Ночь с боссом

Пролог

Я долго ждал этот день. Представлял десятки разных вариантов, но ни один из них не возбуждал так сильно, как тот, что происходил сейчас.

Она пришла ко мне на собеседование. И как ей только дерзости хватило подать резюме в мою компанию?

Семь лет назад Алина назвала меня несерьёзным мальчишкой и предпочла другого. Единственная, кого мне хотелось добиваться. Единственная, кому я был готов простить ошибку. Непохожая на моих сверстниц, такая живая и каменная одновременно. Простая и недоступная.

Она размозжила по асфальту мои чувства. И за это я её никогда не прощу.

Стоило нам только встретиться глазами, как пульс подскочил. К такой нагрузке меня не подготовили часы изнурительных тренировок в зале, забеги и правильное питание. Алина опустила ресницы, приоткрыла рот.

И это не напускное кокетство, а её природная женственность. Именно такой я её и помнил всё это время: тёмные волосы, алые губы, округлые бёдра и притягательно узкая талия.

Нет, сейчас она выглядела лучше. Расстёгнутые пуговички рубашки позволяли увидеть зону декольте. Упругие на вид груди и соблазнительная ложбинка между ними.

В университете Алина носила только свитера и водолазки под горло. А сейчас…

Густое возбуждение разлилось по венам, захотелось стянуть с неё полосатую блузку.

Алина засеменила к моему столу. Голову так и не подняла, и это подчинение ещё больше соблазняло. Раньше я бы всё отдал за её покорность. Теперь у нас совсем другие расценки.

Когда её резюме высветилось в нашей базе, я не поверил. Сначала поручил завернуть эту кандидатуру на первом же этапе. Но потом… в голову пришёл коварный план. Отказ в работе — слишком легко.

Я приму её в компанию, и тогда появятся десятки способов превратить её жизнь в ад. Тот самый, в котором я горел несколько месяцев после её предательства.

Нет, я не мстительный. Просто люблю, когда каждому воздаётся по заслугам. А в нашем случае судьба этому только благоволила.

Алина опустилась на стул передо мной. Голос слегка дрожал, она запиналась, рассказывая, как попала на собеседование.

И всё, о чём я думал — задрать её юбку, поставить лицом к стене и как следует отомстить.

Взгляд упал на закрытые жалюзи, которые прикрывали стеклянную перегородку моего кабинета с оупен спейсом, где трудились сотрудники компании. Нас не увидят. Но, возможно, услышат.

Во рту от этих мыслей стало совсем сухо, я откашлялся.

Меня учили относиться к девушкам с уважением: открывать перед ними дверь, подавать руку, помогать, заботиться, восхищаться. И я всегда следовал этим правилам, даже с теми, кто этого недостоин.

Алина недостойна уважения. С ней можно по-плохому. С ней нужно так.

Я самодовольно улыбнулся, предлагая ей приступить к обязанностям в понедельник. Она медлила, переспрашивала.

Нет, моя драгоценная, ты не ослышалась.

Ты станешь моей подчинённой. И будешь подчиняться, пока мне не надоест тебя изводить.

1. О небеса! Какое же коварство Нас привело сюда? Иль, может, счастье?*

*Уильям Шекспир “Буря”

полтора месяца назад

— Тебе в кабинет босса. Дверь прямо по коридору, — объявила подруга, растягивая губы в улыбке.

Я замерла посреди офиса, не в силах сделать ни шага.

— Как к боссу? Лена, ты же говорила, что он в этом филиале не появляется? — я почти кричала на подругу.

— Приезжает иногда, — она лукаво отвела взгляд.

Лена — карьеристка до мозга костей, если она поставила перед собой цель, то будет добиваться её всеми возможными способами. Мне следовало ожидать от неё такого фокуса.

Я ведь с самого начала не хотела подавать резюме, зная кто владеет компанией.

— Алина, ты чего? Прямо сейчас решила сдаться, когда почти получила должность? — подначивала меня Лена. — Это последний этап собеседований. Разговор для галочки. Богдан Борисович посмотрит, что ты человек адекватный и всё.

— Он обо мне иного мнения, — пробурчала я.

Лампочка над нами замигала, она словно отражала мою нервозность или усиливала её.

— А-а-а, ты же говорила, что вы давно знакомы, — протянула Лена, задумавшись. — Так тем более. Чего бояться?

— Нет, я не пойду, — я развернулась, чтобы унести ноги из этого офиса. Его офиса. Потому что даже в минималистичном дизайне с брутальными спортивными станциями недалеко от рабочих столов я чувствую энергию Богдана. Металлические детали, чёрно-бело-коричневые оттенки мебели. От рабочего стола до турников и гантелей рукой подать.

В моих воспоминаниях Богдан был полон непредсказуемости. За накачанными бицепсами и широкой спиной пряталась душа романтика.

Лена встала на моём пути, преграждая выход:

— Подумаешь, вы по студенчеству встречались. Кто сейчас об этом вспомнит?

Я со стыдом оглянулась по сторонам, Лена на весь офис раскрывала моё прошлое. В нашу сторону никто не смотрел, сотрудники компании продолжали сидеть за мониторами.

Надеюсь, они ничего не услышали.

— Ты так и будешь от одной подработки к другой слоняться, ещё репетиторством до ночи заниматься? Сама жаловалась, как тяжело с нерадивыми школьниками и их родителями, — напирала Лена.

Она, конечно, права, только собеседование у Богдана я не пройду. Нет смысла позориться.

— Поищу другие варианты, — я обошла Лену, стремительно приближаясь к выходу.

— В нашем городе это самый лучший вариант: стабильность, зарплата, перспектива роста. Ты же сама давно хотела перейти в айти! — она снова меня обогнала, перерезая путь. Взглянула жалостливо: — И ты мне нужна здесь, Алин. Я же говорила, будет важный проект. От него и моя карьера зависит. Хочу рядом человека, на которого можно положиться. Выручай!

Я остановилась. Моё поведение выглядело так, будто я отказывала подруге в помощи. А я хотела ей помочь. И себе тоже. С новой зарплатой я расплачусь со всеми долгами месяца за три-четыре.

— Алин, хотя бы попробуй!

Я топталась на месте. Ещё два шага и свобода, но я не двигалась.

Переубеждать Лену было себе дороже. Может, пора взглянуть в глаза своему прошлому?

— Ладно. Я попробую, — слетело с губ. Лена победно улыбнулась, и я поспешила умерить её восторг: – Но мне кажется… он меня на работу не возьмёт.

— Ещё как возьмёт! Иди, — она за плечи развернула и подтолкнула меня к узкому коридору, ведущему в кабинет директора.

Я шла туда как на казнь.

С каждой секундой стены будто становились толще, и коридор сужался. Свет тускнел.

Это будет быстро: зайти, поздороваться, получить отказ и уйти. Ничего сложного.

Сердце не слушалось моих уговоров, оно бежало вперёд.

Память подкидывала образ весёлого парня, который настолько сильно хотел меня затащить на свидание, что зачитывал наизусть стихи. Он с неподдельным интересом слушал о моих тезисах для кандидатской по Шекспиру. Богдан помогал размять затёкшие мышцы шеи. Он слал в сообщениях заботливые предупреждения, чтобы я берегла глаза и не засиживалась с книгами допоздна.

Как сильно Богдан изменился за семь лет?

Он меня простил? А может, вовсе забыл?

Ноги слабели с каждым шагом, к горлу подкатила лёгкая тошнота.

— Алина Андреевна? Вас ждут, проходите, — справа донёсся певучий голос. Наверное, секретарша.

Совсем скоро я увижу его.

А он меня.

Фокус зрения сужался, кроме деревянной двери, я ничего не видела. Открыла её немеющей ладонью.

Зажмурилась. В глаза ударил солнечный свет из панорамных окон. И в ореоле этого свечения за вытянутым письменным столом сидел Богдан.

Старше, мужественнее, серьёзнее, чем в нашу последнюю встречу.

Он напоминал божество, сошедшее с небес, и на мгновение я с благоговением затаила дыхание.

Нет, это всё яркий свет в кабинете.

Богдан перевёл взгляд с монитора на меня, и сразу стало понятно — никакого божественного милосердия ждать не следовало.

— Какая встреча. Неожиданно, — ухмыльнулся он. Властно, дерзко с ноткой ехидства, а во взгляде проскользнуло что-то тёмное.

2. Но я честнее многих недотрог, Которые разыгрывают скромниц*

*Шекспир Уильям “Ромео и Джульетта”

— И для меня неожиданно, — я опустила глаза.

Слишком больно видеть его таким идеально привлекательным: мнимая небрежность в укладке, на щеках проступила светлая щетина, коричневый кардиган крупной вязки, а под ним обычная белая футболка.

Уверена, она не обычная, а какого-нибудь модного бренда.

Богдан походил одновременно и на героя американского боевика, и на гангстера из фильмов Гая Риччи. Широкоплечий, мужественный, двигающийся с аристократической грацией.

Я сделала несколько несмелых шажков вперёд. Глаз не поднимала, но чувствовала его испытывающий взгляд на себе. Нижнее бельё врезалось в кожу, бюстгальтер давил на рёбра.

Борясь с желанием выбежать из кабинета, я опустилась на стул напротив Богдана.

Села ровно и распрямила плечи. Хотя бы внешне мне хотелось выглядеть уверенной, но щёки горели, вероятно, выдавая моё смущение.

Медленно я подняла взгляд, рассматривала узор на вязаном кардигане, лишь бы не смотреть ему в лицо.

— Ты не знала, что я руковожу этой компанией? — прозвучало насмешливо.

— Знала. Но на собеседовании мне сказали, что, — я взяла паузу, выбирая как к нему обратиться. Решила сохранить субординацию: — Мне сказали, что вы руководите главным офисом в столице, а в нашем филиале практически не появляетесь.

— То есть ты рассчитывала, что я просто тебя не замечу? — его плечи приподнялись. Теперь Богдан выглядел ещё более угрожающим, способным сорваться с кресла и напасть.

Кровь зашумела в ушах.

— Наверное, — пожала я плечами, голос пищал. — В вакансии значилась помощь маркетинговой команде в выходе на международный рынок, перевод документации, локализация текстов. Ведение переговоров при необходимости. Общение с генеральным директором напрямую не предполагалось.

— То есть ты думала участвовать в международных переговорах без меня? — Богдан резко повысил голос, и от испуга я подняла на него глаза. Черты лица стали острее, на лбу появилась еле заметная морщинка. Нет, он совсем не похож на парня из моих воспоминаний. Холодный, жёсткий, совсем другой. — Мы сейчас очень близки к участию в одном международном проекте. Ты хоть понимаешь, насколько это важно?

От его холодной надменности в груди леденело.

— Да, — кивнула я, надеясь, что больше он на меня голос не повысит. — Елена Арсеньевна рассказывала мне о предстоящих задачах.

— Она хорошо о тебе отзывалась, — хмыкнул Богдан.

— Мы близкие подруги, — проглотила я ком в горле. — И, возможно, это помешает совместной работе.

Я не видела необходимости скрывать нашу с Леной дружбу. Он, наверное, и так был в курсе, кто меня рекомендовал на эту должность.

Пусть этот факт будет поводом мне отказать.

Я сама предлагала ему способ закончить это собеседование как можно скорее.

На моё удивление, Богдан не собирался останавливаться. С вальяжной грацией он откинулся на спинку кресла, явно настроившись на долгий разговор. Уже спокойнее он спросил:

— С чего это ты вдруг решила податься в АйТи?

На первом этапе собеседования я рассказывала про интерес к сфере здоровья и фитнеса, увлечённость новыми технологиями. Красоваться сейчас перед Богданом не имело смысла.

Я специально отвечала то, что не хотел бы слышать ни один работодатель:

— Хочу больше стабильности. Предсказуемой работы, оплачиваемых больничных.

Мысленно я уже попрощалась с этой должностью, и просто молилась про себя, чтобы собеседование побыстрее закончилось.

— Это в университете-то не хватает стабильности и предсказуемости? — посмеивался Богдан. Он даже бровью не повёл на моё упоминание больничных.

От досады я на мгновение закусила губу.

— В университете я больше не работаю.

— Давно? — лицо Богдана вытянулось, а в хищном взгляде что-то изменилось.

В последнюю нашу встречу я совмещала аспирантуру с работой в университете. Казалось, это было в другой жизни.

— Лет пять как, — произнесла я беспечно, скрывая как тяжело мне дались эти годы.

— Почему ушла? — не отступал он.

Выпытывал, всё про меня выпытывал.

Но я не собиралась делиться с ним своими проблемами. Сострадание к бедным он никогда не испытывал. Я проверяла. Не проникся бы он моим слезливым рассказом.

— Там мало платили, — произнесла я полуправду.

— Меркантильная, значит, — Богдан цокнул языком.

Я проглотила ком в горле. Пять лет назад у меня не было иного выбора, как уйти из университета. Денег на сиделку и лекарства не хватало.

Пришлось пожертвовать работой, которую я по-своему любила. Возвращаться туда я теперь не хочу.

Мне нужна новая жизнь с чистого листа. И план сменить сферу на АйТи прекрасно в эту концепцию вписывался. Вакансия соответствовала моим компетенциям. Это был бы идеальный вариант работы, если бы не… Богдан.

— А у нас почему хочешь работать? — он сцепил кисти в замок, смотрел сурово.

Да остановите уже этот допрос!

От напряжения пальцы с силой вцепились в край юбки. Нужно продолжать играть роль меркантильной дамочки, чтобы закончить этот спектакль поскорее.

Как говорится, весь мир — театр.
Я гордо подняла голову и закинула ногу на ногу:
— У вас больше платят.

Такое поведение должно было ему не понравиться, но Богдан лишь рассмеялся:

— Резонно, — на его щеках проступили ямочки.

Тоже несмело улыбнулась. И в это мгновение я его наконец увидела в нём того забавного парня из прошлого. Рядом с ним было спокойно и безопасно, не то что на сегодняшнем интервью.

Этот разговор сводил с ума: голос, мимика, намёки. Богдану удавалось всколыхнуть во мне давно забытые воспоминания. И чувства, которые до сих пор кровоточили.

На этом смехе собеседование полагалось закончить. Я ведь даже не старалась с ответами.

Мысленно я уже пожелала Богдану удачи и покинула этот офис. Навсегда.

Только он не остановился, опёрся локтями о стол, а взглядом скользнул по моей груди:

3. Пусть музыка и книги мне заменят Друзей в уединении моем*

* Уильям Шекспир “Укрощение строптивой”

Любимые читательницы и читатели, в этой главе я подготовила небольшой сюрприз для тех, кто знаком с историей Десерт для него.

Яркое солнце припекало так сильно, что даже вечером стояла духота. В автобусе было так тесно, что моя рубашка пропиталась потом и запахом чьего-то стойкого одеколона.

И даже здесь я чувствовала себя комфортнее, чем под кондиционерами на собеседовании с Богданом. Ещё полдня не могла отделаться от странных ощущений и эхом нахлынувших воспоминаний.

Выйдя на остановке, я двинулась вдоль тротуара к дому. От туфель на каблуках гудели ноги, но я всё равно была счастлива. Я подписала рабочий контракт. Теперь у меня стабильная работа, и я смогу наконец рассчитаться с кредитом и с процентами по нему. В груди трепетало радостное предвкушение перед знакомством с командой, Лена сказала, что коллеги классные и отзывчивые.

Главное, чтобы Богдан поскорее вернулся в главный офис. Надеюсь, мы не будем больше встречаться.

Дорога от остановки к дому пролегала через детскую площадку у торгового центра. С неё часто раздавались шум и визг, а однажды мне даже пришлось уворачиваться от ребят, играющих в футбол. Они чуть не зарядили в меня мячом.

Сегодня на площадке было, на удивление, пустынно. Моё внимание привлекла рыжеволосая девушка, скорее всего, моя ровесница. Она раскачивала круглую карусель, на которой сидел мальчик лет шести.

— Может, всё? — спросила его, по-видимому, мама.

— Нет, ещё! — мальчишка изображал из себя капитаном корабля, который даже во время сильной качки отважно держится за штурвал.

Карусель кружилась, а он продолжал сидеть.

— Ладно, всё! — скомандовал маленький командир.

— Ну, наконец-то, — выдохнула мама и женщина постарше рядом с ней, по всей видимости, бабушка.

— Нет, не всё, — запротестовал мальчик, спрыгивая с карусели. — Теперь мама будет качаться.

Этот сорванец усадил маму на карусель и начал носиться по кругу, раскачивая её. Из-за разницы в их весе расталкивать железную конструкцию было нелегко, но маленький командир очень комично старался.

Его мама и бабушка заливались смехом. Когда у мальчика получилось, он попытался усадить на карусель ещё и бабушку, но здесь его просьбам взрослые не вняли.

— У Клары больное сердечко. Славочка, её надо беречь, — объясняла мама мальчику.

Тот тяжело вздохнул. Тогда она потрепала его по тёмным волосам и сказала:

— Поедем домой? Я хворост приготовлю.

Славочка лукаво оглядел площадку, вероятно, прикидывая, что ещё он мог здесь сотворить.

В мгновение его тёмный взгляд остановился на мне. Только сейчас я осознала, что бестактно следила за чужой семьёй.

Нужно было спешить домой, только я не могла оторвать взгляд от Славочки. Сердце наполнялось нежностью и восторгом. Это вообще нормально, так реагировать на чужих детей?

Славочка резко отвернулся:

— Ладно поехали, — кивнул он вбок.

Мама и бабушка схватили его под руки и повели в сторону парковки. Напоследок Славочка обернулся и показал мне язык.

Это озорство вызвало во мне неконтролируемый смех. Какой же милый ребёнок!
Я резко развернулась и помчалась домой.

В горле словно застряла смешинка, изо рта вырывались странные звуки, отчасти напоминающие икоту.

Я успокоилась, зайдя в тихую квартиру. По старой привычке замерла в прихожей, прислушалась, ожидая чего-то плохого.

Никто не кричит.

Ничего не падает.

Всё в прошлом.

Квартира пуста, теперь здесь жили только мы с Толей.

С облегчением я скинула узкие туфли, размяла затёкшие ступни. Вместо того чтобы сразу переодеться, я зашла сначала на кухню и поставила вариться курицу на медленном огне.

Скоро домой должен вернуться Толя, и я хотела успеть приготовить ужин к его приходу. Ополоснувшись в душе и переодевшись в лёгкую домашнюю одежду, я встала у плиты: нарезала картофель и морковь, пассеровала лук.

Толя пришёл чуть раньше обычного. Он подошёл и обнял меня со спины, чмокнул неудачно в ухо.

— И как собес? — его голос доносился сквозь звон.

— Ой, я чуть не оглохла, — отстранившись, я растёрла подушечками пальцев ухо. Звон стих.

Лук на сковороде подзолотился, и я добавила его в кастрюлю с куриным бульоном. Я оставила суп томиться и развернулась к Толе, чтобы обрадовать:

— Меня взяли на работу! Представляешь?

— Ого, — присвистнул он. — Значит, ты больше не будешь по вечерам в ноуте зависать?

Я замялась:

— Э-э-э, первое время, возможно. Там много всего нужно изучить. Сфера для меня новая.

— И чё ты там делать будешь? — Толя опустился на кухонный стул и достал из кармана джинсов мобильный.

— Это компания производит фитнес-браслеты, я же тебе говорила, — в моём тоне проскочила нотка недовольства.

Толя этого даже не заметил, он уже уткнулся в телефон:

— Браслеты… Это ювелирка, что ли?

— Да нет же, — я всплеснула руками. Всю предыдущую неделю я рассказывала ему про фирму Богдана, а он, похоже, так ничего и не запомнил. — Б-браслеты — это такие умные браслеты для спортсменов и для любителей. Там можно отслеживать тренировки, калории, шаги, сердцебиение и сон. Получать подсказки, какой лучше образ жизни вести.

— Ой, я вспомнил! — Толя поднял голову. — Да, ты рассказывала. Штука для богатеев, которым деньги некуда девать.

— Это же про здоровье, — буркнула я слегка обиженно.

Хотя чего обижаться? Это же не моя фирма, а Богдана.

Толя положил телефон на обеденный стол и принялся мне объяснять:

— Ну, я, например, и так знаю, какой образ жизни мне нужно вести. Но от пива с друзьями не откажусь. Мы, кстати, сегодня с пацанами собираемся. Я пораньше домой поэтому пришёл.

— Окей, — я отвернулась к плите, чтобы уменьшить огонь.

Внутри что-то кольнуло. Он покинул автомастерскую пораньше, чтобы с пацанами время провести, а не со мной.