Невеста для Тирана

Пролог

Я смотрю в заснеженное окно, мимо которого с вихрем проносится клубок колючих ажурных снежинок и причмокиваю губами – хорошо, что я сейчас в тёплом помещении приёмной, а не на пронизывающем до костей ветру, на улице.

И, хоть здание, в которое мы с отцом пришли, навевает на меня волнительные, тоскливые мысли, я изо всех сил пытаюсь найти в этой ситуации хоть какие-то плюсы.

Здесь, по крайней мере, тепло и сухо.

- Проходите, Игорь Дмитриевич, вас ждут.

Блондинка улыбается голливудской улыбкой, кивая моему отцу, и тот быстро встаёт с насиженного места, радостно кивая.

- Наконец-то…

Я вижу, как трясутся его руки, и у меня внутри всё леденеет – как же мужчина напряжён. Он, скорее всего, в шаге от панической атаки и держится из последних сил, пытаясь улыбаться.

В его возрасте это опасно…

Хотя, он, у меня, вроде ещё не старый. Правда, для семнадцатилетней девушки все мужчины после тридцати лет – настоящие старики. А сорокалетние – тем более.

- Дорогая, посиди тут пока.

Отец ласково проводит по моим тёмным волосам, и скрывается за дверью кабинета. Его сумбурное волнительное настроение передаётся мне, и я сглатываю вязкий комок, стоящий в горле, осматривая дубовую дорогую дверь.

Интересно, почему папа пришёл сюда?

Нет, в свои семнадцать, я, конечно, знала, что у отца настали очень тяжёлые времена в бизнесе – он едва держался на плаву и вот-вот мог обанкротиться. Нам даже пришлось потуже затянуть пояса – тем летом мы не поехали заграницу на отдых, как делали это постоянно, а осели в пригороде столицы, в каком-то небольшом посёлке со смешным названием Перхушково.

Папа всецело отдал нас в заботливые руки тётушки, а сам постоянно мотался по различным предприятиям и банкам, в надежде поправить своё шаткое положение.

Но почему он всё же, решил пойти на поклон сюда, к своему вечному противнику?

Это так странно…

Блондинка напрочь забывает обо мне, не предложив ни кофе, ни воды, и всецело отдаётся власти интернета, углубившись в свой новенький смартфон со стразами.

Что ж, мне это только на руку – терпеть не могу, когда пристают с дурацкими расспросами. И сейчас я могу спокойно обозреть пространство, в котором, по воле судьбы, я нахожусь.

«Юрий Александрович Митрофанов» - значится на золотой прямоугольной табличке, прибитой к створке двери.

Да-да, это он.

Я уже не раз читала в глянцевых журналах об этом молодом преуспевающем бизнесмене, который резко поменял курс после смерти своего отца и встал у руля затухающего предприятия.

Какой молодец!

За один год он сумел так развернуться и расшириться, что потеснил с рынка многих гигантов. И даже мой отец теперь едва сводил концы с концами, постоянно отбиваясь от нападок кредиторов.

А кредитов он взял немало в последнее время.

Уж я-то знаю.

Ох, что-то мне эта затея отца совсем не нравится.

Оглядываю небольшую приемную, отделанную в светло-бежевых тонах. У стены – столик секретарши, рядом – всевозможная аппаратура типа многофункциональной техники, кофейного аппарата и кулера с прохладной водой.

Меня от глаз блондинки слегка скрывает стеллаж, заставленный всевозможными статуэтками, привезёнными с разных концов света. Вот – Эйфелева башня, выполненная из какого-то блестящего металла, на другой полке, повыше, стоит статуэтка негритянки, которая несёт на плече корзину с фруктами. А вот там, поодаль, красный двухэтажный автобус наподобие тех, что возят туристов по Лондону.

Интересно, Митрофанов сам собирал эту коллекцию, или это – благодарности всевозможных клиентов и бизнес – партнёров?

Или… Партнёрш?

Ведь Юрий Александрович – один из завиднейших холостяков страны. Он даже попал в официальный список самых желаемых мужчин, проводимых одним из глянцевых изданий и, вроде бы, умудрился войти в «золотую десятку».

И, наверняка, вокруг него вьётся огромное число интересных светских дам, мечтающих заполучить этого мужчину в своё безраздельное пользование.

Но, вроде бы, он пока не собирается жениться и обзаводиться потомством.

Ведь у него есть свои взгляды на жизнь.

Кхм…

В противоположном от меня углу в белоснежной кадке высится раскидистое дерево с широкими листьями. Рядом – небольшое кресло и журнальный столик со стопкой, лежащих на нём журналов. Этакий уютный уголок.

Так что мы тут делаем?

Испуганно смотрю на секретаршу Митрофанова, которая, ничуть не интересуясь мной, самозабвенно листает страницы в инстаграмме, и аккуратно встаю со стула.

Хочу подслушать, о чём идёт речь в кабинете.

Блондинка даже не посмотрела в мою сторону – её намного больше увлекают фотографии друзей и новинки модных дизайнеров. Она приоткрывает свой аккуратно накрашенный ротик и увлечённо скользит пальцем по экрану смартфона, не обращая на меня никакого внимания.

Стараюсь не дышать, чтобы стук собственного сердца не мешал мне подслушивать разговор за дверью, и откидываю тёмный локон своих волос с лица.

- Это смешно!

Из-за двери я слышу незнакомый мужской голос, полный гнева и иронии, и останавливаюсь, как вкопанная.

Что? На папу кричат?

- Пожалуйста!

- И слышать ничего не хочу! Это – ваши проблемы.

На цыпочках подкрадываюсь вплотную к двери, и понимаю, что она приоткрыта. Видимо, когда отец заходил, то неплотно закрыл за собой дверь, и теперь я стала невольным свидетелем происходящего.

Хочу хоть одним глазком посмотреть на того, кто так свысока разговаривает с папой.

Конечно, я видела Митрофанова на страницах газет и журналов. Но – одно дело видеть фото незнакомого человека, а совсем другое – увидеть его воочию.

Неожиданно дверь, просвистев у меня перед носом, распахивается, и я утыкаюсь носом в стальную мужскую грудь, одуряющее пахнущую свежим древесным парфюмом с тонкими нотками бергамота.

Приятный аромат.

Наследнице цветочной фирме подобает разбираться в цветах и запахах.

Глава 1

Мила

*****

- Милочка, ты просто красавица!

Тётушка разворачивает меня лицом к напольному зеркалу и всплёскивает сухонькими руками, испещрёнными глубокими морщинами.

Её губы дрожат от нервного напряжения, и она быстро-быстро проводит языком по верхней губе, чтобы немного успокоить себя и привести в чувство. В конце концов, я понимаю, что сегодняшний день очень важен не только для меня, но и для всех моих родственников.

- Обворожительна, посмотри!

Киваю.

Ну да, красиво.

Правда, на мне сейчас очень дорогое платье, сшитое на заказ у именитого дизайнера, а над моим лицом и причёской в поте лица с самого утра трудилась целая бригада профессиональных мастеров, заказанных отцом из Милана.

А уж сумму, которую выложил мой отец за всех этих мастеров, лучше не озвучивать вслух. Но папа решил, что его любимая дочурка заслуживает самого лучшего, и постарался.

Думаю, что они бы и из обезьяны сделали Мисс Мира, если бы перед ними поставили такую задачу. Так что это вполне ожидаемый результат.

Хотя я, конечно, буду посимпатичнее любой макаки.

Надеюсь…

Растягиваю губы в обворожительной улыбке, чтобы тётушка перестала на меня ворчать. Она и так напряжена сверх меры. Хватит.

- О, Господи, да не стой ты истуканом!

Выдыхаю, опуская плечи, и понимаю, что корсет сидит довольно плотно, обхватывая мою грудь железным обручем. Но дышать я всё-таки могу.

Это обнадёживает.

Значит – не упаду в обморок прямо в объятия своего муженька под улюлюканье злопыхателей.

- Аня, поди сюда!

В комнату влетает смешная полная девчушка в длинном цветастом платье и останавливается на пороге моей комнаты, как вкопанная. На её голове криво сидит венок из настоящих полевых цветов, и я понимаю, что моя двоюродная сестрица оборвала пару букетов, стоящих в гостиной.

- Ой, Милочка Игоревна, какая же вы красивая!

- Я ей то же самое говорю, а она всё чем-то недовольна.

Тётя сердито хлопает себя по полному бедру, насупливая кустистые выцветшие брови.

Ну да, им-то не понять, что своего жениха я не люблю и боюсь. А мысли о предстоящей брачной ночи наводят на меня ужас до болей в животе. Как мне вынести всё это?

- Дай-ка мне шпильки с белыми цветами с того столика, заколю ей причёску повыше.

Аня радостно подлетает к туалетному столику, стоящему у стены, и сгребает пухлой ладошкой несколько шпилек. Я наблюдаю за неловкими движениями своей двоюродной сестрицы, которая, почему-то, предпочитает называть меня исключительно на «вы», и до боли закусываю нижнюю губу.

Страшно…

- Вот, посмотри, как чудесно вышло.

Тётя аккуратно приподнимает пучок на затылке, выпуская несколько локонов наружу, создавая тем самым шикарную свадебную причёску, и Аня с восторгом закатывает глаза.

- Просто изумительно, маменька!

- Вот-вот, а Миле всё не так.

- Она просто волнуется. Свадьба же.

- Так радоваться должна! Вон, какого жениха себе отхватила! Богат, умён, красив! Да пол страны девушек с ума сходят из-за его предстоящего бракосочетания, рыдая ночи напролёт в подушку. А Мила… Неблагодарная!

- Так он старый, её можно понять.

- Много ты понимаешь! Он в самом расцвете сил. Состояние сколотил, нам всем помог не обанкротиться. По женщинам набегался, теперь и о семье можно подумать.

Крякаю в кулачок, поднимая домиком брови. Вот, даже моей тётушке известно, что за фрукт – Митрофанов. А уж они-то с папой, наверняка, навели о нём множество справок.

И с чего вдруг такая уверенность, что он уже набегался?

- Ему всего тридцать два!

- Так разница в четырнадцать лет! По нынешнему времени он её отцом мог бы быть.

- Много ты понимаешь! Программ всяких непристойных по телевизору насмотришься, а потом языком мелешь! Кыш отсюда!

Аня испуганно приседает, и, потупив глаза в пол, скрывается за дверью, оставив щёлочку. Наверняка, сестрица никуда не ушла – предпочла не злить свою мать, и сейчас стоит, прислонившись ухом к створке.

Они с тётей переехали к нам из покосившегося деревенского домика, расположенного в глухой провинции после смерти моей мамы, чтобы воспитывать грудных близнецов. Но Аня по-прежнему не научилась жить в современном городском ритме, предпочитая не выходить за пределы квартиры, а целыми днями вышивать крестиком разнообразные картины.

Правда, она исправно посещает школу, расположенную не так далеко от дома, и даже, вроде, неплохо учится.

Сколько ей лет? Вроде тринадцать. Мы не сумели подружиться с двоюродной сестрой и не стали подругами.

Жаль, конечно.

Я в задумчивости опускаю глаза в пол. Покачиваю бёдрами, слыша тихое шуршание пышной юбки, от которого по телу бегут мурашки. Ох, правильно ли я сделала, десять месяцев назад заставив отца принять предложение Митрофанова?

Да, конечно, благодаря слиянию двух фирм наша семья словно вынырнула из омута, получив дополнительный глоток свежего воздуха, так необходимый нам.

Но… какой ценой?

*****

Отец долго пытался найти лазейки, которые бы позволили фирме держаться на плаву, но окончательно нас добил праздник «Восьмое марта», когда все покупатели ринулись ни к нам, а к нашему конкуренту.

И тогда, поняв всю печальную суть, происходящего, я расправила плечи и отправилась в кабинет Юрия Александровича.

Секретарша спокойно пропустила меня к Митрофанову, поведя остреньким плечом и снова зависнув надолго в инстаграмме, а я, выдохнув, рванула на себя тяжёлую дубовую дверь.

Досчитала до трёх, пытаясь растянуть на своём лице голливудскую улыбку. А что, если он уже передумал? Или нашёл более достойный объект, чем я?

До сих пор я помню его глаза…

С насмешкой.

Словно он победил в главной битве своей жизни, а я – самый дорогой и желанный трофей. По идее, мне должно льстить внимание взрослого опытного мужчины, от которого у многих девушек рвёт крышу.

Глава 2

Юрий

*****

- Пошла вон!

Я сталкиваю девицу с кровати, быстро натягивая на себя трусы тёмно-синего цвета. Рыжеволосая призывно чмокает силиконовыми губами и похлопывает по грязной простыни, на которой ещё недавно выделывала немыслимые па, постанывая подо мной.

- Ну, малыш! Давай ещё поваляемся.

- Отвали!

Выдираю из-под тела проститутки свои брюки, фыркая от негодования. Бросаю беглый взгляд на часы и морщусь, как от боли – чёрт, уже слишком поздно.

- Собирайся, мне пора!

- Ну, котик! Ты обещал мне ещё разок!

- Не хочу, отстань!

Выставляю руки вперёд, как бы защищаясь от этой рыжеволосой фурии. Что, если ей придёт в голову меня изнасиловать? А что, от этих шлюх что угодно можно ожидать!

Даже странно, что она рядом. Как я мог так крепко заснуть? Да ещё рядом с этой…

Я вообще редко просыпаюсь с женщинами рядом, предпочитая необременительные отношения, которые ни к чему не обязывают. Ведь я отлично знаю, что стоит переночевать с какой-нибудь глупышкой, и она сразу начинает думать о длительных отношениях, мысленно примерять на себя свадебное платье и придумывать имена нашим совместным детям.

А тут – проснуться с проституткой! Это уже ни в какие ворота!

Ещё решит, что можно мной крутить, как захочет.

Кхм…

- Тогда дай ещё денежку.

Размалёванная девица ложится поперёк кровати, призывно смотря на меня своими алчными глазами. Её грудь выкатилась из неудобного дешёвого паралонового лифчика и обвисла, как старая тряпка.

Ё-моё, кого я сюда приволок?

Это ж сколько же я вчера выпил, что клюнул на эту красотку? Ей, наверное, лет сорок, не меньше.

Бррр.

- Мне кажется, ты получила сполна. Уматывай.

Вот ещё, мне пора одеваться, а эта потаскушка не желает уходить, прося свои чаевые и при этом глупо улыбаясь, пытаясь принять позу посексуальнее.

Но у неё это вряд ли получится – я уже протрезвел.

- Ну, котик, плати ещё, как договаривались.

Кидаю на пол ещё одну купюру, брезгливо морщась.

И зачем я связался с ней? Вчера перепил, провожая свою холостяцкую жизнь, и где-то умудрился снять проститутку.

Надеюсь, я хоть предохранялся? Не хватало ещё подцепить что-то от этой уличной девки и притащить всю эту грязь в постель своей молодой невинной жены.

Вот чёрт!

Оглядываю тумбочку, и замечаю под кроватью несколько использованных презервативов. Молодец, Юра. Даже в таком состоянии не дал слабины, уже хорошо.

Выдыхаю.

Друзей у меня нет, и я глушил виски один, сидя в баре на окраине города. Сам не знаю, что привело меня в это захолустье. А потом пристала эта… Бабочка лёгкого поведения. А по поведению – настоящая муха – назойливая и прилипчивая. Ну, я и не стал отказываться.

А что такое?

В последний раз, между прочим, имею право.

Хотя, насчёт последнего раза я, конечно, погорячился. Но Милочка не должна ни о чём даже подозревать. Её дело – принимать меня с радостью всякий раз, когда я захочу и исправно рожать наследников.

А с моим состоянием я могу себе их позволить.

- Может, ещё встретимся?

Бабочка лениво растягивает слова, натягивая но бледные ноги чулки «в сетку». Я быстро застёгиваю ширинку на брюках, давая понять, что мой ответ – отрицательный.

Но, шлюха не отстаёт.

- Ты был таким классным. Ещё никогда мне…

- Не было так хорошо! Знаю я все ваши уловки! Проваливай!

- Фу, какой ты грубый.

Проститутка напяливает на своё рыхлое тело ярко-красное платье с глубоким декольте. Чёрт, неужели вчера она показалась мне хоть мало-мальски привлекательной?

Сколько же я выпил?

А может эта стерва подсыпала мне что-то? А что, с них станется – сделают всё, чтобы получить выгодного клиента да пошире расставить ноги в обмен на щедрые чаевые.

Мерзко.

- Да, убирайся.

- А если твоя жёнушка узнает о сегодняшней ночи? Думаешь, она обрадуется?

- Я не женат.

- Ну, сегодня же женишься.

- Откуда ты знаешь?

- Так ты сам мне вчера всё рассказал. Что отхватил какую-то бедную невинную овечку, и собираешься сожрать ей ночью, как большой Серый волк. Хотя, у тебя и, правда, большой…

Бабочка растягивает свои губы в фальшивой улыбке, и многозначительно опускает взгляд на мой член, который я уже надёжно спрятал в штаны. Чтобы успокоился и не подавал знаков.

Подхожу к девице, хватая её за всклокоченные рыжие волосы, и больно оттягиваю назад, шипя ей прямо в лицо.

- Только попробуй пискнуть, и ты – покойница.

- Да ладно тебе.

- Я предупредил.

- Я пошутила, отпусти, больно!

Отпускаю прядь волос, отталкивая от себя ночную девку. Ещё никогда проститутки не пытались шантажировать меня. Может, потому что я предпочитал не связываться с ними?

Обычно вокруг всегда крутилась стайка мало-мальски симпатичных девиц, мечтающих прыгнуть в мою постель, а потом получить за свои ласки колечко, шубку или знакомство с известным продюсером.

Все бабы продаются.

Просто – нужно найти подход. С моими деньгами это не так трудно.

А вчера… Просто захотелось, и под рукой оказалась эта…

Как её зовут?

Хрен с ней, какая разница?

Рыжая поспешно одевается, и, подобрав купюры с пола, шмыгает за дверь, сексуально виляя задом. Ещё хочет? Перебьётся. Мне нужно готовиться к первой брачной ночи и накопить силы.

Говорят, моя невеста невинна, как нераспустившийся бутон белой розы.

И это факт.

Три недели назад, преподнеся ей новый айфон на совершеннолетие, я был поражён чистотой её глаз и слов. Она была благодарна, но не более.

Не как все эти шлюхи, мгновенно расставляющие ноги за приличный подарок.

Отнюдь.

Мила просто поблагодарила и пригласила выпить чаю с тортом. Чай с тортом! А не виски с содовой!

Мне повезло, я откопал настоящий бриллиант.

Глава 3

Мила

*****

Лифт привозит нас с папой вниз, и я вся леденею, хватаясь за поручень. Там, в холле подъезда ждёт нас Митрофанов. Жених, в будущем – муж.

Богатый, влиятельный и очень опасный.

Все последние перед свадьбой ночи, я напролёт пыталась представить Юрия рядом с собой. Взять его за руку, положить голову ему на плечо, поцеловать. И всякий раз мне никак не удавалось это даже мысленно увидеть.

Я просматривала старые журналы, где на глянцевых фотографиях он был изображён непременно с очередной пассией, и пыталась представить себя на месте этих красоток.

И каждый раз боролась с очередным приступом тошноты, который подкатывал к горлу при малейшей мысли о поцелуях с этим мужчиной.

Невозможно…

Я даже повесила его портрет над кроватью, чтобы просыпаться и видеть именно это лицо рядом с собой, но в первый же день не выдержала этой пытки и сорвала со стены фото, яростно скомкав его в руке.

Идиотка.

И как я собралась за него замуж, чувствуя к этому холодному мужчине лишь животный страх?

Не могу сказать, что Юрий Александрович за всё это время от помолвки до свадьбы не попытался хотя бы подружиться со мной. Вовсе нет, он старался. Мы посетили вместе несколько театральных премьер, сходили пару раз в кино и даже сидели в ресторане за столиком, взявшись за руки.

Мужчина каждый раз одаривал меня подарками, будь это шикарное кольцо, дорогой суперсовременный телефон или новенькая сумочка. Но, всякий раз я, смущаясь, принимала этот подарок и краснела, уставившись в пол, позволяя клюнуть себя в щёчку.

Юрий не нажимал, не лез с жаркими поцелуями, видно давая мне возможность всё-таки привыкнуть к нему и полюбить. И вот, перед свадьбой я могу с уверенностью сказать, что я привыкла к присутствию этого мужчины в своей жизни, но, ни о какой любви и речи быть не может.

Ужасно…

Отец выходит первым, и я замешкалась, неловко переминаясь с ноги на ногу, стоя в кабине лифта. В душе теплится надежда – вот-вот лифт закроется и уедет, дав мне возможность передохнуть хотя бы минуту перед встречей с женихом, но нет – отец ждёт меня, выжидательно протягивая руку.

Ох, Мила, смелей.

Выхожу, не поднимая взгляда на Юрия Александровича, аккуратно переступая ногами, обутыми в белоснежные лодочки, по кафельному полу холла.

Но он тут – я отчётливо слышу шлейф его парфюмерной воды. Буравлю затравленным взглядом обувь жениха – чёрные лаковые остроносые ботинки, и сглатываю вязкую слюну.

Я вся дрожу от страха перед предстоящим бракосочетанием и слышу, как мелодично позвякивают в мочках моих ушей дорогие серьги.

Юрий…

Здоровается с отцом, прожигая меня до костей выразительным опасным взглядом, в котором читается немой вопрос. Закусываю нижнюю губу и, наконец, смотрю на жениха.

Спокойно.

Он выглядит как вселенское зло – нос заострился, а тонкие губы растянулись в фальшиво-заботливой улыбке. Точно так же смотрит хищный зверь на маленькое животное, готовясь к решительному прыжку перед победой.

Бррр…

Тёмные волосы, очевидно уложенные гелем, лежат волосок к волоску, как на картинке, а серо-зелёные глаза смотрят на меня внимательно, изучая каждый миллиметр моего тела.

Видно, уже готовится к брачной ночи.

Ох…

- Едем?

Киваю, не в силах сказать ни слова, и сглатываю комок, стоящий в горле. Просто не представляю, во что я вляпалась.

Отец, ни слова не говоря, берёт меня под руку, и тащит к выходу, нагибаясь к моему уху дрожащими от волнения губами:

- Дорогая, ещё не поздно отказаться, подумай.

- Нет-нет, папа.

Как он себе это представляет?

Нет, уж раз я на это пошла, то должна идти до конца. Глупо останавливаться на полпути. Вдруг, Митрофанов и вправду – мой прекрасный принц, просто я этого ещё не поняла?

Ох, хоть бы так…

Перебираю ногами, выходя вместе с отцом на улицу. Белоснежный лимузин, приветливо моргнув фарами, подъезжает ближе, тихо шурша шинами. Отец распахивает передо мной дверцу, не дав Митрофанову даже возможности поухаживать за мной, и устраивается рядом на сидении.

Впрочем, Юрий Александрович не стал спорить.

Хорошо.

- В ЗАГС.

Короткая фраза моего жениха заставляет моё сердце стучать чаще, и у меня перехватывает дыхание. Папа держит меня за руку, но я почти не ощущаю его прикосновений – настолько я сосредоточена на своём внутреннем разрозненном состоянии. Будто меня разобрали по кусочкам, как пазл.

На подъезде к дворцу бракосочетаний я замечаю людскую толпу. Боже, неужели на свадьбе будет столько приглашённых? И все они будут смотреть на меня, оценивать и смаковать каждую деталь?

Просто ужасно.

В толпе я различаю журналистов, которые снуют туда-сюда, от гостя к гостю.

Страх и ужас просто сковывают моё тело железными тисками, и я начинаю жадно ловить ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

- Дорогой тесть, вы позволите мне самому помочь Миле выйти?

Митрофанов изучающе смотрит на папу свои серыми глазами, насупив кустистые брови, между которыми пролегла глубокая морщина. Очевидно, мой жених сдвигает так брови чересчур часто.

Отец спокойно кивает, но я – то знаю, какая буря бушует в его душе сейчас, ведь он понимает, что я не от великой любви согласилась на этот брак.

- Чудесно.

Лимузин останавливается перед красной ковровой дорожкой, которую раскатали специально для нас, и дрожу всем телом, ожидая выхода. Юрий Александрович ловко выскакивает из лимузина, и я слышу, как взрывается людская толпа.

Подаёт мне руку.

Я подаюсь телом вперёд, чуть приподнимаясь над сидением, и в тот же миг попадаю в горячие объятия жениха. По телу проносится необъяснимая волна дрожи, и я прикрываю глаза дрожащими от страха ресницами.

Выносит меня на руках, под ликование гостей.

Ищу глазами отца – где он? Но, почему-то, не нахожу. Видимо, он смешался с толпой, отправился к тётушке и близнецам, чтобы быть с ними рядом в такой важный момент.

Глава 4

- Поздравляем!

Гости прогуливаются между столиками, накрытыми в едином бело-бирюзовом стиле, и поднимают бокалы за здоровье молодых. Я мило улыбаюсь всем этим незнакомым людям, а в голове испуганной птицей бьётся только одна мысль – что же будет дальше?

Мои губы дрожат от натянутой фальшивой улыбки, и я понимаю, что мечтаю сейчас забиться под стол, как маленькая девочка, и вдоволь выплакаться.

Чёрт побери, я не представляла, что мне будет так тяжело.

- Очень красивое платье.

Какая-то брюнетка плотного телосложения благосклонно кивает мне, обнажая ряд белоснежных зубов. Сама она втиснулась в платье-футляр нежно-кофейного цвета, очевидно для надёжности ещё утянувшись корсетом, который вот-вот лопнет на её талии.

Её супруг, излишне толстый мужчина, держащий в руках бокал с шампанским, смотрит на меня пьяным взглядом и громко икает.

- Благодарю.

- В Милане покупали?

- Нет, заказывала в Париже.

-Ах, Юрочка сама щедрость! Такое платье! Вам очень повезло с мужем, дорогая. Искренне поздравляю!

Припадает своей надушенной щёчкой к моим волосам, шепча при этом, какой Митрофанов, оказывается, замечательный человек.

Киваю, пытаясь улыбнуться.

А брюнетка цепляет за локоток своего благоверного и уводит прочь, к закускам. Я же исподтишка наблюдаю за супругом. Как он ведёт себя, как двигается, что говорит.

И понимаю, что он выглядит очень счастливым и довольным сейчас на этом празднике, рядом со мной.

Но, отчего?

От того, что женился на любимой женщине, или просто хвастается мной перед друзьями и партнёрами, как выгодным вложением денег?

Я совсем не привыкла к светскому лживому обществу и не понимаю, как мне следует себя вести. Но стойкое ощущение, что все готовы сожрать меня с потрохами за малейшую провинность, никуда не исчезает, и от этого становится вдвойне неуютнее.

Ох…

Садимся за главный стол, предназначенный для нас с Юрием, и я бросаю быстрый взгляд на отца, пытаясь скрыть страх в своих глазах. Если папа догадается, как я напугана, он может предпринять попытку похищения из лап супруга, но это негативно скажется на его бизнесе.

Нет-нет, нельзя об этом даже думать.

Я уже замужем, в паспорте стоит штамм о регистрации брака, на безымянном пальчике правой руки красуется золотое колечко, стоящее баснословно дорогих денег.

Надо успокоиться.

Ведь я всегда воспринимала свадьбу, как самый прекрасный в жизни праздник, которая должна пережить девушка.

Так и должно быть.

Гости поочерёдно начинают подходить к нашему столу, говорить какие-то речи, сыпать пожеланиями, а рядом с нашим столиком растёт, как снежный ком, гора подарочных коробок разнообразных форм и размеров.

Интересно, что в них?

Мои глаза загораются как у маленькой девочки, окидывая взглядом гору этих разноцветных коробок. Точно так же, как и в детстве, в Новогоднюю ночь. Я всегда любила подарки и осталась даже сейчас в душе маленьким ребёнком.

Только, это не Новый Год. Это – моя свадьба.

Даст ли мне мой супруг возможность распечатать все эти подарки и рассмотреть, что в них? Или, это – удел прислуги, и новоиспечённый муж тут же с порога потащит меня в спальню, мечтая, наконец, получить свой супружеский долг?

Боже…

Митрофанов со всеми разговаривает, приветственно жмёт руки, а я лишь молча киваю, и улыбаюсь, как китайский болванчик. Только когда перед нами возникает отец с тётушкой, я ощущаю теплоту в своей истерзанной душе и расплываюсь в нежной умиротворённой улыбке.

Всё хорошо.

Гости сменяются другими гостями, и перед нами оказывается семейная пара, состоящая из плюгавенького лысого мужичка и эффектной стройной красотки, которая всю церемонию кидала на моего мужа страстные импульсы.

Она и сейчас сверлит его пристальным взглядом, кокетливо поправляя светло-русые локоны, явно побывавшие в руках опытного стилиста. В ушах колышутся огромные бриллиантовые серьги стоящие, небось, целое состояние.

А что Юрий?

Кошусь на мужа, и прекрасно вижу, что его тоже ничуть не интересует поздравление мужичка – взгляд устремлён в пышное декольте красавицы, которое так некстати она выставила на всеобщее обозрение.

Так - так.

Ревную? Вряд ли.

Скорее, мне до ужаса неприятно видеть, как мой супруг пожирает взглядом красотку, стоящую напротив и мысленно укладывает её в постель, наслаждаясь её телом во всевозможных позах.

Мда…

Набегался ли муж по бабам, как уверяла меня тётушка, или мне предстоит делить его с постоянно меняющимися любовницами?

Нет, такого унижения я точно не стерплю.

Наконец, речь мужичка иссякает, и он кидается к Митрофанову с рукопожатием. Затем – ко мне с дружественным поцелуем в щёчку. Но я прекрасно вижу, как светло-русая барышня трётся пышной грудью о пиджак Юрия Александровича и в её глазах блестят демонические огоньки.

Скулы моего супруга слегка вспыхивают румянцем, а тонкие ноздри начинают интенсивно раздуваться. Неужели я не ошиблась, и они с этой красавицей – любовники?

Тем временем красотка подходит ко мне, и, наклонившись, еле слышно, шепчет:

- Дорогая, Юра – просто секс-машина, завидую тебе.

Всё ясно.

Опускаю взгляд в стол, а супружеская чета уже отходит от нашего столика. Супруг провожает девушку странным прищуренным взглядом, и с придыханием спрашивает:

- Что она тебе сказала?

- Ничего. Просто поздравила.

Пытаюсь выдавить из себя подобие улыбки, сжимая под столом руки в кулаки. Не устраивать же сейчас скандал?

Да и мой супруг, возможно, уже давно разорвал отношения с этой интересной особой и хранил мне верность со времён нашей помолвки. По крайней мере, мне очень хочется в это верить.

- Ну, ладно.

Супруга, похоже, мой ответ вполне устроил. Ещё бы.

Кобель.

- Можно я отойду ненадолго? Хочу подышать воздухом.

- Конечно.

Поднимаюсь из-за стола и выскальзываю за дверь, обойдя гостей. Перехватываю грустный взгляд отца и ободряюще ему улыбаюсь – ничего, всё хорошо.

Глава 5

Юрий

*****

Искоса наблюдаю за Милой, сидящей рядом со мной за свадебным столом. Её глаза полуопущены и, очевидно, разглядывают кипенно-белую скатерть, пытаясь заметить на ней малейшее пятнышко.

О чём она сейчас думает?

Может, жалеет о том, что вышла за меня?

Но у этой малышки не было выбора – она слишком любит своего мягкотелого отца, который спасовал перед трудностями бизнеса и сам пришёл в мой кабинет, подложив тем самым под меня свою девственную дочурку.

Мммм…

Наконец-то я вскоре сорву с неё это вызывающе дорогое платье невесты и припаду губами к набухшим розовым соскам. Проведу по них языком, заставив набухнуть, и услышу стон, вырвавшийся из зажатой груди. Уверен, так и будет. Уже скоро.

Чёрт возьми, что она уткнулась в скатерть?

Меня начинает это бесить.

Обычно она не была такой грустной. И я-то прекрасно знаю, что у этой милой невинной кошечки есть зубки и коготки. Так чего же она тут строит из себя недотрогу?

Ладно.

Вскоре она уже запоёт по-другому. Я заставлю её кричать от страсти и наслаждения, или я не буду Митрофановым.

Кладу свою горячую ладонь на тонкое, подрагивающее запястье супруги и ощущаю, как часто бьётся пульс под тонкой бледной кожей.

Милочка неожиданно вздрагивает, видно, не ожидая от меня такого жеста, и испуганно поднимает на меня свои бездонные глаза, обрамлённые пышными чёрными ресницами.

Шумно выдыхаю, чувствуя, как в моей душе всё переворачивается от взгляда этих красивых глаз.

Боже, да пусть она ведёт себя так, как хочет – она прекрасна в любом виде. И, если ей комфортно сидеть, как мумия, ради Бога. Я не стану на неё больше давить.

- Всё хорошо?

- Да.

- Хочешь чего-нибудь? Положить тебе канапе с рыбой? Они свежайшие.

- Нет, спасибо.

Её пухлые губы вздрагивают и слегка растягиваются в мягкой нежной улыбке. Представляя, как этот прелестный ротик скоро будет шептать мне различные нежные слова и, возможно, порадует меня минетом, я рычу от удовольствия.

Господи, скорей бы.

- Отдыхай и наслаждайся праздником. Здесь всё – только для тебя.

- Спасибо.

Она благосклонно кивает лёгким движением головы, и я удовлетворённо хмыкаю. Я сделал чудесный выбор. Мила выглядит, как английская королева – достаточно сдержанная и невероятно красивая, но я уверен, что внутри она – само пламя.

И я обязательно его зажгу.

Чуть-чуть подождать.

Начинаются поздравления от коллег по бизнесу, и на сцену выходит чета Амораловых. Да-да, Егор и его развратная жёнушка Инна, которую я частенько имел в разных позах, пока её муженёк делал вид, что ничего не замечает. Или, он и вправду такой недотёпа?

Впрочем, меня этот тип мало интересует, в отличие от супруги. Его вклад в моё дело не такой уж большой, в отличие от жены. Инна умеет хорошо выкладываться, по-полной, как я люблю.

Аморалова Инна.

Ей подходит фамилия супруга, чёрт возьми. Те фортели, которые она выкидывала, вбирая своими пухлыми губами мой член, заставляли меня биться в конвульсиях от удовольствия.

Есть же бабы.

Интересно, она делает это со своим мужем?

Хотя, думаю, нет. Егор – из тех мягкотелых мужиков, которые довольствуются единоразовым походом в постель к супруге, остальное время, не подходя к ней даже на пушечный выстрел, наивно полагая, что жене и так нормально.

Кретин.

А Инне не нормально. Уж я-то знаю, какой горячей бывает эта штучка, если её хорошенько зажечь. А уж мой фитилёк зажигать умеет. И Инна горит, сгорает по пять-шесть раз за ночь.

Хм…

Я почти не слышу слов поздравления от Егора, потому что все мои органы чувств заняты Инной. Чёрт возьми, зачем она нацепила на мою свадьбу такое вызывающе короткое платье, обтягивающее все её прелести?

А ещё эти красные туфли на умопомрачительных шпильках… В них её ноги кажутся ещё длиннее. Ох, закинуть бы их мне на плечи, и я покажу ей небо в алмазах.

Член в штанах начинает вставать, как солдат по приказу «смирно», и я сглатываю вязкий комок, стоящий в горле.

Чёрт.

Ведь специально оттрахал ночью ту проститутку, неужели моему младшему товарищу всё мало?

Поздравление закончено, пожимаю крепкую руку Егора, мысленно поздравляя его с тем, что он носит весьма ветвистые рога и уже довольно долгое время.

Тюфяк.

И тут же оказываюсь в жарких объятиях Инны, которая, ничего не смущаясь, трётся об меня своей пышной грудью, которая вот-вот вывалится из тесного декольте.

Сучка.

А почему бы не воспользоваться?

Я смотрю на жену и вижу некую отстранённость в её глазах. А ещё что-то, похожее на испуг. Этой девочке, во что бы то ни стало нужно выпить алкоголь, чтобы, наконец, раскрепоститься. Пожалуй, я заставлю её опрокинуть пару бокалов шампанского, чтобы она перестала походить на красивую фарфоровую куклу.

Догадалась ли она о моих мыслях, относительно Инны?

Надеюсь, что нет. Хотя Милочка не раз мне доказывала свою необыкновенную проницательность. И мне нужно быть осторожнее, иначе её отец сожрёт меня с потрохами.

- Можно я отойду ненадолго? Хочу подышать воздухом.

Голос моей жены слегка дрожит, и я расплываюсь в довольной улыбке. Хорошая девочка. Она поняла, что теперь я – не только её супруг, надежда и опора, но и хозяин.

Повиновение – то, что я люблю.

И, не только в постели, вообще по жизни.

- Конечно.

Киваю, смотря, как Эмилия бодро шагает к дверям, стараясь как можно быстрее сбежать из зала. Ладно, пусть остынет. Всё равно ей некуда деваться с этого праздника – она уже моя жена. И ей я займусь чуть позже.

А пока её нет, я вполне могу остудить свой пыл.

Делаю знак Инне и поднимаюсь со своего стула. Сейчас эта сексапильная красотка прибежит ко мне, как покорная собачка, и будет повизгивать подо мной, принимая всего, без остатка.

Глава 6

Мила

*****

- Проходи.

Свет в прихожей загорается, и я оглядываю небольшую прихожую, выполненную в стиле «лофт». Стены выложены белоснежным кирпичом, а с потолка свисают лампочки на длинных шнурах.

Как странно.

Раньше мне не доводилось бывать в квартирах одиноких мужчин, и я абсолютно не представляла, как выглядит настоящий «мужской» стиль. Но, по этой квартире слишком заметно, что рыжебородый живёт один. Не спасает положение даже рыжая шубка в пол, одиноко висящая на вешалке, как бельмо на глазу.

Интересно, кому она принадлежит?

Скидываю белоснежные лодочки, и выдираю из волос гребень, которым приколота фата к волосам. Я больше не невеста, хватит ходить как разряженная кукла.

Если бы у меня была другая одежда, я бы и это свадебное платье с удовольствием бы скинула, ведь его оплатил Юрий Александрович, а я ничем не хочу быть ему обязанной. Но, переодеться мне не во что.

Надоела эта игра.

Кидаю беглый взгляд на своё отражение в зеркале, и с раздражением прищуриваюсь. Боже, кого я всё это время пыталась обмануть? Разве что себя. Остальные, в особенности папа, ни на секунду не верили в счастливый исход этого брака.

И были правы.

Оставляю фату на комоде в прихожей, и провожу пятернёй по уложенным волосам, закусывая пухлую губу.

- Проходи в гостиную, устраивайся. Я сейчас заварю чай.

Бородач кивает мне и уходит по коридору, явно направляясь на кухню. Вытягиваю шею, провожая этого незнакомого мужчину благодарным взглядом.

Как хорошо, что он встретился мне на пути и увёз из этой клоаки.

Ступая босыми ногами по светлому ламинату, я прохожу в гостиную, отделанную в серо - белых тонах, и останавливаюсь, как вкопанная. На белоснежном диване развалился шикарный котяра палевого окраса. Его жёлтые глаза чуть прищурены, а розовый треугольный нос подёргивается, принюхиваясь к незваной гостье.

У меня никогда не было животных…

- Кис-кис-кис…

Я приседаю возле дивана, оглядывая пушистый комок, и аккуратно подношу прохладную ладонь к мордочке животного. Кот переворачивается, встав на лапы, и на его ленивой мордочке читается искреннее удивление. Белоснежные усы чуть подрагивают, а глаза смотрят внимательно и недоверчиво, будто изучаю непрошеную гостью.

- Привет, как тебя зовут?

Шепчу, тут же понимая глупость своего вопроса. Как будто, кто сможет мне ответить.

- Его зовут Босс.

Оглядываюсь, узрев позади себя хозяина квартиры, с подносом в руках, и вскакиваю на ноги.

- Ого, какое у него серьёзное имя.

- Да, это Жанна его так назвала.

Покрываюсь мурашками, тупо кивая.

Жанна – именно это имя было написано на деревянном кресте с фотографии. Любопытство раздирает меня, но я не решаюсь сразу задать вопрос в лоб, интересуясь:

- А как вас зовут?

- Никита.

- Просто Никита, без отчества?

- Разве я такой старый? Мне едва исполнилось тридцать.

Смущённо опускаю глаза, качая головой.

Боже, ну я и дура.

Протягиваю хозяину квартиры руку для приветствия, извиняющее улыбаясь. Нет, он совсем не старый, просто уставший. А борода делает его строже и брутальнее. Но, наверное, если сбрить эти жёсткие рыжие волоски, Никита будет смотреться намного моложе.

- Спасибо, что спасли меня и увезли со свадьбы.

- Не за что. Мне казалось, что вы любите своего жениха. Так чего же сбежали?

Веду острым плечом, сдвигая брови на переносице. Я не готова об этом сейчас говорить. Это чересчур личное. Да и как объяснить, что супруг предал меня через пару часов, запершись в туалетной кабинке с одной из приглашённых.

- Жанна - это ваша жена?

- Жанна – моя сестра, а Саша – племянник. Очевидно, вы хотите послушать их историю?

- Да, простите. Но конверт с фотографиями напугал меня.

- И не зря. Вы вышли замуж за опасного человека. Неужели вы настолько его любите?

- Да.

Моё тело вибрирует, но я продолжаю врать. Не хочу сейчас распространяться об истинных причинах моего замужества перед этим незнакомым мужчиной. Я ведь не знаю, кем он приходится Митрофанову, и с какой целью решился мне помочь.

- Тогда я думаю, вам будет неприятно узнать, что ваш любимый супруг – отпетый негодяй, мерзавец и убийца.

Моё тело дёргается от этих суровых слов, но я пытаюсь сохранять спокойствие.

- Я думаю, вы преувеличиваете.

- Ничуть.

Мужчина прищуривается, и ставит поднос на кофейный столик. Я наблюдаю за его спокойными отточенными действиями и машинально поглаживаю кота за ушком.

На столик выставляет чайник со свежезаваренным ароматным чаем, вазочку с шоколадными конфетами и пару маленьких фарфоровых чашек.

- Митрофанов убил мою сестру вместе с крошечным племянником. И я его за это ненавижу. И просто мечтаю отомстить.

В глазах Никиты блестит что-то похожее на боль, и у меня в груди начинает болезненно щемить сердце.

Не похоже, что он врёт.

- Расскажите, пожалуйста.

Мужчина садится на кресло, закидывая ногу на ногу, и смотрит на меня прищуренным взглядом.

Какие же у него проницательные синие глаза!

- Жанна познакомилась с Митрофановым три года назад, на одной светской тусовке. Тогда он только начинал свой цветочный бизнес с нуля и был ещё никем. У нас же с сестрой было своё небольшое дело в виде пары парфюмерных магазинов. Юрий заинтересовался моей сестрой, но, как позже оказалось, не только ей. На раскрутку бизнеса ему понадобились деньги.

- Всё было не так! Я читала во многих изданиях его интервью. Он начал бизнес почти с нуля, использовав капитал отца.

- Ну да, конечно, отца…

- На что вы намекаете?

Мужчина разливает чай по чашкам, и я внимательно наблюдаю за ним. Его руки слегка дрожат, выдавая напряжение, а на шее запульсировала венка. Хозяин квартиры перехватывает мой взгляд и хмыкает.

- Нет, деньги Митрофанову на раскрутку дала Жанна. Она продала один из магазинчиков, влезла в долги и всё вручила этому мерзавцу. Я предупреждал её, но она была слепо влюблена и ничего не хотела слышать.

Глава 7

Мила

*****

- Ты никуда не уйдёшь.

Никита рычит, и его ноздри широко раздуваются, а каштановые волосы на голове становятся дыбом. Мне становится по-настоящему страшно, ведь ещё никогда мне не доводилось стоять в одном белье перед незнакомым мужчиной.

Который хочет от меня что-то необъяснимое, пугающее и будоражащее мою кровь.

Ненормальный.

- Пожалуйста, не надо…

- И не мечтай.

Сказал, как отрезал.

Хозяин квартиры быстро рвёт на себе хрустящую белоснежную рубашку, пахнущую цитрусовым кондиционером для белья, вмиг оголяясь до пояса. Я зажмуриваюсь – не привыкла видеть на опасном расстоянии рядом с собой обнажённых мужчин.

Никита нагло расхохотался, а у меня волосы прилипли к голове от волнения, а щёки запылали румянцем.

Какой кошмар!

- Открой глазки, не бойся. Я не хочу, чтобы ты меня боялась.

- Тогда отпустите меня.

- Не сейчас.

Закусываю нижнюю губу и вся дрожу перед этим странным мужчиной. А он, с нескрываемым удовольствием скользит тяжёлым, как бензовоз, взглядом, по моему хрупкому телу в кружевном белье.

Вот так чёрт.

Попала от одного извращенца к другому.

Сегодня прямо мой день – везёт, как никогда.

Пытаюсь закрыться ладошками, но мужчина ловко запрокидывает меня, как пушинку, на своё массивное плечо и начинает двигаться по коридору. В отчаянии я бью кулаками по его широкой спине, но это не приводит ни к какому результату – накачанный хозяин квартиры не обращает на мои вялые попытки никакого внимания.

Дрыгаю ногами в воздухе, пытаясь лягнуть своего рыжебородого похитителя, но в тот же момент получаю звонкий шлепок по попе, и затихаю.

Блин…

Глухой щелчок выключателем, и в тот же момент под потолком загорается современная люстра в стиле хай-тек, освещая спальню мужчины холодным белым светом.

Обозреваю серый пушистый ковёр на полу, продолжая висеть вниз головой, как безвольная тряпичная кукла в руках опытного Карабаса-Барабаса.

Шлёп!

И я, как мешок с картошкой, оказываюсь на кровати, заправленной тёмно-синим шёлковым пледом.

Подтягиваю колени к груди, пытаясь хоть как-то скрыть свою наготу от хозяина квартиры. Покрываюсь мурашками, смотря в ярко-синие глаза Никиты, и стараюсь не дышать, отчаянно соображая, что можно предпринять.

Вряд ли он передумает и отпустит меня просто так.

- Если ты не будешь сопротивляться, всё пройдёт безболезненно.

Ну да, конечно.

Эта фраза напоминает мне фразу и детства, когда я впервые пошла к стоматологу с отцом. И я уже по собственному опыту знаю, что всё это – миф и сказки.

Будет больно.

Адски.

А подружки ещё рассказывали, что идёт кровь.

Брррр.

Мужчина рвёт молнию на брюках вниз и тут же остаётся передо мной в чёрных полосатых боксерах, под которыми явно обозначился выступающий детородный орган.

Сглатываю слюну, пытаясь не смотреть на мужское достоинство, заливаясь при этом краской, как нашкодившая школьница.

Чёрт побери…

- Хочешь меня раздеть?

В синих глазах Никиты вспыхивает сексуальный интерес, и я вижу, как он слегка проводит языком по пересохшим от возбуждения губам.

- Нет, спасибо.

- Ну что ж, тогда я всё сделаю сам.

Вмиг одним прыжком он оказывается на кровати и прижимает меня спиной к прохладному шёлку. Девяносто килограмм против моих пятидесяти. Да, совсем неравная схватка. По моему телу проносится новая волна дрожи, а светлые волоски на руках встают дыбом от ужаса и страха.

Что сейчас будет?

Мужчина наваливается на меня всем своим весом, а его член со всей мощью упирается во внутреннюю поверхность бедра, вызывая во мне какое-то непонятное тепло внизу живота, нарастающее с каждой секундой.

- У меня стоит на тебя. Колом. Ты чувствуешь?

Киваю вместо ответа.

Ещё бы не чувствовать – да он готов сделать прямо сейчас во мне столько отверстий, сколько это вообще возможно.

- Я не хочу тебя насиловать, я не насильник.

Бородач останавливается, зависнув над моим лицом и буравя сапфировыми яркими глазами. Сглатываю комок, стоящий в горле, и пытаюсь растянуть на своей физиономии приветливую улыбку.

Может, удастся всё перевести в шутку?

- Тогда слезь с меня, а?

Но мужчина отрицательно качает головой, цокая при этом языком, и у меня в душе рушится последняя надежда.

- Я хочу, чтобы ты меня хотела.

Странный тип.

Да я вижу его всего второй раз в жизни и, похоже, он ничем не отличается от моего сумасбродного муженька, решившего, что все женщины мира непременно должны желать их.

Какая самоуверенность!

- Не получится. Пожалуйста, дай мне одеться, и я уйду.

- Нееет.

Он мягко заглядывает в мои глаза, приподнимая подбородок. От этого странного действия у меня заходится сердце, а внизу живота как будто нарастает огненный шар.

Ё-моё, что же делать.

- Я сделаю так, что ты сама подаришь мне свою девственность.

Хмыкаю.

До чего же наглый!

Да я изо всех сил мечтаю оказаться сейчас подальше и отсюда и от моего ненавистного супруга. Сбежать, раствориться в людском море, чтобы никто из этих опасных мужчин никогда меня не нашёл.

Ну, надо же было так влипнуть!

Я обязательно должна что-то придумать, чтобы выиграть время.

- Ну, попробуй.

Вздёргиваю подбородок кверху, сжимаясь в сплошной комок нервов.

Боже, и откуда во мне взялась такая решимость? Ведь этому рыжебородому мужчине ничего не стоит разорвать на мне нижнее бельё и сделать меня податливой игрушкой в своих горячих руках.

Никита прищуривается, одаривая меня нежной приятной улыбкой, и тут же наклоняется к моей шее, щекоча и покалывая кожу своей бородой. Я прикрываю глаза, и выгибаю спину, подставляя себя этим странным возбуждающим ласкам.

Мои соски под кружевной тканью бюстгальтера твердеют, и меня неожиданно накрывает жаркой обжигающей волной, сводящей с ума и заглушающей сознание.

Глава 8

Юрий

*****

Снова и снова просматриваю видеозапись в каморке охранника ресторана, сжимая с каждым разом всё плотнее свои губы. Прокручиваю до тридцатой минуты и повторно смотрю побег своей невесты.

Или, правильнее сказать, супруги?

Вот Милочка бежит к чёрной «Тойоте», слегка приподнимая хрупкими пальчиками подол своего свадебного платья, и с отчаянием рвёт на себя ручку дверцы автомобиля, вмиг устаиваясь на заднем сидении. Мне кажется, на её миловидном личике читается грусть, отчаяние и тревога. Хочется обнять и защитить её от всех невзгод.

От самого себя.

Чёрт…

В душе я до конца надеялся, что сейчас увижу на видеосъёмке что-то другое, свидетельствующее о похищении моей второй половинки. Думал, что Милочку кто-то насильно увёз с праздника, чтобы насолить мне и спутать все карты. И это – происки моих конкурентов.

Тогда бы я всенепременно поднял бы на уши всю службу безопасности и тотчас бы отбил супругу у мерзавцев, посягнувших на моё белоснежное сокровище. Но, к сожалению, ситуация оказалась иной.

Её никто не принуждает к бегству.

Она сама.

Крякаю, выдыхая воздух через полуоткрытый рот, продолжая неотрывно смотреть на экран монитора. Может быть, там мелькнёт что-то ещё? Доселе мной незамеченное?

Камера снимает «Тойоту» так, что мне видна лишь задняя часть машины, куда именно села сбежавшая невеста. Но ведь мотор взревел и унёс мою нераспустившуюся розу в ночную мглу!

Вряд ли по городу ездит автомобиль без водителя за рулём.

Значит, в автомобиле был кто-то ещё.

И не зря, охранник сказал, что Милочка уехала с каким-то мужиком. Значит, мне необходимо посмотреть другие видеозаписи, чтобы узнать, какому будущему покойнику принадлежит чудо японского автопрома.

Это просто камикадзе какой-то!

Похитить невесту у Юрия Митрофанова!

- Мы можем найти более раннюю запись, чтобы узнать, кто приехал на этом автомобиле?

- Конечно, раз плюнуть.

Парнишка непринуждённо кивает и начинает бодро щёлкать кнопками в поисках нужной видеозаписи. Я удручёно слежу за его действиями, потирая сжатые кулаки.

Мне уже хочется применить на похитителе один из боевых приёмов…

- Вот, смотрите.

Охранник приветливо разворачивает ко мне монитор, отъезжая на кресле от стола, чтобы не мешать, и я впериваюсь в экран, прищурив взгляд.

«Тойота» въезжает на стоянку и, тихо шурша шинами, останавливается на месте. Фары гаснут, и водитель выбирается наружу. На нём – серый костюм и белоснежная рубашка без галстука. Мужик щёлкает брелком, на мгновение, задержав взгляд на камере, и я до хруста сжимаю компьютерную мышь в кулаке, узнав похитителя.

- Осторожно!

Парнишка делает взмах рукой, но хрупкое устройство уже рассыпается на части, обрушившись градом пластика на пол каморки.

Сплёвываю на пол и вынимаю из бумажника пятитысячную купюру:

- Возмещение ущерба. И спасибо за помощь.

- Да не за что.

Охранник быстро кивает и прячет купюру в карман потрёпанных джинсов. Итак, я нашёл того ублюдка, который без спросу взял то, что я так тщательно берёг именно для этой ночи.

Сукин сын. Он пожалеет о своём поступке.

Снова смотрю на экран, пытаясь рассмотреть получше черты лица, которое я уже скоро, очень скоро изуродую. Он будет просить меня о пощаде, но я не прощу. Это не просто уличная девка, которую может оприходовать любой желающий. Это – моя супруга. Моя невинная овечка.

Рыжебородый.

Это тот самый странный тип, что ворвался в мой дом без спроса за приглашением на свадьбу. Тогда я посчитал некрасивым спрашивать у него имя и фамилию, а теперь они бы мне здорово пригодились.

Чёрт побери.

На хрена я выдал ему пригласительное?

Идиот.

Наверняка, он явился на мою свадьбу только с одной целью – увести у меня из-под носа Эмилию.

Но почему, зачем? Ведь я абсолютно уверен, что никогда не видел его ранее и не переходил ему дорогу, трахнув его жену. Так кто же это такой, чёрт возьми?

- Ещё раз отмотать?

Охранник без энтузиазма цокает языком, не смотря на экран. Конечно, в сотый раз это уже не интересно наблюдать, понимаю. Парнишка сидит на потёртом кресле, сжимая в руках пульт от телевизора, на экране которого пляшут голые девицы.

- Нет, довольно.

- Это – ваша невеста?

- Жена!

- А тот мужик?

Сплёвываю на пол, не удостоив парнишку ответом, и в последний раз взглянув на экран монитора, покидаю будку охранника. Довольно смотреть, как Милочка, эталон нежности и невинности наставляет мне рога, сбежав со свадьбы с незнакомым мужиком.

Но я его разыщу. Обязательно.

И он будет не рад, что встал у меня на пути.

В первую брачную ночь.

Выругавшись, сжимаю руки в кулаки, покачиваясь на пятках. Совершенно не так я представлял себе эту ночь. Каждый раз представлял в мыслях, как нежно сниму со своей жены платье, как буду наслаждаться её бархатной кожей, осыпая поцелуями и как, наконец, возьму то, что не принадлежало ещё никому до меня.

Выбегаю на улицу, выдыхая колечки пара в морозный мартовский воздух и до боли закусываю нижнюю губу.

Набираю номер жены и слушаю, как приветливая девушка на автоответчике отвечает, что абонент недоступен.

Чёрт!

Интересно, Мила сама отключила телефон, или это сделал кто-то за неё?

Именно сейчас я должен трахать свою малышку, которую я купил у её отца, во всевозможных позах, и наслаждаться её красивыми, по-детски наивными серыми глазами. Но вместо этого я вынужден стоять тут, посреди парковки, в полном одиночестве.

Сука.

Что же случилось с Эмилией?

Она всегда была настолько тихой и покорной, что я не ожидал от неё такого фортеля.

Быстро набираю номер Павла Дмитриевича Колымского, начальника службы безопасности. Думаю, он сможет быстро узнать, на чьей машине уехала моя супруга и кто тот придурок, который посмел перейти мне дорогу.

Глава 9

Юрий

*****

Поднимаюсь в лифте на двенадцатый этаж, потирая сжатые кулаки. Интересно, этот придурок Кулагин приволок Милочку к себе домой, или увёз её подальше, чтобы спрятать от меня?

Что ж, надеюсь, ума у него не хватило на последнее, иначе мне придётся изрядно постараться, чтобы найти свою белоснежную розочку. Но, вряд ли он думал, что я так быстро найду его, и, скорее всего, мерзавец должен быть дома. Там, где я неоднократно бывал.

И тогда я попросту выбью дверь в его квартиру и заберу то, что принадлежит мне по праву.

Выхожу из лифта, обозревая приоткрытую входную дверь и радостно присвистываю. Что ж, её даже выбивать не пришлось. Значит, Никита Борисович дома. Наверняка так торопился позабавиться с моей женой, что забыл запереть дверь на ключ.

Смертник.

Достаю из внутреннего кармана пиджака свой пистолет марки «Беретта», и, ощущая прохладную гладкость металла, толкаю дверь в квартиру. Прихожая пуста. Ни следов борьбы, ни разбросанной одежды – ничего.

Ладно.

Возможно, неприятное меня ждёт впереди. А самое странное, что из квартиры не доносится ни звука. Это наталкивает меня на невесёлые мысли о том, что мерзавец успел совершить своё чёрное дело, и сейчас весьма доволен собой.

Делаю шаг к гостиной, и тут же буквально прирастаю ногами к полу.

На полу лежит белоснежное свадебное платье. То самое, за которое я выложил почти миллион рублей. Именно оно было сегодня на моей невинной супруге. И именно его я должен был сорвать вот так нагло и по-хозяйски небрежно.

Скотина!

Он сделал это за меня.

Быстро поднимаю платье, оглядывая его лиф, и покрываюсь мурашками – обе бретельки оторваны. Безжалостно. Чьими-то сильными руками. Всё понятно.

Отбрасываю платье в сторону, оглядывая гостиную.

Тут явно всё началось.

Поломанный кофейный столик, сервиз на полу и разорванное свадебное платье свидетельствуют о том, что моя Мила сопротивлялась, как тигрица. Хорошо, что крови нет – хотя бы она цела. Но, один Бог знает, что ей довелось пережить из-за этого мерзавца.

Бедненькая…

Отшвыриваю платье ногой и бегу по коридорчику, из которого я наверняка попаду в спальню этого урода.

Я так сильно сосредоточен, что едва не просвистел мимо него самого, лежащего на полу в углу коридора в одних трусах.

Что, чёрт возьми, тут произошло?

Нагибаюсь над Кулагиным, оглядывая его сморщенное от боли лицо. Видно, ему пришлось не сладко – вон, какая здоровая шишка проступает на голове.

Так ему и надо.

Со злостью пинаю рыжебородого в живот, врываясь в ванную, из которой слышен плеск воды. Неужели, Эмилия решила помыться после бурного секса?

Но, там пусто.

Тяжело дыша, оглядываю холодные стены помещения и закрываю кран, возвращаясь к Кулагину. Он, по-прежнему, лежит на полу, не шевелясь. Но его веки подрагивают, а из груди вырывается стон - значит, скоро придёт в себя.

Отлично.

Тогда и поговорим.

Быстро взваливаю на себя тушу Никиты, отбрасывая ногой, лежащий неподалёку вертикальный пылесос.

Он-то что здесь делает, чёрт возьми?

Неужели он заставил мою супругу ещё убраться в квартире? Унижать, так полностью?

Тащу хозяина квартиры на кухню и усаживаю на один из стульев. Тяжёлый боров. И пресс, вон какой – с кубиками, как будто только что сошёл со страниц модного журнала.

Ну, ничего, скоро он будет красоваться только в некрологе.

Скотина.

Оглядываюсь в поисках каких-нибудь инструментов.

Я частенько бывал в этой ранее гостеприимной квартире, когда ночевал с Жанной. И отлично знаю, где у неё хранились всякие хозяйственные вещи. Надеюсь, после её смерти ничего не изменилось.

Открываю нижний ящик комода, стоящего в прихожей, и расплываюсь в змеиной улыбке.

Отлично! Моток бечёвки лежит именно там, где я его запомнил. Он-то мне и пригодится, чтобы связать этого мерзкого донжуана, посмевшего перейти мне дорогу.

Быстро обвиваю бечёвкой руки и ноги мерзавца, который уже начинает очухиваться. Ну что ж, я подожду, пока он придёт в себя, а потом отстрелю ему член, чтобы неповадно было посягать на мою собственность.

Оставив Никиту на кухне, устремляюсь в спальню.

Хочу убедиться, что Милочки там нет.

Хотя, по вырубленному Кулагину я понимаю – моей девочке удалось сбежать.

Но успел ли он её испортить – вот вопрос?

Врываюсь в спальню, вдыхая греховный аромат секса, и брезгливо морщусь. На смятой постели лежит белоснежное кружевное белье, которое, без сомнения, принадлежит моей невесте.

Дрожащими от волнения пальцами я приподнимаю расстёгнутый бюстгальтер и порванные по шву трусики, крякая от досады.

У меня внутри поднимается настоящая буря негодования, которая захлёстывает меня целиком, не оставляя выбора.

Убить. Немедленно.

Сжимая в кулаке разорванные белоснежные трусики, вбегаю на кухню и приоткрываю рот, со злостью сплёвывая на пол. Брат моей бывшей пассии уже пришёл в себя, и смотрит на меня спокойным и наглым взглядом.

- Сукин ты сын!

С размаху бью Никиту по лицу кулаком, и тот, тут же падает на пол, вместе со стулом, к которому я его надёжно привязал.

Подхожу ближе и с наслаждением смотрю, как из нижней губы ублюдка вытекает тоненькая, сладко пахнущая струйка крови. Одним движением я возвращаю стул в вертикальное положение вместе с хозяином квартиры, и присаживаюсь на корточки, вглядываясь в его глаза.

В них нет ни отчаяния, ни страха!

Этот ненормальный похитил мою невесту, изнасиловал, лишил девственности и наверняка теперь доволен собой!

Козлина!

С размаху бью Кулагина по щеке ладонью, царапая руку о рыжую щетинистую бороду, и рычу, как раненый зверь:

- Где Мила?

- Не знаю.

- Как не знаешь?

- Ты же видел, она меня вырубила ударом по голове. Видно, сбежала твоя принцесса.

Глава 10

Юрий

*****

Нехотя поднимаю голову с подушки, морщась от дневного света, проникающего через закрытые жалюзи.

Что за чёрт?

Кто посмел меня разбудить в такую рань?

Смотрю на циферблат часов, стоящих на прикроватной тумбочке и удивлённо поджимаю губы – начало первого. Что ж, уже, конечно, не утро, но со стороны горничной не этично будить меня после такой кошмарной ночи.

Которая должна была быть брачной.

И ведь она, наверняка, знает, что я явился домой под утро, и без молодой жены. Да, слуги всегда всё знают о хозяевах. Но, главное, чтобы они молчали.

Стук в дверь повторяется, и я нехотя сползаю с кровати, пригладив пятернёй свои тёмные волосы.

На пороге стоит Луиза и смущённо теребит свой накрахмаленный передник пальцами. На её лице застыло такое извиняющееся выражение, что мне сразу расхотелось кричать на неё.

Ладно, уж.

- Я же сказал, чтобы меня не беспокоили.

- Простите, Юрий Александрович, но к вам гостья…

Глаза мигом открываются, и я, схватив небрежно лежащий на кресле халат, отталкиваю горничную, не дав ей договорить. Неужели, Милочка сама пришла ко мне? Нашла, наконец, дорогу домой, как заблудшая овечка?

Отлично.

Вприпрыжку преодолеваю расстояние до гостиной, едва не поскользнувшись на лестнице, и вбегаю в светлое помещение. На тёмно-сером диване, положив ногу на ногу, вольготно устроилась Инна Аморалова.

На ней – чёрная юбка карандаш и нежно-розового цвета блузка, расшитая жемчужинами. Зелёные глаза похотливо и нежно смотрят на меня, сканируя полуголое тело, а рот слегка приоткрыт в соблазнительной улыбке.

Оглядываюсь по сторонам в поисках Эмилии или супруга Инны, но никого не наблюдаю.

Эта потаскушка пришла одна!

В мой дом!

- Что ты здесь делаешь?

Подлетаю к русоволосой красавице и фыркаю, приподняв верхнюю губу. Инна, как ни в чём не бывало, расплывается в довольной улыбке, обнажая ровный ряд белоснежных зубов:

- И я рада тебя видеть, котик.

- Не смей меня так называть!

- Почему?

- Потому что нас могут услышать!

- И что? Насколько я знаю, первую брачную ночь ты провёл в полном одиночестве и, судя по перегару, изрядно накидался коньяком. Я права?

Хватаю Аморалову за тонкое запястье и с силой поднимаю её с дивана, рыча в лицо:

- Не твоё дело! Проваливай!

Инна аккуратно одёргивает юбку, которая неожиданно задралась до бедра, показав мне кружевную резинку от чулок, и я выгибаю бровь.

- Ну, как хочешь. Просто пришла тебя предупредить. Всё-таки, не чужие друг другу люди.

Сглатываю слюну и смотрю туда, где ещё недавно мелькала резинка от чёрного чулка. Интересно, они с подвязками? Было бы интересно посмотреть. Но, вслух спрашиваю:

- О чём предупредить?

- Скорее всего, вскоре к тебе нагрянут полицейские.

- Почему?

Инна, соблазнительно виляя округлыми бёдрами, подходит к журнальному столику и, нагнувшись, медленно берёт с него пульт от телевизора. Я же, не отрываясь, смотрю на юбку, которая тут же поползла вверх, показав мне кружевные резинки на чулках и очертания упругих ягодиц.

Член в трусах зашевелился.

Аморалова же, не обращая на меня никакого внимания, выбрала канал и снова уселась в кресло, сексуально закинув ногу на ногу.

Боже, она, по-моему, без трусиков!

Экран мигнул, и мне пришлось переключиться на блок новостей, который зачем-то для меня включила Инна. Возникло лицо миловидной ведущей, и она тут же затараторила приятным низким тембром.

- Итак, мы продолжаем вводить вас в курс дела относительно покушения на жизнь известного парфюмера, Купцова Никиты Борисовича. Как мы уже докладывали, этой ночью его нашла соседка, истекающего кровью в своей собственной квартире, и вызвала «Скорую помощь». На место происшествия тут же выдвинулись бригада медиков и полицейские.

Чёрт!

Ну, почему эти вездесущие соседи в многоквартирных домах всегда оказываются там, где их не ждут? Что этой любопытной бабке понадобилось ночью в соседской квартире?

- Никита Борисович был доставлен в реанимацию без сознания, где за его жизнь борются врачи. Полицейские же обнаружили на месте преступления одну маленькую деталь – свадебное платье. И, как нам стало известно, именно в этом платье минувшим днём вышла замуж Эмилия Игоревна Митрофанова. Ведь её супруг, Юрий Александрович ещё днём выложил в сеть фотографии супруги в этом платье.

Тут же на экране телевизора показалось фото из ЗАГСа, которое я залил в сеть собственными руками. На нём я и Мила, взявшись за руки, стоим у алтаря. И на ней это злосчастное платье!

Чёрт побери!

Почему я не забрал его?

- Как оказалась невеста Митрофанова в свою первую брачную ночь на квартире Купцова, будет узнавать следствие. А мы лишь можем строить догадки. Следите за нашими дальнейшими выпусками. Служба новостей, Ирина Пахмутова.

Инна торжественно выключает телевизор и победно смотрит на меня, улыбаясь змеиной улыбкой.

- Ну что, дорогой? Отдалась твоя целочка другому, да?

- С чего ты взяла?

- Не трудно сопоставить дважды два. Ты ведь сегодня проснулся один, в гордом одиночестве. Так?

- Не твоё дело!

Ору так, что у Инны должно было заложить барабанные перепонки. Но, она стойко перенесла мой порыв ярости, лишь сладко улыбнувшись.

Встаёт с дивана и подходит ко мне, обвивая шею своими тонкими руками, на которых позвякивают золотые браслеты, как у танцовщицы, и я замираю в ожидании продолжения.

Да, Егор не жалеет на свою жёнушку и мою любовницу денег.

Тюфяк.

- Как она посмела обидеть моего котика…

Мурчит, как кошечка, мгновенно превращаясь в тигрицу, сверкая своими зелёными глазищами.

Ах, эта девочка всегда хорошо знает, как меня успокоить.

Что ж, я не могу упустить этот момент. Ведь брачной ночи у меня так и не было. И мне нужно хорошенько опустошить свои яйца, чтобы мозг заработал на полную силу.