Моя история началась, когда мне было шесть лет. Вот ты обычная девочка — а вот уже рассекаешь воздух искрами и гоняешь волны по воде. Моя сила не была похожа на другие, что просыпались ранее в нашем городе.
Если года два назад нас просто ссылали в магический мир — и не просто мир, а тёмный мир магии, — то теперь начались жёсткие гонения и порой даже нанесение увечий. И маги сами выбирали сбежать в тёмный мир, чтобы спастись. Лучше уж умереть на той стороне или стать тёмным, чем погибнуть от рук жителей собственной деревни.
Когда мне было семь лет, я случайно горячей ладонью обожгла маму. Какое-то время, лет до семнадцати, меня прикрывали родители. Мама даже хотела выгнать меня. Но отец был привязан ко мне и уговорил её оставить меня дома.
Когда мне исполнилось двадцать, случилось худшее. Меня обнаружили в деревне, и начались гонения. Какое-то время я жила в домике на границе мира магии и нашего мира, скрывая его своей небольшой толикой магии. Но однажды они нашли мой дом.
Я отбивалась и обожгла половину пришедших. Вырвалась и побежала в сторону пшеничных полей. Я не успела добежать, как появился он. Его силуэт возник передо мной так резко, что я едва успела затормозить и чуть не врезалась в него.
Тот, кого я увидела, выглядел необычно, странно, выбивался из привычных рамок. Кто-то назвал бы его страшным, кто-то — опасным. А в моей истории он — тёмный принц.
Его густые пепельные волосы развевались на ветру. Тёмная кожаная одежда облегала его тело. На ногах — сапоги, чем-то напоминающие средневековые.
— Кощей… — вырвалось у меня.
— Не называй меня так при людях, если хочешь, чтобы я спас тебя от них.
Я бормочу что-то себе под нос, но он не обращает внимания. Создаёт занавесу дыма и подаёт мне руку, чтобы я поднялась. Я хватаюсь за неё, и он резко поднимает меня. Машинально шиплю от боли — из-за рывка — и слышу крики людей рядом.
— Прости, — бросает он, заметив, что мне больно.
— Надо уходить, — отвечаю быстро, будто не слышала его извинений.
— Я знаю. Но тебе рано в наш мир. Только через пять–семь лет придёт время призвать тебя к нам. Если придёшь раньше — придётся бегать к Яше и учиться у неё. Владыки того мира не позволят мне забрать тебя на своих условиях. Да, я один из самых сильных и считаюсь потенциальным обладателем этих тёмных земель. Но прежде чем они это признают, пройдёт время.
Он дёргает слегка заострёнными ушами и вдруг крепко обнимает меня.
— Плевать я хотел на правила. Я забираю тебя с собой.
Нас уносит вихрь тёмно-серого цвета. Через пару минут мы оказываемся в тёмном помещении.
— Прости, что тебе из-за меня пришлось нарушить правила, — говорю я и смотрю на него виновато.
— Ты не виновата, — хрипло отвечает он. — Я знал, что ты пробудишься раньше. Из-за нашей встречи в поле.
Он продолжает:
— Отголоски силы могут быть с детства, но полная сила приходит только с двадцати до двадцати пяти–двадцати семи лет. Когда тебе было восемнадцать, случилась та ужасная история, которая многое изменила. В тот день я увидел тебя раненой на лугу. Тебя в шутку подстрелил какой-то мальчишка, а ты не могла дать отпор, чтобы не вызвать подозрений. Ты почти потеряла сознание, но всё ещё слабо видела происходящее. Я ненадолго забрал тебя в свой мир, чтобы исцелить. Хотя мы и раньше встречались… мне так кажется. Мне снилась девушка, похожая на тебя. Но сейчас не об этом.
Он отворачивается.
— Нам нужно решить проблему твоего пребывания здесь. Займи одну из комнат, которая тебе понравится. Завтра я пойду на совет и объявлю, что взял тебя в ученики. Тебе назначат ещё двух учителей. После инициации ты останешься жить у меня. Но до этого будет ночь в тёмном лесу. Если продержишься одна до рассвета, тебе позволят остаться.
— Но там же густая мгла… — пищу я возмущённо. — Кощей, зачем я тебе?
Он останавливается и поворачивается ко мне.
— Лучше бы ты спросила, как продержишься в лесу. Как знал, что характером пойдёшь в меня, — цедит он. — Я отвечу на твой вопрос, если выживешь до рассвета. А теперь слушай внимательно. Артефакты, инициированные или переданные в чьё-либо пользование, по законам этого мира принадлежат тебе. Выбери комнату, отдохни и приходи в тренировочный магический зал. Второй этаж, третья дверь слева.
Сказав это, он быстро уходит.
С подросткового возраста я ощущала, что меня кто-то оберегает. Чувствовала незримое присутствие, тонкую нить, связывающую меня с кем-то. И только сегодня впервые мелькнула мысль, что это мог быть Кощей.
В голове роились мысли: «Зачем я ему?» «Что нас связывает?» Мне казалось, что я не знаю смысла жизни и цепляюсь за него, потому что кроме него не вижу ничего.
Всё было сложно. Слишком сложно.
Мне кажется, в любой жизни должен быть смысл. В моей всегда было выживание. Но когда появился он, я захотела другого: меняться, расти, тянуться к нему, пробовать новое, быть достойной его уровня и просто быть живой.
Чтобы быть достойной его.
В какой-то степени он — мой триггер к росту и изменениям. А если подумать — и стимул к жизни. Он мой незримый ориентир. И одновременно — преграда к настоящей себе.
Я не знаю, кто я без него. На что способна без него. Кто я на самом деле.
Откинув эти мысли, я пошла выбирать себе комнату.