Никогда не стану твоей

Часть 1. Пять лет назад Глава 1

Играла мелодия, под которую мы с Ником впервые поцеловались. Он тоже узнал эти чарующие нотки. И посмотрел мне прямо в глаза, на мгновение забывая, что мы находимся в заполненной гостиной губернаторского дворца и старательно изображаем перед местной элитой презирающих друг друга конкурентов. Точнее, наши отцы являлись директорами двух самых влиятельных, а потому соперничающих, банков.

Даже находясь на другом конце зала, я чувствовала исходящее от Ника возбуждение, направленное в мою сторону. Пока эта блеклая клуша не загородила его от меня своей мощной спиной пловчихи. Её гнусавый смех заглушал даже игру оркестра.

- Терпеть не могу эту Сильверстоун, - злобно прошипела я сама себе.

- Валери, чего это ты там себе бубнишь под нос? - елейным голосочком поинтересовалась мачеха, одетая в чересчур облегающее и короткое для её комплекции и возраста платье.

- Восхищаюсь вашим очередным бриллиантовым браслетом, - в тон ей пропела я, испытывая жгучее желание впиться в эту накаченную ботоксом физиономию своими острыми коготками, - подарок моего любимого папеньки?

Мачеха сверкнула своими густо накрашенными змеиными глазами:

- О да, Джеймс не перестаёт меня баловать, - и любовно погладила дорогое украшение.

- Скорее, не забывает извиняться за очередную любовницу, - я улыбнулась, наблюдая за красными пятнами, проступающими сквозь тонну тонального крема на сделанных умелой рукой хирурга скулах.

- Мама, Валери, как вам вечер? - из ниоткуда появилась моя сводная сестра, Саманта. Пухлая, розовощёкая, с серыми негустыми волосами и постоянной улыбкой на губах. Она совсем не походила на свою родительницу ни внешностью, ни характером.

- Замечательно, - Мелани всё-таки взяла себя в руки, хотя и не перестала кидаться в меня ледяными взглядами, - а ты нашла себе развлечение?

- О да, - невыразительные узкие глазки Сэмми, как мы называли её дома, загорелись ярким пламенем, - я разговаривала с Риком по поводу его новой антивирусной программы...

Дальше шёл восхищённый лепет об компьютерном гении, осилившим поднять на ноги обанкротившуюся компанию собственного отца и за которого наши родители собирались выдать невостребованную Сэмми. Я ещё ни разу не видела этого Ричарда Грина, но не сомневалась, что он был под стать некрасивой, но умной Саманте. Потому перестала слушать её трёп, а вновь посмотрела на Ника. Мощного, накаченного блондина с чувственными губами, которыми он сводил меня с ума. И вдруг Тереза Сильверстоун дотронулась своей огромной лапищей до шеи Ника, как бы поправляя ему галстук. Меня разом прошиб пот. От ярости и ненависти. Если бы не насмешливые слова мачехи, я рванула к ним и вырвала все белёсые волосы этой дряни:

- Валери, на кого ты смотришь с такой злостью?

- На вашу уплывающую молодость, Мелани, - сорвалась я на ней, - сколько уколов не делай, силикон не вкачивай, а маразм не скрыть.

- Валери, что ты себе позволяешь?! - я вздрогнула от властного оклика отца. Оказывается, нашу компанию разбавили мужчины. Эта стерва специально спровоцировала меня на высказывание прямо на глазах у папы, - немедленно извинись перед Мелани.

Мачеха состроила обиженную гримасу, выдавливая из себя пару слезинок и прижимаясь к мужу.

- Прости меня, Мелани, - проскрежетала я сквозь зубы, - за то, что чувствую запах старости возле твоего увядающего тела. И прости моего отца за то, что он провёл этот уик-энд с собственной секретаршей на Карибах, а не с тобой в Нью-Йорке.

Отец скованно крякнул, мачеха недоверчиво уставилась на него, Саманта испуганно охнула. Лишь мужчина, пришедший с отцом, сохранял полное спокойствие. Только пристальнее всмотрелся в моё лицо.

- Это правда? - запыхтела Мелани.

- Дома поговорим, - быстро перевёл тему отец, обижаясь на меня, - я хочу познакомить вас с Ричардом Грином. Сэмми уже общалась с Риком. Пора и вам увидеть гения нашего века, согласившегося обеспечить защиту всех компьютеров в наших банках.

Так вот как выглядел кумир сестрички: высокий, в мешковатой недорогой и явно не трендовой одежде сложно разглядеть фигуру, скорее всего, тощий, но не сутулый. Лохматые патлы непонятного цвета длиною до плеч, крупный нос с горбинкой, кривой рот с приподнятым вверх правым уголком, будто он постоянно насмехался, отталкивали от Грина. Лишь глаза, спрятанные за очками, если приглядеться, притягивали своей глубиной и загадочным тёмно-серым цветом. По мне, весьма невыразительный субъект, под стать Саманте.

Я равнодушно осмотрела мужчину, не найдя в нём ничего интересного и снова взглянула на Ника. Оркестр заиграл медленную музыку. И Сильверстоун подхватила Ника под локоть, увлекая в круг танцующих пар. Они совершенно не смотрелись. Однако он ей улыбался. И так ласково, что моё сердце учащённо забилось.

- Не смей так делать! - пылко высказалась я вслух.

- Хм, Валери, вы против, чтобы я устанавливал свою антивирусную программу на вашем личном компьютере? - немного смущённо поинтересовался Грин своим, к моему удивлению, бархатистым голосом, - вы можете ни о чём не беспокоиться, у меня не будет доступа к вашим личным данным.

Я высокомерно посмотрела на этого ботаника. И несмотря на то, что он был выше на целую голову, Ричард стушевался под моим взглядом. Мне давно говорили, что шоколадный цвет моих глаз довольно обманчив. Кажется мягким, а на самом деле весьма колючий.

Глава 2

Находясь минут десять в огромной по своим размерам ванной комнате, отделанной бежевой плиткой, я пыталась справиться с собственными эмоциями. Недоверие, непонимание, ярость, обида брали вверх над влюблённостью. Как он мог так со мной поступить? Ещё неделю назад я таяла в его мускулистых руках, и мы планировали побег от наших ненавидящих друг друга отцов, как теперь узнаю, что Ник помолвлен с дочерью самого губернатора. Он обязан был предупредить меня раньше... Чтобы я подкараулила её в фитнесс-центре без охраны и утопила в бассейне.

Звук сообщения прервал мои кровожадные мысли.

«Ты где?», - вопрошал Ник.

«Да пошёл ты в ... », - ответила я нецензурно.

«Жду тебя в оранжерее».

И как бы голова не сопротивлялась, ноги сами понесли меня на третий этаж. Стараясь остаться незамеченной, я быстро проскользнула на лестницу. Звуки музыки заглушали быстрый топот моих каблучков. Лишь узкое черное платье до колен сдерживало меня от бега.

На секунду остановившись перед деревянной дверью в оранжерею, чтобы перевести дух и придать лицу спокойное выражение, я взялась за металлическую ручку. И на миг почувствовала острый взгляд на оголённой шее. Резко обернувшись, я увидела лишь пустой коридор. По всей видимости, на нервной почве разыгралось воображение.

В нос ударила смесь различных ароматов, отчего сразу заломил висок. Или же я так болезненно среагировала на заполняющего собой всё пространство мужчину. Ник с тревогой заглядывал мне в глаза, ожидая взрыва лавины. И я его не разочаровала.

- Тварь, - я, словно дикая кошка, кинулась расцарапать его чисто выбритое лицо, - ненавижу тебя и твою су...ку. Чтоб вам провалиться.

Николас быстрым движением перехватил мои взлетевшие вверх руки и прижал к себе.

- Ненавижу тебя. И её. И твоего папашу, - в ход пошли каблучки. Я с наслаждением впилась остриём в мужскую щиколотку.

- Валери, перестань, - кажется, он начал злиться, - дай я тебе всё объясню.

- Что ты мне объяснишь? - брызгала я слюной ему в лицо, - что ты мерзкий предатель, ещё неделю назад клявшейся мне в вечной любви? Может мне всё рассказать губернатору и его дочурке.

- Успокойся, - он слегка встряхнул меня, - пойми, у меня нет выбора. У отца неприятности с банком. И ему нужны финансы. И связи. У Сильверстоуна всё это есть.

- А ещё страшная дочурка, которую некуда сбагрить, - добавила я.

С тяжёлым выдохом Ник согласно кивнул:

- Да. Тереза давно мне симпатизирует. Отец таким образом решил объединить наши капиталы.

Я с язвительностью перебила его:

- А как ты относишься к объединению ваших тел? - Ника слегка передёрнуло, - я уже представляю, как эта тяжелоатлетка оседлает тебя и будет до посинения трах...

- Перестань, - он резко оттолкнул меня назад, - думаешь, мне приятно дотрагиваться до неё? Да я даже смотреть без тошноты не могу на эту лягушку.

Он запустил пятерню в свои белокурые волны.

- У меня нет выбора. Это мой долг перед семьёй!

- А как же я? И твой долг передо мной? - усмехнулась я невесело, скрещивая руки на груди.

- Мои чувства к тебе остались такими же, - он с нежностью провёл большим пальцем по моей нижней губе, вызывая дрожь в коленях, - я люблю тебя. И мы обязательно будем вместе. Только чуть позже. Сильверстоун не всегда будет стоять у руля. Ну а пока ...

Николас вплотную наклонился ко мне, обдувая своим дыханием:

- ... мы оставим всё как есть: тайные свидания, незапланированные встречи, твои громкие стоны подо мной.

- То есть я буду твоей любовницей? - прохрипела я от нахлынувших воспоминаний об его ласках.

- Почему бы и нет? - он распустил мой небрежный пучок, зарываясь своими пальцами в густую копну рыжеватых волос. Зная, как эти прикосновения заводят меня. Туман постепенно заполнял отяжелевшую голову.

- Я не хочу быть любовницей, - запротестовала я вяло, поддаваясь искусному соблазнению. Теперь Ник аккуратно массировал впадинку ниже затылка, плавно опускаясь всё ниже к шее и спине.

- Ты не любовница, ты - любимая, - он впился в мои губы, сминая все барьеры. Я готова была стать для него кем угодно.

Я привычным движением обхватила его за голову, прижимая всё ближе. Его быстрые пальцы уже расстегнули молнию, заставляя атлас соскользнуть на пол. Он на минуту оторвался от моих распухших губ, чтобы осмотреть стройную фигуру: полная грудь так и норовила выскочить из чашечек, не стесняясь демонстрировать коричневые ореолы сосков, ажурные стринги подчёркивали упругие ягодицы, а ноги в чёрных чулках и на шпильке довершали сексуальный образ.

Николас непроизвольно облизал пересохшие губы и с громким шлепком ударил меня по попе, заставляя испытывать острое наслаждение. Я тихо застонала, прижимаясь своими бёдрами к низу крепкого торса. И чувствуя всю мощь его возбуждения.

Больше не контролируя себя, Ник повалил меня на пол, наседая сверху. Бюстгальтер с треском полетел в сторону, подставляя грудь под нетерпеливые губы.

Глава 3

Очнулась я посредине огромной кровати в большой комнате с плотно зашторенными окнами. Чужой комнате. Где это я? Сразу вспомнился мужчина. Может это Ник вернулся за мной и привёз в отель?

- Ник? - с надеждой позвала я, оглядываясь по сторонам.

На мой зов из смежной комнаты стремительным шагом вышел ... Ричард Грин.

- Валери, как вы себя чувствуете? - заботливо поинтересовался мужчина, аккуратно присаживаясь на край моего ложа.

Я напряглась:

- Это вы привезли меня сюда? - я быстро осмотрела себя: платье и лифчик на месте, - и одели?! Зачем?

Стало гадко от того, что чужие руки касались меня.

- А вы хотели бы остаться там? В губернаторской оранжерее? - искренне удивился он, хотя немного и покраснел.

Представив картину того, как губернатор или его близкие находят меня полуобнаженной в собственном доме и последующий конфликт, я ужаснулась. Такое пятно на репутации мне ни к чему.

- Нет, не хотела, - не могла солгать я, - но и где же я?

- У меня дома, - просто ответил Грин.

- Ох, - только и умела выдохнуть я, - почему именно сюда?

- А куда? Сомневаюсь, что ваши родители правильно поняли бы сложившуюся ситуацию. Да и отель - не лучший вариант.

Ричард с полуулыбкой взглянул на меня. Он был во всём прав, что злило даже больше, чем его поступки. Этакий правильный мальчик, на фоне которого я выглядела хуже, чем была на самом деле.

Хуже меня был лишь Ник и его поганый папаша. Перед глазами встала неприличная сцена в оранжерее, предательство Николаса, угрозы Гроссмана-старшего.

- Вы что-нибудь хотите? - спросил Грин, рассматривая моё лицо. И чего он там пытался нового увидеть? Как будто не мог наглядеться, пока бюстгальтер на меня натягивал с платьем. И неожиданная догадка пронзила мой мозг, - чай, кофе, кашу?

- Сам жуй свою кашу, - огрызнулась я, - как ты узнал, что я в оранжерее?

Ричард посмотрел мне прямо в глаза и честно ответил:

- Я проследил за вами после того, как вы покинули туалет.

Всё-таки мне не показалось, что кто-то смотрел на меня.

- И зачем, позволь узнать? - поинтересовалась я обманчиво мягким голосом.

- Я беспокоился после того, ... что случилось в гостиной. Вы так побледнели.

- А тебе какое дело до моего состояния?

Он наконец отвёл глаза и поднялся с кровати, подошёл к окну и уставился в него, будто мог что-то увидеть сквозь плотную ткань.

Лишь пол минуты спустя он соизволил ответить:

- Просто стало жаль вас.

Меня и жаль?

- Себя лучше пожалей, - фыркнула я высокомерно, откидывая одеяло и грациозно поднимаясь с нагретого шёлка, - я красивая, умная и обеспеченная. Передо мной открыты все пути и дороги. Каждый второй готов облизывать мои ступни ...

Не успела я договорить, как Грин перебил меня своим тихим голосом:

- А вы готовы целовать ступни Гроссмана, - больно кольнул он, - быть его любовницей, ждать, пока он уделит вам крупицу внимания, скрываться в дешёвых отелях, прятаться под тёмными очками от чужих глаз и постоянно находиться в тени его будущей супруги. Тогда в чём смысл всей вашей красоты, если она зачахнет? Зачем вам ум, если запланировано такое глупое будущее? И действительно ли вы так богаты, что сможете тягаться с дочкой губернатора? Питер был прав: Сильверстоун сотрет с лица земли банк вашего отца.

Слегка повернув голову, он бросил на меня короткий взгляд своих пронизывающих насквозь глаз, забираясь в глубь моей обиженной души и читая меня насквозь. И вновь отвернулся ко окну.

- Это ты сообщил отцу Ника, где мы находимся, - не спрашивала, а утверждала я срывающимся голосом, - ты мерзавец! Подлец! Ничтожный червяк!

Пульс громко забил в ушах. Захотелось ударить чем-то тяжёлым по этой прямой спине. Я стала осматривать комнату в поиске чего-то весомого, такого как ... И мне попалась на глаза напольная ваза. С диким рёвом я схватила её и подлетела к Грину, замахиваясь для удара. Однако он с грацией хищника на одних ступнях быстро развернулся и крепко схватил мои запястья одной рукой, а второй удерживал вазу.

- Успокойтесь, - властно велел он, медленно опуская неудавшееся оружие вниз, - не я виновник ваших бед, а лишь ваши буйные фантазии насчёт Николаса Гроссмана.

Грин буквально загипнотизировал меня своими стальными глазами с расширившимися зрачками. Даже очки не скрывали их чарующего магнетизма. Сама удивляясь себя, я невольно обмякла, попадая в плен какой-то странной харизмы. Подчиняясь на уровне инстинктов чужому, почти незнакомому мужчине, что было совсем не характерно для моей независимой натуры.

Почувствовав перемены во мне, Ричард положил свободную руку на мою талию, вплотную прижимая к себе. Второй же нежно провёл по коже рук, подбираясь к плечам и шее.

Туман застилал голову, тело предательски отвечало на ласку. Я видела в его глазах разгорающееся желание. Желание целиком обладать мной. Его рука уже массировала мою голову. Ещё немного, и я поддалась бы ему. Приложив неимоверные усилия, я всё-таки оттолкнула Грина. И хоть мой толчок был совсем слабеньким, он не стал настаивать. Лишь с тяжелым вздохом разочарования и угасшим взглядом отпустил, отступая на шаг.

Глава 4

Уже через минуту Ричард вернулся в комнату, старательно неся на подносе стакан с водой, чашку кофе и домашние сэндвичи. Он аккуратно поставил ношу на столик и пододвинул его ко мне. Этот мужчина так и излучал заботу, отчего я так давно отвыкла. Неожиданно заговорила совесть, умолявшая дать ему шанс. Но ёе мигом заглушила гордость.

- Спасибо, - впервые я улыбнулась ему, как можно искренне. Отчего серые глаза засияли.

- Я могу сесть рядом? - деликатно поинтересовался Грин, указывая на кровать.

Не переставая удерживать на губах загадочную улыбку, я лишь кивнула.

Он бережно сел рядом, боясь напугать и сразу заговорил:

- Простите меня, Валери, и за слова, и за ... действия, - он преданно заглянул мне в глаза, - конечно, это не моё дело. Просто я считаю, что вы достойны большего. И лучшего.

- Думаю, ты прав. И я хочу извиниться за вазу, - я дотронулась до его горячей руки, слегка сжимая длинные пальцы, отчего Ричард вздрогнул, - прошу, обращайся ко мне на ты.

И как бы непроизвольно наши пальцы переплелись. Наверное, я немного спешила, и даже местами переигрывала, но Грин с лёгкостью купился. Его губы расплылись в широкой улыбке, обнажая два ряда идеальных зубов, а на скулах и под глазами обозначились морщинки радости. И неожиданно обе мои ладони оказались в тёплом плену его немного шершавых рук.

- С удовольствием.

Не теряя даром времени, я перешла к активным действиям и прижалась к широкой груди, слушая убыстрившийся стук сердца.

- Ричард, - пропела я его имя, - спасибо, что увез меня из губернаторского дома. Ты мой спаситель! Я так глупо себя вела, что стыдно.

- Что вы ... ты, Валери, не нужно стыдиться собственных чувств, - он вновь стал поглаживать меня по волосам, прижимая мою голову ещё ближе к себе, - каждый может ошибиться, особенно, если дело касается ... любви.

Грин так нежно массировал затылок, что захотелось просто уснуть в его объятиях. Но это не входило в мои планы. Поэтому я перехватила инициативу и как бы невзначай коснулась губами его шеи. По мужскому телу прокатилась быстрая дрожь. Рука замерла, а дыхание прервалось. Всё-таки он хотел меня.

- И всё равно, ты был абсолютно прав, - прошептала я слегка осипшим голосом, обдувая ямку на его шее своим дыханием, - я же настоящая истеричка. Как я могу отблагодарить тебя?

И я посмотрела ему прямо в глаза снизу вверх, одновременно облизывая свои губы. Отчего его зрачки резко расширились, полностью поглощая цвет стали. Тёмным от возбуждения взглядом Ричард окинул моё лицо и ещё крепче прижал к себе, почти сливая наши тела в едино. И без дальнейшего промедления, боясь моего повторного отказа, стремительно впился в губы жарким поцелуем. Его губы оказались слаще и нежнее, чем у Ника. А язык дерзче. И неожиданно у меня самой закружилась голова от нахлынувшего желания. Я потерялась во времени и пространстве, ощущая лишь мужские руки и губы, растворяясь в Грине.

И сама, не контролирую собственное тело, залезла к нему на колени, обхватывая ногами его торс. Залезла под свитер, почти сгорая от нетерпения дотронуться до сильного тела. Зря я подумала тогда, что он тощий. Нет, очень даже поджарый. Мои руки с удовольствием исследовали каждую мышцу пресса, отчего Грин ещё сильнее возбудился. Я чувствовала его желание, и сама увлажнилась.

Вот уже он целовал мою шею, спускаясь к груди. Проводил кончиком языка по обнажившимся полушариям, намеренно задевая соски. Что заставляло меня царапать кожу его живота и спины. И теряться промежностью об натянутую ткань брюк. Хотелось быть ещё ближе. Избавиться от преград. Я, не контролируя собственные руки, стала дёргать за ремень, желая поскорее расстегнуть его.

Ричард понял меня без слов, опустил на кровать и стянул с себя свитер, а затем и брюки. Как странно, его фигура совсем не сочеталась с лицом. Хотя в данный момент меня не отталкивали даже его волосы. Впервые мужчина так действовал на моё тело, заставлял плавиться, почти не прилагая усилий. Всё дело в этих обволакивающих узких глазах, которые проникали под кожу, залезали в душу и обладали без всяких слов. Мне совсем не хотелось покидать этот плен.

Ричард с трепетом и обожанием провёл руками по моему телу: от груди по животу и ногам прямиком до ступней. А затем вновь пошёл вверх, забираясь под резинку чулок и аккуратно стягивая их, покрывая бедро, коленку и голень воздушными поцелуями, вынуждая меня постанывать от такой неожиданной ласки.

А затем Грин поцеловал каждый палец на моей ноге, не брезгуя облизать и между ними. Кажется, я могла кончить лишь от этого. Но мужчина пошёл дальше. А точнее выше. И уже его горячее дыхание коснулось внутренней поверхности бедра, проникая под кружево белья. И заставляя ещё больше течь.

- Моя Валери, - прошептал он перед тем как поцеловать меня между ног.

Либо сейчас, либо я сама же проиграю в собственной игре.

Представив в голове образ Ника, я собрала остатки сил и оттолкнула обеим ногами потерявшего от страсти голову Грина. Он точно обезумевший смотрел на меня. И хватал воздух ртом, будто выброшенная на берег рыба. Его грудь ходила ходуном, а глаза пьяно блестели.

И я рассмеялась. Громко, резко, издевательски, желая скорее привести себя в чувство. И задеть мужское самолюбие. Ричард захлопал длинными ресницами.

Глава 5

Прошло две недели со званного вечера у губернатора. За прошедшее время я не видела ни Грина, ни Николаса. Хотя последний не переставал атаковать мой телефон своими извиняющимися сообщениями, а меня лично - бесконечными презентами в виде цветов и украшений. Я может была и не против простить его и поиграть в тайную любовь. Однако в памяти постоянно всплывали неприятные слова Грина, задевающие моё самолюбие.

Как-то днём я лежала возле бассейна, наслаждаясь солнцем и свежей клубникой, как услышала ворчание отца возле гаража. Конечно, его совсем не обрадовала новость о помолвке Ника с Терезой Сильверстоун. Как никак злейший враг станет сватом самого губернатора.

- Нам тоже нужны союзники в этом городе, - причитал он мачехе, - иначе мой банк не просто станет вторым, а вообще закроется.

- И какие варианты имеются? - участливо поинтересовалась Мелания, умело играя роль прилежной супруги. Рядом как всегда тенью шла Саманта.

- Только Ричард, - при этом имени я подавилась ягодой, в то время как сестрица смущённо покраснела, закрывая щёки жидкими волосёнками, - Сэмми, я знаю, что вы дружите. Поэтому хочу, чтобы ты поехала со мой в Нью-Йорк на переговоры. Рик как раз там. Встретимся и обсудим, хм, ... сближение наших семей. Ты не против?

Кажется, от радужной перспективы у Саманты перехватило в горле.

- Конечно, нет, - ответила мачеха вместо неё, радуясь возможности сбагрить невостребованную дочку, - они будут отличной парой.

Только всё пошло не так.

Спустя неделю, которую я потратила на увлекательный шопинг и посещение ночных клубов, взволнованная мачеха забежала в дом и с порога позвала домработницу:

- Моргана, - на требовательный клич мигом прибежала уже немолодая и полная женщина, работавшая у нас менее года. Мелани долго никого не держала. Лишь садовника. И я догадывалась почему.

- Да, миссис Флипп, - отдышавшись, проговорила Моргана.

- Немедленно собирай всех слуг, если надо вызови клиринговую компанию. У нас завтра состоится помолвка Саманты, и прибудет множество важных персон, - и мачеха не удержалась от победного взгляда в мою сторону. Видишь, говорил он, моя Сэмми раньше тебя замуж выходит.

Я лишь равнодушно пожала плечами и вновь уткнулась в журнал. Только вот буквы почему-то не спешили собираться в слова. Что-то неприятно кольнуло меня в области сердца при мысли о свадьбе Саманты с Грином. Впервые сестра вызывала не жалость, а неприязнь. Неужели он захочет её после меня? Или свадьба лишь предлог приблизиться ко мне? Последняя мысль приятно грела душу.

Весь остаток дня слуги и совершенно незнакомые мне люди бегали по дому точно тараканы на свету. Они отмыли всё, что могли: полы , стены, окна, потолки, мебель. Всё сверкало чистотой и благоухало ароматами цветов, которых в доме явно прибавилось.

Мелани уже с час вместе с поваром разрабатывали меню на завтрашний ужин. Хотя я видела, что мачехе не терпится выскочить в сад, где в поте лица трудился мускулистый садовник, подстригавший газон.

К вечеру из Нью-Йорка прибыли отец с Самантой. Папа с восторгом рассказывал о контракте с неким Аароном Нейсе, богатым финансистом, готовым открыть отделение нашего банка на Манхеттене. Отец уже предвкушал, как уделает этой новостью Гроссмана-старшего. Сэмми вопреки моим ожиданиям выглядела не такой счастливой. Даже щёки слегка похудели. И взгляд не горел той ослепительной влюблённостью. Хотя она старательно выдавливала улыбку, пока её мамочка вместе с подругой дизайнером выбирали наряд невесте на ужин. Я также решила не оставаться в стороне и отправилась в самый модный магазин города, чтобы купить умопомрачительное платье, которое заставить всех смотреть лишь на меня, в том числе и Грина.

Пробыв в бутике больше двух часов, я остановила свой выбор на длинном облегающем графитового цвета платье с открытой вплоть до поясницы спиной, в то время как грудь и шея были закрыты. В тон подобрала босоножки на высокой и тонкой шпильке и небольшой клатч.

Вернувшись домой сразу направилась в комнату, совершенно не хотелось слушать трёп будущей невесты.

На следующий день проснулась я рано, горя от ожидания встречи. Сама не знала, почему мне так сильно хотелось произвести впечатление на Грина. Нет, любила я, конечно, до сих пор Ника. Однако непризнанный компьютерный гений почему-то упрямо засел в голове, вызывая самые противоречивые чувства. Хотя сильнее всего было желание задеть, унизить и оскорбить.

Проплыв несколько раз бассейн вдоль и поперёк, я поехала в салон, где после тонизирующего массажа мне сделали педикюр, маникюр, слегка завили волосы, чтобы они падали мягкими волнами на голую спину и нанесли на лицо вечерний макияж, ярко выделив глаза коричневыми тенями и чёрной подводкой.

К семи часам стал подтягиваться народ, постепенно заполняя светлую гостиную и сад, заставленный столиками с закусками и напитками. Я мило беседовала с бывшей одноклассницей, пока не увидела входящего Ника под руку с Терезой Сильверстоун. Настроение мигом испортилось. Лучше бы папа пренебрёг всеми приличиями и не приглашал семейку заклятого врага. Хотя не позвать самого губернатора он никак не мог.

Николас глазами обвёл присутствующих, пока не остановил наглый взгляд на мне. И, как всегда, чарующе улыбнулся, сверкая белозубой улыбкой. Сердце замерло, а потом понеслось галопом, подгоняя кровь к лицу. Чтобы скрыть возникшее волнение, я резко осушила бокал с шампанским, на секунду прикрыв глаза. А открыв их наткнулась на крайне задумчивого Ричарда Грина, стоявшего в как раз напротив меня, возле противоположной стены. И почувствовала себя препарированной лягушкой, настолько взгляд серых глаз глубоко проникал мне в душу.

Глава 6

- А ты меня спросил? Хочу ли я замуж за не понятно кого? - в порыве гнева я сильно ударила ладонью по рабочему столу отца.

Мы пришли в его кабинет, чтобы я своими негодующими воплями не сорвала праздник сестры. Отец выпил уже третий стакан коньяка, пытаясь успокоить меня. Я же материлась, забыв про все приличия.

- Это моя жизнь, и ты не в праве её ломать, - кричала я, стараясь не смотреть назад.

Потому что вслед за нами в кабинет вошёл Грин, будто почувствовав, в чём причина моего негодования. И молча встал у окна позади меня. В тот момент я впервые пожалела о выборе надетого платья. Моя кожа мигом покрылась мурашками, стоило лишь мужчине посмотреть на обнажённую спину. А я всеми порами чувствовала его взгляд. Медленный, скользящий, обжигающий. Но только я поворачивалась к нему лицом, как серые глаза смотрели прямо в мои, будто не смели опуститься ниже. Меня это злило и возбуждало.

- Я, наоборот, хочу её спасти, - не удержался отец от ответного крика, - ты сама себя погубишь, если и дальше продолжить бегать за Гроссманом.

В немом удивлении я застыла с открытым ртом. Никогда раньше отец не замечал наших встреч, а сейчас резко прозрел. Или же кто-то открыл ему глаза?

Круто развернувшись, я бросилась к Грину и со всей злости толкнула его в грудь. Однако он даже не шелохнулся.

- Это ты настучал, - орала я прямо ему в лицо, колотя по сильному телу. Но Грин со спокойным лицом сносил мои нападки.

- Не сходи с ума, Валери, - как-то устало пробормотал отец, тяжело опускаясь в своё кресло, - ко мне приходил сам Питер. И рассказал про вашу связь. О чём ты думала, когда собиралась переспать с зятем губернатора прямо у него дома?

- Я думала, какая скотина отец Ника. А оказалось, что мой нисколько не лучше! - вспомнились гадкие слова Гроссмана-старшего про мою участь. Он, оказывается, недалеко ушёл в своих суждениях.

Папа сурово поджал губы:

- Не смей так говорить! Я стараюсь для нашей семьи, а ты развлекаешься с сыном главного конкурента!

- Я не развлекаюсь, - застонала я немного жалко, - я люблю его, а он меня. И мы будем вместе!

Папа с сочувствием посмотрел мне прямо в глаза, мягко улыбаясь. Точно также он смотрел на меня двенадцать лет назад, когда я бегала по саду в поисках мамы, до конца не веря, что она могла так просто уйти и оставить свою единственную дочь. И я вновь почувствовала себя маленькой глупенькой девочкой, ничего не смыслящей во взрослой жизни.

Только в этот раз я сдержала рвущиеся наружу слёзы.

- Гроссманы никого не любят, кроме своих денег, - заверил папа с грустью в глазах, - не удивлюсь, что Николас через тебя выведывал информацию о банке и передавал сведения своему папаше.

- Ложь, - твёрдо и уверенно произнесла я. Хотя в памяти возникло несколько мимолетных моментов, когда Ник задавал вопросы про предстоящие акции или клиентов, но раньше я не предавала этому значения. Да и сейчас не собиралась. Ничего кроме человеческого любопытства я не видела.

Папа не собирался продолжать наш спор. Да и разговор вообще.

- Мне пора к гостям, - встал он из-за стола и направился к двери, - ты или выйдешь за Рика, или останешься на улице без доллара в кармане.

Я ошеломлённо смотрела на удаляющегося отца, понимая, что он нисколько не шутил. Терять дом и средства к существованию не входило в мои планы, поэтому оставалось сделать так, что бы сам Грин отказался от этой безумной затеи.

- Ты ещё пожалеешь, что связался со мной, - проговорила я сквозь зубы, не глядя на мужчину и пропылила вслед за отцом. Сразу в свою комнату, не желая видеть никого вокруг. И снова ощущая жаркий взгляд на затылке и спине.

Через два дня было назначено знакомство с семьёй Грина. Я решила продемонстрировать себя во всей красе. Надела очень короткий топик, открывающий живот и кожаные штаны, обтягивающие ягодицы словно вторая кожа. На лицо нанесла броский, даже вульгарный макияж с ярко выделенными глазами и красными губами. Волосы зализала в гладкий хвост. Отец, увидев меня в таком виде, точно отправил бы переодеваться, поэтому я уехала раньше, не предупредив, а лишь кинув смс.

Приехав по уже знакомому адресу, я залетела на своём БМВ прямиком на засаженную пёстрыми цветами клумбу, ломая растения и садовых гномов. И прямо там припарковалась под ошарашенным взглядом дворецкого.

- Привет, дедуля, - поздоровалась я с побледневшим слугой, надувая огромный пузырь из жвачки, - скажи очкарику с немытыми волосами, что невеста прибыла.

И прошагала мимо, нарочито громко шаркая массивными ботинками. Навстречу мне подались две женщины, судя по удивлённым лицам которых, они наблюдали за моим эффектным прибытием из окон.

- Здрасте, тёти, - отсалютовала я, - вы, наверное, домработницы?

Лица обеих перекосились от такого оскорбления.

- Мы сёстры Ричарда, - надменно произнесла старшая в строгом платье до колен, - меня зовут Тина, а это - Энни.

Обеим было за тридцать, старшей, скорее всего, уже около сорока, что выдавали седые пряди и морщины.

Не успела я рассмотреть их до конца, как послышался хриплый баритон:

Глава 7

Голова тяжёлым свинцом лежала на подушке. Веки совершенно не желали подниматься. Стоило сделать над собой усилие и чуть разлепить их, как ресницы вновь смыкались. Только по громким звукам, доносившимся откуда-то снизу, я догадалась, что всё ещё в доме Грина.

- Ты совсем с ума сошёл, - возмущённо орала Тина, - ты хоть соображаешь, на ком собрался жениться?! Она тебе не пара!

Кто кому ещё не пара, вяло запротестовала я про себя, чувствуя недельную жажду во рту. Вновь раскрыв глаза, я с трудом сориентировалась в пространстве, и лишь спустя несколько минут узнала комнату Грина. И снова я раскинулась на его кровати, которая сохранила цитрусовый аромат своего хозяина. Перед глазами встала картина прошлого моего пребывания здесь. Если бы не похмелье, я возможно загорелась опять.

И тут все мои мысли сбились от одной фразы Ричарда:

- Я люблю её и женюсь на ней, - просто и без всякого пафоса проговорил он.

В душе разлилось тепло. Никто раньше не говорил, что любит меня. Даже мама и Ник. С Гроссманом мы предпочитали заниматься любовью, а не говорить о ней. Но сейчас я поняла, что мне отчаянно не хватало именно таких слов.

- Когда ты успел полюбить её? - искренне недоумевала Энни.

- Может сразу, а может вчера. Какая теперь разница? Вам придётся с этим смириться.

- Допустим, мы с Энни согласимся, но ты подумал об отце. У него давление поднялось после её вчерашних выкрутасов.

Каких ещё выкрутасов? Я напряглась, чтобы вспомнить, чего же вчера такого страшного натворила. И будто со стороны увидела слайд-шоу про саму себя: сначала кадр, как я ем руками овощной салат, следующий - пускаю десерт прямо в Ричарда, однако промахиваюсь и попадаю в нелюбимую мачеху, затем - стриптиз на столе и орущий отец, ну и под конец - я лезу целоваться к Грину, но вместо поцелуя меня рвёт прямо на его свитер. Ну что ж, можно подытожить, что план провалился. Несмотря на все мои выходки, Грин по-прежнему собирался играть свадьбу. Если честно, даже льстило, что я не разонравилась мужчине.

- И он привыкнет. Валери просто ещё молодая и глупая. Сама не знает, чего хочет, - защищал меня Грин от нападок сестёр. Только вот меня задели его слова. Я прекрасно знала, чего хочу от этой жизни. И ботаник-очкарик был лишь проходным персонажем в моей истории.

- Пойду посмотрю, как она, - сказал Ричард и твёрдым шагом направился ко мне.

- Да что с ней будет, - пробубнила Энни, - лучше близко не подходи, а то задохнёшься от перегара.

Я за секунду до поворота дверной ручки успела закрыть глаза и притвориться спящей. Грин осторожно и тихо подошёл ко мне, пристально рассматривая каждую чёрточку лица. Я всеми силами пыталась не выдать себя, что было крайне сложно из-за обволакивающего мои ноздри терпкого аромата. И чуть не вздрогнула, почувствовав нежное движение подушечкой большого пальца по нижней губе. Ласка продолжалась недолго, и через минуту Грин покинул комнату. А мне вдруг остро захотелось продолжения.

Тяжело выдохнув, я открыла глаза. Послушав ещё немного перебранку брата с сёстрами, я с трудом поднялась с кровати и на цыпочках подошла к двери. Наконец, они разошлись, чем я сразу воспользовалась. И осторожно стала спускаться вниз по лестнице, желая уйти как можно незаметнее. Неожиданно для самой себя мне стало стыдно перед Ричардом за свои поступки. Отмахнувшись от лишней эмоции, я открыла входную дверь и выскочила на улицу, бегом покидая особняк. К счастью, на улице уже рассветало и многие спешили на работу. Попросив у прохожего телефон, я вызвала такси и приехала домой, велев Моргане расплатиться за меня.

Отец как раз завтракал, поэтому избежать взбучки мне не удалось. Однако я почти его не слушала, желая поскорее оказаться в ванне и смыть воспоминания о вчерашнем вечере.

После обеда ко мне в комнату постучала Моргана.

- Что случилось? - спросила я недовольно, желая ещё немного поваляться в постели.

- К вам мистер Грин. Просит вас спуститься.

- Пошли его на хрен, - велела я грубо и вновь задремала. Не нужно мне так часто с ним видеться, иначе ... Я и сама с трудом понимала, что будет иначе, однако всем нутром чувствовала, что начинаю привыкать к этому загадочному мужчине. Лучше сразу отрезать.

Мне снилось море. Тёплое, лазурное, чем-то напоминающее глаза Ника. Только я не хотела идти плавать. Я желала и дальше валяться на песке и чувствовать, как ветер запутался в моих волосах, нежно гладя виски. И мгновенье спустя резко распахнула глаза, соображая, что это совсем не ветер разминает мой затылок.

Прямо на моей кровати удобно расположился Ричард Грин. Мужчина тепло улыбался, наслаждаясь мои видом. Я порадовалась, что всё-таки приняла с утра душ и смыла растёкшийся макияж.

- Золушка сбежала и даже не оставила ничего на память? - спросил он негромко.

Я сразу скривила лицо:

- Терпеть не могу её, - фыркнула, - молчаливая и покорная тряпка, ожидающая чуда. Нужно самой творить свою судьбу, а не просить подачки у фей.

- И почему я даже не удивлён? - усмехнулся Грин сам себе, - и кто же из сказочных персонажей нравится тебе?

Немного подумав, я с уверенностью произнесла, что королева из Белоснежки.