Неудачница по вызову

Глава 1. День, который хочется перемотать

Лера ненавидела 7 марта. Нет, формально она любила этот день. Любила запах мимоз, которые продавали бабушки у метро, любила дурацкие открытки, созданные сумрачным гением искусственного интеллекта в соцсетях и то, что в офисе дарили цветы даже уборщицам. Но последние пять лет именно 7 марта становилось днём тотального невезения.

Сначала по мелочи: то ключи потеряет, то кофе на себя опрокинет. Потом судьба решила, что мелковато берёт, и добавила перчинки. Три года назад она разбила телефон, ну тоже мелочь, с кем не бывает.

Ровно два года назад, в этот день, её бросили, буднично написав в чат:

«Прости, мы не подходим друг другу. С 8 марта!».

Она тогда проплакала всю ночь, а утром поняла, что он ещё и смайлик поставил. Скотина!

В прошлом году она оторвала каблук по дороге на корпоратив, когда шпилька воткнулась в решётку ливнёвки… Что она только не делала, как только не крутилась, но в итоге только окончательно испортила обувь. Пришлось ехать до ресторана на такси в одной туфле, как Золушке с бала…

А в этом году... В этом году она решила проявить инициативу.

Эх, была ни была!

- Сюрприз! — пропела Лера, открывая своим ключом дверь квартиры Дениса.

Если бы кто-то спросил Дениса, как выглядит его девушка, он бы сказал: «Симпатичная». И это было обиднее всего. Потому что Лера была не просто симпатичной. Она была... другой.

Невысокая, чуть выше полутора метров, с хрупкой фигурой, которая в её 32 года всё ещё иногда заставляла охранников в супермаркете спрашивать паспорт при покупке вина. У неё были тёмно-рыжие волосы, не морковные, не медные, а глубокого тёмно-золотистого оттенка, который выигрышно смотрится на солнце и теряется при искусственном свете. Сегодня, после бессонной ночи, они были небрежно стянуты в пучок на затылке, и несколько прядей выбились, обрамляя лицо.

Лицо у Леры было кругловатое, с мягкими чертами, которые многие называли «кукольными», но сама она ненавидела это сравнение. Большие глаза, небесно-голубые, с тёмными ресницами, которые она вечно забывала красить. И веснушки. Мелкие, едва заметные россыпи на переносице и скулах. Лера ненавидела их с детства, вымазывала тональным кремом, прятала под пудрой, но к вечеру они всегда предательски проступали, напоминая о себе.

Сейчас она была в старом растянутом свитере и потёртых джинсах, без капли макияжа, с тёмными кругами под глазами после бессонной ночи, и выглядела именно так, как чувствовала себя: уставшей, никчёмной и очень одинокой.

Она стояла на пороге с двумя тяжёлыми пакетами из «Ашана». Там был лосось для пасты, сыр бри с плесенью, (Денис любил дорогой сыр), бутылка «Просекко», свечи ручной работы из соевого воска и крошечная коробочка с запонками. Она купила их месяц назад, всё ждала подходящего момента, чтобы подарить. И не нашла для этого лучше дня, как 8 марта.

Девушка хотела устроить ему романтический ужин, чтобы Денис наконец понял: она не просто «девушка, с которой удобно», а та самая. Та, с которой хочется встречать старость. Ей 32, часики тикают так, что стрелки вот-вот отвалятся, а мама уже не просто шлёт ссылки на заморозку яйцеклеток, а нашла клинику, где делают скидку на криоконсервацию для женщин после 30.

Из комнаты доносилась приглушённая музыка, какой-то модный дип-хаус, который Денис ставил, когда хотел расслабиться. Лера улыбнулась:

« Боже… он тоже готовит сюрприз! Может, даже колечко?»

Лера бесшумно прошла в гостиную, стараясь не шуршать пакетами, чтобы не спугнуть момент. И окаменела. Буквально вросла в пол. А через секунду будто сжалась вся, стала на полметра ниже.

Её парень сидел на диване в расслабленной позе, а по бокам от него, словно две гламурные статуэтки, расположились девицы модельной внешности. Длинные ноги, идеальный макияж, волосы, уложенные так, будто они только что с обложки Vogue.

На блондинке было крошечное чёрное платье, которое, кажется, состояло из одного пояса. Брюнетка щеголяла в кожанке на голое тело и джинсах с заниженной талией.

Лера застыла в дверях, но они её не замечали. Блондинка сидела, поджав под себя длинные ноги, и её платье задралось так, что стали видны кружевные резинки чулок. Брюнетка откровенно загорала под софитами, откинувшись на спинку дивана, что грудь едва не вываливалась из расстёгнутой молнии.

И главное… руки Дениса. Одна лежала на спинке дивана, его пальцы лениво перебирали волосы блондинки. А вторая… вторая покоилась на колене брюнетки, поглаживая оголенную кожу в разрезе джинсов. Легко, привычно, будто так и надо.

- Денис, а твоя девочка не обидится, что мы пришли? - вдруг громко спросила блондинка, откидывая гриву своих шикарных волос назад. - Ты говорил, она у тебя... скромная. Домашняя.

- Ага, - хмыкнула брюнетка, лениво потягиваясь, отчего кожанка распахнулась ещё сильнее. - Наверное, уже ужин готовит, борщи там, котлеты. Денис, а ты у нас, что ли, борщелюб?

Денис нервно хохотнул, но ничего не ответил. Его пальцы на секунду замерли на чужом колене, потом продолжили своё путешествие.

Блондинка захохотала над чем-то и шутливо толкнула Дениса в плечо. Он поймал её руку, задержал в своей ладони на секунду дольше, чем нужно, и поднёс к губам. Поцеловал. Нежно так. Прямо в запястье.