Невеста по ошибке, дракон по любви

Пролог: Тот самый день, когда я пожалела, что вообще пошла в ветеринарку

Знаете, есть такая дурацкая поговорка: «Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах».

Видимо, в тот вторник боги конкретно угорали надо мной. Потому что мои планы были грандиозны: доработать смену, купить по пути батончик с мятным «Рафаэлло» (да, знаю, что это не батончик, но я называю его именно так), завалиться на диван и смотреть «Офис» до тех пор, пока глаза не начнут проситься наружу из орбит.

Я очень хотела, чтобы этот день закончился.

Но начался он с кота.

‒ Настенька, миленькая, вы только посмотрите на него, ‒ причитала хозяйка, прижимая к груди рыжее пушистое нечто, которое явно считало себя центром вселенной. ‒ Он опять не ест!

Кота звали Арчибальд. Арчибальд весил килограммов десять, смотрел на меня с таким презрением, будто я прислуживала в забегаловке, а он был королевских кровей, и вообще ‒ где его ананасы и рябчики.

‒ Марья Ивановна, ‒ я натянула самую профессиональную улыбку, которую только могла выжать из себя в восемь утра без кофе, ‒ а что говорит его ветеринар?

‒ Ой, мы к нему не ходим, он грубый! А вы такая душечка! ‒ Марья Ивановна всплеснула руками, и Арчибальд едва не рухнул на пол, за что наградил хозяйку убийственным взглядом. Я его понимала.

Душечка. Я ‒ душечка. Ветеринарный врач с пятью годами стажа, красным дипломом и хроническим недосыпом. Моя работа заключалась в том, чтобы уговаривать животных не откусывать мне руки, а их хозяев ‒ не кормить шпицев «просто кусочком тортика, он же так просит».

Арчибальда осматривать было бессмысленно. Он был здоров как бык. Просто у него, видите ли, случился экзистенциальный кризис, потому что Марья Ивановна сменила наполнитель в лотке.

‒ Ему нужно больше внимания, ‒ сказала я, делая пометку в карте. ‒ Играйте с ним.

‒ С кем это ты собралась играть? ‒ ожил вдруг динамик рации, висящей на поясе. Голос администратора Леночки звучал так, будто она только что увидела призрака. ‒ Настя, тут это... принесли.

‒ Кого?

‒ Не кого, а чего. Заходи в смотровую.

Я вздохнула.

‒ Марья Ивановна, процедуры оплатите на ресепшене, и дайте ему погрызть специальную травку, я выпишу рецепт.

Арчибальд проводил меня взглядом, в котором явно читалось: «Увидимся еще, душечка».

В смотровой меня ждал... крокодил.

Нет, серьезно. Крокодил. Метра полтора от хвоста до носа. Он лежал на столе, привязанный скотчем (я не шучу, строительным скотчем!) к доске, и щерил пасть, в которой поместилась бы моя голова. Рядом топтался мужик в камуфляже и резиновых сапогах.

‒ Здрасьте, ‒ сказал мужик. ‒ Гена приболел чего-то. Вялый.

‒ Гена, ‒ повторила я, пытаясь понять, сплю ли я до сих пор.

‒ Ну да. Гена. Крокодил. ‒ Мужик посмотрел на меня как на дурочку. ‒ Вы лечить-то будете? А то мне на смену скоро.

Я закрыла дверь.

Сзади послышался стук. Я обернулась. Леночка подпирала дверь шваброй с той стороны.

‒ Ты чего? ‒ крикнула я.

‒ А вдруг он вырвется! ‒ донеслось в ответ. ‒ Я тебя прикрою!

Вот так я и оказалась запертой в одной комнате с рептилией по имени Гена, мужиком в камуфляже и полным отсутствием понимания, как лечить крокодилов. В институте нас этому не учили. Нас вообще многому не учили. Например, тому, что иногда хозяева животных ‒ те еще животные.

‒ И давно он вялый? ‒ спросила я, медленно приближаясь.

‒ Да с месяц уже.

‒ А чего раньше не привезли?

‒ Так мы его в террариум возили, там сказали ‒ всё ок. А он не ок. Вон, даже на ручки не просится.

Я представила, как этот Гена просится на ручки, и меня передернуло.

‒ Ладно, давайте посмотрим.

Дальнейшие полчаса моей жизни превратились в немое кино под названием «Попытка номер раз». Я пыталась открыть Гене пасть. Гена пытался доказать, что пасть открывать он не намерен. Мужик в камуфляже давал ценные указания: «А ты его по спине погладь, он любит». Я погладила. Гена дернулся так, что стол поехал к стене.

‒ Ожил, ‒ довольно кивнул мужик. ‒ Работает метод-то.

‒ Угу, ‒ пропыхтела я, пытаясь удержать хвост Гены, который внезапно решил, что хочет обнять меня. ‒ Работает. Дайте седативное из шкафа. В синей коробке.

‒ А чего дать-то?

‒ В синей коробке! Там написано! Для крупных рептилий!

Мужик порылся, достал коробку, прочитал вслух по слогам: «Для крупных... рептилий...» ‒ и одобрительно хмыкнул. ‒ Во, грамотно.

Я вколола Гене успокоительное. Минут через пять он обмяк, и я, наконец, смогла заглянуть ему в пасть. Зрелище было то еще. Зубы, слюни, запах... Боже, запах. Откуда у крокодилов вообще берется такой запах? Они же в воде живут!

‒ Зубной камень, ‒ выдохнула я, отшатываясь. ‒ У него зубной камень и, кажется, стоматит. Ему зубы чистить надо.

Мужик посмотрел на меня, потом на щерящуюся пасть Гены, потом опять на меня.

‒ Так вы почистите.

‒ Я ‒ ветеринар мелких домашних, а не стоматолог крокодилов!

‒ А какая разница? ‒ искренне удивился мужик. ‒ Зубы они и в Африке зубы.

Спорить с этой железной логикой было бесполезно.

Я чистила зубы крокодилу Гене специальной щеткой, намотанной на длинную палку, и молилась всем богам, чтобы седативное не кончилось раньше времени. Мужик стоял рядом, снимал на телефон и комментировал: «А по телеку говорят, наши врачи ничего не умеют. Вон как девка управляется!»

Я чувствовала себя героиней трэш-реалити.

Когда Гена, наконец, очнулся, его пасть сияла чистотой, мужик уехал, обещая привезти «еще одного знакомого питона», а я сидела в ординаторской и тупо смотрела в стену.

‒ Ты как? ‒ заглянула Леночка.

‒ Я хочу домой, ‒ сказала я. ‒ Просто хочу домой. В тишину. Чтобы никто не кусался, не чихал, не просил на ручки и не смотрел на меня как на врага народа.

‒ Сходи, ‒ пожала плечами Леночка. ‒ Я прикрою. Там всего-то осталось два попугая и хомяк с депрессией.

‒ У хомяков не бывает депрессии.

‒ Ты хомяка не видела. Он лежит на спинке и смотрит в потолок. Я его спросила: «Ты чего?», а он даже не пошевелился. Только вздохнул.

Пролог. Продолжение

Домой я шла пешком. Осенний ветер гнал по асфальту желтые листья, в кофейне закончился мой любимый латте с сиропом, а батончик «Рафаэлло» оказался не мятным, а просто кокосовым. Я шла и думала о том, что моя жизнь ‒ это какой-то бесконечный вторник. Работа ‒ диван ‒ работа. Коты, собаки, крокодилы. Редкие встречи с подругами, которые уже замужем и рожают детей, и моя стандартная фраза на любой вопрос про личную жизнь: «Я замужем за работой. У нас полигамные отношения, у нее еще есть сто пятьдесят таких же жен».

Я зашла в квартиру, скинула кроссовки, рухнула на диван и уставилась в потолок.

‒ Господи, ‒ сказала я вслух. ‒ Ну, сделай же что-нибудь. Хоть что-то интересное. Ну, чтобы сердце билось. Чтобы адреналин. Чтобы приключения. Ну, хоть дракона мне пошли, что ли? Только без зубного камня.

Телефон пиликнул. СМС от Леночки: «Хомяк ожил. Съел полпачки корма. Ты чудо».

Я хмыкнула, закрыла глаза и провалилась в сон.

И мне снился дракон.

Огромный, черный, с золотыми глазами. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде было что-то... странное. Не голод. Не злость. А какая-то усталая обреченность, будто он тоже только что вернулся со смены, где ему чистили зубы.

‒ Ты кто? ‒ спросила я во сне.

‒ Я тот, кого ты просила, ‒ ответил он.

Голос у него был как гром, только уставший гром. С похмелья.

‒ А чего такой недовольный? ‒ удивилась я.

‒ Я не недовольный. Я в шоке, ‒ сказал дракон и добавил то, что я услышала уже наяву: ‒ Ты серьезно? Вот эта?

А потом пол подо мной провалился.

***

‒ А-а-а-а-а-а-а! ‒ заорала я, чувствуя, как тело пронзает ледяной ветер, а в лицо летят звезды, искры и, кажется, чья-то слюна.

Я падала.

Нет, не так. Я ПАДАЛА. Сквозь пространство, время и, судя по ощущениям, сквозь чью-то очень недовольную ауру.

В голове пронеслась мысль: «Боже, я что, умерла во сне? Вот так тупо? После крокодила и депрессивного хомяка?»

Но вместо темноты и тоннеля был свет. Яркий, магический, с фиолетовыми прожилками.

А потом я врезалась во что-то твердое.

Больно.

Холодно.

И очень, очень обидно.

Я открыла глаза.

Надо мной стояли мужики в мантиях. Настоящих таких, средневековых мантиях, расшитых звездами. У них были длинные бороды и очень круглые глаза. Рядом горели факелы. Пахло серой и почему-то мятой.

‒ Получилось! ‒ заорал один из них. ‒ Ритуал сработал!

‒ Это она? ‒ спросил второй, подозрительно вглядываясь в мое лицо. ‒ Что-то она мелковата для невесты генерала.

‒ А может, в другом мире все такие?

‒ Да какая разница! ‒ вмешался третий, тот, что помоложе. ‒ Главное, что материализовалась! Эй, ты! Ты как? Говорить можешь?

Я села, потирая ушибленный копчик, и обвела взглядом это сборище. Потом посмотрела на свои растянутые штаны, на футболку с пятном от кофе, на свои домашние тапки в виде зайчиков...

‒ Мужики, ‒ сказала я осипшим со сна голосом, ‒ давайте сразу к делу. Где тут у вас техподдержка? У меня портал сбоит.

Тишина.

Бородачи переглянулись.

А из-за их спин раздался тот самый голос. Низкий, хриплый и очень-очень недовольный.

‒ Вы серьёзно? ‒ рявкнул кто-то. ‒ Вот ЭТО вы мне в невесты призвали?

Я прищурилась, пытаясь разглядеть говорившего.

И тут он шагнул в круг света.

Высокий. Широкие плечи. Военная форма (ну, или что там у них за местный милитари-шик). Темные волосы, собранные в хвост. На лице ‒ шрам через бровь и выражение глубочайшего офигения, смешанного с яростью.

Красивый, гад.

И глаза у него были золотые.

Прямо как у дракона из моего сна.

‒ Так, ‒ сказала я, медленно поднимаясь на ноги и отряхивая штаны. ‒ А поподробнее можно? Что значит «в невесты»? И где, простите, моя квартира, мой диван и недосмотренный «Офис»?

Генерал (а кто ж еще это мог быть) скрестил руки на груди и посмотрел на меня так, будто я была тем самым зубным камнем, который ему сейчас предстоит удалять без наркоза.

‒ Ты в другом мире, ‒ процедил он. ‒ И теперь ты моя проблема.

‒ Слушай, красавчик, ‒ я уперла руки в боки. ‒ Проблема ‒ это крокодил Гена, которому я сегодня зубы чистила. Ты со своим пафосом даже в топ-10 моих проблем сегодня не входишь. Так что давай-ка по порядку: кто ты, где я и как мне отсюда убраться?

В его золотых глазах мелькнуло что-то странное.

Кажется, впервые в жизни драконий генерал не знал, что ответить.

А я поняла одну простую вещь: моя жизнь перестала быть скучной.

Боже, зачем я вообще это сказала?

Глава 1. В которой я торгуюсь с драконом и чуть не продаю душу за латте

‒ Ты в другом мире, ‒ повторил генерал, видимо, решив, что я глуховата. ‒ И теперь ты моя невеста.

Я моргнула.

Потом еще раз.

‒ Прости, я, кажется, ударилась сильнее, чем думала. ‒ Я потерла затылок. ‒ Может, ты перефразируешь? Потому что сейчас прозвучало так, будто какой-то незнакомый мужик в костюме для косплея объявил меня своей невестой. А это, знаешь ли, звучит как начало криминальной хроники.

Бородачи в мантиях синхронно втянули головы в плечи. Видимо, генерал тут был той еще грозой.

‒ Это не предложение, ‒ рявкнул он. ‒ Это констатация факта.

‒ О, ну тогда ладно. ‒ Я кивнула с самым серьезным лицом. ‒ Раз факт. Тогда у меня встречный факт: я хочу домой. Прямо сейчас. Желательно с компенсацией морального вреда и горячим латте.

‒ Чего?

‒ Латте. Кофе. Ты должен знать, у вас тут наверняка есть кофейни. Или вы только кровь младенцев по утрам пьете?

Кто-то из магов всхлипнул. Кажется, тот, что помоложе. То ли от смеха, то ли от ужаса.

Генерал сделал шаг ко мне. Ближе. Еще ближе. Теперь я могла рассмотреть его как следует.

Ну, во-первых, шрам через бровь был сексуальным. Во-вторых, запах... Боже, от него пахло озоном, дымом и чем-то таким... древесным. Дорогим. Как от машины, которую ты никогда не купишь, но можешь понюхать в автосалоне.

В-третьих, вблизи он был просто нереально огромным. Я доставала ему куда-то до плеча. И он смотрел на меня сверху вниз с таким выражением, будто я ‒ таракан, который только что потребовал у него паспорт.

‒ Слушай меня внимательно, ‒ прорычал он. ‒ Меня зовут Кайл. Я командующий драконьим корпусом. Эти идиоты, ‒ он кивнул на магов, ‒ должны были призвать мне невесту из знатного рода, чтобы заткнуть Совет и отвадить дочку канцлера, которая вешается мне на шею. Вместо этого они призвали...

Он замолчал, подбирая слово.

‒ Чудо в тапках? ‒ подсказала я, пошевелив заячьими ушами на домашней обуви. ‒ Недоросля? Биологический материал?

‒ ...тебя, ‒ закончил он глухо.

‒ Красноречиво. ‒ Я сложила руки на груди. ‒ И что дальше по плану? Усыпить меня и сделать вид, что ничего не было?

К моему удивлению, он хмыкнул. Почти незаметно, но уголок губ дернулся.

‒ Была б моя воля...

‒ А она не твоя? Ты же тут главный? ‒ я обвела рукой зал. ‒ Вся эта мишура, маги на побегушках, драконы там... Кто тебе указ, если ты генерал?

Вопрос явно попал в больное место.

Кайл сжал челюсть так, что желваки заходили ходуном. Красиво, надо сказать. У некоторых людей злость уродует лицо, а у него ‒ наоборот. Нечестно.

‒ Потому что даже генералы не могут игнорировать Совет, ‒ раздался скрипучий голос сбоку.

Я повернулась. Один из магов, самый старый и, судя по количеству звезд на мантии, самый главный, шагнул вперед.

‒ Меня зовут Орвис, дитя. Я глава магической гильдии. И я приношу извинения за эту... накладку.

‒ Накладку? ‒ я подняла бровь. ‒ Вы выдернули меня из моей квартиры посреди ночи, я, между прочим, после смены, у меня завтра (или уже сегодня?) два попугая и хомяк с суицидальными наклонностями, а вы называете это накладкой?

Орвис моргнул.

‒ Хомяк?..

‒ Не важно. ‒ Я отмахнулась. ‒ Давайте к делу. Я хочу обратно. У вас же есть какая-нибудь магия, чтобы отправить меня домой? Порталы там, пространственно-временные тоннели? Или вы только дергать людей умеете?

‒ Технически, ‒ осторожно начал Орвис, ‒ портал обратной связи требует подготовки. И ресурсов. Очень много ресурсов. Мы не рассчитывали, что придется открывать его дважды.

‒ То есть?

‒ То есть, ‒ вмешался Кайл, ‒ чтобы отправить тебя обратно, нужно время. Месяц. Может, больше.

Я уставилась на него.

Месяц.

В другом мире.

В тапках-зайчиках.

‒ Вы издеваетесь.

‒ Ничуть. ‒ Он скрестил руки на груди, и я заметила, какие у него предплечья. Мамочки. Там можно ложку сгибать. И не одну. ‒ Но есть вариант.

‒ Какой?

‒ Останешься здесь на месяц. Сыграешь мою невесту. За это время маги подготовят портал. А я получу передышку от канцлерской дочки и Совета.

Я моргнула.

Потом рассмеялась.

‒ Ты серьезно? Ты предлагаешь мне, незнакомой девушке из другого мира, притвориться твоей невестой, чтобы отшить какую-то богатенькую стерву? Это что, дешевый романчик?

Кайл сощурился.

‒ У тебя есть выбор? Жить месяц во дворце с трехразовым питанием и отдельными покоями или ночевать в портальном зале, где маги будут ставить на тебе опыты?

‒ В смысле ‒ опыты?

‒ В прямом. ‒ Он улыбнулся. Хищно так. ‒ Орвис, сколько там у нас добровольцев для тестирования новых заклинаний?

‒ Ой, ‒ старик понял игру и подыграл, ‒ дефицит страшный. А тут свежий организм из другого мира. Такие данные бесценны.

Я перевела взгляд с одного на другого.

‒ Шантаж? Серьезно? Первый раз в жизни вижу мужика, и он уже меня шантажирует. Это новый рекорд, даже бывшие так быстро не справлялись.

Кайл дернул бровью.

‒ Бывшие?

‒ Не твое дело. ‒ Я вздохнула и оглядела себя. ‒ Ладно. Допустим, я соглашаюсь на этот ваш цирк. Что я получу кроме того, что меня не подопытную не пустят?

‒ Кров. Еду. Защиту.

‒ Скучно. ‒ Я зевнула демонстративно. ‒ Давай конкретику. Какая у меня будет комната? С ванной? Горячая вода есть? Интернет?..

‒ Что?

‒ Ладно, проехали. Что с одеждой? Я не собираюсь месяц ходить в пижаме. И еда. Я не ем всякие там вареные корешки и жареных червей. Мне нужно мясо. Овощи. И кофе. Кофе обязательно.

Кайл смотрел на меня так, будто я просила луну с неба.

‒ Кофе?..

‒ Ну да. Напиток такой. Черный. Бодрит. Будит. Помогает не убивать наглых драконов с утра пораньше.

Младший маг, который всхлипывал, теперь откровенно давился смехом. Кайл бросил на него убийственный взгляд, и парень мгновенно сделал каменное лицо.

‒ У нас есть травяные настои, ‒ процедил генерал.

‒ Не пойдет. ‒ Я покачала головой. ‒ Слушай, красавчик, давай сразу расставим точки над ё. Я ветеринар. Я пять лет училась, еще пять работаю. Я чистила зубы крокодилу, вынимала кактус из носа бульдога и разговаривала с попугаем, у которого была депрессия из-за развода хозяев. Меня не сломать отсутствием кофеина. Но без него я буду злой. Ты хочешь видеть меня злой?

Глава 2.

‒ Веди уже, жених, ‒ вздохнула я. ‒ Показывай свои хоромы. И да, мне нужно что-то поесть. А то упаду в голодный обморок прямо на глазах у твоих подданных, и что тогда о тебе подумают?

Кайл развернулся и пошел к выходу, даже не удостоверившись, что я иду следом.

‒ Ты всегда такая? ‒ бросил он через плечо.

‒ Такая ‒ какая?

‒ Невыносимая.

‒ Только по понедельникам, вторникам, средам... ну, ты понял.

Он хмыкнул. Снова почти незаметно.

Кажется, я ему нравилась.

Или он уже планировал мое убийство.

С драконами, знаете ли, никогда не угадаешь.

На выходе из портального зала меня встретил сквозняк.

Холодный, промозглый, с привкусом дыма и чего-то сладковатого. Как будто где-то рядом жгли не то благовония, не то старые носки.

Я поежилась в своей футболке.

‒ Во дворце топят вообще? Или вы тут закаляете дух?

Кайл даже не обернулся.

‒ Привыкнешь.

‒ Оптимистично. ‒ Я прибавила шагу, чтобы поспевать за его широченными плечами. ‒ А можно вопрос?

‒ Ты и так их задаешь без остановки.

‒ Это был риторический вопрос. Ладно, другой: а что за дочка канцлера? Красивая хоть?

Он резко остановился. Я впечаталась носом ему в спину.

Твердая, как стена. И горячая. Сквозь форму чувствовалось тепло.

‒ Ты издеваешься? ‒ спросил он, поворачиваясь.

‒ Нет, просто интересно. Если я буду играть твою невесту, мне надо знать врага в лицо. Или в декольте. Судя по твоей реакции, скорее второе.

Кайл смотрел на меня с таким выражением, будто я только что заговорила на древнекитайском.

‒ Лейла, ‒ выдавил он. ‒ Дочь канцлера. Красивая. Избалованная. Навязчивая.

‒ О, три в одном. ‒ Я присвистнула. ‒ И давно она за тобой охотится?

‒ Полгода.

‒ И ты еще жив? Удивительно. Обычно такие быстро добиваются своего или ломают игрушку и выбрасывают.

Он моргнул.

‒ Откуда ты...

‒ Женская логика, дорогой. Мы друг друга за версту чуем. ‒ Я похлопала его по руке. ‒ Ладно, познакомишь нас? Хочу посмотреть на соперницу.

‒ Ты... ‒ он сжал переносицу, ‒ ты вообще понимаешь, что Лейла опасна? Ее отец ‒ второй человек в государстве. Она может сделать твою жизнь здесь невыносимой.

‒ Ой, ‒ я закатила глаза. ‒ Сделать мою жизнь невыносимой пытались многие. Бывший, который украл мою кредитку и сбежал с моей же подругой. Завотделением, которая считала, что женщины не должны работать, а должны рожать. Хозяйка Арчибальда, которая звонит мне в три часа ночи, потому что «котику взгрустнулось». Я выжила. И твоя Лейла меня не сломает.

‒ Откуда в тебе столько... ‒ он покрутил рукой в воздухе, подбирая слово, ‒ этого?

‒ Жизненного опыта? ‒ подсказала я. ‒ Или наглости?

‒ Всего сразу.

‒ Это называется самооценка, Кайл. Почитай как-нибудь психологию. Очень полезно.

Мы вышли в коридор. И тут я поняла, что такое настоящий дворец.

Нет, серьезно. Я думала, что дворцы бывают только в кино. А тут ‒ высокие сводчатые потолки, факелы в золотых держателях (реальный золотой? надо лизнуть потом проверить), ковры, в которых тонули мои заячьи тапки, и портреты на стенах. Мрачные мужики с драконами на заднем плане.

‒ Твои предки? ‒ кивнула я на один из портретов.

‒ Да.

‒ Суровые. Твой дед вообще смотрит так, будто я ему должна денег.

Кайл хмыкнул. В этот раз громче.

‒ Ты первая, кто говорит об этом вслух.

‒ А что, остальные боятся?

‒ Остальные ‒ аристократы. Они боятся всего, что может нарушить этикет.

‒ Скучные они. ‒ Я зевнула. ‒ Слушай, а где моя комната? Я реально хочу спать. И есть. И в душ. И желательно в таком порядке.

‒ Скоро прибудем.

‒ Ты так говоришь, будто дворец размером с Монако.

‒ Не знаю, что это, но, наверное, так и есть.

Я присвистнула.

‒ Богато живете, драконьи генералы. Небось, и драконы у тебя с отдельными апартаментами?

‒ С вольерами, ‒ поправил он. ‒ Отапливаемыми.

‒ О, завидуют котики всего мира.

Он остановился перед высокой дверью с позолотой.

‒ Твои покои.

‒ Мои? ‒ я уставилась на дверь. ‒ То есть у меня будет СВОЯ комната? А то я уже испугалась, что придется делить с тобой ложе.

Кайл дернул щекой.

‒ Не обольщайся. Это вынужденная мера.

‒ Конечно-конечно. ‒ Я толкнула дверь и зашла внутрь.

И замерла.

Комната была... огромной. Кровать ‒ размера «лягу и потеряюсь». Камин ‒ настоящий, с огнем. Окна ‒ от пола до потолка, с видом на горы. И драконов.

Потому что за окном, прямо на фоне луны, пролетел дракон.

Настоящий.

Чешуйчатый.

Огромный.

Я подбежала к окну и прижалась носом к стеклу.

‒ Офигеть, ‒ выдохнула я. ‒ Он настоящий...

‒ А ты думала, мы тебе игрушку покажем? ‒ Кайл стоял в дверях, скрестив руки на груди, и смотрел на меня. В его взгляде было что-то новое. Кажется... любопытство?

‒ Я думала, вы тут все преувеличиваете. Драконы, магия, дворцы... А оно вон как. ‒ Я не отрывала взгляда от летящей тени. ‒ Красиво...

‒ Это Разрушитель.

‒ Чего?

‒ Кличка дракона. Разрушитель. Мой.

Я резко обернулась.

‒ Твой? То есть... ты на нем летаешь?

‒ Командую. Летаю редко.

‒ А можно?.. ‒ я закусила губу.

‒ Что?

‒ Ну... как-нибудь... прокатишь?

Кайл смотрел на меня долго. Очень долго. Потом медленно, очень медленно, улыбнулся.

Впервые за весь вечер ‒ по-настоящему.

‒ Посмотрим, ‒ сказал он.

И вышел.

А я осталась стоять у окна, с открытым ртом, и пыталась понять, почему от его улыбки у меня подкосились колени.

Это просто усталость.

Точно.

Усталость.

И голод.

И вообще, я замужем за работой.

Работа в другом мире, конечно, но это же не повод...

Боже.

Я влипла.

Если вам уже немного жалко Настю (или дракона, который явно не подписывался на такое), ставьте звёздочки — мне будет очень приятно знать, что вы тут! 🌟

Глава 3. В которой я знакомлюсь с местной кухней и едва не становлюсь завтраком

Я проспала, кажется, вечность.

Судя по тому, как солнце лупило в окна, было далеко за полдень. Я лежала на кровати размером с небольшую площадь, укутанная в одеяло, которое, кажется, было сделано из шерсти десяти ангелов, и тупила в потолок.

Потолок был расписан фресками. Там драконы сражались с какими-то мужиками в доспехах, а пухлые амурчики (или местный аналог?) пускали стрелы во все стороны.

‒ Живопись, ‒ прокомментировала я в пустоту. ‒ Значит, тут тоже любят приукрашивать. Ни один дракон не дерется с мужиками, они их жгут нафиг с высоты.

Голос в голове ехидно заметил, что я разговариваю сама с собой. Я ответила, что после вчерашнего имею право.

Вчерашнее.

Я села на кровати и огляделась.

Комната никуда не делась. Камин ‒ вот он, догорает. Мои вещи ‒ ну, те, что были на мне, ‒ аккуратно сложены на стуле. Рядом стоял... халат?

Я сползла с кровати и подошла.

Халат был шелковый. Темно-синий. С вышитыми драконами. Мягче, чем все, к чему я прикасалась в жизни.

‒ Ну, если это ловушка, то я в нее попалась, ‒ пробормотала я, натягивая халат поверх футболки и штанов.

В дверь постучали.

‒ Да?

Дверь открылась, и вошла девушка. Молодая, симпатичная, в простом сером платье и с подносом в руках. От подноса пахло так, что у меня свело желудок.

‒ Госпожа проснулась? ‒ спросила она с легким поклоном. ‒ Я Лисанна, ваша горничная. Генерал приказал присмотреть за вами.

‒ Горничная? ‒ я уставилась на нее. ‒ У меня будет горничная?

‒ Если госпоже не угодно, я могу...

‒ Нет-нет-нет! ‒ я замахала руками. ‒ Угодно! Еще как угодно! Я всю жизнь мечтала, чтобы у меня была горничная. Ну, или хотя бы робот-пылесос, который не застревает под диваном.

Лисанна моргнула.

‒ Я... не знаю, что такое робот-пылесос, госпожа.

‒ Это такой... не важно. ‒ Я махнула рукой. ‒ Что там на подносе? Пахнет божественно.

Лисанна поставила поднос на столик у камина и начала раскладывать тарелки.

‒ Завтрак для госпожи. Генерал распорядился подать всё самое лучшее.

Я подошла ближе.

На тарелках было... мясо. Много мяса. Запеченное, с корочкой, с травами. Еще сыр. Несколько видов. Фрукты, каких я никогда не видела ‒ фиолетовые, полосатые, похожие на груши-инопланетянки. И хлеб. Горячий, свежий, с хрустящей корочкой.

И кувшин с чем-то темным и ароматным.

Я схватила кувшин и понюхала.

‒ Это... это же кофе!

‒ Кофе, госпожа, ‒ кивнула Лисанна. ‒ Генерал велел найти. Говорят, его привезли из южных провинций, там торгуют с другими мирами.

Я чуть не расплакалась.

‒ Я люблю твоего генерала, ‒ сказала я искренне. ‒ Нет, правда. Если он сейчас зайдет, я выйду за него прямо здесь и сейчас, без всякой игры.

Лисанна хихикнула и прикрыла рот ладошкой.

‒ Генерал Кайл... он очень строгий, госпожа. Все его боятся.

‒ А я вот пока не очень. ‒ Я налила себе кофе и сделала глоток. ‒ Ох... Это... это лучше, чем секс. Прости, Лисанна, ты молодая, тебе рано такое слушать.

‒ Госпожа... ‒ щеки горничной порозовели.

‒ Зови меня Настя. Какая я тебе госпожа? Я тут месяц поживу и свалю.

Лисанна округлила глаза.

‒ Вы... вы уедете? От генерала?

‒ А что, все мечтают остаться?

‒ Генерал Кайл ‒ лучшая партия в королевстве, ‒ выпалила Лисанна. ‒ Любая девушка мечтает стать его женой.

‒ Ну, я не любая. ‒ Я откусила кусок мяса. ‒ О господи... Что это за мясо? Оно тает во рту!

‒ Драконья вырезка, госпожа.

Я поперхнулась.

‒ Чего?

‒ Драконья вырезка, ‒ повторила Лисанна, не понимая моей реакции. ‒ Это деликатес. Подают только в высшем свете.

‒ Мы... мы едим драконов? ‒ я уставилась на кусок мяса в своей руке. ‒ Тех самых, на которых вы летаете?

‒ Нет, что вы! ‒ Лисанна замахала руками. ‒ Это мясо с драконьих ферм. Ездовые драконы ‒ это одно, а мясные ‒ совсем другое. Как у вас там... куры и лошади? Лошадей же не едят?

‒ Ну, вообще-то в некоторых странах...

Я замолчала, поняв, что объяснять разницу между французской кухней и конным спортом Лисанне явно рановато.

‒ Ладно, проехали. ‒ Я доела мясо с чистой совестью. ‒ А что там по плану на сегодня? Где мой жених?

‒ Генерал на полигоне с утра. Но вечером будет бал.

‒ Бал? ‒ я отставила чашку. ‒ Какой еще бал?

‒ В честь прибытия невесты генерала, ‒ Лисанна сложила руки на груди и посмотрела на меня с нескрываемым интересом. ‒ Все хотят на вас посмотреть.

Я обвела взглядом себя: халат, футболка с пятном, заячьи тапки.

‒ Отлично. Просто замечательно. И в чем я, простите, пойду на бал? В этом?

‒ Генерал распорядился доставить портниху. Она уже ждет в гостиной.

‒ Портниха? ‒ я моргнула. ‒ Прямо портниха? Как в старых фильмах?

‒ Госпожа, вы странно выражаетесь, ‒ заметила Лисанна, но без осуждения. Скорее с любопытством. ‒ Пройдемте?

Через полчаса я стояла посреди гостиной (у меня в комнатах, оказывается, была еще и гостиная!), а вокруг меня кружила маленькая сухонькая женщина с сантиметром и полным ртом булавок.

‒ Необычная фигура, ‒ бормотала она. ‒ Современная. Узкие бедра, маленькая грудь, длинные ноги...

‒ Эй! ‒ возмутилась я. ‒ Я не узкая, я стройная!

‒ Я и говорю ‒ современная, ‒ отрезала портниха. ‒ Не то что эти местные коровы с формами, как у драконов. Вам пойдет открытая спина.

‒ Мне? Открытая спина? ‒ я поперхнулась. ‒ Вы уверены?

‒ Я в этом деле пятьдесят лет, деточка. ‒ Она ткнула меня булавкой (кажется, случайно, но я не уверена). ‒ Спина у вас красивая. Надо показывать.

Лисанна хихикала в углу, делая вид, что перебирает ткани.

‒ А цвет? ‒ спросила я. ‒ Что тут носят?

‒ На балу будет половина двора, ‒ вмешалась Лисанна. ‒ Дочь канцлера наденет золотое, как всегда.

‒ Золотое? ‒ я посмотрела на портниху. ‒ А давайте что-нибудь, что ее бесить будет? Например, синее?