Никому тебя не отдам 3

Глава 1.

Милана.
Лера, собиралась на свидание и рассматривала своё отражение в зеркале с такой въедливостью, что моё терпение лопнуло.
— Лер, ну ты просто ослепительна! Сегодня ты затмишь всех, и твой избранник это непременно оценит.
Имя этого самого "избранника" я произносить не стала, памятуя о любопытных ушах близнецов, находившихся в комнате. Доверять этим двоим после столь короткого знакомства я пока не решалась.
— Удачи тебе, Лер, — напутствовала я подругу, подтолкнув её к двери. — Беги скорее, он же там уже пятнадцать минут томится в ожидании.
— Вернусь со свидания — займёмся коммерцией. Будем варенье толкать, — донеслось из коридора её весёлое эхо.
— Ага, конечно! — ответила я. — А ещё лучше сразу объявим тебя ведьмой. А что было с ведьмами, ты, надеюсь, помнишь из истории? Их сжигали на кострах! Представляешь, такой костёр прямо под окнами общаги, а вокруг — толпа студентов в чёрных мантиях, жаждущих побыстрее тебя сжечь.
— Ой, меня и так дрожь пробирает, — пролепетала Лера. — Переживаю, а ты ещё ужасы рассказываешь.
— Да я же хотела тебя поддержать!
— Ладно, ты лучше подумай, как нам это варенье выгоднее продать.
— Да иди уже к своему рыцарю! А то сбежит, и кто тогда будет тебя от костра спасать на белом коне?!
— Милана! – раздалось из коридора недовольное.
— Да я уже восемнадцать лет Милана! А у тебя свидание! – ответила я ей в распахнутую дверь.
Лерка робко просунула голову в приоткрытую дверь:
— Ну все, я побежала, — тихо проговорила она, но ее слова тут же прервал насмешливый голос.
— И далеко собралась, беглянка?
Лерка испуганно юркнула в комнату, а следом за ней, словно тень, скользнул Юра. Ее взгляд заметался между мной и им. Интересно, что ему здесь нужно?
— Неужели на свидание собралась, голубка? — с притворным любопытством протянул парень, скрестив руки на груди и впиваясь в нее испытующим взглядом.
Кровь бросилась ей в лицо, заливая щеки пунцовым румянцем, но тут же отхлынула, оставив болезненную бледность. Собрав волю в кулак, она вскинула голову и одарила его презрительным взглядом.
— Что ты здесь забыл? — процедила она сквозь зубы, в каждом слове клокотала злость.
— Учусь здесь, если ты не знала, — небрежно отозвался Юра, отбрасывая непокорную прядь волос со лба. — Зашел на огонек, так сказать. А тут такая картина маслом: моя девушка при полном параде собирается на свидание с кем-то другим.
— Я тебе не девушка, — отрезала Лера, в ее голосе звенела сталь. — И попрошу тебя немедленно покинуть комнату. Иначе, клянусь, ты пожалеешь.
— Ну-ну, — насмешливо протянул парень, и в его глазах вспыхнул опасный огонек.
Лерка, словно пантера перед прыжком, хищно прищурила глаза и надвинулась на Юру. Удар в грудь был коротким. Дверь с шумом распахнулась, являя нам Анжелу и Анатолия. Они шарахнулись в стороны, а Юра, споткнувшись о предательский порог, кубарем вылетел в коридор.
— Ещё раз увижу — придушу, как комара! — прошипела Лерка, бросив напоследок испепеляющий взгляд, и умчалась на свидание.
Анжела презрительно хмыкнула, окидывая взглядом распростертого на полу нашего с Лерой бывшего одноклассника. Толик, с невозмутимым дружелюбием, протянул Юре руку, предлагая помощь.
— Ну почему она такая? — простонал Юра, поднимаясь и торопливо отряхивая свитер и джинсы. — Я к ней всей душой, а она… будто чумного видит.
— Что тут за цирк у вас? — раздался насмешливый голос Олега. Он, как всегда, с ироничным удовольствием наблюдал за разворачивающейся драмой. Рядом, словно тень, материализовался Игнат.
— Знакомьтесь! — я небрежно махнула рукой в сторону Юры. — Это Юрий, призрак из моего школьного прошлого. А это Олег и Игнат.
Олег бросил на светловолосого парня оценивающий взгляд, в котором сквозило нескрываемое соперничество.
— Неужели все настолько серьезно, как я предполагаю?
— Чтобы сразу развеять все сомнения, — поспешила я расставить точки над "i", — это Лерин бывший.
— Почему сразу "бывший"? — возмутился Юрий, в его голосе прозвучала обида. — Может быть, я как раз и хочу вернуть утраченное?
— Юра, ты хоть понимаешь, что твой поезд ушел, только помигав габаритными огнями? — холодно оборвала его Анжела. — Неужели не видишь, что ты ей совершенно не нужен?
Я перевела взгляд на Олега и Игната.
— А вы в гости или как? — поинтересовалась Анжела, поворачиваясь к ним. В ее голосе звучала легкая насмешка.
— И в гости, и от тоски бежим, — невозмутимо ответил Игнат. — В четырех стенах совсем зачахли, вот и решили к вам наведаться. Да и Славик обещал подойти. Говорил, пазлов целую гору принесет. У вас-то хоть живая беседа, а у нас хоть волком вой от тоски зеленой.
— Так заберите Славика к себе, — посоветовала я, с лукавой усмешкой глядя на Игната. — Купите ему чего покрепче, и концерты вам обеспечены. Всю хандру как рукой снимет.
— Да не, не пойдет он. Сказал, наша холостяцкая берлога ему не по душе. Слишком, говорит, аскетично.
В этот момент в коридоре показался Славик, с трудом удерживая в руках целую пирамиду коробок.
— Чего киснем? Альфа-самца ждем? — провозгласил он, сияя от предвкушения.
— Тебя и ждем, сокол ясный, — проворковала я в ответ, стараясь скрыть улыбку. — Без тебя тут как в пустыне Сахара — солнца и веселья не хватает.
— Милан, ну не умеешь ты притворяться, — Славик устало вздохнул. — Ты же меня на дух не переносишь.
— С чего это вдруг? — возмутилась я, стараясь придать голосу легкость. — Ты вошел, и словно солнце в комнате засияло.
— Только не надо лишний раз тыкать в мою рыжую шевелюру.
Юра, нахмурившись, резко развернулся и исчез за углом, словно тень.
— Да я о том, что ты своим появлением будто искры радости вокруг себя рассыпаешь, — попыталась я сгладить неловкость.
Я поспешила к своей кровати и схватила конспект, стремясь укрыться в его страницах. Пусть себе тешатся своими пазлами, если им так угодно.
— Ну, разве что так, согласен. Характер у меня и правда беззаботный, чего уж тут спорить.
— Эх, был бы ты еще и с бокалом, цены б тебе не было! — поддел Комиссар, не упуская возможности вставить свое слово.
— Как говорится, без глотка вдохновения нет мелодии в голосе, — Славик подхватил шутку. — Но позволяю себе лишь по большим праздникам. А сегодня, как видите, увы, не тот случай. — он водрузил коробки на мою кровать, словно даря сокровище. — Брось ты эти свои пыльные свитки! — Славик выхватил у меня конспект. — Давай лучше к нам, в нашу компанию! — и с торжественным жестом протянул мне необъятную пачку пазлов.
— Вот с этими давай, — он небрежно махнул рукой в сторону Игната и Олега, — посидите, пособирайте головоломки, поломайте голову. А я уж, так и быть, разделю общество прекрасных дам, развлеку их беседой.
Прихватив наугад одну из коробок, Славик направился к близнецам и Анатолию.
— Соскучились без меня? — бросил он в их сторону, лукаво прищурившись.
— А как же, — отозвалась Алла с игривым подмигиванием. — Только о тебе и грезили, честное слово.
Мой взгляд скользнул по рассыпанным пазлам, и в голове тут же вспыхнула идея.
— Эй, а давайте клеить их на листок? Представляете, получится что-то вроде картины!
— А потом на стену прилепим, красота будет! — подхватил Игнат, заразившись моим энтузиазмом.
Я опрокинула коробку, и лавина картонных кусочков обрушилась на кровать.
— И как ты это все собираешься в кучу собрать? — скептически протянул Олег. — Тут же триста пятьдесят деталей! Это целый ватман понадобится.
— У нас вообще тысяча! — прокричал Славик, явно гордясь своим достижением. — И ничего, собираем, не жужжим.
— Ладно, — сдался Олег, посмотрев на меня с примирительной улыбкой. — Давай попробуем. Но, по-моему, на столе будет удобнее.
Я перенесла россыпь пазлов на стол, предварительно сдвинув тетради в аккуратную стопку.
Я всматривалась в изображение ночного города на коробке. Должно получиться волшебно. Теперь главное – собрать воедино все осколки этой красочной мозаики.
Погруженная в размышления над головоломкой, я не заметила, как рядом опустился Олег.
— Я бы вечно любовался твоим сосредоточенным взглядом. Ты мне нравишься такой… задумчивой, — прошептал он почти неслышно.
— Лучше помоги разобраться, как это собирать, — оборвала я его, стараясь не выдать волнения.
— Начни с самого простого участка, — он указал на фрагмент с высотками. — Здесь все предельно ясно.
— Приступай! — тут же сказала я, чувствуя, как щеки начинают гореть.
— Ладно, ладно, — Олег тихо рассмеялся, но тут же принялся за дело.
Лера.
С самым серьезным видом Лера выбежала из студенческого общежития. Внезапное столкновение с Юрием вызвало в ней досаду и гнев.
Что он забыл в этом лицее? Какова цель его пребывания здесь и что он планирует? Но больше всего ее беспокоила его связь с Викой. Если сам Юрий вряд ли способен на мерзкий поступок, то Вика вполне может подтолкнуть его к какой-нибудь неприятной пакости. Да, парень вроде бы неплохой, пусть и бабник, но Вика без труда сможет им манипулировать. А она затаила злобу на их комнату.
Максим расположился на металлической ограде под яблоней, держа в руках три белоснежные лилии. Лера отбросила прочь все мысли о прошлом и улыбнулась. Не стоит омрачать вечер размышлениями о тех двоих.
— Извини, что задержалась! — сказала она Максиму. — Я очень спешила.
Неподалеку зажегся фонарь, рассеивая сгущающиеся сумерки. Парень встал и приблизился к Лере.
— Опоздание – привилегия дам. — улыбнувшись, произнес он и протянул ей цветы.
Максим сегодня выглядел безупречно. На нем была элегантная рубашка нежно-голубого оттенка, идеально гармонирующая с темно-синими джинсами. Образ завершали черные кроссовки. Уложенные светлые волосы и сияющие голубые глаза с восхищением смотрели на девушку.
Лера критически оглядела свое отражение и поправила вязаное платье.
– Как ты догадался, что это мои любимые? – она с восторгом глядела на букет.
– Просто уточнил у Миланы. Помнишь, я просил её об услуге, когда вас отпускал? Вот и момент настал, – с улыбкой ответил он и нежно взял Леру под руку. – Хочу пригласить тебя в уютное кафе. Я забронировал укромное место, чтобы избежать лишних взглядов и пересудов. Ведь студентки обожают посплетничать.
— Если честно, пересуды неизбежны, — отозвалась она. — Я не зацикливаюсь на подобном. В народе говорят, если о тебе сплетничают, значит, у тебя нескучная жизнь.
Максим вынул ключи от автомобиля.
— Может, лучше прогуляемся? — предложила Лера. — Сегодня просто дивный вечер. Взгляни, как светятся звезды на небосводе! Настоящая романтика! Идти совсем немного. Минут двадцать всего.
Всю дорогу до кафе девушка упивалась прелестью вечера. Пусть и была ранняя осень, похоже, лето решило напоследок их порадовать.
Пропустив Леру вперед, Максим распахнул дверь в кафе, где их встретил яркий свет и музыка.
— У нас забронирована отдельная кабинка, – обратился директор к бармену.
— Да, да, проходите! – махнул тот рукой в сторону.
Максим отодвинул стул, приглашая девушку присесть, и занял место напротив. Он подал ей меню.
— Что выберешь? – спросил он
— Салат с кальмарами и зеленый чай, пожалуйста.
— Только это?
— Просто обожаю этот салат. И нужно держать себя в форме.
К ним подошла официантка с блокнотом и ручкой.
— Добрый вечер. Что желаете? – учтиво спросила она.
— Два салата с кальмарами, пожалуйста. Девушке зеленый чай, а мне черный кофе.
– За последние три года ты первая, с кем я по-настоящему встречаюсь, – произнес Максим, когда они вновь остались наедине.
– Неужели у тебя совсем не было отношений? – с удивлением спросила девушка.
– Просто ты первая, с которой я хочу чего-то большего, чем просто встречи, – тихо признался парень.
– Ты был в браке? – с любопытством спросила Лера.
Подошедшая официантка поставила их заказ на стол и удалилась.
– Да, я был женат, – откровенно ответил Максим. – Поначалу воспоминания об этом времени вызывали острую боль, а сейчас осталась лишь печаль о собственной наивности.
– Мне очень жаль, – Лера сочувственно прикоснулась к его руке. – Нет ничего тяжелее, чем разбитое сердце.
– Я был слишком доверчив. Она работала секретаршей у моего друга, он сам нас познакомил. Вскоре она начала часто задерживаться на работе, объясняя это большой загруженностью. А я, глупый, верил. Даже предположить не мог, что друг способен на предательство. А потом, как гром среди ясного неба, она заявила, что хочет развода, – Максим тяжело вздохнул. – Я не мог оставаться в одном городе с ними. Боялся случайно столкнуться с ними где-нибудь. Предательство разрывало мне душу, поэтому я и уехал. Продал квартиру, чтобы ничего не напоминало о прошлом. Нашел работу в другом городе. А потом меня назначили сюда директором, и я встретил тебя.
Он крепко сжал ладонь Леры.
— Спасибо тебе за понимание. Ты такая искренняя и жизнерадостная. Я уже и не надеялся, что смогу выкинуть прошлое из головы. Ты для меня словно луч света. И я очень рад, что оказался здесь.
— Это немного внезапно, — призналась Лера, для которой подобные откровения были в новинку.
Ведь до этого её общение с парнями сводилось к Юре. А со Славиком их связывала только дружба. К тому же, Максим явно отличался от этих ребят, которые сами не знают, что им нужно.
Весь вечер они провели в кафе за приятной беседой. А потом Максим проводил Леру до самого общежития.
У входа в общежитие Вика и Марина о чем-то спорили,но, заметив приближающихся Максима и Леру, торопливо ретировались.
– Вечер был прекрасный. – произнес Максим. – Надеюсь, ты не откажешь мне во встрече снова? – его взгляд был устремлен на нее. – И знаешь, меня больше не заботят пересуды, которые неизбежно возникнут вокруг нас.
– Мне тоже очень понравилось. – с румянцем на щеках проговорила Лера. – И я совсем не против еще раз встретиться.
Максим нежно коснулся щеки девушки губами, и зардевшаяся до кончиков волос Лера направилась в свою комнату. Максим, с лёгкой усталостью, побрёл к своей машине, играя ключами в руке.

Глава 2.

Милана.
Арсений забрал меня с Олегом и Игнатом, чтобы ехать на похороны Али. Злость клокотала во мне на Арсения и парней: как они могли рассказать ему? Но ради сестры я сдержалась, похоронив упрёки глубоко внутри. Впереди – утешать маму, и, как бы ни болела душа, сейчас мне нужно было оставаться собранной. А внутри всё кричало от невыносимой боли, от осознания, что сестру уже не вернуть.
Жаль было Игната. На него было невыносимо смотреть. Казалось, я кожей чувствовала его страдания. В зеркале то и дело ловила взгляд, полный такой вселенской тоски, что хотелось выть. Утешить его? Да разве найдутся слова? Всю дорогу он, отвернувшись к окну, словно окаменел в своей печали, ни на что не реагируя. Мы молчали, боясь неосторожным словом задеть кровоточащую рану.
Они начали встречаться после тех событий. И как ни упрашивал Игнат Алю бросить опасную работу, она оставалась непреклонной. Говорила, что кроме нее никто не осмелится писать о криминальном мире. Эдуард стал её навязчивой идеей, идеей фикс. Она грезила о доказательствах, после которых он сгнил бы за решеткой. Но ее убили.
— Можно я закурю? — Олег прервал затянувшееся молчание.
— Конечно, — кивнул Арсений. — Только окно открой.
По шее пробежал ледяной сквозняк, в салон поплыл едкий запах табака. Арсений тоже закурил. Вишневый аромат его сигареты смешался с обычным запахом, превратившись в тошнотворную смесь.
Ну вот, опять закурили. А ведь обещали бросить.
Я опустила стекло до конца, чтобы не задохнуться от этого дыма. Свежий воздух немного привёл в чувство. Но говорить что-либо парням совсем не хотелось. Им и так нелегко.
— Дай и мне сигарету, — впервые за всю дорогу прозвучал хриплый голос Игната. — Может, этот дым хоть немного утихомирит бурю внутри.
Арсений, не отрывая взгляда от дороги, протянул ему пачку своих вишневых сигарет и зажигалку.
Щелчок кремня разорвал тишину, и Комиссар закашлялся, словно подавился гарью.
— Как вы курите эту мерзость? — с отвращением выдохнул он. — Это же концентрированный яд в капсулах.
— Иногда он приглушает боль, — отозвался Олег, и от странной хрипотцы в его голосе по спине пробежали ледяные мурашки.
О ситуации с Владом мы договорились хранить молчание. Если у того и зрел коварный план, не стоило впутывать в это Арсения. Они ведь друзья. А вдруг наши опасения напрасны и во Владе не кроется никакой угрозы? К тому же, Олег поклялся быть рядом, словно тень, оберегающая от беды. Если Влад все же рискнет преступить черту, Олег не допустит непоправимого.
К Олегу я всегда относилась с теплотой, как к родному старшему брату. Он был моей тенью, моей опорой во всех невзгодах. Я знала о его чувствах, видела в глазах ту нежность, что он так тщательно скрывал, но сердце… сердце упрямо принадлежало другому. Арсений. Одно лишь имя звенело в моей душе, заглушая все остальные звуки. И, несмотря ни на что, я цеплялась за эту хрупкую надежду, верила, что все проблемы уйдут и мы наконец обретем долгожданный мир. Олег же, словно смирившись со своей участью, больше не пытался нарушить границы, лишь изредка, по-братски обнимал, отчего в душе рождалась горькая усмешка. Во всяком случае, я хотела верить, что так оно и есть. И надеялась, что со временем его одержимость мной утихнет.
Мимо окон машины, как печальные призраки, проплывали маленькие домики. Мы ехали по сонным улицам города, направляясь к скорбному месту – городскому кладбищу.
Ещё один поворот, и взору открылась траурная процессия. Сердце болезненно сжалось в тиски отчаяния. В эту минуту ненависть к Эдуарду обожгла меня с небывалой силой. Мало ему тех страданий, что он мне причинил, теперь он отнял жизнь у Али. Неужели в нём не осталось ничего человеческого, и алчность к деньгам затмила всё?
Арсений заглушил двигатель. Ребята взяли цветы, и мы вышли из машины.
Тяжёлое предчувствие сковало душу. Невыносимо было представить Алю безжизненной куклой в гробу. Больше никогда не услышать её смех, не увидеть её улыбку. Холодная, чужая рука не дрогнула, когда направляла на неё оружие. Каким же чудовищем нужно быть, чтобы совершить такое? Она ведь была моей сестрой… И теперь лишь безмолвная фотография станет напоминанием о том, что когда-то она тоже дышала, смеялась и радовалась каждому дню.
Пелена слёз застилала глаза, душила обида и бессилие. Но больше всего терзала мысль о том, что сейчас начнутся фальшивые соболезнования, пустые слова поддержки, потому что никто, никто на свете не сможет понять глубину моей потери, мою боль.
Казалось, весь город пришел проститься с Алей. Арсений крепче сжал мою руку, и я, не в силах сдержать рыдания, уткнулась в его плечо, ища хоть какое-то утешение в его близости.
— Пора прощаться, — голос Олега, словно эхо, донесся сквозь пелену слез, а его рука легла на мое плечо, напоминая о неизбежном.
Сквозь влажную дымку я увидела закрытый гроб, сжимая в руке две белые розы. Это казалось немыслимым, жестоким – не увидеть ее в последний раз. И еще более странным было отсутствие мамы. Игнат объяснил это так, словно пытался уберечь от чего-то ужасного: лучше запомнить Алю живой, полной жизни, чем увидеть ее обезображенной трагедией. Что ж, возможно, в его словах была доля правды. О звонке маме я пока не думала, не находила в себе сил причинять ей еще большую боль. Какие слова утешения я найду? Как смогу облегчить ее страдания? Меня душило чувство вины, давило непосильным грузом. Ведь все это случилось из-за меня. Аля ввязалась в это ради меня и… пострадала.
— Ты была не просто подругой и сестрой, а лучом света в нашей жизни. Твоя светлая душа неустанно стремилась к справедливости, и эта жажда навсегда останется в наших сердцах. Ты навсегда с нами, моя любимая сестричка, — прошептала я, положив цветы. Отвернувшись, я побрела к Арсению, ища у него утешения. Он обнял меня, крепко прижав к себе, словно пытаясь разделить мою боль.
Олег молча положил цветы и отступил, подавленный горем. Игнат же продолжал стоять неподвижно, устремив взгляд в пустоту. В руках, сжимавших букет, чувствовалась дрожь. Наконец, он опустился на колени возле гроба. Положив алые розы, он прошептал, словно выдыхая часть своей души:
— Я любил тебя… — в его голосе звучала такая бездонная тоска, что, казалось, она могла поглотить весь мир. — Почему ты не послушала меня? Я был готов на всё ради тебя… А теперь в моей душе лишь кровоточащая рана, незаживающая боль от твоей потери. И тяжелее всего осознавать, что ты никогда не вернёшься…
В тягостном молчании Арсений доставил Олега с Майором до гостиницы. Несмотря на его настойчивые приглашения остановиться у него, парни отказались. Насколько я поняла, Олега терзала мысль оставить Игната в одиночестве.
До этого дня мне ни разу не доводилось переступать порог его жилища. Любопытство разгоралось с каждой секундой предвкушения.
Квартира Арсения располагалась в самом сердце города, в невзрачной девятиэтажке, приютившейся на первом этаже. Арсений ловко набрал код домофона и пропустил меня вперед.
Я замерла перед внушительной бронированной дверью, над которой зловеще мигала алая лампочка. Прежде чем открыть замок, Арсений вновь ввел комбинацию цифр, и красный глаз погас.
— Отключил сигнализацию, — пояснил он.
Повернув ключ в сложном замке, он приветливо распахнул дверь, галантным жестом приглашая меня войти.
Я вошла внутрь, с любопытством оглядываясь вокруг . Глаза жадно скользили по деталям, пытаясь запечатлеть каждый уголок этого нового пространства.
— Проходи же! — сказал Арсений, обнимая меня за талию и мягко направляя в сторону кухни. — Сперва тебя накормлю. Должно быть, ты изголодалась с дороги. А после отдохнешь. Сегодня был утомительный день.
Я проснулась от невесомого прикосновения губ. Поцелуй Арсения был робким, словно крыло бабочки, коснувшееся моего лица. Ответив на него, я открыла глаза и утонула во взгляде любимого человека.
— Прости, не хотел тебя будить, — прошептал он с виноватой улыбкой. — Ты казалась такой безмятежной во сне, что я не удержался.
Комната тонула в багряных сумерках заката, углы обволакивали призрачные тени. Необъяснимое предчувствие закралось в душу, словно впереди ждало нечто неизбежное.
Я закуталась плотнее в одеяло и прильнула к Арсению. Он обнял меня, притягивая к себе, словно желая защитить от невидимой опасности.
— Я тебя никуда не отпущу, никому не отдам, — хрипло прошептал он, обжигая кожу уха своим дыханием. — Ты моя. Только моя. И я сделаю все, чтобы так и было.
Но я не успела ответить, как настойчивая трель мелодии разорвала тишину. Звук доносился от телефона Арсения.
— Ну вот, как всегда не вовремя, — с досадой протянул он, отпуская меня. Потянувшись к прикроватному столику, он взял телефон и ответил на звонок.
Я наблюдала, как тень тревоги омрачила его лицо, пока он внимал словам собеседника. Внезапно сорвавшееся с губ крепкое ругательство, и телефон, отключившись, с глухим стуком полетел в стену. Надеюсь, он остался цел.
— Нужно отъехать, дела, — сухо обронил парень, поднимаясь с кровати. — Постараюсь как можно скорее вернуться.
Он спешно натягивал одежду, словно убегал от чего-то. И вдруг, не удержавшись, подошел, наклонился, заглянул в глаза. Взгляд, полный такой щемящей тоски, что в груди перехватило дыхание.
— Не хочу уходить. Ты кажешься мне мимолетным сном, — он присел на самый краешек кровати, — который развеется, и я снова не увижу тебя рядом. Но проклятые дела… они требуют моего присутствия.
Я приподнялась и коснулась щеки, ощущая колкость небритой кожи. Его губы нежно коснулись моей ладони.
— Я никуда не исчезну, — улыбнулась я, — и буду ждать тебя.
Он сжал мое плечо, притягивая ближе, и снова накрыл мои губы поцелуем. На этот раз — обжигающим, безумным до исступления. Дурманяще нежным, от которого кружилась голова и сердце готово было вырваться из груди. Со стоном оторвавшись от меня, он посмотрел затуманенным, полным тоски взглядом.
Наклонившись, поднял с пола свой телефон и, не говоря ни слова, вышел. Щелчок закрывающейся двери прозвучал как выстрел.
Я откинулась на подушку и, наверное, целую вечность смотрела в сереющий потолок. Сон не приходил. Стоило только вспомнить о том, что я решилась на интимные отношения с Арсением, как щеки вспыхивали нестерпимым жаром. И тут же начинала убеждать себя, что не совершила ничего дурного. Ведь мы любим друг друга. И плевать, что на это скажет Эдуард.
Скинув одеяло, я поднялась с кровати, словно лунатик, и побрела к выключателю у стены. Щелчок — и комнату пронзил безжалостный свет, заставив инстинктивно зажмуриться.
Взгляд скользнул по комнате в поисках одежды. Нашла ее на спинке кресла, где лежали мои футболка, свитер и любимые джинсы. Скинув с себя остатки сна, я торопливо натянула их и направилась на кухню.
Заварив крепкий кофе, вернулась в комнату и включила на телевизоре музыкальный канал. Устроившись поудобнее в кресле, забралась в него с ногами, словно кот на любимую лежанку.
Экран пестрел клипами, сменявшими друг друга в калейдоскопе красок и звуков, но безжалостная реклама то и дело вторгалась в эту иллюзию. Я неспешно потягивала остывающий кофе, ощущая горьковатый привкус и слабый аромат ванили.
Внезапный щелчок входной двери заставил меня вздрогнуть. Чуть не выронила чашку из рук. Не ожидала, что Арсений вернется так скоро.
С сияющей улыбкой, я направилась к нему, все еще держа в руках полупустую чашку. Сердце трепетало в предвкушении встречи, как будто мы долго не виделись.
— Не думала, что ты так скоро, — прошептала я, не в силах сдержать свою радость.
В этот миг, в прихожей возникла Ольга. Молча скинув пальто на вешалку, она повернулась, бережно придерживая округлившийся живот. Взгляд ее был холоден и неприступен.
— Вижу, Арсений времени зря не терял, — бросила она, словно ледяной кинжал, вонзившийся прямо в сердце. — Что ж, пойдем на кухню. Нам многое нужно обсудить.

Глава 3.

Милана.
Безмолвно, словно тень, я скользнула за Ольгой на кухню. Внутри клокотал ураган невысказанных слов, сжимала кулаки, от желания выплеснуть все, что я о ней думала. Но я была связана по рукам и ногам. Как бы ни кипела во мне злость, она – законная жена того, в ком я в который раз разочаровалась и кто в очередной раз разбил мне сердце. И маленький комочек жизни, что она носила под сердцем, совершенно не виноват в грязной игре взрослых. Никаких скандалов, никаких истерик – малейшее потрясение могло навредить ему.
— Как видишь, я снова здесь, с мужем. И не одна, – Ольга небрежно бросила сумку на стол и, открыв дверцу холодильника, достала пакет сока. – Чувствуй себя как дома, не стесняйся!
С чего она вдруг такая добренькая? Подозрительно…
— Давай просто поговорим, как цивилизованные люди, — произнесла она, присаживаясь на стул. Она улыбнулась, обведя взглядом свой округлившийся живот, где под сердцем билась новая жизнь и с любовью погладила его. – Моему ребенку нужен отец. — Да, это ребенок Арсения.
Сделав глоток сока, словно набираясь сил перед предстоящей битвой, Ольга произнесла ледяным тоном:
— Мне все равно. Будь хоть трижды его любовницей, мне плевать. Развода я не дам. Хотите даже, живите вместе, но свадьбы между вами не будет. Ни-ког-да.
Внутри все похолодело. Горький смешок застрял в горле. Какая уж тут свадьба, после того, как я увидела ее. Да ещё беременную.
Арсений стал чужим. Но совесть не позволит лишить ребенка отца, даже если сердце обливается кровью от любви к нему.
— Я не являюсь его любовницей, — прошептала я, пытаясь выдавить подобие улыбки, хотя внутри все кричало от боли. – И меня до конца жизни будет мучить совесть от мысли, что я разрушила семью и лишила вашего сына отца. Да, мы с Арсением надеялись дождаться вашего развода, но теперь… теперь это невозможно.
Я резко развернулась, спиной чувствуя, как догорает последняя нить, связывающая меня с этим местом, и вошла в комнату. За окном сгущались сумерки, окрашивая мир в тревожные оттенки серого. Щёлкнув выключателем, я принялась лихорадочно собирать вещи. Из сумки достала блокнот и ручку та быстро написала записку Арсению:
"Забудь меня навсегда. Наши мечты так и остались лишь мечтами."
Положив ее на туалетный столик у кровати, я вышла в прихожую. Там, прислонившись к стене, Ольга спокойно пила сок из пачки, будто ничего не происходило.
Сорвав с вешалки куртку, я принялась торопливо обуваться. Каждая секунда, проведенная в этой квартире, казалась пыткой. Мне нужно было бежать, как можно дальше, лишь бы не столкнуться с Арсением.
Лучше позвоню Олегу пусть встретит. Переночую в гостинице.
— Куда ты на ночь глядя? — в голосе Ольги прорезалась неожиданная, почти трепетная забота. — Я же не зверь, чтобы выгонять тебя в такую темень.
— Извини, но мне так будет лучше, — ответила я, уже нащупывая ручку двери.
— Постой! — окликнула она, и что-то заставило её метнуться на кухню.
Когда Ольга вернулась, в руках она держала свою сумочку. Заглянув внутрь, извлекла несколько купюр и протянула их мне.
— Возьми хоть на такси. Нельзя одной бродить по ночному городу, мало ли что…
— У меня здесь друзья неподалёку, — я отрицательно качнула головой. — Зайду к ним.
— Знаешь что… — Ольга выхватила телефон. — Давай я сама вызову тебе такси. Оно довезет тебя куда нужно, а ты позвони своим друзьям, пусть встретят. Так будет спокойнее.
Я тут же набрала номер Олега. После второго гудка в трубке раздался его голос, встревоженный, но в эту минуту такой родной.
— Да, Милан? Что-то случилось?
— Можно я сегодня с вами переночую? Я… потом всё объясню.
— Конечно, без проблем. Сейчас же вызову такси. Диктуй адрес.
Растерянно обернулась к Ольге:
— Какой здесь адрес?
— Улица Мирошниченко, дом два.
— Уже выезжаю, — прозвучало в трубке, и гудки оборвали связь.
Поблагодарив Ольгу за её участие, я вышла на улицу, с трудом сдерживая подступающие рыдания. В груди клокотала боль, но я старалась не дать волю чувствам. Лишь бы не встретиться с Арсением. Сейчас – ни в коем случае.
Вскоре у тротуара затормозило такси, и из него, как вихрь, выскочил Олег. Он крепко обнял меня, а затем, открыв заднюю дверцу, пригласил в машину. Устроившись рядом, Олег участливо спросил:
— Опять поссорились? Что на этот раз?
Не выдержав, я обхватила его шею руками и разрыдалась, словно прорвало плотину. Горячие слезы жгли щеки, а слова застревали в горле, не желая вырываться наружу.
Все комнаты в гостинице оказались заняты и мне пришлось смириться с тем, что придётся ночевать в комнате парней.
Игнат был грустный и мне было ужасно его жаль. Как бы не хотелось его успокоить, но не находила необходимых слов. Мне сейчас было не легче. В душе был раздрай, обида и боль. Хотелось побыть в одиночестве и просто дать выход слезам. Но присутствие парней не позволяло показать свою слабость. Поэтому я лишь молча его обняла.
— Так что между вами снова произошло? — кажется моя ситуация отвлекла Игната от грустных мыслей.
— Ольга вернулась. — на глазах показались слезы. Отвернулась в сторону, чтобы незаметно их смахнуть. — Как ни странно она повела себя довольно миролюбиво. Даже не скандалила. Просто заявила, что развода не даст.
— Как будто Арсений её будет спрашивать. — резко высказался Олег на защиту соперника, что было довольно странно.
— Она беременная. — в горле появился комок. — И чем больше я думаю о случившемся сегодня, тем больше понимаю, что нам с ним ничего не светит.
Комиссар присвистнул и переглянулся с Олегом.
— Это проблема. — сказал он. — Тем не менее у меня такое чувство, что ребёнок не может быть Арсения.
— С чего ты так решил? - удивилась его словам.
— Есть некоторые соображения. — он не стал развивать дальше эту тему.
Олег тем временем расстелил одну из кроватей.
— Сегодня мы с Игнатом будем спать на одной кровати. Вторую уступим тебе.
— Да ладно тебе. — стало неудобно, что я к ним заявилась. — Вы же просто не поспите нормально на этой узенькой кровати. Тем более, мы с тобой как брат и сестра. Можешь ложиться рядом со мной. Вдвоём нам не будет тесно. Тем более, я заняла твоё место.
В глазах Олега появилось хищное выражение, но тут же пропало. Очевидно до него дошли мои слова о брате.
Раздался стук в двери. Сердце тревожно забилось от испуга. Кто это может быть?
Игнат не долго думая пошёл и открыл неизвестному гостю. Чуть посторонился и пропустил Арсения.
Минуту я смотрела на него. Не верилось, что он таки приехал. Хотелось броситься ему навстречу, но я подавила этот порыв. Я больше не имею права быть рядом с ним. У него есть жена, которая к тому же носит его ребёнка.
— Почему ты меня не дождалась? — спокойно спросил Арсений. — А то оставила записку и уехала.
— Извини, не хочу быть третьей лишней. Тем более теперь, когда в твоей жизни произошли такие кардинальные перемены.
— Но я добьюсь развода любым путем. — видела в его глазах неприкрытую боль. Но обида на него жгла изнутри, словно раскаленная игла, поэтому лишь отвернулась в сторону, лишь бы не встречаться с ним взглядом.
Мне было больно. От того, что я поддалась своим эмоциям, снова поверила и осталась с разбитым сердцем.
— Помнишь наш разговор, когда я говорила, что если второй раз получится такая же ситуация, то я не вернусь? Извини, мне надоело.
Я устала от этой неопределённости. Устала ошибаться. И я не хочу, чтобы твой ребёнок рос без отца.
Я не смогу быть с тобой, зная, что разрушила вашу семью и оставила ребёнка сиротой. Снова угрозы Эдуарда. Ты не знаешь, через что мне пришлось пройти, пока ты был в клинике, после того, как твоя жена поила тебя той дрянью. — по щекам покатились предательские слезы. Но боль была невыносимой и мне просто стало трудно сдерживать их в себе. — А когда я приехала, чтобы поговорить с тобой, ты меня просто не узнал и начал звать Ольгу. Да, мои чуства к тебе очень сильные, но увы в моей душе сейчас слишком много боли.
— Послушай. — заговорил парень. — Я виноват. Я пытался добиться этого гребаного развода, но адвокаты все время тянули. И понял только теперь, что это было дело рук Эдуарда. Он нашёл Ольгу и заставил её вернуться. Но мне нужно совсем немного времени...
— Сколько? — повернулась и в упор посмотрела на него. — А все это время будем жить большой шведской семьей: ты, я и Ольга. Прости, я не могу быть с тобой.
Сняла с руки его кольцо. Подошла к нему и взяв его руку, положила ему в ладонь.
— Приедешь в общежитие и я верну тебе твой подарок. Я не могу принять дорогой автомобиль.
— Он твой. И я не возьму его обратно. — безэмоциально ответил парень. — Пусть он будет напоминанием о моей любви.
С этими словами он развернулся и пошёл на выход. На пороге обернулся и посмотрел на меня с такой любовью, что защемило сердце. Не выдержав, снова отвернулась в сторону. Надеюсь со временем, мне станет легче. Главное сейчас перетерпеть ту боль, которая сжигает изнутри.
Согласившись с моим мнением о том, что им с Игнатом будет некомфортно, Олег взял дополнительное одеяло и устроился спать рядом.
Я пыталась заснуть, но все было тщетно. Воспоминания о произошедшем не покидали меня. Почему, как только возникает ощущение, что наши отношения с Арсением начинают улучшаться, непременно возникает препятствие, мешающее нашему счастью?
Предательская слеза проскользнула по щеке, за ней последовала другая. Как я ни старалась сдержать их, слезы все равно хлынули потоком. Я уткнулась лицом в подушку, но рыдания сотрясали мое тело.
– Эй, что случилось? – оказалось, что Олег тоже не спит. Его рука обняла меня за плечи, и он повернул меня лицом к себе. – Твои слезы причиняют мне боль. Хочешь, я пойду к нему и подправлю его красивое личико? Я готов на все, лишь бы ты перестала плакать и снова начала улыбаться.
– Не нужно ни с кем драться, – проговорила я, вытирая слезы.
Отблеск уличного фонаря проникал в комнату, отчетливо высвечивая боль на его лице. Во мне проснулось сочувствие к нему. Он испытывает ко мне чувства, но я не могу ответить взаимностью, потому что мои мысли целиком поглощены тем, кого Ольга хитростью заставила жениться на себе. Теперь у них будет малыш, и нам не суждено быть вместе. Я никогда не смогу простить себя, если Арсений оставит своего ребенка ради меня.
– Мне всегда хотелось иметь такого старшего брата, – с благодарностью обняла я его за шею. – Спасибо тебе за твою постоянную поддержку.
– Спи уже, – в его голосе послышалась печаль. – Завтра утром нам нужно рано встать, чтобы успеть на обратный автобус. Мы ведь отпросились всего на пару дней. Завтра нас снова ждет учеба.
Он прижал меня к себе, и в его объятиях было так спокойно, что через несколько минут я заснула.

Глава 4.

Арсений.
В салоне автомобиля Эдуард раздраженно отбивал ритм пальцами по подлокотнику.
– Где же Рустам? Задерживается уже на полчаса. Не будь эта сделка так важна, я бы давно уехал. Но приходится ждать. Знал бы я, что с лицеем ничего не получится, никогда бы не связался.
Внезапный звонок заставил его поспешно схватить телефон.
– Да, Рустам, слушаю. Отлично, подъезжай, я тоже выезжаю. Встретимся около офиса.
Завершив разговор, он отдал распоряжение водителю:
– К офису.
Арсений, попыхивая сигаретой, смотрел в распахнутое окно, и комнату наполнял сладковатый запах вишни. Зачем только Эдуард выдернул его из домашнего уюта? Сейчас бы обнимал Милану, не заботясь о проблемах компании.
У него самого уже давно зрела мысль бросить все дела. Тем более, Эдуард и сам отлично со всем справляется. Пусть оставит его в покое. Надо будет сказать матери, что он уходит из бизнеса и начинает жить для себя.
Дверь тихонько заскрипела, и послышался голос Эдуарда:
– Наконец-то мы выведем компанию из кризиса. Ты не представляешь, кто станет нашим партнером.
– Очень рад за тебя, – отозвался Арсений, не удосужившись даже повернуться.
– В любом случае, я хочу вас познакомить, – невозмутимо произнес Эдуард и представил вошедшего. – Это наш деловой партнер – Аалто Рустам Оганезович. И к тому же, скоро станет членом нашей семьи.
— Весьма любопытно. — Арсений затушил до конца сигарету в хрустальной пепельнице, которую держал в руке. — Как именно он приходится нам родней?
— Самым тривиальным образом. — Эдуард с нетерпением ждал, как Арсений отреагирует на новость. — Мы договорились, и теперь твоя Милана обязана, — он выделил имя девушки интонацией, — стать женой его сына.
Арсений был настолько поражен услышанным, что пепельница выпала из его рук. Зола вместе с окурками рассыпалась по полу.
— Да что ты за отец такой, — возмутился Арсений, обращаясь к Эдуарду. — Использовать дочь в своих целях, игнорируя ее чувства?
— Полегче, парень. — Эдуард явно наслаждался моментом. — Тебе бы сейчас о Милане думать в последнюю очередь, лучше займись своей супругой.
— Ольга пропала без вести. — Арсений выдавил слова сквозь стиснутые зубы. — И тебе известно, что я добиваюсь расторжения брака.
— Боюсь, тебя ждет весьма неприятный сюрприз. — Эдуард переставил пепельницу с журнального столика на окно. — Она сегодня вернулась и ожидает встречи с тобой в вашей общей квартире.
Мысль о Милане молнией пронзила голову Арсения. Он резко поднялся с места на подоконнике и нечаянно задел несчастную пепельницу, которая, сорвавшись, вдребезги разбилась, издав печальный звук. Главное — успеть предотвратить возможные действия Ольги против его возлюбленной.
Провожая его взглядом, Эдуард лишь покачал головой. Ничего, очень скоро он осознает, что у него нет иного пути, кроме как принять сложившееся положение вещей.
Арсений, не обращая внимания на риск быть остановленным, мчался по городу с невероятной скоростью. Единственное, что имело значение – предотвратить надвигающуюся ссору между Ольгой и Миланой.
После беседы с Эдуардом, Арсения переполняла жгучая ненависть. Почему Эдуард так враждебно настроен к Милане? Если ему так нужна эта компания, пусть забирает. Лишь бы оставил его в покое и не вмешивался в его судьбу.
Возвращение Ольги явно не предвещало ничего хорошего. Намеки о готовящемся "сюрпризе" не вызывали восторга. Очевидно, стоило ожидать очередной пакости.
Резко повернув руль, Арсений на полной скорости вошел в поворот, шины взвизгнули от напряжения. Заглушив двигатель у дома, он стремительно выскочил из машины и побежал в квартиру. Он спешил, желая любой ценой защитить Милану, ведь от Ольги можно ожидать чего угодно.
Дверь была открыта. Тишина вызывала тревогу. Если эта коварная женщина причинила вред его любимой, она жестоко поплатится.
Арсений переступил порог квартиры. Из кухни появилась Ольга, и увиденное повергло парня в оцепенение. Он совершенно не ожидал увидеть её беременной. Очевидно, именно об этом сюрпризе намекал Эдуард.
Как Арсений ни старался воскресить в памяти интимные моменты с Ольгой, усилия были тщетны. Вероятно, это следствие не до конца восстановившейся памяти после воздействия препарата, которым его отравила Ольга. Некоторые фрагменты прошлого до сих пор оставались в тумане.
— Здравствуй, дорогой! — нежным голосом проговорила его, так называемая, супруга. Она двинулась к нему, пытаясь коснуться губами.
Арсений скривился и уклонился от поцелуя. Она представлялась ему опасной гадюкой, даже несмотря на её привлекательность.
— Где Милана? — спросил он, заходя в комнату. В доме стояла безмолвная пустота.
Девушку не удавалось найти, и молодого человека охватила тревога. Куда же она пропала?
— А её здесь нет, — протянула Ольга, облокотившись на стену и с интересом следя за его беспокойством. В руке она держала упаковку сока, из которой периодически отпивала.
Арсений, обуреваемый яростью, стремительно приблизился к Ольге. Улыбка исчезла с её лица, как только она заметила его гневное выражение лица.
— Что ты натворила, гадина? — прорычал парень, давая волю накопившейся злобе.
Ему страстно хотелось задушить эту мерзкую особу, но её положение удержало его от гнева. Потому он замер, прожигая её гневным взглядом.
— Я абсолютно ничего ей плохого не сделала, — пролепетала девушка дрожащим голосом. — У нас была лишь приятная беседа, после чего она уехала, кажется, к каким-то своим приятелям. Я предлагала ей переночевать, ведь уже поздно, но она отказалась. Ах да, она оставила тебе послание на туалетном столике.
Арсений моментально повернулся и направился к столу. Схватив записку, он пробежал её глазами, после чего в ярости скомкал и швырнул в угол комнаты.
— Слушай, — сказал он Ольге тоном, не терпящим возражений. — Если это действительно мой ребёнок, я готов взять на себя ответственность. Но взамен я настаиваю на разводе. Отцовские обязанности я выполню в любом случае. Хотя, конечно, нужно ещё удостовериться, что это мой ребёнок. Квартира остаётся за тобой.
Ольга угрюмо смотрела на Арсения. Такой развязки она не предвидела. Если план сорвется, Эдуард будет в ярости, а его гнева она боялась больше всего на свете.
В течение всего этого времени она пряталась, стараясь избежать его, но уйти от такого опасного типа крайне сложно. Несмотря на все её усилия, он всё же сумел её выследить. Если она согласится на расторжение брака, это решение обернётся для неё не самыми приятными последствиями.
— Разве не видно, что я жду ребёнка? — проговорила она, изобразив улыбку. — Любой юрист поддержит меня. Развод будет возможен только после рождения малыша. А до этого тебе придётся набраться терпения. Всего-то три месяца.
Прости, но я вернулась сюда не просто так. Ты мой супруг, и я не намерена уступать кому бы то ни было. — с гордо поднятой головой она посмотрела на Арсения с торжествующим видом. — И не забывай, что меня поддерживает Эдуард. Ты же не хочешь, чтобы с твоей любимой Миланой что-то случилось?
Молодой человек замер. Ярость, отразившаяся в его взгляде, обращённом на Ольгу, заставила её почувствовать себя неуютно. Однако она твёрдо решила стоять на своём.
— Так что тебе стоит умерить свой пыл и принять всё как есть, — произнесла она, направляясь обратно в кухню.
Арсений, ничего не сказав, покинул квартиру. Оказавшись в машине, он зажёг сигарету. Ему необходимо разыскать Милану и объясниться с ней. Возможно, исправить содеянное ему не под силу.
Но как минимум, он должен поговорить. Заслужить её прощение. Оставить всё в таком виде он не в состоянии. Эта девушка глубоко запала ему в душу, и расставание с ней равносильно потере части самого себя. К тому же, рядом с ней этот Олег. Отпустить её – значит, отдать шанс конкуренту. А этого он не допустит.
И несмотря на слова Ольги, он найдет первоклассного юриста. Чего бы это ни стоило, он добьётся расторжения брака. Лишь бы Милана смогла его понять.
После безуспешной попытки пообщаться с Миланой, Арсений решил поговорить с матерью. Ему необходимо было срочно обсудить сложившуюся ситуацию. Он питал надежду, что мать сможет повлиять на Эдуарда, чтобы тот оставил их с Миланой в покое. После этого он планировал получить развод и уехать с Миланой как можно дальше от всего этого кошмара.
Подъехав к дому, Арсений заметил машину отчима. Он понимал, что разговор будет непростым, но был полон решимости настоять на своем.
Войдя в дом, Арсений почувствовал аппетитный запах свежей выпечки, и у него проснулся аппетит.
Сгорая от нетерпения, он вошел в гостиную и увидел мать с печальным взглядом. Там же находился Эдуард, а чуть поодаль, в кресле, сидела Ольга и пила сок. На ее щеках виднелись следы слез.
Его нисколько не удивило случившееся. Это было вполне предсказуемо. Ольга всегда умела изображать невинную жертву, когда ей это было выгодно. Очевидно, именно это и произошло в данной ситуации. Однако Арсений был полон решимости отстаивать свою позицию до конца.
– А, ты уже здесь, – обратился он к Ольге. – Не придумала ничего лучше, чем приехать к моей матери с жалобами на свою тяжкую судьбу.
– Арсений, – строго сказала мать. – Зачем ты так? Ты же видишь, что Ольге сейчас непросто.
– Это ей непросто? – возмутился Арсений. – Значит, ты готова простить ей то, что она меня отравила непонятно чем? И теперь ты решила ее поддерживать?
– У нее будет ребенок, – спокойно и примирительно попыталась объяснить мать. – Твой ребенок. Дочь или сын.
– Ты так уверена в этом? – саркастически спросил Арсений.
Ольга тут же заплакала, и слезы снова потекли из ее глаз.
– Всё, хватит, – Эдуард поднялся со своего места. – Развода не будет, и это не обсуждается. Более того, Милана выйдет замуж. По договору.
– Я решил отказаться от фирмы, – тут же заявил Арсений. – Делайте что хотите, но без моего участия. Я планирую продать свой пакет акций и уехать.
– Нет, – властно воскликнула Елена Владимировна. – Я не позволю тебе все бросить. Фирма на грани разорения, и только эта сделка может спасти ее. И я не допущу, чтобы из-за какой-то девчонки, мой внук или внучка остались без отца. Поэтому ты обязан поступиться своими интересами ради семьи.
– Как ты можешь так говорить? – изумился Арсений. – Ты же сама говорила, что не имеешь ничего против Миланы.
– Я больше не хочу слышать ее имя в этом доме. И знай, если ты заставишь Ольгу нервничать, и что-то случится с ребенком, ты даже не представляешь, что тебя ждет.
Арсений бросил гневный взгляд на Ольгу. Та не скрывала торжествующей улыбки, но тут же повернулась в сторону, делая вид, что ей все равно.
Арсений почувствовал, как внутри него закипает ярость. Он всегда старался быть справедливым, честным, но сейчас казалось, что весь мир сговорился против него. Его предали самые близкие люди, а он оказался в ловушке, из которой, казалось, не было выхода.
– Значит, вот как? – процедил Арсений сквозь зубы. – Мое мнение больше ничего не значит? Моя жизнь – это всего лишь разменная монета в ваших руках?
Он обвел взглядом присутствующих, ища хоть каплю сочувствия, понимания. Но в глазах матери он видел лишь твердую решимость, в глазах Эдуарда – холодную расчетливость, а в глазах Ольги – лицемерное торжество. А теперь ещё и Милана обреченная на брак без любви ради спасения семейного бизнеса.
– Хорошо, – наконец произнес Арсений, стараясь сохранить самообладание. – Вы хотите, чтобы я остался и поступился своими интересами ради семьи? Вы этого добьетесь. Но с этого момента я перестану быть тем Арсением, которого вы знали. Я стану частью вашей игры, но играть буду по своим правилам. И не надейтесь, что я хоть когда-нибудь прощу вам это предательство.
Он резко развернулся и вышел из комнаты, оставив позади ошеломленных родственников. В голове зрели планы, как перехитрить каждого из них. Он докажет, что его нельзя сломить и использовать. На кону стояла его свобода и его будущее.

Глава 5.

Лера.
Девушка шла по длинному коридору лицея направляясь к деревянной двери с надписью "Директор" в самом конце. Остановившись перед ней, она постучала.
– Войди, Лера! – прозвучал ответ изнутри.
Девушка с улыбкой шагнула в кабинет. У окна располагался стол, за которым находился Максим. В помещении также стояли два кресла, а пол украшал мягкий красный ковер. В углу виднелся небольшой шкаф, а на подоконнике стояли горшки с комнатными растениями.
В одном из кресел расположилась эффектная брюнетка, чей облик, скорее, заслуживал определения "роскошная". Безупречная укладка, розовая блузка с короткими рукавами, юбка бежевого оттенка и золотистые туфли на шпильке подчеркивали ее стиль.
– Дорогая, – произнесла брюнетка с пренебрежительным взглядом в сторону Леры, – у нас тут вообще-то беседа. Зайдите позже!
Лера в замешательстве посмотрела на Максима.
– Лера, подойди, пожалуйста! – ровным тоном попросил Максим. – И присядь рядом!
Он поднялся со своего места и направился к Лере.
– Наша беседа с тобой, Виктория, завершена. – отрезал он, обращаясь к брюнетке.
Лера пыталась разгадать по непроницаемому лицу возлюбленного, что происходит. Но его лицо оставалось абсолютно нечитаемым.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать?! — воскликнула темноволосая женщина, резко вскакивая на ноги. — Ведь я твоя жена! И приехала ради шанса начать сначала, переступив через свою гордость.
— Сейчас ты уже моя бывшая супруга. И возобновлять отношения с тобой я не намерен, — отрезал директор. Он подошел к ошеломленной Лере, взял ее под руку и усадил во второе кресло.
— Нашел замену помоложе? Не обольщайся, ты ей скоро наскучишь.
— Ты мне больше не нужна. То, что тебя бросили, не значит, что я захочу вернуть такую жену, как ты. У меня другая жизнь, прими это и перестань давить на жалость! Ищи себе другого. Выход там. И я надеюсь, что наше общение окончено. — с этими словами он ободряюще обнял Леру за плечи.
— Ну, ты еще пожалеешь, — с вызовом произнесла Виктория, не отрывая взгляда.
— Нет, моя ошибка была в том, что я вообще на тебе женился, — выпалил он в ответ.
Виктория, высоко подняв голову, направилась к выходу. Сняв с вешалки своё пальто, она обернулась и бросила на Максима взгляд, полный презрения.
— И не думай возвращаться.
— И в мыслях не было, — отрезал Максим.
Брюнетка фыркнула и вышла за дверь.
— Это твоя экс-супруга? — робко спросила Лера.
— Да, передумала и захотела возобновить отношения. Но она мне больше не интересна, — Максим нежно взял руки Леры в свои. — У меня есть ты. И я вижу своё будущее лишь рядом с тобой.
***
Виктория шагала коридору уверенной походкой. Ярость клокотала в ней, побуждая к ужасному – расправиться с дерзкой особой, которую ее бывший супруг предпочёл ей. Она готова была голыми руками лишить жизни эту выскочку.
Теперь она сожалела о своем выборе в пользу Антона, который оказался далек от идеала, каким представлялся изначально. Бесконечные ссоры из-за пустяков. И все из-за ее сети салонов красоты, куда утекали колоссальные суммы.
И вот, однажды, он просто оставил ее, собрал вещи и исчез. Предварительно уведомив о своем намерении развестись.
В этот момент в памяти всплыл Максим. Он всегда был уступчивым и покорным, беспрекословно следовал ее желаниям и не скупился ни на что ради нее.
Виктория смахнула набежавшую слезу и, собравшись с духом, вышла на улицу, стараясь совладать с собой. Злость – плохой союзник, необходимо обдумать каждый шаг, прежде чем дать ей выход.
Рядом прошли двое студентов.
Брюнетка что-то оживленно говорила своему светловолосому спутнику, а тот, усмехаясь, смотрел в сторону.
Не удостоив их вниманием, Виктория достала из своей сумочки изящные сигареты и зажигалку.
— Ты думаешь, это хоть как-то поможет вернуть Леру? — донесся до нее голос парня.
Сигарета выскользнула из пальцев Виктории, когда она услышала это ненавистное имя. Неужели они говорят о ней?
— Эй, постойте! — обратилась она к студентам.
Вика резко остановилась и взяла Юру под руку. Он обернулся, глядя на незнакомку, которой они внезапно понадобились.
— Простите, — произнесла Виктория с неподдельной улыбкой. — Просто услышала ваш разговор о некоей Лере. Не та ли это девушка, что встречается с директором здешнего лицея?
Вика внимательно оглядела незнакомку. Сразу бросалось в глаза ее материальное благополучие. Ухоженная, с шикарной укладкой и безупречным маникюром. На ней была дорогая одежда известных марок, которую она видела только на страницах глянцевых журналов. Любопытно, что вдруг пробудило ее интерес к этой Лере.
Вполне возможно, что Лерка как-то насолила этой даме, и теперь она горит желанием свести с ней счеты. Если это так, то как не воспользоваться таким шансом. Тем более, что Лера и ее подруга вызывают у нее сильное раздражение. Кто бы мог подумать, что невзрачная тихоня, какой она была в школе, станет настолько востребованной. Возможно, представился шанс приструнить их обеих.
Виктория сохраняла выдержку, наблюдая за сменой выражений на лице девушки. От первоначального любопытства до открытой ярости, которую она совсем недавно ощущала сама. Неужели ей улыбнулась удача, и она нашла единомышленников, готовых помочь ей вернуть супруга и избавиться от этой девчонки?
— Меня зовут Виктория, — произнесла она, обращаясь к студентам. — Я жена вашего ректора.
Вику охватил восторг и она не сдержала улыбки. Как же приятно будет увидеть Леру сломленной, а потом, возможно, обнаружится компромат и на Милану.
— Я была уверена, что эта Лера лишь изображает невинность. Меня тоже зовут Вика, а это Юра, – представила она своего товарища. — Он её бывший парень, которого она бросила, ради романа с вашим мужем.
Еле заметная слезинка скатилась по щеке Виктории.
— Вы не можете себе даже представить, какое это мучение — осознавать, что из-за юной студентки рухнул мой брак. Он оставил меня и сына ради нее. И если вы оба окажете мне содействие в его возвращении, я щедро вас отблагодарю.
Юрий внимательно изучал Викторию. Что-то в ней вызывало отторжение. Казалось, она изо всех сил старалась казаться искренней, но ощущалась фальшь.
— Ты ведь горишь желанием вернуть свою Лерусю? — прошептала ему на ухо Вика. — Поэтому нам необходимо объединить усилия.
— Безусловно, — заверил юноша. — Я готов на любые жертвы, лишь бы она снова была рядом.
Виктория выдержала паузу, изучая реакцию Юрия. В ее глазах мелькнула тень триумфа, сменившаяся подобием сочувствия. Она словно видела его насквозь, понимала его отчаяние и умело играла на его чувствах.
— Тогда у нас есть план, — произнесла она, понизив голос. — Лера должна увидеть что ей ничего не светит… и понять, к кому ей стоит вернуться.
***
Собираясь на занятия, Лера чувствовала себя покинутой без близкой подруги, отбывшей на траурную церемонию. Сестры-близнецы, как обычно, ушли очень рано, и Анжела тоже куда-то убежала.
Не спеша, девушка сложила необходимые учебные материалы в сумку, взяла ключи и направилась к выходу. Дверь резко отворилась, и Лера, испугавшись, отступила.
— Не думала, что вы явитесь, — процедила она незваным посетителям. — Что вам здесь нужно?
Вика вошла в комнату, грубо задев Леру, и тут же, словно хозяйка, уселась на кровать Миланы. Она взяла одну из ее тетрадей и начала небрежно ее просматривать. Юра остался стоять в дверях, прислонившись плечом к косяку.
Не выдержав наглости и хамства Вики, Лера подошла к ней и выхватила тетрадь.
— Неужели решила почитать чужие записи? До чего же ты докатилась. Вместо того чтобы внимать преподавателям, ты строишь свои козни, как паук плетет паутину. Зачем пожаловали?
С презрительной ухмылкой Вика скользнула взглядом по Лере, затем по Юре, и произнесла:
— Я здесь, чтобы пообщаться. Но не беспокойся, наша беседа не займет много времени, и ты успеешь на занятия.
— И что же ты на этот раз выдумала? — с подозрением спросила Лера.
— Просто решила предостеречь. Супруга Максима Леонидовича не так наивна, как кажется. И если она поставила цель вернуть мужа, то ничто ее не остановит. — самодовольно произнесла Вика, приблизившись к Лере. — И мне будет приятно наблюдать за твоими страданиями из-за разбитого сердца.
С этими словами она резко покинула комнату, оставив Леру в задумчивости. Лера, проводив ее взглядом, встретилась глазами с Юрой.
— Что ты всё ещё тут делаешь? Почему не спешишь за своей подругой? — съязвила Лера. — Неужели бросишь её одну? Ей же будет очень плохо без тебя!
После ядовитых слов этой змеи на сердце стало мерзко, но девушка решила скрыть это и выместить злость на парне, который давно нарывался.
— Я пришел к тебе, — произнес он, приближаясь к ней. — Я осознаю, что вел себя с тобой неправильно, и прошу прощения за всё, что произошло в прошлом. — заметив замешательство в глазах Леры, он взял её руку в свою. — Давай попробуем возобновить наши отношения, как будто ничего не случилось.
Глаза девушки опасно прищурились. Юра понимал, что такой взгляд не предвещает ничего хорошего, но он уверенно смотрел в лицо той, которую надеялся вернуть.
Не произнеся ни слова, Лера подхватила свою сумку. На лице заиграла многообещающая улыбка. Холодок пробежал по позвоночнику юноши, но он с замиранием сердца ждал её согласия.
— Неужели ты думаешь, что после всего, что произошло, я должна тебя простить? — с притворной лаской в голосе проговорила она, осторожно приближаясь.
В этот момент она казалась ему пантерой, подкрадывающейся к жертве. От ледяного тона её слов парню стало жутко. Но он продолжал неподвижно стоять.
— Ты был моим первым. И я, как глупышка, считала тебя чуть ли не идеалом. А что ты сделал? Очаровал наивную девчонку, а сам бегал на свидания с Викой. Думал, я не узнаю? — произнеся это, Лера резко взмахнула рукой и огрела его сумкой по голове. — Катись к своей Вике и забудь о том, что такая гадина, как ты, может меня заинтересовать.
Удары продолжали обрушиваться на Юру, и он, защищаясь руками, пятился к выходу. Он надеялся, что разъярённая Лера, о которой он постоянно думал, со временем пересмотрит свое решение, однако, похоже, его ожидания так и не оправдаются.
Как обычно, он упустил из виду высокий порог в девичьей комнате, и споткнувшись, рухнул в коридор. Лера, перешагнув через распростертого на полу парня, безмятежно заперла дверь и двинулась дальше.
– Ты еще приползешь ко мне умолять о прощении, – донеслось ему в спину. – Твой возлюбленный вернется к своей законной супруге, и ты прибежишь ко мне, обливаясь слезами отчаяния. Но я великодушен и приму тебя обратно. И даже не вспомню твои обидные слова, сказанные сгоряча. Ведь это всего лишь проявление обиды. Ты злишься на меня, и этот директор – лишь способ досадить мне.
Лера слышала каждое слово парня, эхом разносившееся по коридору. Ей отчаянно хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать ничего, но Лера, гордо вскинув голову, решила игнорировать колкие слова молодого человека.

Глава 6.

Лера.
Ключи девушка оставила на вахте. Вышла на улицу и вдохнула глоток свежего воздуха. День выдался по-октябрьски зябким. В воздухе кружились легкие снежинки, знаменуя приближение зимы.
Подняв лицо к небу, девушка на мгновение замерла, стараясь собраться с мыслями. Важно было отпустить переживания и не позволить случившемуся сломить ее.
Постояв так с минуту, Лера глубоко вздохнула и уверенно двинулась в сторону учебного здания. Ее губы тронула улыбка. Вокруг не было никого из студентов, очевидно, все уже были на занятиях.
У самого поворота затормозила ярко-красная машина. Необъяснимое беспокойство кольнуло в груди девушки.
Смутное предчувствие недоброго омрачило ее настроение.
В этот момент из дверей лицея показался Максим. Его растерянность читалась во всём облике. Он направился к остановившемуся автомобилю, не обращая внимания на окружающих.
Лера замерла на месте. Возможно, это связано с учебой и все не так, как представляется. Однако тут же она зажала рот рукой, подавляя крик. Сердце бешено колотилось, словно стремясь вырваться наружу от терзавшей ее боли.
Из машины вышла Виктория, сияющая от радости. Она придержала дверь, и следом показался ребенок.
Максим приблизился к ним. Некоторое время он молча наблюдал за происходящим. Затем он сделал шаг вперед.
— Папа! — радостно воскликнул мальчик и побежал навстречу мужчине.
Не устояв на ногах, Лера опустилась на асфальт. Горькие слезы хлынули из глаз. Неужели ее мечты снова рухнули?
— Тихо, я здесь. — чьи-то руки бережно обхватили ее плечи и помогли подняться. — Я не позволю тебя обидеть, родная!
Ослепленная слезами, Лера прижалась к плечу того, который ее поддерживал, и дала волю отчаянию. Она рыдала, обливая чужую куртку слезами, не обращая внимания на взгляды окружающих.
Наконец обретя самообладание, Лера вырвалась из объятий. Они были на удивление сильными и дарили чувство защищенности, но настойчивые руки сжимали её подобно тискам.
Подняв взгляд, она столкнулась с пристальным взглядом Юрия. На его спокойном лице играла светлая улыбка. Изумрудные глаза смотрели на Леру, как на долгожданный трофей, оказавшийся в его власти.
Девушка резко отступила.
— Не смей ко мне прикасаться! — проговорила она сквозь зубы. В этот момент она испытывала гнев на себя за проявленную минутную слабость.
Она отметила, как юноша сморщил лоб, выражая своё неудовольствие. Окинув взглядом пространство в надежде увидеть Максима, она заметила лишь алый автомобиль, возвышавшийся на фоне двухэтажного строения учебного корпуса.
Увиденное порождало множество вопросов и заставляло теряться в догадках. Вне зависимости от обстоятельств, разговор с Максом был необходим.
Собравшись направиться на занятия, она была остановлена резким захватом руки Юры чуть выше локтя.
— Неужели до тебя так и не дошло? — в его тоне звучала неприкрытая злость. — Его прошлая любовь явилась с ребенком. И, полагаю, тебе очевидно, что в сложившейся ситуации кто-то здесь явно третий лишний.
Раздраженно отбросив его руку, Лера бросила на него полный презрения взгляд. Она заметила легкое замешательство на лице Юры.
— Лишний здесь именно ты, — отрезала она. — Уверена, мы с Максимом сумеем разобраться сами, без твоей помощи.
Звонок о завершении первого урока первой пары прозвучал неожиданно и тут же появились студенты. Показалась и Вика, не скрывавшая своего ликования, явно уже зная о случившемся. Рядом с ней шагала Марина, углубленная в конспект, который она читала на ходу.
Подруги приблизились к ним. Лера лишь тяжело вздохнула, не испытывая ни малейшего желания вступать в выяснения отношений.
В этот момент в дверях появился Максим, держа за руку маленького мальчика. Следом за ними возникла его бывшая супруга. Виктория бросила на Леру испепеляющий взгляд, а затем перевела его на Вику. Губы её тронула самодовольная ухмылка.
Директор заметил стоящую Леру. Он ощущал груз вины и понимал, что обязан разрешить возникшую проблему. Появление Виктории стало полной неожиданностью, а известие о существовании сына буквально выбило почву из-под ног.
Мыслей о возобновлении отношений с Викторией не было и в помине. К ней он не испытывал абсолютно никаких чувств. Его будущее связано только с Лерой.
Вдруг Вика внезапно толкнула ничего не подозревавшую Марину. Не ожидая такого, та потеряла равновесие и, задев Леру, толкнула её прямо на Юру. Не теряя ни секунды, он подхватил девушку и, крепко прижав к себе, страстно поцеловал её.
Максим застыл в изумлении. Неужели это его Лера? Но как объяснить этот поцелуй с другим парнем?
Виктория незаметно подмигнула Вике и, взяв Максима под руку, повела его в сторону своей машины.
— Я же говорила, что эта особа крайне легкомысленна и не заслуживает доверия, — произнесла она, не скрывая ликования.
Милана.
С самого утра ребята старались поднять мне настроение разговорами. Хоть Игнату и было непросто, он никак не давал этому волю.
Погода неожиданно оказалась ясной, и это немного меня взбодрило.
В лицей мы прибыли, когда уже смеркалось.
Попрощавшись с ребятами, я поспешила в свою комнату. Мне отчаянно хотелось поболтать с Леркой. Подруга всегда умела найти нужные слова поддержки.
Войдя в комнату, я увидела мрачную Леру, устроившуюся с ногами на кровати. Она делала вид, что читает конспект, но ее пальцы лишь беспокойно перелистывали страницы. Анжела, бросив на меня беглый взгляд, лишь махнула рукой в знак приветствия и тут же выпорхнула за дверь, намурлыкивая что-то веселое.
Что же могло произойти? Почему Лерка вся на нервах?
— Я пришла, — сказала я, подойдя к ней ближе. — Выкладывай, я же вижу, что что-то случилось!
Лера подняла на меня глаза, и я увидела в них застывшие слезы. Я просто остолбенела. Лера и плачет?
– У Максима объявился ребенок, – прорыдала она. – Его бывшая обьявилась.
– У меня аналогичная история, – присаживаясь к ней, ответила я. – Ольга ждет от него ребенка, а я, как назло, перед этим с ним переспала.
– Ну и влипли же мы! – подтвердила подруга, и нас обеих прорвало на слезы.
– Послушай, – я попыталась взять себя в руки. Резко поднявшись, пошла к своему столу. Открыв ящик, достала ключи от машины. – Может, ну их, этих парней? Давай просто уедем и напьемся вдвоем. Только мы и больше никого.
– Отличная идея! – Лера отложила свою злополучную тетрадь. – Я только за. И никаких нарядных одежд, только джинсы. Мы вольные и независимые, – в её голосе звучала обида.
Взяв её за руку, я вышла из комнаты в коридор.
Вытащив ключ, я собиралась было запереть дверь, но из-за угла возникли сестры-близнецы, и я сразу же передала ключ им.
Основная задача – избежать любых встреч. Особенно нежелательны Игнат и Олег, их появление разрушит наши замыслы. Тоска снедала изнутри, хотелось выть от отчаяния, невзирая на физическое отторжение алкоголя. Необходимо стереть все это из памяти, словно кошмар.
Словно тайные агенты, мы с Леркой пробирались через коридор. Нам повезло, путь был свободен.
Всегда образцовые студентки, теперь мы решили пренебречь правилами.
– Куда направляемся? – спросила я у подруги.
Она задумалась, взвешивая варианты, и затем утвердительно кивнула.
– Поедем в тот самый бар, где отмечали твой день рождения.
Запустив двигатель, я медленно выехала со двора, решив ехать тихими переулками, чтобы не привлекать к машине лишнего внимания.
В памяти всплыл момент, как Ольга все таки всунула мне деньги на такси. Сумма оказалась внушительной, вполне достаточной, чтобы нам с Лерой приятно провести время. Интересно, с чего вдруг такая щедрость от Ольги?
Добирались мы около сорока минут. Бар теперь располагался за пределами поселка, у трассы, что было для нас только плюсом. Меньше вероятности столкнуться со знакомыми лицами.
Улыбнувшись бармену, направилась к стойке.
— Давно не виделись, — произнес Костя. — Что привело вас сюда в столь поздний час?
— Просто захотелось, — ответила я, махнув рукой. — Хочется уединиться с подругой, посидеть, поговорить обо всем на свете. Представляешь, вокруг столько людей, что даже негде посекретничать.
— Трудности в личной жизни? — подмигнул Костя. — Все понимаю.
Я кивнула в сторону бутылки Marengo Bianko Classic.
– Пожалуйста, нам две таких бутылки, фруктовую и мясную тарелки. И еще две Coca-Cola. Нас можно найти в третьей кабинке.
– Всё будет готово через четверть часа, – Костя подмигнул мне. – Может, сразу включить музыку для вас?
– Давай немного позже.
Костя назвал сумму заказа, и я расплатилась.
Я направилась к Лере, которая, сидя за столом, была увлечена своим телефоном.
– Интересно, что скажут, когда обнаружат наше отсутствие во время вечерней проверки? – спросила Лера. – Мы всегда такие послушные, а тут такое.
– У нас веская причина для этого. Мы занимаемся исцелением от сердечной боли, – с важным видом сообщила я ей.
Дверь распахнулась, и появился Костя, держа поднос. Сразу же он принялся раскладывать принесенные блюда и напитки на столе.
— И кто же из сильной половины человечества посмел вас расстроить? — спросил Костя с любопытством. — Насчет Леры, мне кажется, все дело в ее директоре, а вот с тобой даже не знаю. Либо Олег, либо тот парень на "мерседесе". Как его зовут? Вроде, Арсений?
— Точно. Арсений.
Я откупорила бутылку и начала наполнять рюмки вермутом. Сладковатый аромат спиртного коснулся ноздрей.
— Может, и ты с нами по одной, за компанию? — Лера взглянула на бармена.
— Да вы что, девчонки, мне нельзя, я на службе. — Костя стал отказываться. — Я бы с удовольствием присоединился, но, к сожалению, не могу. Сами понимаете. Рабочий день и все такое.
Когда он ушел, мы с Лерой весело чокнулись рюмками.
— За здоровье прекрасных дам! — провозгласила приятельница. — И пусть тот, кто посмел нас огорчить, тысячу раз пожалеет!
Как ни странно, мой выбор был удачным. Вермут обладал приятной сладостью, а его травяные ноты гармонично сочетались с винным ароматом.
— Теперь твоя очередь, — я взглянула на подругу. — Выкладывай, что у тебя с Максимом стряслось!
— Да мы с ним толком и не общались после того, как я увидела его с ребёнком. Но это ещё не все. — Лера поделилась историей о гнусном поступке Вики, и как Юра, воспользовавшись моментом, поцеловал её перед Максимом. — Я пыталась до него достучаться, объяснить, что всё не так, как кажется. Но он всячески меня избегает. Завидев меня, он тут же отворачивается и уходит, лишь бы не пересекаться. Это самое обидное, — она сердито вытерла слезу. — А у тебя что?
— Без драмы не обошлось, — от воспоминаний об Арсении снова кольнуло в сердце.
— Ну как оно, первый опыт с мужчиной? — с любопытством спросила Лера.
— Сначала было немного болезненно, но потом даже приятно. — я покрутила в руке бутылку с прозрачной жидкостью и снова наполнила бокалы. — Ему позвонили, и он спешно уехал по делам.
Я опрокинула бокал одним глотком. Посмотрела на подругу и продолжила:
— Услышала звук открывающейся двери, думала, что вернулся Арсений. А это оказалась Ольга. И к тому же беременная.
Лера тоже выпила. Закусила ломтиком апельсина.
— Я тебе сочувствую. — она нежно сжала мою руку. — Я прекрасно понимаю, как тяжело оказаться в подобной ситуации.
— Я ведь так ему доверяла. — в горле образовался комок. — А он изменял мне с ней. Дети ведь не появляются из ниоткуда. А потом явился ко мне в отель и стал уверять, что любит меня. — произнесла я с явным раздражением. — И как он себе представляет дальнейшее? Жить всем вместе, как в коммуналке?!
— Даже не знаю, что сказать. — Лера опять наполнила бокалы. — Я не лучший советчик в сердечных делах. Когда влюблены, мы не замечаем недостатков, а когда спадает пелена, и мы видим правду, начинаем винить себя и сожалеть.
— Ощущение, что в душе остались лишь одни осколки. Но сильнее всего терзает боль и обида.
— Тебе просто нужно время, чтобы его забыть.
— Не могу перестать думать о предательстве Арсения. Как он мог говорить мне о любви и одновременно спать с ней? — я в отчаянии запустила пальцы в волосы. — Его слова ничего не значат. Как мне его простить? Как выкинуть его из сердца и головы, чтобы забыть навсегда? Я так устала от всего этого.

Глава 7.

Милана.
Спиртное притупило боль, и душевные муки перестали казаться такими острыми.
Костя поставил бодрую мелодию, и я потянула Нину на танцпол. Оставив кабинку, мы двинулись в центр площадки. Людей было немного, хотя обычно по вечерам здесь собиралась молодежь. Нам повезло, что было не так много народа. К тому же, не хотелось, чтобы кто-то из учащихся нас заметил.
В бар зашли несколько молодых людей. Они подошли к Косте и завели разговор о чем-то. Похоже, им было сложно определиться с выбором напитка.
— Я настаиваю, что нам нужно шампанское, — провозгласил один из них. — Я встретил такую девушку, просто глаз не отвести. Она должна подойти в любую минуту. Пообещала еще и подругу свою прихватить.
С любопытством изучала этих незнакомцев. Их вид выдавал приезжих. Облаченные в кожаные жилеты и темные джинсы, они смахивали на мотоциклистов. Вполне вероятно, что их "железные друзья" припаркованы где-то снаружи. Но что привело их сюда?
Входная дверь распахнулась, и появился еще один юноша. Его одежда повторяла стиль остальных – кожаная безрукавка и темные джинсы, а голову украшала бандана. В ухе поблескивала золотая серьга, отчего парень казался похожим на пирата.
Что, у них сегодня какое-то собрание? Внутри зародилось тревожное ощущение.
— Чья это крутая тачка там стоит? — обратился новоприбывший к бармену. — Она перегородила весь подъезд. Надо бы вразумить владельца, чтобы переставил.
Неужели это о моей машине? Но я же припарковалась аккуратно, никому не мешаю.
— А вот и владелец, точнее владелица. — Костя, расплывшись в улыбке, указал в мою сторону.
Я невольно вздрогнула от испуга. Только проблем мне сейчас не хватало. Почему я постоянно влипаю во что-то подобное?
— Что за прелестная пташка, — промурлыкал тот, который интересовался автомобилем, и двинулся к нам. Его товарищи остались стоять и, приглядывая за нами, подшучивали друг над другом.
Схватив озадаченную Лерку за руку, я стала отступать к нашей кабинке. Я надеялась, что он уловит мой посыл и не станет навязываться.
— И что же такие юные особы делают в этом месте? — с важным видом спросил парень, подойдя ближе. — Может, представимся? Я Платон.
— Прости, но у нас нет никакого желания, — чётко произнесла Лерка дрожащим голосом. — Мы сегодня предпочитаем одиночество и независимость. Нам достаточно тех орлов, что уже потрепали нам нервы.
— И кто же посмел обидеть вас? — тихо спросил парень. — Может, нужна поддержка или помощь в решении проблем?
— Платон, заканчивай! — крикнул один из его приятелей. — Зачем тебе эти девушки? Мы приехали отдохнуть или ухлёстывать за каждой встречной?
— Да погоди ты, — отмахнулся Платон. — Эти девушки весьма любопытны.
Воспользовавшись моментом, Лерка выскользнула из моей руки и устремилась к кабинке. Едва не упав на входе, ей всё же удалось сохранить равновесие. Она подошла к столику и схватила початую бутылку спиртного.
— Он возомнил, что я буду убиваться по нему? — возмутилась она. — Как бы не так! Пусть катится на все четыре стороны, если не желает меня услышать. С меня хватит. Я пыталась поговорить с ним нормально, но раз ему это не нужно, то и ладно. А до Юрки я еще доберусь. Приеду в общежитие и выскажу ему всё, что о нём думаю, а этой гадкой Вике лицо расцарапаю.
Произнеся это, она отпила из бутылки. Я же смотрела на неё с изумлением. Никогда раньше не видела её в таком состоянии.
— А вот и мы, парни! — раздался знакомый голос с иронией. Обернувшись, я увидела Вику и Марину. Только их не хватало для завершения этой сцены.
— Неужели это Беликова и Соколова? — с сарказмом проговорила одногруппница. — А ведь казались такими пай-девочками. — она с укоризной покачала головой. — Не зря говорят, что тихие воды глубоки…
— Да заткнешься ты когда-нибудь! — вырвалось у меня. — Тебе-то что с того?
Злость клокотала, хотелось накинуться на неё. Но я изо всех сил старалась держать себя в руках. Драка сейчас совершенно ни к чему.
Марина, игнорируя наше присутствие, уселась рядом с парнями. Вика же высокомерно вскинула подбородок и прожигала меня взглядом, полным неприкрытой злобы. И как назло, именно в этот момент появилась Лера.
Разумеется, она сразу же заметила нашу общую неприятельницу. Сначала её лицо залилось краской, а затем она смертельно побледнела.
— Лер, — я попыталась её успокоить.
Лера сейчас походила на тигрицу, готовую к прыжку. Нужно было её остановить, иначе неприятностей не избежать.
— Ах ты, курица драная! — не выдержала подруга, обращаясь к ней. — Ну что тебе спокойно не живётся? Зачем ты суёшь свой нос, куда тебя не звали? Ты рассорила меня с Максимом и радуешься?! Какая тебе от этого выгода?
— Да я все время пытаюсь вам насолить! — выпалила Вика. — Вы все тут такие идеальные, а я одна как бельмо на глазу. Олег меня игнорирует, помешан на этой Милане. Что он в ней нашел, чего нет во мне? — с отчаянием проговорила она. — Вот и решила тебе напакостить, раз вы с ней не разлей вода. Зато теперь ты ему не нужна. Он сегодня уволился с работы и уехал с супругой.
У Леры выступили слезы. Я хотела подойти, чтобы утешить её. Но подруга лишь посмотрела на меня и стремительно направилась к Вике, сжимая в руке бутылку.
— Ах ты, мерзкая гадина, — процедила она сквозь зубы. — Я же говорила тебе не испытывать моё терпение, ты забыла? — с угрозой обратилась она к нашей общей недоброжелательнице. — Говорила.
Не выдержав напряжения, подруга влепила Вике резкую пощечину. Та, поражённая, прижала руку к пылающей щеке. Но, будто очнувшись, вцепилась Лере в волосы.
— Да уж, зрелище, — прокомментировал один из парней, удивлённо присвистнув. — Неужели из-за тебя, Плат, девчонки устроили эту потасовку?
— Это не твоё дело, — отрезала я парню, пытаясь разнять дерущихся.
Но, кажется, моё вмешательство было ошибкой. Вика отпустила Леру и набросилась на меня. Толкнула в грудь, рассчитывая повалить. Удержав равновесие каким-то чудом, я в ответ оттолкнула Вику к столу. Не удержавшись, она врезалась спиной в дерево. Схватившись за бок, она злобно прошипела:
— Всё равно я сделаю так, что Олег будет только моим.
— Да сколько можно твердить одно и то же? — я подошла ближе, скрестила руки на груди и смотрела ей прямо в глаза, полные злобных слёз. — Пойми уже наконец, я люблю другого. Олег для меня – как старший брат. Я искренне хочу, чтобы он нашёл ту, которую сможет полюбить. Если ты сможешь осчастливить его, я буду только рада за вас.
Слезы хлынули из глаз Вики.
— Ничего не выйдет. Я делала все возможное, чтобы привлечь его внимание, но все напрасно, ведь он поглощен только тобой, — проговорила она, задыхаясь от рыданий. — Он не отрывает от тебя глаз, когда ты проходишь мимо. Я понимаю, что ты ему очень важна, и он не захочет тебя потерять. Наверное, мне стоит отказаться от своих чувств к нему, пережить это и забыть, чем хранить их в себе, страдать и любить.
Необычно было слышать от нее такие слова. Трудно было поверить, что так говорит та, которая готова на все ради Олега.
— Я знаю, что во многом ошибалась, — она резко вытерла слезы. — Я упустила свой шанс, но рада, что он услышал это напрямую.
Ее взгляд был устремлен в сторону. Я проследила за ним и увидела того, о ком шла речь. Олег стоял и смотрел на нас. В его лице читалась боль, а в глазах была тоска, отчего их стальной оттенок казался осколками льда.
Недалеко от него я заметила Виталия и Комиссара. Игнат подошел к измученной Лере, забрал у нее почти пустую бутылку, поставил ее на стол и, взяв девушку под руку, попытался увести ее.
Один из парней резко встал с угрожающим видом.
– Постой, мы еще не закончили, – прорычал он. – Ты думаешь, можешь так просто прийти и забрать девушек?
– Не стоит злиться, – Олег поднял руки, пытаясь успокоить обстановку. – Эти девушки с нами. Но Вика свободна выбирать, с кем остаться. Это её решение.
Байкер сжал кулаки, и я почти протрезвела от страха. Неужели сейчас начнется потасовка? Я взглянула на незнакомца, который явно превосходил Олега в размерах. Хотя Олег тоже не слабак, но в сравнении с этим байкером он явно проигрывал.
В напряженном ожидании я прикусила губу, гадая, что будет дальше. И меня начала мучить совесть за то, что мы с Лерой вообще приехали в этот клуб.
Парни стояли лицом к лицу, готовые к конфликту. За байкером, вызвавшим Олега на противостояние, стали подниматься и его товарищи. Только Платон не двинулся с места, молча наблюдая за развитием событий.
Звон дверного колокольчика возвестил о новом посетителе. С затаенной надеждой я обернулась. Впервые за сегодня я обрадовалась появлению Влада. Он казался единственным, кто мог сейчас разрешить ситуацию.
— Здравствуй, Платон, — произнес он. — Вижу, твои ребята, как обычно, готовы к схватке.
Они знакомы? Может быть, он сумеет убедить его утихомирить своих бойцов?
Я взглянула на Олега. Его плотно сжатые губы выдавали твердость намерения не отступать. Игнат, напротив, внешне никак не проявлял своего волнения. Лера с кислой миной стояла поблизости.
Вика продолжала безутешно плакать, зарывшись лицом в плечо Марины, которая что-то тихонько ей говорила, пытаясь успокоить.
Олег утвердительно кивнул и протянул ко мне руку. Словно во сне, я подошла к нему и сразу же обняла. Меня била нервная дрожь.
— Видишь, девушки не против их общества, — Влад присел рядом с Платоном. — К тому же, они мои давние знакомые.
Платон подал знак своим, и те без лишних слов уселись за стол.
— Может, выпьем за мир? — предложил Платон, махнув рукой в сторону своего щедро накрытого стола.
— Да ты посмотри на девчонок. Куда им еще пить? — возразил Влад. — Одна вообще еле на ногах держится.
— Нам лучше пойти, — поддержал его Комиссар.
— Прошу прощения за это недоразумение, — Платон бросил укоризненный взгляд на своих спутников. — Надеюсь, вы не затаите на нас обиду.
Продолжая обнимать, Олег помог мне выйти на улицу. Свежий воздух вызвал головокружение, и, нуждаясь в поддержке, я ухватилась за него.
— Я поведу машину, — констатировал Олег. — Ну и зачем было так напиваться? От Леры можно было ожидать чего угодно, но ты… Умеешь же удивить.
Без слов я, не возражая, протянула ему ключи и без пререканий села на переднее сиденье, а Игнат с Лерой разместились сзади.
Запустив двигатель, Олег тронулся с места, и мы поехали. Всю дорогу я хранила молчание, сгорая от стыда за этот вечер. Лера же, напротив, без умолку тараторила, жалуясь на Юру, Максима и коварство Вики.
— Да, он собирался уходить, — подтвердил Комиссар слова Вики. — Я слышал его разговор с политологом.
— Я прикончу Юру! — Лера разрыдалась. — Он во всем виноват.
Комиссар утешающе обнял ее за плечи.
— Никто никого убивать не станет. Полагаю, вам стоит собраться вместе и все обсудить.