Дверь бесшумно отворилась. Мама вошла и осторожно присела на край кровати, погладила меня по голове. Когда-то руки её украшали дорогие перстни и браслеты. Мама очень любила украшения, и папа постоянно дарил ей их.

— Вивиан, милая. Нам выпала огромная удача. Сорок тысяч золотом! Подумать только! Мы вернёмся в столицу, я закажу платья от Лорель, Альфред сможет удачно жениться...

— Не выйдет, мам, — прервала я поток мечтаний. — Ты забыла, что Альфред проиграл печать?

— Нет, доченька, конечно я помню.

— Чего ты хочешь, мама? — не повелась я.

Мама выпрямилась. Перестала казаться хрупкой и беззащитной и отбросила приторный тон.

— Ты должна вернуть перстень, — потребовала она.

— То есть проиграл его Альфред, а вернуть должна я? — Я задохнулась от негодования. — Мам, а ты ничего не путаешь?

— Ты единственная, кто может это сделать, — сбавила гонор мама. — Пусть твой дар хоть раз послужит во благо нашей семьи. Сейчас тебе представляется единственная возможность заслужить прощение.

Прощение, прощение... Последние пять лет я только и делаю, что заслуживаю его.

— Укради печать, — предложила маменька таким тоном, будто не на преступление меня толкала, а велела сходить в лавку за свежей выпечкой.

Я медленно села, внимательно посмотрела на мать. Она это сейчас серьёзно?

— Будь хорошей девочкой. — Мама ласково потрепала меня по щеке.

— Нет, — отшатнулась я от матери. — Ты думала, что будет, когда факт кражи откроется? К нам незамедлительно нагрянут дознаватели. Перстень больше нам не принадлежит, мы не имеем на него права.

Мама нетерпеливо махнула рукой.

— Конечно, думала. Ты принесёшь перстень, Альфред поставит печать, а после ты вернёшь его обратно новому хозяину.

— Нет, — покачала я головой. — Я не хочу в тюрьму.

— Вивиан, крошка! — взмолилась мама, хватая меня за руки.

— И как я, по‑твоему, это сделаю?

— Ты же женщина, — закатила глаза мать. — Юная и весьма хорошенькая. Тебе проще проникнуть в его дом.

Я надолго лишилась дара речи. Уже привыкла, что с некоторых пор меня в собственной семье не терпят, но так просто обменять честь и свободу дочери на платья от Лорель! Нет, это выше моего понимания.

— В чей дом я должна залезть? — бесцветным голосом наконец спросила я.

— Лоуренса Бейкера.

Я ахнула.

— Да, ты не ослышалась, — подтвердила мама. — Перстень у Бейкера. Мерзавец уже втоптал в грязь Джоша, но ему всё мало. Теперь он решил поглумиться над Альфредом.

— Ты понимаешь, насколько это опасно? — спросила я тихо. — Да он же сгноит меня за решёткой, если поймает. А он поймает. Кто я против него?

Лоуренс Бейкер — один из лучших охотников Магического сыска, чьё имя в нашем доме произносится не иначе как вперемешку с проклятиями. Именно по его инициативе папу сняли с должности.

— Эгоистка! — отчеканила мама и резко поднялась с кровати. — Не забывай: это из-за тебя мы лишились всего, из-за тебя я влачу нищенское существование.

— А я думала, из-за вечных проигрышей Альфреда.

— Замолчи! — прикрикнула мама. — Брат, как и мы все, стал твоей жертвой. Ты уже убила отца.

Я зажмурилась. Перед глазами вспыхнули алые круги.

— Не нужно, мам. Пожалуйста.

— Хочешь свести в могилу и меня? Делай что хочешь, но проникни в дом к Бейкеру и достань перстень.

— Тебе меня совсем не жаль, мам? — Глаза жгло, в горле встал липкий ком.

Мама расплакалась первой. Слёзы обильно текли по её напудренным щекам, но сейчас я не чувствовала обычного к ней сострадания.

Глава 2

Лоуренс Бейкер

Девушка лежала на мостовой. Невысокая, хрупкая, в ярко‑зелёном платье, задравшемся почти до колен.

Бледная, сломанная кукла. Но живая.

Возись теперь с ней.

— И откуда она взялась? — сокрушался кучер, комкая в руках форменную фуражку. — Выскочила на дорогу и прямо под копыта лошадей. Сама бросилась, господин дознаватель! Не вру, видят боги, не вру!

Велев беспрестанно причитающему возничему умолкнуть, присел около девушки. Отвёл от лица пряди медно‑рыжих волос, нащупал бешено пульсирующую жилку на шее, провёл ладонью над телом и, не почувствовав повреждений, похлопал девушку по щекам.

— Мисс?

Веки девушки задрожали. Она замычала что‑то в ответ и открыла глаза. Красивые, надо сказать, глаза, необычного бирюзового цвета.

— Бесовка оголтелая! — сплюнул успокоившийся кучер и заголосил, призывая в свидетели присутствующих людей и богов: — Двадцать лет на козлах провёл, ни в жизнь никому порчи от меня не было. И сейчас не сбивал я её. Уж как вывернуть смудрился, а только не задел дуру даже.

Девчонка хлюпнула носом. Сжалась, зажмурилась. Вцепилась кулачками в лацканы моего сюртука.

Бросил красноречивый взгляд на возничего, и тот умолк.

— Что‑то болит? Сможете встать?

Девушка неуверенно кивнула.

— Хорошо.

Поднял девушку с мостовой, поставил на ноги, машинально оправил платье. Поискал глазами шляпку, но так и не нашёл. Зато увидел стоящий на краю тротуара внушительных размеров потёртый чемодан с ещё не сорванными печатями транспортной компании.

Похоже, девушка только приехала в Кортвердридж. Судя по невзрачной, года три как вышедшей из моды одежде — из глубокой провинции.

Что стоило ей попытаться убиться минутой позже? Под колёсами другого экипажа. В другом месте. Не за двадцать метров до моего дома.

Повезло, не насмерть.

— Понаедут всякие. Тут тебе, дура, не деревня. Тут столица. Понимать надо, — озвучил всеобщее настроение извозчик. После чего забористо выругался и с кряхтением занялся починкой слетевшей оси.

Под градом несущейся со всех сторон ругани девушка втянула голову в плечи и прильнула ко мне. По начавшему обретать цвет лицу вновь разлилась нездоровая бледность. Лишь веснушки, рассыпанные на курносом носу, напротив, сделались ярче.

Вот эти самые её веснушки и стали последней каплей. Злиться на девчонку расхотелось.

— Вы можете немного помолчать? — обратился к возмущённой толпе.

— Я что‑то натворила? — заговорила девушка обморочным голосом, когда вокруг нас установилась тишина. Глаза она при этом так и не открыла. Продолжала жмуриться.

— Да как вам сказать… — Я оглядел мостовую. Прикинул, во сколько обойдётся ремонт двух сцепившихся друг с другом повозок и стоимость вина, вытекающего из разбитых бочек, скатившихся с завалившейся набок телеги.

Не дослушав, девица решила уйти от ответственности. Проще говоря, потеряла сознание. Обвисла у меня на руках, откинув голову назад, предоставив мне возможность любоваться тонкой шейкой и чёрной родинкой на груди.

Мысленно вздохнул, похоронив мечты об отдыхе в Сумеречной трясине, в которой провёл последнюю неделю в компании с то и дело восстающими из болот умертвиями. Перехватил девушку поудобнее, предчувствуя, что проблем с ней будет не меньше, чем с выжившим из ума некромантом, по чьей милости и пробудилась нежить.

Оглядел напоследок улицу.

— С претензиями ко мне, — сказал, обращаясь ко всем пострадавшим разом.

Подозвал к себе извозчика, велел подобрать чемодан и следовать за мной.

Девушка в моих руках всхлипнула, издала тихий протяжный стон, после чего вновь безжизненно обвисла. Мой взгляд сам собой скользнул к родинке на груди, поднялся выше — к пухлым, чуть приоткрытым губам — и вернулся к родинке. Нос уловил лёгкий запах цветов.

У дверей дома выгреб содержимое карманов, сунул кучеру горсть серебрушек, забрал чемодан, оказавшийся по весу едва ли не тяжелее своей хозяйки, но не успел переступить порог дома, как путь мне преградила Гретта. Она оценивающе оглядела девушку на моих руках. После чего водрузила на нос очки и вновь самым тщательным образом осмотрела незнакомку.

— Это что? Женщина?

— Совершенно верно, — усмехнулся я. — Позволите войти?

Экономка посторонилась, но при виде чемодана, прилагающегося в комплект к девице, глаза её стали медленно округляться:

— Она будет у нас жить?

— Посмотрим.

Пройдя в гостиную, положил девушку на тахту.

— Женщина — это хорошо, — хмыкнула Гретта. — Я уж испугалась, ты зомби какое с болота притащил. Почему девица в таком виде?!

— Под колёса попала.

С удовольствием потянулся, разминая затёкшие в дороге плечи, и рухнул в кресло напротив тахты, на которой мирно возлежала моя рыжая проблема.

— Бедняжка! — всплеснула руками Гретта. — Я принесу нюхательной соли. И сделаю ромашковый чай, он успокаивает. А ты не вздумай оставить девушку одну.

Гретта удалилась, а я остался с девушкой наедине.

Миленькая девочка лет восемнадцати. Красивая. И фигура, несмотря на хрупкость, радует глаз приятными округлостями.

Подошёл ближе, склонился над девушкой, рассматривая лицо. Подумал и всё же подсунул ей под голову подушку. Пожалуй, так ей будет удобнее. Затем, решив оставаться джентльменом до конца, освободил её ножки от обуви. Полюбовался изящными щиколотками.

Может, и не зря я притащил её к себе?

Девушка согласно вздохнула, веки её дрогнули, приподнялись, и я вновь увидел море.

Визуал

Дорогие читатели, приветствую вас в своей новинке. Нас ждут интриги, опасные тайны и, конечно, любовь. Буду рада, если вы решите пройти этот путь вместе со мной и моими героями.

Позвольте представить их вам.

Вивиан Винтерборн, 18 лет

Девушка неунывающая, решительная и импульсивная. Владеет редким и весьма нужным в предстоящем деле даром, который ещё сослужит ей службу (полезную или не очень - выясним по ходу сюжета).

Лоуренс Бейкер, 29 лет.

Охотник Магического сыска, дознаватель.

Временами излишне принципиален. Виновник всех бед героини и её семьи.

(Как считаете, похож Лоуренс на монстра?)

Новые главы выходят по понедельникам, средам и пятницам.

Добавляйте книгу в библиотеку, если начало пришлось по вкусу. Также мы с героями будем благодарны за звёздочку и подписку.

Подписаться на Евгению Грин можно здесь

https://litnet.com/shrt/KkjN

Глава 3

Вивиан

Ночь. Но не мрачная и пугающая, а бархатная, южная, горела в глазах склонившегося надо мной мужчины. Черноволосого, с чувственной линией рта, прямым носом и волевым подбородком с милой ямочкой.

Он оказался не таким, каким я его себе представляла. Совсем не похожим на чудовище. По крайней мере, внешне.

Охотник с квалификацией «Хранитель», ни разу не упустивший свою цель, в прошлом, и всего лишь рядовой дознаватель Кортвердриджа в настоящем. За что его так понизили?

А впрочем, не всё ли равно? Есть всё‑таки справедливость на свете!

Про Бейкера ходили разные слухи. В том числе говорили, что он большой любитель красивых женщин. На что и был мой расчёт, оказавшийся верным.

— Зачем вы бросились под экипаж? — Лоуренс разглядывал меня с высоты своего немаленького роста. Я почти ощущала его пристальный, оценивающий взгляд на своём теле, лице, приоткрытых губах. Большого труда стоило остаться спокойной, но губы я всё же поспешно сжала.

Бейкер, хвала богам, отвернулся. Заложил руки за спину и принялся вышагивать по комнате, обставленной весьма элегантно. Единственное, что выбивалось из образа фарфоровые яркие безделушки, кошмарные статуэтки и вазочки, совершенно не подходящие к образу своего хозяина.

Украдкой следила за мужчиной. Безупречная выправка, подбородок чуть вздёрнут. Серая форма дознавателя сидит идеально. А вот волосы у Лоуренса, вопреки столичной моде на длинные хвосты, коротко острижены.

— Где я? — ответила вопросом на вопрос.

— В моём доме, — последовал короткий ответ. После чего господин Бейкер вновь подошёл ко мне с явным намерением вытрясти из меня жизнь.

От преждевременного расставания души с телом меня спасла высокая, чуть полноватая женщина лет шестидесяти с подносом в руках.

— Уже пришла в себя, девочка? Вот и славно, — заговорила она, ставя поднос на журнальный столик и пододвигая последний к тахте. — Могу я чем‑то помочь?

— Нет, благодарю, миссис... — Я замялась и вопросительно посмотрела на женщину.

— Гретта Хармон, — спохватилась та. — Служу экономкой в доме господина Бейкера. Но ты можешь звать меня просто Греттой.

— Вивиан Кент, — представилась в ответ.

Попробовала сесть, опёрлась на дрожащие, слабые руки и мгновенно была подхвачена доброй женщиной.

— Как же ты так неосторожно, Вивиан?

— Столица графства оказалась такой большой, — улыбнулась я. — В моём родном Тарте встретятся две телеги и уже событие, а здесь столько всего! Растерялась я совсем. Ещё и заблудилась.

— И поэтому вы решили закончить свои дни под копытами лошадей? — хмыкнул Лоуренс.

— Конечно нет! — возмутилась я. — У меня закружилась голова.

— Ровно перед моим экипажем?

— Да.

— Напомните, мисс, куда вы направлялись?

— Я искала гостиницу.

— В этой части города их нет.

— Я впервые в Кортвердридже и не знала об этом.

— Как вы оказались здесь?

— Полагаю, так же, как и большинство. Сначала купила билет из Тарта до Кортвердриджа, потом всю ночь и почти весь день тряслась в дилижансе, затем вышла на Северном вокзале вместе с другими пассажирами, после чего отправилась искать гостиницу.

— На Хай‑Лоундж, конечно, забрели совершенно случайно?

— Да! — повысила я голос. Допрос начинал действовать на нервы. — Говорю же, я заблудилась.

— И долго вы так блуждали?

Я открыла было рот, чтобы ответить, но так и не издала ни звука. Слова Лоуренса загнали меня в тупик.

— Вы правильно подметили, мисс. Кортвердридж большой город. Дорога от Северного вокзала до Хай‑Лоундж, где вы сейчас находитесь, занимает чуть менее двух с половиной часов средним шагом.

— Ну…

— Самым коротким путём, прошу заметить. Дилижанс из Тарта прибывает в четыре часа пополудни. Сейчас только пять.

— Меня подобрал и подвёз какой‑то извозчик, — пискнула я.

Лоуренс вопросительно поднял бровь.

— Он был очень молодым извозчиком, — уточнила я. — Плохо знающим город.

Лоуренс улыбнулся уголками губ, и в чёрных глазах вспыхнули искорки. Улыбка ему необыкновенно шла. Делала похожим на мальчишку, придавала хулиганистый, задорный вид.

— Эм… Кажется, он тоже был приезжим. Да, точно. Он прибыл в Кортвердридж с юга страны. Совсем недавно. Сам ещё толком не успел узнать город и по доброте душевной завёз меня в эту глушь.

От продолжения допроса меня спасла экономка — благословите её боги!

— Ты невыносим, Ренс! Вивиан пережила такой стресс, а ты пристаёшь к ней со своими глупостями, словно подозреваешь во всех преступлениях разом. Совсем одичал на своих болотах. Да после такого не то что девушки, нежить от тебя по доброй воле обратно на тот свет сбегать начнёт.

Лоуренс усмехнулся.

— Было бы неплохо.

Экономка фыркнула и вновь обратилась ко мне:

— Это ромашковый чай, детка. Я добавила в него мяту и капельку лавандового ликёра. Попробуй. Я всегда готовлю его для себя, когда Лоуренс в очередной раз доводит меня до сердечного приступа.

— Гретта, — предостерегающе одёрнул экономку Лоуренс.

Мы с Греттой синхронно метнули в его сторону короткие неодобрительные взгляды и поджали губы.

Я прижала ладони к щекам.

— Неужели господин Бейкер так строг с вами?

— Что вы, милочка, — махнула рукой экономка. — Лоуренс добрейший души человек.

— Гретта! — повысил голос «добрейший человек», и в комнате словно потемнело, воздух сделался тяжёлым от насытившей его магии.

— Я его и дома‑то не вижу почти, — Гретта на демонстрацию хозяйского недовольства внимания не обратила. — Всё работает, работает.

Аккуратным движением поднесла чашку к губам, отпила маленький глоточек ароматного напитка и подхалимски поддакнула экономке:

— Жениться ему надо.

Лоуренс перестал измерять шагами гостиную, остановился и испепелил нас с Греттой взглядом.

Ой!

Глава 4

— Ваш чай остыл, мисс Кент, — подчёркнуто вежливо сказал Лоуренс, что с лёгкостью переводилось как: «Быстро выпила чай и исчезла с глаз моих долой, пока я не сдал тебя полиции, не забыв приписать в вину занятие чёрной магией, парочку ритуальных убийств и участие в культе Кровавой луны».

Впечатлившись, одним глотком осушила чашку, вернула её на столик, после чего сложила руки на коленях. Сцепила пальцы в замок. И успокоилась. Миссис Хармон права, ромашка и ликёр отлично приводят в порядок нервы.

Не старайтесь, господин Бейкер. Запугать меня сильнее моей мамы у вас всё равно не выйдет. В сравнении с угрозой брака со стариком вы просто душка.

— Прекрасно, думаю, мисс Кент пора уходить. — Это прозвучало даже не намёком. Прямым указанием убираться вон.

Невольно втянула голову в плечи. Кажется, я поторопилась с оценкой Бейкера.

— Лоуренс! Ты неисправим! — вступилась за меня Гретта. — Уже вечер, девочка только приехала в чужой город, едва не погибла, а ты выгоняешь её на улицу! Куда она пойдёт в таком состоянии? В этом доме полно свободных комнат. Пусть Вивиан переночует у нас. Кто знает, вдруг ей потребуется помощь.

— Нет‑нет, — улыбнулась я через силу, понимая, что в лице экономки приобрела бесценного союзника. Неизвестно, почему женщина проявляет ко мне такую симпатию, но сейчас это мне на руку. — Я, право, не хочу утруждать ни вас, ни тем более вашего хозяина. Благодарю за гостеприимство. Где‑то здесь должна была быть моя шляпка. И чемодан.

— Ваша шляпа затерялась на мостовой, — сказал Лоуренс. — Я вызову экипаж и прикажу отвезти вас в гостиницу.

— Не стоит беспокоиться. Я пойду, спасибо за всё ещё раз.

Я поднялась на ноги, но тут же с коротким вскриком осела обратно на тахту. Кривясь от боли, схватилась за левую щиколотку.

— Что с вами, милочка? — подлетела ко мне миссис Хармон. — Что‑то болит? Вам нужен врач.

— Пустяки, — стонала я. — Всего лишь нога. Кажется, я подвернула её. Пройдёт.

Я храбро сделала новую попытку встать. Кое‑как проковыляла к выходу.

Лоуренс наблюдал за мной со стороны, словно успел вынести вердикт: виновна.

Охотник! Пусть и бывший. Чтоб его демоны разодрали!

Чуть ускорилась, проходя мимо Бейкера, оступилась и упала бы, не подхвати мужчина меня так вовремя.

— Осторожнее. — Лоуренс крепко обхватил меня за талию, продолжая сверлить взглядом, будто решал, на эшафот меня отправить или пока помиловать. А потом рывком подхватил на руки и понёс вверх по лестнице.

Пришлось неловко обнять мужчину, опустить взгляд и уткнуться носом в его плечо.

— Что‑то не так? — осведомился Лоуренс.

— Всё отлично, — заверила я охотника.

Неожиданно сохранять спокойствие рядом с этим мужчиной оказалось сложнее, чем притворяться полутрупом. Лучше бы вновь обморок изобразила. По крайней мере, мысли свои я смогла бы занять тем, как достовернее разыграть роль, и голове некогда было бы плыть от древесного запаха мужского одеколона.

Как‑то неправильно я реагирую на своего врага.

До гостевой комнаты мы, казалось, добирались вечность.

— Благодарю вас, — заворочалась, давая понять — дальше я справлюсь сама, но Лоуренс проигнорировал мои возражения. Донёс до кровати и осторожно опустил на подушки.

— Отдыхайте, Вивиан. У вас был по‑настоящему тяжёлый день.

Лоуренс едва коснулся губами моего лба. Лицо его при этом приобрело постное выражение. С таким взирают на свою паству благообразные жрецы.

Ошарашенно уставилась на мужчину. Наверное, при этом я выглядела крайне забавно — ничем другим вспыхнувшие искорки в глазах Бейкера объяснить не смогла.

На моё счастье, в спальню вошла миссис Хармон. Не церемонясь, она выгнала Лоуренса из комнаты и помогла мне переодеться и принять ванну. Всё это время экономка не переставала тараторить.

— Не обращай внимания, детка, — говорила она, выслушивая и расчёсывая мои волосы. — Лоуренс — хороший мальчик.

Я кивала, про себя отмечая, что «мальчику» без малого тридцать лет, а отзываются о нём не иначе как о человеке безжалостном и бескомпромиссном, по нелепой прихоти богов получившем дар Хранителя.

Ну какой из Бейкера Хранитель? Ему прямая дорога в Инквизиторы!

— Разве с такой работой можно себе слабину позволить? — спрашивала меня Гретта, расставляя передо мной столовые приборы. — Вмиг разорвут.

Я согласилась и с этим доводом и принялась за ужин.

Гретта мне нравилась всё больше. Приняла меня с ходу словно родную.

Даже лучше...

Наверное, ей просто что-то от меня нужно. Не может быть, что экономика действует сейчас из чистого человеколюбия. Скорее всего, рассчитывает утром нанять меня в качестве горничной. Нет, это вряд ли. Платье моё, конечно, простое, но не настолько, чтобы не признать во мне аристократку.

— Большое вам спасибо, — выдавила я, покончив с ужином.

— Ох, ну и заболталась я с тобой, — спохватилась Гретта.

Велев мне набираться сил и пожелав добрых снов, женщина удалилась. Я же легла на кровать. Закинув руки за голову, бессмысленно смотрела в потолок. Благодарю вас, милая миссис Хармон, но в эту ночь отправляться в страну грёз я не собираюсь.

Самая трудная часть плана выполнена. В дом охотника я попала, на ночёвку осталась. Теперь главное в самом деле не заснуть.

Время шло, я начинала волноваться сильнее, тело сводило ознобом. Мысли раз за разом возвращались к тому вечеру, когда я согласилась обокрасть Бейкера.

Может стоило попытаться поговорить с ним? Нет, бесполезно.

С трудом дождавшись, пока часы пробьют час ночи, вылезла из постели, прокралась к двери и выглянула в коридор.

Тишина.

Дом спал.

Осторожно прикрыв за собой дверь, отправилась на поиски кабинета Лоуренса. Надеюсь, Бейкер не имеет привычки засиживаться за работой до утра.