Неверный. Забудь нас

Пролог

Катя

*****

– Где я? – Распахиваю глаза.

Не могу пошевелиться. Тело словно ватное.

Ломит. Прошивает током.

Обвожу взглядом белоснежные стены, оклеенные простыми обоями. Жёлтые подтёки на потолке.

И голова начинает кружиться.

– Кто-нибудь! - Голос хрипит после наркоза.

Горло сводит судорогой. Сознание затуманено.

Собираю всё по крупицам.

Как пазл с картинкой из жизни. С того последнего момента, когда я ощущала себя полностью счастливой.

И слёзы непроизвольно брызгают из глаз.

Я же просто шла в кафе на встречу с сестрой. Мы собирались полакомиться пирожными.

А потом – удар. И острая боль внизу живота…

– Успокойтесь, вам нельзя нервничать. – Молоденькая медсестра вырастает рядом со мной.

Всплёскивает руками, смотря на мониторы над моей головой. Они противно пищат, извещая, что я ещё жива. И на каблуках разворачивается.

Прижимаю ладони к животу. И кровь начинает бежать по венам с утроенной скоростью.

– Подождите… Где моя малышка? Что с ней? – Вязкий комок из слёз встаёт в горле.

Сознание путается. Внутри – словно выжженная пустыня.

И память подсовывает недавние события обрывками.

Меня сбила машина прямо на пешеходном переходе. Я помню себя в луже крови. И озабоченное лицо сестры, склонившееся надо мной.

– Моя девочка… - Ощупываю плоский живот, чувствуя, как рушится мир.

И слёзы больно дерут горло.

В висках молоточками стучит, что я просто обязана найти свою дочь. Прижать к себе. Удостовериться, с ней ничего страшного не случилось…

Пытаюсь приподняться на локтях, но без сил падаю обратно. Низ живота печёт. Пронзает жгучей молнией насквозь.

Охаю, прикрывая глаза на мгновение.

– Где моя жена? – До боли родной голос мужа раздаётся за дверью. Стальной, низкий, уверенный.

Я облегчённо выдыхаю – если Артур здесь, то, несомненно, с нашей дочкой всё будет хорошо. Он просто не даст нас в обиду.

И сделает всё, чтобы того водителя наказали…

В ту же секунду створка с грохотом впечатывается в стену. Повисает на одной петле, отчаянно скрипя.

– Катя? Как ты? – Супруг подлетает ко мне.

Присаживается на край кровати, сверля меня серым, затуманенным болью, взглядом.

– Я… Я в порядке. – Отвечаю чётко.

Стараюсь не замечать боль от кесарева сечения, и на то, что голова сильно кружится.

И в мужские пальцы вцепляюсь.

– Они не говорят мне, что с нашей дочкой, Артур!

– Я её видел. В кувезе… Для недоношенных. – Поджимает губы, отворачиваясь на мгновение.

Видно, что ему больно было видеть нашу малышку в таком виде. Слабую и беззащитную, обмотанную проводами.

– Как она? – Закусываю губу, чтобы не разреветься.

Понимаю, что она ещё слишком мала для этого мира. Всё-таки, 35 недель для родов – это рано.

– Она жива…пока… - Ледяные слова больно бьют под дых, и дыхание учащается.

– Я… я не понимаю…

– Гипоксия плода, недоношенность… – Муж складывает губы в плотную нитку. – Ты понимаешь, что это может привести к серьёзным патологиям?

– Но мы же справимся, Артур! –

Выпаливаю, хмуря брови. – Мы же так долго её ждали!

Не понимаю, к чему он это всё мне говорит.

Он же Артур Валерьевич Журавлёв. Влиятельный человек, чей бизнес вознёс его в сотню богатейших людей страны.

С его деньгами и связями мы сможем позволить для нашей крошки лучших врачей.

Нужно только перевезти нас в другую клинику. Или в другую страну. Он же может.

И сейчас не время опускать руки.

Его пальцы впиваются в мою ладонь. Жгут кожу. И глаза, обычно лучистые, смотрят на меня с какой-то льдинистой изморозью.

– Ты подпишешь отказ от девочки, Катя. – В его руке, как по мановению волшебной палочки, оказывается какой-то бланк. – И я заберу тебя отсюда.

– Что? – Едва дышу.

Кажется, будто после наркоза я помутилась рассудком. Иначе почему мне слышатся эти ужасные слова от любимого человека?

– Мне не нужен этот ребёнок. – Припечатывает, смотря на меня холодно. И лист бумаги кладёт прямо передо мной. – Заполняй отказ, мы уезжаем.

– Я этого не сделаю, Артур. – Медленно качаю головой, находясь как будто во сне.

И на мужа поднимаю глаза.

Он уверен в себе. Непробиваем.

Смотрит на меня с холодностью, которую я никогда не замечала ранее.

А все его движения – рваные и хищные. Опасные.

Как у лесного зверя.

– Тогда я подаю на развод. – Его голос по-прежнему невозмутим.

Как будто не было этих пяти лет брака. Трёх попыток ЭКО и моря пролитых слёз.

Как будто передо мной – вовсе не тот человек, за которого я когда-то вышла замуж, и который обещал меня поддерживать во всех горестях.

– Артур, я понимаю, ты сейчас в шоке. – Пытаюсь дотронуться до него.

Замечаю, как напрягаются мускулы под любовно наглаженной мною рубашкой.

И в глаза заглядываю.

– Но это – наша дочка. Та, которую я носила под сердцем всё это время. Та, о которой мы так долго мечтали.

– Ты мечтала. – Выплёвывает.

Смотрит на меня с пренебрежением. Как на таракана, который забрался в хозяйский дом без разрешения.

И он сейчас раздумывает - прихлопнуть его тапкой, или просто прогнать.

– Мне же этот ребёнок никогда не был нужен.

– Но ты меня поддержал! И на ЭКО согласился! – Выпаливаю. И руки начинают трястись из-за несправедливых обвинений.

Вспоминаю, как холодно муж воспринял мои мечты о материнстве. Но слова против не говорил.

И, когда спустя три года брака, мы решились на первое ЭКО, даже послушно на него пошёл.

И на второе. И на третье.

Хотел правда, чтобы непременно был сын.

– А теперь понял, что это всё было ошибкой, Катя. – Цедит, поднимаясь с больничной койки.

Нервно хмурится, замечая, как в моих глазах встают слёзы. И губы поджимает.

– Девочка, да ещё и больная, мне не нужна. – Подытоживает.

Глава 1

Катя

*****

– Кто вас встречает? – Улыбчивая медсестра заботливо поправляет белоснежный бант на красивом конверте.

Заглядывает в лицо с участием.

– Сестра и её муж. – Рвано и сипло выдыхаю.

Прячу глаза в пол. Стараюсь, чтобы никто не заметил слёз в уголках глаз.

И щеку закусываю изнутри, чтобы не разреветься.

Оставаться невозмутимой тяжело. Разочарование душит. Распирает рёбра.

Но я всё равно поворачиваюсь к зеркалу. Запускаю пальцы в волосы, взбивая причёску.

И по губам розовым блеском прохожусь.

Если Журавлёв решил поиграть в тирана – его право. Пусть делает, что хочет. Я никому не позволю испортить мне день выписки.

И сама с дочкой на руках домой пожалую.

Я – его законная жена. Этот особняк – и мой тоже.

И посмотрим, что он скажет, когда я появлюсь на пороге…

− А ваш муж? – Медсестра как бы невзначай интересуется. Подаёт мне нежно-розовый кулёк, в котором дремлет моя дочурка.

− Он в командировке. – Отмахиваюсь. – Вырваться не получилось, ведь до последнего было неясно, когда нас выпишут.

Пожимаю плечами. Пытаюсь улыбнуться.

Выходит плохо.

И воспалённый больной взгляд выдаёт меня с потрохами.

Уверена, медсестра знает, что я лгу. И бланк для отказников она сама, небось, выдавала.

Но мне всё равно.

Раскрывать душу не собираюсь. Оправдываться.

Посмотрим, как запоёт Артур, когда я покажу ему, что наша дочь абсолютно здорова.

И медкарту с анализами в сумочку прячу.

− Ой, как жалко, - выдыхает с притворством. – Но я понимаю. Андрей Анатольевич, наш заведующий, не давал никаких прогнозов относительно вашей малышки. Думал…

− Погодите. – Резко разворачиваюсь.

Вместе с болью зарождается ненависть.

− Розов беседовал с моим мужем? Говорил ему что наша дочь, возможно, будет отставать в развитии?

− Ну…да. – Мычит неуверенно.

Начинает терзать зубами нижнюю губу. И взгляд тупит в пол.

Вижу, что скрывает что-то. Покрывает некомпетентность начальства. И это понятно.

Что я хотела от обычной муниципальной больницы?

А Артур тоже хорош. Услышал предварительный диагноз, и тотчас закусил удила. Даже слушать ничего не захотел.

Перепроверять.

− Но ваша дочь и вправду очень быстро выправилась. – Медсестра пытается повлиять на моё настроение. - Догнала сверстников. Такая смышлёная!

Метёт хвостом.

− Спасибо, нас уже ждут. – Обрываю её хвальбу.

Просто неприятно находиться в этих стенах. Меня мутит.

Кажется, начинаю задыхаться.

− Ой, да, конечно. - Снова смотрит на меня исподлобья.

Пытается заметить малейшие изменения в мимике, чтобы потом обсудить это с коллегами.

Обмусолить.

− Тогда – всего вам хорошего. – Гладит меня по плечу, провожая до двери.

Смотрит с такой жалостью, что я замолкаю. Понимаю, о чём она думает.

Но сдаваться не собираюсь.

Конечно, всех мамочек встречают мужья, друзья и родители. С цветами, воздушными шарами и фейерверками.

Я думала, что и у меня так же будет.

Что Артур не поскупится. Сделает выписку из роддома незабываемой. Такой, что мы ещё будем долго вспоминать о ней.

И внукам рассказывать.

А он, получается, просто струсил.

− До свидания. – Пытаюсь улыбнуться.

Жмурюсь на мгновение до чёрных точек перед глазами.

Чтобы никто не понял, как мне плохо.

Я сильная. Я всё выдержу. И наша доченька тоже.

Так что мы прямо сейчас поедем к Журавлёву, и пусть он мне в глаза скажет, что мы ему больше не нужны.

Особенно сейчас, когда наша девочка полностью здорова.

Когда выхожу за дверь роддома, тотчас оказываюсь в объятиях старшей сестры.

Она начинает щёлкать смартфоном. Бегает вокруг с радостным улюлюканьем.

А её муж, обычно немногословный Влад, хмуро протягивает букет роз. Смотрит угрюмо.

− Спасибо, - благодарю его, оборачиваясь к сестре. И в мягкой улыбке расплываюсь. – Я так устала.

– Ещё бы! Столько времени вас продержали в больнице! – Упирает руки в бока. – Уж твой муж мог вас и в другую клинику перевезти! Уже бы давно дома были! Чай, не бедствует.

− Да ладно, - взмахиваю рукой.

Не хочу снова вспоминать всё то, что наговорил мне Артур. Надеюсь, что он был просто в шоке. Устал, заработался.

А ещё боялся взвалить на свои плечи больного ребёнка.

– Всё равно, Журавлёв – подлец! Ни за что бы к нему не вернулась! – Назидательно поднимает указательный палец вверх. – Он бы сам приполз!

− Там – наш дом и все вещи. – Пробую возразить.

Ввязываться в спор не собираюсь. Сама знаю, что Артур поступил с нами гадко.

Решил обрубить все концы, даже не проверив информацию как следует.

Но надеюсь на то, что всё изменится. У нас ведь всё было хорошо.

Неужели он откажется от нас с малышкой?

− Ладно. Главное, знай, что у тебя есть мы. - Баюкает меня в объятиях. И в конверт заглядывает. – Дай-ка мне мою племянницу подержать!

– Осторожно, она только что поела. – Улыбаюсь, передавая малышку сестре.

Щурюсь от тёплого солнышка, которое ласкает нас своими лучами. Уже июнь, лето по календарю уже наступило, и мы с дочуркой сможем спокойно гулять по саду вокруг нашего особняка.

Нужно только коляску купить. Я её отложила, а деньги внести не успела.

Дочка, словно почувствовав, что её оторвали от матери, начинает хмуриться. Лупит свои глазёнки на Дашку, явно не признавая в ней родительницу.

И громким плачем разражается.

– Знаешь, она вся в тебя. – Даша цокает языком. – Вредная, прям как ты. Ну, отчего своему Журавлёву отказалась позвонить?

– Решила ему сюрприз сделать. – Пожимаю плечами. – Хочу, чтобы он нас увидел. Воочию, так сказать. Может, тогда его сердце оттает?

− У него каменюка огромный вместо сердца. – Распахивает передо мной дверцу автомобиля. Осторожно подаёт дочку, и сама плюхается рядом. – Ну, решение за тобой. Влад, заводи.

Глава 2

Катя

*****

Распахиваю шкаф, тяжело дыша. Мысли путаются. Завязываются в узел, пульсируя в висках.

И в грудине всё просто разрывается от боли.

Моя малышка лежит в переноске, глазея по сторонам. И понять не может, что мы больше не вернёмся сюда.

В этот особняк, который даже не успел стать ей домом…

− Екатерина Игоревна, вы готовы? – Кухарка появляется на пороге.

Теребит край накрахмаленного передника. Глазами буравит пол.

Видно, прекрасно знает, чем закончился мой разговор с супругом.

Наверняка, Марина торжествующе объявила себя здесь хозяйкой. В моём доме.

В этом особняке, который я выбирала с такой с такой любовью. И обставляла с помощью дизайнера.

Каждую мелочь продумывала.

− Я… сейчас. – Заключительным взглядом обвожу полупустые полки.

Удовлетворённо выдыхаю. Понимаю, что забрала практически всё.

Правда, чтобы это вывезти, нужно будет нанимать газель, но ничего. Это же в интересах Артура не видеть вещи бывшей жены.

Оставила лишь пару тряпок, которые я точно носить не буду – пусть, если захочет, надевает Марина.

Ей не привыкать к вещам б/у, включая моего мужа.

И шкатулку с драгоценностями с туалетного столика цапаю.

Попробую продать. Хотя бы недорого.

Главное, чтобы в руки поломойки не попали.

Артур ей ещё подарит, не обеднеет.

− Простите, но мне было велено вас проводить… - Женщина тушуется. Выдыхает тяжело, а ещё с опаской оборачивается.

Смотрит куда-то в коридор.

Никак, мой муженёк дал ей приказ выставить меня из дома как можно скорее?

Господи, как же так можно?

− Я уже ухожу, Анастасия Ивановна. – Подхватываю переноску с дочкой.

Она причмокивает губками, имитируя сосание. Кушать хочет, но нам, к сожалению, нужно поторопиться.

Не хочу упрашивать Журавлёва дать мне несколько минут на кормление.

Слишком много чести после всего того, что наговорила мне его любовница.

А он просто стоял и слушал. Как баран.

И даже голосу разума не внял.

− Водитель отвезёт ваши вещи, - смотрит с грустью. Просто выполняет приказ хозяина.

− Если я что-то забыла, пусть Артур Валерьевич пришлёт все вещи в дом моей сестры! – Задыхаюсь от злости. И чемодан ногой пинаю.

Просто никак не могу понять, когда с супругом мы стали чужими? Я ведь совершенно не замечала этого.

Верила Артуру, абсолютно не ревнуя его. Думала, что измена нас никогда не коснётся.

Кого-то другого – возможно, но не нас. У нас же любовь…

Была…

Когда спускаюсь в гостиную, взгляд моментально наталкивается на мужа, сидящего в кресле. Видно, он ждал нас с малышкой, потому что как только мы оказываемся внизу, он поднимается.

Смеривает меня странным взглядом. И на дочку косится.

− Собралась? – В голосе ни капли раскаяния. Только в серо-голубых глазах клубится туман.

О чём сейчас думает Артур, узнать практически невозможно. Да я и не хочу этого.

Слишком уж осязаемо напряжение между нами.

− Прощай, - выдыхаю, стаскивая с пальца обручальное кольцо.

Это даётся с трудом. Мышцы сводит. Руки словно налились свинцом.

Муж наблюдает за моими действиями без эмоций. Как будто и не было этих пяти лет брака. Обещаний любви до гроба и совместных планов.

Чувствую себя униженной. Оскорблённой.

И простить подобное не смогу.

− Катя, ты сделала этот выбор сама. – На лице мужа ни кровинки. Губы крепко сжаты.

Сердце стучит через раз, и, кажется, время останавливается. Не могу поверить в то, что слышу.

Это какой-то дурной сон. Иллюзия.

Это не может быть правдой.

Когда столько бредовых мыслей поселились в голове у Артура? А я не замечала.

Идиотка…

− Сама? – Вспыхиваю.

Наблюдаю за Журавлёвым, чувствуя, что вот-вот сорвусь. И по холёной физиономии надаю.

− Может, я сама тебе изменила?

− Уверен. – Упрямо машет головой. Смотрит прямо.

− Ты… издеваешься? – Подбираю слова.

Боюсь не сдержаться. Опустить на его голову ту вазу династии Мин, которая стоит неподалёку.

Закусываю щёку изнутри, чувствуя, как во рту растекается привкус железа.

И взгляд с мужем скрещиваю.

Просто не хочу, чтобы он видел моих слёз. Собираюсь уйти с поднятой головой.

− У Журавлёвых из поколения в поколение рождались только мальчики - это раз. – Загибает палец, смотря на меня с такой холодностью, что мороз бежит по коже. – Никаких девчонок!

− А во-вторых?

− А во-вторых, у девочки не моя группа крови. Я специально узнавал, видел медкарту. – Равнодушно заключает.

Продолжает рассматривать меня совершенно спокойно. Как будто говорит о будничных вещах.

О погоде, например.

− Ты врач? – Взвиваюсь.

Начинаю рыться в сумочке в поисках документов дочери.

Слёзы застилают глаза. Обида рвёт горло.

И я громко всхлипываю, не в силах сдержаться.

− Вот! У неё моя группа крови! Моя! – Подскакиваю к нему.

Упираю указательный палец в мужскую грудь, грозясь просверлить в муже дырку. Слишком уж нелепыми мне видятся его предположения.

Интересно, сам придумал, или подсказал кто-то?

− Тем более, что ты сам присутствовал на ЭКО! Стоял за дверью кабинета, забыл?

− Я не забыл, Катя. Но ты могла забеременеть естественным путём от кого-то другого. А ЭКО – просто прикрытие. Дала взятку. – Он выдыхает с нескрываемым раздражением. Делает вид, что этот разговор уже осточертел ему.

И на переноску в моих руках взгляд переводит.

− Можно взглянуть?

− Нет! Никогда, Журавлёв! – Топаю ногой.

Оборачиваюсь назад и смотрю на водителя, который стоит возле двери с моим чемоданом. И эмоции просто захлёстывают с головой.

− И запомни, что я отсужу у тебя всё, что положено мне по праву! Мне и нашей дочке!

− Ты сначала ДНК-тест сделай, - выплёвывает. Сжимает руки в кулаки, нервно дёргая шеей.

Глава 3

Катя

*****

Веду носом, чувствуя приятный запах блинчиков. Они потрескивают на сковородке, превращаясь в румяные кругляшки и я, кажется, даже ощущаю их вкус на своём языке.

– Доброе утро, соня. – Дашка переворачивает в воздухе очередной блинчик. Смотрит искоса. – Я уже завтрак готовлю!

– А ты откуда здесь… - Осекаюсь.

Память восстанавливается отрывками. Пытается защитить мою нервную систему. Но не выходит.

И замолкаю поспешно.

– Так, принимай вертикальное положение, - сестра продолжает командовать, кивая на разобранный кухонный диванчик, на котором мне пришлось провести ночь. – И корми Олю. Потом завтракать будем.

Я быстро киваю. Подскакиваю к переноске, в которой вовсю машет ручками дочка, видно, скинув пелёнки за ночь. И к себе нежно прижимаю.

– Ах, ты моя булочка… - Нежно шепчу ей на ушко.

Прижимаюсь к пухлой щёчке, втягивая носом такой приятный запах. Аромат молока и…мёда. Сладковатый и такой нежный.

Непередаваемый.

Надеюсь, она ничего не возьмёт от своего отца. Потому что Журавлёв отказался от нас.

В одночасье сделал выбор. И про клятвы в ЗАГСе забыл.

Неверный…

Вскоре мы с сестрой уже садимся завтракать. Устраиваемся друг напротив друга, размешивая в кружках горячий какао.

Как в детстве. Только мамы не хватает.

Нервы звенят словно натянутые струны. Молчание давит.

И я никак не могу заставить себя начать говорить.

Слишком больно. Слишком мерзко вспоминать всё произошедшее.

Как быть дальше – не понимаю.

− Ну, рассказывай. – Сестра не выдерживает.

Прожигает внимательным взглядом и у меня снова слёзы наворачиваются.

В носу свербит. Глаза опухают.

Я ведь не была такой плаксой раньше. Привыкла добиваться всего сама. И к успеху идти.

А теперь – рыдаю, не переставая.

Это гормоны, не иначе.

− Я застала Артура с нашей горничной. Прямо в его кабинете, на столе…

− Кобель! – Сестра с такой силой лупит по столешнице, что блюдо с блинами подпрыгивает.

И какао в чашках колыхаться начинает.

− С той рыжей стервой, которую ты же сама и взяла поломойкой?

− Да, с Мариной. – Киваю.

Отвожу взгляд.

Знаю, что скажет Дашута – что сама виновата. Нечего было молодую девушку на роль горничной брать.

Да ещё и с мужем оставлять наедине.

Но она лишь качает головой. Выдыхает через стиснутые зубы, запрокидывая голову.

Старается говорить спокойнее.

− Надеюсь, ты влепила Журавлёву пощёчину?

− Нет… Я не смогла. – Качаю головой.

Снова и снова проматываю в памяти наш разговор. И эти пустые глаза Артура.

Невыразительные, блеклые. Как будто ничего не случилось.

Как будто для него измена – это за хлебушком сходить.

И горло снова начинает распирать от слёз.

− Дурёха! – Дашута вскакивает с места.

Принимается мерять шагами кухню, склоняя моего супруга скверными словами. И слюной брызгает.

− Ну, ничего! – Останавливается. Медленно поворачивает голову на меня. – Надеюсь, ты не собираешься к нему вернуться?

− Я? Нет… - Хмурюсь, стискивая зубы.

И плечи расправляю под властным взглядом сестры.

Кажется, слышу треск. Это трещит по швам её терпение. От того, что говорю неуверенно.

И в глаза предпочитаю не смотреть.

− Нет, конечно. – Выдерживаю прямой взгляд.

− Ну и отлично! – Удовлетворённо кивает.

Хлопается на стул, запуская пятерню в волосы. Жуёт губы, о чём-то раздумывая.

И выдыхает спокойно.

− Он ещё пожалеет. Давай, разводись с этим козлом.

Подать на развод…

Вроде, такой простой шаг. Столько людей ежедневно разводятся. Но я не представляю, с чего начать.

Можно просто съездить на работу, поговорить с коллегами…

Но так стыдно признаться, что я просто не смогла наладить отношения внутри семьи. И муж загулял.

Никогда не думала, что мне придётся пройти через это. Была уверена, что наша семья с Артуром образцово-показательная.

Лучше и быть не может.

И само слово «развод» приносит в душу какой-то ураган разрушительных эмоций.

− Я поговорила с утра с Владом, пока ты спала. - Даша отправляет в рот кусочек выпечки, медленно пережёвывая. – У него есть какой-то хороший юрист на фирме…

− Угу… - Делаю глоток обжигающего какао. Закашливаюсь.

И острый взгляд сестры ловлю.

− Ну, извини, кофе машины у нас нет, - бросает с укоризной. – Но если не будешь дурочкой, то отсудишь у своего Журавлёва и деньги, и алименты на содержание ребёнка. И мне кофе машину подаришь!

− Он посмел заявить, что Оля - не его дочь… - Мой голос срывается.

Замечаю, как брови сестры удивлённо взмывают вверх. И краской заливаюсь.

− В смысле, не его? Вы ж на ЭКО ходили!

− Ну да, - жму плечами.

Внутри – как будто отключили все чувства, потому что я остаюсь холодной. И выдыхаю со свистом.

– Но Артур подозревает, что на ЭКО я пошла для отвода глаз. И самой процедуры не было. А забеременела от другого.

− Журавлёв сошёл с ума? – Сестра взвивается.

Вскакивает со стула, начиная кружить по кухне. И на меня косые взгляды бросает.

− И ты так просто согласилась со всем? Ушла как побитая собачонка? Или… - Смотрит с каким-то недоверием. – Он прав?

− Ты что, конечно нет! – Запрокидываю голову вверх. И поток слёз, которые подступают к глазам, стараюсь сдержать.

Ведь не хотела плакать. А теперь не могу успокоиться.

И слёзы текут по скулам непроизвольно.

Гормоны, наверное, шалят.

А ещё горечь затапливает с головой.

И то, что мы с Артуром больше не вместе – так сложно принять.

− Ну, тогда не о чем беспокоиться. – Сестра небрежно взмахивает рукой. - У Влада в пятницу подписание какого-то контракта. Потом он со своими компаньонами к нам домой приедет. Так сказать, чтобы продолжить в неформальной обстановке.

Глава 4

Катя

*****

Зависаю над телефоном как каменная глыба. Чувствую, как мороз пробирает кожу.

Кажется, я вся заледенела от этих слов мужчины. Того человека, без которого я и дышать-то не могла.

Слёзы больно дерут горло. Из груди вырывается бульканье.

А я просто не верю, что Артур так просто взял и отказался от нас с дочкой.

Всё же было хорошо. Зачем он так?

Прячу лицо в ладонях, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Тело сводит. Рёбра распирает от боли.

– Катька, ты чего здесь сидишь? – Ладонь сестры ложится на плечо. Вонзается в кожу.

Поднимаю глаза. Смотрю на неё замутнённым взглядом, замечая позади группу мужчин в дорогих костюмах.

Обед закончился, видимо.

И комок из слёз проглатываю.

– Ничего. Просто Артур звонил.

– Что ему нужно? – Дашка пышет гневом.

Оглядывается на своего мужа, который заискивающе прыгает вокруг своих богатых инвесторов.

И в глаза им заглядывает.

– Сказал, что завтра мы едем в клинику, сдавать тест ДНК. Он всерьёз уверен, что Оля - не его дочь, Даша… - Тяну, жалобно оглядывая бизнесменов. – Где тот юрист, о котором ты говорила?

– Он, оказывается, не занимается семейными делами. – Сестра понуро склоняет голову. – Но от теста не отказывайся, может, положительный результат его отрезвит?

– Я уже не уверена.

Смахиваю подушечками пальцев слёзы, закусывая губу. Вижу, что все взгляды устремлены на меня. Отсаживаюсь подальше.

И чувствую себя неловко.

− Я попробую завтра у девочек на работе поспрашивать. Может, есть у кого хороший юрист. Абы кто нам не подойдёт…

− Да, спасибо. – Киваю.

Всматриваясь в толпу, где Влад разговаривает с тем самым наглецом, решившим помыть руке на чужой кухне. Он даже на цыпочки привстаёт, чтобы хоть немного сравняться с ним в росте.

И живот свой втягивает, чтобы казаться солиднее.

А ведь раньше он был даже очень ничего. Интересно, как у них сейчас с Дашей?

Она-то его поддерживает, а он?

– А кто тот мужчина, в тёмно-синем костюме, рядом с твоим мужем? – Решаю спросить.

Дашка вскидывает брови. Зыркает в сторону незнакомца. И в ручку коляски пальцами впивается.

– Что, понравился?

– Нет, скорее, наоборот. – Выдавливаю.

Чувствую, как озноб снова бежит по телу. И ёжусь от этого. Щёки, наоборот, вспыхивают.

Воспоминания от того, каким взглядом наглец елозил по моей груди, вызывают странные ощущения.

И паника накатывает.

– Это – главная надежда Владика. Игорь Романов. Если он согласится, то Владюша тотчас попрёт вверх. – На лице сестры мечтательное выражение.

− Так вроде они сегодня должны были подписать… - Делаю замечание. И переносицу тру. – Или нет?

− Романов подпись не поставил. – Дашута выплёвывает. И губами в задумчивости жуёт. – Сказал, что хочет ещё как следует всё обдумать. И посоветоваться с кем-то.

А потом подмигивает. И голос понижает почти до минимума.

– Он, кстати, не женат.

– С чего ты взяла?

– Ага, заинтересовалась! – Сестра коварно лыбится. Щёлкает меня по носу, как любила делать в детстве.

Я же заливаюсь краской. И фыркаю от злости.

Не понимаю, с чего она взяла, что я могу заинтересоваться подобным типом.

Да у меня до сих пор от нашей встречи что-то колет в груди!

– Вот ещё! – Отвечаю чересчур резко. - Меня теперь вообще не интересуют мужчины. В особенности – богатые бизнесмены.

– Ну ладно, ладно. – Сестра поднимает руки в примирительном жесте. – Я пошутила. Тем более, у него есть невеста. И свадьба через месяц.

Киваю отрешённо и отворачиваюсь.

Не хочу, чтобы Дашка заметила, как мне неприятно.

Она же не знает, при каких обстоятельствах мы сегодня познакомились с Романовым.

А он тоже хорош…

У самого свадьба через месяц, а он на других женщин пялится. Да ещё и так откровенно. Вызывающе.

Наглец.

У подъезда останавливается такси. Дашка подскакивает. Вспоминает роль хозяйки дома.

Подходит к мужу, помогая провожать гостей. И улыбается всем мило.

Я же сканирую взглядом мужчин. Их пятеро, включая Влада.

Все холёные, в дорогих костюмах. На запястьях – брендовые часы, на галстуке – зажим с бриллиантами.

И неужели, все они неверные? Имеют несколько женщин, за спиной у второй половинки?

Грязно…

Толпа быстро редеет. Наконец, у подъезда остаётся только Даша с Владом. И Игорь Романов.

Почему он не уехал?

В мозгу бегает несколько идей. Проносятся вихрями в моей голове.

И даже жар к лицу прилипает, когда Романов многозначительно кивает в мою сторону.

Как на товар в витрине магазина.

Дашка что-то возбуждённо шепчет. Поглядывает на меня из-под полуопущенных ресниц.

И я с лавки встаю поспешно.

Не знаю, что нужно этому инвестору Влада, но мне определённо не нравится этот взгляд.

И участвовать в этих играх не собираюсь.

Толкаю коляску вперёд, стремясь уйти подальше. И за ближайшими кустами сирени скрыться.

− Катюш! – Оклик сестры настигает. Заставляет остановиться на месте.

И по телу дрожь пробегает.

− Кать, Игорь Иванович нам рассказал о том неловком случае… - Мнётся.

Ловит мой недоумённый взгляд, опуская глаза. И зубами нервно щёку прикусывает.

− В общем, он предложил Владу завтра встретиться в ресторане, ещё раз обсудить проект… - Медлит отчего-то, и мне это совсем не нравится. - И нас с тобой пригласил.

− Чего? – Наверно, выдыхаю громко.

Потому что мужчины, стоящие чуть поодаль, моментально поворачивают голову в нашу сторону.

− Я-то вам зачем?

− Ну, вроде как ради извинений. – Дашка смущается. Сглатывает слюну, не зная, что ещё сказать.

А потом начинает улыбаться глупо. И я не замечаю, как позади вырастает высокая фигура Романова.

Окутывает свежим запахом хвои. Отчего в носу свербеть начинает.

Глава 5

Катя

*****

К назначенному часу подъезжаю к медицинскому учреждению. Тому самому, в котором мы с Артуром делали ЭКО.

Воспоминания о всех счастливых моментах накрывают с головой. Ранят душу, забираясь липкими побегами его измены под рёбра.

И дышать тяжело.

Он же радовался совершенно искренне, когда нам объявили, что третья процедура прошла успешно.

И на руках меня из дверей клиники выносил. Кружил в воздухе, обещая беречь как хрустальную вазу.

Сразу же все обязанности по дому переложил на плечи прислуги. И, видимо, тогда любовницу завёл.

Решил, что меня в постели заменит наша горничная. А та и отказываться не вздумала.

Охотно согласилась. Да ещё и нашептала что-то.

Когда у него началось помутнение? И как Марина смогла так быстро на него повлиять?

Не понимаю.

Смахиваю слёзы, появившиеся в уголках глаз. Кручу головой в разные стороны.

Подмечаю автомобиль Журавлёва на стоянке. Закусываю губу.

Просто не могу ему позволить увидеть себя в раздрае. И волосами встряхиваю, перезагружая мозг.

Нет, так нельзя. Соберись.

Вытаскиваю переноску с дочкой, перехватывая её поудобнее. И гордо плечи расправляю.

Если Артур решил, что может так просто от меня избавиться, то я его огорчу.

Оля была зачата от него. В законном браке.

Так что придётся с этим считаться. И разводиться по суду со всеми вытекающими отсюда последствиями.

С алиментами и делёжкой имущества.

− Здравствуйте, вам назначено? – Приветливая девушка на рецепшен поднимает на меня глаза.

− Да, я на тест ДНК вместе с Журавлёвым Артуром Валерьевичем. – Отчего-то стесняюсь.

Чувствую себя гулящей супругой влиятельного человека, которую поймали на лжи.

Загораюсь румянцем.

− Екатерина Игоревна? – Девушка делает вид, что её ничуть не заботят мои слова. И наманикюренными пальчиками по клавиатуре пробегает. – Проходите в девятый кабинет, вас уже ожидают.

Взмахивает тощей лапкой, задавая направление. Дежурно улыбается. У меня же на душе кошки скребут.

А ещё противно от того, до чего мы с Артуром докатились.

Останавливаюсь у двери с наклеенной девяткой, никак не решаясь войти внутрь. Радуюсь, что Оле совсем не мешает давящая атмосфера клиники.

Спит сладко, причмокивая губками.

− Опаздываешь! – Резкий окрик за спиной заставляет меня подпрыгнуть на месте.

Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Скрещиваю взгляд с Мариной, выходящей из дамского туалета.

И губы кривлю в презрительной усмешке.

− Ничего, подождёте с Журавлёвым, не развалитесь. – Сканирую взглядом.

На ней чёрное платье-футляр от известного бренда. Вышагивает от бедра, демонстрируя мне идеальную походку на высоких шпильках.

И клатчем перед лицом размахивает. Тем самым, который я оставила в своём шкафу за ненадобностью.

− Это у тебя теперь полно свободного времени, - фыркает.

Бросает молниеносный взгляд на мою кроху. И губы поджимает.

− А нам с Артуром некогда по клиникам мотаться!

− Ну, раз ты нашептала пока что ещё моему супругу о том, что девочка – не его дочь, то и расхлёбывать будешь с нами. А потом… - Зыркаю угрожающе. – Я заставлю тебя поплатиться за клевету.

− Ну-ну, - эта рыжая бестия цокает языком. Прищуривается довольно, становясь похожей на сытую кошку. – Посмотрим…

Распахивает передо мной дверь девятого кабинета, склоняясь в издевательском поклоне. И я тотчас наталкиваюсь на взор Артура.

Ледяной и какой-то нервный. Дёрганный.

Может, его уже сомнения одолевают в правильности своего поступка?

− Привет. Как дела? – В голосе ни капли враждебности.

А потом он усматривает за моей спиной свою новую девушку. Крепко сжимает челюсти. Выдыхает с остервенением.

Достала его уже Марина, как пить дать.

− Здравствуй, Журавлёв. – Вздёргиваю подбородок. – твоими молитвами.

Прижимаю к себе переноску с дочкой. Гордо прохожу мимо супруга.

И на него стараюсь не смотреть.

Вот ещё. Много чести.

− Добрый день, Екатерина Игоревна. – Врач приветливо кивает, пододвигая ко мне бумаги. – Подпишите пожалуйста, что вы согласны на медицинские манипуляции.

Ставлю переноску с дочкой на кушетку. Наблюдаю, как у неё осторожно берут слюну на анализ.

И взгляд на Артура скашиваю.

Он смотрит, не мигая. Пытается разглядеть личико Оли видно, всё-таки сомневаясь. И на ужимки своей новой пассии не реагирует.

Пробрало, наконец?

− Теперь Артур Валерьевич. – Пробирка с анализом Оли надёжно запечатывается в конверт.

Журавлёв кивает. Подходит к столу, послушно открывая рот. И на меня бросает взор, полный боли.

Фыркаю. Помню прекрасно, что всесильный Артур панически боится врачей.

И за то время, что мы бегали по клиникам, ни одним седым волоском успел обзавестись.

Но всё-таки покладисто шёл на обследование.

А теперь, оказывается, не хотел ребёнка…

Отворачиваюсь к окну, ожидая, пока закончится эта унизительная процедура. Скрещиваю руки на груди, пытаясь выглядеть невозмутимо.

И нервничаю, потому что Оля вот-вот проснётся, и потребует еду. А кормить её в данной остановке – не самая лучшая затея.

− Ну вот, всё в порядке. – Врач, наконец, кивает. – вы оплатили экспресс анализ, поэтому результат будет готов завтра к обеду.

− Так долго? – Мой супруг выдыхает.

Наваливается ладонями на стол, выглядя при этом внушительно.

− Простите, Артур Валерьевич, но обычно мы делаем этот анализ за 72 часа. Ввиду же вашей срочности…

− Я понял! – Обрывает. Бросает на меня молниеносный взгляд. – Отправите результат курьером мне на работу?

− Я тоже должна присутствовать! – Выпаливаю.

Сверлю бывшего злым взглядом. И пальцы в кулаки сжимаю.

Боюсь, что он подделает результат. Не доверяю ему больше ни на йоту.

− Вы можете подъехать сюда, к часу дня. – Врач тотчас находит приемлемый вариант решения проблемы. Переводит взор с меня на Журавлёва, выдыхая с облегчением. – Спасибо, я буду вас ждать.

Глава 6

Игорь

*****

− К чему этот фарс? – Рычу.

Потираю шею, смотря на Изабеллу с яростью.

Она выплывает из санузла ресторана, цокая шпильками по паркету.

Улыбается ослепительно. Взмахивает ресничками.

Строит такую мордашку, мол, не понимаю.

И меня это злит. Просто выводит из себя.

Не знаю, о чём она говорила в туалете с Катей, но регистратор выбежала оттуда белая, как полотно.

Нервничала. Тряслась.

А я ещё хотел на неё впечатление произвести, идиот.

− Какой фарс, Игоряша, ты о чём? – Блеет, явно прикидываясь идиоткой.

Откидывает пергидрольные локоны назад. И глазами хлопает.

Злюсь. Сцепливаю губы в плотную линию.

Мозгов у этой блондинки побольше чем у многих мужиков. Хватка – просто бульдожья.

Не зря она на телевизоре обосновалась.

Её зовут на разные ток-шоу не только из-за смазливой внешности, но ещё и из-за острого язычка. Иза умеет себя подать.

И рейтинг программе поднять.

− О том, что ты наговорила Кате.

− Регистратору? – Вскидывает брови.

Произносит с каким-то раздражением, словно чувствует соперницу. Но это же бред.

– А ты что, запал на неё?

− Тебя это не касается. – Огрызаюсь.

Вскакиваю из-за столика, едва не переворачивая стоящие на нём напитки.

Рычу как раненый зверь.

Хватаю невесту за талию. Впечатываю в себя.

Она смотрит, не мигая. Облизывает пересохшие губы.

В глазах – искры. И тонкие ноздри начинают закачивать кислород с утроенной скоростью.

Усаживаю на стул.

− Скажем так, она мне симпатична, ясно? Как человек, в первую очередь! – Нависаю. Упираюсь ладонями в столешницу. – И я бы не хотел, чтобы ты вела себя с ней грубо.

Зелёные печальные глаза Екатерины встают передо мной. Выбивают вздох из груди.

Чувствую себя мерзавцем.

Она ведь думает, что я реально собрался жениться. И её на свидание зову за спиной у невесты.

Чёрт. Надо выкручиваться.

Иза нервно ведёт плечом. Начинает глупо хихикать, обводя глазами ресторан.

− Блин, а я думала, что ты не такой…

− Какой не такой? – Взвиваюсь.

Загадки невесты и её странный юмор уже порядком поднадоели.

− Ну, не по девочкам… - Хмыкает.

Высовывает кончик языка и ведёт по губам. Страстно. Призывно. С намёком.

Крякаю. Шумно выдыхаю. Закашливаюсь.

Никак не ожидал, что произвожу такое впечатление.

− Неужели похож? – Интересуюсь.

Уже без злости. Скорее, для порядка.

− Может, парфюм сменить?

− Да нет, пахнет приятно. – Иза пожимает плечиками. Скользит пальчиками по бёдрам, разглаживая невидимые складки.

Смотрит оценивающе. Как будто товар в витрине магазина рассматривает.

− Просто ты не клюнул на меня. Даже не рассматривал в качестве возможной девушки.

− Иза, ты о чём? – Мой голос словно треснул.

Смотрю на блондинку не веря, что она вправду думала об этом. Она и я?

Невероятно. Просто немыслимо.

Я просто не смог бы предать память Сони.

− Ты же знаешь, я не ищу больше отношений. – Припечатываю. - Мне хватило Софии. Или ты забыла о ней?

Жгучая боль несётся по телу. Ранит острыми шипами. Доставляет дискомфорт в груди.

− Ну, с Софой у тебя было давно. – Вынимает из сумочки косметичку, подправляя макияж на губах. И в зеркальце на меня косится. – Мало ли, вкусы изменились.

− Не пори ерунды. – Злюсь.

Вскакиваю со стула, намереваясь покинуть ресторан. Просто не могу больше находиться в этой атмосфере.

− И, тем не менее, на нашего регистратора ты внимание обратил. - Поджимает губки.

Ей неприятно, видно.

Но потом она берёт себя в руки. Навешивает на лицо каменное выражение.

И дышит через раз.

− Сядь, плейбой. – Командует. Указывает пальчиком на стул, пригвождая взглядом.

Повинуюсь. Скриплю зубами, но опускаюсь на это чёртово сидение.

Знаю, что мы в общественном месте, в котором нас знает каждая собака. Сцены здесь не нужны.

Выдыхаю со свистом.

− Мне не нравится, когда ты говоришь о других женщинах, Игорь. – Цедит, блестя глазами.

И чашку от себя отпихивает.

Нервно. С раздражением.

Как будто я ей верность хранить обязан.

− Мне наплевать. – Жму плечами. – Ты прекрасно знаешь, что у нас с тобой только деловые отношения. Для отвода глаз.

− Я помню. – Выдыхает с сомнением. Взвешивает все «за» и «против», но всё-таки перечить не решается. - Но брак должен быть зарегистрирован, Романов. Не зря же я затеяла всю эту суматоху.

− Теперь всё пошло не по плану! – Злюсь, закидывая ногу на ногу.

Вспоминаю, что планировал ещё встречу с друзьями на вечер. Перенести её не могу.

− Я собирался на тебе жениться, но меня не устраивает, что Катя будет регистрировать этот фальшивый брак! – Злюсь. Стучу костяшками пальцев по столу.

Изучаю женское лицо.

Иза хмыкает. Смотрит на меня не мигая. Молчит. Думает о чём-то своём, а мне чертовски хочется выговориться.

− Она удивительная…

− Ох, Романов, избавь меня от этих признаний. – Поджимает губы.

В задумчивости стучит ложкой по блюдечку. Фыркает ехидно. Явно не считается с моим мнением.

А ещё чувствует себя ущемлённой.

Что я даже не рассматриваю её в качестве объекта вожделения. Просто не люблю стерв.

Мне по душе домашние женщины.

− Я всё решила. Именно Катя зарегистрирует наш брак. – Рубит ладонью.

Улыбается приторно. Как змея, готовая к решающему броску.

− И помни про контракт. Ни одна живая душа не должна знать о том, что наш брак – лишь фикция! – Встаёт из-за стола.

Кидает несколько купюр на скатерть, оставляя чаевые. И каблучками по паркету стучит, удаляясь к гардеробу.

Виляет бёдрами. Оставляет после себя лишь шлейф удушливых духов.

Противных. Невероятно липких.

Стискиваю руки в кулаки. Осматриваюсь по сторонам.

Глава 7

Катя

*****

– Систер, ну ты чего, куда сбежала? – Дашка тараторит в трубку, явно не чувствуя себя виноватой.

Рассказывает о последних новостях в их семье. Говорит, как ни в чём не бывало. Захлёбывается.

Мне же не до неё.

Внутри гложет.

И собираться нужно.

Как представлю, что сегодня, наконец-то, всё решится, так в душе ураган поднимается. На душе теплеет.

И слушать про то, какой Влад молодец, мне ничуть не хочется.

Придурок он и сволочь. Со спущенными штанами.

Хорошо, что я тогда его припугнула. А то фиг знает, чем бы всё дело закончилось.

Если бы не уехала.

Но рассказать сестре об этом не решаюсь. Не поверит. Встанет на сторону мужа, он же у неё – золото. Да и виноватой сделает.

– Я не сбежала, а просто переехала. – Решаю расставить все точки над «i».

Корю себя за позицию страуса. Но ссориться совсем не хочется.

Поэтому решаю промолчать.

– Так внезапно! Даже не сказала ничего!

– Ну, ты же заявила, что я должна буду пойти в ресторан с этим Романовым. – Шепчу с обидой. - Слушать ничего не захотела.

При упоминании об Игоре в душе всё переворачивается. В груди ноет.

Не пойму, каким образом, но мыслями я снова и снова возвращаюсь к нему.

В этот липкий омут глаз. Стальную хватку.

И трястись начинаю как от удара током.

– Ой, да Романов подписал контракт с Владом! Ничего и не понадобилось, трусиха! – Дашка смеётся.

Явно пребывает в хорошем расположении духа. Гремит чем-то на кухне.

И голос понижает почти до минимума.

– Так что я скрестила пальчики и жду первых дивидендов. Страсть как хочу переехать в квартиру побольше!

− Рада за тебя. – Выдыхаю.

И что-то смутное шевелится на подкорке.

− А когда Романов подписал контракт? – Спрашиваю из чистого любопытства.

Хотя, конечно, немного обидно. И непонятно, что крылось за этими приставаниями Игоря.

Я-то всё приняла за чистую монету.

А он развлекался? Брал на слабо?

Или решил поиграть с новой понравившейся игрушкой?

− Сегодня с утра. – Даша просто мурчит от удовольствия. Гремит чем-то на кухне. - Вечером позвонил Владу и попросил его утром приехать.

− Угу, классно… - Стараюсь дышать. Не подаю вида.

Значит, как раз после нашего разговора в ресторане он и позвонил мужу сестры. Посчитал, что я выполнила его просьбу? Или просто решил отступиться от шантажа?

− А ты переживала! – Дашка весело смеётся. – Он пошутил, наверное!

Делает какие-то наставления дочери, что оказывается рядом. Я же критически оглядываю себя в зеркало.

И пальцы в волосы запускаю. Взбиваю причёску.

− Ну, это же Игорь Романов! – Сестра продолжает. Не замечает моего потухшего настроения. – У него в невестах девушка из телека! А ты – бывшая жена бизнесмена. Просто регистратор свадеб. Разведёнка с прицепом.

Припечатывает. Ждёт моего ответа.

Размазывает мою решимость, выбивая хриплый вздох из груди. Опускает стрелку самооценки до нуля.

И я не понимаю, почему внутри так пусто.

− Ладно, Дашут, мне пора. – Стараюсь говорить невозмутимо.

Оставляю ярость и боль в глубине души.

Сестра же говорит не со зла. Наверное, не понимает, как ранят меня её выводы.

А почему - я и сама не знаю.

Мне же на Игоря до лампочки. Самовлюблённый эгоист с непомерными амбициями, да к тому же бабник.

Что может быть хуже?

− Хорошо, - сестра откликается. – Ты скинь мне адрес сообщением, мы твои вещи вечерком завезём. Посмотрим с Владом, как ты обустроилась.

− Я… подумаю. – Сбрасываю вызов.

Ужасно не хочу встречаться с мужем сестры. Терпеть его сальные намёки. Или, ещё того хуже, взгляд.

И к тому же не хочу, чтобы он знал, где я живу. Подкараулил у подъезда. Ну его нафиг.

− Тук-тук, - дверь в квартиру приоткрывается.

На пороге – Марья Петровна. В руках – несколько погремушек.

− Собралась, детка? – Спрашивает, потрясая в воздухе игрушками. – Я вот с подарочками для нашей принцессы.

− Ой, да не стоило… - Мямлю.

Хочется сказать, что у дочки всего хватает, но это неправда. Большинство вещей всё ещё в квартире сестры.

Я ведь взяла только самое необходимое. И эти игрушки – очень кстати.

− Да перестань! – Отмахивается. – Внучок вырос, а погремушки у меня остались. Я их прокипятила, ты не подумай.

Оглядывает меня критическим взглядом. Скользит взглядом по брючному костюму цвета марсала. Кивает с улыбкой.

− Ух, какая. Глаз не отвести. Боевая! – Завистливо выдыхает. – Ты в таком виде любого сразишь.

− Да я не на свидание. – Смущаюсь. – Просто с бывшим мужем надо встретиться…

− Ну, так помяни моё слово… - Причмокивает губами. – Увидев тебя в таком образе, он точно передумает разводиться!

− Ой, не надо мне такого счастья. – Голос дрожит. Сердце громко бьётся в груди.

Кидаю грустный взгляд на Олечку, которая гулит в своей кроватке. Выдыхаю с болью.

− Ну, а что, лучше дочь без отца оставить? – Марья Петровна недовольна.

Качает головой, вкладывая в пальцы моей девочки игрушку. Оля замирает. Рассматривает разноцветные шарики, хлопая глазёнками.

И расплывается в улыбке.

− Видишь, как ей мой подарок понравился? – Женщина умиляется. – Такая кроха и вас с мужем примирить сможет. Не чёрствый же он, растает.

Ощущаю себя жалкой и разбитой.

Только что я была решимости послать Журавлёва куда подальше, и вот – одна улыбка перевернула мир с ног на голову.

Как вести себя дальше – не представляю.

Но и простить его не смогу. Снова и снова мыслями буду возвращаться туда.

В больничную палату. В стальной голос Артура. В тот бланк для отказника…

Выхожу из подъезда, поднимая голову наверх. В серое хмурое небо. Тяжёлое, будто нависшее надо мной.

Ёжусь от порыва ветра. Холодного, будто с Северного Полюса.