Невеста орка

1. Незаконная дочь

— Орки завтра должны приехать. Сама слышала от Томаса…

— Ну, вот и понятно, откуда такой переполох на кухне. Весь запас баранины в печи, а повар с ножом носится, будто на дракона собирается.

Голоса за углом заставили меня замедлить шаг. Я шла к конюшне и краем уха зацепила разговор двух сплетничающих служанок. Хотела пройти мимо, но внезапно услышала свое имя.

— А наш-то ловко придумал. Киру оркам отдаст, а Веську свою в замке оставит. И указ короля, стало быть, выполнит и дочь законную сохранит от замужества с этими чудищами.

Я непроизвольно зажала себе рот ладонью и прижалась к стене. Так вот она разгадка столь стремительного решения герцога приблизить меня к себе? Вот зачем ему это было нужно!

За стеной послышалось чье-то неразборчивое причитание, а затем насмешливое фырканье.

— А ты как думала? Кто ж свою кровную в такую даль к дикарям пошлет? На такое только побочную байстрючку и сплавишь. Жаль девчонку, конечно, да видать судьба у нее такая. Что тут скажешь? Королевская воля. Кто против нее пойдет? — продолжила рассуждать первая.

— И не говори, — поддакнула своей собеседнице вторая сплетница. — А я-то все гадала, чего он ее притащил в замок. Девятнадцать годков не вспоминал про своих байстрюков, а тут на тебе. Признал дочь, да еще и к себе забрал. Девчонка-то небось и не знает, что ее ждет.

Их шаги зашуршали, удаляясь по коридору. Я так и осталась стоять. Бесжалостные слова жгли, как раскаленные угли. Байстрючка… сплавить…орки…

Все кусочки мозаики, все нестыковки прошедшего месяца, наконец, с грохотом сложились в целую, ужасающую картину.

В глазах потемнело, и я, шатаясь, пошла обратно в свою комнату, не видя дороги. Заперла дверь и опустилась на стул у окна, бессмысленно глядя на тренировочный двор внизу.

Мысли неслись, цепляясь за воспоминания.

Тот день, месяц назад. В наш дом в маленьком городке Лока, что на самой границе, ворвался посланец в герцогских цветах и холодно объявил волю герцога.

Мой отец… Вернее, тот кого я все это время считала своим отцом, капитан городской стражи, молча выслушал посланника. Его суровое, обветренное лицо стало похоже на маску. Но затем он кивнул.

А я не могла поверить своим ушам, что все это правда. Весь мой привычный мир рассыпался в один миг.

Мама… Мама не плакала. Она только крепко сжала мои руки, а потом, когда помогала торопливо собирать мои вещи, рассказала. Сухо, без слез и эмоций.

Все чудовищно просто.

Двадцать лет назад герцог Вальг Шает, наш сюзерен, посетил свадьбу своего капитана. Красота невесты привлекла его взгляд. И он воспользовался правом, о котором все давно забыли, — правом первой ночи.

Верный вассал не мог ослушаться. Капитан, мой неродной отец, человек чести и долга, был вынужден подчиниться. Я родилась спустя девять месяцев. Герцог велел проверить, его ли ребенок. Убедился. И… не признал. Тогда ему это оказалось не нужно.

Я росла в семье с неродным отцом, не подозревая об этом. Да он и никогда, ни единым словом не дал понять, что я чужая. Учил держаться в седле, показывал, как стрелять из лука, как держать меч, гордился, когда я рассказывала ему о травах, которые мы собирали с мамой.

Потом появились мои младшие сестры и брат, его кровные дети. Но это никак не сказалось на отношении ко мне. Я продолжала расти в счастливом неведении в любящей семье. Мы делили и радости, и наказания поровну.

Я была просто Кирой. Старшей дочерью и сестрой.

И вот неожиданно герцог вспомнил обо мне и приказал, немедля, доставить к нему в замок.

— Таков твой долг, дочка, — сказал мне на прощание, тот, кого я привыкла называть папой. — Я воспитывал тебя как свое дитя. Но видно боги решили вмешаться в твою судьбу. Прими ее достойно, как я учил тебя.

И я послушно держала спину, и старательно прятала слезы, когда прощалась с мамой, сестрами и маленьким братишкой.

В замке герцог, высокий, грузный, темноволосый мужчина с цепкими серыми глазами, принял меня в своем кабинете. Холодно, оценивающе оглядел, скривился недовольно. Я совершенно не походила на него. Скорее в мать пошла по росту и масти.

— По крови ты мне дочь, — объявил он, спустя паузу. — Отныне будешь жить здесь. Готовься к замужеству. Это твой долг перед родом и королевством.

И тогда я не придала его словам большого значения. Мне показалось, что моей ролью станет — выйти за какого-то вассала, чтобы упрочить власть герцога. Вот и все. Обычно так и случалось с бастардами.

Не сказать, чтобы мне это нравилось. Но ведь и выбора у меня не было. Мой неожиданный отец был в своем праве. А своему прежнему отцу я обещала принять свою судьбу с достоинством. Вот я и приняла все как есть.

Герцог, объявив все это, далее не проявил ко мне ни радушия, ни любопытства. Видимо, им руководил один холодный расчет и, посчитав свою миссию исполненной, он снова забыл обо мне.

Что ж, так даже лучше. Подумала я. Не нужно заставлять себя улыбаться ему и изображать радость от обретения.

Мне выделили комнату в восточном гостевом флигеле. Скромную, но приличную. И с этого дня я стала призраком при дворе. Герцогиня не замечала меня, как и герцог. Их единственная дочь, Веселина, моя ровесница, смотрела сквозь меня, как будто я пустое место.

За обедом я сидела в конце стола и слушала, как они строят планы на ее блестящее будущее.

Я не роптала. Я пыталась привыкнуть и найти свое место в этом новом доме, раз уж боги так распорядились.

Моим спасением стала замковая библиотека. Я случайно открыла ее для себя, когда бродила по заброшенным коридорам. Вот там, среди пыльных фолиантов и высоких стеллажей я дышала свободно.

Я любила читать, но в нашем доме не так часто удавалось это делать. А здесь, когда у меня неожиданно оказалась уйма свободного времени…

Я читала всё подряд: исторические хроники, труды по медицине и, конечно, романы. Эти часы досуга хоть как-то примиряли меня с моей новой жизнью.

2. Орки

Я так и осталась стоять у окна, пока сумерки не поглотили последнюю полоску света. Мысли кружились, натыкаясь на одни и те же острые углы.

А может… сбежать?

Страх подталкивал меня на безрассудство.

И опрометчивое глупое решение вспыхнуло вроде в голове, такое ясное и освобождающее.

Я резко развернулась и бросилась к сундуку. Руки дрожали, когда я вытащила походный мешок. Туда полетели самое простое и прочное платье, смена белья, теплый плащ, нож для трав, который всегда был со мной.

Моя кобыла, Зорька, стояла в замковой конюшне. Рыжая, выносливая, знавшая мой голос с жеребячьего возраста.

Я часто выезжала на рассвете, чтобы просто прогуляться по холмам, дыша свободой. Это было моим вторым доступным развлечением в замке. Герцог не возражал. А конюхи уже привыкли. Они только кивали, когда я брала седло. Никто не станет искать меня до полудня, а то и до вечера.

На кухне вполне можно незаметно стащить хлеба и сыра. Немного денег у меня есть. Отец дал перед отъездом, а я так и не нашла куда их тут потратить.

И эта идея сначала показалась мне безупречной. Я уже затягивала шнурок на мешке, представляя, как лес примет меня, как я сверну с дороги в знакомые овраги, как доберусь до соседнего городка или затеряюсь где-нибудь среди полей…

И тут новая мысль ударила, ледяным клинком под ребра. Я замерла, сжимая в руках грубую ткань мешка.

А что будет с ними? С моей семьей? Не герцогской. Настоящей семьей?

Перед глазами встало лицо матери — уставшее, с морщинками у глаз, которые появлялись только когда она думала о чем-то тяжелом. Смеющиеся лица сестер. Брата-сорванца. И отца… капитана. Человека, чье молчаливое, надежное присутствие было фундаментом всего моего прежнего мира.

Герцог. Он не будет милосердным. Я уже успела его неплохо изучить за это время.

И его ярость обрушится не на меня. Я буду далеко. Она обрушится на них. На мать, которую он однажды унизил и использовал для своего короткого удовлетворения. На моего отца-капитана, который неправильно воспитал дочь.

Конфискация имущества, тюрьма, а может, и виселица за измену.

Он сделает это. Чтобы восстановить свою честь в глазах короля и орков. Он принесет их в жертву без колебаний.

Мои колени подкосились. Я обреченно опустилась на край кровати, мешок соскользнул на пол.

Короткий и глупый порыв свободы сменился давящей, свинцовой тяжестью. Бегство не было выходом. Оно было предательством. Предательством тех, кто любил меня по-настоящему.

Я так ни разу и не назвала герцога отцом. Он был «ваша светлость», «милорд». Холодный титул вместо теплого слова. И он не требовал иного.

А моя настоящая семья была там, в приграничном городке, беззащитная перед его гневом.

Нет. Я не могу бежать. Не сейчас.

Но мысль, раз родившись, не хотела так быстро уходить. Она лишь изменила форму.

Не сейчас. Но быть может позже?

После свадьбы. Когда брачный договор будет уже скреплен, когда орк примет обязательство на себя, когда все решат, что я смирилась…

Что мешает мне тогда исчезнуть? Где-то по дороге в степь?

Тогда риск был бы только мой. Моя семья была бы в безопасности, свой долг перед родом я бы выполнила.

Эта мысль позволила мне дышать. Я убрала вещи обратно в сундук. Потом долго сидела на кровати, глядя в темноту, слушая, как затихает жизнь в замке.

Я нашла решение. Зыбкое, но оно придавало мне уверенности и спокойствия перед завтрашним днем.

Уже под утро я забылась коротким беспокойным сном. Мне снилась степь, где я бежала, но земля уходила из-под ног, и чей-то хриплый страшный голос настойчиво звал меня по имени…

А на рассвете меня разбудил непривычный шум.

Глухой, ритмичный топот множества копыт по брусчатке двора. Резкое ржание лошадей и голоса. Низкие, гортанные, режущий слух рычащий акцент, перекрывающий остальной шум.

Я сорвалась с постели и босиком подбежала к окну.

Двор внизу кипел. Наши солдаты в синих с серебром герцогских плащах стояли растерянным полукругом. А в центре возвышались пришельцы.

Орки.

Я во все глаза таращилась на них, стараясь разглядеть как можно больше деталей.

Десятка воинов. Высоченные, широкоплечие, с длинными черными волосами, заплетенными в сложные косы или завязанные в хвост. Орки поголовно были крепких, поношенных кожаных доспехах, отороченных мехом. Ни одного стального панциря. Только заклепки и отдельные пластины, нашитые на кожу.

Рядом с ними — массивные и такие же крепкие, спокойные степные лошади. Необычные седла и сбруя.

Я вглядывалась в лица. Кожа отливала темно-зеленым и землистым оттенком. Грубые, резкие черты. Но, что удивительно, не отталкивающие. Их лица не вызывали неприятия, как я боялась. Просто крупные, жесткие мужчины-воины. С зеленой кожей и острыми ушами.

Это я так мысленно успокаивала себя.

Орки не суетились, не кричали. Они просто стояли, оценивающим, безразличным взглядом разглядывая замок и столпившихся вокруг обитателей.

Сердце забилось чаще, когда в толпе я заметила своего возможного жениха. Один из орков выделялся. С первого взгляда он не казался выше или мощнее остальных, но его стать, его осанка, взгляд, жесты, то как на него смотрят остальные орки — всё это выдавало в нем вожака.

И вдруг он поднял голову и посмотрел в мою сторону.