Нимфоманка

Глава 1. Страсть

Олеся была подобна весеннему шторму — непредсказуемая, стихийная, прекрасная в своей разрушительной силе. Её двадцать три года вместили столько событий, что хватило бы на несколько жизней. Пять работ, оставленных с громким скандалом, два протокола за хулиганство и три разбитых сердца, которые она оставила без сожалений.

Сегодня она почтила своим присутствием один из популярных ночных клубов города.
Бас бил в грудь, как кулак. Свет стробоскопов выхватывал из темноты разгоряченные тела, но Олеся уже искала большего. VIP-зона манила её бархатными верёвками и обещанием избранности.

— Список гостей? — охранник у входа был массивным, как гора. Его взгляд скользнул по её обтягивающему платью с презрением.

Олеся ухмыльнулась. — Меня всегда вносят в особые списки.

Она попыталась проскользнуть под верёвкой, но его рука схватила её за плечо.

— Руки прочь! — она резко развернулась, её глаза вспыхнули. — Или хочешь проблем?

Охранник не отпускал. — Проблемы будут у тебя, малышка.

Она встала на цыпочки и прикусила его за мочку уха, прошептав прямо в ухо: — А я обожаю проблемы.

Он отшатнулся, но в его глазах что-то изменилось. — Ладно. Есть другой способ урегулировать этот вопрос.

Олеся окинула его презрительным взглядом. — Думаешь, я так легко сдаюсь?

— Нет, — он ухмыльнулся. — Но ты заплатишь. Другой валютой.

Он провёл её через тёмный коридор в подсобку. Воздух здесь пах пылью и дорогим виски.

— На колени, — его голос стал низким, властным.

Олеся медленно опустилась, чувствуя, как холодный бетонный пол проникает сквозь тонкую ткань платья.

Охранник расстегнул ширинку. Его член был уже напряжён, готовый к действию.

Она взяла его в руку, ощущая пульсацию под кожей. Её губы скользнули по нему, затем она погрузилась глубже, принимая его в свою горячую, влажную плоть. Язык выписывал сложные узоры по нежной коже, заставляя его дыхание сбиваться.

Он сжал её каштановые волосы в кулаке, направляя движения. — Да, вот так... Глубже.

Олеся ускорила темп, её щёки вваливались, а горло принимало каждый сантиметр.

— Чёрт! — он резко вошёл ещё глубже, и она почувствовала, как он касается самой глубины.

Его стоны становились громче. Он откинул голову назад, когда волны наслаждения накатили на него.

Он вышел из неё, и тёплая жидкость брызнула на её лицо и грудь.

Олеся поднялась, вытирая уголок рта. — Доволен?

Охранник поправил одежду. — Можешь пройти в VIP. Но если начнёшь создавать проблемы...

— Проблемы, — она усмехнулась, — это моё второе имя.

VIP-зона встретила её приглушённой музыкой и дорогими ароматами. Но Олеся уже заметила нового «противника» — у барной стойки стоял мужчина в идеально сидящем костюме, его взгляд был таким же оценивающим, как у неё самой.

Она прошла к нему, ещё чувствуя на губах солоноватый привкус. — Привет, папочка. Скучал?

Мужчина обернулся. Его глаза были холодными, но в них промелькнула искра интереса.

— Олеся, — он произнёс её имя так, будто знал её всю жизнь. — Я слышал, ты умеешь создавать... незабываемые впечатления.

— Это зависит от того, насколько ты готов к неожиданностям, — она провела пальцем по краю его бокала.

— Я всегда готов к неожиданностям, — он взял её руку и прижал к своему паху. — Убедись сама.

Под столом её пальцы нашли твёрдую выпуклость. Она расстегнула его брюки и освободила член, начиная ритмично двигать рукой.

— Здесь? Сейчас? — он усмехнулся, но не остановил её.

— Боишься? — Олеся наклонилась к его уху. — Или не хочешь, чтобы все увидели, как послушная девочка играет с большим мальчиком?

Её пальцы скользили по напряжённому стволу.

— Выходим, — он резко поднялся.

Они оказались в лифте, ведущем на закрытый этаж. Пока двери медленно закрывались, он прижал её к зеркальной стене.

— Ты любишь играть с огнём? — его дыхание было горячим на её шее.

— Огонь, — она захватила его губы в поцелуй, одновременно направляя его член к своей уже влажной щели.

Лифт тронулся, когда он вошёл в неё. Зеркала отражали их тела — её ноги, обвившие его талию, его руки, держащие её бёдра. Он ускорил движения, каждый толчок заставлял её вскрикивать.

Когда лифт остановился, он вышел из неё и развернул её лицом к стене.

— На этот раз я буду устанавливать правила.

Он вошёл сзади, глубже, чем кто-либо до него. Олеся вскрикнула, когда оргазм накрыл её с головой.

Он оделлся, поправил галстук. — Комната 301. Если хочешь продолжить.

Дверь лифта закрылась с тихим шипением. Олеся осталась одна в зеркальном пространстве, ещё чувствуя его внутри себя. Её отражение показывало распухшие губы, растрёпанные волосы, блестящие глаза — картина идеального разврата.

Она медленно поднялась на ноги, ощущая, как дрожь постепенно отступает, сменяясь знакомым возбуждением. Комната 301. Заманчивое предложение.

Коридор отеля был пустынным, только мягкий ковер глушил шаги. Она остановилась перед дверью, не стуча. Пальцы сами нашли ручку — дверь была не заперта.

Он стоял у панорамного окна с бокалом виски. Город раскинулся внизу, как карта её будущих побед.

— Не заставила себя ждать, — он повернулся, его взгляд был тёмным, обещающим. — Ты решила продолжить наш... разговор?

Олеся подошла ближе, её платье упало на пол беззвучно. — Я всегда довожу начатое до конца.

— На колени, — приказ прозвучал тихо, но непререкаемо.

Но на этот раз она не подчинилась. Вместо этого она толкнула его на кровать.

— Сегодня правила устанавливаю я.

Она нависла над ним, её волосы касались его груди. — Ты думал, я буду всегда послушной девочкой?

Он усмехнулся. — Я знал, что ты не удержишься.

Его руки поднялись, чтобы схватить её, но она была быстрее. Она прижала его запястья к шелковому покрывалу.

— Сегодня ты будешь моей игрушкой.

Её губы прошли по его животу, ниже, ниже... Он застонал, когда её рот нашёл его снова.

Глава 2. Попутчик.

Солнце начинало клониться к закату, окрашивая небо в розовые тона. Три подруги лежали на песке, образуя круг.

— Ладно, — Лиза повернулась к Олесе, её глаза блестели от любопытства. — После такого... Расскажи что-нибудь ещё. Самый отчаянный, самый грязный секс в твоей жизни.

Олеся на мгновение задумалась, лёгкая улыбка тронула её губы.

— Был один раз... в лифте, — начала она, глядя на облака. — Мы ехали на двадцатый этаж. Он прижал меня к стене, поднял юбку... — она сделала паузу. — А потом лифт остановился между этажами.

Катя приподнялась на локте:
— И что? Вы там... застряли?

— На сорок минут, — Олеся засмеялась. — И мы использовали каждую секунду. Слышали, как люди снаружи пытались вызвать техников... А мы... — она жестом закончила фразу.

— Офигеть, — прошептала Лиза. — А если бы двери внезапно открылись?

— В этом-то и был кайф, — Олеся повернулась к ним. — Осознание, что в любой момент нас могут увидеть... Слышать...

— А ещё? — не унималась Катя. — Что-то более... экзотическое?

Олеся задумчиво провела рукой по песку:
— Ну... была одна фотосессия в студии. Фотограф попросил меня позировать в определённых... позах. Потом подошёл ближе... начал поправлять меня руками...

Она закрыла глаза, вспоминая:
— Он говорил, какая я фотогеничная... А потом его руки оказались уже не на талии. И объектив был направлен... ну, вы поняли.

Девушки молчали, представляя себе эти сцены. Закатное солнце ласкало их кожу, а в воздухе витало напряжение невысказанных фантазий.

— И знаешь, — Олеся добавила уже серьёзно, — иногда дело не в месте или позе... А в том, насколько ты готова отпустить контроль.

В её словах звучала правда, которую все три теперь понимали лучше, чем когда-либо.

— А у тебя такое было? — Олеся повернулась к Кате, всё ещё лежа на песке. — Когда полностью теряешь голову?

Катя задумчиво провела пальцами по своему животу:
— Был один парень... в прошлом году. Мы встречались всего месяц. Однажды он привёл меня на крышу многоэтажки...

Она замолчала, глядя на темнеющее небо.

— И? — подтолкнула Лиза.

— Он пристегнул меня к парапету наручниками. — Катя улыбнулась. — А потом начался дождь. Холодные капли по горячей коже... А его руки...

Олеся перевернулась на бок:
— Дальше, дальше!

— Он целовал меня, пока я была прикована. Говорил, что я его пленница. А потом... — Катя сделала драматическую паузу. — Полил шампанским и стал слизывать с моего тела.

— А ты? — Лиза смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

— Я кричала так, что, наверное, полгорода слышало. А он всё шептал: «Кричи громче, пусть все знают, кому ты принадлежишь».

Все три замолчали, представляя эту сцену. Воздух наполнился новым пониманием — они делились не просто историями, а частицами своей сущности.

— А знаете, что самое страшное? — Олеся села, обхватив колени. — Что после таких моментов обычная жизнь кажется... пресной.

Катя кивнула:
— Как будто включается какой-то внутренний переключатель. И ты уже не можешь жить по-старому.

Сумерки сгущались, на пляже зажигались первые огни. Но девушки не спешили уходить — их разговор только начинал касаться чего-то настоящего, чего-то важного.

— Может, дело не в сексе? — тихо сказала Лиза. — А в том, чтобы найти человека, с которым можно быть... вот такой. Без масок.

Олеся посмотрела на подруг, и в её глазах читалось странное облегчение — будто она наконец-то сняла тяжёлый груз, который долго носила в одиночестве.

Сумерки сгущались, когда они наконец собрали вещи и направились к машине Кати. Воздух был наполнен вечерней прохладой и запахом сосен.

— Остановись, — вдруг сказала Олеся, когда они проезжали мимо одинокого парня, бредущего по обочине. — Давай подберём его.

Катя нахмурилась, не снижая скорости:
— Ты с ума сошла? Мы не знаем этого человека!

— Посмотри на него, — настаивала Олеся. — Он совсем один, а до города километров десять.

— После сегодняшних приключений тебе ещё и незнакомцев подбирать? — Катя покачала головой, но уже притормаживала.

Машина остановилась рядом с высоким парнем в простой футболке и джинсах. Олеся опустила стекло.

— Мужчина, нужен подвоз? — её голос звучал мягко и приглашающе.

Парень повернулся. В сумерках было видно его приятное, немного уставшее лицо.

— Здравствуйте, — он улыбнулся. — Если не затруднит, до города.

Олеся откинулась, давая ему место на заднем сиденье. Парень сел рядом, пахнувший вечерней прохладой и дорогой.

— Спасибо, — сказал он, пристёгивая ремень. — Я Алексей.

Катя, всё ещё недовольная, тронулась с места. В салоне повисло напряжённое молчание, нарушаемое только шумом двигателя.

Олеся украдкой разглядывала нового попутчика, чувствуя, как в воздухе снова зажигается та самая искра, которую она так безуспешно пыталась погасить весь день.

Машина плавно катилась по пустынной дороге, когда Олеся нарушила молчание:

— Это Катя за рулём, — она кивнула на водительское сиденье. — А это Лиза рядом с ней. А я — Олеся.

Парень кивнул:
— Приятно познакомиться. Вы с пляжа?

— Можно и так сказать, — загадочно улыбнулась Олеся. — А ты что так поздно один?

— Работал на даче у друзей, — объяснил Алексей. — Не рассчитал время, автобусы уже не ходят.

Олеся повернулась к нему боком, её колено почти касалось его ноги.

— А что делал? — её голос приобрёл лёгкие, игривые нотки.

— Помогал с ремонтом, — он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло понимание. — Строитель из меня, правда, не очень.

— Не верю, — Олеся покачала головой, намеренно задерживая взгляд на его руках. — Выглядишь... крепким.

Катя поймала её взгляд в зеркале заднего вида и едва заметно покачала головой, но продолжала молчать.

— А ты часто подбираешь незнакомцев? — Алексей спросил уже более уверенно, чувствуя направление разговора.

Глава 3. Звезда стриптиза

Поднявшись на свой этаж, Олеся услышала гневный шёпот. На лестничной площадке её поджидала Ирина, жена соседа снизу, с перекошенным от злости лицом.

— А, шлюха вернулась! — женщина бросилась вперёд, преграждая путь к квартире. — Весь дом знает, чем ты тут занимаешься! Мой муж поднимался из-за потопа, а у тебя тут оргии!

Олеся медленно подняла брови, делая вид, что рассматривает потолок.

— Оргии? — она фыркнула. — Милая, это был соло-концерт. Но спасибо, что следишь за моей культурной программой.

— Ты совсем совесть потеряла! — Ирина трясла пальцем перед её носом. — При детях! Мой сын всё слышал!

— Не переживай, — Олеся прошла мимо неё к своей двери. — Может, хоть у кого-то в этой серой многоэтажке наконец-то проснётся фантазия.

Женщина не выдержала — с криком бросилась на Олесю с поднятыми кулаками. Но та оказалась проворнее: резко рванулась вперёд, вставила ключ в замок и буквально влетела в квартиру, захлопнув дверь прямо перед носом разъярённой соседки.

— Иди своего мужа развлекай! — крикнула Олеся через дверь. — А то он, наверное, уже забыл, как это — слышать женские стоны!

Снаружи послышались удары кулаками по двери и невнятные крики. Олеся прислонилась к косяку и закрыла глаза, чувствуя, как адреналин постепенно отступает, оставляя послевкусие очередного скандала в её бесконечной череде.

Олеся прошла в кухню, всё ещё бормоча под нос:
— Сука поехавшая... Сидит там со своим занудой-мужем и думает, что все должны жить по её унылым правилам...

Она резко дёрнула ручку холодильника. Свет лампочки осветил её уставшее лицо. Пальцы нашли бутылку белого вина, оставшуюся с прошлого вечера.

Щёлкнув открывалкой, она отпила прямо из горла, чувствуя, как холодная жидкость стекает по горлу. Прислонилась к подоконнику, глядя на ночной город за окном.

Огни мегаполиса мерцали, как тысячи чужих жизней, таких же запутанных, как её собственная. Где-то там Катя и Лиза уже доехали до дома. Где-то там Алексей... Что теперь?

Она сделала ещё один глоток, затем провела рукой по лицу. Сегодняшний день был похож на американские горки — забавное пари, с заранее известным исходом, странная поездка, неожиданный секс с незнакомцем, и вот теперь — классический соседский скандал.

— Идиоты, — прошептала она в стекло, оставляя запотевший след от дыхания. — Все эти идиоты со своими мещанскими представлениями о приличиях...

Её взгляд упал на отражение в тёмном окне — растрёпанные волосы, размазанная помада, блуждающая улыбка на губах.

Вино постепенно согревало изнутри, смывая остатки напряжения. Завтра будет новый день, новые проблемы, новые скандалы. Но сейчас, в этой тишине, с бутылкой в руке и видом на спящий город, она чувствовала себя... живой.

Пусть ненормальной. Пусть неправильной. Но живой.

Утро встретило Олесю резким звонком будильника, который она тут же отключила. Когда же она наконец открыла глаза, цифры на часах показывали уже полдесятого.

"Чёрт", — выругалась она, срываясь с кровати.

В ресторане её уже ждал Виктор с каменным лицом.
— В мой кабинет. Сейчас же.

За столом он даже не предложил ей сесть.
— Это уже шестой раз за два месяца, Олеся. Ты уволена.

Она попыталась применить испытанный метод — подошла ближе, положила руку на его плечо:
— Виктор, может, обсудим это... в более неформальной обстановке?

Но он лишь отстранился:
— Всё кончено. Сдай униформу и получи расчёт.

В её глазах вспыхнул огонь.
— Иди к чёрту, урод! — крикнула она, хлопнув дверью.

По пути к выходу она обрушила свой гнев на всех встречных:
— Что уставились, идиоты? Радуетесь, подонки? Все вы здесь — жалкие рабы своей серой жизни!

Выбравшись на улицу, она с силой достала телефон и набрала Катю.

— Встречаемся, — бросила она, не поздоровавшись. — У меня опять проблемы.

Городской шум обрушился на неё — гул машин, голоса прохожих, жизнь, которая продолжалась, не обращая внимания на её личную драму.

Катя на том конце провода вздохнула:
— Опять проспала?
— Хуже, — Олеся прикусила губу. — Гораздо хуже.

Они встретились у фонтана в центре парка. Катя уже сидела на скамейке, когда Олеся подошла с разгорячённым лицом.

— Ну, что на этот раз? — спросила Катя, отодвигаясь, чтобы дать подруге место.

Олеся обрушила на неё поток слов — про опоздание, про увольнение, про неудачную попытку соблазнить начальника, про свой уход под всеобщее осуждение.

— И этот урод даже не дрогнул! — закончила она, размахивая руками. — Представляешь?

Катя слушала молча, лишь изредка покачивая головой. Когда Олеся закончила, наступила пауза.

— Ладно, — вздохнула Катя. — Могу поговорить с шефом в нашем салоне. Нужен администратор.

Олеся посмотрела на неё с надеждой:
— Правда?

— Но ты же знаешь, — Катя прищурилась, — что через месяц всё повторится. Ты опоздаешь, нагрубишь клиенту, или вообще устроишь оргию в массажном кабинете.

Олеся фыркнула, но не стала спорить. Она откинулась на спинку скамейки.

— Может, мне просто не суждено быть нормальной? — её голос вдруг стал тихим, уязвимым.

— Ты не нормальная, — согласилась Катя. — Но в этом и есть твоя прелесть. Просто... может, тебе нужна работа, где не надо приходить к девяти.

— Например? — Олеся подняла брови.

— Не знаю, — Катя развёла руками. — Моделью? Стриптизёршей? Веб-кам девушкой?

Они сидели молча, наблюдая за голубями у фонтана. Две подруги, такие разные, но связанные чем-то большим, чем просто дружба.

— Ладно, — наконец сказала Олеся. — Поговори со своим шефом. А там... посмотрим.

Но в её глазах читалось понимание — Катя права. История будет повторяться снова и снова, пока она не найдёт свой путь. Или не сломается окончательно.

Расставшись с Катей, Олеся побрела по городским улицам без определённой цели. Тёплый ветер гнал по асфальту жёлтые листья, и этот ветер казался метафорой её жизни — постоянное движение без ясного направления.