Невеста Кристального Дракона

Глава 1. Мечтательница

Грохот колес о рельсы затихал. Поезд приближался к станции.

Я перевернула последнюю страницу. Вот и все. Чудесная история, которая выдернула меня из реальности на целую неделю, осталась позади. Сказке конец. Добро пожаловать в реальный мир, Нео.  

Закрыла книгу, подняла голову. Час пик уже прошел, я ехала в полупустом вагоне метро. Взглянула в темное стекло напротив… На миг почудилось, будто вместо моего отражения смотрит кто-то другой. Гость издалека, из другого мира.  

Воображение нарисовало картину: громадный экран во всю стену переливается алыми сполохами. Перед ним – мужчина. Высокий, весь в черном, с непреклонным лицом, не терпящий возражений. Вперился в меня горящим взглядом и желает забрать в свой волшебный мир.

Я вздохнула. Эх, Ирка-Ирка… Мечтательницей родилась, мечтательницей умрешь. Кому еще такое примерещится? Только мне, способной с головой уйти в историю о чудесах иного мира.

Вымерли такие мечтатели. Жизнь несется вперед стремительным потоком. Надо успевать за ней, некогда тосковать о несбыточном. Надо бороться за выживание и место под солнцем. Даже скромным работникам районной библиотеки, вроде меня.

Поезд затормозил на Проспекте Большевиков. Я сунула книгу в сумку, встала и протиснулась к дверям. Чувство, что потусторонний взгляд сверлит затылок, упорно не проходило…

Пока я поднималась на эскалаторе, зазвонил телефон. Наська. Что-то сейчас будет? Каждый звонок подруги преподносил сюрприз. Не всегда приятный. Я вытащила трубку, поздоровалась. Услышала в ответ:

- Лучникова, ты вернулась в наш мир? Или еще витаешь в зазеркалье, игноришь друзей?

- Да не игнорю, Настён, - слабо запротестовала я. Но подруга упрекала справедливо – я напрочь утонула в несуществующей реальности.

- Короче, Ирка! Завтра встречаемся в Шоколаднице. Я за тебя плачу, знаю что не потянешь с библиотекарской зарплаты! Но сама понимаешь – не просто так!

Ну так и есть. Опять хочет втянуть в авантюру. И ладно бы, Наська сама соскучилась по приключениям на пятую точку. Упаси боже, она опять обо мне заботится… Щедрой подруге с детства казалось, что мне не достает от жизни острых ощущений. Вот и норовила довешать щедрой дружеской рукой…

- Что на этот раз? – вздохнула я.

- Нам составит компанию очаровательный брюнет! Твоя задача – улыбаться, быть милой и не сводить разговор к любимым книжкам! Попробуй спросить человека о чем-нибудь еще кроме "А вы любите читать?" Поговори, разнообразия для, ну хоть о работе! Мужчинам интересны женщины, которые интересуются ими, а не книгами!

Неееет, только не это! Настёна снова взялась устраивать мою личную жизнь!

- Насть. Давай без меня, а?

- Детка! Тебе надо живых волшебников присматривать, а не книжных! Часики-то тикают! Хочешь остаться старой девой? Этот чувак, между прочим, из Франции!

Настя сделала многозначительную паузу. Чего хотела от меня? Чтобы я от такой новости запрыгала вприсядку между эскалаторами?

Не зная, что сказать, я молчала в телефон, и Настя завопила:

- Але, рыба снулая! Не спать! Франция! Лямур-тужур! Тебе все равно что ли?! Давай, завтра в пять на Невском! Оденься так, чтобы секси! Блузку, которую я тебе на дээр задарила, не посеяла ее? Лифчик – пуш-ап! Юбочку мини, у тебя с универа лежит, я знаю! Под нее – чулочки, сгоняй сегодня в "Ленту", там есть дешевые в бельевом отделе. И шпильки повыше найди! И никаких книжек, помни!

Ага, а ровно в полночь карета превратится в тыкву, а прекрасный принц – в крысу. Тоже помню.

- Насть, ну правда, не стоит… Позови Марину или Юльку.

Пронзительный свист из динамика телефона чуть не оглушил меня. Подумала – сбой связи. Как бы не так. Это соловей-разбойник Настя присвистнул. Стоящая рядом бабка с любопытством косилась на меня – слышала все громогласные Наськины речи.  

- Лучникова, вот что ты за личность, а? Ей добро делаешь, а она – позови Марину или Юльку. Все, с меня хватит! Завтра в пять на Невском, при полном параде! Отмазки не принимаются!

Не дожидаясь ответа, Настя нажала отбой. Вот так с ней всегда. Вечная история. Сколько бы я ни противилась, но в конце концов собиралась и шла, исполняя все указания подруги. А куда деваться, раз она и правда добро мне делала? Она не виновата, что от ее "добра" у меня только напряг и лишние хлопоты. Дело ведь не в ней, а во мне, девице не от мира сего.

Я сошла с эскалатора. Хотелось выбросить из головы неугомонную Настю с ее французом. Вернуться в чудесный фантастический мир. Чтобы никто не тормошил, не требовал срываться с места и нестись неведомо куда. Навстречу подвигам и свершениям, которые в двадцать первом веке оборачивались унылыми знакомствами со скучными людьми.

Вновь меня унесло из реального мира. Я вдруг ощутила тяжелый взгляд в затылок – будто за мной следили… Оглянулась. Может, все проще – никакой мистики и меня выслеживает маньяк?..

Толпа спешащих людей обтекала меня, кто-то чуть не врезался на ходу. Никто не выслеживал, никому не было дела до девицы-библиотекаря, витающей в облаках. Просто я слишком вжилась в текст. Вообразила себя тонким бесплотным существом, которое явилось в мир для определенной цели. Да не простой – заработать денег, добиться успеха, встретить такого же успешного мужчину, родить ребенка, воспитать его достойным успешных родителей – а возвышенной. Спасти какой-нибудь мир, желательно не этот. На этот меня не хватит, боюсь. А вот на какой-нибудь волшебный – завсегда пожалуйста!

Я тихо рассмеялась себе под нос. Рассказать Наське – одно скажет. "Мужика тебе надо, Ирунчик". У нее на все про все был один ответ и одно решение. Нужен мужик. Секса нет, от того все проблемы. Тоже мне, Фрейд доморощенный. Мужик и секс – точнее, отсутствие оных, – это следствие. А причина все в том же – моей мечтательности и идеализме.

Глава 2. Попаданка

Проснувшись, я долго не могла понять, что не так. Потом дошло: тишина. Совершенная, безупречная тишина. Такая идеальная, что слышно, как бьется сердце. Моя – то есть, родительская – квартира выходила окнами на проспект Большевиков. Так тихо у нас не бывало даже с наглухо закрытыми пластиковыми окнами. Да и от соседей постоянно доносился шум. Орали кошки, которых хозяева никак не могли стерилизовать; лаяли собаки, верещали дети, грохотал перфоратор. А такая тишина, как сейчас, могла быть только… в морге?!

В памяти всплыло, как три громадных псины наступали, прижимали к кирпичной стене многоэтажки. Я потеряла сознание… И что случилось потом? Сердечный приступ? Или искусали так, что меня приняли за покойницу и привезли в морг?! Или… или не приняли? Вдруг я действительно мертва?

Проще всего открыть глаза и проверить, что вокруг. Но мне было безумно страшно. Я боялась обнаружить непроглядную черноту и холод. Холод? Стоп. Чтобы мерзнуть, глаза открывать не надо. А мне было очень и очень тепло. Что-то мягкое и согревающее обволакивало со всех сторон. Как на пуховой перине.

В морге, насколько я помнила по редким просмотренным криминальным драмам, на покойничков набрасывают тонкие простыни. Я ощущала себя укрытой чем-то гораздо более теплым и тяжелым. Больше похоже на ватное одеяло. А еще покойнички не думают. Мыслишки, что бесновались в моей голове, слишком заморочены для мертвого зомбячьего мозга. 

Значит, жива. И здорова – судя по тому, что боли нигде не чувствуется. Даже ушибов от падения. Вспомнилось последнее ощущение перед обмороком – словно погружаюсь в вату.

Я приоткрыла один глаз. Вокруг темновато, но не так, что не видно не зги. Открыла второй. Огромная постель – Наська выражалась про такие, сексодром. Я и правда лежу под толстым одеялом. Таким теплым, что почти спеклась.

Посмотрела в потолок. Метров пять, а то и шесть высотой. Даже не сталинка. Присела на кровати, огляделась вокруг. Напротив – широкое окно высотой во всю стену.  Завешено тяжелыми бордовыми портьерами. Плотными, но сквозь ткань все равно просвечивало солнце. Очень яркое, раз пробивалось через такую толщину штор.

Откуда бы, если я вышла из метро вечером и вовсю моросил дождик? Я провалялась без сознания весь вечер и ночь?

Осмотрела всю комнату – и поняла, что называть это помещение комнатой больше язык не повернется. Метраж – квадратов восемьдесят, а то и все сто. Пол выстлан ворсистым ковром с причудливым узором. По углам – огромные кадки с диковинными растениями, ни разу не видела таких. Хоть с подачи Наськи, флориста-любителя, вынужденно разбиралась в комнатных растениях.

В одну из стен вмонтированы дверные ручки – видимо, шкаф-купе. Другая стена полностью зеркальная. Из глубины на меня таращилось темное отражение ссутулившейся на кровати фигурки. Как жалко я выглядела в этом царстве роскоши…  

Художественная студия? Пентхаус? В типовых высотках, около которых я упала в обморок, таких помещений быть не могло. Кто-то проходил мимо, заметил меня без сознания и отнес к себе? Точнее – проезжал и отвез. Владельцы таких помещений вряд ли ходят пешком.  Даже скорую не вызвали, не отправили в больницу?.. А говорят, у богатеев черствое сердце. 

Оставалось надеяться, меня сюда притащили исключительно по доброте душевной. Без задней мысли. Иначе страшно даже представить, чем придется расплачиваться за помощь…  

Вдруг широкие двери распахнулись. Я встрепенулась, юркнула под одеяло. Я же лежала в одних трусах и бюстгалтере – белом в красный горошек. Интересно, кто меня раздевал?..

В темноте разглядела только, что фигура женская. Она прошествовала через комнату-студию к окну, распахнула портьеры. Поток яркого света больно резанул по глазам, привыкшим к темноте. Я зажмурилась.

А когда открыла глаза, увидела перед собой девушку в длинном платье странного покроя. Я приподнялась, придерживая одеяло у плеч.

- Добрый день! Спасибо вам огромное, что забрали с улицы и дали отлежаться. На меня напали собаки, я ужасно испугалась, упала в обморок. Кстати, меня зовут Ирина.

Девушка слушала с вежливым, едва ли не угодливым выражением лица. Но взгляд был пустым. Мне показалось, что она не поняла ни слова из сказанного мной. А потом поклонилась. У меня отвисла челюсть. А когда она заговорила, я и вовсе выпала в осадок:

- Госпожа, простите, я не понимаю вас, но господин Кори предупредил, что вы поймете нашу речь. Мое имя Дельдра. Я служанка в замке Владыки Ральдарина. С этого дня – ваша личная служанка. Сейчас вам принесут обед. Вы, должно быть, изрядно голодны?

Желудок мгновенно отозвался на слово "обед", громко заурчав. А мозг тщетно пытался переработать услышанное. Господин Кори? Замок Владыки Ральдарина?.. Что за ересь?!

Девушка со странным именем настойчиво спрашивала, чем помочь… но я смогла лишь дернуть головой.

- Тогда я передам господину Кори, что вы пришли в себя, и принесу обед!

Она поклонилась еще раз и вылетела в двери. А я осталась одна и в шоке. Что все это значит?! Почему она обращалась ко мне – госпожа? Какой Владыка, какой замок? Что за дурацкие имена? Тут кино снимают или прикол скрытой камерой? Поэтому меня притащили в это подобие Эрмитажа?

Кори, Дельдра, Ральдарин – язык сломаешь. Если и правда съемки скрытой камерой, могли бы не такую вычурную заумь придумать. Как-то совсем не по-русски…

Стоп. А был ли язык, на котором ответила мне Дельдра, русским?!.. Я заговорила с ней по-русски, а она ответила – простите, не понимаю вас, но вы поймете нашу речь. И я поняла. Но этот язык…

Я осознала, что хорошо понимаю его. Причем не только смысл снов. Я знаю его грамматику, синтаксис, словообразование. Могу представить, как пишутся слова, сказанные Дельдрой. То есть, все, что я заучивала на филологическом про родной язык, знала и про этот. Но он не был русским! Тогда каким?!

Глава 3. Владыка

Я смотрела на мужчину и чувствовала себя беспомощной, как ребенок перед взрослым. Он был так высок и широк в плечах, что возвышался надо мной, как гора над былинкой.

На миг из головы улетучились мысли, что вокруг меня – бутафория для съемок реалити-шоу. Тот, кто стоял передо мной, совсем не походил на ведущего шоу. На продюсера он тоже не походил. И даже на миллионера с пристрастием к экзотическим ролевым играм.

Этот мужчина обладал подлинной властью. Не знаю, как я поняла. Никогда не общалась с теми, кто держал в руках реальную власть. Максимум – с мальчиками-мажорами на случайных тусовках с Настей. Но я улавливала в его взгляде, его походке, его манере держать себя – он привык отдавать приказы и встречать повиновение.

Что-то во мне затрепетало под его странным взглядом. Никогда не видела таких глаз у человека – с радужной оболочкой янтарного цвета и вертикальными зрачками. Когда он прищуривался, зрачки словно складывались в ромб.

- Как твое имя?

Звук его голоса – басовитый и раскатистый – залил все пространство огромной комнаты. Я ответила прежде, чем осознала, что открываю рот:

- Ирина.

По жесткому, будто высеченному из мрамора лицу пробежала усмешка.

- Надо же. Похоже на мое. В детстве меня звали Рин.

Хотелось бы мне поглядеть на того, кто сейчас назовет этого… Владыку детским прозвищем.

- Значит, у нас с тобой есть общее… Ирина.

Питерский интеллигент во мне возмутился, что ему тыкают. Инстинкт самосохранения судорожно верещал – не выдавать возмущения этому человеку. От которого – это очевидно – зависит моя участь.

 - Скажите, Рин… Где я нахожусь?

Ну вот и рискнула. А что делать, раз он сам представился так. Что он с железной вероятностью и есть тот самый Владыка Ральдарин, Великий и Ужасный, всего лишь догадки.

Мужчина поднял бровь.

- Я велел Кори сказать тебе. Он ослушался приказа? Ты находишься в мире по прозванию Коэлин – Слияние Стихий. Как твой мир носит имя Земля, так наш мир назван не по одной стихии, а по их соединению и гармонии.

О как… Гармония стихий. Если я все же в руках очень властного и харизматичного ролевика-затейника, он явно обладает возвышенным и романтичным вкусом…

Но следующая реплика, сказанная сердитым и раздраженным тоном, убила это предположение:

- Ненавижу давать объяснения. Кори будет наказан за то, что мне приходится объяснять тебе.

- Он говорил, - поспешно заверила я. – Я просто плохо поняла.

Разговоры о наказаниях нервировали меня. Надеюсь, у них по сценарию не принято сечь розгами статистов и заставлять главного героя любоваться. И уж подавно не предусмотрены такие сцены с подопытной жертвой. Принудительное физическое воздействие – это нарушение Женевской конвенции по правам человека. Подсудное дело.

Мужчина недовольно нахмурился, но продолжил:

- Та часть этого мира, где мы с тобой находимся, называется Азрайлен – Страна Драконов. На древнем языке нашего мира азрайл означает дракон. Я – правитель драконьей расы. Это мой замок, а ты – моя гостья.

Пробудившийся внутренний скептик усмехнулся свысока и захотел отпустить саркастичную реплику. Насчет мании величия, которая побуждает людей наряжаться в старинные костюмы, моделировать интерьер под барокко или ампир – я  плохо понимала разницу между ними, оба слова ассоциировались у меня с пафосом и вычурностью.

А другая часть меня, внутренний выживатель, замерла мышкой. Боялась, что это не ролевая игра и не реалити-шоу. Что дело куда серьезнее, и я не на шутку влипла. Ролевики-реконструкторы не могут за одну ночь научить человека незнакомому языку.

Оставался еще внутренний романтик. Тот, что взахлеб упивался приключениями попаданца в волшебном мире. Ему хотелось закричать – так бывает, я знал! Это случилось со мной! Но его голос – слишком тонкий и хилый – глох под напором выживателя и скептика.

Все три голоса сошлись на одном. Спорить с человеком, у которого янтарные глаза с ромбовидными зрачками, от которого веет всевластием и безнаказанностью, опасно. Какова бы ни была истина, самое разумное для меня сейчас – подыграть. А там разберусь.

- А как я попала в… Коэлин? Ведь это непросто, да? Перейти из одного мира в другой? Это же не как на трамвае до рынка доехать, верно?

- Трамвае? Та грохочущая тесная штука? Мне послышалось, она называется… - он наморщил лоб, будто припоминая, - мет-ро-по-ли-тен.

Я невольно улыбнулась. Если передо мной все же актер, то очень хороший.

- В нашем мире много тесных грохочущих штук. Есть еще и самолеты. Не доводилось видеть?

Его губы презрительно скривились.

- Я не вглядывался в твой мир. Он не доставил мне удовольствия, чтобы уделить ему больше времени, чем требовалось для дела. Метрополитена мне хватило.

Да Владыка снобом быть изволит. Метрополитена ему хватило, видите ли. Поездил бы на работу утром и вечером в час пик, вот тогда хватило бы. А то ведь он, при самом реалистичном раскладе, метро только в кино видел. У самого, наверно, личный вертолет в распоряжении. Или служебный. Этот замок, чем бы он ни был, должен как-то снабжаться. Уж точно не через метро и даже не железной дорогой – на такой высоте.

- Вы не ответили, как я попала в ваш мир? Последнее, что я помню, как на меня напали собаки… Я потеряла сознание и очнулась здесь…

Он расхохотался.

- Собаки? Напали? Вижу, мои Гончие тебя впечатлили!

- Гончие?..

- Гончие Дракона. Магические оборотни. Они способны привести добычу хоть с края света, хоть с другого мира. 

- Но почему я?! – вырвалось у меня.

Янтарные глаза вперились в меня, будто хотели распилить пополам. Вертикальный зрачок превратился в ромб.

Глава 4. Дэнерин

Дельдра вернулась заплаканная – похоже, Кори и правда отчитал ее. Или по сценарию полагалось появиться в этом эпизоде заплаканной… 

Она отвела меня в ванную, которая оказалась лишь наполовину меньше огромной спальни. А ванна – целым бассейном. Я тут же вспомнила своего книжного попаданца… В его мире в каждом уважающем себя доме было несколько бассейнов для омовения. Что-то Владыка продешевил!

Я с наслаждением нырнула, сделала заплыв, а потом с помощью Дельдры отмылась. Теперь предстояло решить проблему чистой одежды. Натягивать несвежие джинсы и джемпер на чистое тело не хотелось. Но роскошные, тяжелые платья на манекенах годились для краткого дефиле, но не повседневного ношения.

Я посмотрела на служанку.

- Дельдра, а можно мне платье как у тебя?

Она округлила глаза.

- Но, госпожа, это одежда прислуги! Вы – гостья Владыки, а не служанка!

- Ой, да какая разница! Все равно потом переоденусь в свое. Только постираю.

- Вы ничего не должны стирать сами! Для этого есть прачки.

- Прачки? – фыркнула я. – А как же магия? Неужели Владыка не может одним взглядом сделать одежду чистой?

Дельдра молвила пафосно:

- Магия драконов создана для великих дел. Для всяких мелочей созданы мы.

Н-дя. Похоже, психология феодального кастового общества в этом шоу тщательно продумана. Я все равно не удержалась, чтобы не съязвить:

- А он говорил, что не приближает к себе людей. Куда уж ближе, стирать его нижнее белье?

Дельдра и глазом не моргнула на мою колкость.

- Прачки – не люди, госпожа Ирина. В замке нет ни одного человека.

- А ты? Ты ведь человек!

Она покачала головой.

- Нет, госпожа. Я шеами. Мы созданы похожими на людей внешне… Но мы – не люди.

Вот это поворот. Драконы, теперь шеами. Может, тоже придумать себе магическую расу? Что это я выделяюсь…

- И чем шеами отличаются от людей? У тебя голова, две руки, две ноги, глаза, уши и рот. Почему ты не человек?

- Драконы сотворили нас по образу людей. Но отличие – внутри, госпожа. Здесь, - она коснулась своего виска. – Люди корыстны и себялюбивы. Они не способны на преданность и служение. Любой человек, даже самый добрый, всегда думает в первую очередь о себе. Шеами же созданы служить и угождать. Мы живем благодаря драконам и ради драконов.

Она произнесла это спокойно и естественно, без толики пафоса и наигранности. Я обескураженно стояла на месте, не зная что сказать. Глядя на мою опешившую физиономию, Дельдра встревоженно спросила:

- Госпожа, что с вами? Я не хотела вас оскорбить. Если я сказала недозволенное, в вашей воле наказать меня! 

Меня покоробило. Опять наказать. Да уж, феодальные реалии во всей красе. Профессионалы работают.

Дельдра принесла свое платье – легкое и удобное. А главное – чистое. Я с удовольствием переоделась и взяла с нее торжественную клятву служения шеами, что джинсы, джемпер и белье вернутся ко мне в целости и сохранности. Не очень хотелось оставаться без привычной одежды в этом то ли замке, то ли киностудии.

А потом она повела меня по замку. Везде, где мы проходили, я подбегала к окнам и выглядывала наружу. Утес, широкая долина внизу и лесной массив определенно не были декорациями.

Сам замок оказался таким огромным, что я утомилась по нему бродить. Широкие коридоры, устланные толстыми коврами. На стенах – огромные картины и гобелены. Сцены, которые были на них изображены, я совсем не узнавала. Ни одного библейского или знакомого исторического сюжета. Кругом парящие в воздухе драконы.

Я притронулась к одному из гобеленов. Ткань была плотной, краски – яркими, контуры – четкими. Невероятно качественная работа. Насколько же дорого могут встать такие декорации?

Дельдра покосилась на меня, но не стала мешать, молча встала в сторонке, дожидаясь, пока я налюбуюсь. Я озиралась вокруг. Нигде ничего похожего на скрытые камеры. Впрочем, на то они и скрытые, чтобы не замечать при беглом осмотре невооруженным глазом.   

Мы пошли дальше. По дороге нам попадались люди… пардон, шеами в такой же одежде как у нас с Дельдрой. Все они куда-то спешили, некоторые что-то несли в руках. Все были по горло заняты. На меня даже не смотрели. Наверно, принимали за новую служанку… тьфу, статистку, не стоящую внимания.

Пару раз встретились другие люди. Богато одетые, с уверенной неспешной походкой и надменной физиономией. Дельдра низко кланялась им. На меня они смотрели удивленно – не иначе, ждали поклонов. А когда я лишь вежливо улыбалась, пронзали пристальным взглядом и с презрением отворачивались. Завидовали восходящей звезде реалити-шоу?

Вдруг из-за угла на нас выскочил Владыка Ральдарин собственной персоной. Я и не ожидала, что он может носиться на такой скорости.

Он чуть не сшиб меня с ног. Обхватил мускулистыми руками за талию, чтобы я не упала. Заглянул в глаза… Зрачки у него были уже знакомыми – вертикальными. А вот радужная оболочка – не янтарная, а ярко-голубая, сапфирная.

Это был не Ральдарин. Кто-то очень похожий на него.

Не его лицо, не его волосы. Не такие иссиня-темные, как у Владыки. Да и фигура другая. Ростом он повыше, а вот в плечах уступал Ральдарину.

- З-здравствуйте, - пробормотала я.

- Здравствуй, прелестная человечка. Откуда ты взялась в драконьем замке?

Ну и дела. Прелестная человечка. Надо будет Настю так обозвать. Оценит. Если я отсюда выберусь.

- Ваш Владыка Ральдарин прислал за мной Гончих Дракона, - брякнула я.

Клятву молчания с меня не взяли. По замку свободно разгуливать разрешили. Значит, мое появление в этом Коэлине – не тайна. Прятаться не нужно, можно свободно говорить, кто я и откуда. Договор о неразглашении я не подписывала.

Глава 5. Полет

Картины прошлого не пронеслись у меня перед глазами. Только каменная стена замка, а потом отвесная скала утеса. Я не задевала их головой, потому что площадка сильно выступала над замком. Я пролечу беспрепятственно до самой земли и только тогда расплющусь в кровавое месиво.

В голове не было ни мыслей, ни чувств, ни образов. Не было даже страха. Только полная обреченность – все. Конец. Я просто ждала, когда стремительно приближающаяся земля наконец врежется в меня, наступит боль и тьма. На этот раз – навсегда.

Что-то со свистом прорезало воздух прямо над моим ухом. Я почувствовала, как талию, ребра, поясницу обвивает нечто твердое и тугое. А летящая навстречу земля остановилась.

Прежде, чем я успела что-то увидеть, разобрать, понять – промелькнула одна всепоглощающая мысль: жить. Я буду жить. Только это имело значение. Все остальное – куда я попала, на съемки или в другой мир, - такие пустяки…

Где бы я ни была, это я. А вокруг – небо. Подо мной – земля, покрытая зеленью. В которую я могла бы врезаться и перестать быть. Надо мной – огромная черная туша ящера, сверкающая россыпью алмазов на шкуре. Его когти смыкались вокруг моего туловища, плотно и надежно. Благодаря им я жива.

"Я говорил, - прозвучал странный голос прямо у меня в голове. – Рядом с драконом ты никогда не упадешь, если он этого не хочет".

У меня пересохло в горле, чтобы я могла что-то ответить. Да и слова не шли на язык. Только междометия.

Я гадала, сколько он еще будет так лететь со мной. Вот что чувствовали Сэм и Фродо, пока орлы несли их из Мордора на Кормалленское поле.* Смесь опустошения и облегчения.

* Герои и события "Властелина колец" Дж.Р.Р.Толкина

Только что смерть была неотвратимой, но тебя чудом спасли, успели в последний момент. И теперь тащат куда-то по небу, гигантские когти обхватили за туловище, а ноги болтаются в воздухе. А ты, между прочим, в юбке, и снизу может кто-то смотреть…

Но это ерунда, и сухость с жжением в горле тоже. А когти жуткой рептилии кажутся надежными и спасительными.

Впереди показался скалистый утес – не такой высокий, как тот с которого я рухнула, но весьма устрашающий. Мой черный спаситель начал вырисовывать над ним круги, снижаясь. Он опустил меня на плоский выступ на вершине, уселся рядом, вытянул крыло прямо к моим ногам.

"Забирайся, - послышался знакомый голос в сознании. – Тебе будет удобнее. Нам долго лететь".

- Я... может, вы меня назад отнесете?

"Ты уже не хочешь знать, как устроен Азрайлен?" – в беззвучном голосе послышалась усмешка.

- Нет!! Я хочу на твердую землю. Ничего не хочу знать.

"Какая жалость. Я настроился на долгий полет. Люди такие слабые".  

Еще какие слабые. Увидят перед собой такую морду, рухнут с высоты и разобьются всмятку.

"Все равно залезай. Или ты хочешь идти пешком, по твердой земле? Здесь сорок миль. К утру дойдешь".

- Н-нет… Я с вами.

Я с опаской ступила на расстеленное передо мной крыло. Вдруг сделаю ему больно? Он может рефлекторно дернуть мышцами, и я покачусь вниз с отвесной скалы… Или прихлопнет ненароком. Но искрящаяся поверхность под моими ногами была твердой. Я будто ступала по алмазной крошке. 

Тело этого создания – я не могла даже в мыслях произнести слово "дракон" – было невероятным. Черным – но при этом блестящим и искрящимся. Как будто его покрывал слой стекла или некоего драгоценного сплава.

Медленно и осторожно я прошла по огромному крылу, перешагнула на туловище. Оглянулась. Куда мне тут… сесть? Лечь?

"Подойди к гребню, - скомандовал беззвучный голос. – Сядь рядом с ним, возьмись руками за зубцы. И ничего не бойся – ты не упадешь, даже если я сделаю петлю в воздухе".

Очешуеть. Петлю в воздухе… И все это происходит со мной наяву?! Ущипните меня кто-нибудь.

Но щипать было некому – тот, кто находился рядом, вырвал бы клок мяса из меня, попробуй он ущипнуть. Так что оставалось лишь слушать, что он говорит. И очешуевать от всего происходящего.

Я забралась повыше – туда, где вдоль позвоночника ящера пролегал острый гребень. Уселась, подвернув под себя колени; обеими руками ухватилась за два зубца. Ящер, которого я по-прежнему не могла назвать ни драконом, ни Дэнерином, взмахнул гигантскими крыльями и взмыл в воздух.

Наверно, полет на драконе похож на поездку на кабриолете с откинутым верхом. Ветер в волосах, ослепительное солнце, вокруг – небо и облака. А если перед этим ты только что избежал смерти, то чувства особенно ярки и остры. Будто пламя жизни в сердце полыхнуло во всю мощь.  

"Держаться не обязательно, - прозвучал в голове знакомый голос. – Тебя защищает магия Кристального Дракона. Я не уроню тебя, даже если будешь танцевать в полете. Я предложил это, чтобы ты почувствовала себя увереннее".

- Спасибо… я еще подержусь, ладно? Для уверенности…

Дракон расхохотался. Когда у тебя в голове грохочут гулкие раскаты, а ты при этом пролетаешь на высоте черт знает сколько метров… Ощущения, надо сказать, фееричные.  

Я боялась отпустить зубчики гребня и подползти ближе к краю тела ящера, чтобы увидеть пейзаж под нами. Поэтому не заметила, как мы достигли утеса с замком Владыки. Просто почувствовала, что мой "транспорт" снижается. Сбоку вырос шпиль главной башни, и через секунду мы приземлились на той самой площадке, где чуть не оборвалась моя жизнь.

Дракон простер крыло, я наконец отпустила зубцы гребня и аккуратно сошла вниз. Дельдра так и стояла у выхода на лестницу, трепеща, как осиновый лист.

- Госпожа! У вас все хорошо?! Что-нибудь нужно?

Кристальный Дракон. Интерлюдия

Двадцать часов назад.

Черный дракон парил в лазурном небе. Крылья блестели на солнце, вспыхивала искрами чешуя. Он купался в потоках воздуха, наслаждаясь небом и полетом.

Прямо под ним на утесе высился замок. На смотровой площадке стоял человек в синей одежде – крошечная фигурка с высоты полета. Человечек – точнее, шеами – задрал голову вверх и воздел руки, чтобы привлечь внимание дракона. Могучий ящер перекувыркнулся в воздухе, скручиваясь в упругое кольцо, и спланировал вниз.

Гигантские крылья взметнулись над зубцами башни, когти коснулись площадки… А в следующее мгновение дракон исчез. На его месте стоял обнаженный мужчина. Высокий и мускулистый, с короткими темными волосами, широким лбом и волевым подбородком. Глаза отливали янтарным огнем; нос с горбинкой напоминал хищный ястребиный клюв. 

Как в обличье ящера он застилал крыльями всю площадку, так и в человечьей ипостаси заполнял собой пространство. Мощный поток силы и власти исходил от мужчины-дракона. Сопротивляться ему было невозможно – лишь покориться его воле, или вообще раствориться в его присутствии. 

- Простите за беспокойство, Владыка Ральдарин. Вашу гостью привели в Рубиновый Зал. Она приняла ванну, передохнула с дороги и готова к встрече.

Дракон широко улыбнулся. Ноздри хищно раздувались в нетерпеливом предвкушении. 

- Прекрасная новость, Кори! Я думал, она будет отдыхать до завтра. Подай одежду и напомни ее имя.

- Видящая Элайсси, Владыка.

Губы Ральдарина зашевелились: Элайсси… Кровь побежала по жилам быстрее в предчувствии встречи с женщиной народа кельми. Они были прекрасны, горячили кровь и будоражили желание… Его сородичи часто похищали их для любовных услад, а наигравшись – отпускали. Кельми говорили – прогоняли. Ни одна из них поначалу не желала любовной связи с драконом. Ни одна потом не могла вырвать похитителя из сердца.

Некогда и сам Ральдарин похищал кельми, а потом выдворял прочь, насытившись их красотой. На этот раз ему привезли женщину для иной цели. Кроме способности разжигать влечение, некоторые кельми обладали еще одним даром – видеть между мирами. В этом Владыка Драконов сейчас нуждался гораздо больше, чем в ласках и утехах.

Слуга Кори поднял с пола черный камзол, рубаху, штаны и обувь; помог господину облачиться. Когда дракон менял обличье, одежда падала с него в миг обращения и оставалась лежать там, где он стоял в человеческом облике.

Хозяин и слуга спустились по лестнице на два этажа и вошли в небольшой зал, отделанный всеми оттенками красного. Кори поежился. Кровавое изобилие резало глаз шеами. Но племя драконов любило этот цвет – цвет своего пламени.

Здесь, в этом зале, словно в царстве огня и крови, укрывалось Рубиновое Зерцало. Магический сплав, что служил одновременно зеркалом и порталом между мирами.

В кресле, обитом багровым бархатом, сидела женщина. Владыка драконов не отказал себе в удовольствии молча полюбоваться ею в нарушение приличий, не произнося слов приветствия. Тонкие черты лица, стройная изящная фигура, нежная белая кожа без единого ущерба. Пышные золотистые локоны струятся по спине и плечам ниже талии.

Кельми, в свою очередь, безмолвно взирала на него снизу вверх из глубокого кресла. Она хорошо понимала, где находится и кто перед ней.

Драконы властвовали над этим миром, который обитатели прозвали Коэлин – Слияние Стихий. Никто не имел ни сил, ни дерзости противостоять их воле. Они приходили куда пожелают и когда пожелают, брали что пожелают. Брали их, кельми. Использовали для постельных утех, пока не надоедало, а потом выбрасывали за порог, не заботясь, что чувствует бывшая игрушка…

И вдруг, первый раз в истории Коэлина, дракон явился в страну кельми не как захватчик, а как проситель. Посланник Ральдарина не стал похищать женщин для своего повелителя. Он попросил аудиенции у правительницы, и та приняла его – несмотря на горе, что драконье племя причиняло кельми.

Элайсси вспомнила, как правительница призвала ее – свою дочь – и велела отправиться с гонцом к Владыке Драконов. Девушка разрыдалась. Как может родная мать отдать ее на произвол заклятому врагу?! Но мать поведала, зачем Ральдарин просит о помощи тех, кого он всегда брал без спросу. Элайсси смирилась. Ее девичья честь, да и жизнь – небольшой риск. На кону само существование драконов и кельми. 

Сейчас, глядя на всевластного мужчину перед ней, Элайсси старалась отогнать страх. Напоминала себе, что их свела высшая необходимость: выживание обеих рас. И  сохранение мира в том виде, в каком оба знали его. Элайсси рискнула свободой, чтобы явиться ему на помощь. А он должен сдержать похоть и сосредоточиться на задаче, ради которой велел доставить кельми в свой замок.

Ральдарин наконец заговорил:

- Приветствую тебя, Видящая Элайсси. Как чувствуешь себя после дороги? Нуждаешься ли в чем?

- Привет и тебе, Верховный Азрайл. Благодарю, твои люди обеспечили меня всем необходимым – в пути и в твоем замке.

На древнем языке Коэлина драконов называли "азрайлы". Их правителя – Верховный Азрайл.

- Я рад. Тогда приступим к делу. Кори, принеси нам вина. Красного, - ухмыльнулся дракон. Он знал, как действует на слугу обилие алого в Рубиновом Зале.

Кори удалился, а Ральдарин взял стул, поставил его напротив кресла Элайсси – совсем близко, на расстоянии вытянутой руки – и сел.

- Я просил твою мать прислать лучшую из Видящих. Ты действительно самая талантливая в своем племени?

Алые стены, алая обивка мебели… Черная одежда владыки драконов и янтарный блеск его глаз. Его колени почти касались ее. Элайсси почувствовала жгучие волны желания, исходящие от Ральдарина. Страх вновь охватил ее. Сможет ли азрайл удержаться от соблазна? Исполнит ли обещание, отпустит ее нетронутой?

Глава 6. Проклятье и пророчество

Когда Кори и Дельдра вбежали с новостью, что девушка Ирина упала со смотровой площадки, Ральдарина охватил ужас. Он бросился в погоню, не раздумывая. Что бы он сделал с Дэнерином, если дрянной мальчишка погубил иномирянку?

Он чувствовал себя виноватым. Недоглядел. Позволил свободно разгуливать по замку, не предусмотрел опасностей и рисков.  Дэнерин принес ее обратно в замок, но Ральдарин не успокоился. Сбросить мерзавца с башни, а девчонку схватить в охапку, утащить в самый глухой угол замка, запереть там и никуда не выпускать. Окутать коконом магии, чтоб никто не добрался, не подверг опасности. 

Что с ним творится? Откуда этот страх? Откуда навязчивое желание укрыть и оберегать?

Да, от нее зависит судьба мира. Он, Верховный Дракон, привел ее в Коэлин и теперь несет ответственность. За жизнь иномирянки, за исполнение пророчества. Но что-то всколыхнулось в душе Ральдарина помимо этого.

Его безумно напугало, что лично он, Ральдарин, может больше не увидеть девушку. Словно обрел что-то безмерно ценное для себя и теперь боялся вновь потерять… Какая глупость!

Она – жалкая человечка, чужая в Коэлине. Чужая всему, чем жил Владыка Драконов. Он никогда не любил людей. Эта наглая, хитрая, жадная раса захватывала все больше и больше влияния. Люди упорно совершенствовались в магии. При этом не брезговали всякими техническими приспособлениями, опасность которых правитель драконов прочувствовал на собственной шкуре. В буквальном смысле.

В недавней приграничной стычке его ранил заряд баллисты. Как человеческие инженеры разработали орудие, способное причинить вред Кристальному Дракону – да еще самому Владыке! – Ральдарин не узнал. Он спалил клятую машину в тот же миг, с артиллеристами вокруг нее.

Последние несколько лет противостояние Азрайлена и соседнего княжества людей обострилось. Новый князь оказался невероятно сильным магом – такие уже веками не рождались среди людей. Он объявил, что его страна не станет платить дань драконам. И закрыл ее магическим барьером, который Ральдарин не смог пробить. А еще научился маскировать человеческую ауру под ауру шеами и стал засылать в Азрайлен шпионов. 

Так что люди стали для Владыки Драконов головной болью. И что за ирония судьбы: означенная Зерцалом спасительница магии – человек! Судя по всему, такая же ушлая, как все представители этой расы.

Ральдарин видел ее бегающий взгляд во время их разговора. Все люди одинаковы. Говорят одно, заверяют в преданности, якобы готовы помочь… А сами держат отравленный дротик за пазухой и выжидают момент, чтобы вонзить его тебе в глаз. Вот и она такая же. Кто знает, что за мысли вынашивала, обещая помочь его миру. Слишком неискренним был голос и взгляд.  

Нужно охранять ее, бдительно и неусыпно. От всего и всех. От шпионов человечьего князя. От глупостей Дэнерина. От других не в меру любопытных драконов. И от самой себя. Люди не только хитры, но еще и хрупки. Ничтожная случайность может оборвать их жалкую жизнь.

Ральдарин вырастил магией решетки на окнах ее спальни. Ему даже не понадобилось заходить внутрь для этого – достаточно усилия воли. Дверь тоже перекрыл магическим затвором. Теперь никому не проникнуть, а ей не выбраться без его дозволения.

Сейчас он так и стоял под дверью Ирины, никак не мог уйти. Почему, чего он хотел? Войти к ней? И что дальше?.. Неужели он хочет ее как женщину? Она не обладала  десятой долей притягательности кельми. Да и до дракониц с их жгучей красотой ей далеко. 

Тогда почему Ральдарин выжидает непонятно чего под ее дверью? Не как Владыка, а как слуга, ждущий господской милости? Почему вспоминает смущенный взгляд и пунцовые от стыда щеки, когда он подходил к ней, полностью обнаженный?

Она не смогла скрыть от него женский интерес, как ни пыталась. Ральдарин прекрасно знал, какое действие оказывает на женщин – какой бы расе они ни принадлежали. Кельми, драконицы, человечки, даже шеами – любая ощущала искру желания, пересекаясь с Владыкой Драконов.

Он к этом привык, воспринимал как должное и не обращал внимания на огонь влечения в их глазах. Если ему было нужно, он брал любую и удовлетворял свою прихоть. А потом выбрасывал из своей жизни и никогда не вспоминал.

А эта девчонка… Ральдарин помнил ее взгляд сквозь Зерцало, когда она оторвалась от книги и взглянула прямо ему в глаза, хотя не могла его видеть. Там не было привычного ему вожделения. Лишь устремленность к чему-то тонкому и возвышенному, непохожему на окружающий ее мир.

Отчего-то это было важно дракону и зачаровывало его. Хотелось увидеть этот взгляд снова. Но он не возвращался. Наяву Владыка видел лишь скепсис и недоверие в глазах Ирины. А теперь, после падения и его драки с Дэнерином, - страх.

Искры вожделения тоже проскакивали. Ральдарин мгновенно улавливал их. И отчего-то его это не оставляло равнодушным – как с другими женщинами разных рас, которых зажигало присутствие азрайла. В ответ поднималось его собственное желание. К невзрачной человечке. Как такое могло быть?

Он привык брать любых женщин и не знал ревности. Ему принадлежала каждая женщина, которую он пожелает. Ревновать было не к кому. А тут…

Стоило вспомнить, что Дэнерин нес ее по воздуху… что они касались друг друга, она ступала по его драконьему телу… В груди поднимался гнев. Хотелось снова обрушится на мальчишку, смять его, отшвырнуть в сторону… Чтобы наглец не смел больше прикасаться к человечке. Чтобы никто не смел, кроме самого Ральдарина.

До чего унизительное чувство. Он привык подчинять других своим желаниям. Он не шел на поводу похоти – просто брал все, что хотел. А здесь происходило что-то неподдающееся его контролю. Он не понимал и это его раздражало. 

Может, дело просто-напросто в его неудовлетворенности? Постоянная любовница Владыки, драконица древнего рода, неделю как уехала в родовое поместье по семейным делам. Все это время он воздерживался от женской ласки – не потому, что хранил верность. Просто был слишком занят… До вчерашнего вечера и появления кельми.

Глава 7. Новая реальность

Дверной замок скрипнул, оставляя меня в заточении. Я свалилась на кровать, изможденная и опустошенная.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день… Другой мир. С магией и драконами. Они существуют на самом деле.

Я долго и упорно отрицала правду. Не убеждали ни вертикальные зрачки драконов, ни видение в вагонном стекле, ни владение местным языком. Я убеждала себя, что это съемки, эксперимент или розыгрыш. Только превращение Дэнерина в гигантского ящера, смертельное падение и полет на драконе столкнули меня лицом к лицу с невероятной реальностью.

Сколько раз, открывая оранжевые книги о Вершителе Максе, я представляла себя на его месте. Мечтала, чтобы за мной приехал трамвай номер 432 и увез в волшебный мир. Или открылась дверь в темноте, ведущая за пределы привычного. На худой конец –пришло письмо-приглашение, ага.

Вместо письма или трамвая за мной прислали стаю собак… пардон, Гончих Дракона. И вот я в волшебной стране. Но ничуть этому не рада.

Бесплатный сыр только в мышеловке. Даже Макса привезли на зачарованном трамвае не просто так. Не ради его супер-талантов и убойной харизмы. Он заплатил по высшему счету за все чудеса, что с ним случились.

Какой будет моя цена? Что меня здесь ждет? Ральдарин говорил, я должна помочь их миру. Но он сам не знает, как. Я и подавно не знаю. И что же теперь будет? Он будет опытным путем устанавливать, что я должна сделать для… Коэлина? Или что должны сделать со мной…

Не придется ли мне, как Иисусу Христу, спасать мир, три дня умирая на кресте? Или девять дней провисеть вниз головой, выколов себе глаз, как скандинавский бог Один.

Большинство магических ритуалов, известных в нашем мире, были кровавыми и болезненными. С убиением младенцев и девственниц. А я, между прочим, как раз девственницей и была… Хотелось верить, на меня положили глаз не по этой причине…

А что со мной сделают, когда поймут, что толку с меня – ноль, никакой мир я не спасу? Отправят назад с Гончими Дракона? Или по-другому избавятся?.. Тихо прикопают в недрах утеса, на котором стоит замок Владыки.

Наверняка тут есть тюрьма-каменный мешок, где он тихо расправляется с неугодными. А Дэнерин сказал, что драконы казнят огнем… Может, и со мной так же обойдутся – пустят на жаркое господам Владыкам… 

Да уж, оптимизма во мне хватит на роту попаданок. Вдохновить их таким настроем – и вперед, мир спасать. Куда делась наивная мечтательница Лучникова, с фантазиями о высоком предназначении? Вот оно, высокое предназначение, бери, черпай ложкой, скачи от радости. Но вместо радости – страх.

Сколько раз за минувшие сутки я оказывалась на краю гибели? Сколько раз еще предстоит?

В возбужденном состоянии ума я вскочила и принялась нарезать круги по огромной комнате. Неопределенность моей судьбы, незнание, чего ожидать от окружающих людей… даже не людей. Драконов и шеами.

Я вспомнила презрительные взгляды в коридорах замка, от богато одетых придворных. Теперь стало ясно, что это были драконы, такие же как Ральдарин и Дэнерин. Наверно, своим драконьим рентгеном они распознавали во мне «человечку». Людей здесь явно не любят. Мне не раз дали это понять.

Вот уж попала так попала. Читать о другом мире и попасть в него наяву – две большие разницы.

Солнце за окном потускнело. Близились сумерки. Дельдра принесла ужин. Выглядела она необычно – разрумянилась, в глазах блеск… На свидание с парнем бегала? В другое время я бы полюбопытствовала, но сейчас не было сил разговаривать. Настолько вымотала сумасшедшая чехарда минувших суток. Никогда я не проживала столько насыщенных событий за такой короткий срок.

Я коротко поблагодарила Дельдру и не стала приставать с расспросами. Надеюсь, не в последний раз вижу ее…

Через пару часов после ужина я улеглась спать… Сон никак не шел. В голову лезли причудливые мысли и образы. И один из них – Владыка Ральдарин в том виде, в каком предстал передо мной на смотровой площадке. Обнаженный разъяренный мужчина, что надвигался на меня подобно смерчу. Я никак не могла отделаться от этой назойливой картинки…

Ярость в его глазах обещала, что он вот-вот меня придушит. А кое-что другое… то, на что мне было так стыдно и неловко уронить взгляд… предвещало совсем иное желание. Совершенно недвусмысленное. А может, одно другому не мешало. И если бы не присутствие Дэнерина, этот Владыка меня изнасиловал бы и придушил прямо там? Хотя ему и здесь ничего не мешает. А Дэнерина он ни капли не стеснялся – это было заметно. Сам Дэнерин там тоже голышом катался, между прочим. И не сильно уступал этому Владыке.

С чего мне такая ерунда в голову лезет? Никогда не была озабоченной, вообще о сексе не думала. А тут, в этом Коэлине, так и накатывает… Может, мне в еду афродизиак подсыпали?! Чтобы отвлекалась на глупости и меньше думала, как избежать неприятностей.

Или не афродизиак, а галоперидол. Может, у меня все-таки галлюцинации? Обчиталась книжками о попаданцах, спасающих волшебные миры, вот и видится сейчас всякое? А сама давным-давно лежу в палате Кащенко…*

* Психиатрическая больница в Санкт-Петербурге

Вот только психиатрические больные, говорят, в своих галлюцинациях не сомневаются. А я до сих пор не могу в них поверить. Значит, остаюсь в здравом уме и твердой памяти. А вот мир вокруг меня? Что происходит с ним? Придется разобраться. Здесь мне никто не даст укрыться от реальности в книгах. Да и есть ли они тут? Зачем книги в мире, который сам как ожившая сказка? Суровая сказка, безжалостная к своим персонажам…  

Под утро кое-как удалось уснуть. Проспала я лишь пару часов, не больше. Меня разбудила Дельдра, отвела на омовение в бассейн и подала завтрак. Переоделась я в свою земную одежду, идеально выстиранную.

Глава 8. Небо Азрайлена

"Подойди", - прозвучало в голове.

Дрожа, как осиновый лист, я приблизилась к блестящему телу ящера. Он развернул крыло так, что его конец оставался приподнятым, а "плечо", если можно так выразиться, опустилось на пол.

На этот раз мысленного приказа не последовало. Приглашение было очевидным. Вздохнув, я ступила на крыло и взобралась на спину.

Гребень Ральдарина был еще выше и жестче, чем у Дэнерина. Я примостилась рядышком и вцепилась руками в зубцы.

"Это еще что?"

Меня едва не снесло на пол ударной силой раздражения, прозвучавшего в беззвучном голосе дракона. Еле удержалась.

"Убери руки от гребня. Не терплю, когда его хватают, да еще так грубо. Сядь спокойно. Ты не упадешь".

- Но мне же страшно! 

"Если будешь хватать меня за гребень во время полета, в следующий раз полетишь связанной по рукам и ногам".

Ничего себе. А если у меня сердце остановится, ему плевать?! Он даже не успокаивал меня, как Дэнерин, повторяя по сто раз, что рядом с драконом я не упаду, если дракон того не захочет.

Деваться некуда. Я разомкнула пальцы, выпустила зубцы гребня и обхватила себя по бокам, чтобы воздержаться от искушения. Взмахнули крылья – и мой персональный "вертолет" поднялся в воздух.

Солнце ярко сияло на востоке. На востоке ли? У них тут хоть круглая земля или плоская? Но мне тут же стало не до астрономических размышлений. Дракон слегка накренился. Тем боком вниз, где сидела я.

Я даже не заорала. Как и вчера, падая с высоты, безмолвно и обреченно ожидала соскользнуть с крыла, выстеленного алмазной крошкой, и разбиться насмерть. Оказывается, у меня заторможенная реакция на угрозы для жизни. Но я никуда не соскользнула. Осталась на месте, как приклеенная, даже когда Ральдарин накренился еще ниже.

"Сиди спокойно и не ерзай, - послышалось в голове. – Не упадешь. Не терплю, когда ерзают".

Что вы что вы. Любопытно, чего еще не терпит Владыка! Наверно, проще назвать, что он готов терпеть, список будет в разы короче!

Тем не менее, странным образом властные и жесткие интонации беззвучной речи подействовали на меня успокаивающе. Страх соскользнуть и разбиться исчез, словно его и не было. Я спокойно смотрела вниз, на проносящиеся долины, леса, реки и озера. И рукотворные пейзажи – небольшие скопления домов и замки на высоких утесах.

Похоже, в Азрайлене не было городов. Только замки и села с небольшим числом жителей. Неудивительно, что Владыка проникся неприязнью к земным городам, даже к Питеру, который вообще-то на моей родине считался городом-мечтой. Для тех, кто родился за его пределами и не устал от низкого серого неба и бесконечных дождей.

Я смотрела вниз и любовалась яркой, сочной зеленью травяного покрова и древесных крон. Пестрели головки цветов, сияла прозрачно-голубая вода. Впервые за минувшие сутки я почувствовала себя в волшебном мире. Кто бы мог подумать – я лечу на драконе, настоящем, огромном драконе, без всякого страха упасть! Я ведь даже на самолетах никогда не летала.

Загадочная драконья магия защищала меня не только от падения. Еще от ветра, солнца и давления. На такой высоте и скорости мне могло ободрать глаза и кожу жесточайшими порывами ветра. И сосуды могли не выдержать напряжения. Но режущие потоки воздуха проносились мимо, не касаясь меня. И давления я совсем не ощущала. Если бы я продолжила сомневаться в реальности происходящего, какую версию выдвинул бы на этот раз мой изощренно-скептичный ум? Испытания засекреченного истребителя супер-технологии Стелз с силовым полем?

Ни одна человеческая технология не дала бы такого эффекта. Только магия. И благодаря ей я наслаждалась полетом на огромной скорости, защищенная от падений, ожогов и прочих опасностей. Любовалась чудесными пейзажами. Азрайлен и правда был восхитительным местом. Интересно, остальной Коэлин подобен ему? Или в нем есть свои черные пятна? Места, где отнюдь не так прекрасно и безопасно?..

Не хотелось думать об этом сейчас. Хотелось отдаться полету, погрузиться в блаженное созерцание красоты подо мной и вокруг меня. Без мыслей, без страхов, без попыток рассуждать и анализировать. Просто быть. Просто жить. И наслаждаться тем, что живу, чувствую и воспринимаю.

"Нравится наконец-то?" – спросил мысленно Ральдарин. Я бы даже сказала, что он довольно промурчал, если бы он был пушистым котиком, а не грозным ящером в алмазной чешуе.

- Да. А как вы догадались?

"В полете дракон един с тем, кого несет. Все твои чувства и ощущения открыты мне – благодаря магии, что связывает тебя со мной. Она же не дает тебе упасть и защищает от ветра".

Я рассмеялаась:

- Ого, как вы вдруг словоохотливы стали! А говорили, не любите объяснять! Отлично объяснили!

Драконье хмыканье встряхнуло мне мозг.

"Не обольщайся. Я могу многое позволить в полете. Но когда мы спустимся на землю, даже не пытайся задавать мне глупых вопросов".

- Вы любите летать?

"Люблю? Неправильное слово. Это ты можешь любить летать. Особенно когда тебя несет дракон, защищая своей магией. А для меня полет – сама жизнь. Ты любишь дышать? Или просто дышишь, не думая о том, нравится ли тебе дыхание?

- И снова здорово объяснили! У вас просто талант! Может, вам чаще этим заниматься?

В голове пророкотало – похоже, это был мысленный аналог драконьего смеха.

"Льстивая человечка! Не рассчитывай подкупить меня лестью".

- А вас надо подкупать? Зачем? Вы можете мне навредить?

В ответ тишина. Кажется, такой простой, полуриторический вопрос, обескуражил Владыку. Минуты три он молчал, прежде чем ответить.

"Я не собираюсь тебе навредить. Ты должна помочь нашему миру. Так предрекло пророчество. Что бы ни пришлось для этого сделать, я это сделаю".

Глава 9. Загадки огненной горы

Они ничуть меня не стеснялись. Им явно было наплевать, что посторонняя женщина наблюдает их в таком виде, да еще всех вместе.

- Приветствуем, Владыка Ральдарин, - произнес один из них, приблизившись к нам.

У него были седые волосы ниже плеч. При этом тело – такое же крепкое и подтянутое, как у остальных драконов. Причем везде… Интересно, они тут все качаются на специальных драконьих тренажерах? Или это такая особенность драконов – всегда быть в идеальной форме?

Он поклонился, и Ральдарин, к моему удивлению, тоже ответил почтительным поклоном. Я-то не сомневалась, что Владыка ни перед кем не согнет спину.

- И мои приветствия прорицателям Камариса. Приступим к делу.

Он повернулся ко мне.

- Стой у стены. Не отходи ни на шаг, что бы ни происходило. Пока я тебя не позову. Дернешься или пискнешь – высеку своими руками. Это понятно?

Что?! Угроза? Мне?!

Должно быть, он заметил, как вспыхнули у меня глаза. Прищурился зло, шагнул ко мне, хватая за плечо.

- Тебе понятно? – повторил угрожающе.

- Да, Владыка Ральдарин, - просипела я.

Что мне оставалось? Упомянуть Женевскую конвенцию по правам человека? Пригрозить, что подам на Ральдарина в суд? В окружной суд Невского муниципального округа, ага. Повестку с приставом пришлю.

Кори мне прямым текстом вчера сказал – суд здесь вершит самолично Владыка Ральдарин. Сам приговорит, сам высечет. Судья и палач в одном лице.

Владыка подозрительно посмотрел на меня, но плечо выпустил. Я снова вжалась в стену, стараясь не шелохнуться и не пискнуть.

Четверо драконов встали ровной шеренгой на краю выступа. Седой прорицатель воздел руки. Звучно проговорил слова на языке, которого я почему-то не поняла. Не быть мне универсальным переводчиком Коэлина.

Оплавленные стены жерла отразили его речь гулким эхом. Все четверо воскликнули что-то вроде "Лэй!" или "Лэа!" Смолкли, замерли неподвижно. Следующие несколько минут мы стояли в абсолютном безмолвии. А потом где-то глубоко внизу раздался рокот. Стены полыхнули алыми отблесками. Я приготовилась услышать характерное "Doommm! Doommm!" – предвещающее появление Балрога.*  

* Огненный демон, которого герои "Властелина Колец" встречают в подгорных тоннелях. 

Но передо мной предстало еще более жуткое зрелище.

Снизу поднималась бурлящая и клокочущая субстанция оранжево-красных оттенков. Лава. Я попала в недра вулкана в момент извержения.

Визжать и дергаться поздно и опасно. Мужчины-драконы не шелохнулись. Лишь сосредоточенно вглядывались в кипящую лаву. Похоже, они хорошо знали, что делали. А меня сковал ужас. Вдруг меня сюда притащили, чтобы бросить туда, как Кольцо Всевластия в Ородруин?

Подтверждая мои страхи, Ральдарин обернулся и поманил пальцем. Я сильнее вжалась в стену. Губы Владыки сложились в тонкую сердитую линию. Он подскочил ко мне, схватил за локоть и потащил к краю.

- Нет! – заверещала я, отчаянно сопротивляясь. – Не надо, пожалуйста! Не бросайте меня туда! Отпустите домой!

- Тихо, глупая! – шикнул он. – Кто тебя туда бросит? Что ты себе надумала? Стой смирно. Если упадешь, я не успею тебя подхватить.

Я тут же перестала дергаться. Раз он беспокоился, что не успеет меня подхватить, значит, точно не собирается бросать в огонь. А самой подставляться и подавно не стоит.

Я встала ровно и тихо. Только дрожала как заяц. Ральдарин крепко держал меня за руку. А лава поднималась все выше и выше. Еще минута – и она сравняется с краем выступа, выплеснется на него и сожжет нам ступни. Дрожь переросла в трясучку.

- Прекрати дергаться. Тебе ничего не грозит.

- Я н-не могу… Мне страшно.

- Это магический огонь. Он полностью повинуется нам, Владыке Драконов и Прорицателям. Рядом с нами ты в безопасности.

Его негромкий, размеренный голос – хоть не без ноток раздражения – подействовал на меня успокаивающе. Ну зачем ему возиться с жалкой человечкой, успокаивать ее, общаться, кхм, по-человечески, чтобы потом просто сжечь в огне вулкана? Это можно сделать намного проще.

Теплая и твердая рука сжимала мою вспотевшую ладошку. Лава продолжала подниматься. Раскаленный столб достиг уровня коленей. Огненная субстанция приняла форму цилиндра с идеально ровными краями. Это действительно было магическое пламя.

Ладонь Ральдарина начала обжигать меня. Чем выше поднималась лава, тем горячее становилось его тело. Казалось, жар переползает с его руки на мою, обволакивает меня, пробирается под кожу. Но я, как ни странно, на этот раз совсем не боялась… То ли доверилась Владыке Драконов и непостижимой магии этого мира, то ли он просто околдовал меня, чтобы избавиться от хлопот с моей пугливостью. 

Добравшись до высоты человеческого роста, огневой столб замер. Седой прорицатель вытянул руку… и погрузил ее прямо в лаву!!!

Двое других сделали так же. Ральдарин поднял мою руку вместе со своей. Поднес к столбу лавы. Я заорала и отдернулась назад. Он сграбастал меня в охапку, прижал к себе всем телом. Одной рукой крепко зажал в тиски, а второй вцепился в мое запястье такой же стальной хваткой…

- Будешь верещать – волосы сожгу, - пригрозил он ледяным тоном.

Я умолкла, обмякла в  железных объятьях безвольной куклой. О том, что он полностью обнажен и что-то твердое упирается сзади мне в джинсы, я даже не думала. Не до смущения и неловкости. Кончики пальцев неумолимо приближались к огню. Когда они коснулись лавы, я зажмурилась и судорожно дернулась.

Ничего не случилось. Ладонь будто погрузилась в теплую вату. Но я все равно боялась открыть глаза. Так и стояла зажмурившись, пока не почувствовала, как Ральдарин выпустил мою руку. Хватка вокруг талии тоже разжалась. Жар схлынул, оранжевый просвет сквозь закрытые веки – тоже. Вновь воцарилась тьма.

Глава 10. Наказание

Вылезать из постели не хотелось, хоть чувствовала себя отдохнувшей и выспавшейся. Так и валялась под одеялом, вспоминая события прошлого дня. Невероятную прогулку верхом на Владыке Драконов. Дивно-прекрасные пейзажи Азрайлена с высоты птичьего… эээ, драконьего полета. Жутковатый визит в недра вулкана, зловещее и непонятное пророчество… И стальные объятья Ральдарина.

Вот теперь я вспомнила, как нечто упиралось в меня сзади. Это было неловкое воспоминание… и в то же время волнующее. Что со мной творилось? Владыка Драконов пробуждал во мне женские чувства, которых я никогда не знала на Земле?

Я никогда не встречалась с мужчиной. У меня не было парня, я ухитрилась до своих лет остаться девственницей. Не сказать, чтобы это обстоятельство сильно тяготило меня. Настю оно парило куда сильнее, и она упорно старалась избавить меня от недуга под названием девственность. Не сама, конечно! Просто то и дело подыскивала мне кавалеров. С неизменным результатом – с никаким.

Сама она вела бурную и насыщенную половую жизнь, и делилась со мной самыми разными подробностями. Так что, несмотря на отсутствие личного опыта, непросвещенной в этих вопросах я не была. Что будила во мне близость Владыки Драконов – я могла понять. А вот что с этим делать…

Какие отношения возможны между правителем магической расы и человеческой попаданкой? Известно какие – деловые. Он ведь по делу меня сюда забрал. Моя задача – исполнить это дело… И благополучно отчалить назад. Надо, кстати, добиться от него ответа – собирается ли он меня отпускать. Правда, какой в этом смысл, если вулкан так и не дал ответа, что я должна сделать для спасения их мира.

Что дальше? Есть ли у Владыки план Бэ? Вулкан спрашивали, теперь спросить у ясеня? Мало ли как работает магический гугл Коэлина!

Было бы смешно, если бы не было так тревожно. Мои размышления почти потекли в привычном пессимистично-параноидальном русле, когда их прервало появление Дельдры.

- Доброе утро, госпожа. Хорошо ли вам спалось?

- Чудесно, Дельдра! Доброе утро и тебе. Скажи… ты меня раздевала ночью?

- Конечно, госпожа! Владыка принес вас, велел раздеть и уложить.

С облегчением перевела дыхание. Все-таки он не самолично снимал с меня одежду. Еще этого не хватало.

Мы с Дельдрой пошли в бассейн… то есть, в ванну. Немного поплавав, я взбодрилась. Вылезла, вытерлась толстым и мягким полотенцем. Переоделась в земную одежду – она опять была чистой и свежей! Неужели шеами совсем не спят, стирают и сушат по ночам?..

Дельдра принесла завтрак, я подкрепилась и хотела попросить ее принести пару местных книг. Надо же чем-то занять досуг, раз Владыка Ральдарин, чтоб ему пусто было, запер меня в четырех стенах!

О волке речь, а волк навстречь. Только подумала о нем, как он вошел в комнату. Пространство вокруг съежилось; высокие потолки уменьшились в два раза. Следом семенил Кори. В руках у него была какая-то странная штука, которую я толком не разглядела.

На лице Ральдарина было странное выражение. Я видела его гнев и раздражение. Сейчас было не оно, что-то другое. Я не могла подобрать слов, чтобы описать это… Но явно не радость, умиротворение или дружелюбие.

- Встань, - бросил мне Владыка вместо приветствия.

- И вам доброго утра, - буркнула я, но приказа послушалась.

- Раздень ее, - скомандовал он Дельдре и вытянул руку назад, к Кори.

Слуга вложил в ладонь господина тот самый непонятный предмет… И тут я разглядела, что это – плеть!!!

- Я предупреждал тебя вчера: дернешься – высеку. Сколько раз ты дергалась? Столько ударов и получишь. Я запомнил все.

Я потеряла дар речи. Ноги налились свинцом и приросли к полу. Дельдра шагнула ко мне, взялась за подол джемпера. Она на полном серьезе собралась раздевать меня!

Я оттолкнула служанку. Господи, куда я вообще попала?! Это пятьдесят оттенков серого местного разлива?! Или театр абсурда французских модернистов?!

- Нет, - хрипло сказала я и отступила на шаг.

Ральдарин прищурился.

- Нет?

- Нет! Вы что, думаете, я вот так просто дам себя избить?! Не надейтесь.

- Не избить, а наказать. И как, скажи, ты собираешься мне помешать?

- Да вы что, сами не понимаете, что так нельзя?! Я чужая в вашем мире! Вчера, когда вы поставили меня на краю обрыва с вулканической лавой, вы думали, я смогу стоять как истукан и ждать, пока нас всех зальет огнем?!

- Я предупредил, что тебе ничего не грозит.

- А почему я должна вам верить? А вдруг вы лгали? Я боялась, неужели это непонятно?! В вашем мире у людей нет права бояться? Может, у них вообще нет права чувствовать и переживать? Вы сечете своих подданных за чувства?

Мой эмоциональный напор озадачил Владыку. Рука с плеткой опустилась. Увидев это, я вдохновленно продолжила:

- Как вы не понимаете – я родилась и выросла совсем в другом мире! У нас нет магии… а вот вулканы есть. Но если человек угодит в жерло вулкана во время извержения, его просто расплавит лавой! У нас нет колдунов, которые могут остановить поток огня усилием воли! Я так воспитана, я привыкла к такому. Вот представьте, вы вдруг попали в метрополитен. Из туннеля выскакивает огромное грохочущее чудище со светящимися фарами и несется на вас со скоростью летящего дракона! Неужели вы совсем не испугаетесь, не зная, что это и как оно работает? Будете спокойно стоять и "не дергаться"?

Усмехнулся.

- А как иначе? Вопить, словно глупая деревенская человечка? Я ведь увижу специально выдолбленный проем для этого "чудища", и людей, которые спокойно стоят в ожидании. Этого достаточно, чтобы убедиться в его безопасности. Рядом с тобой было четыре человека, и все сохраняли спокойствие. Но ты принялась кричать и вырываться.

Глава 11. Два Владыки

Ральдарин снова ушел от Ирины в смешанных чувствах. Собираясь наказать девушку – а точнее, научить – он не рассчитывал, что она подчинится. Недоумение, сопротивление, даже агрессия – он ждал от нее такого. Почему же тогда остановился, не довел дело до конца? 

Доводы, что она привела в свою защиту, ровным счетом ничего для него не значили. Ему было важно совсем другое. Она должна бояться в Коэлине лишь одного – Владыку Ральдарина. Должна понять, что лишь от него исходит опасность – если игнорировать его приказы. Он собирался выработать у нее привычку беспрекословного подчинения. Как в поступках, так и в эмоциональных реакциях. Но отложил плеть и ушел. Почему он передумал?

С тех пор, как она появилась в Коэлине, Ральдарину то и дело приходилось поступать в разрез с собственными намерениями.

Позапрошлой ночью ни шеами, ни драконицы не избавили его от навязчивого образа иномирянки. Лишь одно мешало ему пойти к ней в спальню и овладеть немедленно. Девственность.

Обоняние дракона безошибочно определяло, кто перед ним – девственница или зрелая женщина. Ирина не знала мужчин. И это могло оказаться важным для ее миссии в Коэлине.

Но в огне Умайлен прорицатели увидели, что девственность пришелицы не имеет значения. А значит, ему ничто не помешает взять свое. Захочет она того или нет. Выбора у нее нет. Она в его мире, в его замке, в его власти. Он может взять от нее все, в чем нуждается. Ей придется подчиниться его воле. Его приказам и желаниям.

Он страстно желал ее, стоя в жерле вулкана. Жар лавы усиливал огонь его собственного тела, подогревал пламя вожделения. Когда прорицатели развеяли его опасения, он мог отпустить их, а сам наконец утолить желание – прямо на скалистом выступе внутри Умайлен.

Только девушка была слишком напугана и вымотана пережитым. Он пожалел ее. Понес обратно в замок и предложил поспать в полете. Когда они вернутся в замок, он собирался разбудить ее… и сделать так, чтобы больше она в ту ночь не уснула.

Ирина спала как младенец. Даже когда он перекинулся, лишь дрогнула и что-то промычала во сне на родном языке. Не проснулась. И он не смог прервать ее сон. Поднял на руки и отнес в спальню – не в свою.

Ох уж эта человеческая хрупкость и слабость. Дракон летел весь день и полночи, покрыл расстояние больше тысячи миль – и был готов ночь напролет предаваться любовным утехам с женщиной. А та утомилась, сидя у него на спине, не двигая ни одним мускулом, кроме извилин в мозгу, что отвечали за любопытство и беспокойство. Эта часть тела у человечек работала безостановочно.

Ральдарин позвал Дельдру, приказал раздеть Ирину и уложить в постель. Сам не решился… Боялся не сдержать себя, прикоснувшись к ее обнаженной коже.

Ее одежда – плотная, закрытая, но притом соблазнительно облегающая, дразнила его. Хотелось сорвать ее, распластать на полу стройное тело, овладеть и пригвоздить его собой…

А к вожделению – такому понятному и безопасному – примешивалась тревожная нотка нежности… Пугая Ральдарина, лишая уверенности.

Нежность неведома Кристальным Драконам. Страсть и обладание – их врожденные качества. С ними азрайлы рождаются и живут. Но нежность… Драконы признавали ее лишь в одном случае: у матери к младенцу-несмышленышу.

Беззащитные драконята, неспособные защитить себя, нуждаются в материнской нежности и заботе. Взрослый мужчина – воин и правитель – не имеет права на такое чувство. Оно размягчит и сделает слабым. Лишит твердости и опоры, уверенности в своих суровых, безжалостных поступках.

Ральдарин вызвал к себе трех шеами и двух дракониц. Заставляя женщин играть друг с другом, вперемежку ублажать его, он пытался забыть пугающую, опасную нежность к иномирной пришелице. А утром решил воспитать ее так, как в Азрайлене воспитывали всех. Нерадивых слуг, шкодливых ребятишек, недостойных жен.

Порка отучит ее дергаться по пустякам. Она должна усвоить, что его слова, его приказы, его воля – отныне центр ее существования. Отклонится хоть на ноготь – последует наказание. А заодно вытравит неуместную нежность из собственного сердца. Будет с ней безжалостно строгим, как положено Владыке Драконов. 

Но Ирина с таким пылом принялась отстаивать свою правоту, так горячо и страстно убеждала не трогать ее… Ральдарин не принял всерьез ни единого слова. И все равно отступил.

Что-то промелькнуло в глазах человечки, когда Дельдра коснулась ее одежды… Что-то по-человечески хрупкое и трепетное – и в то же время непреклонное. Ральдарин понял, что сломает это, если сейчас доведет дело до конца. Высечет ее при двух слугах.

Она и правда была другой. Непохожей ни на кого в Коэлине. Он вспомнил, как не раз сек его самого родной отец. И как он принимал удары, стиснув зубы, стараясь не издать ни звука. Потому что каждый крик, каждый стон – плюс еще один удар.

Каждый слуга в его замке знал это правило. Все принимали наказание молча, демонстрируя хозяину покорность и подчинение. А Ирина… слишком чужая его порядкам. Он отступил, чтобы не ломать ее. И себя – хотя в этом не желал себе сознаваться. Он никогда не простил бы себе, если бы холодное железо, сверкнувшее в ее глазах при твердом "Нет", осталось бы там навсегда. Если бы она после этого всегда смотрела на него таким взглядом.

Потому он ушел. Но он вернется. Днем его ждут дела, встречи и распоряжения, которые вчера пришлось отменить из-за полета к Умайлен. Среди всех дел нужно отправить гонца к кельми. Пусть пришлют другую Видящую. Может, она увидит предназначение Ирины четко и внятно, в отличие от Элайсси.

А к Ирине он придет в ночь, разобравшись с делами. Один. Без плети и без слуг. И на этот раз возьмет то, что не дает ему покоя. Он не станет слушать ни мольбы, ни наивные аргументы. Просто возьмет свое.  

Глава 12. Черный Кристалл Коэлина

Я замедлила шаг. Мозг свербило желание развернуться и бежать наверх. Но ведь он догонит меня в два прыжка. Притвориться, будто доверяю ему и выжидать момент? Какой? Канделябром по башке? Тут и канделябров-то нет.

Я задрала голову наверх. В узком своде лестничного пролета мерцали маленькие кристаллы белого и голубого цвета. Они-то и освещали глухие пролеты без окон и дневного света.

Я вздрогнула и отпрянула, почувствовав прикосновение к руке. Дэнерин удержал меня за запястье, притянул к себе, посмотрел в глаза.

- Что не так? Боишься подземелий? Или меня?

Сердце екнуло. Должно быть, он увидел страх в моих глазах. Или почувствовал участившийся пульс на запястье. Зрачки сложились ромбиком, опасно вспыхнул сапфирный блеск вокруг них.

- Понимаю. Мало ли зачем тебя ведут в подземелье. Не бойся, я не собираюсь приносить тебя в жертву. Или оставлять там без пищи и воды. Просто хочу показать тебе один артефакт. Интересно, как ты на него отреагируешь.

Я обнаружила, что не дышу уже минуту. Открыла рот, судорожно глотнула воздух. Дэнерин похлопал меня по спине.

- Я не хочу тебе вреда, человечка Ирина. Расслабься.

Сапфировые глаза улыбались тепло и дружелюбно. Можно ли им верить? Младший Владыка взял меня под руку и настойчиво увлек вниз по мрачной лестнице. Оставалось безропотно следовать за ним. В этом мире у меня не было выбора, куда идти и что делать. Кто угодно решал за меня – но только не я сама. Слишком много Владык на одну маленькую жалкую человечку.

Лестница продолжала виться вниз. Ступеньки тянулись и тянулись, никак не желали заканчиваться. Я бесцеремонно повисла на руке Дэнерина, как куль картошки, он едва не волок меня за собой. Его идея тащить меня на такое расстояние – пусть расплачивается.

Заметив, что у меня заплетаются ноги, Дэн сгреб меня в охапку и подхватил на руки. Я взбрыкнула, попыталась соскочить на землю.

- Не надо, я дойду! Поставьте меня!

Он только крепче прижал меня к себе.

- Не говори глупостей. У тебя ноги подкашиваются. Люди слабы физически, но я не думал, что настолько.

Пожил бы в городе, поработал на сидячей работе, погляжу я, какой из него ходок вышел бы.

Больше я не "дергалась". Кажется, несостоявшаяся порка все-таки научила меня слушаться Владык и не противиться их действиям. Вот только любопытно, понравится ли старшему Владыке, что младший тащит меня на руках в подземелье?..

Внизу забрезжило яркое фиолетовое свечение. Дэн прошел еще пару десятков ступеней – и перед нами открылся гигантский грот. Лестница спускалась прямо вдоль его стены и заканчивалась на полу.

Я потрясенно разглядывала это удивительное место. Высотой грот был не ниже  пятиэтажного дома. Стены и своды сияли россыпями крупных кристаллов всех оттенков синего. Каменные ступени, по которым мы шли, спиралью обвивали его по всей полусфере свода. Когда Дэнерин сошел с них на каменный пол и поставил наконец меня на ноги, мы оказались на противоположном краю от отверстия в своде, через которое попали в грот.

Дэн не выпустил моей руки, а направился в центр грота. Я семенила за ним. Дельдры давно не было видно и слышно. Должно быть, шеами отстала от дракона с его быстрым и твердым шагом.

В середине блестел большой черный шар. Когда мы подошли ближе, я разглядела, что это не совсем шар. Его поверхность состояла из бесчисленного множества мелких граней. Сделан он был из некоего черного прозрачного стекла… или не совсем стекла. На Земле мне не доводилось видеть подобного материала.

- Черный Кристалл Коэлина, - молвил Дэнерин. – Мы называем огонь Умайлен разумом нашего мира. А Кристалл – сердцем.

- А в нашем мире назвали бы наоборот… Сердце – огонь, живое и горячее. А кристалл – холодный бесстрастный разум.

Драконий принц усмехнулся.

- С чего ты взяла, что разум холоден и бесстрастен? Он полон страстей и предрассудков. Пламя Умайлен называют разумом, потому что с ним возможно общаться. Прорицатели Камариса умеют задавать ему вопросы и слышать ответы. Что ты и наблюдала вчера. А сердце – залог здоровья и силы целого организма. Черный Кристалл – залог магической силы драконов. Наш род – род Верховных Азрайлов – черпает в нем свою силу.

- То есть, если его уничтожить, не станет вашей силы? – лукаво улыбнулась я.

Дэнерин развел руками.

- Может быть. Никто не знает.

- Как это не знает?

- Его невозможно уничтожить. В Коэлине нет такой силы. Смотри.

Он вытянул руку и отстранил меня на десяток метров от кристаллического шара. А затем обернулся драконом. Я вскрикнула от неожиданности. Но от того, что он сделал дальше, вообще чуть не свалилась в обморок. Он раскрыл жуткую драконью пасть и извергнул пламя. Прямо на кристаллический шар.

Меня обдало волной жара. Я стояла где-то в районе хвоста Дэна, но все равно чувствовала, как накалилась его чешуя.

Если я не потеряла сознание, то лишь потому, что оно у меня с детства было на удивление прочным. Ни разу за всю жизнь я не падала в обмороки. Даже с началом, кхм, "критических дней", в которые меня иногда просто раздирало от боли. Некоторые одноклассницы при мне теряли сознание в такие дни… Но мое всегда оставалось при мне.

Действо длилось не дольше пары минут. За это время я потеряла пару миллионов бесценных нейронных клеток и возможно, заработала с десяток седых волос. А потом Дэнерин перекинулся назад в человека. Разумеется, голого.

Он не был таким могучим и широким в плечах как его отец. Стройнее, изящнее. Но мускулы под гладкой загорелой кожей были ничуть не менее упругими и развитыми. Сквозь осадок ужаса в моей бедовой головушке прорезался неизменный вопрос – как они тут качаются? По соседству с этим гротом устроены пара тренажерных гротов со штангами? Или полет дает такой эффект? Наверно, полет – все равно что плавание. Все мышцы накачиваются.

Глава 13. Покушение

Ошеломленная услышанным, я больше не смогла задать Дэну ни единого вопроса. Какие вопросы после такого…

Драконий принц донес меня на руках до дверей спальни. Я даже не сделала попытки слезть у него "с ручек": настолько была потрясена, что и не заметила, как он сошел с лестницы на мой этаж.

Перед дверями он поставил меня на ноги и напомнил:

- Не забудь: я молчу о случившемся, пока молчишь ты.

Я машинально кивнула. Он повернулся и пошел прочь по коридору. Только сейчас я опомнилась и крикнула в удаляющуюся спину:

 - Дэн!

Он обернулся.

- Примите мои соболезнования…

Губы скривились в болезненной гримасе.

- Не стоит. Это случилось почти сорок лет назад.

Он ушел, и я не успела спросить – как такое могло произойти. Почему никто не помешал, какое право имел Владыка Драконов так поступить. Меня обуревали гнев и страх за собственную жизнь. Если Ральдарин безнаказанно убил супругу и мать наследника, что он может сделать со мной?! Кто ему помешает?

Я зашла в спальню. Распахнула настежь зарешеченное окно. Мне нужен был воздух. Села на широкий подоконник и свесила ноги вниз между решетками. Смотрела на высокое и чистое небо, редкие барашки облаков, медленно плывущие в лучах солнца. На изумрудные луга далеко внизу подо мной. Вспоминала волшебный полет, когда Ральдарин нес меня на спине и я взирала на все это невероятное великолепие.

Он был сух, невежлив, судя по утреннему эпизоду с плетью – жесток. А может и не очень, раз все-таки не стал меня сечь. И этот человек способен на убийство? Женщины, жены и матери его сына…

Хлопнула дверь, и я вздрогнула. Опасалась, что ко мне явился тот, о ком думала. Но это была Дельдра.

- Госпожа, простите. Я отстала от вас, остановилась отдохнуть, а потом ушла на кухню. Но никому ничего не говорила! Владыка Дэнерин, он не сердится?

- Нет, Дельдра. У меня к тебе вопрос.

- Слушаю, госпожа!

Девушка подобралась, готовая служить и угождать.

- Как погибла мать Дэнерина?

Глаза служанки широко раскрылись. Такого вопроса она никак не ждала.

- Владычица Арима поднялась в небо в драконьем обличье… и обратилась человеком. Она рухнула с высоты в озеро и утонула.

А вот этого не ждала я.

- Она сделала это сама?! Специально? Ее не вынудили?

- Кто мог вынудить Владычицу Драконов?

"Владыка Драконов", - просилось с языка.

- Но почему она так сделала?

- Этого я не знаю, госпожа. Меня не было на свете. О судьбе Владычицы я узнала от матери, еще несмышленым дитем. Я спрашивала ее, где жена Владыки и матушка принца Дэнерина.

- Она рассказала тебе, что Владычица покончила с собой, но не сказала почему?

На лице Дельдры отразилось искреннее недоумение.

- Но это не дело слуг, госпожа. Как мы можем знать, почему Владыки поступают так или иначе? Наше дело исполнять их повеления, а не дознаваться о причинах.

- Но ведь люди должны обсуждать такое событие. Наверняка ходили слухи, что-то дошло и до тебя…

- Люди? Может, люди и обсуждали, в своих землях. До нашего замка никак не дошло.

Ах да. Здесь ведь нет людей. Только шеами. А эти и верно не станут сплетничать о причинах и мотивах драконьих поступков. Значит, жена Ральдарина покончила с собой, а его сын считает, что ее убил муж и его отец…

Мне стало неуютно. Конечно, я всякого начиталась и о земных правителях. Многие  были не в ладах с головой. Самоубийство среди них – нечастый поступок, но не самый невероятный. Но известие, что такое произошло в магическом  мире, куда я попала, не на шутку обеспокоило меня. Что же такое здесь творится?..

Дельдра смотрела на меня ровным, чуть выжидающим взглядом. Никаких эмоций, никакого личного отношения к тому, о чем только что рассказала мне. Только желание угодить, искреннее и всепоглощающее.

Я вздохнула.

- Спасибо за информацию. Больше мне ничего пока не нужно, можешь идти. Хочу побыть одна.

Девушка поклонилась и ушла. Я отвернулась к окну. Стиснула ладонями прутья решетки, прижалась к ним лбом. Что в этом мире могло заставить его "первую леди" покончить с собой?.. Если действительно так и произошло. Много ли нужно правителю, чтобы преподнести подданным ту версию смерти жены, которая ему удобна?..

Не знаю, сколько времени я так просидела свесив ноги за окно, в невеселых раздумьях об участи матери Дэна и о том, что может ждать меня саму. Негромкий саркастичный голос выдернул меня из болота мыслей:

- И что же ты там высматриваешь так долго, позволь спросить? Или кого?

Я не вздрогнула. Приросла к прутьям решетки, будто примерзла намертво. Когда Дельдра хлопнула дверью, я испугалась, что это Ральдарин. Когда вошел он сам, я даже не услышала. Ни хлопанья, ни скрипа, ни шагов. Даже дыхания. Пока он сам не заговорил со мной.

Я не смела шевельнуться. Жесткие пальцы, чью беспощадную хватку я успела испытать внутри вулкана, вцепились в мои запястья, отодрали от оконной решетки. Ральдарин рванул меня вниз, поставил на пол, резким движением развернул к себе.

Янтарные глаза с ромбиками зрачков полыхали яростью. Я похолодела от макушки до пят. Может, вот так и покончила с собой Владычица Драконов – чтобы избежать ярости мужа?..

- Что ты делала в кристальном гроте с моим сыном? – прорычал он.

Я сглотнула.

- С… смотрела. На кристалл.

- А еще?

- Дэн… Дэнерин превратился в дракона и дохнул на него пламенем.

- И?

- И было жутко. Как сейчас. 

- Что тебе сейчас жутко?

- Вы.

- Неужели?

Он схватил меня за плечи и приблизил к себе так, что его ломаный нос почти коснулся моего лица.