Невозможный этюд

Глава 1

- Черни требует к себе много внимания, Эльза Эриковна! Тридцать первый этюд в особенности! Тебе никогда не стать великой пианисткой, если ты будешь отвлекаться на посторонние занятия и отлынивать от ежедневного упорного труда. Либо ты полностью отдаёшь себя музыке, либо нет смысла мучить инструмент и соседей! Тебе всё ясно?

- Да, мама.

- На работе я для тебя Фрида Карловна. Это ещё что за фамильярности? Дома увидимся. Иди, разогрей себе макароны с курицей, полы протри и сделай уроки пока я приду. Отца не забудь покормить. Будешь при мне упражнения Ганона отрабатывать. Пальцы совсем деревянные после твоего лагеря. Какого рожна я пошла у твоего отца на поводу?

- Но ты сама сказала, что я бледная как поганка. Зато я загорела.

- Ты спорить с мамой надумала, Эльза? Кожа вон облазит лохмотьями с тебя. Теперь ещё и техника потеряна напрочь. Месяцы занятий вылетели в двухнедельную трубу! Это катастрофа! Отныне ни на что постороннее ты не будешь отвлекаться. Свободна!

Эльза понурив голову, начала складывать ноты в папку и одеваться, когда в класс к Фриде Карловне зашла мама ученика, который должен был прийти с минуты на минуту.

- Фрида Карловна, здравствуйте. Витюша повторял, но с листа выучить не успел. Не ругайте его сильно, пожалуйста. Мы приболели на выходных.

Хотела исправить, что с листа не учат, а читают, но только мысленно закатила глаза.

- А где сам Витя? И болели бы дальше себе спокойно. Никто вас не гнал сегодня сюда.

- Он сейчас раздевается. Да мы уже почти выздоровели, это всё остаточное у него. Я поеду, проводите его до машины к отцу, хорошо? - упорхнула мамаша быстрее, чем видела.

- Господи, зачем я трачу своё время на чужих бездарей? - тихо пробубнила Фрида Карловна, - Ты до сих пор здесь, Эльза? Живо домой!

Нерадивый Витюша зашёл в класс, хлюпая носом, чем вызвал ещё большую бурю негодования у мамы Эльзы. Она сморщила нос, прикрывая рот платочком и запахнулась ещё больше в свою шаль. Сопливых и больных учеников она не переносила на дух. Это ещё хуже, чем пытаться хоть что-то из них толковое выбить в музыке.

- До свидания, Фрида Карловна, - тихо пролепетала Эльза, покидая класс мамы.

- До свидания, Эльза. Занимайтесь больше, Черни остаётся за вами. С него и начнём в следующий раз. Идите.

И ведь есть талантливые мальчишки, но родители ничего не понимая, отдавали их в наиотвратительнейшие секции по борьбе, бездумно ломая жизнь, стремление к искусству, к прекрасному и удовлетворяя свои родительские амбиции. Аж противно. И даже не объяснишь им, что ребёнок будет эту несчастную борьбу тихо ненавидеть, плакать по углам и продолжать молчать, чтобы ненароком не обидеть отца или мать. В такие моменты у Фриды Карловны, педагога по фортепиано в музыкальной школе опускались руки и она теряла всякую надежду достучаться до их родителей. Они все твердили, что знают лучше, что нужно их чаду, только вот это самое чадо счастливым и довольным не выглядело.

К сожалению, это был именно тот случай, когда человек у себя бревна не замечает. Заботясь о чужих детях больше, чем о своим ребёнке, она ломала единственную дочь настолько, что желание сделать её без малого великой пианисткой превратилось в одержимость. Либо лауреатство в международных конкурсах и признание, либо - ничего. Гнесинка в Москве и лишение всех остальных интересов у Эльзы и третьего не дано, мнение девочки в этом вопросе не имело абсолютно никакого значения. И плевать, что они из далёкой Казахстанской глубинки, мать цель поставила дочери - значит она будет достигнута любой ценой. Эти стремления не родились на пустом месте и, безусловно, Эльза была талантливым ребёнком и трудную программу для выпускников музыкальных училищ она играла уже сейчас в шестом классе музыкальной школы, а ей всего лишь пятнадцать лет. Она быстро схватывала, имела абсолютный слух, но плоховато решала задачки по гармонии. В этом году мама решила дополнительно ввести этот предмет, попросив коллегу индивидуально заниматься с дочерью. Музыку Эльза обожала, но как и любая девочка, хотела погулять с одноклассниками, потанцевать на школьной дискотеке и дружить с мальчиком. Всего этого в отличие от своих одноклассников она была лишена по настоянию матери. Закончилось тем, что учась в девятом классе она была изгоем в классе и её за спиной девочки называли выскочкой, а мальчики обидно дразнили вопросом не украла ли её мама у папы Карла кларнет?

Впрочем, в этом году они помалкивали. А Лёша Ким, так вообще с фингалом под глазом пришёл на следующий день после своей травли в адрес Эльзы. И смотреть в её сторону теперь побаивался, то и дело оглядываясь на самого хмурого мальчишку в их классе по имени Рустам Алиханов. Он вечно сидел на задних партах на всех уроках, потому что был самым высоким среди всех парней и не по годам развит в плечах. Эльза сама его побаивалась, стараясь не смотреть в глаза лишний раз. Он сторонился всех, не тратил слова понапрасну и молча изучал со своего места присутствующих, сложив руки в груди. Перекидывался парой слов со своим соседом по парте Максимом Чанышевым, и то по инициативе последнего - троечника, который не поспевал за учителем записывать материал и подглядывал у Рустама.

К слову, успеваемость у Рустама была на удивление хорошая. Все годы учебы с первого класса он заканчивал на четвёрки и лишь по математике и физике у него была твёрдая пятёрка. Он быстрее всех считал и мастерски, на зависть остальным, управлялся с контрольными работами, жонглируя сложными уравнениями и задачами. По большей части, он скучал всю оставшуюся часть урока и находил себе единственное любимое занятие до звонка - разглядывал свою первую любовь. Самую красивую девочку в мире Эльзу Альбах. Тоненькую, как тростиночка, белокурую, с длинной косой до пояса, с огромными на пол лица голубыми глазами. За последний год эти глаза не давали ему ни есть, ни спать. Мучили и преследовали во сне, открывая ему яркий мир волнующих подростковых сновидений ещё зелёного парнишки и заставляли его ходить за ней по пятам, охраняя всю дорогу от школы до музыкальной школы и домой. Он знал о ней всё. Любимый цвет - белый, пирожки в столовой она всегда покупает с картошкой, чай пьёт только зелёный, любит подкармливать котят, терпеть не может зиму, морщит свой вздернутый носик и забавно хмурится, если что-то не получается, ломала ногу, когда падала с велосипеда в третьем классе и провалялась в больнице месяц с гипсом, он тогда ещё принёс для неё пакет с фруктами с подписанной печатными буквами запиской внутри "Альбах Э., палата №3", сказав медсёстрам, что это от класса, у неё дальнозоркость, но её зачем-то всегда сажали за первую парту, она левша и математика вообще ей не даётся. Никак. Она часто плачет от своих троек за контрольные и остаётся переписывать после уроков. Эльза - потомок немцев, оставшихся здесь после войны. А её мама - сущая ведьма, и выглядит соответствующее. Высокая, худощавая, с крючковатыми тонкими пальцами, всегда на невысоких каблуках и с алой помадой на морщинистых губах. На голове затянутый пучок, сделанный так, что ни одна прядь не выбьется за весь день. И всё время надменный взгляд на каждого, кто к ней обращается. Она - олицетворение всего того, что Рустам ненавидел в женщинах. Насколько он не мог терпеть эту Фриду Карловну, настолько же сильно все эти годы тайно обожал и молился на её дочь.

Глава 2

Рустаму повезло попасть в эту школу, благодаря своей тётушке Алие. Та дико боялась мужа, который не хотел из детдома забирать "приблудыша" и трудного ребёнка. Желая как-то загладить свою вину за то, что не взяла к себе племянника, она устроила Рустама сюда с третьго класса, хотя обещала в своё время умирающей сестре позаботиться о нём. Проблемного мальчика не хотели брать. Отзывы о нём были, мягко говоря, не очень. Он очень часто сбегал, неизвестно где пропадал неделями в летнее время и много дрался со сверстниками. Основными характеристиками в его деле были замкнутость, абсолютное отсутствие желания идти на контакт, но сильная привязанность к чему-то, что он считает своим.

Все детдомовские ходили в дневной интернат при самом учреждении. И к сожалению, он был гораздо хуже по качеству знаний и контингенту. Рустам к тёте относился не теплее, чем к другим, но был благодарен ей, в конечном итоге, потому что встретил здесь свою первую любовь. А ведь этого могло не случиться, не прими она такое решение.

Все годы Рустам тайно наблюдал со стороны за Эльзой, не предпринимая каких-либо попыток к более тесному общению. А в последнее время, замечая всё больший интерес к ней со стороны парней из других классов, он никому из них не позволял близко подходить и всегда был начеку. Особенно с выпускниками, которые могли легко глаз положить на неё. Так, один за другим он устранил каждого соперника, угрозами, драками или просто своим характерным волчьим взглядом исподлобья. К девятому классу, вся школа кроме самой Эльзы знала: её трогать нельзя. Бешеный Рустам так сказал. А кто не понимал с первого раза, догонялся вторым, через фингалы под глазами. Самой Эльзе было не до этого всего со своей музыкалкой. Да и по большому счёту, не завела она себе подругу, которая последние слухи бы передала.

- Эльза, останься, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Рустам, тоже не уходи. Подожди за дверью минуту.

Классный руководитель, которая вела у них алгебру и геометрию, прекрасно была осведомлена об успеваемости своих учеников. Она решила, что неплохо было бы закончить ребятам девятый класс, подтягивая друг друга по тем предметам, в которых они сами сильны. Польза для обоих сразу будет и экзамены легче сдать. Таким образом, у неё в голове созрел план разбить всех на пары. А самого угрюмого мальчика в классе смогла бы вынести только Эльза. У неё характер подходящий и его крутой нрав она заметно смягчит.

- Анна Семёновна, я пыталась. Но у меня опять не получилось. Ну и пусть тройка будет. Бесполезно это всё, - грустно вздохнула девочка, убирая тетради в портфель.

- Эльза, впереди девятый класс. Тебе нужно подтянуться, иначе дело труба. Твоя мама обеспокоена оценками, - учительница очень переживала за девочку. Знала, что ей итак несладко.

- У нас нет денег на репетиторов. Буду как есть заканчивать, - Эльза стыдливо опустила голову.

- А давай тебя Рустам подтянет? - предложила Анна Семёновна.

Эльза вскинула глаза на ту, не веря своим ушам. Она же это несерьёзно?

- Что вы? Он не согласится! - с улыбкой отмахнулась она от абсурдного предложения.

- Почему?

- Он меня с самого своего прихода сюда избегает. Я ему не нравлюсь, - как есть выпалила Эльза сгоряча.

Во взгляде учительницы чувствовалось некое недоумение. Судя по тому, что она замечала, мальчик точно не мог испытывать к Эльзе антипатию. Ей казалось, да нет, она была уверена, что Рустам из всех одноклассников, только к Альбах сносно относится. От неё не ускользали его взгляды на девочку, якобы украдкой и искреннее переживание в глазах, когда она вызывала Эльзу к доске с просьбой доказать теорему. Видя её мучения и растерянность во время ответов, он еле сидел, чуть ли не порываясь самому выйти вместо неё, чтобы отчеканить материал за пару минут, без запинки и на автомате, как он умел. Чем веселее были остальные ребята от её ответов и волнения, тем мрачнее он сидел со сжатыми кулаками, не поднимая головы. Такое необычное поведение ещё пару лет назад ей бросилось в глаза. Нет, не похоже это на отвращение, как ей поначалу подумалось. Слишком пристальный и влюблённый взгляд у него, с безотрывным слежением за всем, что Эльза делает. Анна Семёнова поначалу переживала, что он может своей одержимостью причинить неприятности её любимой ученице. Но однажды, случайно увидела, как он не догоняя, медленно идёт позади девочки после музыкальной школы. Когда Эльза завернула за угол, схватила его за рукав и отведя в сторонку, спросила прямо:

- Говори, Алиханов. Зачем за Эльзой ходим? И почему ты не на тренировке ещё?
Тот с досадой посмотрел на неё, словно обвиняя, что учительница оторвала его от жизненно важного занятия и спокойно ответил, отводя руку:

- Провожаю, темно уже, - буркнул он и нахмурился. Смутился, - Тренировка через сорок минут. Успею. До свидания, - и поспешил дальше.

- До свидания, Рустам. Смотри мне! - она только поулыбалась и покачала головой вслед. Тогда всё и поняла окончательно, успокоилась и решила больше не вмешиваться.

- Глупенькая, не переживай. Уверена это не так. Давай спросим его? - Анна Семёновна открыла дверь и позвала мальчишку.

- Рустам, ты согласен позаниматься после уроков с Эльзой по алгебре и геометрии? Ей нужно на четвёрку год постараться закончить.

Рустам задумался, но лицо оставалось непроницаемым. Эльза любого ответа ждала от него, но только не того, что он сказал:

- Заниматься надо будет каждый день, буду ждать в читальном зале библиотеки. Опоздаешь, дольше десяти минут ждать не буду. Не успеешь -твои проблемы, - руки скрестил и даже не смотрит на неё, отвечая раздражённо.

- Х-хорошо. Я приду. Завтра начнём?

- Сегодня. У тебя всё совсем печально с неравенствами, о функциях я вообще молчу.

Господи, он столько с ней не разговаривал за все годы учёбы. Она сейчас не могла поверить, что разговаривает с ним. Странно, что Рустам не только в курсе её существования, но и в подробностях знает слабые стороны. Эльза покраснела от смущения. Как он, наверное, тешит сейчас своё самолюбие. Лучшая во всём остальном девочка, отличница по всем предметам кроме алгебры, геометрии и физики попросила помощи "жителя Камчатки", который с ней никак не хотел контактировать до этого дня. Стыдно-то как.

Глава 3

За год до наших дней

- Лёлька наша сегодня занята, Рустам. Могу Маргошу прислать, - Макс курил уже третью сигарету, сидя рядом и наблюдая с випа за танцполом.

- Времени нет у меня ждать, - сегодня Рустам был особенно злой. Быстрее бы закончился этот тупой, дурацкий день. И новости, которые он узнал - мерзотнее не бывает. Лучше бы в зале помахался сейчас с кем-нибудь в спарринге. Будто кислотой разъедало внутренности и мозги. Как доехал сюда - сам не понял.

- Всё любовь свою никак не забудешь, смотрю? До сих пор по блондинкам ходишь. Нашёл свою пропажу-то?

- Без допросов, Макс, - ещё пара слов и кулаки в ход пойдут сами. Итак еле сдерживался. Тот хмыкнул и продолжил наблюдение, в перерывах печатая что-то в телефоне.

- Найдёшь, женишься, семью устаканишь - заглядывай, не пропадай совсем. Свежак у меня каждый месяц приходит работать. Затрахают так, что неделями сытый будешь ходить, - да, плохая идея была приходить, всё-таки. Не отвяжется с разговорами своими.

- Женился бы, сюда дорогу забыл бы, - Рустам прикрыл глаза и откинул голову на спинку дивана. Главное, не думать ни о чём сейчас и увиденную сегодня сцену, без конца мелькавшую перед глазами, забыть.

- Сюда женатые чаще всего и ходят, Руст. Не зарекайся. Жёны быстро приедаются, - судя по тому, что он трижды в разводе - Макс свято верил в свои слова.

Страдальческий вид Рустама его откровенно забавлял. Он чувствовал, что по лезвию ходит, но не мог не поглумиться жёстко над ним. Не особо его боялся ещё со школы. Знал, что Рустам больше рычит на него, но бить не станет. И сегодня Макс по его виду понял, что тот Эльзу нашёл. С таким же кислым видом он ходил ещё в школе. Макс это выражение лица знал очень хорошо.

- Не в моём случае, - припозднился с ответом Рустам.

- Нууу, как ты тронулся на Альбах - не удивлюсь.

Он точно огребёт сейчас.

- Попридержи язык. Не посмотрю, что друг, - Рустам потушил сигарету и посмотрел на девушку, которая к ним поднималась.

- Спусти пар, дружище. Пойду я, дела ещё есть. Хорошего вечера, - хлопнул по его плечу Макс и пожал руку на прощание, подзывая Маргошу.

Девушка боготворила Рустама и просила забрать её отсюда с самого его появления здесь, но ему это всё не нужно было. Да и возвращаются девочки обратно, втянуться успевают, видимо. Хотела бы она сильно уйти, не ждала бы от кого-то помощи. Значит, устраивает всё.

- Ты совсем меня забыл, Рустик. Просишь прийти только когда Лёля не может. Не нравлюсь больше? - поразительная наивность при её профессии. До смешного просто.

Они зашли в приватную комнату и девушка начала снимать свои блестящие стринги.

- Много болтаешь, Марго.

- Давай массаж сделаю? - с надеждой в голосе спросила Маргоша.

- Забываешься. Раздвигай ноги или уходи. Ты правила знаешь.

- Не кипятись, я просто соскучилась, - девушка встала на четвереньки на кровати и отвернулась от него. Смотреть и трогать себя он не давал. Даже Лёле, которая была его постоянной здесь. Только вот она была покладистее и менее болтливее Маргоши, за что он всегда выбирал её для своего удовлетворения. Никаких привязанностей, привычки или других мотивов.

Рустам спустил штаны и надев презерватив, начал трахать Марго, работавшую здесь уже три года. В клубе его школьного друга Макса. Того самого, нерадивого, отстающего Чанышева. В Москве он нехило поднялся на открытии своего первого стриптиз клуба. Затем раскрутил всё это до трёх заведений и планировал открыть в ближайшие пару лет четвёртое. Он всегда набирал к себе самых сочных девок. Молодых и красивых, желающих за ночь заработать столько, сколько за неделю получают официантки.

Секс получился как всегда пресным, монотонным и заглушал его эмоции всего лишь ненадолго, сбрасывая физическое напряжение. А душевного равновесия не давал. Всё не то. Даже с нормальными девушками тоже. Пробовал ведь, на пару месяцев их отношений хватило. Не могли они дотянуться до его идеала в голове. Заселилась одна и царствовала там много лет, никому и близко не позволяя подходить к своему пьедесталу. Всегда чего-то не доставало в других: цвет волос отличался, глаза тусклее и другого оттенка, талия шире, голос абсолютно мимо, хамоватый тон, о манерах и говорить не стоит, слишком наигранные, слишком злые, всё слишком. И далеко не та милая и нежная девушка, которая ему нужна. Единственная и самая желанная.

Но мужская природа берёт своё рано или поздно. При всём желании он не смог бы столько лет жить в аскезе и отказывать себе в физической потребности в женщине. Но любимая заразка всегда фоном мелькала в голове. При мысли о ней, ставшей сейчас ещё прекраснее, всё закипало внутри и бурлило вулканом. А уж кончал думая об Эльзе, он несчётное количество раз, представляя её каждый раз под собой. Он сомневался, что смог бы насытиться ею сполна. Но, определённо, это был бы самый фееричный секс в его жизни, учитывая какие искры из глаз сыпятся при обычной дрочке с фантазиями о ней.

Когда они начали вместе заниматься алгеброй - вообще кошмар начался. Как он умудрялмя ещё что-то объяснять ей, до сих пор не знал. Сидеть рядом, вдыхать запах лаванды и ещё чего-то неуловимо сладкого тяжело было, не то что разговаривать. Вот он и грубил постоянно или всем своим видом показывал, как она его утомила. Всячески отталкивал, не мог в ответ тоже что-то хорошее сказать, сам страдая потом от её тяжёлых вздохов и грустного лица.

Сейчас бы он зажал Эльзу и горячо отлюбил, признаваясь ей в своих чувствах.

Рустам был по жизни упёртый парень. Если вбил в голову что-то, ни за что не отступит. И решил он, во что бы то ни стало, по приезду в Москву найти Эльзу и всеми правдами и неправдами развести её с мужем, если он есть и нагло присвоить себе. Всё, хватит. Настрадался за эти годы думая беспрерывно о ней. Конец мучениям настанет или нет? Надо будет - прикончит и её мужа и мать, если они у него на пути встанут. Последнюю вообще заслуженно и без сожаления.

Глава 4

- Ты опоздала на две минуты, - сердито проговорил Рустам глядя на Эльзу, которая итак очень торопилась на их допзанятие. Он сидел в самом последнем ряду читального зала.

- Я... Булочку купила тебе. Будешь? - по правде говоря, Эльза сама была очень голодна после уроков и быстро заточила свою по пути, торопливо запивая всё холодным чаем на ходу.

- Зачем?

Библиотекарь шикнула на них, делая замечание, чтобы они потише вели себя. Эльза подсела к нему и шёпотом ответила:

- Ну, нам сидеть тут долго, наверное. Хотела чтобы ты подкрепился. Я вот еле на ногах стою после уроков, например. А потом ещё и в музыкалку идти.

Могла не говорить, он расписание её занятий наизусть помнил. Узнай она, насколько досконально он изучил всё о её образе жизни, обходила бы за километр. Понимал, что его сталкинг дуркой попахивает, но остановить себя не мог. Пытался пару раз ведь. Каких только мыслей не приходило в голову, пока на тренировке истязал себя. Боялся за неё сильно. Вдруг приставать в тёмном переулке будут, обидят, испугают или расклады похуже вообще, о которых даже думать боялся, не то что вслух говорить. В итоге, с двойным усердием следил за ней, осознавая, что в этом есть что-то нездорово-одержимое.

- Позже поем, но больше так не делай, - буркнул он тихо, забирая булочку из её протянутой руки, - В еде не нуждаюсь.

- Я не поэтому, Рустам. Просто хотела...

- Я понял. Давай начнём уже. Не хочу до ночи здесь сидеть, - грубовато получилось.
Нахмурился ещё больше от своего тона и поведения. Открыл книгу и пододвинул её тетрадь поближе к себе, чтобы посмотреть, где у неё низкие оценки. Хотел начать объяснять материал по этим разделам. Тут же залип на её аккуратный, ровный почерк с красивыми, почти каллиграфичными завитушками на концах букв. Так только она писала в классе, залюбуешься. Творческой личности вроде неё сам бог велел, конечно, такой почек иметь, но уравнения решать он особо не помогает ей.

- Э... Да, конечно, - Эльза расстроилась, что ненароком огорчила его. Не понимала, что он как подачку расценить может её жест, - Извини, если обидела.

Вздохнула от того, что так нелепо сейчас начинаются их совместные занятия. Рустам заметил её досаду и поняв, что перегнул немного, решил сгладить момент. Откусил булочку и с аппетитом жуя, прошептал:

- Не обидела. Перепиши пока 311(в), доем и объясню как решаются такие функции.

Она потянулась через него за ручкой в свой рюкзак, который рядом ним лежал и задела волосами руку Рустама. Он тут же почувствовал её запах и замер. Пожалел сейчас, что согласился заниматься. Не получится максимально отстраниться и сосредоточиться на алгебре, как бы он ни старался. Да уж. Год будет тяжёлый.

***

Через месяц Эльза смогла уговорить его немного пописать диктанты и повторить правила русского языка. Сидели они теперь уже в родном читальном по полтора часа в день. Час для неё и полчаса для Рустама. Нельзя сказать что она начала сразу отлично писать контрольные, но сдвиг был заметен. А самое главное, он научил не торопиться и от волнения не забывать главные правила в алгебре: упрощать до конца, выносить за скобки всё, что выносится, подбирать нужный алгоритм и приводить к стандартному решению. Так, они оформили с двух сторон альбомного листа, шпаргалку с основными алгоритмами, которые всегда должны быть под рукой.

По итоговой контрольной в первой четверти, Эльза получила твёрдую четвёрку, чем приятно удивила и Анну Семёнову и маму, которой сказала, что занимается с одноклассницей-отличницей. Не знала сама, зачем наврала, но интуитивно чувствовала, что узнай она о Рустаме - быстренько положит конец этому. А Эльзе с ним нравилось это время проводить. Очень нравилось. Он по большей части молчал, говорил только по теме и особой теплоты к ней никак не проявлял. Но в нём чувствовалась некая заинтересованность в её успешных отметках, что ли. Ей даже казалось, что в глубине души он болеет за неё и даже переживает. Ну, по крайней мере, ей хотелось так думать. Всё ведь в мелочах проявляется в человеке, вот и она подмечала про себя, что он сильно старается скрывать свои чувства. Не настолько нейтрален ко всему, каким хочет казаться. Например, услышав её слова, что она всегда голодная после уроков, стал приносить каждый раз по паре кексов, булочек или пирожков и маленький термосок с уже еле тёплым к этому времени чаем. На её вопрос, что неудобно и почему сам не ест, он отмахнулся со словами, что им это на завтрак дают всегда, просто теперь он не оставляет, а забирает с собой в школу. Было приятно. Заботу ведь проявил, да?

Соврал он. Её жалко стало, итак рёбра пересчитать можно, того и глядишь, ветром снесёт рано или поздно. Сам-то под чистую всё съедал, особенно на завтрак и ужин. В его возрасте стремительно растущему организму всё время не хватало еды и всё, что он на выходных зарабатывал на случайных шабашках, тратил на перекус.

Эльза так радовалась своей оценке, сказанной Анной Семёновной, что не удержалась и повернулась к Рустаму и поймав его взгляд, улыбнулась, беззвучно проговорив "спасибо". Рустам замер, прочитав по губам её благодарность и неспособный оторваться от милого сердцу, улыбающегося личика, еле заметно кивнул Эльзе в ответ. Он её улыбки в его адрес берёг, каждую до единой помнил и вспоминал перед сном, считая эти дни самыми лучшими в его жизни. Она отвернулась и уголки его рта сами поползли вверх. Унесло моментально так, что почти забыл где находится. Так бы и сидел довольный, пока Чанышев не ткнул в бок со своими подколами:

- Альбах влюбилась в тебя что ли? Глаз не отрывает.

- Заткнись, Макс, - тут же осадил его Рустам и нахмурился, стараясь не светиться больше так сильно перед тем.

После уроков Эльза быстренько сбегала за шоколадкой, чтобы угостить его в благодарность и в этот раз плевать было, обидится он или нет. Слишком радостная она была и хотела поделиться ею с Рустамом. Он же к этому непосредственное отношение имеет. Пусть хоть выкинет потом, зато она даст понять, как много эта оценка значит для неё. Рустам сидел привычно на том же месте и, видимо, дремал, опустив голову к рукам на столе. Интересно, это тренировки его так изматывают или он на выходных чем-то тяжёлым занимался? Она только положила руку ему на плечо и он резко поднял голову.

Глава 5

Эльза с удивлением взглянула на одноклассника. Хотела убедиться, серьёзен ли он. По виду не похоже было, что шутит. Она слегка расстроилась, что не догадалась сама пригласить Рустама. Не думала, что ему будет это интересно вообще. Где его рукопашка, а где фортепианный этюд, который даже она сама не совсем понимала до конца?

- Конечно. Приходи, если сможешь. Мне будет очень приятно, - с энтузиазмом ответила она, - Извини, что не пригласила.

- Я приду, - коротко сказал Рустам и открыл учебник русского языка с трудным для него правилом деепричастных оборотов.

Эльза доела последний кусочек и пока убирала всё лишнее в рюкзак, он сказал самую длинную фразу за всё время их общения:

- Спасибо за шоколад, вкусно. Время не будем терять. Тебе, наверное, домой ещё надо успеть заскочить. Алгебру на сегодня отменим. Мне тоже нужно кое-куда зайти до твоего концерта.

- Хорошо. Тогда сначала объясню правило, потом разберёмся на примерах.

***

Забежав домой, Эльза быстро разделась, скинула рюкзак и залетев в комнату, открыла шкаф и начала перебирать свой весьма скудный гардероб. Рубашки, юбки, брюки, несколько летних платьев, но вот концертной одеждой мама не особо баловала. Да и выходила Эльза всегда либо в длинном голубом шифоновом или в синем платье с пышной юбкой-солнце до колен. Особо не волновало её до сегодняшнего дня как и в чём выходить. В основном, переживала за само выступление и насколько чётко она сыграет свою программу. От волнующей мысли, что сегодня Рустам придёт послушать, её начало немного потряхивать. Хотелось выглядеть красивой для него. Почему-то ей стало важно с определённого момента, что он о ней думает. Не могла точно сказать, когда это началось. Но чаще она стала юбки носить и волосы в хвост длинный собирать вместо косы или иногда забегала в туалет перед уроками, распускала, расчёсывала и оставляла распущенными. Хорошо мама не видела, в этом плане она строгая. Обязательно проследит с утра, чтобы дочь туго заплелась. Исключением только её выступления были.

В шкафу висело ещё одно платье кипельно белого цвета в прозрачном чехле, которое Эльза ни разу не надевала. Мама купила его ещё летом для её выпускного экзамена в будущем году в музыкальной школе. Повесила в шкаф со словами: "На вступительные наденешь потом." Так и провисело несколько месяцев, Эльза даже не трогала после примерки, но сейчас оно так и манило к себе. Она решила примерить и если это будет слишком, то уберёт и выберет голубое, как обычно. Спешно надела его и поняла, что не сможет снять теперь. Оно так красиво по фигуре село, превращая её в прекрасную воздушную принцессу. Так хотелось в нём пойти. Даже от мамы потом можно выслушать тираду, лишь бы он увидел.

Надо спешить, а то мама нервничать начнёт. А ещё разыграться нужно в её классе до выступления. Эльза спешно натянула капроновые, а сверху ещё утеплённые колготки и поменяла короткую осеннюю куртку на пальто до колен, чтобы платье прикрывало и завернула голову шарфом. Завить слегка концы волос она не успевала, но захватила с собой заколочку.

- Эльза! Где тебя черти носят? Ты почему опаздываешь? Быстро за инструмент. Мне уже идти надо, - Фрида Карловна посмотрела на часы и явно злилась, что не успела послушать дочь перед концертом и дать последние наставления, - Чтобы отыграла как следует. Одна помарка - неделю на час больше заниматься будешь, имей ввиду.

Мать ушла из класса, оставив Эльзу одну. Девочка выдохнула спокойно и начала раздеваться. Переобувшись в конце в свои бежевые туфельки, принялась колдовать над волосами, которые приходилось долго расчёсывать из-за густоты. Заколола сверху половину, остальные локоны красиво легли до поясницы. Ещё бы блеском губы подкрасить, да маму удар хватит. Итак Эльза приготовилась к скандалу потом из-за платья. Оставалось полчаса до её выхода, в зале вовсю уже выступали ученики младших классов. Интересно, он уже пришёл? Где сидеть будет? Как не выдать волнение и не ошибиться? Ведь лишний штрафной час потом сократит их совместные допы с Рустамом. На автомате повторяла трудный пассаж с третьего листа, а в голове совсем о другом мысли. Остановилась. Положила руки на колени. Они слегка тряслись и вспотели. Впервые такое. Всегда ведь нравилось выступать, даже на первой своей игре так не нервничала. Пыталась выровять дыхание. Выпрямила спину, встряхнула руки, вытерла их о мягкую обивку пуфа под ней и начала играть с самого начала.

***

Эльза стояла рядом с роялем на сцене и ждала, когда её объявят. Оглядывая зрителей, она увидела Рустама, сидящего на последнем ряду с краю, ближе к выходу. Он был выше остальных присутствующих, почти наравне с отцами, пришедшими поддержать своих детей. Сердце бешено заколотилось в груди, так и норовило выскочить. Радость и волнение шли рука об руку и полностью захватили её с ног до головы. Дышать. Нужно сейчас не забывать дышать. Она отвела руки за спину, стараясь унять дрожь.

- Карл Черни, этюд №50, опус 740. Исполняет ученица шестого класса, Альбах Эльза.

Пока играла, думала только о его присутствии, внимании, взгляде на неё. Хотела быть лучшей сегодня, сыграть так, чтобы даже у мамы не осталось повода наругать её сильно. Вложила в свою игру особую выразительность, которую мама всё время требовала. Во время исполнения она всегда думала только о произведении, но сейчас... удивительным образом в эти образы в голове сами собой органично вплелись мысли о нём. Пальцы легко летали сегодня, прикасаясь к клавишам с любовью и плавно переливали одни ноты в другие. Успешно сыграла трудное место - а в это время его взгляд перед глазами стоял, сделала акцент в нужных местах, усиливая патетику - его "Я приду" в ушах звенело, плавно перешла к завершению - её "спасибо" на губах и кивок Рустама в ответ.

Эльза поняла уже к концу: сегодня она играла не для себя, не для мамы или других. Она играла только для него одного. Направляла все эмоции в игру, чтобы через неё транслировать свои зарождающиеся чувства к этому мальчишке с очень толстой бронёй в сердце. Финальный аккорд, вдох-выдох, руки плавным взмахом убрала от рояля, хлопающие зрители, её радостная улыбка становилась всё шире. Она встала из рояля, вышла вперёд и скорей подняла взгляд в его сторону.

Глава 6

Сейчас уже всех подробностей не вспомнить, но Рустам по малолетству, поддался влиянию сверстников и лет с семи подворовывал на рынке. В основном, лепёшки, фрукты или жвачки с конфетами. Ребята быстро убегали от продавцов и потом часто делились между собой едой. Но однажды, когда ему уже девять исполнилось, в очередной раз Рустам пришёл в хлебный ряд и украдкой, как можно незаметнее для других, потянулся за свежей горячей тандырной лепёшечкой. И только успел стянуть, как тут же его за руку поймал молодой парень лет семнадцати. Видимо, старшеклассник или выпускник, учитывая, что был с рюкзаком и в школьной форме. Рустам запаниковал и начал вырываться, но хватка у того была крепкая.

- Ага*, отпусти. Я больше не буду, - жалобно проговорил мальчик.

Держа Рустама крепко, парень забрал лепёшку из его рук и передал продавщице со словами:

- Апа,* выберите ещё три и заверните, пожалуйста, в пакет, - как ни в чём не бывало разговаривал с ней.

Расплатившись, он забрал пакет и не отпуская мальчика, пошёл к выходу павильона. Рустам уже отчаялся и смирился, решив, что парень сдаст его милиции. Ещё ни разу не попадал в отличие от других, значит, сегодня будет первый.

Но тот повернувшись к нему, присел на корточки и посмотрев пристально в глаза, спросил строго:

- Как зовут? Родители где твои?

- Рустам. Нету их. С детдома я, - вытерев сопли рукавом и опустив глаза, тихо добавил, - Убежал.

Парень смотрел на него задумчиво и явно не знал, как поступить.

- Послушай меня внимательно, Рустам, - начал он, - Делай всё, что сможешь в жизни, работай, старайся, крутись, но никогда не опускайся до воровства. Это хуже всего на свете и самый большой грех, - парень вбивал ему в голову каждое слово, - Ты - мужчина, всё при тебе есть. Будешь трудиться - будут и деньги.

- Я голодный просто.., - попытался оправдаться Рустам.

- Пойдём со мной, - парень протянул ему руку. Рустам замешкался. Немного страшно стало, вдруг он обманом куда-нибудь приведёт его?

- Клянусь, ага, я больше не буду. Правда, - Рустам сделал шаг назад и потихоньку попятился.

- Пойдём, пойдём. Не обижу, - парень похлопал его по плечу, - Поешь как следует и потом отведу тебя к твоим воспитателям.

- Не обманываешь? - этому парню почему-то хотелось верить.

- Честное слово Арслана! - он раскрыл ладонь.

Рустам пожал его руку и пошёл вслед за ним. Через некоторое время они подошли к дому, где жил Арслан. Судя по всему, это его мама развешивала бельё, а за столом делал уроки мальчик, свиду его ровесник.

- Мама, я вернулся, - окликнул её Арслан, - Мы можем угостить Рустама твоим борщом?

С изумлением посмотрев на сына, женщина кивнула со словами "Зови в дом гостя" и зашла внутрь разогревать обед.

Такого вкусного супа и жареной картошки с небольшим количеством мяса Рустам никогда не ел. У тётушки Алии бешбармак* только пробовал.

- Давай тарелку, Рустам. Ещё положу, - красивая мама у Арслана, только он совсем на неё не похож был. Даже не верилось, что они родные.

- Спасибо. Я наелся, - нет, конечно. Положи она всё, он бы съел и тарелку впридачу облизал, но стало неудобно. Итак накинулся, будто год не кормили, аж чуть не забыл руки помыть.

- Он что, теперь наш третий брат? - сказал младший сын, которого звали Адилем. Вот он больше походил на маму.

- Адиль, не болтай. Ешь свой суп, - строго ответил ему брат. Мальчик замолк и продолжил дальше есть, - мама, я отведу его обратно и вернусь через час.

- До свидания, Рустам. Приходи к нам ещё, - тепло попрощалась мама Арслана. С собой ещё яблок и веточку винограда положила. Для него Наташа-апа стала добрейшей женщиной в мире с тех пор.

Они подошли к воротам детдома, Арслан повернулся к нему и тихо сказал:

- Если нужна будет помощь - обращайся, что-нибудь придумаем. Но увижу ещё раз, что воруешь - сдам в комнату милиции.

- Я не хотел, правда. Просто голодный был, - повторился Рустам. Так стыдно стало.

- Тогда сделаем так. Ты не будешь больше сбегать и ждёшь меня здесь каждый вечер. Будешь хорошо учиться и воспитатели не будут жаловаться - получишь еду, - не верилось совсем.

- И всё? - самое удивительное, что Рустам слышал.

- Справишься?

- Да! - пустяковое дело ведь. Всего-то сидеть уроки учить и ждать.

- Договорились, Рустам. Как подрастёшь, найдём и тебе подработку.

Он потом узнал, что Арслан сам после школы временами товарняк разгружал, на мойке подрабатывал, а за полгода до своего переезда в Москву с семьёй, устроился на заправку. Со временем понял, что им самим итак туго приходилось. Мать одна у них была на тот момент и они еле концы с концами сводили, при этом не жадничая лишней тарелки супа для Рустама. Через год, когда перевёлся в другую школу, начал по социальной дотации и там неплохое питание получать и Эльзу увидел впервые. Но это время омрачилось тем, что Арслан-ага сообщил: они уезжают насовсем. Рустам стойко держался, услышав эту новость, но после ухода Арслана, ушёл на задний двор, пинал каждый камень и исхлестал палкой траву. Слёзы сами текли незаметно. И он решил тогда, что обязательно выполнит наказ своего старшего почти брата.

- Я напишу тебе письмо, воспитатели передадут. По адресу на конверте будешь писать ответ, - Арслан подбадривал его как мог.

- О чём писать? - растерянность и беспомощность накрыла.

- О своих оценках, школе и о том, как твои дни проходят. Пиши обо всём. Если смогу - буду приезжать раз в год. Вырастешь, если захочешь - заберу с собой.

- Хорошо, - уныло ответил Рустам. Успел к Арслану привязаться. Тяжко будет без него теперь. Он ведь единственный, кому правда не плевать. Даже тётка и та раз в год объявлялась с макаронами своими.

- Давай, Рустам. Не вешай нос. Учись хорошо. Умная голова - на вес золота. А мне умный человек нужен будет там, - в последний свой приход Арслан принёс ему большой пакет со сладостями, консервами, маминым пирогом и с кое-какими тёплыми вещами и обувью.

Глава 7

- Спасибо, что пришёл, Рустам. Мне было очень приятно. Тебе понравилось?

Рустам немного смутился. Долго колебался идти на концерт или, всё-таки, отказаться от этой идеи и придумать отговорку. Вроде, вопрос сам у него вырвался, но теперь понял, что немного погорячился. А что если он навязывается и она только из вежливости и своей неспособности отказать пригласила?

Переоделся, взял спортивную сумку, чтобы сразу на тренировку потом пойти, посмотрел, сколько денег есть и пошёл в сторону музыкальной школы. Обычно, по пути покупал перекусить себе, но сейчас остановился у цветочного ларька и увидел там в дальней вазе много белых роз. Ему нравился такой пышный сорт в отличие от закрытого бутона. Решил зайти. Это был как сиюминутный порыв. Спросил цену и вот уже подходит с розой в руках к залу. Немного опоздал, там уже вовсю шло чьё-то выступление. Жаль будет, если он номер Эльзы пропустил. Посидит пятнадцать минут и пойдёт. Время поджимало.

Через два номера, когда он уже порядком истеребил и оторвал листик от цветка и собирался уходить, вышла она. Его как прибило к креслу обратно. Нежная и самая красивая, Эльза неслышно выплыла как облачко на сцену, заставив его жадно рассматривать со своего места каждую чёрточку и деталь. Её тоненькие кисти так мастерски подчиняли рояль себе, отчего он звучал ещё прекраснее. Сколько сил и адского труда она вкладывала каждый день, чтобы так сыграть. Рустам никогда этого не поймёт, наверное. Но если и был в мире идеал во всех смыслах, то он перед ним. С воодушевлением играющая и отдающая себя музыке девочка. Только после финального аккорда смог оторвать глаза и уйти. Она имеет право быть в чём-то другом слабой, раз так божественно играет. И совершит самую большую ошибку в жизни, если решит зарыть свой талант и бросить эту стезю. А для всего остального, что ей с трудом даётся, он рядом будет и поможет, если она позволит.

Рустам, впоследствии, чаще всего вспоминал её именно в этом образе. Он впечатался в мозг навсегда. Один раз на волосок от смерти был в полубессознательном состоянии и Эльза, как ангел явилась, зовя к себе, выглядя такой маняще-прелестной в том самом белоснежном платье. Неделями отойти не мог, думая о ней, мечтая оказаться в её объятиях и целовать сладкие розовые губы.

- Да. Здорово играешь. Жаль, времени не осталось, нужно было идти.

Эльза колебалась. Спросить про розу или нет? Вдруг он оставил её там, предпочитая не дарить? Не смогла побороть своё любопытство. Слишком значимый момент для неё.

- Это от тебя розочка была, да?

Увидела, значит. Сначала в коридоре хотел подарить после выступления, но решил не светиться перед другими, мать её где-то здесь должна быть, вроде. Насколько он знал, Эльза у неё училась и у этой женщины не забалуешь. Он много раз слышал, как она разговаривает с дочерью, когда видел их вдвоём на обратном пути после занятий в музыкалке. Не понимал одного, зачем ей нужен был ребёнок, если она так издевательски обращается с ним. Сдала бы уж тоже и жила себе спокойно. Он же не умер без родителей.

То, что он банально застеснялся и не подарил розу лично - признался себе с сожалением уже годы спустя. Не знал, как это делается, какова реакция будет и что вообще говорить в таких случаях. Выкидывать тоже жалко. В итоге, дослушал, оставил и ушёл. Если кто-то заберёт - ладно, если она - то он не выдержит на это смотреть. Противное детское волнение, будь оно неладно. Она целого букета заслуживает, а он струсил и сбежал. Но сейчас, когда она прижала - отпираться какой смысл уже?

- Да.

Ну сказал бы "ты достойна тысячи цветов", "прекрасное выступление", "красивая и любимая моя", "лучшая на свете девочка". Столько всего же хотелось добавить. Но предательский язык отнялся. Только уставился на неё и лихорадочно каждую реакцию отслеживал в ожидании вердикта.

- Спасибо, Рустам. Очень красивая. Мне нравятся белые розы, - Эльза посмотрела с благодарностью и теплом на него.

Только она умела всегда невинными глазками держать его так, что не отпускало несколько дней. Устал, сильно устал страдать. На тренировках сказываться начало. У тренера его всегда глаз намётан на такое, сразу подмечает и на этот раз Рустам схлопотал удар от спарринг-партнёра и выслушал целую лекцию, что летает где-то, концентрацию теряет и мысли вечно другим заняты.

- Я спешил и.., - глупое оправдание.

- Ничего страшного. Хорошо, что я увидела её.

- Да.., - как же противно от своей робости и волнения. Проще провалиться сквозь землю, чем что-то внятное ответить, - Давай начнём. У меня соревнования скоро. Нужно пораньше уйти на тренировку.

***

Вместо положенных полутора часов они занимались почти час и начали собираться. По пути разговорились и Рустам сам не разобрал, как пошёл с ней в сторону музыкалки её. А ему-то, при этом, в противоположную сторону нужно идти. Но эти лишние минуты такую радость необъятную доставляли ему. Да и она разговаривала с заразительным энтузиазмом. Он мог смотреть и слушать абсолютно всё, что она скажет. Даже если это будет какая-то девчачья ерунда.

- А у меня в январе конкурс будет. Много заниматься нужно. Вместо этого я опять на Жюля Верна подсела. Никогда не надоедает перечитывать.

- Ты читаешь весь список литературы на лето? - удивлённо спросил Рустам, - Он даже не записывал никогда, когда учительница литературы диктовала им в конце каждого года.

- Ну, стараюсь. Я просто очень фантастику люблю. Мама потом заставляет пересказывать ей прочитанное и на вопросы отвечать, - ответила Эльза, - А ты читал его? Я сейчас "Таинственный остров" заканчиваю. Хотя уже давно в пятом классе читала.

- Не люблю читать. Не моё. Этим летом я подрабатывал, тоже не до этого было, - не стал юлить Рустам и ответил как есть. Даже если её это может разочаровать.

- Жаль, что не любишь. После музыки, чтение - моё самое любимое занятие. Я вот восхищаюсь капитаном Немо, - Эльза специально что-то продолжала говорить, лишь бы его не отпускать. И почему она до этого не придумала его беседой об увлечениях немного расшевелить и прогуляться вместе, как сейчас?

Глава 8

С тех пор Рустам часто провожал Эльзу после занятий и они о чём-нибудь всегда разговаривали. Больше Эльза, конечно, говорила. Он внимательно слушал всегда и в ответ выражал своё мнение. Чисто мужское, оно частенько отличалось от её и им приходилось много спорить, но тем интереснее было говорить с ним обо всём. В конце концов, каждый всё равно оставался при своём. Но именно эти моменты больше всего и скрепили их отношения. Рустама интересно было узнавать, в нём была некая мудрость, присущая уже взрослому, сформировавшемуся парню. Конечно, о многом Эльза сама догадывалась, стесняясь спросить откуда такие познания, но, поразмышляв, решила, что его непростое детство наложило свой значимый отпечаток в его становлении. У других мальчишек их возраста было ещё довольно инфантильное поведение и детские выходки, а серьёзность Рустама сильно в глаза бросалась среди них. И Эльзе это очень в нём нравилось. Чем больше она узнавала его, тем крепче привязывалась.

В ту неделю, когда Рустам уезжал на соревнования, музыка и интенсивные занятия очень помогали ей держаться и не грустить без него. Пошёл первый снег и тут же растаял, как это обычно бывало в этих широтах. И серая грязь под ногами и пасмурная погода усугубили её подавленное состояние.

Эльза постаралась скрыть свою печаль, когда он сообщил об отъезде, но поддержку выразить ему перед дорогой не забыла:

- Желаю тебе победы, Рустам и приехать чемпионом. Это ведь областные соревнования?

- Спасибо. Постараюсь. Да, городские были в сентябре.

- Я буду очень за тебя болеть! Сильно-сильно! - немного смутилась от своей пылкости и чрезмерной эмоциональности, но она же непонаслышке знала, каково это выступать, когда за тебя болеют. Ходила потом счастливая сколько времени после его прихода на её отчётный.

Рустам так порадовался словам и пожеланиям Эльзы, даже не смог нормально среагировать. Остановился как вкопанный, разглядывая её светящиеся глаза. В моменты особой радости они становились тёмно-голубыми, почти синими, чем завораживали его ещё больше. Утопал, увязал в них ещё больше, чувствуя, что не сможет уже никогда выплыть. Добровольно не получится. Он почувствовал как ей не всё равно. Ощутил в лице Эльзы мощную поддержку за спиной. Будто крылья выросли моментально. Хотелось непременно победить и показать ей, что он может всё! Лишь бы она продолжала болеть за него и была на его стороне. Всегда. Что бы ни случилось. Его опорой и надёжным тылом, ожидая его только с победой. Он должен был доказать, что для неё во всём будет самым лучшим. Постарается, по крайней мере. Потому что только она и её мнение, пусть и отличное от его и порой спорное, единственное, что имело значение.

Он вернулся чемпионом среди юниоров. С большим триумфом для школы. Учителя поздравляли, Анна Семёновна обняла крепко, смахивая слезу, а директор вообще прискакала с грамотой-благодарностью. Ребята на перемене окружили, расспрашивая его как всё прошло, девочки весело щебетали. Только Эльза сидела за партой, готовясь к контрольной по геометрии и вслушивалась в его односложные ответы, неспособная ничего понять, что читала в данный момент. Надо подойти и как все поздравить его. Но она не сможет это просто так сделать, обязательно обнимет и поставит их обоих в неловкое положение. Ей нужно его внимание полностью. Только для одной, без посторонних. Много чего хотелось сказать, не для лишних ушей. Но она всё равно не сможет, только будет молча с восхищением смотреть, вот и всё поздравление.

Сегодня Эльзе нужно было побыстрее уйти, мама открытый урок устраивала для коллег и выбрала дочь в качестве ученицы на сегодня. Допзанятие она отменила, подойдя к нему на перемене при мальчиках:

- Рустам, я сегодня не смогу прийти позаниматься, в три нужно быть в музыкалке. Открытый урок будет.

Все притихли и посмотрели на Эльзу и перевели взгляд на Рустама, который ответил:

- Хорошо. Спасибо, что предупредила, - только огорчился, что не поздравила, как она добавила улыбаясь:

- Поздравляю с победой.

Ушла скорей, не желая дождаться ответа и не увидев, как парни локтями тыкали друг друга в бок, как бы комментируя поведение Эльзы. Открыто делать предположения при Рустаме они не решались. А он, не в силах больше выносить их трёп, зашёл за Эльзой в класс и остановившись у её парты, достаточно громко ответил при девочках, весело болтавших между собой:

- Спасибо за поздравление и поддержку, Эльза.

Гробовая тишина в классе. Взбесило его, что все как любопытные сурикаты сидели хлопали глазками, ожидая развития событий. Но он просто дождался её кивка и прошёл на своё место.

Как назло, трудовик задержал парней после уроков, прося что-то перенести из мебели. Рустам не успевал её проводить после уроков. У Эльзы время поджимало, если он правильно понял. Несмотря на то, как прошёл день, он, почему-то, последние полчаса начал маяться. Старался быстрее эти чёртовы парты и стулья перетащить, так ещё и два шкафа попросили занести в класс. В сторону музыкалки ноги сами пошли. Будто какая-то сила потянула туда и чем ближе он подходил, тем тревожнее внутри становилось. Совсем рядом в кварталах он услышал крик о помощи. Её голос. Затылок обдало холодом от страха за неё.

- Эльза! - громко крикнул он. Дружный хохот пацанов привлёк его внимание. Толпа отморозков у забора детского сада и она маленькая зажата между ними. Дёрнулся туда.

- Отпустите, пожалуйста! - она плакала и в отчаянии начала вырываться.

И ведь просто шла быстрым шагом, нигде не задерживаясь и не смотря на них. Всё равно взглядом зацепились, что-то про косы и тоненькую фигурку начали пошлить. Свистели и звали к себе, какие-то вопросы задавали, а у неё только звон в ушах от паники. Средь бела дня. Как назло, ничего в руках нет, чтобы отбиться. Папку без учебников сегодня взяла. Не хамила, не дерзила, вообще ничего не ответила. Всё равно догнали быстро. Именно сегодня, когда она жутко спешила. Нет чтобы о себе подумать, в голове только мысли о маме и её гневе вертелись и что сильно подведёт её. Один за рукав куртки начал тянуть к себе, на что Эльза закричала. Как выяснилось, правильно сделала. Толпа, которая ржала и унижала её, раскидалась в разные стороны, она даже понять не успела, как это произошло. Только в конце её плачущую прижал к себе Рустам. Держалась, стараясь не показывать свой страх и всё равно разревелась. Один явно узнал его. Встал кое-как и еле дыша пробубнил:

Глава 9

Весь декабрь Эльза усиленно готовилась к конкурсу, который должен был пройти в Алмате после январских каникул. Нужно было отыграть три тура и мама спуску ей не давала, особенно сильно лютуя после ошибки на открытом уроке. Дома была прочитана неприятно-обидная лекция:

- Ты вообще мне в последнее время не нравишься, Эльза. Эмоции в игре это хорошо, но техника страдает. А мне и исполнение чистое и вложенная душа нужны. Почему тебя вечно штормит из одной крайности в другую?

- Мама, я стараюсь ведь.., - тихо начала Эльза.

Но тут отец вмешался, чем сильно усугубил её итак несладкое положение.

- Фрида, ты не слишком давишь на ребёнка? От неё итак одни кожа да кости остались. Хватит перегибать.

- Не лезь, Эрик. Мы сами разберёмся. Дочь твоя больше драму нагоняет. Никаких нагрузок сверх, которые она бы не потянула. Наоборот, кощунственно мало времени уделяется музыке. Это просто смешно!

Слово за слово, родители повздорили из-за дочери до такой степени, что папа переехал спать на диван. Теперь ещё и постоянное чувство вины стало неизменным спутником Эльзы. Ничего не оставалось как стараться не усугублять, просто молча сцепить зубы и заниматься дальше. Раз из головы Рустам не уходит в последнее время, придётся перед игрой договариваться с собой хотя бы на пару часов отодвигать его на задний план. Трудновыполнимо, но нужно попытаться. Иначе, всё прахом полетит.

Пришлось теперь с Рустамом заниматься всего лишь по сорок пять минут и то бегом и сильно сокращая объяснения правил ему. Хорошо, что худо-бедно у обоих на твёрдую четвёрку дело выправилось. На пять он диктанты писать уже надежду потерял, но учительница русского языка и литературы похвалила его перед Анной Семёновной, чем та была очень довольна.

Рустам понимал, что Эльзе некогда и старался помочь. Свои оценки его мало волновали, он отмахивался со словами, что ему и тройка в аттестате сойдёт если что. А ведь мог постараться и успешно поступить в ВУЗ при большом желании. Но о будущем своём он мало думал почему-то, всегда отвечая, что после армии видно будет, зачем загадывать мол.

К этому новому году Эльза готовилась по особенному. Ей хотелось сделать подарок Рустаму. С его мишкой она не расставалась, спала крепко обнимая ночью, прячя под подушку наутро. Как-то раз на выходных она ходила на базар с мамой за продуктами и задержалась у лавки с украшениями. Столько всего висело для девушек, аж глаза разбегались. И только в дальнем углу лежали мужские браслеты из кожаных ремешков.

- Эльза, что ты там как галка к блестяшкам прилипла? Мне долго ещё тебя ждать? - прикрикнула мама, когда обернулась через десять метров и не обнаружила дочь позади себя.

- Я просто посмотрю можно? Ты... иди пока в овощной. Я тебя там найду, - Эльза безотрывно смотрела на один коричневый браслет с вплетённой подвеской в виде крыла и прикидывала, достаточно ли взяла с собой карманных денег, подкопленных за пару месяцев.

- Не отставай, - сказала мама и тихо проворчала себе под нос, - вся в бабку с побрякушками своими.

Убедившись, что мать отошла подальше, Эльза купила браслет для Рустама и быстро убрала в сумочку. Она очень надеялась, что ему понравится и он примет подарок.

В предпоследний день перед каникулами она решила вручить подарок сначала в читальном зале, но как-то не получилось. А потом они увлеклись разговором по пути домой и она параллельно решалась, сказать ли ему то, что давно уже хотела. Эльза резко остановилась на полдороге и повернулась к нему. Он удивился и спросил тут же:

- Что?

- Давай дружить, Рустам. Ты мне очень нравишься, - с дрожащими руками Эльза достала из кармана купленный браслет и открытку в честь нового года и протянула ему. Сама нарисовала акварелью. Она этим когда-то занималась, но на любительском уровне. А из-за ежедневных занятий на фортепиано теперь очень редко удавалось взять кисти в руки. И сейчас она замерла в ожидании его ответа. Да, немного наивно и как-то по-детски получилось, они ведь по сути итак как хорошие друзья общались все эти месяцы. Но слова о том, что он нравится Эльзе и притом очень, сами вырвались и теперь поздно отступать.

- Почему? - Рустам сейчас вообще не понимал, что происходит. Точнее, не мог поверить в её слова. Так ещё и подарок она ему приготовила. Вообще-то он тоже кое-что хотел вручить ей, но запланировал на завтра.

- Что почему? - Эльза уже начала расстраиваться своему поступку и ругать себя за глупость. Нормально же всё было. А она возьми и испорти это своей инициативой. Только хотела спрятать за спину открытку и попросить забыть о её дурацком предложении, как он взял из её рук спешно открытку и начал рассматривать её, будто перед ним шедевр за баснословные деньги.

- Почему нравлюсь? Я ведь злой, - он переводил взгляд то на её рисунок, то на саму Эльзу. Затем перевернул открытку и на оборотной стороне её красивым почерком было написано: "С наступающим новым годом, Рустам! На память, от Эльзы". Ошарашенным видом он забрал и браслет и уставился на него с ещё большим шоком, рассматривая каждый узор и плетение.

- Разве бывает причина? Ко мне же ты добр, значит не совсем злой, - от волнения она начала ногти теребить, сейчас уже грызть начнёт. А ведь думала, что отучилась. Почему же волнительно и важно, что он ответит? Неужели, она так сильно привязалась к нему?

- Не обольщайся на этот счёт, Эльза. Я не принц, - резко ответил Рустам, глядя ей в глаза. Подарки не вернул, при этом.

Глава 10

Тот день Эльза запомнила очень хорошо. Он навсегда впечатался в её памяти как самый прекрасный и одновременно худший из всех. И новый год потом они встретили с семьёй в отвратительно плохом настроении. А всё так спокойно начиналось с утра тридцатого числа. Всего три урока, подольше с Рустамом можно было посидеть вдвоём и музыкалки, к тому же, не было.

На её завитые волосы, собранные в хвост, подкрашенные блеском губы и синее платье, в котором она решила пойти в школу, мама только поджала губы и процедила: "Совсем распустилась." Это Эльза ещё вовремя отказалась от идеи подкрасить ресницы и нанести слегка тени. Точно добилась бы инфаркта у мамы. Но та на удивление, переодеться и заплести волосы не отправила обратно. Они с папой сами спешили в поликлинику. Ему с вечера не здоровилось.

Не то чтобы её можно было смутить повышенным вниманием, ведь в конце концов, Эльза имела опыт публичных выступлений. Но, похоже, в классе она своим видом вызвала сегодня сенсацию. Ещё бы. Она же так не приходила ни разу. Всегда только в школьной форме, даже на праздники. Скромно, тихо и не отсвечивая в лишний раз. Чанышев аж слегка присвистнул, толкая Рустама в бок. Тот оторвался от тетради, в который что-то писал, недовольно посмотрел на него и проследил за взглядом. Эльза зашла в класс подобно нежной фее. Такая хрупкая и нежная. В красивом синем платье, которое ещё больше подчёркивало её тоненькую талию и прелестные голубые глаза. Таращились на неё все. Пацаны - будто только сейчас заметили, какая красавица с ними учится, девочки не могли зависть скрыть.

- Так вон чо ты страдаешь по ней, оказывается, Руст. Кто бы мог подумать, что мышка Эльза у нас та ещё принцесса, - тихо бубнил под ухом раздражающий Макс. Прихлопнуть бы как назойливую муху, да жалко балабола.

- Зубы выбью когда-нибудь, Макс. Дождёшься, - не отрывая пристального взгляда процедил Рустам, замечая взгляды остальных пацанов и ещё сильнее злясь.

Всё та же пресловутая неконтролируемая слепая ревность вкупе с восхищением от её красоты и грации всколыхнулась внутри. Как ей шло это платье, какие локоны блестящие и она сама выглядит сейчас настоящей куколкой. Сегодняшние занятия будут чистой пыткой. Как тут сосредоточиться, если он взгляда оторвать не может от неё?

***

- Ну, ребята, молодцы. Полугодие почти все у меня хорошо закрыли. Чанышев, я скорее, поседею полностью, чем в твою голову что-то вобью. Так за ум ты не взялся. Ну тройка по русскому и у тебя одного! Не стыдно а? Сосед твой и то до четвёрки дотянул. Что из тебя вырастет, ума не приложу.

Последним уроком классный час был и Анна Семёновна подводила итоги перед каникулами. Через пару минут после звонка должно было начаться традиционное чаепитие.

- АннСемённа, выросло уже. Ну тупой я, чо ж теперь делать? Зато богатый буду! Секретарша всё напишет за меня, - отмахнулся Чанышев под всеобщий смех и улыбку учительницы.

- Ну, дай бог, чтоб так и было. А то тяжко тебе безграмотному будет без секретарши-то, письмо даже нормально не напишешь по работе, - она закрыла журнал, встала и напоследок сказала, - всё, мои хорошие, накрывайте на стол, я через минут десять подойду. Всем прекрасных каникул, жду вас отдохнувшими.

Эльза должна была уехать после десятых чисел января на конкурс, не приходя в школу. Учительница решила её поддержать во время чаепития и дать напутствие:

- Давай, Эльза, хорошо тебе выступить и занять призовое место. Зная, сколько ты занимаешься и прикладываешь усилия, не сомневаюсь в твоей победе!

- Да, сделай там их всех! - подхватил кто-то из парней.

- Порви их как тузик грелку! - не остался в стороне Макс, отчего получил мощный пинок под столом от Рустама и по-дурацки в своём стиле заулыбался. Рустам вздохнул, размышляя в очередной раз, почему Чанышев считался его другом, если так бесил его.

- Спасибо большое за поддержку, буду стараться, - тихо ответила смущённая Эльза и мельком посмотрела на Рустама, сидевшего со сложенными в груди руками, расстроенная его молчанием. Хотя, знает же, что он только лично ей может что-то пожелать. И только утешилась этой мыслью, как он смотря Эльзе прямо в глаза, тихо повторил её слова перед отъездом на соревнования:

- Мы будем болеть за тебя, - народ разом повернулся к нему. Никто не ожидал от него вообще что-то услышать.

Эльза от удивления не сразу сообразила, что ответить, но Анна Семёновна решила закругляться:

- Ребята, давайте по домам. Мне ещё поработать надо и всё здесь в порядок привести.

Все нехотя начали собираться. Рустам закончил убирать стулья и двигать парты на место, подошёл к Эльзе и тихо сказал:

- Жду в читальном через десять минут, - на что она молча кивнула.

***

На столе перед Рустамом лежала толстенная книга в твёрдом коричневом переплёте. Эльза сразу обратила внимание на неё, ведь это в новинку для неё: Рустам и книга. Её Верна он ещё не вернул со словами: "Я прочитал две трети. Интересная", безумно порадовав Эльзу. Ей было очень приятно, что он читал, да ещё и доволен был. Здорово ведь быть причиной чьего-то развития. Так ей виделось приобщение к чтению, хоть она и понимала, что другое начинать он не станет и согласился чисто из вежливости, скорей всего. Чтобы её не огорчать. Ну, хоть так. Она подсела рядом и повернулась к Рустаму, подмечая на его руке свой браслет, повёрнутый крылом к себе. Он смотрел перед собой и начал говорить первый:

Глава 11

- У отца рак лёгких, Эльза. Последняя стадия, - мать вытерла слёзы салфеткой и начала ровно говорить.

Это всё на какой-то дурной сон было похоже, будто не с ними вовсе сейчас беда случилась. Эльза даже не поняла про что мать говорит, новостью оглушило словно.

- Рак? Но... Папа же всё это время бодрый был. Какая последняя стадия? Это ошибка, наверное, - начало потряхивать и злые слёзы побежали по щекам.

- Так бывает, дочь. Это даже к лучшему, что не слёг раньше времени, только вам лишние хлопоты доставлял бы, - приглушённым голосом ответил отец, смотря в одну точку.

Эльза начала громко всхлипывать.

- Но ведь можно что-то сделать. Врачи же должны предлагать лечение, разве нет? Мама, что ты молчишь?

- Сейчас уже поздно, метастазы пошли. Пару месяцев дали.

От шока стало дурно, в глазах потемнело. Отец встал и ушёл из комнаты.

- Но ведь нельзя сидеть и просто ждать. Надо что-то делать, - почти кричала Эльза.

Мать подсела ближе и явно не зная как утешить её, в привычной манере строго процедила:

- Прекрати истерику, Эльза. Всем итак тяжело. Слишком поздно уже что-либо делать. На химию не возьмут, бесполезно. Нам остаётся рядом с папой быть до... конца и стойко держаться.

Отец принёс Эльзе стакан воды и сел рядом.

- Не плачь дочка. У тебя сейчас свои задачи. Тебе нужно о своём конкурсе думать. Победи ради меня, пожалуйста, - он погладил её волосы и Эльза ещё горше расплакалась, кинувшись в объятия папы.

Мама не в силах смотреть на всё это, отошла к окну и отвернулась. Единственное, что в голове сейчас у Фриды Карловны вертелось: "Не вовремя! Ох как не вовремя!" Она очень надеялась на мужа, строя планы по переезду в Москву. А сейчас всё летит к чёрту и придётся полагаться на свои силы. Как бы чудовищно это не звучало, но крест на муже она уже сейчас поставила и решила свои планы по поездке туда летом, перенести на весенние каникулы. Бывшая сокурсница была преподавателем в музыкальном училище и на все её вопросы в переписках, ответила только: "Фрида, приезжай. На месте выясним. Если получится - можно и о переезде думать." Да, нужно купить после конкурса билеты и съездить самой "на разведку" для начала. С этими мыслями она повернулась к мужу и ревущей дочери и стальным тоном своим сказала:

- Папа прав, Эльза. Слезами горю не поможешь. Ты не должна сейчас раскисать. Твоя цель победить. Мы к этому много лет шли и ничего сейчас не должно тебя с пути сбить.

Эльза вздрогнула от чудовищных её слов. Как она может быть такой даже когда папа умирает?

- Я постараюсь. Пойду переоденусь.

Уходя только услышала тихое шипение матери:

- Говорила, не надо было сообщать ей.

Эльза медленно побрела в комнату и закрыв дверь на щеколду, легла на кровать. Достала медвежонка из под подушки и крепко обняла его, заливая слезами. Чем больше жила, тем больше удивлялась, что отец в такой холодной матери нашёл. В голове не укладывалось, как она могла в такой момент о каком-то дурацком конкурсе думать, когда самой Эльзе сейчас жить не хотелось от таких новостей. Как же Рустама сейчас не хватало. Не с кем даже печаль разделить.

На следующий день помогла маме приготовить парочку салатов и горячее для новогоднего стола. Поужинав с родителями в гробовой тишине, ушла пораньше спать. Только салюты за окном после полуночи, разбудившие её, дали понять, что наступил новый год. Эльза до двух ночи лежала без сна. Поплакала тихонько, понимая, что без поддержки Рустама совсем скиснет. Так сильно хотелось найти способ увидеться с ним, обнять, напитываясь его теплом, просто побыть рядом и помолчать.

Конечно же, такой возможности ей не представилось. Мать будто с цепи сорвалась. Гоняла её по четыре часа в школе, когда никого не было во время каникул. После обеда продолжала ещё столько же до вечера мучить и дома час после ужина муштровала. Заниматься под всеобщее подавленное настроение было морально тяжело и грустные произведения из подготовленной программы угнетали ещё больше, вызывая слёзы.

Состояние отца стремительно ухудшалось, но он хотел по возможности, как можно дольше побыть с семьёй и подолгу слушал игру Эльзы, засыпая через некоторое время. Он мучился по ночам от боли, уже больше молчал, лежал в кровати и они решили, что он побудет дома до отъезда на конкурс Эльзы с мамой, прекрасно понимая, что из больницы он уже вряд ли вернётся.

К Рождеству Эльза совсем упала духом. Мать пыталась её настраивать как могла, пуская в ход угрозы, шантаж и уговоры, но всё тщетно. Как будто "несносная девчонка" решила лечь в гроб вместе с отцом. Так продолжалось, пока муж не прохрипел с утра:

- Чем туже затянешь пружину, тем сильнее распрямится. Три дня осталось, отстань от неё. Иначе в ответственный день не сыграет.

- Сплюнь, Эрик! Пусть только попробует мне не сыграть, - резко осадила она его, но к словам прислушалась и немного ослабила хватку.

Чем дольше Эльза не виделась с Рустамом, тем сильнее ощущала тоску и ситуация в доме только усугубляла всё. То же самое, видимо, и с Рустамом происходило, потому как после выхода из дома за хлебом ближе к вечеру, она увидела его сидящим на качелях перед их подъездом. Эльза повернув голову к своим окнам и убедившись, что никто не смотрит оттуда, улыбнулась ему прошептав губами "Привет" и пошла дальше, надеясь, что он догадается пойти за ней. За углом он догнал её и услышав его шаги за спиной, Эльза стремительно развернулась и бросилась в его объятия, громко разрыдавшись, не стесняясь его.

Глава 12

Первый тур Эльза отыграла безупречно. В голове всё время крутилась просьба отца ради него победить. Она очень старалась, конкуренция в её секции была довольно большая. Съехались лучшие из лучших и это только добавило стимула выложиться на все сто. Внутренне Эльза понимала, что встреча с Рустамом перед отъездом здорово взбодрила её и не дала оказаться в эмоциональном дне. Плевать, что она сильно задержалась и получила нагоняй от матери. Главное, что своими надёжными объятиями он смог привести её немного в чувство и придать хоть какой-то окрас чёрным дням. Всю дорогу в поездке она слушала музыку и вспоминала его слова на прощание:

- Я мысленно всегда с тобой, Эльза. Счастливой дороги.

Ещё каких-то полгода назад она и подумать не могла бы, что услышит от него когда-нибудь такие дорогие сердцу слова. И их она бережно сложила в свою копилку самых любимых фраз от него.

Фрида Карловна, учитывая теперь восприимчивость дочери к плохим новостям, не стала сообщать на этот раз, что звонила в больницу справиться о состоянии мужа. Там сказали, что он перестал вставать и был подключён к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Он итак не жилец, лишь бы не надумал уйти в мир иной до их возвращения. Не хотелось бы прерывать из-за этого выступления и раньше времени возвращаться. Ей как никогда нужна была победа дочери. Любой ценой. На кону стояло слишком многое и ни к чему сейчас разрушать их старания. На вопрос дочери о самочувствии папы она лишь сухо ответила, что он чувствует себя сносно и ждёт их.

Совесть слабыми вспышками давала о себе знать на краткие мгновения, но она научилась мастерски гасить их в себе. Ни ей, ни дочери не выжить, если жить одними чувствами и эмоциями. Это удел слабых и признак незрелости. В своём "безошибочном, единственно правильном" мнении она с каждым днём больше убеждалась.

На втором туре отсев был очень серьёзным. Из тридцати изначальных конкурсантов осталось всего семь. Эльза сама ощутила, что давление усиливается и откуда-то волнение теперь появилось. Одолел страх и неуверенность после прослушивания остальных, что она не лучшая, не справится и вообще мало усилий прикладывала, оказывается. Были мальчики с грандиозной техникой и чистейшим исполнением, с отточенными до автоматизма движениями. Обидно будет срезаться, находясь сейчас в шаге от победы.

Сама не поняла как, но позволив мыслям залезть в голову, она слегка запнулась под конец, стараясь как можно незаметно и плавно вырулить к финалу. Конечно, в жюри знающие люди сидят, они заметят помарку. Судя по виду, мать была крайне недовольна ею. Эльза на несогнутых ногах ушла за кулисы, почти не слыша аплодисментов зрителей. Три оставшихся часа она промаялась в коридоре, не в состоянии слушать других участников. Даже пропустила мимо ушей едкие замечания Фриды Карловны, которая решила, похоже, нарочно добить её. Отпустило только когда назвали её имя среди финалистов.

До финала было два дня и после такой игры мать ни о какой экскурсии для участников даже слышать не хотела. Попросту отказалась пускать её, заставляя отрабатывать самые сложные места финальных произведений. Да и до экскурсии ли было самой Эльзе, когда тут такой бардак и смятение внутри? Правда, к исходу второго дня, то ли мать сжалилась, что не похоже на неё, то ли понимала, что перед смертью не надышишься, но решила сама сводить Эльзу в крупнейший зоопарк страны. Фрида Карловна была немного странной в тот день. Грустнее и лояльнее, что ли. Слишком погружённая в свои переживания, Эльза не стала вникать в причины такого поведения матери.

В день финала трясло с самого утра. Про папу спросила и ещё больше расстроилась, что мама ничего внятного не сказала. Только отчитала, что не о том Эльза думает в самый ответственный момент. Энергии и успокоения, переданной Рустамом уже не осталось и вышла она на сцену основательно расшатанной морально. Как итог, третье место. Грамота и неплохой денежный приз. Мальчишки, всё-таки, опередили и их в качестве приза за первое место должны были зачислить в училище на бюджетную основу. А за второе, возможность бесплатно подготовиться к поступлению у преподавателей. Ну... не совсем печально, но учитывая как кипела голова и всё перед глазами от тряски ходуном ходило. Эльза была явно довольна.

Мать только хмыкнула, услышав итоги и главный приз её явно не впечатлил. Она посчитала, что Эльзу незаслуженно обделили вторым местом, выбрав давно примелькавшихся комиссии ребят, а у неё связей с жюри никаких не было. Это ещё больше подстегнуло её в намерении увезти как можно быстрее дочь и добиться поступления в самое лучшее, по её мнению, музыкальное заведение.

***

Первым делом по приезду Эльза скинула сумку и попросилась к папе. В этом мать ей уже отказать не могла. Итак с трудом договорились с дочерью не тратить абы на что деньги и отложить. Даже телефон не разрешила купить, сославшись, что на день рождения весной получит. Не распаковав вещи и не переодеваясь с дороги, Эльза взяла рюкзачок и побежала на автобусную остановку, надеясь успеть на вечернее посещение. Фрида Карловна, откровенно говоря, струсила идти с ней. Знала, что будут истерики и упрёки дочери выслушивать о том, почему смолчала об отце. Разобрав сумки, она спокойно начала готовить ужин. Завтра сходит к мужу. Как раз поесть возьмёт ему.

Эльза многое прощала маме. На многое глаза закрывала. Характер у неё явно папин, раз открыто на конфронтацию она никогда не шла. Но то, что мать скрыла от неё настолько тяжёлое состояние отца, стало последней каплей. Прощать это она не собиралась. И ведь та не пошла специально, даже её легко отпустила. По темноте возвращаться домой разрешила. Доверие к ней надломилось окончательно и отныне Эльза решила больше никогда не доверять словам Фриды Карловны. Жаль, что была до сих пор зависима от неё и входила в ступор, когда та начинала откровенно манипулировать дочерью или жёстко отчитывать. У Эльзы всё ещё не было сил и зубов, чтобы давать отпор ей. Всё время будто страх в такие моменты сковывал её, вызывая паралич. Она ненавидела это в себе, но поделать ничего не могла. Тем тяжелее сейчас было принять такое плачевное состояние отца, который ей всегда был ближе. Получается, она останется один на один с матерью и защиты не будет за спиной в его лице. Не на кого больше надеяться.

Глава 13

Неприятный разговор с мамой, разрушивший итак надломленную психику Эльзы после тяжёлых дней, долго не заставил себя ждать. Они с Рустамом не сильно осторожничали, да и не было, по сути, ничего страшного в их дружбе, чтобы прятаться или скрываться. Её не в чем было упрекнуть, Рустам тоже всегда себя вёл крайне аккуратно. Эльзе порядком надоело постоянно оглядываться по сторонам. С какой стати ей должно быть стыдно за свои чувства к нему? После рыданий в коридоре больницы она решила, что пришла пора уже вырастать и начинать давать хоть какой-то отпор вечно закручивающей гайки матери. По возможности, во всяком случае. Хотя знала, как та умела слабые места находить у людей.

Фрида Карловна заканчивала занятие с учеником, налила себе чашку кофе и в ожидании Эльзы подошла к окну. Каково же было её удивление, когда через пару минут из-за угла, совершенно наглым образом её дочь шла, за руку с этим.., язык не поворачивался как-то прилично назвать его. И, похоже, давно они водят её за нос. Наверное, уже весь коллектив знает об этой бесстыжей, а она, как всегда, последняя узнаёт. Как эта соплячка могла так позорить мать? Будто не хоронила отца недавно. Да ещё и мило улыбаясь ему, как ни в чём не бывало. Открыто и совершенно бессовестно показывая, что в свои несчастные пятнадцать лет уже заимела себе ухажёра. Дрянь! Нужно выяснить, первым делом, как далеко зашла эта связь. Гнев застилал глаза, она отложила с грохотом чашку на подоконник, не удостоверившись, что та цела. Развернувшись, поспешила закончить урок и выпроводить как можно быстрее своего ученика.

Эльза забежала в класс и начала раздеваться, поздоровавшись с мамой. Даже не обратила внимания на выражение лица той, спокойно доставая ноты из папки.

- Ты с кем умудрилась связаться, Эльза Эриковна? - прошипела мать, заперев их изнутри, - С беспризорником? Оборванцем без роду и племени? Совсем пубертатные гормоны покоя не дают?

Эльзу словно кипятком ошпарило. Она застыла на полпути к пианино и подняла шокированные глаза на мать. Когда-то этот разговор должен быть состояться, жаль, что место и время выбрано неподходящее.

- Фрида Карловна, давайте дома поговорим. Вам нервы беречь надо, - постаралась как можно ровно ответить она, а саму потряхивало не на шутку.

- Ты как с матерью разговариваешь, соплячка? - гневно процедила мать, подходя к ней.

- На работе вы, Фрида Карловна - мой педагог по музыке, - ответила Эльза, стойко перенося моральное давление надвисшей над ней матери. Не стала отводить заблестевшие от слёз глаза, как делала это в предыдущие разы. Нужно быть сильной. Нельзя показывать страх и малейшее колебание. Иначе ей не выстоять.

Мать замахнулась, в попытке дать пощёчину, но вовремя себя осадила, сжимая челюсть. Эльза выдержала убивающий взгляд матери, не моргнув глазом. Девочка выросла, а она и не заметила как та зубы отрастила.

- Я запрещаю тебе с ним общаться. Этот отщепенец и маргинал не твоего уровня. Избавься от него, иначе я нажалуюсь кому надо и его переведут обратно в интернат! Это очень легко обставить.

Ударила по больному. Неужели она не понимает, что только хуже делает?

- Ты этого не сделаешь, МАМА. Я есть перестану и выкинусь с окна. Не будет больше у тебя дочери, из которой можно гения лепить, - голос, всё-таки, дрогнул и по щеке слеза покатилась.

- Против матери пойти решила? Ну хорошо. Пожалеешь ещё. Перейдешь на домашнее обучение и окна в твоей комнате заколочу. Из комнаты не будешь выходить. Ты этого хочешь?

Нет. Она ещё слишком слаба и зависима от матери. Эльза чувствовала, что с треском провалила и эту битву. Мать всегда ею очень умело манипулировала. Ей всегда удавалось с триумфом одержать верх над собственным ребёнком. Не понимала она что, возможно, навсегда рушит свой авторитет в глазах дочери и взращивает необратимую ненависть. Пытаясь подавить эмоции, Эльза, сглотнув комок в горле и вытерев рукой слёзы, тихо ответила:

- Я больше не буду с ним общаться. Не надо никого переводить. Я всё поняла, - на мать даже смотреть не хотелось.

- Вот и славно, - с торжествующей ухмылкой ответила Фрида Карловна, радуясь, как легко смогла урегулировать досадную неприятность, - ты всегда была моей послушной девочкой.

Овцой, она хотела сказать, наверное. Эльза отвернулась, не желая показывать маме больше, чем та уже увидела и прошла к инструменту.

Как она объяснит Рустаму, что им нельзя дружить, если предложила сама? Она же так хотела с ним быть. Он поначалу страшил её и тем ещё больше завораживал своей нелюдимостью, прямотой и умением вызывать в ней совершенно разные эмоции. Но и этот страх быстро рассеялся. На смену пришла только благодарность, тепло и восторг. Мир становился цветным рядом с ним. Тусклые краски стирались, блёклость повседневности вовсе исчезала, заставляя её чаще улыбаться и быть в хорошем настроении. Даже горе от потери отца легче переносилось рядом с ним. Она знала название этому первому, сильному чувству. Этот колючий, ершистый мальчишка вдохновлял её на лучшее, как бы странно это ни звучало. Даже его уверенное: "Я в тебе не сомневался" после её призового места заставило летать несколько дней. Эти крылья за спиной были впервые осязаемы. А он ведь с ней рядом переставал таким хмурым быть, открываясь чуть больше с каждым разом и она должна сейчас разрубить это? Как она сможет? Эльза чувствовала, что Рустам относится к ней как к самому бесценному человеку в его жизни. Это было по поступкам заметно. Какие бы слова ни подбирала, отталкивая его, всё равно страшно обидит его. Мать выполнит угрозу, сомнений нет. Весь урок прошёл в сумбуре. Играла невпопад, выслушивая упрёки. А самое ненавистное в этой ситуации, видеть триумф в глазах родного человека, искренне считающего, что он правильно поступил.

Глава 14

Рустам понемногу уложив гнев осознал, что по-детски себя повёл, но гордость внесла немалую лепту. Похоже, мать Эльзы дёрнула за нужные ниточки, раз смогла внушить ей свою волю. У него будто солнце отняли, к лучикам которого он успел лишь слегка прикоснуться, толком не насладившись его теплом. Даже не поцеловал свою нежную девочку, боясь испортить всё. Терзал себя в зале до потери пульса, вымещая всё на других. Однажды потасовка с пацаном случилась из-за пустяка, который тот ляпнул в адрес Рустама. Получив от тренера выволочку за неспортивное поведение, оба были отстранены на индивидуальное отрабатывание.

Он, наверное, мог бы побороться за них двоих, но отступил, посчитав, что Эльза и сама колеблется. Она должна решить самостоятельно чего хочет. И раз его не выбрала, значит всё шатко и хрупко у неё по отношению к нему. И сейчас она подневольная перед матерью своей, без права собственного голоса. Умом всё понимал и даже оправдывал её где-то. А сердце клокотало от противоречивых эмоций, задетого самолюбия и непонимания, как поступить. Причин неприязни её матери-мегеры не стал выяснять, ясно же итак. Не ровня, оборванец и всё такое. Но он не выбирал такую жизнь. И стесняться своего положения не собирался. Вины его тут нет. Если её мать рассуждала такими категориями, значит она и вправду мерзотнейший человек. Но, какая бы ни была, она остаётся родной Эльзе. Не заставлять же её выбирать, причиняя боль. Он не мог себе этого позволить. И предложить ему пока нечего, как бы ни хотелось звезду с неба достать.

Рустаму смерти подобно было видеть её и тут же делать вид, что Эльзы больше не существует в его пространстве. Ненавидел себя за это ещё больше. Он ведь телефон для неё приготовил в подарок. Денег скопил, чтобы сводить в кафе, на аттракционы в парк и куда она пожелает только. И хотел же лично вручить на восьмое подарок, до последнего колебался. Спасибо Максу, что задачу ему облегчил, согласившись поменяться и без конца ворча.

Конечно же он продолжал присматривать вечерами за ней, ноги сами несли его к музыкальной школе. Высматривая Эльзу в окне, понял, что она постоянно при матери теперь и одна не возвращалась. Понемногу переборол себя, уговаривая, что она под присмотром.

Бывало, настолько тяжело становилось от внутренних переживаний, что он подолгу заснуть не мог. Она снилась часто уходящей в туман и постоянно плачущей и зовущей его. И всё время этот сон заканчивался тем, что он не мог найти её и голос стихал.

***

Поездка сама по себе слабо радовала Эльзу. Но это было хорошим способом немного развеять тоску и отвлечься, наверное. В Москве столько всего можно посмотреть, времени хандрить явно не будет.

- Не бери много вещей. Баулы таскать ни к чему, - мать зашла в комнату проконтролировать сборы. Кровать с утра Эльза ещё не застелила и та увидела медведя, наполовину торчащего из-под подушки.

Эльза стремительно подскочила к нему, но было уже поздно. Фрида Карловна опередила её.

- Это ещё что такое? - вытянув его, спросила мама.

- Это... Это нам на праздник мальчики дарили в классе, - нервно затараторила Эльза, мысленно казня себя за досадную оплошность. Так и не научилась до сих пор удачно врать, хотя его было полно в её жизни.

- Мда? Ну-ну, - скептически выгнула бровь мать, брезгливо отшвырнув его обратно. Нужно бы выбросить "это недоразумение", когда дочери не будет, решила она про себя. Не хватало ещё подобной чуши дома от этого "несчастного романтика". Совсем обнаглел.

- Ноты брать с собой? - попыталась отвлечь её Эльза, спешно натягивая одеяло на постель, а сама прикидывала, куда бы теперь перепрятать медвежонка.

- Для упражнений возьми и одну хрестоматию. О мастер-классе я не договаривалась. После переезда, если всё получится - решим с этим. Не так-то просто с улицы прийти с просьбой о прослушивании. Таких желающих как мы, пруд пруди у них.

***

- Рустам, что происходит между тобой и Эльзой? Мне не нравится её состояние. Да и ты совсем мрачный ходишь. Вы больше не занимаетесь? - Анна Семёновна решила поговорить с ним после того, как он ей все дидактические материалы перенёс на другое место в препараторской класса.

- Ничего не происходит. Ей некогда, в музыкалке устаёт, - буркнул он, собираясь уходить.

- Ясно. Наверное, усиленно к Москве готовится, - задумчиво ответила Анна Семёновна, смотря на Рустама в попытках разглядеть, что у того внутри творится на самом деле. Но он был как всегда непробиваем, - Мать отпросила её, показать хочет говорит для поступления.

- Не знаете, когда она уезжает? - не собирался спрашивать, само вырвалось как-то.

- Завтра вечером поезд.

Пролежал ночью без сна, днём на мойке думал, метался не в состоянии решить и к вечеру следующего дня достиг апогея полного хаоса внутри. Запрыгнув в последнюю секунду в автобус на остановке, поехал на вокзал.

На перроне сразу заметил её длинную косу под синей кепкой. Стояла около багажа одна. Матери поблизости не было. Дёрнулся в её сторону, наплевав на всё. Пусть мамаша сдаст его, побьёт или орать начнёт. Уже всё равно!

- Эльза!

Она резко обернулась на его голос. Голубые как ясное небо глаза, так прекрасно подчёркнутые кепочкой, стали ещё больше от удивления. Личика тут же улыбка коснулась и она кинулась к нему в объятия, не обращая ни на кого внимания.